митрополит Амфилохий (Радович)

ОСНОВЫ ТОЛКОВАНИЯ СВЯЩЕННОГО ПИСАНИЯ

Существуют два подхода к изучению Библии: а) внешний и б) внутренний, духовный, более глубокий подход.

Что подразумевается под внешним подходом? Это литературное, историческое, текстологическое, лингвистическое и критическое изучение Священного Писания. Все это проблемы, которыми занимается Введение в Священное Писание вообще и, особенно, в Священное Писание Ветхого Завета. Это в большей или меньшей степени такое же отношение к Библии, как к любому другому памятнику прошлого.

Другой – внутренний, духовный, глубокий подход в качестве исходного пункта принимает тот факт, что Священное Писание не обычная книга и не обычный литературный памятник прошлого. Библия – это слово Божие, Откровение человеку о Боге, мире, самом человеке и смысле его жизни и окружающего мира. Если любое человеческое слово, даже самое простое, имеет свой смысл, то тем более это относится к слову Божию, которое по самой своей природе (φύσις) отличается неисчерпаемой глубиной. Необходим огромный труд, чтобы понять Библию даже как литературно-историческое произведение, так как и в данном качестве она органически связана со своим глубинным смыслом и без него непостижима; еще большего труда требует постижение этого глубинного содержания, смысла послания. Но успех и первого, и второго подхода не зависит только от человеческого труда и упорства: без присутствия того же Духа, которым были вдохновлены пророки и святые авторы этих текстов, и без горения в сердце такого же духовного огня слово Божие или будет искажено, или останется неразгаданной тайной (μυστήριον) за семью печатями. Это означает, что внешний и внутренний подходы к изучению Священного Писания должны быть основаны на вере (πίστις) и на священном трепете перед тайной, скрытой за словами, лицами, случаями и событиями, приведенными и описанными в нем. Результаты того, кто с верой и трепетом приступает к изучению слова Божия, и того, кто использует чисто внешний, рационалистический подход, естественно, будут разительно отличаться.

Но даже тот, кто подходит к Откровению как к литературно-историческому памятнику, с литературно-критическим анализом, не может не заинтересоваться глубиной, масштабом и возвышенностью библейской проблематики. Ибо библейская, в данном случае ветхозаветная, проблематика, в сущности, является проблематикой общечеловеческой. Ключевые проблемы человеческой жизни, личной и общественной, отношения человека к окружающему его тварному миру, к любви, страданию, греху (άμαρτία, άστοχία), смерти, Богу, смыслу жизни и ее конечной истины – все это изложено в Библии единственным исключительным и всеобъемлющим способом. В качестве примера приведем первые страницы Книги Бытия, историософское видение мира Пятикнижия и других исторических книг, пророческую философию истории Иова и ее проблематику, историю пророка Давида и плач псалмов, мудрость Соломона, глубоко человеческую тематику Песни Песней и ее неисчерпаемый символизм и т. д. Все это настолько близко человеку и всегда современно основным измерениям и экзистенциальным потребностям его существа, что сам человек просто немыслим без этого.

Если это действительно для тех, кто подходит к Библии с внешней стороны, то тем более это неоспоримо для верующих, которые библейское слово воспринимают как сокровищницу истинной мудрости, как символ (σύμβολον) и Откровение слова Божия, через которое даруется человеку тайна Бога, мира и человеческой истории. Ветхозаветное Откровение – не полнота (πλήρωμα) Божиего явления миру, а основа (θεμέλιον), без которой эта полнота немыслима и непостижима. В нем записана одна великая Драма, которая разыгралась между Богом и человеком, между Богом и избранным народом, и которая остается вечным критерием и зеркалом каждой человеческой драмы, идет ли речь о драме отдельной личности или о драме народа и общности.

Следовательно, Ветхий Завет – это (записанное) Откровение Бога, Откровение тайны мира как результата творческого акта (ένέργεια) Бога, как открытие Божией воли (άποκάλυψις της θείας βουλής) и тревоги о мире и человеке, выраженное через заботу о избранном народе. О каждом ветхозаветном библейском слове сказано в призыве пророка Иеремии: «Слушайте слово, которое Господь говорит вам» (Иер. 10, 1). Единственно истинный метод (μέθοδος) понимания этого слова Божиего лучше всего описан в Книге пророка Иезекииля (Иез. 3, 1–12). Здесь пророк получает приказ – съесть то, что перед ним: «съешь этот свиток» и им «напитай чрево твое и наполни внутренность твою» (3, 1. 3), – и тогда идти и проповедовать дому Израилеву. Только тогда, когда слово Божие проникнет все существо человеческое (τό όν, τό είναι) и охватит его, оно станет «сладким в устах, как мед» ([ср.] 3, 3), делая тех, которые «съели» и ощутили его сладость, способными усладить горькую воду человеческой жизни и готовыми на Божий призыв (Θεία κλήσις) «идти к дому Израилеву», идти и открыть ему волю Божию. Это слово – «горящий уголь», которым коснулся один из серафимов уст пророка Исаии (Ис. 6, 6–7), удалив от него его беззаконие и очистив грех его (6, 7) и наделив его силой и просвещением (φωτισμός), чтобы этим огнем растопить огрубевшее сердце (καρδία) народа. То, что действенно для пророка, действенно и для каждого человека: только те, которые съедят Книгу Божию и чьих уст коснется «живой огонь», т. е. огненная сила Духа Святого ('Αγιον Πνεύμα), смогут понять и истолковать глубину этого слова и предложить его миру как преображающую силу (μεταμορφωτική δύναμις).

Это воплощение слова Божия (ένσάρκωσις τού Θείου λόγου) и внутреннее горение его носителей и проповедников необходимы еще по одной причине: придя в соприкосновение с человеческим ухом и сердцем, оно встречается с головокружительной бездной человеческой свободы, с огрубелостью сердца, с глухотой ушей и слепотой очей (ср. Ис. 6, 10). Так бездонны глубины человеческой «огрубелости» и богоотступничества, что необходимо, дабы Бог (Θεός) одарил своего пророка исключительной силой – «сделал твое лице крепким против лиц их, и твое чело крепким против их лба. Как алмаз, который крепче камня, <сделал Я чело твое>» (Иез. 3, 8–9), – чтобы ими добро (καλόν) торжествовало над демоническими силами зла и греха. Если же сердце и разум сами не открываются, то Божие слово как бы бессильно над ними, точнее сказать, его смысл становится еще более недоступным. Тогда Бог обращается к народу через пророка: «Слухом услышите – и не уразумеете, и очами смотреть будете – и не увидите» (Ис. 6, 9). Все это свидетельствует о том, что поиск смысла Священного Писания и его правильного толкования весьма сложен: он сложен настолько, насколько сложна тайна сретения скрытого Бога и человеческой жажды о Нем, т. е. тайна всецелой человеческой жизни и мира. Это особенно касается ветхозаветной экзегезы, так как Ветхий Завет не содержит в самом себе полного смысла. Ветхозаветный летописец Божиих слов и сам ожидает от будущего, что он поймет их полный смысл и значение образов, которые открываются ему, и событий, в которых он участвует и которые описывает. Красной нитью, которая проходит через весь Ветхий Завет, является мессианская надежда и ожидание. Экзегеза (έξήγησις) непосредственно зависит от осуществления или неосуществления этой мессианской надежды. Поэтому еврейская экзегеза до Христа совсем другая, чем христианская, так как христианское толкование основывается на сбывшейся надежде, а еврейское – все еще в ожидании исполнения этой надежды. Это различие становится еще более радикальным и глубоким, поскольку отношение к Ветхому Завету остается тем же и после пришествия Христа, т. е. поскольку Старый Завет истолковывается и далее так, как будто Христос не приходил. Таковым является случай с иудейским толкованием, которое не принимает Христа как ожидаемого Мессию, а продолжает жить в надежде, что Он только еще должен прийти.

Это является доказательством того, что и внутреннее толкование может стать внешним, и это происходит в тот момент, когда оно основывается [только] на слове, на буквальности, которая убивает, а не на духе и духовном огне, которые просвещают и животворят. На этом распятии между словом и духом, между огрубелостью сердца и серафимским пылом и просвещенностью небесным огнем, распята экзегеза, как и сам человек, на протяжении всей своей истории. Мы хотим привести здесь краткий очерк истории экзегезы, начав от древнего иудаизма и до наших дней. При этом, такой беглый обзор истории ветхозаветной герменевтики ставит перед собой цель (σκοπός) стать введением в современное толкование Ветхого Завета, основанное на многовековом историческом опыте Церкви и его критериях.



Источник: История толкования Ветхого Завета / Митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий (Радович) ; пер. с серб. Н. В. Ивкиной под общ. и науч. ред. А. Г. Дунаева. - Москва : Изд. Совет Русской православной церкви, 2008. - 262, [1] с. ISBN 978-5-94625-253-9

Вам может быть интересно:

1. Раннехристианская и византийская экзегетика – Основные тенденции развития и характерные черты древнехристианской и ранневизантийской экзегезы (II-начало VII вв.). профессор Алексей Иванович Сидоров

2. О славянском переводе пятикнижия Моисеева, исправленном в XV веке по еврейскому тексту протоиерей Александр Горский

3. Руководственные о Священном Писании сведения, из творений святых отцов и учителей Церкви извлеченные – Изречения иже во святых отца нашего Иоанна Златоустого и иных отцов и учителей Церкви о чтении и разумении Священного Писания профессор Аким Алексеевич Олесницкий

4. Почаевская Успенская лавра. Историческое описание протоиерей Андрей Хойнацкий

5. Кир Батнский сирийский церковный историк VII века Александр Петрович Дьяконов

6. История Греко-восточной церкви под властью турок – Сношения Греческой церкви с протестантами во второй половине XVI в. 362 профессор Алексей Петрович Лебедев

7. Теология Секста Проперция: очерк из религиозной истории Рима профессор Александр Иванович Садов

8. Личные воспоминания о митрополите Петербургском Антонии, как учителе и сослуживце профессор Алексей Афанасьевич Дмитриевский

9. История Кафедрального Успенского собора в губернском городе Владимире протоиерей Александр Виноградов

10. Новое приобретение библейской науки протоиерей Александр Рождественский

Комментарии для сайта Cackle