Для чего Господь принял обрезание на восьмой день?

В день Праздника Обрезания Господня Церковь нам напоминает, дорогие братья и сёстры, что Христос, Сын Божий, – это подлинный Человек, настоящий Человек, во всём подобный нам, кроме греха.

Во время Рождества Христова нам Церковь напомнила, что Бог воплотился и стал Человеком, при этом оставаясь Богом. Он родился на земле без отца, только лишь от Матери, без мужского семени, чтобы, уничижив Самого Себя и приняв образ раба, удивить через это нас Божиим снисхождением, привести нас в состояние изумления.

Потому что часто люди смотрят на какого‑либо высокопоставленного человека – например, на президента или губернатора – и считают, что он далеко от нас и не думает про нас, а мы сами без него справимся. Но если вдруг этот высокопоставленный человек вдруг одевается в рубище, в какую‑то бедную одежду и приходит к нам, в наш двор, где на скамейках сидят бабушки, бегает детвора, и начинает интересоваться нашими проблемами и предлагает решение этих проблем, то люди, конечно, этому удивятся.

Тогда как же нам не удивиться, что Сам Творец мира пришёл к нам, стал на один уровень с нами, оставаясь при этом Богом?

И в день Рождества Христова Церковь нам напоминает об унижении Бога; здесь, через праздник Обрезания Господня, мы видим, что Господь далее проходит Свой путь. На восьмой день Ему нарекается имя, и это наречение имени связано и с обрезанием – иудейским обрядом.

Обрезалась крайняя плоть – это был знак посвящения ребёнка Богу. Это был Закон Ветхого Завета: на восьмой день всякий младенец мужеского пола должен был быть обрезан (см. Быт. 17:13). Если кто‑то не был обрезан, то в качестве наказания Бог мог умертвить необрезанного человека.

Что этот Закон хотел от рода человеческого? Для чего Господь дал этот обряд обрезания? Мы знаем, что впервые из уст Бога об обрезании услышал праведник Авраам. И Бог сказал ему, что заключает с ним Завет: обрезание – это некий Завет, некий договор, что тот, кто вступает в общение с Богом, должен иметь на себе метку, некое клеймо, означающее, что человек отрезает от себя всё плотское, всё временное, всё скверное.

Конечно, Бог ничего скверного по природе не творил. В нашу природу по причине грехопадения вошла эта скверна, поэтому люди спустились до уровня животных через свой способ размножения и греховное поведение.

Господь показал, что Он не гнушается, хотя Он безгрешен, принять на Себя и этот обряд обрезания на восьмой день, как это требовалось по Закону. Господь этим нам говорит, что у Него было реальное человеческое тело: кусочек кожи действительно был отрезан от Его Пречистого Тела в знак того, что Он – Божий, в знак того, что Он исполняет Божии повеления.

Этим Господь нас учит, что и мы с вами обязаны исполнять Божий Закон. Он пришёл исполнить всякую правду. Мы с вами учимся через это исполнять Божии заповеди. Если есть некие законы Божии, если Господь от нас что‑то требует, мы должны это исполнять, потому что Он их исполнял. Он не имел нужды в этом, но всё равно всё исполнял. Он был безгрешным, но принимает обрезание.

В духовном смысле Господь хочет нам сказать, что мы должны научиться обрезать своё сердце от греха. Потому что в Ветхом Завете один пророк говорил народу, что у него (у народа) необрезанное сердце (см. Иер. 9:25; Иез. 44:7). Оно обросло пристрастиями, оно обросло разными греховными привычками.

Христос, Который принял обрезание Своего Пречистого Тела, сделал это, чтобы показать нам, что Он пришёл нас обрезать от греха, от всякой страсти, отсечь от нас всё лишнее. Он обрезается. Это же некая хирургическая операция, проходящая обязательно с кровью, обязательно с болью. Потому что грех от себя по‑другому никак не отрезать.

Многие люди думают, что можно найти некий компромисс с грехом и страстью: как‑то ублажать себя, постепенно от себя удалять зло. Не получится! Если страсть с нами, если она стала частью нас, то, чтобы убрать это инородное тело из своей души, необходимо движение ножа.

Это движение ножа происходит тогда, когда человек собственным произволением отрезает от себя свою волю, так как через отсечение своей воли мы избавляемся от греховных страстей.

Недаром святые отцы говорили, что послушание – это величайшая добродетель: оно отсекает от человека все страсти, режет по «больному». Мы любим исполнять свою волю. А в нашей воле скрыты греховные страсти, греховные привычки, греховные немощи, наши поблажки самим себе.

Но Господь через послушание Своему Небесному Отцу, через исполнение Закона, показывает нам, что и мы, если будем выполнять не свою волю, а волю Бога и будем отсекать свои собственные желания, то мы через это как ножом отсечём и обрежем свои страсти. Это больно, это очень неприятно, но если мы этого не сделаем, то не будем Божьими детьми.

Апостол Павел в Послании к Колоссянам пишет, что «…вы и обрезаны обрезанием нерукотворным, обрезанием Христовым» (Кол. 2:11).

И что это за обрезание, которым каждый из нас обрезан? Это Таинство Святого Крещения. Оно отрезало от нас первородный грех, то есть склонность ко злу, влияние демонов на внутренность человека, влияние сатаны. Всё это от нас отрезано обрезанием Христовым, то есть Его Крещением.

Церковь нам напоминает, что нужно продолжать обрезать себя от страстей и грехов, которые наращивает на нашем сердце сатана. Он это делает постоянно через злые мысли, и если мы соглашаемся с ними, то страсть к нам прирастает как некая пиявка. Если страсть долго находится с человеком, то она становится будто бы его второй природой, его натурой, становится как бы частью человека.

Поэтому святые отцы говорят, что надо греховный помысел сразу же отвергать, не лелеять его, а тут же его от себя отсекать. Одно дело – отрезать что‑то инородное, когда оно слегка прилепилось: тогда это будет довольно безболезненно. Другое дело – когда эта «пиявка» живёт долгие годы и стала частью тела: вот тогда уже сложнее и больнее её отсечь. Будем помнить об этом!

Мы все обрезаны. Обрезаны, как и наш Господь, только уже обрезанием нерукотворным. Ветхозаветное обрезание было тенью Таинства Святого Крещения, а теперь мы обрезаны от первородного греха. У нас клеймо Божьего Крещения стоит, Божий знак. Мы – христиане, мы – овцы Доброго Пастыря. На каждом крещённом стоит эта нерушимая печать Таинства Крещения. Господь нас обрезал от первородного греха.

Господь нам напоминает: «Обрезайтесь!» – обрезайтесь через отсечение своей собственной воли. Это больно, когда ты делаешь не то, что ты хочешь, а то, что тебе говорит другой человек. Тебе приходится смиряться, но это как раз и отсекает все страсти: и гордость, и тщеславие, и чревоугодие, и сребролюбие, и зависть, и блуд, и гнев, и уныние, и прочие страсти. Когда мы умеем слушаться – это как нож для страстей. Это главная добродетель. Но она не работает без Божественной благодати.

Потому что есть и дьявольское послушание: если через человека говорит дьявол и человек находится в подчинении, то тогда человек выполняет волю сатаны. А если человек находится в Церкви, если он молится Богу, если он участвует в Таинствах, то он весь преисполнен Божественной благодати. А Божественная благодать подобна ножу. Но этот нож нужно взять в руки и резануть им как следует.

Нам даётся благодать в молитве, в церковных Таинствах, в богослужении. Но если мы исполняем свою волю, а не волю Бога нашего, то в итоге происходит что? Мы не гадость от себя отсекаем, а сердце своё поражаем. Когда человек исполняет свою волю, он колет своё сердце. Божия благодать тогда обжигает человека.

Для того чтобы этого избежать, нужно отсекать свою волю. Отсечение своей воли – это когда с помощью благодати ты отрезаешь от себя страсти. Это движение – как раз и есть отсечение своей воли, соединённое с молитвой. Лезвие ножа – это послушание, а рукоятка – молитва. Без непрестанной молитвы, без призывания имени Божьего мы не сможем крепко вцепиться в послушание, не сможем отрезать от себя ни одной страсти.

Постараемся этим заниматься. Нам Господь напоминает про это духовное обрезание, через которое нам постоянно нужно отсекать от себя всякое зло, отсекать свою волю. Пребывайте в молитве. Господь показал нам пример.

Также в событии обрезания Господа есть и духовная символика. На восьмой день Господь обрезался, чтобы показать нам, что в будущем восьмом веке – в вечной жизни, в бесконечной жизни – настанет такой момент, когда от нас Господь Своей благодатью окончательно отрежет всё плотское, всё греховное, всё страстное. А произойдёт это после воскресения мёртвых, в жизни будущего века. Вот тогда мы будем обрезаны от всего греховного.

Господь да поможет нам окончательно от всего этого избавиться и укрепит нашу волю в добродетелях. Дай Бог, чтобы наши сердца были обрезаны от греха, обрезаны от страстей. Будем с обрезанными сердцами, будем помнить, что нам всё дано, чтобы отсечь от себя всякое зло. Да поможет нам в этом Господь Своей благодатью, милостью, человеколюбием и Своими щедротами!