протоиерей Александр Введенский

XX. Большой промах.

Когда просматриваем сектантское вероучение, то невольно замечаем, что в нём нет ничего нового, оригинального. Всё, что есть, всё это старо, знакомо, всем известно, давным-давно разобрано и по достоинству оценено. Посему, нам ничего другого не остаётся делать, как только пользоваться готовым, прекрасно разработанным материалом древних, знаменитых противо-сектантских и противо-раскольнических борцов на ниве Христовой.

Но мы этого не делаем. Мы как-то в стороне оставляем опыт древних христианских миссионеров. Совершенно не пользуемся их аргументами, их полемическими приёмами, их осведомлённостью в делах веры и неверия. По крайней мере, сколько мы ни читали критических разборов сектантского вероучения, мы нигде не находили ссылок на святоотеческую литературу 252. Все, видимо, полагаются на свои силы и игнорируют помощь великих и сильных в борьбе с врагами христианской веры. От этого, нам кажется, и происходят наши частые неудачи, промахи и ошибки.

Нет, если мы хотим одолеть современных церковных врагов, мы не должны быть самонадеянными, не должны полагаться на свои собственные силы. Время показало, что наши силы пока ещё молоды, слабы, в достаточной степени не окрепли. Они только ещё растут, развиваются и укрепляются. Да и самое дело, нужно сказать, для нас более или менее новое, малознакомое и к тому же трудное и ответственное. Значит, нечего и думать одолеть многочисленную вражью силу путём доморощенных средств. Если же хотим покорить под ноги свои всякого врага и супостата, мы должны обратиться за помощью к другим, искать поддержки и наставления у опытных, осведомлённых лиц, зарекомендовавших себя блестящею зашитою христианского учения и возвративших в лоно православной Церкви целые сотни заблудших овец. А такими, по всей справедливости, могут быть названы св. Отцы и Учители церкви. Ведь они остановили могучее и сильное движение первоначальных еретиков. Они победили евионитов, кердонитов, катафригов, савелиан, павликиан, манихеев, акакиан, непотиан, евтихиан, херинтов, антидикомарионитов и бесчисленный ряд других подобных сим еретиков, теперь уж никому не известных, всеми позабытых и оставленных. Победили силою своего слова, неотразимыми доказательствами и простыми, бесхитростными суждениями.

Вот всю эту сумму святоотеческих аргументов мы должны оседлать и использовать для полемических целей, ведь современное русское сектантство есть не что иное, как всплеск той могучей, пламенной волны, какая долгое время рокотала, билась и шумела у древне-церковных стен, подмывала и подтачивала крепость нерушимой стены. И если святые Отцы совладали с целой армией еретиков и раскольников, если они приостановили могучее антихристианское движение, то, с помощью их мыслей, слов и доказательств, мы вполне справимся с отголосками древних учений и с молодыми побегами старых, и повреждённых корней.

Чтобы показать, как глубоко мыслили наши св. Отцы, как удачно отражали они нападения многочисленных врагов, какой богатый разносторонний материал представляют собою святоотеческие творения для борьбы с современными сектантами, мы приведём несколько примеров. Эти примеры всех и каждого убедят в том, что для успешной постановки миссионерского дела требуется, главным образом, не осведомлённость в критической литературе, а основательное знание святоотеческих трудов, где разобрано каждое сектантское возражение, где аргументирован каждый пункт христианского вероучения, где истолковано каждое слово Св. Писания, где указан выход из всех затруднительных положений, создаваемых хитроумными „совопросниками века сего”.

Возьмём, например, вопрос о действии благодати. Может ли благодать Божия действовать чрез недостойных пастырей? Сектанты отвечают, что нет. Православные же утверждают противное. Они говорят, что благодать Божья подаётся верующему человеку чрез всякого пастыря, как достойного, так и недостойного, потому что каждый из них совершает священнодействия не своею силою, но Божьею, данной ему при посвящении в священный сан.

Как же св. Отцы и Учители Церкви доказывают справедливость и основательность церковной точки зрения?

– Довольно простыми и притом вразумительными словами. Св. Григорий, например, пишет по данному вопросу: „Рассуди так: у тебя два перстня – один золотой, другой же железный, и на обоих вырезан один и тот же царский лик, и обоими ты сделал печати по воску, чем одна печать отлична от другой? Ничем. Распознавай вещество печати на воске и, если ты мудрее всех, скажи, который оттиск железного или золотого кольца? Ибо хотя вещество различно, в начертании нет различия. Так и крестителем и исповедником да будет у тебя всякий священник, потому что хотя бы один превосходил другого по жизни, но сила крещения, (равно, как и других таинств) одинакова, а посему одинаково хочет привести себя к совершенству всякий иерей, наставляемый в той же вере” 253.

Ещё яснее говорит по этому поводу св. Иоанн Златоуст. Вот его слова:

„Божья благодать действует и чрез недостойного: Бог действовал и чрез Валаама, скверного человека; открывал будущее Фараону и Навуходоносору; и Каиафа пророчествовал, сам не зная, что говорит, и другие некоторые изгоняли бесов именем Христа, хотя они не были Христовы, потому что всё это бывает не для совершающих, а для других” 254.

И в другом месте: „С Каином говорил Господь ради Авеля, с дьяволом ради Иова, к Фараону ради Иосифа, к Навуходоносору ради Даниила, и волхвы откровение получили” 255.

„Случается, что начальники бывают злые и невоздержанные, а подчинённые добрые и воздержанные; миряне живут благочестиво, а священники порочно, и если бы благодать всегда искала достойных, то не было бы крещения, ни совершения Тела Христова. Но теперь Бог действует и чрез недостойных, и благодать крещения нисколько не терпит вреда от дурной жизни священника. Говорю это для того, чтобы кто-нибудь из предстоящих, наблюдая за жизнью священника, не соблазнялся касательно совершаемых им таинств. Человек ничего не приносит в них от себя, но всё есть дело силы Божией: Он действует на вас в таинствах” 256.

Ещё сильнее мысль Златоуста выразилась в таких словах: „что тебе до того, что священник скверный и злой. Но если добрый и благочестивый за тебя Бога молит, что пользы, если ты сам злой. Так тебе не вредит и скверный, если ты сам верен Богу и угоден Ему, ибо вся благодать от Бога: священник только уста отверзает, творит же всё Бог” 257.

Что можно сказать против таких простых, бесхитростных рассуждений наших знаменитых церковных витий? Решительно ничего. Разве мыслимо идти против логики? Разве можно восставать против здравого смысла? Разве можно идти вразрез с простыми, азбучными истинами? Конечно, нельзя. И потому наши сектанты упорно молчат. Не говорят ни за, ни против святоотеческих соображений. Но это гробовое их молчание самым красноречивым образом говорит в пользу несостоятельности сектантского лжеучения.

Возьмём ещё другой вопрос, вопрос о личной христианской „святости”. Как известно, сектанты по данному вопросу говорят вот что: „Христос искупил нас бесценной Своею Кровью; соделал нас царями и иереями Богу и Отцу Своему (Откр. 1:5–6), мы и святы, и нет в нас никакого греховного пятна” 258.

Такого рода речи и рассуждения, конечно, несостоятельны. Об этом и говорить нечего. Но мы хотим обратить внимание на мысли преподобного Иоанна Кассиана, высказанные им по поводу возникшего в его время заблуждения, разделяемого и теперь современными сектантами. Эти мысли, как нельзя лучше, показывают и несостоятельность сектантского лжеучения.

„Что в этой жизни нет никого свободного от грехов, хотя бы кто был святой, – пишет св. Иоанн Кассиан, – этому научает нас Спаситель, Который, преподавая Своим ученикам образец совершенной молитвы, между прочими возвышенными и священнейшими прошениями, которые только святым и совершенным свойственны, а злым и неверным не могут приличествовать, повелел и это говорить; „и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим” (Мф. 6:12). Итак, если эта молитва произносится святыми, – как, несомненно, мы должны поверить, – то кто может найтись столь упрямый, предубеждённый, столь напыщенный гордостью дьявольского неистовства, чтобы стал утверждать, что он без греха, – стал считать себя не только бо́льшим Апостолов, но и Самого Спасителя обличал как бы в неведении и суетности, будто Господь не знал, что некоторые могут быть свободны от грехов. И, не зная сего, напрасно учил безгрешных праведников искать врачевства для них посредством молитвы. Но когда совершенно все святые, соблюдая заповедь своего Царя, ежедневно говорят: „остави нам долги наши”, то истинно нет никого свободного от вины... Потому премудрый Экклезиаст, обозревая умом все действия и занятия человеческие, без всякого исключения произносит: „нет праведного человека на земле, который бы делал добро и не грешил” (Еккл. 7:20), т. е. на этой земле нет никого, столь святого, столь внимательного, который бы мог постоянно прилепляться к истинному и единственному Благу (Богу) так, чтобы сознавать, что он, и при ежедневном отвлечении от Него, не грешит...

„Ибо, с какою бы кто осмотрительностью ни старался сохранять своё сердце, никогда не сохранит его в чистоте, по желанию своего духа, при противоборстве плоти.

Но чем более нравственно будет преуспевать дух человеческий и достигнет высшей чистоты созерцания, тем более нечистым увидит себя; потому что более чистый взгляд большее и замечает, неукоризненная жизнь порождает большую скорбь самоукорения, исправление нравов, и заботливая ревность к добродетелям умножают печаль и воздыхания. Ибо никто не может быть доволен тою степенью совершенства, до какой преуспел; и кто чище будет духом, тот скорее увидит себя нечистым, – тот более найдёт побуждений к смирению, нежели к возношению. И чем ревностней такой подвижник стремится к совершенству, тем яснее увидит, что ему бесконечно далеко остаётся до той цели, куда он стремится” 259.

Многие говорят, что они праведны, ссылаясь на слова Св. Писания: „всякий, рождённый от Бога, не делает греха”... Это до́лжно разуметь не о всяком роде грехов, а только о грехах смертных. Кто не хочет удерживать и очищать себя от них, о том и молиться не до́лжно, как говорит Апостол же Иоанн: „если кто видит брата своего, согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даёт ему жизнь, согрешающему грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился” (1Ин. 5:16). А от тех грехов, которые называются грехами не к смерти, не могут быть свободны и самые верные рабы Христовы, с каким бы вниманием не охраняли себя от них. Ибо говорится: „аще речем, яко греха не имамы, себе прельщаем, и истины несть в нас” (1Ин. 1:8), и ещё: „аще речем, яко не согрешихом, лжа творим Его, и слова Его несть в нас” (1Ин. 1:10). Поистине, невозможно и самим святым не впасть в те малые прегрешения, которые бывают в слове, в мысли, в желании, по неведению, по забвению, по какой-нибудь крайности, по нечаянному случаю. Хотя они различны от того греха, который называется грехом к смерти; однако же не могут быть безвинны и неукоризненны” 260.

„Посему, все святые, при ежедневном воздыхании, сокрушаясь о такой немощи своего естества, смиренно взывают: „не входи в суд с рабом Своим, потому что не оправдается пред Тобой ни один из живущих” (Пс. 143:2). „Кто может сказать: я очистил моё сердце, я чист от греха моего” (Притч. 20:9). „Нет человека праведного на земле, который бы делал добро и не грешил бы” (Еккл. 7:20) 261.

Такого ясного, вразумительного рассуждения по данному вопросу мы не находили ни в одной миссионерской книге. Посему, остаётся пожелать, чтобы мысли св. Кассиана возможно скорее были извлечены из полузабытых его творений и приобщены к современной полемической литературе. Нам кажется, что они поставят в тупик всякого сектанта, каждого отщепенца от православной веры. Нужно только полностью извлечь их. Мы значительно их сократили. В полноте же своей они ещё более вразумительны и неотразимы.

Возьмём ещё пример. Сектанты, как известно, в высшей степени враждебно относятся к нашей святыне, в особенности к св. иконам. Они попирают их ногами, делают из них салазки для детей, употребляют их вместо ставней, колют на щепки, на дрова; выкалывают глаза у изображённых на них святых и т. д. и т. д. И, делая так, они, конечно, убеждены в том, что этим совершенно не оскорбляют Христа. „Попирая образы, – говорят они, – мы разве попираем Христа?”

Ответ на такого рода вопрос можно найти в житии святого преподобномученика Стефана Нового. Там рассказывается вот о чём. Однажды царь, боровшийся с иконопочитанием, призвал к себе великого ратоборца Стефана и спрашивает его: „каким отеческим преданиям не повинуемся мы, что ты называешь нас еретиками?” Стефан ответил: „написание св. икон преданное и заповеданное с древних времён богоносными отцами, вы злочестиво извергли из храмов, назвали их идолами, попрали ногами и истребили огнём. – „Попирая образы, мы разве попираем Христа”? – возразил царь. Тогда преподобный Стефан, как славный воин Христов, побеждает врага его же словами. Он взял в руки монету с изображением царя и, показывая ему её, спросил словами Христа: „чей образ сей и написание”? Царь удивился его непониманию и ответил: „чей же иной, как не царский”. Святой опять спросил: „что было бы, если бы кто-нибудь бесчестно поверг на землю царское изображение и стал бы топтать его ногами. Не подвергся бы он казни?” Предстоящие ответили: – „да, великим казням таковой подпал бы за то, что обесчестил царский образ”. Тогда преподобный Стефан, тяжело вздохнув, с сердечною болезнью воззвал: „О, великая слепота и безумие, если за обесчещенный образ земного царя, смутного и тленного, подвержен будет всякий мучению, говорите вы, то какой казни подлежите вы, поправшие образ Сына Божия и пренепорочной Матери Его и огню предать их не убоявшиеся”? Сказав это, он плюнул на монету, бросил её на землю и стал топтать ногами. Предстоявшие тут с радостью бросились на преподобного и хотели бросить его в море, на берегу которого стояла палата, в какой происходило настоящее прение. Царь же, затаив свой гнев и сознав свою ошибку, приказал пр. Стефана отвести только в темницу 262.

Такого рода иллюстрация как нельзя лучше выясняет преступность сектантского отношения к православной святыне, говорит о неосновательности и несостоятельности враждебного настроения к священным изображениям, и потому в высшей степени желательно, чтобы возможно скорее извлекли и её на свет Божий из древних, покрытых пылью, фолиантов и использовали её для полемических целей. И это не одна иллюстрация. Их десятки, сотни есть. Нужно только тщательно порыться в святоотеческой литературе, и тогда все они предстанут пред нашими глазами во всей своей силе и крепости.

Да, давным-давно пора обратиться к святоотеческим творениям. Там такая глубина мысли, такая сила аргументаций, такое множество доказательств, такое богатство иллюстраций и вместе с тем такое разнообразие полемических приёмов, что если бы всё это, весь патристический материал привлечь к делу, к нашей полемике с сектантами, то мы на миссионерском поприще пользовались бы несравнимо бо́льшим успехом, чем теперь, и дальше пошли бы вперёд по трудному и тернистому пути.

Затем, помимо святоотеческих творений, почему бы, в самом деле, не воспользоваться нам ещё и произведениями светских богословов? ведь и у них есть ценные мысли, сильные соображения, неопровержимые доказательства, которые тоже могли бы принести громадную пользу в борьбе с „религиозным разномыслием”.

Между тем ими не пользуются у нас. Ими пренебрегают. О них, за весьма редкими и приятными исключениями, нигде и не упоминается.

Что это? Халатность миссионеров? Литературное невежество? Или же горделивое пренебрежение?

Что бы там ни было, но это большой промах со стороны миссионерских борцов, который надо возможно скорее исправить. И чем скорее, – тем лучше.

Для большей ясности, а также для примера мы укажем здесь на некоторых светских богословов, и сделаем соответствующие выдержки из их произведений, чтобы видеть, какой богатый и для миссионерских целей полезный материал заключается в игнорируемой нами литературе.

Возьмём, например, вопрос о Церкви, о том, нарушают ли грешники святость её? Сектанты говорят, что нарушают, а наш известный русский философ-богослов В. С. Соловьёв вот как рассуждает по данному вопросу:

„Исходя из понятия Церкви, как Тела Христова, мы должны помнить, что это тело необходимо растёт и развивается, следовательно, изменяется и совершенствуется. Будучи телом Христовым, Церковь доселе ещё не есть Его прославленное, всецело обожествлённое Тело. Теперешнее земное существование Церкви соответствует телу Иисуса во время Его земной жизни (до воскресения), – телу хотя и являвшему в частных случаях чудесные свойства (каковые и теперь присущи Церкви), но вообще телу смертному, материальному, не свободному от всех немощей и страданий плоти, – ибо все немощи и страдания человеческой природы восприняты Христом; но как во Христе всё немощное и плотское поглощено в воскресении духовного тела, так должно быть и в Церкви, Его вселенском теле, когда оно достигнет своей полноты. Тогда в ней всё духовное будет вполне воплощено и материальное вполне одухотворено.

Своими частными и преходящими недостатками верующие христиане не могут нарушать вечного достоинства Церкви, как целого. Даже и в физическом теле отдельные члены его могут быть поражены и парализованы, а всё тело живёт и действует, и воздействием своей жизни может исцелить и поражённые члены. Тело необходимо умирает только тогда, когда поражены основные его части – голова и сердце. Но глава и сердце Церкви (св. Дух и Господь наш Иисус Христос) находятся в вечном божественном мире и не могут быть поражены.

Из порочных слагаемых не может произойти святого и непорочного целого: и если бы только Церковь была собранием отдельных людей, то она не могла бы быть святой и непорочной, так как безгрешных людей на земле не существует. Но видимая Церковь получает свою жизнь и свою силу помимо грешных людей от Самого Иисуса Христа, в Котором обитает вся полнота Божества телесно. Поэтому, наши людские несовершенства никак не могут упразднить святость Церкви.

Мы святимся только святостью Церкви, но Церковь не оскверняется нашими грехами, ибо её святость не от нас, а от Бога чрез Христа, и она сама не в нас, хотя и из нас состоит (как тело наше состоит из тканей и волокон, но сущность его не в них, а в органическом сочетании в форме одного целого). Церковь не есть только собрание людей (верующих), но прежде всего то, что их собирает, т. е. данная людям свыше существенная форма единения, посредством которой они могут быть причастны Божеству” 263.

Такие ценные мысли и глубокие рассуждения можно найти у Вл. Соловьёва не только по вопросу о Церкви, но и по вопросу о природе, о смерти, о грехе, о законе, о благодати, о молитве, о жертве и милостыне, о посте, о христианстве и о государстве 264. Остаётся пожалеть, что мы не пользовались его произведениями, не читали его проникновенных верою страниц.

Или: миссионерские журналы до сих пор не обратили внимания своих читателей на появившуюся в начале этого года книгу В. В. Розанова: „Апокалипсическая секта” (хлысты и скопцы). СПб. 1914 г. Между тем эта книга замечательна в своём роде. В ней есть глава „Роковая филологическая ошибка” (116–134 стр.), которая вскрывает пред нами всю ложь скопческого мировоззрения. Не станем скрывать, что до сих пор не было более или менее удовлетворительного разбора основного догмата скопчества. Все по данному вопросу критические рассуждения были слабы и легко разбиваемы сектантами. И вот, когда указан нам Розановым сильный и неопровержимый аргумент, когда подчёркнута им роковая филологическая ошибка, нужно бы воспользоваться благоприятным моментом, скорее поведать православным полемистам о столь верном для миссии открытии, а между тем о книге Розанова никто не отозвался: ни один миссионер, ни один журнал, за исключением специального академического журнала „Богословский Вестник” 265. Такая халатность непростительна. С таким рвением далеко не уйдёшь.

Ещё пример. Вопрос о необходимости крещения – вопрос в сектантской литературе спорный. Одни отрицают его, другие защищают. И со стороны православных миссионеров требуется громадная затрата сил для доказательства этой кардинальной истины. Сказать, что они успели, воочию убедили в необходимости крещения – нельзя, потому что и теперь есть такие еретики, которые оспаривают его. Следовательно, надо приискивать другие аргументы, более сильные, более убедительные. Желающий может найти их в великолепной книге известного профессора г. Друммонда: „Естественный закон в духовном мире”. Здесь, в первой главе: „Биогенезис” (1–20 стр.) так ясно и убедительно раскрыта истина о крещении вообще, что если только использовать означенную книгу в миссионерских целях, то получится „плод мног”. Но на эту книгу никто никогда не ссылался. Замечательная книга, многих атеистов обратившая к Господу Богу 266, оставлена без всякого внимания с нашей стороны. Жаль. А можно было бы многое позаимствовать из неё.

Нечего больше приводить примеров. И этих вполне достаточно. И они говорят нам, что нужно больше трудиться, больше читать! Что не стоит пренебрегать произведениями светских богословов. Нужно и с ними ознакомиться, потому что и у них есть серьёзные и ценные мысли.

* * *

252

Только труды Боголюбова являются приятным исключением.

253

Творения св. Отец, т. 3, стр. 298–299.

254

Беседы на 14 посл. ап. Павла. Бес. 8 на 1Кор. 3.

255

Беседы на 1 посл. к Колоссянам, нравоучение 3.

256

Беседа на 3 главу к Колоссянам.

257

Св. Златоуст, из пролога 4 февраля.

258

Боголюбов: „Миссионерские беседы”, изд. 3, стр. 113.

259

Писания преп. отца Иоанна Кассиана, пер. с лат. еп. Петра изд. 2. М. 1892 г., стр. 603–605.

260

Там же, стр. 375–376.

261

Там же, стр. 602.

262

Житие св. Стефана – 28 ноября.

263

Собр. соч., т. 3, стр. 381–382, изд. 2. СПб.

264

Там же, стр. 301–403.

265

См. 1914 г. № 5.

266

Примеры см. в книге В. Джемса: „Многообразие религиозного опыта”. Стр. 209, изд. ж. „Русская Мысль”. М. 1910 г.


Источник: Борьба с сектантством / Введенский А.П. - Одесса : тип. Епарх. дома, 1914. – 412 с.

Комментарии для сайта Cackle