архиепископ Аверкий (Таушев)

Слово Архимандрита Аверкия при наречении во Епископа Сиракузско-Троицкого, 10/23 мая 1953 года

Преосвященнейшие Архипастыри!

В сей торжественный час, когда благодать Божия чрез Вас призывает меня, убогого, к высшему в Церкви епископскому служению, которое есть продолжение служения Апостольского, чтó убо реку или чтó возглаголю?

Страх и трепет прииде на мя, и сердце мое смятеся во мне (Пс. 54, 6–5), и удобее мне было бы любити молчание. Но поелику, согласно установившемуся обычаю, требуется от меня в настоящий час исповедание того, СЪ КАКИМИ МЫСЛЯМИ И ЧУВСТВАМИ приступаю я к предстоящему мне служению, принужден и я отверзть уста мои.

Исповедую, прежде всего, безмерную благость Божию ко мне, грешному, которая так явно и обильно изливалась на меня во всех путях жизни моея.

Исповедую и всю немощность мою, все недостоинство мое. В минуты просветления духовного ничего не вижу в себе, кроме грехов и многообразных немощей.

Но знаю и помню слова Господа, сказанныя великому Апостолу языков: Сила Моя в немощи совершается (2Кор. 12, 9). А потому не смею отрекаться служения, к которому призываюсь. Всегда считал за лучшее: ничего не искать и ни от чего не отрекаться, полагаясь во всем на волю Божию. Со страхом и трепетом приемлю сие великое служение и с благодарностью за оказываемое мне доверие и честь, ибо служение это не только страшно и ответственно, но и блаженно и радостно.

В Вашем призыве, Преосвященнейшие, не могу не видеть воли Божией, чудесно ведшей меня всю жизнь. Еще в ранние годы детства любимой книгой моей стала Священная Книга Евангелия, а любимым времени провождением – прислуживание в св. алтаре и чтение на клиросе. Обычная мирская жизнь меня не привлекала; душа искала иной жизни. И вот, два великих святителя, оба носивших имя ФЕОФАНА, что значит: «Бога являющий», подлинно «явили» мне Бога в дивных нетленных красотах сокровенной, духовной жизни в Боге, расположив меня к отречению от мирской жизни и принятию иночества. Драгоценнейшая книга святителя Феофана, Вышенского Затворника: «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться?» раскрыла предо мной сокровища духовной жизни и возбудила неутолимое желание к ним приобщиться. «Невидимая брань» и «Путь ко спасению» воспитали во мне вкус к чтению святоотеческих писаний. «Душеполезныя поучения» Аввы Дорофея, «Лествица» преп. Иоанна, игумена горы Синайской, и вслед за ними многия другия святоотеческия творения стали моим любимейшим чтением. А высокие образы и примеры Священной и Церковной Истории увлекали мою мысль и чувство и властно звали меня посвятить свою жизнь на служение Богу и Его Святой Церкви. Особенно вдохновлял меня возвышенный образ «Апостола любви» – возлюбленного ученика Христова, наперсника и девственника св. Иоанна Богослова, а затем – образы неустрашимых борцов за истину св. Православия: св. Афанасия Александрийского и великих вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого. Вместе с тем, радовала принадлежность к русскому народу, этому подлинному «Новому Израилю», которому, по словам нашего великого праведника о. Иоанна Кронштадтского, «вверил Господь великий и спасительный талант Православной Веры»; умиляла и трогала мою душу идея Святой Руси, воодушевляли образы великих столпов нашей отечественной Церкви – «стоятелей за веру и за землю Русскую» – преп. Сергия Радонежского, «игумена всея Руси», святителей московских Петра, Алексия, Ионы, Филиппа, священномученика Патриарха Гермогена, «радости нашей» – преп. Серафима Саровского, оптинских старцев и приснопамятного «Батюшки» отца Иоанна Кронштадтского.

Встреча с незабвенным Аввою моим Преосвященным Феофаном, Архиепископом Полтавским и Переяславским, в котором я увидел живое воплощение сложившихся у меня в уме и сердце идеалов инока и святителя, все окончательно решила: я безповоротно стал на путь иночества. Окончив за послушание моему Авве курс богословских наук, я принял, по его благословению, на Карпатах, где шла в то время увлекавшая многих миссионерская работа по возвращению униатов в Православие, иноческий постриг. Однако, Богу было угодно, вскоре после этого, подвергнуть меня трудному испытанию. Вместо иноческого уединения, к которому с детства стремилась душа моя, мне пришлось, в самых неблагоприятных для духовной жизни условиях и обстановке, нести весьма тяжкое для молодого инока послушание приходского пастыря, которое продолжалось затем в течение целых двадцати лет. Много утешений и чисто духовных радостей и в этом благословенном, самом по себе, служении, но о, как трудно иноку, среди суеты и страстей мира сего, во зле лежащего, сохранить душу свою незапятнанной, неопустошенной, как трудно не погубить себя в конец. Благодарю Милосердого Господа, что Он помог мне пройти сию пучину и обрести здесь в этой святой обители тихое пристанище!

Слава Всемилостивому Богу, благодарение и Тебе, возлюбленный Первосвятитель наш, и Тебе, мой теперешний Авва, поставившим меня здесь у кормила дорогого и близкого моему сердцу дела – воспитания и образования новых пастырей Церкви! Всеми силами буду стараться, Богу содействующу, оправдать Ваше высокое доверие и любовь.

Блаженно и радостно сознавать мне, что отныне вступаю я в преславный лик преемников Апостольских, делаюсь преемником и продолжателем дела великих Отцев Церкви – дела Христова на земле.

Но, вместе с тем, не могу я не отдавать себе отчета в том, что, сколь ни блаженно сие служение, принимая его, я подлинно как бы восхожу на крест, уподобляясь Пастыреначальнику Христу. В наше время, которое, по многим признакам, нельзя не считать преддверием последних времен, это особенно глубоко чувствуется. Жизнь христианская стала сейчас столь трудной, как никогда прежде, ибо козни врага человеческого спасения чрезвычайно умножились и утончились. Во много раз стал труднее и ответственнее подвиг пастырствования, который, по словам Апостола, есть дело служения к совершению святых, в созидание Тела Христова, Дóндеже достигнем вси в соединение веры и познания Сына Божия, в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова (Ефес. 4, 12–13). Столь велико сейчас растление греховное, столь извращены все понятия даже у людей, именующих себя христианами, что нет ничего более трудного, как призывать к идеалу святости, идеалу совершенства христианского. Подлинная вера Христова претерпевает ныне гонения, не менее, а более опасныя и губительныя, чем во времена первохристианства. Эти гонения, в сущности, уже повсеместны, с тою лишь разницею, что в одних местах они ведутся явно и открыто, путем кровавых насилий, а в других – не столь явно и более «мирным» образом – путем создания таких условий и обстановки жизни, которыя способствуют внедрению в общество начал безбожия и безнравственности. Эти гонения много хуже и опаснее бывших во времена язычества, ибо тогда гнали Церковь люди, не знавшие христианства, а теперь гонят его ожесточенные отступники от христианства, сознательные враги Церкви, подлинные слуги грядущего Антихриста. Как никогда много появляется всяких лжехристов и лжепророков! Но что самое страшное, это то, что в недрах самой Церкви все больше и больше возстают люди, которые говорят превратно (Деян. 20, 30), – отступники от подлинного христианства, отвергающие самую его сущность и в то же время не стыдящиеся лицемерно выставлять себя служителями веры и Церкви Христовой. Воочию начинают сбываться пророческия слова святителя Феофана Затворника о последних временах: «Тогда, хотя имя христианское будет слышаться повсюду, и повсюду будут видны храмы и чины церковные, но все это – одна видимость, внутри же отступление истинное» (Толк. на 2 Сол. стр. 492). Отсюда, помимо всегда, в первую очередь, необходимого примера личной высокой духовно-нравственной жизни, для современного пастыря вытекает ответственнейшая и важнейшая задача – научить верующих распознавать истинную Церковь среди множества лже-церквей, и словом, исполненным духовной силы и мудрости, удерживать их в лоне Ея, а заблудших привлекать.

Но это как трудно в наш век теплохладности и безразличия к вере!

Не на свои слабыя силы я надеюсь. Уповаю единственно на благодать Божию, дарованную Апостолам в день Пятидесятницы, которая их, немудрых и некнижных, соделала «премудрыми ловцами» вселенной. И то, что я, грешный и немощный, сподобляюсь этой великой Апостольской благодати в дни Пятидесятницы, наполняет мою душу особой высокой духовной радостью и надеждой на всесильную помощь Божию.

Прииди же ко мне, о Утешителю благий, и очисти мя от всякия скверны, причастника мя содевая Твоея святости, и света невечернего, и Божественныя жизни, и благоуханнейшего раздаяния (6 песнь канона Св. Духу).

Святители Божии! Призывая на мою грешную главу сию огнеобразную Духа благодать, умолите Господа, да попалит она во мне всякую нечистоту греховную, да освятит, да просветит мя, да наставит мя на всякую истину и да соделает мя достойна сего великого и страшного, блаженного и славного служения.


Источник: Архиепископ Аверкий. Истинное Православие и современный мир: Сборник статей и речей ко дню сорокалетия священнослужения. — Jordanville: Типография преп. Иова Почаевского. Holy Trinity Russian Orthodox Monastery, 1971. — 311 с.

Комментарии для сайта Cackle