Страдание святого великомученика Феодора Стратилата
Память 8 февраля
Нечестивый царь Ликиний1260, приняв скипетр после нечестивого Максимиана и подражая ему во всем, тотчас же воздвиг великое гонение на тех, которые отличались благочестием; указ об этом нечестивом повелении он разослал по всем городам и странам. В это время было убито множество храбрых воинов Христовых: Ликиний умертвил сорок мучеников Севастийских, также славных воинов и князей палаты своей и наконец убил триста мужей из Македонии.
Когда же нечестивый Ликиний увидел, что почти все христиане, презирая его повеление, предают себя за святую веру на смерть, тогда он приказал отыскивать только знаменитейших и благороднейших из них, т. е. только тех, кто находился в его войске или жил в городах, и только их повелел (не обращая при этом внимания на множество простого народа) принуждать к идолопоклонению; он надеялся страхом убедить всех находившихся под его властью оставаться верными идолопоклонству.
В то время, как повсюду с великим тщанием стали искать знаменитейших из христиан, Ликиний, находившийся тогда в Никомидии, узнал, что в Гераклее1261, близ Черного моря, живет некий святой муж, по имени Феодор Стратилат, что он христианин и многих обращает ко Христу.
Святой Феодор был родом из Евхаит1262, находившихся недалеко от города Гераклей; он был человеком храбрым и мужественным, по наружности – весьма красивым; кроме того он отличался своею мудростью и большим красноречием, так что его называли «вриоритором», т. е. – искуснейшим витиею1263. По царскому повелению он был поставлен стратилатом, т. е. воеводою, и под его управление был отдан город Гераклея; этим он был награжден за свою храбрость, которая всем стала известна после того как он убил змия в Евхаитах.
Недалеко от города Евхаит, на север от него, было пустынное поле, а в нем большая пропасть, внутри которой жил громадный змий. Когда он выходил из этой пропасти, земля на том месте тряслась; вышедши же, он пожирал всё, что только ему ни попадалось, и человека, и зверя.
Услышав об этом, храбрый воин Христов, святой Феодор, находившийся тогда еще среди войска, никому ничего не говоря о своем намерении, вышел один на того лютого змея.
Он взял с собою только обычное свое оружие, на груди же своей имел многоценный крест. Он сказал сам себе:
– Пойду и избавлю отечество мое силою Христовою от этого лютого змия.
Когда он пришел на то поле, то увидел высокую траву, сошел с коня и лег отдохнуть. В стране же этой жила некая благочестивая жена, по имени Евсевия. Это была женщина летами престарелая; за несколько лет перед этим, она, испросив честное тело святого Феодора Тирона, пострадавшего в царствование Максимиана и Максимина, погребла его с ароматами в дому своем в Евхаитах и каждый год праздновала память его. Женщина эта, увидев сего второго Феодора, воина Христова, именуемого стратилатом, спящим на этом поле, с великою боязнью подошла к нему, и, взяв его за руку, разбудила его, говоря:
– Встань, брат, и поскорее отойди от этого места: ведь ты не знаешь, что на этом месте многие претерпевали лютую смерть; итак, встав скорее, иди в путь свой.
Честной же мученик Христов Феодор, встав, сказал ей:
– Про какой же страх и ужас ты говоришь, матерь?
Раба Божия Евсевия ответила ему:
– Чадо, на месте этом завёлся громадный змий, и потому сюда никому нельзя прийти: каждый день змий этот, выходя из логовища своего, кого-нибудь да находит, – человека или зверя, и тотчас же умерщвляет его и пожирает.
Мужественный воин Христов Феодор сказал на это:
– Отойди и встань подальше от места сего, и ты узришь силу Христа моего.
Женщина, отойдя от этого места, поверглась на землю, плача и произнося:
– Боже христиан, помоги ему в час сей!
Тогда святой мученик Феодор, сотворив крестное знамение, ударил себя в перси и, воззрев на небо, стал так молиться:
– Господи Иисусе Христе, воссиявший от Отчего Существа, помогавший мне в битвах и дававший победу на сопротивных, – Ты и ныне Тот же есть, Господи Христе Боже: итак, пошли мне одоление с высоты Твоей святой, да поборю я врага этого – змия.
Потом, беседуя со своим конём как бы с человеком, он сказал:
– Мы знаем, что Божия власть и сила существуют во всех, и в людях, и в скоте, итак, помогай мне, при помощи Христа, – да одолею я врага.
Конь, выслушав слова господина своего, остановился, ожидая появления змия. Тогда мученик Христов, приблизившись к пропасти, воззвал громогласно к змию:
– Тебе говорю и повелеваю именем Господа нашего Иисуса Христа, распявшегося добровольно за род человеческий, выйди из логовища своего и приползи ко мне.
Змий, услышав голос святого, зашевелился, и тотчас земля на том месте потряслась. Святой же Феодор, назнаменовав себя крестным знамением, сел на коня, который, терзая и попирая вышедшего змия, встал на него всеми четырьмя копытами.
Тогда воин Христов Феодор поразил змия мечом и, убив его, произнес:
– Благодарю Тебя, Господи Иисусе Христе, что Ты услышал меня в час сей и даровал мне победу над змием!
После этого он благополучно возвратился к полку своему, радуясь и славя Бога. Граждане Евхаит и окрестные жители, услышав об этом, вышли на то поле и, увидев змия убитым святым Феодором, удивлялись и взывали:
– Велик Бог Феодоров!
Тогда уверовало во Христа множество из народа, и особенно воины, и все они, крестившись, стали единым стадом Христовым, прославляя Отца и Сына и Святого Духа.
После этого святой Феодор, проживая в Гераклее, проповедовал Христа, истинного Бога, и многие из язычников обращались ко Христу. Каждый день граждане собирались для крещения, и уже почти вся Гераклея приняла святую веру.
Услышав обо всем этом, нечестивый царь Ликиний весьма огорчился и послал из Никомидии, где он тогда сам пребывал, в Гераклею сановников с телохранителями своими, дабы они, взяв Феодора Стратилата, привели его к нему с честью.
Когда они пришли в Гераклею, святой Феодор принял их с почетом: он угостил их и каждому дал по подарку, как слугам царя. Потом они стали звать святого к Ликинию:
– Иди, – говорили они, – в Никомидию, к царю, который тебя так любит; ибо он, услышав о твоей храбрости, о красоте и премудрости твоей, весьма желает видеть тебя, намереваясь почтить твою доблесть достойною почестью и дарами.
Святой Феодор отвечал им:
– Да будет воля царская и ваша, только веселитесь и радуйтесь сегодня, а завтра мы исполним то, что нужно будет исполнить.
Прошло уже три дня, а между тем несмотря на убеждения посланных, чтобы святой Феодор шёл с ними к царю, он оставался в своем городе. Потом, оставив некоторых из присланных мужей царских у себя, святой Феодор отослал остальных к царю с письмом, в котором говорил, что ему нельзя оставить город свой в то время, когда в народе такое большое смятение: ибо «многие, – писал он, – оставив отечественных богов, поклоняются Христу, и почти весь город, отвратившись от богов, славит Христа, и грозит опасность, что Гераклея отступит от твоего царства»; «поэтому, – продолжал он, – потрудись, царь, и приди сюда сам, взяв с собою изваяния более славных богов, – сделай это по двум причинам:
1) чтобы усмирить мятежный народ и
2) чтобы восстановить древнее благочестие; ибо когда ты сам с нами пред всем народом принесешь им жертвы, то народ, увидев нас поклоняющимися великим богам, станет подражать нам и утвердится в отечественной вере».
Такое послание святой Феодор написал к царю Ликинию, возбуждая его этим прийти в Гераклею: святой хотел пострадать в своем городе, дабы освятить его своею, пролитою за Христа, кровью и своим страдальческим и мужественным подвигом утвердить других в святой вере.
Царь Ликиний принял это письмо Стратилата и, прочтя его, обрадовался.
Нимало не медля, он, взяв с собою около восьми тысяч воинов и самых знатных из никомидийских граждан, с радостью отправился со своими князьями и сановниками в Гераклею; захватил он с собою и идолов более чтимых народом богов, – и золотых, и серебряных.
В ту же ночь, когда святой Феодор, по обычаю, молился, было ему такое видение: ему казалось, что он находится в храме, крыша которого разверзлась, и оттуда сиял небесный свет, как от какого-либо великого светила, и освещал главу его; и вот послышался голос:
– Дерзай, Феодор, Я с тобою!
После этого видение прекратилось.
Тогда святой Феодор понял, что настало время его страданий за Христа и радовался, пламенея духом. Услышав, что царь приближается к городу, он вошел в молитвенную комнату свою и так с плачем молился:
– Господи, Боже Всесильный, не оставляющий всех уповающих на милость Твою, но защищающий их, будь милостив и ко мне, и соблюди меня Твоим заступлением от вражеского обольщения, – да не паду я пред врагами моими и да не порадуется о мне враг мой; предстань мне, Спасителю мой, во время предстоящего мне подвига, который я так желаю понести за имя Твое святое; укрепи и утверди меня и подай мне силу мужественно, до крови, постоять за Тебя и положить душу мою ради любви к Тебе, как и Ты, возлюбив нас, положил на кресте душу Свою за нас.
Так со слезами помолившись, святой Феодор умыл лицо свое. Потом, одевшись в светлые одежды, он сел на коня своего, на котором некогда убил змия в Евхаитах, и вместе с воинством своим и гражданами вышел навстречу к царю; как и подобало, он поклонился ему и, приветствуя его с почтением, произнес:
– Радуйся, божественнейший царь, самодержец могущественнейший!
Царь тоже очень любезно встретил святого Феодора; он облобызал его и сказал:
– Радуйся и ты, прекраснейший юноша, храбрый воин, славный воевода и как солнце пресветлый, – премудрейший хранитель отеческих законов и диадимы достойный! Тебе подобает после меня быть царем.
Так любезно и весело беседуя, они, под звуки тимпанов и труб, вошли в город и оба в радости легли отдохнуть в тот день.
Утром, когда на высоком помосте на площади посреди города был приготовлен царский престол, пришел царь Ликиний со всею своею свитою и с Феодором Стратилатом и, воссев на престол, начал хвалить город, его граждан и святого Стратилата, говоря:
– Поистине, место сие достойно называться престолом Божиим: его должно почитать другим небом для людей; этот город и велик, и жителей в нем много, и притом они все благочестивы и привержены богам своим. Поистине, ни в каком другом месте не почитаются так наши великие боги, как здесь; да и нет более приличного и удобного места для служения великим богам, как это; вот почему и Геракл, этот чудный и мужественнейший бог наш, сын великого бога Дия и богини Алкмены1264, возлюбил это место и во имя свое наименовал его городом Гераклеею; и поистине, Феодор, оно достойно стать твоим владением: тебе подобает обладать этим чудным городом и только ты достоин управлять таким народом. Ведь ты чтишь наших богов, и вся твоя любовь направлена к ним; день и ночь ты ничем другим не занимаешься, как только заботишься о том, чтобы благоугодить древним еллинским богам. Поэтому ты и ныне покажи свою любовь к ним и принеси им жертву с поклонением, дабы и народ весь увидел твое усердие к богам и познал, что ты искренний друг великих богов и угоден царю.
Так говорил Ликиний, обольщая и лаская святого. Святой Феодор на это так ответил царю:
– Будь долголетен, царь. Да будет воля твоя, только дай мне сегодня на дом изображения великих еллинских богов, которые ты взял с собою, и золотые и серебряные, дабы я в эту ночь и в следующую за ней прежде всего почтил их у себя, и жертвами, и каждением, и ароматами; а потом, если повелишь, принесу им жертвы явно пред всем народом.
Царь, услышав это, очень обрадовался. Он тотчас же велел принести золотых и серебряных идолов. Святой Феодор, взяв их с собою, отправился домой и там, ночью, сокрушив и разбив их на малые части, раздал эти части нищим.
Спустя два дня царь послал к святому, повелевая, чтобы он исполнил обещанное и в тот же день пред всем народом принес жертвы богам. Феодор, обещав исполнить всё это, с поспешностью отправился к царю, и царь, вместе с ним, поехал на площадь, находившуюся среди города, и там, сев на престоле своем, сказал святому Феодору:
– Премудрейший Феодор, прекрасный воевода, почтенный бывшими прежде нас царями! Вот настал день жертвы и празднества. Итак, всенародно принеси жертвы богам, дабы все жители видели твое благоговение к ним и через это стали бы еще более старательными и усердными в своих жертвоприношениях.
В то время как царь говорил это, один из стоявших здесь сотников, по имени Максентий, сказал ему:
– Клянусь великими богами, царь, обманут ныне ты этим нечестивым Феодором. Ибо я вчера видел золотую голову богини Артемиды1265 в руках одного нищего, который шёл и радовался. Я спросил: где ты ее нашел? А он мне сказал, что ее дал ему Феодор Стратилат.
Услышав это, царь Ликиний содрогнулся и, недоумевая, долгое время молчал.
Тогда святой Феодор сказал ему:
– Вот что для меня сила Христа: всё то, что Максентий сотник сказал тебе, царь, – всё это правда, и я хорошо поступил, разбив твоих идолов. Ибо, если они сами себе не могли помочь, будучи сокрушаемы, то как они могут подать помощь тебе?
Ликиний, выслушав такой ответ святого Феодора, оставался некоторое время безгласным, как бы человек немой и потерявши рассудок. Сидя в большой печали и облокотив голову свою на правую руку, скорбя и сетуя, он, наконец, произнес:
– Увы мне, увы мне! Как я поруган! И что я теперь скажу, что сделаю, – не знаю. Будучи могущественнейшим царем и собрав такое большое количество воинов, я пришел к этому несчастному человеку, и теперь осмеян всеми моими врагами, особенно за то, что сей окаянный сокрушил победоносных моих богов и раздал их нищим.
Потом, обратившись к святому, он сказал:
– Феодор, это ли твое воздаяние богам за принятые от них дары? Этого ли я ожидал, когда осыпал тебя столь великими почестями? И ради того ли я оставил Никомидию, придя ныне к тебе? О злой и порочный человек! Поистине, ты сын коварства и скверное жилище лукавства, лестью меня заставивший прийти сюда. Но, клянусь тебе силою моих великих богов, я не потерплю этого, и не добром кончится для тебя твоя хитрость.
Святой отвечал Ликинию:
– Безумный царь, что ты так разгневался? Посмотри сам и уразумей силу твоих богов. Если бы они были действительно боги, то почему же они сами себе не помогли? Почему они не разгневались на меня, когда я их разбивал, и не послали с неба огня, дабы сжечь меня? Но они суть бездушные и бессильные вещи, которые так же легко рассекаются рукою человека, как золото и серебро. Ты, царь, гневаешься и возмущаешься, а мне смешно твое безумие. Ты гневаешься и яришься, а я мужаюсь и не обращаю внимания на твою ярость. Ты печалишься, а я радуюсь погибели твоих богов. Ты упорствуешь Господу, а я благословляю Его. Ты хулишь Бога истинного, а я восхваляю Его в песнопениях. Ты поклоняешься мертвым богам, а я поклоняюсь Богу Живому. Ты служишь скверному Серапису1266, а я служу пречистому и честнейшему Владыке моему Христу, восседающему на чистейших Серафимах. Ты почитаешь мерзкого Аполлона1267, я же чту Бога живущего вовеки. Ты уголь Фракийский1268, я же князь римский; – ты Ликиний – веятель, я же Феодор – дар Божий1269. Итак, царь, не гневайся и не ярись; поступая так, ты только проявляешь свою внутреннюю муку и уподобишься ослу или какому-либо мулу.
Тогда Ликиний царь, еще более разгневавшись, велел распростереть крестообразно святого обнаженным и сильно бить сырыми воловьими жилами.
И били воины святого мученика без пощады, меняясь между собою, так что его били то по трое, то и по четверо воинов, и в это время святому Феодору дано было шестьсот ударов по спине и пятьсот по чреву.
Царь же Ликиний издевался над ним, говоря:
– Феодор, потерпи немного, пока ни придет к тебе Христос Бог твой, Который освободит тебя от рук мучителя.
Святой отвечал:
– Твори со мной, что хочешь, и не останавливайся: ибо ни скорбь, ни теснота, ни раны, ни меч, никакая-либо другая мука не разлучит меня от любви Христовой.
Тогда царь, воспылав еще большею яростью, сказал:
– Ты всё еще исповедуешь Христа?
И повелел снова без пощады бить святого мученика по спине оловянными прутьями, а потом строгать тело его железными когтями и опалять горящими свечами, раны же его растирать острыми черепками.
Святой, перенося всё это мужественно, ничего другого не говорил, как только: «слава Тебе, Боже мой!» После всех этих мук царь велел заключить святого Феодора в темницу, ноги его связать путами и не давать ему пищи в продолжение пяти дней. По прошествии пяти дней он приказал приготовить крест и распять на нем святого.
И вот, как некогда Христос Господь наш Пилатом, так теперь и святой Феодор был распят Ликинием на кресте, и руки и ноги его были пригвождены.
Но жестокие мучители старались еще более увеличить страдания и муки святого. Они вбили в него острый и длинный гвоздь и резали тело его бритвами; юноши же и отроки напрягали свои луки и стреляли в лицо его, так что зеницы очей его были проколоты стрелами.
«Я, – говорит описатель страданий его, – нотарий1270 Уар, – видя все эти ужасные муки и как бы слыша его внутренние страдальческие стоны, бросил книгу, в которую все это вписывал, и, повергшись с плачем к стопам его, сказал:
– Благослови меня, господин мой, благослови меня! Скажи мне, рабу твоему, последнее слово!
Господин же мой, воин Христов Феодор, сказал мне тихим голосом:
– Уар, не оставляй службы своей и не переставай смотреть на мои страдания; опиши их, опиши и кончину мою и пометь день ее.
Потом, взывая ко Господу, святой сказал:
– Господи, Ты мне еще прежде сказал: Я с тобою. Почему же теперь Ты оставил меня? Смотри, Господи, как дикие звери из-за Тебя всего меня истерзали: зеницы очей моих пробиты, тело мое раздробляется от ран, лицо уязвляется, зубы сокрушаются; одни только нагие кости висят на кресте; помяни же меня, Господи, претерпевающего ради Тебя крест: из-за Тебя я перенес и железо, и огонь, и гвозди; ныне же приими дух мой, ибо я уже отхожу из сей жизни.
Действительно, все тело Феодора было истерзано.
Ликиний, думая, что мученик скончался, оставил его висящим на кресте. Но вот, в первую ночную стражу, Ангел Господень снял святого мученика с креста и сотворил его целым и здравым, каким он был и прежде; приветствуя его, Ангел сказал ему:
– Радуйся и укрепляйся благодатью Господа нашего Иисуса Христа, вот – Господь с тобою; зачем ты сказал, что Он оставил тебя? Итак, соверши до конца подвиг твой, и ты прийдешь ко Господу приять уготованный тебе венец бессмертия.
Сказав это святому мученику, Ангел стал невидим. После этого святой мученик Феодор, благодаря Бога, начал так воспевать: «Буду превозносить Тебя, Боже мой, Царь [мой], и благословлять имя Твое во веки и веки» (Пс.144:1).
А нечестивый Ликиний, еще до рассвета, послал двух своих сотников, Антиоха и Патрикия, приказав им:
– Идите и принесите мне тело умершего в страданиях Феодора: я положу его в оловянный ящик и брошу в глубину морскую, чтобы как-нибудь не взяли его безумные христиане.
Когда они пошли и приблизились к месту, где был распят Феодор, они увидели крест, распятого же на нем мученика не было. И сказал Антиох Патрикию:
– Правду говорят галилеяне1271, что их Христос восстал из мертвых. Он то, как я думаю, воскресил и раба Своего Феодора.
В это время Патрикий, подойдя поближе ко кресту, увидел святого Феодора сидящим на земле и восхваляющим Господа. Тогда Патрикий громко воскликнул:
– Велик Бог христиан, и нет другого бога, кроме Его!
После этого оба сотника, подойдя к святому, сказали:
– Умоляем тебя, мученик Христов, приими нас, ибо с сего часа и мы христиане.
И уверовали во Христа в тот день оба эти сотника и с ними семьдесят воинов.
Ликиний, узнав об этом, послал наместника своего Сикста и с ним триста воинов, чтобы он убил всех уверовавших во Христа.
Когда эти воины пришли и увидели, какие чудеса силою Христовою совершал святой Феодор, тотчас же уверовали в Господа нашего Иисуса Христа. И стеклось на это место бесчисленное множество народа и все взывали:
– Един есть Бог, Бог христиан, и нет иного бога, кроме Него!
И еще:
– Кто такой мучитель Ликиний? Побьем его камнями! Для нас один Бог и царь – Христос, проповедуемый Феодором!
И поднялся в народе шум и мятеж, и даже началось кровопролитие.
Некий воин, по имени Леандр, с обнаженным мечом прибежал на это место и устремился на Феодора, желая его ударить мечом. Сикст же, царский наместник, удержав его, вырвал у него из рук меч и рассёк его. А другой воин, по имени Мирпос, родом угрин1272, бросившись на наместника царского Сикста, убил его.
Святой Феодор, желая успокоить народный мятеж, громко сказал:
– Перестаньте, возлюбленные! Господь мой Иисус Христос, вися на Кресте, удерживал Ангелов, дабы они не сотворили отмщения роду человеческому.
После того как мученик Феодор поговорил так с народом, умоляя и увещевая народ, – шум и народное смятение прекратились.
В это время святой мученик шел мимо темницы, и за ним следовал весь народ и воины; сидевшие же в темницах узники взывали громко к святому:
– Помилуй нас, раб Бога Вышнего!
Святой словом своим освободил их от уз, отворил темничные двери и сказал им:
– Идите с миром, мужи, и вспоминайте обо мне.
И собрался весь город, и все отвергались от идолопоклонства и прославляли Христа – Единого Бога.
В это время недужные исцелялись, бесы же из людей изгонялись. Кого только ни прикасался святой рукою своею, или кто даже только прикасался к одежде его, тот тотчас же получал исцеление.
Тогда один из приближенных Ликиния, видя, что творится, пошел к нему и сказал:
– Весь город, оставив богов, по учению и волхвованию Феодора, уверовал во Христа.
Царь, исполнившись ярости, немедленно же послал воина обезглавить святого Феодора. Народ же, увидев этого воина, снова поднял шум и мятеж: восстав против Ликиния, они хотели убить его слугу. Тогда святой стал увещевать народ оставить это намерение. Он сказал:
– Братия и отцы! Не воздвигайте мятежа против Ликиния: ведь он слуга отца своего диавола, а мне теперь подобает отойти ко Господу моему Иисусу Христу.
Сказав это, он начал молиться Богу и после довольно продолжительный молитвы благословил народ.
Потом, ознаменовав себя крестным знамением, он сказал рабу своему Уару:
– Чадо мое, Уар, позаботься описать день моей кончины, а тело мое погреби в Евхаитах, в имении моих родителей; когда же и ты будешь приближаться к смерти, завещай похоронить себя по левую сторону меня.
Потом мученик Христов снова помолился и, наконец, произнеся слово: «аминь», преклонил под меч свою честную и святую главу и был усекнут.
Это совершилось в 8 день месяца февраля, в субботу, в третий час дня1273.
По усечении весь народ оказал мученику великую почесть: взяв свечи и кадила, христиане положили тело его на нарочитом месте, а потом восьмого июня оно было с великим торжеством перенесено в Евхаиты, и совершались там бесчисленные чудеса, во славу Христа Бога, – Ему же со Отцом и Святым Духом, честь и поклонение вовеки. Аминь.
Тропарь, глас 4:
Воинствословием истинным, страстотерпче, Небеснаго Царя воевода предобрый был еси, Феодоре: оружиями бо веры ополчился еси мудренно, и победил еси демонов полки, и победоносный явился еси страдалец. Темже тя верою присно ублажаем.
Кондак, глас 2:
Мужеством души в веру оболкийся, и глагол Божий аки копие в руку взем, врага победил еси, мучеников превелий Феодоре, с ними Христу Богу моляся не престай о всех нас.
* * *
Ликиний – римский император в восточной половине империи, царствовал с 307–324 год.
Гераклея – город в Понте, северной части Малой Азии.
Евхаиты – город на севере Малой Азии, недалеко от Гераклеи, ныне – Марсиван.
От греческого слова «ритор» – оратор, вития и «ври» – неотделяемый слог, усиливающий значение соединенного с ним слова.
Геракл или Геркулес – герой древнегреческих преданий, олицетворявший собою физическую силу человека и впоследствии почитаемый древними греками, как один из излюбленных богов. Дий или Зевс почитался древними греками отцом богов и людей, управляющим небом и землею, посылающим на землю гром и молнии. Алкмена, по греческим мифам, – смертная женщина, зачавшая и родившая от Зевса Геракла.
Артемида или Диана, по верованиям древних греков, была богинею луны и охоты.
Серапис – египетский бог душ умерших, который призывался как спаситель от болезни и смерти. Впоследствии почитание его перешло также в Грецию и Рим, где получило весьма большое распространение.
Аполлон – греко-римский бог солнца и умственного просвещения.
Прозвище Ликиния, намекающее на его низкое происхождение из Фракии.
Ликиний в переводе с латинского, значит – веятель; Феодор – с греческого Божий дар.
Нотарий – скорописец. В первое время по Р. Х. так, назывались обыкновенно императорские секретари, скреплявшие акты.
Так с презрением язычники называли христиан, считая Христа происходившим из Галилеи, страны, которая и среди евреев пользовалась дурною славою.
Угринами называются славяне, происходящие из Угорской земли или Червонной Руси, ныне западная Украина.
Святой Феодор был усечен мечом в 319 году.