архиепископ Арсений (Брянцев)

XVI. Слово в Великий Пяток над Плащаницей25

С какими мыслями и чувствами надлежит христианину присутствовать у гроба Спасителя?

Како погребу Тя, Боже мой,

или какою плащаницей обвию Тя,

коима ли рукама прикоснуся

нетленному телу Твоему, или кия

песни воспой Твоему исходу – Щедре?

Чьи это слова? Кто с таким трепетом и благоговением, с такой верой и любовью приступал к умершему Спасителю, желая совершить Его погребение? Эти слова св. Церковь влагает в уста Иосифа Аримафейского, который вместе с Никодимом совершал погребение Спасителя, умершего на кресте. Праведный Иосиф знал несправедливый суд над Спасителем, Его тяжкие страдания, был свидетелем затмения солнца при смерти Его, сотрясения земли, распадения камней и воскресения мёртвых, глубоко веровал в божество Иисуса Христа и, сознавая своё недостоинство, рыдая, снимал Его с креста, не зная в то же время, как прикоснуться недостойными своими руками к пречистому телу Его, какой плащаницей обвить Его, и какими погребальными песнями почтить Его, и восклицал: увы мне, сладчайший Иисусе! Се ныне вижу Тя мене ради волею подъемша смерть. Како погребу Тя, Боже мои, или какой плащаницей обвей, коима ли рукама прикоснуся нетленному Твоему телу, или кия песни воспою Твоему исходу – Щедре?

В настоящие минуты, братья, мы воспоминаем снятие Спасителя с креста и положение Его в гроб. Наше действие: поднятия и св. престола плащаницы, на которой изображён пречистый лик умершего Спасителя, перенесение оной из алтаря на середину церкви – есть выражение как бы действительного участия нашего в снятии с креста и положению в гроб Спасителя, которые удостоился совершить праведный Иосиф вместе в Никодимом. Если же так, то не с такими ли мыслями и чувствами, и мы должны присутствовать при настоящем священнодействии у гроба сего, с какими присутствовал праведный Иосиф при погребении Спасителя?...

В самом деле, братья, кого мы погребаем? Кто этот Мертвец, изображённый на этой плащанице, так измученный, израненный и умерший на кресте поносной смертью? Это не простой житель мира сего и не какой-нибудь знатный сановник, которого, обыкновенно, с почестями погребают, не властелин мира сего, не князь какой-нибудь или царь, управляющий народом. Нет, это Тот, Который из небытия всё привёл в бытие, Который простёр небо, яко кожу; основал землю на водах, Который, если отвратит лице Своё от мира, то все в нём придёт в смятение, всё обратится в хаос, все исчезнет; это Тот, Которого трепещут умные силы; Которому ангелы служат, архангелы кланяются, херувимы и серафимы, окрест Его стоящие, страхом непреступные Его славы покрываются: это Тот, Которого поёт солнце, славит луна, слушает свет, трепещут бездны, Которого боятся и трепещут все звери дубравные, птицы пернатые, гады и все, пресмыкающиеся на земле. Это Тот, Имя Которого под разными именами, в различных верованиях славится во всей вселенной. Это предвечный Бог, всемогущий, вездесущий и всем управляющий, второе Лицо св. Троицы, Единородный Сын Божий, Творец неба и земли, всего видимого и невидимого, Господь наш Иисус Христос. Вот – образ какого мертвеца перед нами лежит, вот – чью смерть и погребение мы вспоминаем, при чьём гробе присутствуем. Если же праведный Иосиф считал себя недостойным прикоснуться к нетленному телу Спасителя и недоумевал, какую честь воздать божественному Мертвецу: то как же нам – недостойными и грешным, не задуматься, в настоящие священные минуты, над гробом Господа Бога, как не сказать из глубины души каждому из нас с великим благоговением и страхом, подобно Иосифу: како погребу Тя, Боже мой, или какой плащаницей обвию Тя, коима ли руками прикоснуся нетленному телу Твоему, или кия песни воспою Твоему исходу – Щедре?

Но наш страх и благоговение перед этим божественным Мертвецом растворятся великой скорбью, глубоким сокрушением сердца, если мы припомним в настоящие минуты, что этот Мертвец есть величайший благодетель рода человеческого, Который в ряду творений Мира явил особенную любовь к человеку и в его сотворении, и промышлении о нём, и спасении. В ряду творений Он поставили человека выше всех земных тварей, сотворил его по образу и по подобию Своему, умалил его малым чим от ангел; сделал человека господином над прочими земными тварями; приготовил для него рай и предназначил ему блаженство. Человек не соблюл заповеди Божией о не вкушении запрещённого плода, и пал. Вместе с падением прародителей явился в мир грех, вошедший во весь род человеческий. Начались страдания человека на земле, его ожидали вечные мучения в будущей жизни. Но Господь сжалился над бедными человеком; дал ему надежду избавления в Лице имеющего придти на землю Сына Божия. Для сохранения сей самой надежды и веры в грядущего Спасителя, Он избрал народ еврейский и среди этого народа посредством многократных богоявлений, прообразов и пророчеств Он поддерживал веру в грядущего Спасителя и приготовлял народ свой, а через него и весь род человеческий к принятию Его. Пять тысяч лет с половиной прошло со времени сотворения мира и человека – до пришествия Спасителя. Род человеческий, самым долговременным опытом, познал, что в нём самом нет средств и способов спасти себя от греха, проклятия и смерти. И вот, пришёл на землю Сын Божий, воплотившись от Пресвятой Девы по наитию Духа Святого, прожил на земле тридцать три года с половиной, общественное своё служение ознаменовал бесчисленными благодеяниями и чудесами на пользу страждущему человечеству; принёс на землю новую религию, основал свою Церковь на земле и даровал в ней все средства ко спасению в установленных Им таинствах, так что человек, рождаясь в мир грешный, в таинстве крещения очищается от прародительского греха, а через другие таинства может очиститься от своих грехов, тесно соединиться со Христом, приготовиться к будущей жизни и получить вечное спасение. При этих средствах со стороны человека требуется только вера, соединённая с добрыми делами. Так спасён человек! .. Но это спасение нужно было приготовить для человека посредством величайшей жертвы: для сего нужно было самому Богу сделаться человеком, принять на себя грехи всех людей, научить человека истине, обличить неправду людскую, претерпеть тяжкие страдания, умереть на кресте и через то удовлетворить правде Божьей и примирить человека с Богом. Всё это сделал для нас Единородный Сын Божий – Господь Иисус Христос. Итак, вот чью смерть и погребение мы воспоминаем. Вот, кто этот Мертвец! Это – Спаситель наш, Который, из любви к падшему человечеству, Сам сделался человеком, претерпел тяжкие страдания и смирил Себя, даже до смерти крестныя. Как же после этого, подобно Иосифу и Никодиму, не скорбеть и не тужить при гробе сем, как не пролить слез благодарности и не повторить, с глубоким сокрушением сердца, слов: увы, мне Иисусе сладчайший! се ныне вижу Тя мене ради волею подъемша смерть. Како погребу Тя, Боже мой, или какою плащаницею обвию, коима ли руками прикоснуся нетленному Твоему телу, или кия песни, воспою Твоему исходу – Щедре?...

А какие тяжкие страдания, какие насмешки и поругания претерпел Спаситель наш Господь Иисус Христос за свою любовь и благодеяния к человеку! Разве чёрствое и маловерующее сердце может удержаться от слёз при слушании истории Его страданий. Тяжки были страдания Спасителя и несправедлив был суд над Ним! В саду Гефсиманском Он молился Отцу Своему – да мимо идет от Него чаша страданий. Нелегко было Ему перенести предательство от одного из ближайших учеников Его, в руки врагов за ничтожную цену – за тридцать сребреников. Во время же суда и следствия над ним в одном месте Ему наносили удары по ланитам, в другом – Ему завязывали глаза платком и били по голове палкой, в третьем – начальники иудейские прямо отдали его на поругание народу. И здесь он претерпел различного рода бичевания и поругания: Его привязывали к столбу и наносили удары; надевали на голову Его венец, сделанный из колючего растения: и, таким образом, изъязвили Ему главу многими ранами, давали Ему в руки трость, которой заушали Его, и в насмешку преклоняли колена перед ним, говоря: радуйся, царь иудейский, плевали Ему в лицо и неистово кричали распни Его». По осуждении же Его на смертную казнь, самую поносную в то время – крестную, изнурённого, измученного, как преступника, Его заставили нести на место казни тяжёлый крест, под которым Он не раз подал. Наконец, как злодея распяли Его на кресте между двумя разбойниками, гвоздями прободали Ему руки и ноги; при самых ужаснейших Его страданиях на кресте, когда Он говорил: «Боже мой, Боже мой, почто Мя оставил еси», – злодеи не переставали издеваться над Ним и говорили: «других спасал, а себя не может спасти », – и даже после смерти не оставляли Его в покое: один из воинов копьём пронзил Ему ребро. А какой неосновательный и несправедливый суд был над Ним?!.. Взяли Его на суд ночью предательски, между тем, как Он никогда не скрывает Себя от народа, водили Его: то к первосвященникам Ане и Кайафе, то к Ироду, то к Пилату; не знали, какое возвести на Него обвинение, вызывали свидетелей, но в показаниях их не находили обвинений; наконец, всю вину Его основали на том, что Он справедливо называл Себя Сыном Божиим. Сам Пилат признал Его невинным и, не желая принять участия в Его смерти, умыл руки перед народом, но, по малодушию, уступил требованиям разъярённой толпы и отдал Его на распятие. За что же вся эта злоба и ненависть к Спасителю? За то, что обличал начальников и книжников иудейских в заблуждениях и пороках, за то, что Он приобрёл великую любовь и уважение от народа за Его бесчисленные чудотворения и другие благодеяния, за то, что слава о Нем возрастала все более и более, и враги Его думали, что Он будет царём земным. Очевидная несправедливость, ненависть и злоба к божественному невинному Страдальцу! Люди мои, что сотворих вам, говорит Господь иудеям, или чим вам стужих? слепцы ваши просветих, прокаженные очистих, мужа, суща на одре возставих. Люди мои, что сотворих вам? И что ми воздасте? За манну – желчь: за воду – оцет: за еже любити мя, ко кресту мя пригвоздисте. Ктому не терплю прочее, призову моя языки, и тии мя прославят со отцом и духом, и аз им дарую живот вечный. Итак, братья, перед нами гроб невинного Страдальца, злобой людской поруганного, обесчещенного и осуждённого на крестную смерть. Но некогда Он Сам призовёт на суд всю вселенную и каждому воздаст по делам его. Сознавая Его невинность, высочайшую святость и правосудие, которым Он некогда нас будет судить, и глубоким благоговением, и сокрушением сердца повторим ещё слова праведного Иосифа: како погребу Тя, Боже мой, или какою плащаницею обвию, коима ли руками прикоснуся нетленному Твоему телу, или кия песни воспою Твоему исходу Щедре?...

Но, при этом, нельзя удержаться от осуждения ненависти и презрения к жестоким мучителям Христа Спасителя, нельзя удержаться от осуждения и вообще всего народа еврейского, так неблагодарно заплатившего Ему за все те благодеяния, которые Он являл ему с самого призвания Авраама, родоначальника его, и, особенно, за те благодеяния, которые Господь Иисус Христос сделал для него во время своего общественного служения. Но своё осуждение народ еврейский сам произнёс над собой, когда ответил Пилату: кров Его на нас и на чадех наших. Никогда не смоется эта кровь с народа еврейского!... Но одни ли евреи были причиной тяжких страданий и поносной смерти Спасителя? Не участвовали ли и мы, хотя отдалённым образом, в мучениях Спасителя, и не распинаем ли мы Его многократно своими грехами теперь?... Своими страданиями и крестной смертью Господь Иисус Христос принёс искупительную жертву Богу Отцу за грехи всего мира, а, следовательно, и за наши; для омытия и наших грехов потребовалась пречистая кровь Его: поэтому, и мы небезучастны в страданиях и смерти Спасителя. Но ещё более мы виновны перед Господом нашим Иисусом Христом, сим невинным страдальцем, в том, что мы своими грехами ежечасно оскорбляем Его – Спасителя нашего, положившего Свою душу за нас, и через то, неминуемо навлекаем на себя тяжкое осуждение; а потому, стоя у живоносного гроба Его, сознаем свою виновность перед Ним, смиренно облобызаем Его раны, источившие пречистую кровь Его, омывшую наши грехи и открывшую нам путь в жизнь вечную, и глубоким раскаянием, и с молитвой о прощении наших грехов повторим ещё раз слова праведного Иосифа: как мы погребём Тебя, Боже наш, какой плащаницей обовьём Тебя, какими руками и устами будем прикасаться нетленному Твоему телу, и какие песни воспоём Тебе, милосердный, когда мы своими грехами вознесли Тебя на крест, и когда мы, неблагодарные, многократно распинаем Тебя своими пороками...

Благоразумного разбойника во едином часе раеви сподобивый, Господи! И нас древом крестным просвети и спаси!... Аминь.

* * *

25

Произнесено в Симферопольском Кафедральном Соборе 29 Марта 1879 г.


Источник: Собрание слов и речей высокопреосвященного Арсения (Брянцева), архиепископа Харьковского и Ахтырского, говоренных в разных местах его служения : Т. 1-. - Харьков : тип. Губ. правл., 1908-1912. / Т. 1 : 1873-1887 гг. - 1908. - 254, VI с., 1 л. портр.

Комментарии для сайта Cackle