Азбука верыПравославная библиотекапротоиерей Александр ГорскийСлово при совершении воспоминания об открытии Московской Духовной Академии


протоиерей Александр Горский

Слово при совершении воспоминания об открытии Московской Духовной Академии

В день Покрова Пресвятыя Богородицы при совершении воспоминания об открытии Московской Духовной Академии, профессора церковной истории Александра Васильевича Горского, впоследствии протоиерея и ректора Академии.

Произнесено в академической церкви в 1872 г. при окончании учебного года.

«Больши сея не имам радости, да слышу моя чада во истине ходяща». (3Ин. 1:4)

Так писал старец, возлюбленный ученик Христов, Иоанн, к Гайю возлюбленному, который утешал его отеческое сердце тем, что сам ходил во истине. Больши сея не имам радости, да слышу моя чада во истине ходяща.

Ходить во истине, значит не только знать истину, но и творить истину Иоан. 3, 21, или поступать так, как требует истина, сам Христос 14, 6. Тот ходит во истине, кто всей деятельностью духа своего предан истине: умом ее ищет; сердцем любит; волею служит ей.

Воспоминая ныне учреждение нового училища истины Христовой, питомцам истины прилично будет вспомнить и желание Апостола. Высокое титло Богослова, которое стяжал себе Апостол глубиною учения своего о Боге Слове, составляет предмет и их усиленных желаний. Чем более они будут сообразоваться с его требованиями, тем ближе будут к тому, чтобы именоваться его чадами. Пусть же помнят они слова Апостола: больше сея не имам радости, да слышу моя чада во истине ходяща.

Учение Христово все направлено к жизни и деятельности, и потому истинное, глубокое познание его не иначе достигается, как путем жизни и деятельности.

Учение Христово совсем не имеет целью питать одно умозрение. Как Христос есть восстановитель целой природы человеческой, соделавшись для нас не только премудростию от Бога, но и правдою и освящением 1Кор. 1, 30; и как жизнь духа состоит не в одном упражнении ума, но в полной и правильной деятельности всех сил его: так слово Христово есть необходимое врачевство для всех сил духа нашего. Не одному уму оно освещает путь к истине, но и открывает сердцу новые истинно достойные предметы любви, указывает воле забытые ею законы чистой и святой деятельности. И так, как слабость человека при самом просвещении Божественным учением не перестает обнаруживаться в том, что он более желает знать, нежели расположен любить истину сердцем и исполнять ее требования; то в учении Христовом ничто столько не раскрыто, как то, что касается до нашего сердца и до наших обязанностей. В нем для ума много тайн: но для сердца нельзя было сказать более того, что сказано ему о Боге любви; для воли предначертан образец жизни Богоподобной. В нем оставлены все вопросы любопытные для ума, высокие по своему предмету, но не ведущие прямо, не необходимые к правильному устроению духовной жизни человека. Напротив и все, что раскрыто уму о Существе Божием, о человеке, его назначении, жизни настоящей и будущей, раскрыто только в такой мере, в какой это нужно, чтобы нам жить целомудренно, праведно и благочестно (Тим. 2, 12). Итак, искать в учении Христовом пищи только для ума, значит смотреть на него с такой точки, с которой, при всем нашем желании, не можем познать его, как должно, а между тем легко можно прийти к различным ложным заключениям. Что свидетельствует история Церкви? Сколько было покушений лжеименного знания, от времен Апостольских доселе, протолковать по-своему все учение Христово? Как своевольно оно посягало на изменение или превращение всего, что казалось ему несообразным с его ложными основаниями. И что же представляется в самых лучших построениях такого рода, как не одни тени животворного Божественного учения, обманывающие праздные умы своим наружным сходством с истиною Христовою, но в самом деле чуждые ее силы и жизни.

Ключ к истинному, глубокому и живому разумению учения Христова, – при занятии им ума, есть соответственная учению жизнь и деятельность. – И всякая наука, относящаяся к деятельности требует того, чтобы высшие начала ее были сообщаемы вместе с постепенным применением к опыту. – Древняя также истина: начало премудрости страх Господень Прит. 9, 10. Очисти сперва душу от страстей; тогда ум твой яснее будет зреть истину; с обновленным сердцем и умом начнешь быть истинно мудрым. – Сам Иисус Христос сказал о своем учении: аще кто хощет волю Его (Отца небесного) творити, разумеет о учении, кое от Бога есть, или Аз от себе глаголю Иоан. 7, 17. В христианстве нет заветных тайн для известного класса людей; но не всякому же, не с первого же взгляда для всякого открывается глубокий разум Христова учения, а только для тех, которые стремятся к тому всеми силами своего духа, стремятся постоянно. И из Апостолов вначале не все то знали прочие, что Петр, Иаков и Иоанн. Равным образом, и Апостолы не все то предлагали младенцам в вере, имеющим еще много плотского, плотский разум, плотские чувства, что совершенным, духовным. И мы много можем знать, но мало разуметь, разуметь полный смысл и Божественную силу истины Христовой, если не будем введены в разумение ее опытом нашей внутренней жизни. От того-то, с другой стороны видно, что любящим истину и передающим ей всю душу свою иногда, и мимо обыкновенных средств нашего обучения, Господь сообщает глубокое познание и разумение небесного учения. – Чтобы представить необходимость опыта христианской жизни к уразумению истины Христовой еще яснее, возьмем для примера одну из важнейших истин Христианства. Иисус Христос говорит тебе, что ты беден, бессилен, – и что Он сам Сын Божий, – твой Спаситель. Что ты беден, бессилен, это ты знал и прежде. Но что ты так беден и бессилен, что требуешь такой, Божественной помощи, таких усиленных мер, – этого ты не знал, и теперь тебе трудно еще с этим согласиться. Чтобы увериться тебе, что Иисус Христос не напрасно употребил для восстановления твоего такие средства, предлежит тебе путь практического испытания. Иначе нельзя. Силы надобно поверять опытом. Рассудок здесь не надежный судья. Потрудись же ты разобрать все, что есть в твоей душе доброго и худого, попытайся победить живущее в тебе зло силою остающегося добра. И тогда ты увидишь и нужду искупления, и искупления чрез Сына Божия; потому что все люди, окружающие тебя, в этом случае не сильнее тебя. У всей твари не найдется столько сил, чтобы дать тебе дух новый и сердце новое.

Так учение Христово раскрывается при посредстве деятельного им занятия, и чем далее простирается сообразность жизни христианина с сим учением, тем более прозревает разум христианина в глубину его. Теперь судите сами, чего лишается тот, кто думает все исчерпать одним своим умом?

Далее, обращаясь к вашему назначению, нельзя не видеть нового побуждения соединять христианское знание с христианскою жизнью. Истина Христова должна выразиться всею силою освящения прежде всего в том, кто назначается быть ее провозвестником.

Господь дал нам в Церкви своей различные средства освящения и вместе положил из среды самой церкви избирать орудия к освящению прочих членов. Но избирая и поставляя каждого в своем чине, Он от всякого требует, чтобы он подавал прочим в самом себе образ добрых дел (Тит. 2, 7.). Мало передавать только то, чему кто научился: надобно, чтобы принятое учение перешло в жизнь и в этой жизни выразилось так чисто и высоко, чтобы могло быть примером, – примером обличающим неправды мира, среди которого избранный должен действовать; – примером возбуждающим, ободряющим, руководствующим – ревнующих о своем спасении. Недовольно и того, чтоб добродетели руководителя были только в душе его; они должны быть явны, засвидетельствованы пред всеми; – как пример, – они должны находиться пред глазами всех, чтобы каждый в сомнительном случае мог решить по этому примеру, как ему действовать. Вот как должно раскрыться учение Христово в избранном на чреду служения Церкви Его. Без этого голос учителя истины Христовой становится слишком слабым, к унижению имени Божественного строителя Церкви. Когда жизнь изменяет или не соответствует устам: тогда отнимается доверенность к самому учению, сколько бы оно ни было правильно.

Нужно ли еще прилагать сие учение к потребностям состояния каждого! Для незнакомого с внутренними действиями Божественного учения над сердцем человеческим – неразрешимое затруднение так действовать своим словом, чтобы оно было каждому на пользу. Недостаточно одного умственного соображения, нужен собственный опыт, чтобы знать силу и действие живых христианских истин в различных положениях человека. Когда мы примемся исправлять наше сердце при содействии Божественной благодати, то чего нам стоит каждое торжество над собою? Какой сильной борьбы требуют самые незначительные противники? Сколько раз придется перепробовать то и другое оружие? Одно слишком уязвляет, так что производит уныние; другое слабо, так что оставляет место нерадению. То надобно бывает пробуждать нерадение, то оживлять мужество утешением; то усиливать подвиги самоумерщвления, то предотвращать самомнение. Если мы сами не прошли сквозь огнь искушений духовной жизни; если сами из своего опыта не знаем, что в каком положении особенно полезно для борющегося христианина, какие христианские истины когда и какое сказывают действие над сердцем его: то можем ли мы явиться к Господу нашему Иисусу Христу, или, еще прежде явления к Нему на страшном суде Его, представлять Его себе в своем сознании, с уверенностью, что мы для исполнения возложенного на нас служения сделали все, что нам возможно было? Нет! Мы не сделали самого первого, необходимого дела, если сами наперед не прошли путем очищения.

Если же так необходимо соединение христианского знания с христианскою жизнью в служителе Христовом: то посмотрите вы, призванные к сему служению, сколько удобств представляет настоящее ваше положение к тому, чтобы вместе с началами просвещения, полагать твердые, прочные начала жизни по Богу.

Святая обитель – ограда от рассеяния мирского. Везде пред глазами предметы священные. Всегда близко сердцу излиться в молитве пред алтарем Господним, поведать Богу свою скорбь, испросить от Него помощь в борьбе со страстями. Сонмы благоговейных поклонников – близких и отдаленных стран невольно вызывают в дом Божий, живущих в самых дворах Его. А там всегда готовый предстатель и молитвенник, и на мертвенном ложе принимающий прошения земных сотрудников в Боге.

Возраст вашей жизни – пора раскрытия сил душевных, когда сердце так же требует пищи, как и ум, и когда оно произвольно или непроизвольно избирает себе что-нибудь в предмет любви. Если не возжена будет в нем искра любви Божественной, оно останется рабом чего-нибудь земного. Возраст вашей жизни – пора, когда в сердце, еще не заглушенном страстями и суетою житейских попечений, сама природа довольно сильно говорит о Боге, любви Его и любви к Нему. Возраст вашей жизни – переход к тому состоянию, когда потребуется от вас собственная самодеятельность; умножатся заботы, определится характер и будет уже трудно, тяжело переменять что-нибудь в началах своей жизни, хотя бы что и нужно было переменить. Не пропускайте времени: сила религии, став жизнью сердца в период юношеского развития, с ранних лет даст всем силам души высокую настроенность, глубокий взгляд уму, чистоту и спокойствие сердцу, истинное благородство характера.

Ваши занятия – все так принаровлены к возбуждению и питанию стремлений к Божественному. И уроки мудрости учат находить в своем сознании Бога, слышать Его голос в глубине души, – и только там перестают руководствовать, где передают под высшее руководство Божественного Слова. И наука судеб человечества учит благоговеть пред путями Божественными, которыми весь род человеческий, как один человек, ведется к своему назначению. А живое слово Бога нашего – ежедневная ваша наука. Все, что благоволил Он открыть нам о Себе и Своих отношениях к нам – предмет непрестанных ваших исследований и размышлений. Божественный образ Иисуса Христа, начертанный Его Апостолами. всегда пред вашими глазами. Какими высокими предметами постоянно занимается ум! Какое прекрасное начало трудов!

При таких благоприятных обстоятельствах остается довершить начатое; предать Христу и сердце, и волю, не любить ничего кроме Его, свято жить по Его святому закону. Иже сотворит и научит, сей велий наречется в царствии небеснем. Аминь.



Источник: Горский А. В., прот. Слово при совершении воспоминания об открытии Московской Духовной Академии, в день Покрова Пресвятыя Богородицы // Богословский вестник 1898. Т. 4. № 10. С. 1-7 (2-я пагин.).