Евангелие Луки
В 60-х годах первого столетия, в том же Риме (вероятно, а по мнению некоторых – в Кесарии или Антиохии) учеником и сотрудником ап. Павла Лукой написано третье Евангелие. Подобно тому, как в Евангелии Марка отражается проповедь Петра, точно также в Евангелии Луки отражается проповедь Павла. Это отчасти заметно в самом характере этого Евангелия, например, в том, что Лука – без особенной тенденции, но непосредственно – проповедует главную идею учения ап. Павла, ту идею, что хотя И. Христос происходил из иудеев и Его учение имеет связь с Ветхим Заветом, хотя Христос при Своей жизни Сам принимал и исполнял иудейские обряды, но в то же время евангелист Лука в своих рассказах проводит ту мысль, что Христос иногда не считал нужным стесняться соблюдением ветхозаветных обрядов; хотя он в 40-й день принял обрезание в Иерусалимском храме, хотя он соблюдал субботу, но Он же разрешал Своим ученикам срывать колосья, растирать их руками и есть, за что Его упрекали фарисеи; ходил в иудейские синагоги и соблюдал субботу, но говорил, что суббота установлена ради людей, а не люди созданы для субботы – как учили фарисеи, и что Сын Человеческий есть Господин и субботы.
Есть указания, которые можно найти и в других Евангелиях, что главным образом, хотя Христос проповедовал в Палестине иудеям, однако и в соседних странах находил усердие и веру, иногда даже больше, чем у самих иудеев; например, в лице Капернаумского сотника, который приступил к нему с просьбой исцелить его любимого слугу. И о котором Христос сказал: и между евреями не находил Я такой веры (Лк.7:1–9). На эту же тему Лука проводит другие речи Христа, что и в Ветхом Завете Господь посылал пророков не только к евреям, но и к язычникам, например, во время голода, бывшего у евреев, послал пророка Илию к вдове Сидонской; во времена пророка Елисея много было больных (прокаженных) между иудеями, но Елисей исцелил не иудея, а сириянина Неемана. На ту же тему приводится известный рассказ Христа о милостивом самарянине. Больного человека иудея бросили самые праведные люди, священник и левит, а между тем самарянин оказал ему дело милосердия. Все это приводится в духе Павловой проповеди, который раскрывает ту мысль, что христианство дано не для одних иудеев, но и для язычников, что их Христос не отвергал от Царствия Божия, что у язычников иногда является даже более восприимчивости к христианской проповеди, нежели у евреев; во всем этом Лука является выразителем мысли ап. Павла.
Написано это Евангелие к какому-то значительному христианину, которого в предисловии Лука называет κράτιστoς Θεόφιλος. Может быть, как некоторые предполагают, это название и не есть собственное имя, а просто обращено к могущественному боголюбцу. Но может быть Феофил был каким значительным вельможей из христиан, живших или в Антиохии или в Риме, где вероятно писал это Евангелие Лука. Некоторые предполагают, что это был известный философ Сенека, по преданию находившийся в сношениях с ап. Павлом.
Написано оно по тому поводу, что стало появляться много рассказов о жизни И. Христа, рассказов может быть неполных и неточных. Поэтому-то, рассказывает евангелист Лука, «рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил, чтобы ты узнал твердое основание того учения, в котором был наставлен» (Лк.1:3–4), последовательно и в порядке изложить то, что передано самовидцами Слова, т.е. И. Христа.
Изложение Евангелия Луки отличается большой полнотой. Оно содержит описание и тех фактов, которые находятся в Евангелиях Матфея и Марка; вместе с тем, у Луки есть попытки изложить события в хронологическом порядке, приурочить речи, слова Христа к тому или другому событию, к тому или другому обстоятельству и времени.
О времени написания Евангелия Луки можно судить только предположительно. Но так как очевидно этим писателем написаны два Писания, именно Евангелие и Деяния Апостолов, и так как первое свое писание Лука называет πρῶτος λόγος, первое слово, а следующее затем δεύτερος λόγος; а Деяния написаны, по все вероятности, года через два после прибытия ап. Павла с Лукой в Рим, как предполагают, в 63 или 64 году; то значит Евангелие написано раньше, т.е. в 61 или 62 году.
Таким образом, в лице этих двух евангелистов, Марка и Луки, мы можем видеть отчасти отражение христианской проповеди двух наиболее деятельных проповедников, апостолов Петра и Павла.
И на основании самих памятников и преданий, евангелист Марк был учеником и спутником то ап. Павла, то Петра; а Лука главным образом – ап. Павла и находился в Риме во время заключения ап. Павла под стражу. Но есть предположение, что оба эти писателя, по крайней мере, под конец жизни И. Христа, были в числе Его младших учеников. В их Евангелиях, например, в Евангелии Марка – и только в нем одном – при описании последних дней и страданий И. Христа указывается одна, по-видимому, случайная черта, но такая, которая видимо была близка и дорога самому писателю настолько, что он непременно хотел записать ее, хотя она лично для него является несколько позорною: когда Христос молился в саду Гефсиманском, и когда пришли иудейские стражи, чтобы взять Его, то из одного соседнего дома прибежал в этот сад какой-то юноша, чтобы посмотреть; и так как дело было серди ночи, то он наскоро закутался в простыню; а потом, когда ученики стали разбегаться, то убежал и юноша, но чтобы стражи не схватили его, то он оставил в их руках покрывало, а сам нагой убежал. И в книге Деяний есть указание на то, что мать евангелиста Марка имела дом в Иерусалиме, вблизи места взятия И. Христа под стражу. На основании этих замечаний можно видеть, что евангелист Марк был, по крайней мере, в числе младших учеников Христовых.
О Луке хотя есть известия, что он происходил не из палестинских иудеев, а из Антиохии, следовательно, из иудеев рассеяния, а может быть он был грек, и образованный грек. Сам ап. Павел называет его врачом. Предполагают также, что и Лука был учеником И. Христа под конец Его жизни, предполагают на том основании, что в Евангелии Луки рассказывается не особенно, по-видимому, важный, но близкий ему случай – это известный рассказ о явлении И. Христа двум ученикам, шедшим по воскресении Христа из Иерусалима в селение Эммаус. Один из этих учеников называется Клеопа, а имя другого ученика скрыто. Это общепринятый обычай евангелистов – скрывать свои имена (так Иоанн в своем Евангелии постоянно скрывает свое имя, называя себя в третьем лице: «ученик, его же любляше» (Ин.1)). Предполагают, что другой эмаусский спутник Христа был Лука. В самом деле он так живо описывает беседу этих двух учеников между собой и с Христом, что она представляется написанной по личным воспоминаниям. В этом рассказе есть слишком личный, субъективный элемент. В одном месте он говорит, что сначала они не узнали Христа, но когда Он удалился, и они начали припоминать Его слова, «тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. И они сказали друг другу: не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам на дороге, и когда изъяснял нам Писания?» (Лк.24:31–32). Это такая тонкая психологическая черта, которая могла быть замечена и записана только человеком, лично испытавшим это. Вот на этом и основано предположение, что Лука был в числе учеников Христа, но потом он сделался сотрудником ап. Павла и в своем Евангелии проповедовал в том духе, в каком проповедовал его учитель – ап. Павел.