святитель Феофан Затворник

Послание святого Апостола Павла к солунянам первое истолкованное святителем Феофаном

Часть первая историческая (1Сол.1, 2–3, 13)

В первой части послания святой Павел воспоминает все исторические события, касающиеся солунян с тех пор, как он получил вход к ним, до времени, в которое пишет послание, для того, чтоб указанием во всем перста Божия укоренить в них убеждение в том, что вера, принятая ими, имеет осязательную печать Божественности, и тем еще более воодушевить их – стоять твердо в ней, несмотря на скорби и лишения. Этого достигает он изображением – 1) светлого состояния Солунской Церкви – самой в себе, в отношении Бога к ней и в отношении ее ко всем другим (1Сол.1, 2–10); 2) своего у них пребывания, запечатленного высоким нравственным характером, ими самими признанным (1Сол.2, 11–16); 3) и своих о них отечески-сердечных забот (1Сол.2, 17–3, 13).

1. Светлое состояние солунской церкви в духовном отношении (1Сол.1, 2–10)

Светлое благодатно-христианское состояние солунян изображает Апостол указанием б) совершенства в них основных христианских добродетелей (1Сол.1:3); в) Божия к ним благоволения, явленного в избрании их (1Сол.1:4–7); г)в благотворном действии славы их обращения и веры на всех других христиан (1Сол.1:8–10). Воспоминая о всем этом, святой Павел а) изъявляет свои благодарные к Богу чувства (1Сол.1:2), относя к Нему все добро, виденное им в солунянах; так что содержание сей главы можно выразить так:

а) Радостное благодарение Богу за проявление благодатно-христианской жизни в солунянах (1Сол.1, 2)

1Сол.1:2. Благодарим Бога всегда о всех вас, поминание о вас творяще в молитвах наших.

Получив от святого Тимофея приятные известия о солунянах, святой Павел обрадован был тем (1Сол.3, 9) и в радости благодарит Бога за все добро, которым угодно Ему было наделить солунян. С первого слова возводит он их ум к Богу и, указывая в Нем совершителя их преуспеяния, внушает, что они Божий и дело веры их есть дело Божие. Все почти послания святой Павел начинает благодарением, иные почти теми же словами (Рим. 1, 8–9; Еф. 1, 16; 2Сол. 1, 3; 2Тим. 1, 3); однако ж это не простой оборот речи, не дело обычая, а выражение действительных чувств, коими полна была душа (см.: 1Сол.1:3, 8–9). Призванный на дело Божие, он не мог не радоваться успехам его и, осязательно видя во всем перст Божий, не мог не благодарить Бога. "Всегда, – говорит, – благодарим Бога». И это не преувеличение. Апостол в Боге жил и молитвенное к Нему обращение не отходило от лица его. Такова сила апостольского духа, носителя Духа Божия. Благодарение словом, конечно, было не всегда, но оно всегда было в чувстве сердца, готовое изыти и в слово. Что о всех благодарим, это, кажется, намеренно поставлено. Хоть знал Апостол, что не все совершенны, не сокращает, однако ж, широты благодарения, чтоб чрез это заранее открыть слову своему путь к сердцу и тех, кои несовершенны, когда придет череда коснуться исправления их. Словами: «поминание о вас творяще» и прочее, – определяется действие благодарения, когда оно выражается и словом в молитвословии. Апостол говорит как бы так: в молитвах наших, воспоминая о вас, благодарные к Богу изливаем чувства. Но каковы были молитвы у Апостолов? Они составляли половину их апостольских трудов. «Мы же в молитве и в служении слова пребудем», – сказали они при избрании диаконов для Иерусалимской Церкви (Деян. 6, 4).

Святой Златоуст говорит: «Благодарение Бога за солунян есть свидетельство о великом их преуспеянии; потому что Апостол не только хвалит их, но и благодарит Бога, как совершителя всего их преспеяния. Притом он научает их смирению, как бы говоря, что все это есть дело силы Божией. Итак, он говорит о благодарении по причине их добрых дел, а о воспоминании о них в молитвах – по своей любви к ним».

Благодарение в других посланиях стоит в виде вводной речи, за которою следует указание на другие предметы. Здесь же благодарение тесно связано с последующим, и составляет предмет первой главы. Благодарит святой Павел Бога за солунян, помышляя о совершенстве их христианского характера и о Божием их избрании. Сии побуждения, или предметы благодарения, оттенены и в сочетании речи словами: «непрестанно поминающе» (1Сол.1:3) и "ведяще" (1Сол.1:4).

б) Совершенство в них основных христианских добродетелей (1Сол.1, 3)

1Сол.1:3. Непрестанно поминающе ваше дело веры, и труд любве, и терпение упования Господа нашего Иисуса Христа, пред Богом и Отцем нашим.

Вот первая сторона светлого состояния солунян. Апостол, «желая показать, что воспоминает о солунянах не только в молитвах, но и кроме молитвы, говорит: «непрестанно поминающе» (святой Златоуст). Сказал Апостол, что как только вспомнит о них в молитвах, всегда благодарит Бora. Чего ради? – Того ради, что у него в душе постоянно стоит образ их христианского совершенства. Это непрестанное памятование об их хорошем состоянии, которое от Бога, и заставляет его благодарить всегда за них Бога в молитвах.

Поминает святой Павел о тех совершенствах, которые сам видел и о которых сказал ему святой Тимофей, и говорит об них с такою выразительностию ради того, что после намерен говорить о своей среди них деятельности с хорошей стороны. «Прежде говорит о их подвигах, а потом о своих, чтоб не показалось, что он превозносится» (Златоуст). Говорит же так не ради того, чтоб подкупить тем их внимание к своему последующему слову, а как отец, радующийся о совершенстве чад своих. При всем том, однако ж, можно допустить, что Апостол имел вместе в виду – обрисовать то, что они должны являть в жизни своей в большем и большем совершенстве. Изображая начатки совершенной жизни, как совершенства, он раздражает ревность достигать указуемого предела совершенства.

Единичная память святых Апостолов тройственна в предметах. Эту тройственность составляют три главные добродетели христианские: вера, надежда и любовь. Это – силы, начала, стихии благодатно-христианской жизни, которые в акте возрождения во Христе изливаются в сердца христиан Духом Святым и без которых невозможно никакое истинно христианское расположение и действование. Почему святой Павел часто вводит их в речь свою, в своих посланиях (сравни: 1Сол.1:5, 8; 1Кор. 13, 3; Кол. 1, 4). Здесь речь о них имеет ту особенность, что Апостол не просто поминает о них, а характеризует каждую особыми чертами, определяющими, как явились они на деле в жизни солунян, уверяя, что помнит их «дело веры, труд любве, терпение упования»: не одни – дело, труд и терпение, и не одни – веру, любовь и упование, а те и другие вместе по взаимнопроникновении, как бы так: терпение уповательное и упование терпеливое, труд любовный и любовь трудящуюся, веру дельную и дельность верующую. Ибо в действительности они взаимно друг друга рождают и друг друга поддерживают и хранят.

Дело веры определить с точностию труднее других двух терминов. Дело веры есть и первый акт у верования, и дело – немаловажное и не легкое, – начало и корень всех других проявлений христианства. Вера не вдруг образуется: является сначала мысль – не поверить ли? Мысль эта вступает в борьбу с тем, что внутри и что вовне. Когда все преодолеется, произносится в сердце решение: верую, – и дело веры совершается. Понимать ли сей акт как воздействие Божие или как склонение и решение сердца, – он всегда есть нечто достопамятное. Апостол и говорит: помню, как вы уверовали. Дело веры в сем смысле будет то дело, которое потребовал Спаситель от иудеев, спрашивавших, что делать: «да веруете в Того, Кого послал Бог» (Ин. 6, 29).

Но сие дело больше или меньше невидимо; между тем дело веры, здесь, по соответствии его труду любви и терпению упования, кои видимы, должно быть нечто видимое. Видимость веры есть обнаружение ее в том, что знаменует веру. Вера имеет свой круг проявлений себя, принятие, например, таинств, свое исповедание, общение с единоверными в едином духе с ними, устранение от лжеверов и всего, чем обнаруживается лжеверие. Кто все это являет, совершает дело веры. Дело веры в сем смысле будет постоянное, стойкое, небоязненное обнаружение в себе, во всем и всюду, лица христианина верующего, – и будет соответствовать явлению дела законного, написанного в сердцах (Рим. 2, 15).

С этим близко третье значение дела веры, на которое указывает святой Златоуст, – как стойкости и постоянства в вере, несмотря на стеснения. «Что такое дело веры? – То, что ничто не поколебало вашего постоянства. Если веруешь, стой; если не стоишь, не веруешь. Вера оправдывается постоянством и усердием». – В сем смысле дело веры будет верование, энергично начатое и постоянно содержимое, несмотря на скорби, нападки, гонения и притеснения, как занятие, профессия, дело всей жизни, дающее ей характеристику. Но это не то, что терпение упования, ибо это все обращено в будущее, а то – занято настоящим, опираясь на бывшем.

В каком же смысле разуметь дело веры в настоящем месте? – Во всех; ибо во всех сих видах дело веры действительно явлено солунянами. Можно подобозначущее ему слово указать в подвиге веры (1Тим. 6, 12).

«Труд любве», – заботы и жертвы солунян в облегчении участи христиан и во всяком им помогании, – то, что творили солуняне «ко всей братии, сущей во всей Македонии» (1Сол.4, 10). Святой Павел радуется тому, что и в это тяжелое время, когда сами подвергались всесторонним нападкам, солуняне не только между собою хранили любовь, но и всюду распространяли жертвы ее, обнимая ею всех святых. Труд предполагает действование с утомлением, тяготою, приболезненностию. Но труд любви не замечает и как бы не ощущает того. И в нем есть терпение, но терпение любви, любовию поглощаемое. Это, можно сказать, труд беструдный, или нетрудящий.

«Терпение упования», неуклонное стояние под крестом, непоколебимость в страданиях, явленная солунянами в постигшем их гонении (Деян. 17,5 и Деян. 17,9), как плод упования, которое в настоящем скорбном умеет указать вернейший путь к получению вечного прославления в Господе Иисусе Христе (Рим. 8, 18). «В событиях сих (гонениях на солунян) выразилось, – говорит святой Златоуст, – не только мужество их, но и то, что они с полным убеждением уверовали в обетованные награды». Терпение есть постоянный спутник упования: ибо даже самоупование, как упование, терпит (Рим. 8, 25); оно есть не только носитель упования, как бы тело, оживляемое им, но само рождает упование (Рим. 4, 5). Почему в иных местах Писания видимо стоит вместо упования (Тит. 2, 2).

Делом веры объемлется отношение к Богу; трудом любви определяется отношение к братиям – христианам; терпением упования очерчивается личная участь каждого верующего в здешней жизни с прозрением в будущую. Дело веры исполняет жизни, сил и готовности действовать; труд любви открывает поприще для живого и многоплодного действования; терпение упования завершает и венчает труды – и есть нечто высшее и отрешеннейшее. Терпение Богоугодное труднее Богоугодного действования; но зато оно, чрез конечное испытание, вводит вслед Господа в окончательное совершенство и прославление. В этих трех проявляют себя корень, ствол и колос новой жизни в Господе Иисусе Христе. Вера приемлет благодать и есть засеменение жизни христианской, пересаждение чрез Христа Спасителя в Бога, врощение в Него. Отсюда исходит любовь, как отражение Божией любви в сердце человека, или ответ сердца человеческого на ощущенную любовь к нему Бога, – душа и каждого христианина, и всего тела Церкви Христовой. Упование ведает, что будущее принадлежит Христу Господу и Святой Церкви Христовой. Оно как бы уже переселяется туда и там живет не воззрением только, но и чувством, в уверенности, что преславна духовная жизнь, которая, от прославленного Господа исходя, качествует ныне в членах Его еще только внутренно, но в свое время преславно раскроется и вовне, все собою проникнет, нынешние же противности ей – плоть, мир и диавол – устранены будут со сцены жизни новым явлением Господа, когда и все сущее перечищено будет огнем. Таковы деятели внутренней жизни во Христе. Святой Павел радуется и в радости благодарит Бога, что Он благоволил явить в солунянах эту полноту жизненных сил, характеризующих христианина.

Святой Златоуст все сии три отличия основных христианских добродетелей, – дело, труд, терпение, – объясняет из стеснительных обстоятельств, в которых находились тогда солуняне, и видит в этом печать Божественности принятой ими веры. «Бог, говорит, попустил немедленно быть гонениям на них для того, чтобы кто не сказал, что проповедь Христова утвердилась у них случайно, а напротив, явно было, что не убеждение человеческое, но сила Божия дала такую крепость душам верующих».

Слова «Господа нашего Иисуса Христа» можно относить ко всем трем добродетелям, указывая в Господе их предмет и источник; и можно – к одному упованию: последнее представляется более уместным. Христос Господь прямо именуется упованием нашим (1Тим. 1,1; Кол. 1, 27) и есть существенный предмет упования не только потому, что все надежды наши почивают и утверждаются на Нем, но и потому, что Он Сам ждется, и чрез второе Его пришествие и с ним соединенное раскрытие славы Царства Христова исполнится упование славы, и как бы само упование прославится (Тит. 2, 13). Не трудно заметить, что этим приложением святой Павел с самого начала выдвигает вперед упование пред другими его спутницами, потому что после должен был говорить о главном предмете его – втором пришествии Христовом.

«Пред Богом и Отцем нашим» можно относить к «поминающе» и можно – к трем христианским добродетелям. Святой Златоуст, блаженный Феодорит и Экумений говорят, что можно относить к тому и другому, но больше склоняются на последнее, которое и надобно предпочесть. Ибо если принять первое, – то есть, что святой Павел поминал непрестанно о христианских добродетелях солунян пред Богом и Отцом, – то здесь будет та же мысль, что и в предыдущем стихе, где он говорил, что благодарит Бога, память о них творя в молитвах своих. Между тем по течению мысли видно, что ему следовало не то же самое сказать пояснее, или другими словами, а указать, что побуждало его благодарить Бога за солунян. Это же будет ясно само собою, когда слова: «пред Богом и Отцем» сочетаем с указанными пред сим добродетелями. Что же побуждало? – Совершенство христианских добродетелей их пред Богом и Отцом. То достойно похвалы и благодарения, что и дело веры, и труд любви, и терпение упования солуняне являли пред Богом и Отцом, Ему их посвящая при мысли о Нем, в присутствии Его совершая их, и, следовательно, со всем тщанием и усердием, со всею искренностию и чистотою побуждений. Помнили солуняне, что «над всем этим надзирает Бог всяческих» (блаженный Феодорит), что «Он все видит и что У Него не предается забвению ничто из того, что ими делается» (Экумений). Потому и постарались явить в себе означенные добродетели в такой силе. Здесь святой Павел видит в солунянах то же совершенство, преуспеяния в котором – большего и большего – желает он им потом в конце первой части послания, молясь, чтоб Господь "утвердил сердца их непорочна во святыни пред Богом и Отцем нашим» (1Сол.3, 13). И это очень прилично было означить, так как вслед за сим выражением отношения солунян к Богу Апостол хочет помянуть и об отношении Бога к ним, как бы так: вы все делаете пред Богом – и достойно есть так действовать; ибо и Бог много к вам милости показал, избрав вас.

в) Божие к ним благоволение, явленное в избрании их (1Сол.1, 4–7)

1Сол.1:4. Ведяще, братие возлюбленная, от Бога избрание ваше.

"Ведяще" стоит в прямом соответствии с «непрестанно поминающе» и указывает на вторую причину, побуждавшую святого Павла благодарить Бога за солунян, именно – избрание их к участию в царстве благодати. Избрание точно есть знак великого Божия благоволения, за который нельзя не благодарить. Как древний Израиль был избран из всего рода человеческого в народ Божий; так теперь и из Израиля, и из всех языков избирается Богу новый род, "язык свят", люди, обновленные чрез призвание из тьмы в чудный свет, открываемый Евангелием (1Пет. 2, 9). Избранные призываются, призванные оправдываются, сохранившие оправдание прославляются (Рим. 8, 30). Видя ясно, что солуняне введены в сей дивный путь Божий, святой Павел в радости за них благодарит Бога. Видеть сие мог святой Павел уже из того, что они призваны к Евангелию, ибо призвание сие есть указание избрания. Но особенное в этом убеждение почерпает он из того, что само призвание их сопровождалось необыкновенными явлениями силы Божией. В этой особенности призвания видит он особенность и избрания; почему прилагает воззвание: «братие возлюбленная Богом». Все же сие приводит он им на память и чтоб утешить их в скорбях, и чтоб удостоверить их, что как уверованием, так и стоянием в вере они дело Божие совершают, – то, чего хочет от них Бог, к чему Он избрал их.

К чему относить "от Бога" – к «братие возлюбленная от Бога», или к «от Бога избрание ваше»? – Наши толковники не занимаются этим; в изложении же своего толкования настоящего места употребляют то и другое выражение. Феофилакт пишет: «Знаем, что вы избраны Богом»; Экумений: «Знаем, что вы от Бога избраны и возлюблены». Нечего этим и утруждать свою голову. По мысли же и к тому, и другому равно приложимо – "от Бога". Избраны, поелику возлюблены, "возлюблены», потому и избраны. Израиль был именуем возлюбленным (Пс.59:7, 107:7), по избранию (Рим. 11, 28). И христиане – возлюбленные, яко избранные (Кол. 3, 12). «Возлюбленные» – понятнее и утешительнее. Не потому ли святой Павел предварил сим термином избрание, чтоб сие избрание – нечто отвлеченное – приблизить к сердцу и тем дать ему возможность произвесть на него свое действие. Благодатное избрание есть осуществление Божией любви к тем или другим, по коей Он, от вечности присущий Ему план спасения грешного человечества приведши в действие чрез Иисуса Христа, последовательно вводит в участие в нем, призывая к вере в Евангелие. Призванием совершается акт избрания. Последовавшие ему вступают в состояние и чин избранных. У святого Павла здесь разумеется и то, и другое; ибо далее он описывает и то, как приблизилось к ним их избрание, 1Сол.1:5, – и то, как солуняне вступили в чин избранных и стоят в нем, 1Сол.1:6. У святого Павла христиане всюду называются избранными как такие лица, в которых чрез призвание к вере исполняется вечное определение Божие о спасении.

1Сол.1:5. Яко благовествование наше не быст к вам в слове точию, но и в силе, и в Дусе Святе, и во извещении мнозе, якоже и весте, какови быхом в вас ради вас.

Указав на избрание солунян, святой Павел указывает теперь, на чем основано его убеждение в их избрании. Основание тому он видит и в призвании их, коим предъявлено им Божие избрание, и в их последовании призванию, в том, как они вступили в чий избранных и стоят в нем. В том и другом видит он осязательно перст Божий и из этого извлекает удостоверение в избрании солунян. Первое составляет содержание 1Сол.1:5, второе – 1Сол.1 и 1Сол.1:7.

Знаю, говорит, что вы избранники, потому что благовестие мое к вам было не в слове только. Сказавши не «в слове только», конечно, хочет вслед за сим сказать нечто кроме слова. Почему слова: «в силе и Дусе Святе» никак не следует понимать как какие особенности слова же, а как что-нибудь такое, что было кроме слова, хотя сопровождало слово. Живое слово есть необходимое средство к распространению Евангелия, но само по себе оно недостаточно. Силу ему придавало особое содействие Божие, как засвидетельствовал евангелист Марк об Апостолах, что они, исшедши, проповедовали Евангелие всюду; но Господь споспешествовал им и слово их утверждал последующими знамениями (Мк. 16, 20). Это же самое и здесь сказывает святой Апостол, – что благовестие их было не в слове точию, но в силе и Дусе Святе: "в силе" – в знамениях, явленных в Солуни Богом чрез святого Павла; «в Дусе Святе» – в ниспослании чудных даров Духа, дара, например, языков или пророчества и прочих, так обычных в первенствующих Церквах христианских – на что намекает, когда в конце говорит: «Духа не угашайте, пророчествия не уничижайте» (1Сол.5, 19–20). Блаженный Феодорит говорит на это место: «Вы сами свидетели силы Евангелия. Ибо не только предложили мы вам поучительное слово, но и чудесами доказали истину слов. Сообщили же вам и благодать, которой сами причастны: ибо сие означают слова: и в «Дусе Святе». «Из того видно, – прибавляет к тому святой Феофилакт, – что вы избраны, что Бог прославил проповедь среди вас. Ибо мы не просто так проповедовали, но и знамения были, потому что Бог благословил, чтоб вы уверовали, как избранные Ему и предуставленные». Словами: «во извещении мнозе» святой Павел хочет сказать, что проповедь их, будучи сопровождаема чудесами и раздаянием даров Святого Духа, проникла в сердце солунян и произвела в них полное и совершенное убеждение, или излила в сердца их богатство извещения разума (Кол. 2, 2). И Спаситель сказал, что без знамения и чудес нельзя ожидать веры от людей (Ин. 4, 48). Осязательное присутствие силы Божией размягчает сердце, раскрывает и отверзает его для принятия истины. Но можно в сих словах видеть указание не на одно убеждение, но и на особый какой-нибудь способ его. Кроме знамений, исходивших от Апостола, и даров Святого Духа, раздаваемых возложением рук его, разные лица могли, по милости Божией, получать разные личные извещения и удостоверения в истине Евангелия, кто сон, кто видение, кто внутреннее озарение, подобно как и сам святой Павел был особенным образом извещен не в Асию идти, а в Македонию. Предполагать сие заставляет сопоставление сих слов с словами: «в силе и Дусе Святе». Как в сих очевидна десница Вышнего, так ничто не препятствует видеть указание ее и «в извещении мнозе». Об убеждении же и у веровании солунян говорит следующий стих.

Ничего нет дивного, что такие особенности сопровождали благовестие Евангелия в Солуни. Этого и ожидать надлежало. Дух не допустил святого Апостола идти в Асию и Вифинию, а явившийся муж призвал его в Македонию. Это указывает и на то, что для македонян приспело время призвания, и на то, что при этом не сокращена будет рука Божия, содействующая слову. Как натурально, что, когда святой Павел, руководимый невидимым сим мужем и Духом, после чудес в Филиппах, достиг Солуни и простер к ним слово благовестия, слово сие было утверждаемо последствующими свыше знамениями и извещениями.

«Якоже и весте, какови быхом в вас ради вас». поелику цель у Апостола восставить в солунянах убеждение в Божественности святой веры, ими принятой, чрез убеждение в их избрании, то, указав, на чем основывается его собственное убеждение в их избрании, святой Павел те же факты вводит теперь в сознание солунян, чтоб, сообразивши все, бывшее у них во время проповеди, они и сами вывели то же заключение: да, тут осязательно очевиден перст Божий, действовавший среди нас, – и великая милость Божия к нам, знаменующая избрание, несомненна. Не говорит святой Павел, как мы проповедовали среди вас, но каковы быхом, как бы так: знаете, какие знамения явлены Богом в вас чрез нас, какие дарования вы получили, как извещал вас Бог, что слово наше истинно. Так и не сомневайтесь в Божием к вам благоволении и Божественности веры. «Каковы были в вас ради вас». Все, что исходило от нас, было ради вас. Мы – органы; источник – Бог; вы – приемники. Минуя органы, зрите на источник и удостоверяйтесь из всего, что «постиже на вас царствие Божие» (Лк. 11, 20), по Божию изволению, по любви Его к вам и избранию вас. А отсюда уже само собою выходило то, к чему вел их Апостол: итак, стойте в вере, ни во что вменяя все лишения и нападки.

1Сол.1:6–7. И вы подобницы бысте нам и Господу, приемше слово в скорби мнозе с радостию Духа Святаго, яко быти вам образ всем верующим в Македонии и Ахаии.

Второе основание удостоверения в избрании солунян указывает святой Павел в том, что они приняли Евангелие с радостию, несмотря на внешние противности, чем уподобились Апостолам и Господу и стали образцом для всех верующих. Как Господь и святые Апостолы возвещали слово истины среди неприязненных нападков совне, так и солуняне приняли истину сию и стали носителями ее среди скорбей с радостию, от Духа исходящею. Это радостное, скорое приятие и крепкое содержание истины, несмотря на все внешние тесноты, есть явное указание на неестественное, свышечеловеческое происхождение их уверования, а далее на Божественность самой веры и еще далее на особое к ним благоволение Божие.

Сила доказательства апостольской мысли не в приятии Евангелия, а в образе сего приятия. Как мое слово к вам, – как бы так говорит Апостол, – сопровождалось явлениями силы Божией; так и ваше приятие слова моего было не по обычному порядку; ибо совершилось среди гонения совне, и притом с радостию. Видимо Божие к вам благоволение и Божие вас избрание. Убеждение в избрании чрез эту необычайность усиливает Апостол сравнением солунян с собою и Господом, которое и ставит впереди, чтоб сим осветить речь свою. Избрание и в том, что Господь благоволил явить вас подобными нам, и даже Себе Самому, – в том, что как мы проповедуем истину под крестом, так и вы приняли ее и содержите, находясь под крестом. Вы вступили таким образом на путь Божий, тот путь, по которому шел Господь и идут Его Апостолы.

Вот несколько слов о сем святого Златоуста: «Смотри, какая похвала! Ученики вдруг сделались равными учителям. Они не только вняли учению, но и достигли высоты, одинаковой с Павлом. Но это еще что в сравнении с тем, что следует далее. В самом деле, посмотри, куда он их возводит, говоря: «подобницы бысте Господу»? Каким же это образом? – «Приемше слово в скорби мнозе с радостию Духа Святаго». Не просто – со скорбию, но со многою. Не довольно было сказать: вы скорбели и среди бедствий не перестали веровать; но: вы веровали с великою радостию. Так поступили и Апостолы: «радующеся», – говорится о них, – «яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти» (Деян. 5, 41). – Чем же они соделались «подобницы Господу»? – Тем, что и Он Сам, претерпевая великие страдания, не предавался скорби, но радовался. Он для того и пришел добровольно, для того и уничижил Себя за нас, чтобы потерпеть заплевание, заушение и распятие; потому-то, претерпевая все это, Он радовался».

Как возможно приятие слова с радостию среди скорбей? – Когда, при проповеди Евангелия, сердце ощутит истину и возжелает спасения с надеждою получить его, то оно не может не чувствовать радости, как обретши сокровище. Так в обыкновенном порядке. Но когда утеснение совне препятствует даже убеждению образоваться, а не только привзойти надежде спасения, и обрадованию ради того, а между тем, в таких обстоятельствах, является вера живая, крепкая, сопровождаемая радостию; то явный знак, что тут было присуще особое действие свыше. Дух Божий дал вкусить благо спасения и, преисполнив сердце радостию, не допустил ему быть стеснену скорбями, устроил так, что оно было отверзто для принятия истины и замкнуто для чувства скорби. Так приятие слова в скорби посредствовалось радостию, которая от Духа Святого; вот и осязательное указание на благоволение свыше, а вместе – на Божественность веры и спасительность уверования. «Если уже и то немало, – говорит святой Златоуст, – чтобы переносить скорби как-нибудь; то переносить их с радостию свойственно тем, кто выше человеческой природы, кто имел тело как бы бесстрастное. «С радостию, – говорит, – Духа Святаго». Дабы кто не сказал: как ты говоришь о скорби и вместе о радости, как та и другая совместны, – он прибавил: с радостию Духа Святого. Скорбь в них, как в телесных, а радость, как в духовных. Как же это? – Обстоятельства скорбны, а то, что они производят, не таково: ибо Дух не попускает сего. – Вас, говорит (Апостол), огорчали и преследовали, но Дух не оставлял вас и тогда, – и как три отрока орошаемы были в огне, так и вы в скорбях. Как там орошение было действие не естества огня, но Духа прохлаждающего, так и здесь не естество скорби производит радость, но Дух, орошающий и чрез пещь искушений приводящий к прохладе и покою».

«Яко быти вам образ». В чем образ? – В усердном приятии Евангелия, в непоколебимой верности ему и, как из последующего видно, в совершенном изменении жизни своей по духу его. Очевидно было для всех совершенство их веры. Совершенство же признанное вызывает подражание. Но Апостол хочет сказать более, хочет внушить, что и это – от Бога, что и в этом – знак Божественности их веры, сверхъестественности уверования, и, следовательно, особенного Божия избрания. Никто намеренно не разглашал. Свет Божественной славы на вере их узрен, потому что он есть и не мог не быть виден способными. Как и в чем обнаружилось, что они стали образцом, Апостол раскрывает далее в 1Сол.1:8.

«Яко быти вам образ верующим». Святой Златоуст говорит: «Не сказал: быти вам образ имеющим уверовать, но уже верующим, то есть вы, вступив с самого начала в борьбу, научили этим, как должно веровать в Бога. Видишь ли, как много значит усердие? При усердии не нужно много ни времени, ни промедления, ни отлагательства, а следует только приняться за дело, и все будет приведено в исполнение. От того-то они, приняв проповедь после других, сделались учителями принявших ее прежде».

г) Благотворное действие славы их обращения и веры на всех других христиан (1Сол.1, 8–10)

1Сол.1:8. От вас бо промчеся слово Господне не токмо в Македонии и Ахаии, но и во всяко место вера ваша, яже к Богу, изыде, яко не требовати нам глаголати что.

В последних трех стихах – 1Сол.1:8, 9, 10, святой Павел изображает третью сторону светлого состояния солунян, именно их славу между всеми тогдашними христианами в Македонии и Ахаии и во всяком другом месте. Это не была какая-нибудь неопределенная, глухая молва. Слух об их вере распространялся с точною определенностию, с указанием, кто и как у них проповедовал, как они уверовали и чему именно. Это была будто проповедь апостольская без Апостолов, оглашавшая все страны.

В 8 стихе Апостол указывает, что огласилось, пространство оглашения, образ его распространения и полноту. Что огласилось? – «Слово Господне» промчеся... "Вера ваша" изыде. Расходился слух о вере солунян; но как вера от слова, то вместе с тем распространялось и самое слово Господне, – или промчеся слово Господне, как оно проповедано Апостолами и уверовано солунянами. Слово Господне текущее (2Сол. 3, 1) – не особое какое, но то же, что слово Христово, богатно вселяющееся в сердцах (Кол. 3, 16).

Как это оглашалось? «Промчеся... изыде..». Не посылали они нарочитых глашателей и проповедников. Помимо их, само собою слово об их вере и славности их уверования расходилось повсюду; εξηχηται отозвалось, как эхо. – Слово исходит от Господа и обращается к людям; а в людях слову Божию отвечает вера – приемница слова; затем, вера от веры заимствуясь, распространяет слово Господне по земле. Слово раздается с неба, как глас трубы Божией; звук его приемлется одними, а от сих эти звуки расходятся повсюду, не умаляясь в силе. О сем святой Златоуст так пишет: «Как благовонное миро не удерживает благоухания в себе самом, но разливает его далеко и, растворяя им воздух, услаждает чувство окрест стоящих; так точно благородные и досточтимые мужи не могут скрыть своих доблестей в себе самих, но при посредстве распространяющихся о них вестей многим приносят пользу, делая их лучшими. То же самое совершилось тогда (с фессалоникийцами). Посему-то (Апостол) и сказал как бы о них: вы представили собою пример поучительный для живущих близ вас и исполнили удивления всю вселенную. И не сказал он: слово Господне разнесено, но: промчеся, прозвучало, огласилось, εξηχηται, внушая тем, что подобно тому как глас трубы звучащей наполняет все окрестные места, так и слава о вашей доблести, столь громкая, как звук трубный, наполнила всю вселенную и повсюду достигла до всех с равною силою. Великие деяния там, где бывают совершаемы, громогласно прославляются, а в отдалении хотя и прославляются, но не так. Но с вами иначе: слава о вас с одинаковою силою разнеслась по всей земле».

Как широко огласился слух? – Промчеся по всей Македонии и Ахаии и во всяко место изыде. Святой Златоуст говорит, что «во всяко место» значит – «во всю вселенную». Коринф, был центральный город, соединявший Восток с Западом. Тут стекались со всего мира люди. И не дивно было слышать святому Павлу от посещавших Коринф христиан, как всюду говорят об обращении солунян и их стойкости в вере. Видно, как громка была проповедь Апостола в Солуни, будучи сопровождаема знамениями и чудесами и раздаянием даров Духа Святого; как дивно было обращение солунян, как шумно восстание против них Неверов и как мужественна твердость их в гонении. Все это и было причиною скорого всюду распространения слуха. Солунь своим положением открывала пути к тому, а Коринф давал возможность услышать о сем слухе.

Как полон слух? – «Яко не требовати нам глаголати что». «Нигде, – говорит святой Златоуст, – не ждут услышать наше повествование о вас, но люди, не посещавшие вас и не видевшие ничего, предваряют своими рассказами о вас тех, которые у вас были и видели ваши подвиги. Так повсюду по слухам сделалась известною ваша вера! И нам нет надобности рассказывать о ваших делах, для возбуждения в других подобного же соревнования, ибо о чем надлежало бы им слышать от нас, о том они, предупреждая нас, рассказывают сами». Какое утешение, какое воодушевление и какую твердость сильны были слова сии излить в душу солунян! Если так широко распространилась слава о вас, то смотрите, не омрачите ее не только отступлением, но и какими-либо противно-христианскими делами. Если при этом ваше обращение послужило поводом к обращению других, то продолжите стоять, как свеча на свещнице, и светить всем. Вы стоите мужественно в вере; доблестное дело. Но теперь за то все на вас смотрят, все вам сочувствуют и одобряют вас. Мужайтесь! Вы не одни; все с вами.

1Сол.1:9–10. Тии бо о нас возвещают, каков вход имехом к вам, и како обратистеся к Богу от идол, работати Богу живу и истинну, и ждати Сына Его с небес, егоже воскреси из мертвых, Иисуса, избавляющаго нас от гнева грядущаго.

Указывает Апостол, каких предметов касался слух о солунянах, именно, каким он явился среди них и как они обратились – к кому, от кого и для чего. – Тут полная программа апостольской деятельности и того изменения, какое совершали они в веровавших.

«Каков вход имехом к вам» – не одно то напоминает, под каким крестом он стоял у них с первых дней или как ласково и радушно был принят желавшими слушать слово истины; но то особенно, каким он явился среди них как Апостол, то есть с проповедью, утверждаемою последствовавшими знамениями, хотя совне теснимою. «И како обратистеся», – как дивно совершилось изменение сердец солунян, как легко и с какою готовностию обратились они, не чувствуя как бы нужды в особом усилии, для того чтоб служить Богу живому и истинному (Златоуст), – тоже несмотря на внешнюю тесноту. В этом – "како", – в устах рассказывавших, слышится радость сторонних христиан, при вести об обращении солунян, как об умножении общего, единого во всем мире братства о Христе и распространении славы веры Христовой. «Како обратистеся к Богу от идол» – то же, что в других местах, «от суетных сих к Богу живу, Иже сотвори небо и землю» (Деян. 14, 15), или «из тьмы в свет, из области сатанины к Богу» (Деян. 26, 18, 20). Видно, что обращение состояло не в одной перемене исповедания и образа богопочтения, но сопровождалось внутренним изменением, после которого прошедшее состояние сравнительно с новым было то же, что тьма сравнительно с светом. Было, следовательно, о чем возвещать; и солуняне знали, какое радостное и ублажающее событие приводит им на память святой Павел, говоря об этих слухах.

«Работати Богу живу и истинну, и ждати Сына Его с небес». – Два основных чувства и расположения, заправлявшие всеми делами и всею жизнию обращенных! – Последним покровительствуется первое и укрепляется против всех неудобств и неприятностей. Работай! Вот-вот придет Господь и все приведет в блаженный строй и порядок! – Работами. Бог – верховный Владыка. Человек – тварь разумная, обязанная работать Ему безусловно, но сознательно и желательно. В этом отношении нет, однако ж, жестокости и холодности рабства. Работающие Богу – суть свои Ему. Раб Божий есть Богоугодный человек; и работа Богу – Богоугождение. Этого не отменяет и сыновство, стяжеваемое в новой благодати, а, напротив, возвышает то, расширяет, усиливает. Святой Павел отличает проповеданную им работу Богу словами: «работати Богу живу и истинну», – "живу", – в противоположность бездушным идолам, "и истинну", – в противоположность богам мнимым, воображаемым, «кои мнятся боги быти, но не суть» (Рим. 1, 25; Деян. 14, 15) (блаженный Феодорит). Напрасно думают, будто Апостол говорит здесь только с точки зрения ветхозаветной, или только по началам разумной естественной веры, как бы в угрдность только что уверовавшим из иудеев и язычников, не указывая черт, какими оттеняется работа Богу в Господе Иисусе Христе. Христианские черты работы Богу суть вера в Господа Искупителя, очищающего от грехов, и возрождение в Нем, или приятие благодати Пресвятого Духа для сопротивления греху и побеждению его. Но и о Господе Спасителе и Духе Святом непрестанно поминал святой Павел пред сим, как мы видели. Да и в этих самых словах можно подразумевать указание на то. Чтоб служить Богу живу и истинну, надобно наперед приступить к Нему и примириться с Ним. Примириться же с Ним можно только чрез Иисуса Христа, очистив совесть свою от мертвых дел кровию Его (Евр. 9, 14). И не это одно; но нужно еще принять силы на служение Ему истинное, а эти силы исходят от Духа Святого в святых таинствах. Верно, все это при первой проповеди и объяснено было солунянам, а теперь только намекается о том одною общею чертою работы Богу живому и истинному. Христианство не в новый чин вставляет человека, а в тот, в коем он должен быть по естеству, но с которого ниспал. Притом, когда святой Павел тут же говорит: «ждати Сына Его», то этим одним положением сокращенно обнимает всю христианскую догматику. Значит, солуняне уже знали, что Господь Иисус Христос есть Сын Божий – наше искупление, освящение и воскресение.

«Ждати Сына Его». Двумя чертами определяет святой Павел цели обращенных: "работами» – дело любви и "ждати" – дело упования. Если в слове «обратистеся» увидеть дело веры, то вот и здесь опять все три христианские добродетели: вера – в обращении, любовь – в служении, упование – в ожидании Сына Божия с небес. Но нельзя не видеть, что и здесь делу упования дается преимущественное развитие. Это по характеру сего послания, равно как и второго, кои оба заняты нарочито вторым пришествием Христовым. Впрочем, этот предмет и во всех других писаниях Нового Завета выставляется ясно, так что ожидание Сына Божия с небес есть, можно сказать, отличительная черта внутреннего настроения христиан. Второе пришествие и Самим Господом так очерчено, что его нельзя не содержать в мысли каждый час и минуту.

«Ждати Сына Его с небес, егоже воскреси из мертвых». – В первом же послании встречаем у святого Павла наименование Спасителя Сыном Божиим. Этим определяется предвечное Его отношение к Богу живу и истинну, о коем только что сказал Апостол. Так святой Павел проповедовал солунянам о живом Боге, не только как едином по существу, но и как не едином в лицах, указывая, что у Бога искони есть Сын – Бог, единосущный Ему, и что сей Сын есть Господь Иисус Христос, пришедший в мир грешных нас спасти. «Ждати с небес». Значит, Он воскрес и вознесся; вознесся туда, откуда и пришел. «Егоже воскреси из мертвых». Это главный предмет апостольской проповеди – пора христианства. Всякая речь святых Апостолов, и в Иерусалиме, и повсюду, на это сводилась. Ибо нельзя было и слова сказать от лица Того, Кто распят, не сказавши, что Он воскрес, вознесся на небо и опять придет с небес. «Все вдруг видишь, – говорит святой Златоуст, – и воскресение, и вознесение, и второе пришествие, суд, воздаяние праведным и наказание злым. Главное доказательство, что Христос Иисус есть Сын Божий, есть воскресение Его из мертвых (Рим. 1, 4). Его и выставляет святой Павел».

«Иисуса, избавляющаго нас». После Божеского имени ставит человеческое имя Иисус не иного чего ради, как чтоб означить два естества, – условие избавления нашего, почему тотчас и прибавляет: избавляющего. Не сказал: избавившего, или имеющего избавить, а избавляющего, чтоб означить непрерывность совершенного им избавления, или вечное значение Его, как Избавителя, от века предуставленного. Как утешительно было слышать, что уверовавшие отселе уже избавляются от гнева, который поразит всех, непричастных вере в Господа! «Здесь и одобрение, и утешение, и наставление для них. Если Бог Отец воскресил Его из мертвых, если Он на небесах и придет оттуда, – а вы уверовали, что это действительно так, – то в этом заключается уже достаточное одобрение» (святой Златоуст).

«От гнева грядущаго» избавляет Господь верующих, то есть от осуждения на Страшном суде. Гневом названо сие действие правды, ради строгости суда и непреложности определения, – а более по тому чувству, с которым примут осуждение имеющие подвергнуться ему. Ужас, имеющий постигнуть их, будет по обычаю виновных видеть гневным Судию и кротко изрекающего определение правды вечной. Избавляет от сего суда Господь Иисус Христос верующих в Него. Во Христе Иисусе суд над миром уже совершен (Ин. 12, 31). Только тот, кто бросает мир и прилепляется ко Христу верою, изъемлется из области, пораженной сим судом, уклоняется под сень креста, сквозь который не пройдут удары гнева Божия, когда будет приводиться в исполнение приговор суда, произнесенный уже над миром. Кто верует, не будет осужден (Ин.3:14–18, 5:24). «Не положи нас Бог в гнев, но в получение спасения Господом нашим Иисусом Христом» (1Сол. 5, 9).

2. Пребывание Апостола Павла у солунян (1Сол.2, 1–16)

Во втором отделении 1-й части послания, исторической, святой Павел описывает свое с сотрудниками своими пребывание в Солуни (1Сол.2, 1–16), касаясь двух преимущественно пунктов: а) характерических черт своего проповедания и действования (1Сол.2, 1–12); и б) уверования и мужественного пребывания в вере солунян (1Сол.2, 13–16).

Приступая к объяснению сего отделения, неизбежный встречаем вопрос: что заставило святого Павла коснуться сего предмета и так подробно его изображать? – Святой Павел так начинает свою речь: «сами бо весте».

Частица "бо"γαρ – ибо указывает в последующей речи причину на предыдущую, – как бы так: вот что рассказывают о моей у вас проповеди и вашем обращении. Оно так и есть, ибо сами знаете, как что было. Две половины этого отделения точно отвечают тому, что слышал святой Павел (1Сол.1, 9), именно, «каков вход имехом к вам» (1Сол.2, 1–12) и «како обратистеся» (1Сол.2, 13–16). – Но если б у святого Павла в самом деле было в намерении только подтвердить и разъяснить рассказываемое сторонними лицами; то, как все это известно уже солунянам, довольно было намекнуть о том, а не изображать с такою подробностию. Речи сторонних христиан можно считать поводом к тому, что святой Апостол заговорил о сем предмете, но что он говорит о нем так широко, на это, верно, была другая причина. – Первою, возможною здесь причиною можно поставить то, чтоб возобновлением в памяти солунян всего, что было у них при уверовании, надежды их? Не обманул ли вас Павел, или сам он не в прелести ли, под каким-либо влиянием нечистых? Сколько у нас иудеев? А они неохотно веруют. А сам показался только и ушел – и заботы ему нет... Такие речи не могли, конечно, всех смущать, но нельзя сказать, чтоб никого не смутили, особенно из тех, кои уверовали по выходе святого Павла из Солуни. Колеблющихся могли разуверить более искусные и твердые; но их разуверие требовало апостольского подтверждения. Святой Апостол и пишет. Видно только, что он хочет устранить действительные, а не воображаемые смущения. – Самый образ речи не допускает догадки, будто святой Павел, предвидя, что и здесь, как в других местах, явятся смутители покоя верующих, предварительно заготовляет против них отпор в предлагаемом истолковании своих действий.

а) Проповедание Апостолов и действования их

Характеристические черты аа) проповедания и бб) действования святых Апостолов в Солуни, – 1Сол.2, 1–12.

аа) Черты проповедания (1Сол.2, 1–6)

1Сол.2:1. Сами бо весте, братие, вход наш, иже к вам, яко не вотще бысть.

«Сами бо весте». Предыдущая речь подала повод, или послужила переходом, к последующей. Святой Павел и соединяет сию с тою, пересказывая то же, что рассказывали сторонние и что знали сами солуняне, только с своею особою целию. – "Вход наш". Это – не прибытие только в Солунь и первое появление между солунянами, но все вообще пребывание там святого Павла, от прихода до удаления, вступление в духовное общение с солунянами, как он им проповедовал, как они уверовали, как образовалась и устроена Церковь из них.

«Яко не вотще бысть». Это против первого нарекания. "Не вотще"ου κενη. Κενος – пустой. Верно говорили: попусту ходят эти люди, праздные странники, мечтатели, обманывающие или обманутые. Апостол и говорит: мы не такие. Кто таков, тот не станет страдать; а мы в Филиппах пострадали и, к вам пришедши, должны были тотчас вступить в борьбу и подвиг. Можете судить по этому одному, что вход наш к вам – дело наше, в вас совершенное, – не есть дело праздности, пустое, бесцельное, обманчивое. Подобное сему значение имеет сие слово в 1Кор. 15, 14, где святой Павел говорит, что если Христос не воскрес, то «тще проповедание наше, тща же и вера ваша». Такая мысль вполне соответствует тому, что говорится в 1Сол.2и далее в 1Сол.2:3; «не от прелести». Святой Златоуст толкует: ουκ ανθρωπινη, ουδε η τυχουσα не человеческий (вход), по обычным житейским целям бывающий, и не случайный, не кое-какой, не бесцельный, не ничтожный. Экумений Златоустову мысль разъясняет, говоря: "не вотще", то есть наши проповеднические беседы были не ложные басни или сонные мечтания, пусторечия или праздноречия – ου μυθοι ψευδεις και ληροι. Откуда это видно? – Видно из того, что, только избежавши опасностей, мы опять дерзнули подвергнуть себя новым опасностям, на что, конечно, не решились бы, если б не были уверены, что проповедь наша Божественна. Ибо, по Феодориту, «пускающиеся в обман только до опасностей носят личину, а как скоро увидят их, тотчас обнаруживают себя, – и ложь обличается».

Если поставить это слово "не вотще" в соответствие с тем, что сказано в 1Сол.1:5: «не в слове точию, но в силе», – то оно будет означать: вход наш к вам не был обыкновенный, не одним словом действовали мы среди вас, но слово наше, по особенной к вам милости Божией, было сопровождаемо знамениями и чудесами. Такая мысль будет стоять в соответствии и с предыдущим, показывая в знамениях Божиих, сопровождавших проповедь Апостола, причину, почему повсюду говорили о солунянах. На нее наводит и святой Златоуст, когда, приступая к толкованию второй главы, говорит вообще о содержании ее: «Здесь (Апостол) хочет выразить то, что и выше говорил, именно – показывает свойства (христианской) проповеди как со стороны чудес и решимости проповедников, так и со стороны ревности и усердия принявших проповедь».

Применительно к тому, что ниже говорит святой Павел, 1Сол.3, 5: "да не како всуе будет труд наш», – можно и в настоящем месте дать сему слову такой смысл, – что вход Апостола к солунянам не был бесполезен, но принес плод мног, обращение столького числа и столь ревностных христиан. В таком случае оно будет соответствовать 1Сол.2:13–16, где говорится об обращении солунян. Блаженный Феодорит говорит, что после скорбных обстоятельств в Филиппах исполнился святой Павел большого усердия, потому что предвидел пользу трудов. Какую из сих трех мыслей избрать, это можно оставить на произвол, ибо они все не противоречат одна другой, равно как и течению апостольской речи.

1Сол.2:2. Но предпострадавше и досаждени бывше, якоже весте в Филиппех, дерзнухом о Бозе нашем глаголати к вам благовествование Божие со многим подвигом.

В том уже, что Апостолы, предпострадавши, опять вступают в дело проповеди, за которую страдали, надо видеть нечто великое, необычайное, вышечеловеческое. Неотступность от своего дела, и небоязненность, с какою было предлагаемо учение, приносящее не радости, а скорби, показывают в святом Павле и его сотрудниках людей, о которых стоит только напомнить, чтоб рассеять взводимое на них и дело их нарекание. Это и делает святой Павел. Сами, говорит, знаете, что было с нами прежде прихода к вам и что было у вас, и по тому, как что было, судите о значении нашей проповеди. Святой Златоуст говорит: «Видишь ли, что от твердости проповедников заимствуется доказательство Божественности их проповеди! Если б, – как бы так говорит Апостол, – проповедь наша была не такова, то мы не подвергли бы себя таким бедствиям, которые не дают нам и вздохнуть свободно».

Как пострадали Апостолы в Филиппах, о сем передают Деяния святых Апостол в Деян.16:12–40. Солуняне же узнали о том или от самих Апостолов, или от филиппийских христиан, с которыми, конечно, тотчас по обращении вступили в общение. Двумя словами очерчивает святой Павел, что было с ними в Филиппах: «предпострадавше и досаждени бывше». Под страданиями он разумеет то, что растерзали одежды их, били палицами и, давши многие раны, отослали в темницу, где они посажены были в дальнейшую камеру, и ноги их забиты были в клади (колодки) (Деян. 16, 23–24). Досаждением же (υβρις – укор, бесчестие, поношение), кроме того, что всенародно обнажили их и били, конечно не без укорных при сем слов, верно, означает и то, что в святом Павле не пощажено было даже право римского гражданина, как он говорил о том и в Филиппах судьям (Деян. 16, 37). Какое точное согласие послания с Деяниями даже в таких частностях!

«Дерзнухом о Бозе нашем». Дерзновение – παρρησια – смелость, несмущенная небоязненность возвещать истину в лицо неверам, и притом враждебным. Оно не от одного убеждения в истине, но еще и от уверенности, что проповедование совершается по личному Божию поручению, и что при этом всегда готова Божия помощь. Это есть отличительное свойство всех Апостолов. Сам Господь повелел им быть такими и дал силу на то. «Пред владыки», говорит, «и цари ведены будете..». Но не бойтесь. «Дастся вам, что возглаголете. Не вы бо будете глаголющий, но Дух Отца вашего, глаголяй в вас» (Мф. 10, 18–20). О дерзновении святого Апостола Павла часто говорится в Деяниях, начиная с самого обращения его. В Дамаске, в Иерусалиме, а потом и всюду дерзает он небоязненно проповедовать Евангельскую истину (Деян.9:27–28, 13:46, 14:3, 19:8, 26:26). На такое дерзновение воодушевляло и его, как других Апостолов, не одно глубокое убеждение в истине, но особенно то, что он лично от Самого Господа получил заповедь на то и обетование всегда готовой притом помощи свыше. Сам Господь явился ему и послал его проповедовать о имени Его всем языкам (Деян.9:6, 15–16, 22:17–21). Вот он и дерзает, не на свою надеясь силу, но дерзает о "Боге своем», Которого, по осязательным опытам, сознавал своим помощником и покровителем и с Которым, во глубине сердца приискренне соединен будучи, все что ни делал, делал при свете умного видения Его, от Него приемля вразумление что, как и когда делать, и воодушевление на самое действование. Как чувствуется такое к Богу отношение постоянно, так и изрекается невольно. Напомянув о сем солунянам, Апостол вместе и их ум возводит к тому, чтоб источник преподанного им учения они видели не в человеке, а в Боге и держались его, как от Бога прямо им данного. Уверяя, что дерзает о Боге, он внушает, что и проповедует пред Богом с сознанием, что явлен есть Ему, а тем хочет расположить и их явленным признать его в совестях своих (2Кор. 5, 11), признать то есть искренним проповедником Богом вверенного ему учения, каким они уже и признали его в начале, приняв слово от него, «не аки слово человеческо, но, якоже есть воистинну, слово Божие» (1Сол.2:13). Почему и прилагает, что он дерзнул глаголать к ним не свое что-нибудь, но «благовествование Божие». В этом главная мысль второго стиха, как первого – в слове "не вотще". Все же другие слова указывают только на соприкосновенности, наводящие на сию мысль. Оба стиха коротко так можно передать: наш вход к вам, наше дело у вас, наше проповедание было не пустое что, но мы принесли вам от Бога радостную весть о спасении, преподали вам Божие благовествование.

«Со многим подвигом». Как прежде о солунянах сказал он, что они «приняли слово в скорби мнозе с радостию Духа»; так о себе теперь говорит, что и они дерзнули о Бозе преподать им слово Господне со многим подвигом. Подобное сопоставление своего подвига с подвигами обращенных делает святой Павел и в послании к Филиппийцам (1Сол.1, 30). Под подвигом, впрочем (αγων – борение), можно разуметь здесь не одних внешних препон и скорбей преодоление, но и борение с умами слушавших, как можно заключить из того, что святой Павел состязался с иудеями от Писаний (Деян. 17, 2); равно как и вообще неутомимость в труде проповедания, о коем говорит ниже ((1Сол.2:9–11). Желающий просмотреть, какие подвиги поднимал святой Павел в проповеди Евангелия и в других местах, пусть прочитает 1Кор. 9, 2–9; 2Кор. 4, 8, 11, 23–30; 2Тим. 4, 7.

1Сол.2:3. Утешение бо наше не от прелести, ни от нечистоты, ниже лестию.

Утешение наше, подразумевается, есть, а не было, как показывает "глаголем" в следующем стихе, с которым сей составляет одну речь. В этом 3-м стихе, в связи с следующим 4-м, святой Апостол подтверждает сказанное в 1Сол.2и 1Сол.2 общим положением о происхождении Евангельского учения от Бога. Он дает как бы ответ на вопрос: откуда видно, что ваше дело не пустое, что вы предлагаете Божие благовестив, – что будто и воодушевляет вас говорить, несмотря на неприятности из-за того, – ответ такой: на все это одна причина – та, что наше учение не есть какое-либо заблуждение, в котором мы запутались, подобно философам, не есть дело нечистых сил или какая кознь злохитрая, а прямо от Бога нам поручено. Повеление Божие воодушевляет нас проповедовать, и мы убеждены, что проповедуем истину, так же как убеждены в том, что Бог истинен. Но как это свидетельство святого Апостола о себе и своем деле могло быть иными подвергаемо сомнению, то вслед за сим он указывает на свою деятельность между солунянами, которая всем известна (1Сол.2и 1Сол.2:9), и вывод из которой должен быть один и тот же, говоря как бы: если словам не верите, то поверьте делам, как и Господь сказал иудеям (Ин.10:38, 14, 11).

"Утешение" παρακλησις – что означает приглашение, призывание, вообще речь, обращенную к другому. По содержанию речи и παρακλησις бывает то учение (Деян. 15, 31), то увещание (1Тим. 1, 9), то утешение. В настоящем месте так наименовал Апостол Евангельскую проповедь, и прилично так наименовал ее, ибо Евангельская проповедь совмещает все сии три стороны. Она есть и учение, ибо предлагает чистые и непреложные истины о Боге, человеке, и о всем сущем, – есть и увещание, или умаливание (2Кор. 5, 20), ибо состоит не в одном предложении истины, но и в убеждении изменить прежний недобрый порядок жизни на добрый и Богу угодный, – есть и утешение, ибо обещает самые высокие утешения страждущему человечеству в примирении с Богом верою в Господа Иисуса Христа и в уготовлении верующим Царствия Небесного. Можно потому сказать, что слово сие употребил святой Павел вместо сказанного пред сим «благовествования Божия".

«Не от прелести», ουκ εκ πλανης. Πλανη означает обманывание и обольщение других (Мф. 27, 64; Еф. 4, 14), и собственное заблуждение, или самопрельщение. В том и другом смысле оно противоположно "истине» (1Ин. 4, 6), как истиннолюбию и правдивости и как несомненному знанию действительной истины. В настоящем месте оно стоит в последнем значении. Святой Павел сказывает сим: так настойчиво проповедуя Евангелие, мы не стоим в прелести, в заблуждении, которым бы сами увлеклись или увлечены были другими, подобно философам и подобным людям, увлекавшимся мечтами своими, но осязательно знаем, что проповедуем истину, ибо лично получили повеление на то Самого Бога (Деян. 22, 21), Который есть сама истина. Дело наше, – говорит святой Павел, по Златоусту, – «не обольщение, в которое бы мы вдались», по Феодориту, – «учение, предлагаемое нами, не имеет сходства с баснями стихотворцев, исполненными многой лжи», по Экумению, – «проповедание наше не есть что-либо заблудное – πεπλανημενον – плод самопрельщения укоренившегося».

«Ни от нечистоты». Иные видят в сем слове отрицание нечистых побуждений; Апостол хочет будто сказать, что проповедь их производится не из тщеславия или корысти. Но как об этом он будет говорить тотчас в 1Сол.2:5, то здесь ту же мысль предполагать излишне. Поэтому не настоит необходимости отступать от смысла, какой дают сему слову древние отцы и учители Церкви, именно – что святой Павел отрицает сим происхождение своего дела от нечистой силы, подобно языческим суевериям, магии и волхвованьям. Эта мысль согласно с целию святого Павла в этих двух стихах – 1Сол.2и 1Сол.2– указать источник своей проповеди и своего мужества. В третьем стихе он отрицает ложные о сем мнения, какие ходили, может быть, между солунянами, а в 4-м указывает истинный того источник. Первый источник заблуждений человеческих – ум недальновидный и гордый, считающий непременно истинным все, что ни придумает. Что не из сего источника проповедь апостольская, это сказал святой Павел в слове ουκ εκ πλανης. Другой источник заблуждений человеческих – отец лжи, научивший людей всяким темным делам и непотребствам. Это, в отношении к своей проповеди, отрицал Апостол: ουδε εξ ακαθαρσιας. Словом от «нечистоты», – говорит святой Златоуст, – выражается то, что дело Апостолов было не из рода дел темных, каковы дела чародеев и волшебников. «Учение апостольское, – говорит Экумений, – не есть что-либо нечистое, чародейное, похожее на заговоры и стихи магические, употребляемые иными жрецами». Та же мысль у блаженного Феофилакта с блаженным Феодоритом. Что могли так думать о деле Апостолов и им належала нужда отрицать сие, ничего нет дивного, ибо и на Самого Господа было такое же нарекание и Он опровергал его. Могли составить эту клевету на Апостолов по тому поводу, что проповедь их всюду сопровождалась чудесами и они учредили таинства, которые производили в принимающих их необыкновенные действия.

"Ниже лестию", ουδε εν δολω. Одинаково отрицается и это, но с особым оттенком, который исходит от предлога εν. Надобно, однако ж, и это слово так понимать, чтобы не отдалиться от общей цели Апостола в сих стихах, – отрицания источников, из каких ложно производится апостольское дело. Δολος, означает хитрость, коварство, злокозненность, сладкоречием и благовидностию прикрывающая задуманное зло. В простом быту это сознательный обман, или ков, в котором, вооружась лестию и человекоугодием, как говорят, искусные обходят простых. В более обширном виде это заговор, или возмущение, когда δολος из частных отношений переходит в область политическую и строит козни, разрушительные для установившихся порядков. Всего бы менее, кажется, нужно было возводить нарекание последнего рода на проповедников Евангелия, однако ж и на Господа возводят этого рода обвинение, и на Апостолов. Его и здесь Апостол разумеет. Припомнил он то слово, которое возносили на него и Силу в Солуни, что они все творят противно повелениям кесаревым, «царя глаголюще инаго быти, Иисуса» (Деян. 17, 7), и отрицает то. Были, может быть, и такие в Солуни, кои пространнее развивали это нарекание, – и Апостол нужным счел оговорить это. Только при этом смысле в согласии с течением речи и в εν δολω будет указываем новый ложный источник апостольского дела с политической точки зрения – который тоже отрицается святым Апостолом, как и другие. Этот смысл дают ему святые отцы и учители. По святому Златоусту, Апостол говорит сим, что их дело не есть дело злонамеренное, не есть какое-либо мятежническое дело, подобное делу Февды – δεδολωμενον; по Экумению – злокозненное, плод созрелого кова, – совершаемое, по Феофилакту, из стремления к возмущениям и переворотам, и могущее, по Феодориту, принявших его ввергнуть в беду. Иные здесь отступают от святых отцов, – и в ουδε εν δολω видят отрицание обмана и лукавства в Апостолах, или того мнения, по которому будто Апостолы одно говорили и делали, а другое имели в виду, проповедовали веру, которой не верили, с своекорыстными целями, избравши лесть в орудие к достижению их. Но этим спутывают течение речи, потому что чрез один стих Апостол опять будет отрицать в себе ласкание льстивое. Очевидный порядок течения речи здесь такой: в 1Сол.2Апостол отвергает ложные источники своего дела; в 1Сол.2:4 указывает настоящий источник его в Боге; затем в 1Сол.2:5 и 1Сол.2отвергает ложно приписываемые им недобрые цели и приемы.

1Сол.2:4. Но якоже искусихомся от Бога верни быти прияти благовествование, тако глаголем, не аки человеком угождающе, но Богу искушающему сердца наша.

«Искусихом»δεδοκιμασμεθα. Δοκιμαζειν – испытывать, дознавать на деле, исследовать (1Сол.5, 1; 1Тим. 3, 10), затем, вследствие испытания, признавать годным, способным к чему и за то избирать на какое-либо дело (1Кор. 16, 3), и вообще – удостаивать, сподоблять. Люди испытывают и, по испытании, избирают. Бог не имеет нужды в испытании (Златоуст), а просто видит. Потому Апостол говорит здесь: Бог увидел, или признал нас годными (как бы опробовал нашу годность, благоискусность и верность), чтоб вверить нам Евангелие. Он вверил нам Евангелие потому, что видел нашу годность, вверяемую нам святыню, при помощи благодати, чистою принять, чистою сохранить и чистою передать другим без примеси от порчи нашего ума и сердца. «Бог испытал нас и избрал, чтоб вверить нам Евангелие» (Феофилакт); не избрал бы, если б не признал нас достойными; если б в нас было что дурное, то Бог не признал бы нас годными и благоискусными. Доказательством подобного достоинства служит то, что нам вверено благовествование (Златоуст). Но цель, почему о сем поминает здесь святой Павел, не та, чтоб о своем напомнить достоинстве, но та, чтоб удостоверить других в своей верности Божию повелению. поелику нам оказано такое доверие, то мы не можем оказываться неверными. Но как вверено нам и как, при вверении, заповедано, «тако глаголем», то есть в том же духе, по той же норме и мысли. Проповедание Евангелия вполне соответствует доверию. Бог искусил нас и вверил нам благовествование. Но какими Он искусил нас, такими мы и остаемся. Мы говорим так, как свойственно искушенным от Бога и признанным достойными благовествовать (Златоуст). Вывод отсюда: итак, верьте слову нашему, как слову Божию. Мы говорим вам не по какой-либо из указанных пред сим и отвергнутых причин, а говорим Божие, по Божиему повелению, без всякой примеси чего-либо, неодобрительного пред Богом.

«Якоже искусихомся... тако глаголем, не аки человеком угождающе, но Богу искушающему сердца наша». – Не имеем, говорит, в виду человекам угождать, а вся наша забота о том, чтоб оказаться угодными Богу, искушающему сердца. «Не сами мы поставили себя учителями, но Богом вверено нам Евангелие. Поэтому и говорим, и делаем все, как бы при свидетеле Боге; ибо знаем, что не сокрыто от Него ни одно душевное движение» (Феодорит). Хотя святой Павел говорит, что они только стараются дело свое явить угодным Богу, но очевидно питают уверенность, что оно точно таково; потому что совесть их свидетельствует, что они во всем верны Вверившему и действуют совершенно по Его намерениям и желаниям. Предотвращает сим Апостол нарекание, невыгодное для успеха Евангелия, будто они действуют из человекоугодия. Ибо в таком случае всегда уместно подозрение в покривлении истины. Но это невозможно, когда действуют пред Богом в угодность Ему. Бог видит сию неизменную верность, и мы со страхом ревнуем являть ее Ему, служа как бы пред лицем Его, чтоб иначе за неверность не отставил нас от дела. Если не отставляет, значит, видит нас верными. Вывод и здесь тот же: итак, не колеблитесь в вере слову нашему, ибо оно вполне таково, каким быть ему угодно Самому Богу.

Под человеками, коим угождение отрицает святой Павел, можно или разуметь таких людей, кои бы ввели в заблуждение и уговорили распространять свое лжеучение, или составили какой ков и подучили действовать по плану своему, или разуметь тех, коим проповедуется Евангелие, чтоб показать, что они не применяются к их желаниям, а прямо говорят истину Божию, не останавливаясь тем, что она может быть неприятна слышащим (сравни: Гал. 1, 10).

1Сол.2:5–6. Никогдаже бо в словеси ласкания быхом к вам, якоже весте; ниже в вине лихоимания: Бог свидетель. Ни ищуще от человек славы, ни от вас, ни от инех.

Святой Павел переходит теперь к указанию духа, видов и приемов своей проповеди. Три нарекания, возможных или действительных, отстраняет здесь святой Павел: в ласкательстве, в лихоимании и славолюбии. Это обозначается и строем речи: «никогда же... ни» в вине... "ни" ищуще: по-гречески ουτε... ουτε... ουτε. Прежде всего отстраняет святой Павел нарекание в ласкательстве: «никогдаже в словеси ласкания быхом к вам». Это ласкательство, или лесть, есть крайне отталкивающий образ действий. Не только неприятно лицом к лицу иметь дело с ласкателем, но много теряет даже и тот, кто не показался при личном сношении льстецом, как скоро наводится на него подозрение или нарекание в этом. Подобное нарекание и спешит отстранить святой Павел. Ибо оно могло служить преградою между ним и солунянами. К тому же, отклонив это нарекание, святой Апостол тем самым ослаблял уже другие два (в лихоимстве, в искании славы), в которых нельзя иметь успеха без ласкательства. Святой Златоуст в такой именно зависимости поставляет их, говоря: «Мы не ласкательствовали, как это делают люди, ищущие корысти или власти. Нельзя сказать, чтоб мы ласкательствовали, чтоб достигнуть власти, или чтоб мы решились на это для денег». Апостол говорит: мы не были к вам в словеси ласкания, εν λογω κολακειας, не относились к вам с словом ласкательным. Наше слово к вам было чуждо лести, и по образу речи, и по содержанию ее. Но λογος значит еще смысл дела, побуждение, причину. Если это принять, мысль Апостола будет такая: мы не относились к вам и не действовали среди вас в духе ласкательства. В таком случае «в словеси ласкания» εν λογω κολακειας εν προφασει πλεονεξιας и будет обнимать всю деятельность Апостолов, тогда как в первом оно касается только слова, беседы, проповеди.

«Ни в вине лихоимания». Не действовали мы среди вас и в видах корысти. Пришли к вам, чтоб облагодетельствовать вас проповедью Евангелия, а не с тем, чтоб олихоимствовать вас. В вине лихоимания εν προφασει πλεονεξιας. Προφασις – предлог и намерение. Апостол хочет сказать: под благовидностию проповеди и апостольского дела мы не скрывали корыстных видов. Не то хочет сказать, что никто не может обличить их в этом, что ничего такого не обнаружилось, но что у них и на сердце не было лихоимнических замыслов, что им и в голову это не приходило (Экумений). Чего ради при этом Апостол призывает Бога в свидетели? – Ради важности нарекания, могущего нанесть большой вред делу проповеди, если не отстранить его; между тем как нельзя видеть, что действительно нет у Апостолов таких целей, ибо они скрыты в сердце. – Апостол и призывает в свидетели Бога, испытующего сердца, пред Которым и от Которого они действуют (сравни: Рим. 1, 9; Флп. 1, 8). Хочет он, чтоб и следа не осталось такого темного о них помышления, и приглашает посмотреть в их совесть при свете всеведения Божия.

«В рассуждении ласкательства, – говорит блаженный Феодорит вслед за Златоустом, – свидетелями (Апостол) назвал их самих (солунян), потому что льстивые речи явны слушающим, а в рассуждении лихоимства, – не их только, но и Назирающего над всею вселенною, потому что от людей нередко скрыта бывает цель, для которой что делается».

«Ни ищуще от человек славы, ни от вас, ни от инех. Не быхом ищуще», то есть не были мы также искателями славы человеческой, действовали, не требуя почестей, не тщеславясь, – и это не у нас только, но повсюду и пред всеми. «Не сказал Апостол: мы терпели бесчестие, или: не пользовались честию, что значило бы упрекать (солунян), но: мы не искали славы» (Златоуст). «Хотя и славимы были они от людей, но сами не искали славы и не услаждались ею» (Экумений). В этом святые Апостолы уподоблялись Господу, Который славы от людей не только не искал (Ин. 8, 50), но и не принимал (Ин. 5, 41). Славолюбием подавляется истиннолюбие (Ин.5, 44). Но не такова слава Божия. «Ищай славы Пославшаго его, сей истинен есть и несть неправды в нем» (Ин. 7, 18). Это убеждение и желал святой Павел поселить в сердцах солунян. Призывание Бога в свидетели для удостоверения в чистоте от лихоимства простирается и на этот пункт – на удостоверение в чистоте и от славолюбия. «Тот же свидетель есть и того, что мы проповедуем, не славы от человеков ища» (Экумений).

бб) Черты действования (1Сол.2, 7–12)

Доселе святой Павел выставлял на вид предмет проповеди, источник учения проповедуемого и дух проповедания, или побуждения к тому. Теперь приступает к изображению того, как они держали себя во время проповеди Евангелия у солунян. В трех отдельных отрицаниях (1Сол.1:2, 3:4, 5:6) отразил он взводимые на него нарекания, удостоверив, что его учение не есть какое-нибудь пустое суеверие, но Евангелие Божие, которое от Бога, а не из недоброго какого источника, и что сам он, при проповедании его, водился не нечистыми какими побуждениями лихоимства или тщеславия и учил не с неправыми приемами лести и лукавства, но как пред Богом, испытующим сердца. Теперь обрисовывает он свою деятельность с положительной стороны в кратких, но сильных выражениях.

1Сол.2:7. Могуще в тяготе быти, якоже Христовы Апостолы: но быхом тиси посреде вас, якоже доилица греет своя чада.

«В тяготе быти», можно бы, как с первого раза кажется, применяясь к тому, что говорит Апостол в 1Сол.2:9: «да не отяготим», и к употреблению этого слова Апостолом в других местах (2Сол. 3, 8; 2Кор. 12:16, 11:9), понять как – обременять содержанием себя. Апостолы, по повелению Господа благовестникам от благовестия питаться (1Кор. 9, 14), могли безукоризненно принимать содержание от лиц, принявших Евангелие. Как это требовало расходов новых, не бывших прежде, то могло казаться тяготою. Не эту ли тяготу и разумеет здесь святой Павел, говоря как бы: мы могли бы вас обременить содержанием себя, но не сделали этого? – Нет, не эту. Ибо тогда следовало бы прибавить вам и поставить вместо – «в тяготе быти» εν βαρει, – быть в тяготу εις βαρος, – сказать то есть: могуще быть вам в тяготу. Главное же, почему нельзя принять такого смысла, в том, что он не соответствует ни предыдущей речи, где говорится о неискании славы, ни последующей, где Апостол говорит о своей тихости. Лучше – «могуще в тяготе быти» – истолковать, как в русском переводе: могуще явиться с важностию, как Апостолы. Златоуст говорит на сие место: «Если посланники царей пользуются честию, тем более можно нам. Тем, которые посланы к людям от Бога, по всей справедливости надлежит, как явившимся нам с неба вестникам, большею пользоваться честию, но, несмотря на такое избыточество права, мы не делаем ничего подобного, чтобы заградить уста противников».

Можно допустить, что святой Апостол имеет здесь в мысли отстранить новое особое нарекание, похожее на то, какое после сплетено было в Коринфе (2Кор. 10, 10), именно, что святой Павел слишком слабо действовал. Посланнику Божию следовало бы явить более важности. Апостол и говорит: могли мы явиться таковыми, но были тихи. Любовь наша к вам заставила нас так действовать.

«Но быхом тиси среди вас». Но отвечает непосредственно вышесказанному: «могуще в тяготе быти», вместе с которым составляет особую законченную мысль, – как: могли мы явиться с важностию, но были тихи, – то есть не держались высокого тона, не были обладающие (1Пет. 5, 3), но как слуги, по заповеди Господа, все готовы были сами делать для вас (Мф. 20, 26). "Тиси"ηπιοι. `Ηπιος, – кроткий, тихий, нежно любящий, благосклонный, – употребляется именно в отношениях высших к низшим, царя к подданным, начальника к подчиненным, родителей к детям, врачей к врачуемым. "Среди вас" – в обращении с вами мы были такие же, как вы; будто ничего особенного не имели, будто не получили никакого особенного назначения и значения (Златоуст); являлись среди вас, окруженные вами, как учители учениками, как матери детьми, как кокош птенцами. Эта-то снисходительность, может быть, и послужила одним к укору Апостолов в ласкательстве, а другим – к укору в слабохарактерности. Отвечает Апостол: все это плод любви к вам, а не лесть или слабость.

«Якоже доилица греет свои чада».

Первая черта нрава Апостолов Солуни – тихость; вторая – материнская любовь. "Доилица" здесь – не кормилица, как видно из того, что она представляется питающею своих чад. Это – мать в период отдоения дитяти, мать доящая (кормящая грудью). С материю сравнивает себя святой Павел и в послании к Галатам (1Сол.4, 19). И отцом он нередко называет себя в отношении к уверовавшим чрез него (здесь же – 1Сол.2:11; 1Кор. 4, 15). Сравнение с материю здесь оказалось более уместным, потому что Апостол хотел выразить свою крайне нежную к ним любовь, или любовь со стороны чувства; любовь же со стороны дел любви выражает он ниже (1Сол.2:9) сравнением себя с отцом. Им же хотел Апостол бросить заключительный свет и на предыдущие оправдательные против нареканий мысли свои. Так святой Златоуст: «Льстит ли кормилица дитяти, чтоб заслужить от него славу? Ищет ли она денег от малюток? Бывает ли высокомерна с ними и сурова? Здесь Апостол обнаруживает в себе нежную любовь».

«Греет своя чада», θαλπη. Так говорится о птицах, которые согревают своих детенышей, прикрывая их крыльями. Так и мать укутывает свое малое дитя у груди своей, чем и охраняет его, и живость ему придает. Сравнение указывает на устремление любви, все готовой делать для любимого.

1Сол.2:8. Тако желающе вас, благоволихом подати вам не точию благовествование Божие, но и души своя, зане возлюблены бысте нам.

«Тако желающе вас»ομειρομενοι υμων. Слово сие означает сильное желание соединиться с кем, вступить с ним в общение и сердечный союз, в отношении к отсутствующим – желание видеться с ними и опять быть вместе. Солуняне были прежде чужие по вере, как на стране живущие. Апостол выражает сим, как он желал их привлечь к себе, желал сердечного союза с ними, желал именно их, а не чего-либо ихнего, как в другом месте (2Кор. 12, 14) сказал: "не ищу вашего, но вас.

«Благоволихом»ευδοκουμεν. Слово сие означает охотное, радостное и удовольствием сопровождаемое свободное решение доброй воли. Оно употребляется и для выражения Божия благоизволения о спасении рода человеческого и каждого лица (Кол. 1, 19; Гал. 1, 15; 1Кор. 1, 21), и о добрых устремлениях человеческих желаний (Рим. 15, 26; 2Кор. 5, 8 и другое).

«Подати вам»... души своя, μεταδουναι – передать. Напрасно хотят видеть здесь только δουναι – дать, отдать, – под душою разумея жизнь, так, чтоб было: мы охотно желали не только преподать вам Евангелие, но и души свои за вас положить, если б потребовалось (сравни: Мф. 20, 28). Но тогда стояло бы за вас, а не вам. К тому же так толковать, значит в одной и той же фразе раздвоять значение одного и того же слова μεταδουναι. В отношении к душам – отдать. Хотя и отдать за кого душу в значении пожертвовать жизнию показывает сильную любовь, но все же это слабее того, что хочет выразить Апостол. Он хочет сказать, что именно душу свою он охотно желал передать им. Подобно как мать, с которою сравнивает себя Апостол, – не только в опасностях готова положить жизнь свою за детей, но постоянно готова изливать и изливает душу свою в них, то же, что душою своею живет в них. Так и святой Павел уверяет, что готов был излить именно свою в них душу. По святому Златоусту, Апостол выражает: «Мы вас столько любим, что, если бы нужно было, отдали бы вам даже свои души», потому что были вам совершенно преданы. Мы не одно Евангелие вам преподали, но вместе с словами, которые, не щадя сил, обильно сеяли в вас, мы благоволили самые души передать вам, как душа матери переходит как бы в дитя, которого она питает не сторонним чем, а элементами своей жизни. Сильная любовь все готова передать, или перенесть, в любимого. Так Христос Спаситель, в показание беспредельной любви Своей к нам, Себя Самого всего подает нам в Святом Причащении. Такой же характер любви и у Павла. Только что Спаситель делом подает, то Апостол передал благоизволением.

«Зане возлюблены бысте нам». Высказав такое расположение и вместе напомнив солунянам, что оно действительно и явлено таким, спешит Апостол охарактеризовать его, указав истинный его источник не в чем-либо стороннем, а в одной любви. Могли тогда думать, или теперь подумать, что они чего-либо заискивали. В отвращение такого подозрения говорит Апостол: все это было не по чему другому, а «зане возлюблены бысте нам» (Златоуст, Феофилакт).

1Сол.2:9. Помните бо, братие, труд наш и подвиг: нощь бо и день делающе, да не отяготим ни единаго от вас, проповедовахом вам благовествование Божие.

Третья черта нрава Апостолов – полное самоотвержение. – «Помните бо..». Приводит причину на сказанное прежде, отвечает как бы на вопрос: из чего видно, что Апостолы были к солунянам, как мать, что готовы были и души свои передать им, как возлюбленным? – Из того, как мы действовали среди вас. Вспомните, как обращались мы среди вас, и удостоверитесь, как любили вас и готовы все вам отдать.

«Труд наш и подвиг»κοπον και μοχθον. Не сказал: вспомните благодеяния наши, а что более впечатлительно: труд наш и подвиг (Феофилакт). Вместе сии слова встречаются еще (2Сол. 3, 8; 2Кор. 11, 27). Последнее усиливает первое, и вместе выражает одну мысль, что Апостолы не слегка касались труда, а прилежали ему усильно, имели труд памятный (Златоуст). – Но так различать, чтоб κοπον относить к проповеди, а подвиг (μοχθον) к рукоделию не следует. Оба то и другое обнимают.

«Нощь бо и день». – Обычная фраза, выражающая непрерывное продолжение чего-либо во все сутки. Мы говорим: «день и нощь», то же и латиняне: diu noctuque (долго, слишком долго). To же встречается и в Писании (Лк. 18, 7; Деян. 9, 24; Апок. 20, 10). Нощь стоит впереди ради того, что у иудеев (и афинян) сутки начинались с захода солнца и кончались заходом. Нет основания разделять их, нощь назначая на рукоделие, а день на проповедь. И ночью проповедовал святой Павел (Деян. 20, 7). Этим хочет только сказать святой Апостол, что они не были праздны ни минуты, были непрестанно в труде: то делали палатки, то проповедовали. Феодорит говорит: «(Апостол) показал чрезмерность усилий, не только указав на «труд и подвиг», но к дням присовокупив и ночное время».

Делающе, εργαζεσθαι – обычное выражение телесного труда и преимущественно ручной работы, делания руками (1Кор. 4, 12; Еф. 4, 28). Святой Павел разумеет свое художество – скинотворное, делание палаток для путешественников, войска, садов (Деян. 18, 3). Грамматическая форма показывает, что рукоделие – не главное в речи Апостола, а придаточное; главное же – проповедание.

«Да не отяготим ни единаго от вас», разумеется – содержанием нас. А к коринфянам писал святой Павел: «от иных церквей уях приим оброк к вашему служению» (2Кор. 11, 8). Нельзя потому на этом основании полагать, что христиане солунские были бедны. Так и везде поступал Апостол, из опасения положить препону распространению Евангелия, если б требовал себе содержания от обращаемых. «Вот каково усердие и какова забота о том, чтоб не соблазнить кого» (Феофилакт). «Смотри, как поступал Павел! Будучи проповедником и Апостолом вселенной, и удостоившись столь высокой чести, работал собственными руками, чтоб не отяготить поучаемых» (Златоуст).

«Проповедахом вам» εις υμας похоже на υμιν, по общему смыслу, но имеет свой оттенок, не тот только, что проповедали – "среди их», но и – что проповедь входила в них, или внутрь их посевала семена Божественных истин.

1Сол.2:10. Вы свидетели и Бог, яко преподобно и праведно и непорочно вам верующим быхом.

С сего 10 стиха говорится о том, как святые Апостолы держали себя по обращении солунян. На это наводят слова: «вам верующим быхом», то есть после того как вы уверовали. Следовательно, 1Сол.2и 1Сол.2:12 дают знать, как и чему учили Апостолы их, уже уверовавших. Все, до 1Сол.2включительно говоренное, относится к деятельности Апостолов для обращения солунян, а 1Сол.2:10, 11, 12 – по обращении.

«Вы свидетели и Бог». В начале ставит свидетелей, чтоб тем внушительнее расположить к принятию слова без колебаний и сомнений, «доставляя чрез сие словам своим большую степень достоверности и присовокупляя то, что особенно могло их убедить» (Златоуст). Так как речь имеет коснуться не одного внешнего, всем очевидного и всеми удобно наблюдаемого и обсуждаемого, но и внутреннейших чувств и расположений, именно в отношении к Богу, то Апостол во свидетели призывает не солунян только, но и Бога. О преподобии, то есть благочестии и страхе Божием, ведать верно может один Бог. Почему Апостол говорит как бы: свидетельствуюсь вашею совестию и Богом, свидетелем моей совести. «Вы свидетели того, что видели, а чего не могли увидеть, того свидетель Бог» (Экумений). «Ибо людям известно только видимое, а Богу – и сокровенное от людей» (Феодорит).

«Яко преподобно», то есть благочестно, благоговейно, со страхом Божиим, всегда помня, что дело Божие совершаем и пред очами Божиими, и потому «без лукавства, без обмана, без человекоугодия, без нечестивых побуждений» (Экумений).

"Праведно", никого не онеправдывая, всякому воздавая свое, вообще поступая в отношении к другим по всей широте заповедей, определяющих сие отношение.

«Непорочно», αμεμπτως, безукоризненно, трезво, целомудренно, воздержно, степенно, вообще так, что никто пожаловаться на нас не может, чтоб мы послабляли себе в чем-либо, не были строги к себе. Очевидно, что словом «непорочно» указывает святой Павел на законный, Богу угодный образ действования в отношении к себе самим. Таким пониманием его не делается никакой натяжки в угоду обычному делению обязанностей человека по трем показанным отношениям. Оно здесь может значить то же, что «целомудренно» в Тит. 2,12. Но никак нельзя принять его как понятие, обнимающее собою оба предыдущие, – и преподобно, и праведно, – и тем не менее, как определение того же, что выражает "праведно", только с отрицательной стороны. Ибо оно в ряду с первыми стоит как особая часть, равная им, и сливать ее с ними не следует.

«Вам верующим быхом», то есть после того, как приняли Евангелие и уверовали. По святому Златоусту, Апостол Павел говорит здесь о своем обращении с солунянами, определяет образ своего поведения среди них, и говорит: благочестно, праведно и безукоризненно поступали мы – или держали себя – пред вами верующими. Вот в каких характерических чертах образ их поведения должен был отпечатлеться в душах солунян, – как оно было светло, чисто, привлекательно для их очес, просвещенных верою.

1Сол.2:11–12. Якоже весте, зане единаго когождо вас, якоже отец чада своя, моляще и утешающе вас, и свидетелъствующе вам ходити достойно Богу, призвавшему вас во Свое царство и славу.

Прежде всего надо определить грамматический строй речи. «Якоже весте, зане...» ... потому что, или поколику вы знаете, каждого... «моляще и утешающе» и прочее. Управляющего глагола недостает при этих причастиях: "моляще" и прочее. Чтоб его иметь, одни дополняют речь прибавкою ηγαπησαμεν, εφιλησαμεν, чтоб так читалось: потому что знаете, как мы, как отец чад, возлюбили каждого из вас, умоляя и прочее. – Прибавка совершенно произвольная! Другие прямее дополняют словом ημεν, – чтобы было весте, как каждого... мы были умоляюще, или умоляли. Соглашаясь, что это допустимо, третьи говорят, что нет нужды в этом дополнении, подобный глагол уже есть выше – именно в конце 1Сол.2:10: «вам верующим быхом»εγενηθημεν. Его и здесь мысленно повторял Апостол, а не написал ради того, чтоб не заслонить им "моляще" и прочее, в коих вместе с «ходите достойно Богу» и вся сила речи. – Уверовавшим надлежит жить по вере. Как эта жизнь не одна внутренняя, но и внешно должна была выражаться, внешние же порядки прежние – языческие во многом, даже существенном, не согласовались с Евангелием, то Апостолы, обратив солунян, занялись благоустроением жизни новых христиан в семейном и гражданском быту, кроме религиозного, в коем существо дела.

«Единаго когождо вас..». Святой Златоуст: «не пропустил никого, ни малого, ни великого, ни богатого, ни бедного, – всякого, кто имел нужду, без различия». Верно, с каждым из новообращенных приходилось говорить, а с иным, может быть, и много переговорено и перетолковано, пока уразумел он и согласился упорядочить жизнь свою по духу новой жизни. У каждого могли быть обстоятельства житейские, требовавшие пояснения, как поступить ему в них по-Евангельски.

«Якоже отец чада», указывает источник такой неутомимой заботы в отеческой к ним любви. Выше, когда говорил Апостол об их обращении, когда они еще только рождались в духовную жизнь, сравнивал себя с материю, а теперь, когда они отрождены и их следовало воспитывать и вести к совершенству, он сравнивает себя с отцом. В исправлении нравов надлежало показывать не одну нежность материнского чувства, но и твердость отеческой воли и власти, опытность и благоразумие, чем обыкновенно отличаются отцы и к чему матери не совсем сильны.

«Моляще и утешающе вас и свидетелъствующе вам». Если взять во внимание преимущественно лица, на которых обращены все сии действия слова, то их надобно понимать как разные приемы слова, направленные к тому, чтоб благоустроить жизнь солунян. Апостол хочет как бы сказать: мы истощили все средства убеждения к тому, чтоб расположить вас ходить достойно Богу. В таком случае: "моляще" παρακαλουντες будет значить: убеждали, уговаривали, действовали на ум; "утешающе" παραμυθουμενοι – возбуждали сочувствие, располагали полюбить новый образ жизни, как Богоугодный и спасительный, действовали на чувство и сердце. «Свидетелъствующе», μαρτυρομενοι, – свидетельствами Писания, словами живого Бога обязывали и заклинали, доводя волю до воодушевленной решимости на новый образ жизни с готовностию на всякого рода пожертвования ради нее. Но если взять во внимание предмет их – достойно ходить Богу, то в каждом из них можно видеть указание на особые стороны достойного Бога хождения. В таком случае: моляще – παρακαλουντες – будет: умоляли, убеждали принять веру и хранить ее; утешающе – παραμυθουμενοι – утешали в скорбях, какие были, и воодушевляли к мужественной встрече имеющих быть; свидетельствующе – μαρτυρομενοι – от лица Божия обязывали и заклинали жить по-Евангельски.

«Ходити достойно Богу», или достойно благовествования (Флп. 1, 27; сравни: Рим. 16, 2; 3Ин. 6), или достойно звания (Еф. 4, 1), вообще во всяком Богоугождении и во всяком деле блазе (Кол. 1, 10), как следует ходить получившим новую жизнь (1Пет. 1, 23; Рим. 6, 11 и далее) и чадам света (Еф. 5, 8). В этом главное дело и цель для уверовавших в Господа. Вера не все делает. Она дает вход в царство Христово – Церковь. Вошедший имеет главную обязанность – ходить, как следует сынам царствия. На это, как видно, было обращено Апостолами строгое внимание.

«Призвавшему вас во Свое царство и славу». Царство и слава откроются по воскресении (Рим. 8, 17), но солуняне именуются уже призванными в них, ибо цель всего устроения спасения, или всех благодатных средств, – там. Верою и благодатию нарекаются на наследие вечного царства и славы, – или иначе: призываются в царство благодати, чтобы наследовать царство славы, если сохранены будут условия к получению сего наследия, которые все совмещены в одном слове – достойно ходити Бога призваны в царство, – быть под царскою властию, чтоб потом участвовать и в царствовании. Беспрекословно покорные воле Господа здесь будут соцарствовать Ему там. В будущем откроется слава человеческого естества восстановленного. Но как здесь оно очищается силою Божиею, так там прославится славою Божиею: во всем будет сиять слава Божия. В сию-то славу и призваны верующие христиане.

Вот и это отделение также заключается перенесением внимания в будущую жизнь, как и первое (1Сол.1, 10)! Так сильно занят был Апостол тем помышлением, и так сильное видел в нем подкрепление христианского характера в христианах.

б)Уверование солунян и мужественное их пребывание в вере (1Сол.2, 13–16)

Указав признаки Божественности Евангельского учения, в обстоятельствах своего пребывания у солуиян, Апостол теперь переходит к изображению того, как принято было солунянами слово проповеди, указывая и здесь признаки его Божественного достоинства, аа) Вы сами, говорит, приняли наше слово, как Божеское, следовательно, имели основание удостовериться в этом тогда; бб) принятое слово действует в вас, это – непрерывно продолжающееся удостоверение в его необыкновенной силе и нечеловеческом достоинстве (1Сол.2:13); вв) участь ваша, по принятии слова, ставит вас в один ряд со всеми исповедниками Божественности Евангелия, знак, что оно не человеческого происхождения, ибо иначе не стали бы никого гнать (1Сол.2:14). Вывод из всего этого один: стойте же в вере, как и стоите. – Стихи 1Сол.2и 1Сол.2стоят будто придаток. Но как они, хотя кратко, но полно и сильно изображают всегдашний характер упорно неверующих иудеев и определяют их окончательную часть, то нельзя не предполагать, что святые Апостолы особое имели побуждение сказать это, именно – пресечь то колебание веры, которое причинялось следующею мыслию: иудеи – свои вам; им бы следовало вам верить, а они гонят. – Апостол говорит на это: на них не смотрите; они уж всегда таковы; за то и конец им.

1Сол.2:13. Сего ради и мы благодарим Бога непрестанно, яко приемше слово слышания Божия от нас, приясте не аки слово человеческо, но, якоже есть воистинну, слово Божие, еже и действуется в вас верующих.

"Сего ради". Чего? – Если относить к непосредственно стоящему выше, то будет – ради того, что Бог призвал вас в Свое царство и славу. Этому всякий должен порадоваться. Радуемся и мы, благодаря Бога, что вы по сему призванию поверили слову нашему, как слову Божию, без чего нельзя быть причастниками Божия о людях спасительного устроения, нами возвещаемого. По этой мысли Апостол продолжает свидетельствовать свою отеческую любовь к солунянам. Но лучше относить ко всему предыдущему (1Сол.2:1–12). «Весте вход наш к вам», – знаете, сколько принесено нами жертв, сколько употреблено трудов, внимания, сердечного попечения. Вы уверовали и увенчали успехом наши заботы, мы радуемся тому и благодарим Бога. Такую связь слова: "сего ради" видит святой Златоуст, а за ним Экумений и Феофилакт. Златоуст пишет: «Нельзя сказать, говорит он (Апостол), что мы одни поступали во всем безукоризненно, а вы делали нечто несообразное с тем, как мы с вами обращались, ибо вы слушали нас не с таким расположением, с каким слушают людей, но внимали нам так, как будто наставлял вас Сам Бог».

«Благодарим Бога». Цель у святого Павла – указать на убеждение солунян в Божественности слова, как на доказательство сей Божественности. Благодарит же Бога за такое убеждение, чтоб показать, что оно в сердцах положено Самим Богом; а придавая таким образом неземное происхождение убеждению, выставляет его нечеловеческую важность и возбуждает обязательство пребывать ему верным.

«Яко приемше слово слышания Божия от нас, приясте..». «Словом слышания называет проповедь, в которую веруют чрез посредство слышания. Ибо, «как уверуют, аще не услышат?» (Рим. 10, 14)» (Феофилакт). поелику «вера от слуха, слух же глаголом Божиим» (Рим. 10, 17), то Бог благоволил быть проповеди и послал проповедников. Богу угодно было, чтоб все слышали слово Его. Сподобляющиеся сего сподобляются слышания Божия, – слышания от Бога исходящего глагола и слышимого по Божию устроению. Святой Апостол благодарит Бога за солунян, что приняли слово, что получили его, что оно дошло до них и они согласились слушать его, ибо и это от Бога, – и что, приняв так слово, приняли его «как слово Божие», – что опять очевидно от Бога. Принявши слово слухом, слово, совне к вам дошедшее, вы восприняли его в сердце не «как слово человеческое», хотя оно шло от человеков, но как слово Божие. – «От нас вы приняли слово, такое, однако ж, которое не есть наше, но Божие, ибо чрез нас говорит Бог» (Фотий у Экумения). Слушая слово наше, вы чувствовали необыкновенную силу слова, – и признали, что оно не земное, а Божественное. Вместе с словом входил свет в души ваши и прогонял тьму, входила сила невидимая и возбуждала в вас энергию спящих духовных сил. Это «Бог рекий из тмы свету возсияти, возсия в сердцах ваших» (2Кор. 4, 6). Вы это сознали и убедились, что слово наше было слово Божие и приняли его яко таковое.

«Еже и действуется в вас». Не минутное было действие слова, а, начавшись однажды, продолжается непрерывно. Как в притче Спасителя семя, брошенное в землю, потом уже само по себе дает траву, ствол, колос и зерно; так у солунян слово Евангельское, быв принято в сердце верою, само собою, без стороннего посредства, более и более развивалось, шире и шире занимало землю сердца, просветляло понятия, исправляло чувство, упорядочивало нравы. Оно, как лекарство принятое, врачевало больное и восстановляло здравые силы естества. Когда оно не умом только и слухом бывает принято, но сердцем, тогда не праздно пребывает, а входит в жизнь и действует в ней (2Пет. 1, 8) как вседвижущая и всем заправляющая сила. – Впрочем, святой Апостол не это только одно внутреннее действие слова разумел, но и необыкновенные дары благодати, сопровождавшие всюду слово Евангельское. Конечно, солуняне, сподобившись пророческой благодати, пророчествовали, говорили языками и совершали необыкновенные чудеса (Феодорит и Экумений). Апостол говорит как бы: все это вы испытываете; следовательно, имеете живое удостоверение в неземном действии слова, свидетельствующем, что и оно не есть земное, обыкновенное, человеческое. Стойте же!

«В вас верующих» – потому что вы веруете – поколику веруете – под условием веры. Без веры слово и в сердце не пойдет, и действовать в нем не может. Если вошло и действует в вас, то потому только, что вы уверовали и веруете. Сила у верования вот в чем! Когда сердце на всякий пункт веры и на всякий о нем вопрос без всяких размышлений отвечает: так Бог повелел. Это убеждение и сообщает непоколебимость мысли и нравственную крепость покорности воле Божией. Когда все силы духа объединены верою, дух получает целость и сродную ему мочь (силу). В то же время он становится крепким сосудом для содержания благодатных даров. Апостол говорит солунянам: ради веры вашей видите, какие вы получили плоды; дорожите же ею.

1Сол.2:14. Вы бо подобницы бысте, братие, церквам Божиим, сущим во Иудеи о Христе Иисусе, зане таяжде и вы пострадаете от своих сплеменник, якоже и тии от Иудей.

Пиша к филиппийцам, Апостол говорил, что им дано не только веровать в Господа, но и пострадать за Него. И здесь то же, сказав о вере солунян, поминает и об их страданиях, как необходимых спутниках веры. "На сие бо лежим", как говорит он после (1Сол.3, 3).

Прежде сказал: «подобницы бысте нам и Господу, приемше слово в скорби миозе с радостию Духа Святаго» (1Сол.1, 6). Здесь говорит: «подобницы бысте церквам» Иудейским. Хочет он утвердить в них ту мысль, что в устроении спасения все страдают: Господь, Апостолы Его и все верующие. Таков закон явления на земле истины о Христе Иисусе – разделение людей и восстание одних на других (Мф. 10, 35–37). На приемников и носителей слова Божия вооружаются неприемлющие его и гонят их. Так было в Иудее, так повсюду, так и у вас. В том, что на вас восстали, не укор слову и не подрыв его истинности, а, напротив, доказательство того, что оно из ряду вон выходит, не земно есть – Божественно. Частицею "бо" (ибо) показывается, что Апостол здесь приводит причину. На что? – На то, о чем говорил пред сим, – что слово, проповеданное ими и принятое солунянами, Божественно и Божественную силу и действие оказывает в них. Каким образом неприятность и гонения от своих служат тому доказательством? – Таким: принятое слово, действием благодати, изменило образ мыслей, нравы и поведение уверовавших. Это отособило их от своих и вооружило сих последних против них. Гонения тем доказывают Божественность слова, что указывают на существенное изменение уверовавших в умах и сердцах, которому нельзя бы было произойти, если б слово не было Божественно. С другой стороны, гонимые терпят и твердо стоят на своем. Откуда это? – От той же силы слова, принятого с верою. Таким образом, Божественность слова доказывается и тем, что есть гонение, и тем, что приявшие слово остаются верными ему, несмотря на сие гонение. Святой Златоуст говорит: «То, что они приняли слово надлежащим образом, доказывает он искушениями, коим они подвергались. Как бы вы, говорит, стали переносить такие опасности, если б не внимали словам нашим, как словам Самого Бога». Экумений прибавляет: «Что вы слово наше приняли как слово Божие, видно из того, что вы возмогли перенесть такие скорби. Как из того, что сам потерпел, Апостол доказывал выше, что проповедует Божественное, так из того, что те потерпели, доказывает теперь, что они приняли проповедь его как слово Божие». То же и у Феофилакта.

Сравнением Церкви Солунской с Церквами Иудейскими придает ей большую честь и воодушевляет к терпению. Уже прозелиты из язычников привыкли смотреть на Иерусалим и на Иудею как на святилище истины Божией. Тем с большим благоговением должны были относиться к тамошним христиане из язычников. Там действовал Господь, там сошел Дух Святой, там основались первые Церкви, оттуда вышли Апостолы во всю вселенную. Тамошние Церкви были образцовые, и уподобиться им было славою христиан, живших вдали. Тут исполнялось пророчество святого Исайи о славе Сиона и желательном стремлении к нему языков за просвещением и истиною (Ис. 2, 2–3).

Указав на Церкви в Иудее, Апостол охарактеризовал их так: "церкви Божии о Христе Иисусе», – чтоб показать, что не все тамошние общества суть истинные Церкви. «Поелику и иудейские синагоги были, по видимому, о Боге, то Апостол говорит о Церквах верующих, что они суть не о Боге только, но и о Христе Иисусе, ибо отвергшийся Сына и Отца отверглся есть» (Экумений, подобно и Феофилакт). У Апостола и здесь та же цель – держать внимание солунян на мысли о разделении, всюду произведенном словом истины, которую они проповедуют. А это необходимо ему было для отстранения того недоумения, на которое наводило неверие иудеев. Как, иудеи, чтители Бога истинного, блюстители откровений Его, вам не верят? Верно, ваши слова не от Бога? Апостол разбивает сие недоумение, говоря, что не все не веруют, и потом изображает мрачными чертами иудеев неверующих – в 1Сол.2:15, 16.

Лучшая часть из иудеев уверовала и составила славные Церкви о Христе Иисусе. И они-то страдают от своих же единокровных иудеев, как вы от своих соплеменников. Если б все иудеи не верили, было бы стойко это недоумение; но как из них составились целые Церкви, то в этом сильное доказательство истины слова. Ибо уверовавшие страдают от своих, а при этом надобно иметь более сильные побуждения и основания к вере, нежели к неверию, так как неверие оставляло бы их в покое, при старых порядках, которые они прежде сами ценили высоко. Святой Златоуст говорит: «Если и иудеи решились с терпением переносить все за веру, то это служит немаловажным доказательством того, что проповедь истинна». Феофилакт продолжает ту же мысль: «Немалое доказательство истины Евангелия в том, что иудеи охотно терпят за то, что прежде сами преследовали».

Отделив, таким образом, верующих иудеев от неверующих, святой Апостол строго налегает всею тяжестию суда на последних.

1Сол.2:15. Убивших и Господа Иисуса и Его пророки, и нас изгнавших, и Богу неугодивших, и всем человеком противящихся. h5 1Сол.2:16. Возбраняющих нам глаголати языком, да спасутся, во еже исполнити им грехи своя всегда: постиже же на них гнев до конца.

Оба эти стиха суть придаток к предыдущему. В них будто мимоходом выражает Апостол мысль свою об иудеях – неверующих. Но как они так полно определяют характер неверующих иудеев и пророчески указывают на последнюю участь их, то нельзя не видеть, что они приложены Апостолом намеренно, – и именно для окончательного рассеяния недоумения, которое могли иные выводить, а может быть, и действительно выводили в Солуни из неверия иудеев. В Солуни, в числе верующих, иудеев было гораздо менее, чем язычников; но гонение, воздвигнутое на христиан, было возбуждено иудеями, хотя они прятались за язычниками. Неверие их потому могло очень смущать. Святой Апостол говорит теперь, что неверием иудеев нечего смущаться. Они всегда оказывались непокорными Богу. Посылал им Бог пророков, они их побили; пришел Господь Иисус, и Его убили; нас послал к ним Господь, и нас изгнали; от них обратились мы к язычникам, они и им мешают нам возвещать слово истины. Так по всей истории они богоборцы и человеконенавистники. – Итак, не смущайтесь их неверием, тем более, что уже близок конец их. Миловал их Бог долго; теперь гнев Божий, – окончательный, – готов ниспасть на главу их. – Такова мысль в означенных стихах! Приложим несколько замечаний о частных выражениях.

«Убивших и Господа Иисуса..». Изображение иудейского злонравия начинает с Богоубийства, причем намеренно именует Спасителя Господом, чтоб сказать, что они «Господа славы распяли» (Деян. 3, 15; 1Кор. 2, 8). Как убили Господа, об этом, верно, было сказано при благовестии в Солуни. Ибо первая проповедь в Солуни шла так, что в ней пространно доказывалось из Писания, «яко подобаше тако пострадати Христу» (Деян. 17,3).

«И Его пророки» тоже убивших. Святой Златоуст извлекает утешение для гонимых солунян из упоминания о смерти Самого Господа и потом прибавляет: «Но, может быть, иудеи не познали Его (Господа)? – Напротив, они знали Его очень хорошо. Но что? Не они ли убили и камнями побили своих пророков, коих Писания повсюду носят с собою? Конечно они поступали так не из любви к истине. – Итак, он (Апостол) не только предлагает утешение в искушениях, но и убеждает не думать, будто иудеи так поступали из любви к истине, – и не смущаться этим». Феофилакт прибавляет: «Почему очевидно, что они ничего не делают как ревнители истины, но паче неистовствуя против истины».

«И нас изгнавшим». Поводом к такой речи могло служить недавнее изгнание святого Павла и Силы из Солуни (Деян. 17, 5–9). Но как Апостол имеет в виду изобразить вообще истинно ненавистный нрав иудеев, то здесь, верно, разумеет всех вообще Апостолов, благовестников Нового Завета, в соответствии с ветхозаветными пророками см.: Деян. 5, 17 и далее, Деян. 6, 12 и далее).

«И Богу неугодивших, и всем человеком противящихся». Разделительные – "и, и", – показывают, что в каждом из сих речений выражаются новые черты иудейского злонравия. Что же выражают слова: «Богу неугодивших, и человеком, противящихся», – когда само собою разумеется, что те, кои наделали сказанное пред сим, не угождают Богу и противятся человекам? – Апостол хочет указать источник показанных злодеяний. Так делают они потому, что в сердце у них не лежит искреннее намерение угождать Богу и теплая любовь к людям. Не любят они Бога и угождение Ему не ставят главною целию своей жизни. Не боголюбивое их сердце и истины Божией не любит – восстает против нее. Не любя Бога, и к людям они неблагожелательны и всегда идут против того, что для них благодетельное посылает Бог. – Но как же они все стоят за Божий учреждения?! Ревность имеют, но «не по разуму» (Рим. 10, 2). «Мнятся службу приносити Богу» (Ин. 16, 2), а на деле противятся Ему.

«Возбраняющих нам глаголати языком, да спасутся». Эти слова служат объяснением предыдущих. Наглядно видно и их Богу неугождение, и их человекам противление в том, что они мешают проповедовать Евангелие языкам. Тут они становятся богоборцами и человеконенавистниками. Бог повелел, а они мешают; проповедь спасительна, а они не хотят, чтоб она прошла до языков и спасла их. «Если должно проповедовать всей вселенной; а они противятся этому, то они общие враги вселенной» (Златоуст).

«Во еже исполнити им грехи своя всегда». Так везде говорит Слово Божие о судах Божиих, что грозные наказания постигают людей за исполнение меры грехов (например, Быт. 15, 17). Бог всячески вразумляет грешников, но когда последние с упорством отвергают спасительные о них распоряжения Божий, тогда Бог предает их в руки произволения их. И тогда, грехи ко грехам прилагая, они и меру грехов исполняют, и долготерпение Божие истощают. Следует неумолимый суд. – Апостол говорит как бы: так действуют они, чтоб об них можно было сказать, что они исполняли меру грехов своих "всегда", во всякое время, во все периоды их исторической жизни, и прежде Господа Иисуса, и при Нем, и после Него, по всей истории своей. Попущено им восстать против нас и Самого Господа, чтоб и в этом периоде не быть им без богоборного дела (Фотий у Экумения). Столько зла наделали они древним пророкам, а в наше время Христу Господу и нам, чтоб всегда были исполняемы грехи. Как они всегда так делали, то всегда исполняли грехи свои. «Или Апостол хочет сказать: они и прежде грешили, но все еще сносно было. Когда же наконец они восстали против Самого Бога и святого Евангелия Его, то тем мера грехов их исполнилась. Терпеть их более нельзя. Господь сказал: «и вы исполните меру отец ваших» (Мф. 23, 32), – дополните, что недоставало у тех. В таком случае – всегда будет означать навсегда, как говорим: «однажды навсегда», то есть окончательно. Феофилакт пишет: «Это древним пророкам, потом Христу, а наконец и нам делали они и делают, чтоб показать, что спешат достигнуть полной меры грехов, крайнего их предела».

«Постиже же на них гнев Божий до конца.» «Постиже до конца», – мера долготерпения исполнилась, окончательное определение суда Божия на них состоялось, участь их решена. Так Златоуст: «Сказав «постиже гнев», Апостол показал, что он (гнев) непременно должен последовать, ибо он предназначен и предсказан». Или так: гнев Божий всегда шел вслед их, теперь достиг их, близко подошел – вот-вот грянет. Или до конца означает окончательный гнев; поразит вконец, восстановления не будет, – милости не жди. Очевидно, Апостол имеет в виду предсказание Господа о разрушении Иерусалима и рассеяние народа. Грешили прежде, наказывал Бог в видах исправления. Теперь же следует окончательно гневное наказание за сопротивление намерениям Божиим, столь явным и столь спасительным и для них, и для всех людей, что без них и целей своих достигнуть людям нельзя. Идут наперекор Богом определенному течению восстановления человечества; не стоят потому того, чтоб быть хранимыми. Когда писал сие Апостол, начатки стеснения от римлян уже показались. Они давали разуметь, что предсказанное Господом близко к исполнению. Святой Златоуст говорит на это: «Для них не будет уже более того, что было прежде. Нет времени для раскаяния; нет места долготерпению Божию, но наступает гнев неизбежный. Из чего это видно? – Из предсказания Христова».

С особенным движением перифразирует это апостольское обвинение иудеев Экумений: «Большое возводит Апостол обвинение на иудеев. Ибо говорит, что все, что ни делали иудеи, делали с целию грешить, то есть удовольствие находили в грехах и грешили, – во еже неполными грехи, как бы так: грешили, как долг какой уплачивая грехами. Пусть Господа убили по неведению; за что пророков побили – чтимых? За что нас изгнали? За что вам делают зло? Языкам чего ради мешают быть спасаемыми? – Если обращение язычников ко Христу есть благо, для чего, сами не обращаясь, полагают препоны обращению тех? Если же не считают этого благом, то для чего завидуют обращающимся? И что им за дело до язычников? – Видишь, как они грешат по одному грехолюбию и все делают, чтоб исполнять грехи свои, то есть ради того, чтоб никогда не оставаться без грехов. – За то уже, говорит, «постиже на них гнев Божий до конца». Всегда преследовал их гнев, когда грешили, но удерживался, давая место покаянию; теперь же постиг их. Гнев – η οργη с членом показывает, что здесь разумеется тот самый гнев, который давно уже должен был ниспасть на них. – "До конца". Уж не будет так, как прежде, – рабство и опять освобождение, плен и опять возвращение, гнев Божий и опять милость, – теперь гнев Божий на них до конца, уже не будет более освобождения от бед».

3. Заботы Апостола Павла о солунянах по отбытии его из Солуни (1Сол.2, 17–3, 13)

Изобразил святой Павел, каков он был к солунянам во время пребывания своего у них, – 1Сол.2:1–16. Теперь изображает, каков он был и есть к ним по удалении от них. И как там, так и здесь цель имеет одну – показать, что образ его действования не может наводить ни малой тени на его проповедь, а, напротив, оправдывает истину ее и служит к ее утверждению. – Очень легко выражает он всем: не ищу ничего вашего, но вас, и вас не для себя, а для вас же, чтоб вы совершенными явились пред Господом и достойными наследия вечного Царства Его. – Деятельность Апостола, в основании Церкви Солунской и в заботах о ней, есть самого высокого достоинства.

В этом третьем отделении исторической части послания Апостол свидетельствует в высшей степени теплую, отечески заботливую любовь к солунянам: а) своею скорбию о разлучении с ними и желанием видеть их, 1Сол.2:17–20; б)своею заботою о них, вынудившею послание к ним Тимофея, чтоб утвердить и успокоить их, и принесть сведение о них, 1Сол.3:1–5; в) радостию по получении удовлетворительных сведений, благодарностию за то Бога и новым изъявлением желания видеть их, – 1Сол.3:6–10; г)и своими им благожеланиями, – 1Сол.3:11–13.

а) Скорбь о разлучении с солунянами и желание видеть их (1Сол.2, 17–20)

Если б и нашелся кто, способный подумать о святом Павле: вот, повернулся, увлек нас на свою сторону, вверг чрез то в скорби, – а сам ускользнул, и нет ему горя; тот не мог уже долее оставаться при таких мыслях, удостоверившись в тех чувствах, какие испытывал святой Павел по удалении из Солуни. Удалившись, он чувствовал себя сиротою, 1Сол.2:17,-раз и два порывался воротиться к ним, но не мог, 1Сол.2:18, – и все это не из расчетов каких-либо, а по тому одному, что этого требовало его апостольское достоинство, что в этом его радость и слава вечная, – 1Сол.2:19–20.

1Сол.2:17. Мы же, братие, осиротевше от вас ко времени часа, лицем, а не сердцем, лишше тщахомся лице ваше видети многим желанием.

"Мы же" – что касается до нас. Говорил пред сим о том, как шла проповедь, как уверовали солуняне и как начали страдать за веру к славе своей и особому достоинству пред Господом. Продолжает как бы: тут нам надлежало удалиться, – и вот что было у нас на душе.

«Осиротевше» – говорится собственно о непристроенных детях, лишающихся родителей своих; но идет и к родителям, теряющим детей. Апостол почитает себя отцом обесчадевшим. «Осиротевше» – нежное выражение состояния души по разлучении с любимыми. Расставшись с солунянами, святой Павел чувствует себя сиротою. И у нас говорят: сиротою смотрит, или: такой сиротливый. Во всей главе сей Апостол применяет к себе самые сильные чувства родственные, чувства матери (1Сол.2:7–8), отца (1Сол.2:11), а здесь – сироты. «Сначала Апостол уподобил себя матери, которая кормит и лелеет младенца, потом – отцу, который нежно расположен к детям; теперь же – отроку, который оплакивает преждевременное сиротство» (Феодорит). Надо бы сказать, что те осиротели, лишившись его, своего духовного отца, а святой Павел себя считает осиротевшим, желая показать, что не столько они, сколько он потерял чрез удаление от них. Не вы осиротели, а мы. Как малые дети, осиротевшие, имеют величайшую скорбь о родителях, не по естеству только, но и по одиночеству, так точно и мы. Этим он показывает тоску свою, в которой находился по причине разлуки с ними.

Можно, однако ж, полагать, что Апостол употребил это слово не для выражения только своего чувства, но и для того, чтоб намекнуть, что такое чувство томило его не по чему другому, как потому, что он оставил детей своих духовных, еще не выращенных, не воспитанных вполне, не утвержденных в началах, им преподанных. На это наводят и следующие слова: «ко времени часа».

Фраза эта выражает краткость времени; προς καιρον ωρας на время часовое. Мы говорим: на час времени. – Но что хочет сказать Апостол? – Или то, что он разлучился с ними на короткое время. Тогда, как удалялся он из Со луни и осиротел, не имел в мысли долго быть в разлуке с ними, – удалялся на короткое время, только за тем, чтоб стихло смятение. Так в русском переводе; или то, что немного еще прошло времени, как осиротел. «Не долго ждали, но короткое время и малое, как бы час один» (Феодорит). То есть немного прошло времени после разлуки, а я уже соскучился по вас. «Нельзя сказать, что время возвело на такую степень скорбь разлуки, но любовь. Видишь, какова любовь! Тосковал, разлучившись на час, и притом только лицом» (Экумений). Или то, что слишком скоро разлучен с солунянами. Так скоро я осиротел от вас, не успел наговориться с вами, не успел передать вам все, что нужно, как должен был удалиться от вас. Жалуется Павел, что по наветам иудеев так скоро он отторгнут был от солунян, как от чад, еще не подросших и не твердых. Против воли скоро отторгнутый от вас, не успев передать вам всего и утвердить вас, я тем с большим рвением желал снова видеть вас – Но не значит ли προς καιρον ωρας, – по обстоятельствам времени?

«Лицем, а не сердцем». Внешно отторгнут был от вас, но в мыслях непрестанно был занят вами, и сердце мое неотлучно было при вас» (Златоуст). Не говори никто, что я ушел, бросил вас. Я все об вас думал, носил вас в сердце своем. Тут и на мгновение не было разлучения. «Лишен я чувственного воззрения на вас, но непрестанно созерцаю вас духом» (Феодорит).

«Лишше тщахомся». "Лишше" – паче всякого другого дела, ни о чем так не заботились, как о вас, все другое было как стороннее, главное же – вы (Златоуст). Или, лишше – тем паче. Так скоро будучи отторгнуты от вас, мы тем паче старались увидеть вас. "Тщахомся" – изыскивали способы, замышляли, соображали, как бы это устроить.

«Видети лице ваше». – Конечно, Апостола влекло не одно чувство, а крайняя духовная нужда солунян. Но видно и то, что солуняне своею искреннею верою и любовию привязали его к себе, – и он желал видеть лицо их. «Хоть всегда имел их в сердце, но желал и личного их присутствия. Таково свойство пламенной любви, что она желает видеть и слышать любимых и говорить с ними» (Златоуст). Почему и прибавил: «многим желанием», – не по одним соображениям ума о нужде моего с вами сопребывания я желал видеть вас; меня влекло к этому само сердце. – «Павел любил как бы до экстаза, и в чувствах дружбы был неудержим и неукротим» (Златоуст). У Амвросиаста пишется на это место: «Для большего их научения желал видеть и лицо их. О Божественных вещах нельзя всего вдруг преподавать. Есть таинства в вере нашей, которые не должно тотчас открывать, чтобы то не послужило в соблазн, по причине неочищенного чувственного смысла слушающих. Не всем должно говорить все, но должно соразмерять слово со вместимостию каждого. Вот Апостол и желал еще видеть их, чтобы дополнить преподание истины».

1Сол.2:18. Темже хотехом прийти к вам, аз убо Павел единою и дважды, и возбрани нам сатана.

"Темже" – по таким обстоятельствам, побуждаемые таким пламенным желанием видеть вас, «хотехом прийти». Прежде замышляли только и изыскивали способы, а теперь самим делом решались на то, покушались, собирались, в дело хотели привести то, что постоянно лежало на сердце.

«Аз убо Павел». – Выделяет себя святой Павел потому особенно, что некоторое время он точно был один, без Силы и Тимофея. И говорит теперь, что в эту пору именно и собирался он к ним, может быть, из Афин и из Коринфа. Или говорит так, чтоб показать, что он лично хотел прибыть к ним, а не через Силу и Тимофея, которые были там, около солунян.

В словах: «единою и дважды» иные видят неопределенное число в смысле: не раз покушались. Другие – определенное, именно – два раза; имели постоянную заботу видеть вас, раз и два покушались прийти. Апостол хочет сказать, что забота видеть их была не минутная, а постоянная, заставлявшая неоднократно собираться побыть у них.

«И возбрани нам сатана». Идти раньше к римлянам возбранен был Апостол обязанностями своего апостольства (Рим. 15, 23). К коринфянам не пошел в одно время по соображению, что это было для них лучше (2Кор. 1, 15, 23). В Вифинию идти возбранил ему Дух (Деян. 16, 6). Здесь возбраняющим указывается сатана. Имея чувства, обученные в рассуждении добра же и зла, Апостол умел верно различать действующие в событиях причины и силы: там Бог – промыслительным устроением течения дел; там Дух – внушениями; здесь темная сила – кознями. Так, по Апостолу, сатана имеет влияние на течение Дел, конечно, по попущению Божию, ибо все от Бога. Но иное прямо Богом устрояется, иное только Им попускается. И сатане попускает Бог действовать по причине свободы, дарованной людям. Люди свободно склоняются на внушения сатаны и, становясь его орудием, выполняют его планы. О сих действиях сатаны и злых духов по всему Писанию поминается. В настоящем случае, велико будто дело – прийти или не прийти в Солунь; но как чрез это должно было царство Христово усилиться, и соответственно тому сократиться область тьмы, то сатана и воздвиг препоны посещению Апостолом новообращенных верующих, – не лично сам, но чрез исполнителей его воли, послушных ему людей. Апостол видел и самого, действовавшего из-за людей, – и хотя веровал, что проповеди Бог – ближайший помощник, не счел, однако ж, уместным идти наперекор, чтоб не быть искушающим Бога. Благоразумие богопросвещенное внушило ему уступить до времени воздвигнутым препятствиям. И он исполнил, что считал нужным для солунян, другим способом, – послал Тимофея, а потом написал послание. В чем именно состояло это сатанинское возбранение, не видно. Святой Златоуст говорит, что это были «внезапные и сильные искушения». Феодорит, – что усердию Апостола воспрепятствовали непрерывные искушения, которые обыкновенно воздвигает общий враг; Дамаскин, – что идти в Солунь Апостолу помешали скорби и беды из-за проповеди, кои от сатаны, ибо это он возбудил неверных против Апостола. Амвросиаст пишет: «Сатана полагал препоны Апостолам, чтоб не распространяли света истины среди людей. Он возбуждал неверных препятствовать Апостолам побоями и узами, да не глаголют Слово Божие. Так сказали старейшины иудейские Апостолам: «не запрещением ли запретихом вам не учити о имени сем?» (Деян. 5, 28)».

Так, все ограничиваются указанием преград, скорбей, искушений вообще, не определяя их. Можно догадываться, что Апостола удержали злые намерения неверовавших солунских иудеев. Очень вероятно, и в духе иудеев, что они покушались уже на его жизнь и строили ковы. Преследование ими святого Павла даже и в Берии обличает сильное против него раздражение. Может быть, в Берии они, в ярости, высказывались, чего ищут; свои Апостолу слышали то и передали ему. Из Берии, верно, Апостол воротился бы в Солунь, если б не козни этих врагов. Они заставили его бежать далее в Афины. Из Афин, верно, опять Апостол порывался побыть в Солуни, но благоразумие заставило его прежде осведомиться о положении тамошних дел, за чем и послан святой Тимофей.

В видах практического применения настоящего места Писания приводим слова святого Василия Великого об этих сатанинских возбранениях. «Может ли, – спрашивает он, – сатана возбранять намерению святого, потому что написано: «аз бо Павел единою и дважды хотел прийти к вам, и возбрани нам сатана»?» И отвечает: «Из совершаемого нами о Господе, иное совершается по душевному намерению и суждению, а иное производится с помощию тела, или тщанием, или терпением. И сатана не может воспрепятствовать тому, что состоит в душевном намерении и суждении. Но что проводится в исполнение с помощию телесной деятельности, тому Бог нередко попускает делать какие-нибудь препятствия; для испытания и обличения того, кто встречает препятствие, чтоб или обличить переменившего благое намерение, подобно посеянным на камени, которые на короткое время «с радостию» приняли слово, «бывши же печали», вскоре отпали (Лк. 8, 13; Мф. 13, 21), или пребывающего в добре показать – то ревнующим о добрых делах, каков сам Апостол, который, много раз намереваясь идти к римлянам и, возбраняемый, как сам в том признался, не оставлял, однако же, сего желания, пока не исполнил преднамеренного, – то терпеливым, каков Иов, который, пострадав столько от диавола, принуждавшего сказать что-либо хульное, или оказаться неблагодарным пред Богом, даже в крайних бедствиях не отступил от благочестивого суждения и от здравых мыслей о Боге. Ибо о нем написано: «во всех сих... ничтоже согреши Иов устнама своима пред Богом и не даде безумия Богу» (Иов. 1, 22)".

1Сол.2:19. Кто бо нам упование или радость или венец похваления? Не и вы ли пред Господем нашим Иисус Христом во пришествии Его?

Указывает Апостол источник своей о солунянах попечительности, удостоверяя, что его заботы и любовь к ним вызываются его апостольским званием и упованием. Частица "бо" доказывает. Выразил Апостол свое болезнование о солунянах. – Теперь говорит: ибо как мог я иначе действовать, когда вы упование мое пред Господом? – Святой Павел есть Апостол языков. Обращение всякого языка есть исполнение им своего назначения. В пришествие Господне окажется: и те, и те, и те обращены святым Павлом. Таланты с прибытком. – И будет изречено: вниди в радость Господа твоего. – Вот почему и дорожит святой Павел всяким обращением и блюдет обращенных! Это связано с его вечною участию и составляет его назначение в сей жизни. Вместе с сим он выражает, что в трудах своих и заботах о верующих он не руководствуется никакими расчетами земными.

Тем, которые, пользуясь скорым удалением святого Павла, смущали тех, говоря: только горя вам наделал и бросил вас, – в этих словах сильный отпор. Апостол отвечает: как мог я это сделать, когда в их верности вере моя вечная слава? Переносясь мыслию пред лице Господа в пришествие Его и с собою вместе представляя Солунь, Апостол, с одной стороны, удостоверял: вот до какого момента продлится связь наша, – можно ли думать, чтоб ее прервали такие мелкие случайности, какие встретились у вас; с другой – внушал: моя будущая слава и радость не моя только, но и ваша. Вместе обрадованы будем и прославлены; сохраните же себя верными Господу до пришествия Его.

"Кто бо" – фраза, заставляющая постановлять в зависимости будущую славу Апостола заключительно от верности солунян; но как потом стоит: "не и вы" ли? то, говоря так, Апостол не выделял их из ряда других обращенных им, кои послужат к увенчанию его славою во второе пришествие Христово. Златоуст говорит: «Одни ли македоняне – упование твое, скажи мне, блаженный Павел? – Не одни они... Посему-то присовокупил: «не и вы ли?» Итак, это не ласкательство, ибо он не просто сказал: "вы", но: "и вы", – вместе с другими».

И точно, для него и филиппийцы – «радость и венец» (Флп. 4, 1), и коринфяне – «похваление в день Господа нашего Иисуса Христа» (2Кор. 1, 14). Таковы для него и все Церкви, им насажденные и утвержденные. «Представь себе, – говорит Златоуст, – сколько возможно, всю Церковь, насажденную и утвержденную Павлом; кто бы не порадовался о таком ее многочадии и благочадии?» «Упование, радость, венец похваления» – разные стороны одного и того же момента – предстания пред Господа во второе Его пришествие. "Упование" – опора дерзновения, что осмелится кто предстать, а не пасть ниц и вопиять: "горы падите" – на чем утверждается? – На добросовестном, без жаления себя, исполнении дел, к которым кто призван, на должном, во славу Божию, употреблении талантов, какие кому вверены от Господа. "Радость" определяет состояние сердца во время предстания Господу. У Апостола будет не страх, а радость – от сознания, что совесть во всем чиста пред Господом. Совесть будет удостоверять, что все зависящее сделано без опущения и фальши, и осенять сердца благонадежием. Отсюда – обрадование духа. «Венец похваления» – воздаяние, венчающее обрадованное сердце светлым положением, в сонме прославленных святых и ангелов. Венец похваления – не то, чем особенно похвалиться можно, а за что особенно похвалят, венец похвальный, прехвальный, блестящая слава... Все сии три стороны выражает Господь в притче Своей одним изречением: «добре, рабе благий и верный... вниди в радость Господа твоего» (Мф. 25, 21). Феофилакт так перифразирует речь святого Павла: «Надеюсь, что великого сподоблюсь ради вас дерзновения пред Христом Господом и радости, того ради самого, что вы и ныне есте и тогда будете для меня венцом похваления, то есть венцом блестящей славы».

1Сол.2:20. Вы бо есте слава наша и радость.

Ответ на предложенный выше вопрос содержится уже в вопросе; но Апостол и особо выражает его, говоря как бы: да, вы, – чтоб долее остановить внимание на высказанной мысли и подтвердить ее. Не думайте, что, говоря так, я увлекся особым расположением к вам или только оборот речи употребил такой. Нет, в самом деле так есть, и иначе быть не может. Будущую ли славу и радость и здесь разумеет Апостол, или настоящую? – По ходу речи мысль Апостола все держится пред лицем Господа в пришествие Его. Образ же выражения так общ, что не дает никакого намека на время. Почему и толковники определенно не говорят, а только вообще. «Как славно привесть такую Церковь ко Христу и притом столь благоискусную» (Феофилакт). Или: «Кто поставлен быть учителем, для того венец и радость – преуспеяние учеников» (Дамаскин). Или: «Совершенство учеников есть радость и венец для учителя. Учители имеют вкусить от плода трудов своих. Плод учителя – ученик послушный. Когда добрая жизнь ученика послужит во благо учителю, тогда учитель вкусит от плода трудов своих. Успехи учеников в добром дадут корону учителю на Суде Христовом» (Амвросиаст).

б) Послание Тимофея к солунянам (1Сол.3, 1–5)

1Сол.3:1. Темже уже не терпяще, благоволихом остатися во Афинех едини.

Темже – означает вывод из предыдущего. Желал Апостол быть у солунян сам, но как этому состояться не было возможности, то решается желанное общение с ними совершить в лице другого, доверенного лица. Или так: поелику так важно для меня ваше стояние в вере, что в нем моя радость и венец похваления, а я не знаю, в каком вы положении, то и спешу послать к вам – узнать, что у вас и с вами. Неведение о вас стало невыносимо для меня. Оно облегчалось надеждою скоро быть у вас; но как это оказалось неудобоисполнимым, то не стало более терпения. – И конец – 1Сол.3– с этим согласен: поелику вы – венец, то и послал, – чтоб «не вотще был труд наш».

«Не терпяще»μηκετι στεγοντες. Глагол сей имеет разные значения. Собственно – скрывать, отсюда укрывать, защищать, отсюда поддерживать, носить и сносить: можно бы так: не могши более скрывать моего желания видеть вас, не имея более сил подавлять его молчанием. Но как по ходу речи видно, что Апостол сильно беспокоился о солунянах, и потом крайне был обрадован, когда святой Тимофей, возвратясь, известил его о твердости солунян; то ближе к делу дать в сем месте значение сему слову – сносить, терпеть. Не могши более сносить беспокойства, которое причинялось мне неведением о вашем состоянии, решился я послать к вам. Тимофея.

«Благоволихом» – не охотность только означает, но рассуждением определенную решимость, сочли благом – и восхотели того. Златоуст: «Благоволихом, вместо решились». Феофилакт: «Избрали, порассудили, предпочли».

«Остатися едини» – «Свидетельство великой любви к солунянам – слова сии» (Дамаскин). И так долго оставаться одному ему не могло быть приятно, а тут: в Афинах и труд большой предлежал, делавший необходимым содействие сотрудника. Но, несмотря на это, он решился послать Тимофея. Так много занимало и беспокоило его состояние солунян.

1Сол.3:2. И послахом Тимофеа, брата нашего и служителя Божия и споспешника нашего во благовестии Христове, утвердити вас и утешити о вере вашей.

Не могши сам посетить солунян, святой Павел посылает к ним Тимофея. – «Таков образ действования сего святого Апостола, – замечает Экумений, – что когда, по причине искушений и происходящей от них стесненности, не может он сам идти к каким-либо ученикам своим, то посылает к ним других, и чрез посредство их соприсутствует им и собеседует с ними. Так поступил он относительно филиппийцев, так относительно коринфян, послав к ним сего же Тимофея и чрез него побеседовав с ними».

Как святой Тимофей, вероятно, не был лично известен солунянам, а между тем должен был утверждать их и утешать,-действовать властным словом, то святой Апостол сказывает им, кто таков посылаемый, и тем внушает, что он способен заменить собою самого Апостола Павла и что они с доверенностию могут и по совести должны слушать его, как самого Апостола Павла. Вместе с тем он показал, что, посылая такого посла, имеет очень серьезную о них заботу, такую, которая касалась важнейших сторон их жизни, и тем обязывает их к полному вниманию. Святой Златоуст говорит, что святой Павел так хвалит Тимофея, «не Тимофея возвышая, а им воздавая честь тем, что послал к ним сотрудника и служителя благовествования, говоря как бы: отвлекши от дел, мы послали к вам служителя Божия и споспешника нашего во благовестии Христовом». (То же Экумений и Феофилакт.)

«И послахом Тимофеа, брата нашего». Христиане себя взаимно называли братьями, как от единого Духа в единой купели отрожденные, с Единым Господом сочетанные и единую Церковь составляющие. Но Апостол, называя так Тимофея, хочет сказать, что он есть самый близкий к нему человек, что они связаны искреннею любовию и что он для них то же, что сам Апостол, – брат, которому Апостол все доверяет, которому и те довериться могут, ибо его брат – их брат.

«Служителя Божия». Этим указывается особое назначение святого Тимофея от Самого Бога. Служитель Божий есть исполнитель особых Божиих намерений, кому поручено Богом совершить что во славу Божию, во исполнение планов Провидения. Таков же был и Тихик – "верный служитель о Господе» (Еф. 6, 21; Кол. 4, 7). И Аполлос, и даже сам Павел – что суть разве «точию служителие – как кому Господь дал» (1Кор. 3,5).

«Споспешника нашего..». Определяет, какое именно у Тимофея служение Богу. Он определен быть споспешником святому Павлу в проповеди Евангелия. Так он назван и в послании к Римлянам (1Сол.16, 21), где Апостол называет себя служащим «Богу духом во благовестии Сына Его" (Рим. 1, 9). Так именует он и Епафродита филиппийца (Флп. 2, 25).

«Утвердити и утешити» – цель послания. Оба слова вместе обнимают все стороны, на которые мог и должен был действовать святой Тимофей. Так и Сила с Иудою, посланные из Иерусалима в Антиохию «мнозем словом утешиша и утвердиша братию», после смут, произведенных среди них ревнителями иудейского закона (Деян. 15, 32). Делом святого Тимофея было стоящих в вере еще более утвердить, немощных и готовых поколебаться воодушевить к твердости, скорбящих по причине гонения утешить, чтоб никто не пал и не отпал. «Солуняне имели нужду в утверждении и утешении, чтоб не отстать от веры» (Феофилакт).

Если раздельно обсуждать каждое слово, то будет: «утвердить» – укрепить дух в образе мыслей и правилах жизни, придать силу принятым в вере убеждениям и решимости жить по требованию веры. «Утвердить, как колеблемых» (Экумений). «Не новое предложить вам учение, но утвердить в учении прежнем» (Феодорит). Утешить – успокоить сердце, мятущееся, болезнующее, скорбящее по причине неприятностей, в какие поставлены были солуняне по случаю принятия Евангелия. В другой раз им же писал Апостол: Господь... « да утешит сердца ваша и да утвердит вас во всяком слове» (в мыслях и убеждениях) «и деле блазе» (в правилах жизни по вере) (2Сол. 2, 17).

«О вере вашей» – можно относить только к "утешити". Сердце было в скорби и смятении по причине обстоятельств, привлеченных уверованием. Скорбь сердца наводила ради сего тень на самую веру. Богоприлично истолковывая встретившиеся тесноты, святой Тимофей мог утешить сердца и тем опять восстановить светлость лика веры в сознании верующих. «О вере вашей» – будет: относительно веры вашей в этих обстоятельствах, вызванных уверованием вашим.

1Сол.3:3. Яко ни единому смущатися в скорбех сих: сами бо весте, яко на сие истое лежим.

Труд утверждения и утешения словом направлен был к тому, чтобы предотвратить поколебание веры действием скорбей (Экумений), – чтоб никто не поколебался в скорбех сих. Апостол указывает на определенные известные и притом продолжающиеся скорби, разумея, конечно, те, которые были следствием проповеди Евангелия и у верования в него. Как эти скорби касались и уверовавших, и Апостолов, то те и другие здесь и разуметь должно. Очень естественно, что юное общество христианское, еще так недавно познавшее начала веры, могло сильно быть колеблемо неприятностями и притеснениями, которые тем чувствительнее поражали сердце, чем непосредственнее следовали за принятием Евангелия и чем ближе были другие лица, которые, не приняв Евангелия, наслаждались, как обычно, покойною жизнию. Почему и глагол – «смущатися» σαινεσθαι употреблен Апостолом такой, который дает подразумевать колебание каковою-либо приманкою, или льстивыми обещаниями и надеждою. Он хотел именно выразить: чтоб кто-нибудь по причине скорбей из-за принятых убеждений и правил жизни не поколебался в верности им приманкою покойной жизни и льстящими ожиданиями. Блаженный Феофилакт пишет: «Апостол и указывает здесь, какую пользу имело принести им утверждение и утешение от лица святого Тимофея. Это, говорит, чтоб не приходили в смятение, чтоб не падали духом и не расслаблялись. Ибо диавол, когда улучит благоприятное время искушению, колеблет нетвердых напоминанием прежнего покоя, чтоб они отстали от того, что было причиною скорбей». Могли колебать их и скорби Апостолов: как так посланники Божии терпят такие нападки и встречают такие препятствия?! Хоть и чудеса творят они, но тут же они оказываются немощными и крайне униженными, терпят побои и заключаются в темницы и узы. «Ученики, – говорит святой Златоуст, – смущаются не столько среди собственных искушений, сколько видя искушения наставников, подобно тому, как воин не столько приходит в смущение от своих собственных ран, сколько тогда, когда увидит раненым своего вождя». (То же Экумений и Феофилакт.)

«Сами бо весте», из слов святого Апостола в бытность его в Солуни, как сам он о сем говорит вслед за сим, – «яко на сие истое лежим». Кто это? – Все прилепляющиеся к Господу верою и сами Апостолы. Так свыше определено; таков план Божий! Так было, есть и будет, ибо тьма не может иметь мирных отношений к свету, который вносится в среду ее Евангелием и верующими. Златоуст говорит: «На сие лежим» – Апостол относит ко всем христианам. Он же в другом месте возвещает, что «вси хотящии благочестно жити о Христе Иисусе гоними будут» (2Тим. 3, 12). И Сам Христос говорит: «в мире скорбни будете» Ин. 16, 33). Не сказал просто: терпим искушения, но: «на сие лежим», вместо: мы на это родились». – Экумений прибавляет: «На это мы отчислены (κεκληρωμεθα), на это отписаны». «Да слышим, что христиане лежат на то, чтоб скорбеть: ибо не об одних Апостолах он сказал сие» (Феофилакт). И по всему Писанию разнообразно внушается мысль, что скорби неотлучны от Апостолов и христиан. Апостолам Господь сказал, что посылает их, как "овец в среду волков" (Мф. 10, 16), что их ненавидеть будет мир, как возненавидел Его Самого (Ин. 15, 18–19), до того, что всякий убивающий их будет думать, что тем службу приносит Богу. Апостолы сознавали это и ничего не ожидали, кроме бед и скорбей. Почему называли себя насмертниками (1Кор. 4, 9), то есть обреченными на смерть, и благоволили паче в нуждах, теснотах и скорбях (2Кор. 12, 10). Но и всем христианам «многими скорбьми подобает внити в царствие Божие» (Деян. 14, 22), – сим тесным и прискорбным путем (Мф. 7, 14; Лк. 13, 24), – и когда они бывали в искушениях, им внушалось – не думать, будто тут случилось нечто чуждое для них (1Пет. 4, 12).

Очень уместно замечает при этом Экумений, что святой Павел словом сим не на настоящие только скорби дает солунянам утешение, но и на случай будущих скорбей. Ибо, если на то лежат они, чтоб скорбеть, то нечего дивиться или смущаться, когда приходят скорби.

1Сол.3:4. Ибо егда у вас бехом, предрекохом вам, яко имамы скорбети, еже и быст, и весте.

Указывает, откуда знают солуняне о неизбежности скорбей. Апостол наперед им об этом сказывал. И сказывал об этом для того, чтоб не смущались, когда придут скорби. Апостолы не увлекали льстивыми земными надеждами, а раскрывали дело веры во всей наготе, со всеми неприятными последствиями, чтоб, если кто веровал, веровал по одному убеждению в истине Евангелия, а не по каким-либо приманкам. Когда говорит потом: «еже и быст», – все так и было, как мы предсказали, то этим, оправдывая верность предсказания последствий уверования, выставляет в неземном свете и самую веру и тем укрепляет убеждение в истине ее. «Не должны смущаться скорбями, – говорит святой Златоуст, – потому что ничего необыкновенного и неожиданного при этом не случается с нами. – И сего довольно было для ободрения их. Видишь ли, и Христос сказал ученикам Своим: «И ныне рех вам прежде даже не будет: да егда будет, веру имете» (Ин. 14, 29). Ибо много служит к утешению учеников, когда они слышат от наставников о том, что с ними случится. Как больной, если наперед слышит от врача, что с ним будет то и то, не слишком смущается, а если случится с ним что-либо неожиданно, так что и сам врач приходит в недоумение, и болезнь превышает его искусство, то больной тоскует и смущается: так и здесь».

«Имамы скорбети», – мы все: и вы, уверовавшие, и мы, возвестившие вам веру. Какое утешение для солунян, когда Апостол и их скорби называет своими помимо тех, кои сам претерпевал!

1Сол.3:5. Сего ради и аз ктому не терпя, послах разумети веру вашу, да не како искусил вы искушаяй, и вотще будет труд наш.

"Сего ради" – ради таких постигших нас бед и скорбей. "И аз" – предполагает другого. Кто же другой? – Одни говорят, что это солуняне; другие, – что это христиане, окружавшие Апостола; третьи, – что святой Павел так сказал, чтоб только себя выделить, подобно тому как в стихе 1Сол.2:18. – Если сим способом объяснять, то ближе всех первое предположение. Апостол говорит как бы: предсказал я вам, что будем скорбеть; скорби тотчас и последовали, как знаете. Они разлучили нас, и тем еще более увеличивалась тяжесть их. Вы, конечно, беспокоились о мне, что со мною и где я. Не менее того беспокоился и я о вас, – и, не терпя более, послал, и прочее. – Но прямее будет, если примем такой перевод: "сего ради", по этим обстоятельствам, «и послал я к вам.

«Не терпя послах». «Он делает это от преизбытка любви; ибо любящие от пламенной ревности опасаются и за то, что безопасно. Хотя и сказал: на сие лежим, но чрезмерное множество зол устрашило меня. – Не сказал: заметив в вас нечто худое, послал, – но «ктому не терпя», – что собственно происходит от любви. Мы в скорбях отлагаем память о всех, а он столько боялся и трепетал за детей, что даже того, кто был для него утешением, – Тимофея, сообщника и споспешника своего послал к ним» (Златоуст).

«Разумети веру вашу» – состояние веры, – тверды ли, не поддались ли искушению, стоите ли на своем. «Так как не мог переносить более озабочивающей меня мысли, послал я, желая дознать, не приключилось ли вам какого вреда от искушений и не потерян ли труд, какой мы для вас подняли» (Феодорит).

«Да не како искусил вы искушаяй» – не искусил ли вас искуситель? – Искушающим мог быть назван всякий, кто своими развращенными речами мог колебать недавние убеждения солунян и отвлекать их от веры в Господа. Но, по мысли Апостола, очевидно здесь разумеется сатана, о каком упоминал уже он – 1Сол.2, 18. Действуя в сынах противления (Еф. 2, 2), он есть искуситель κατ` εξοχην (Мф. 4, 3, 10; 1Кор. 7, 5). Апостол знал, что солуняне страдали и по отшествии его, или подлежали искушению совне; но не знал, какое действие произвели сии скорби на сердце солунян. Об этом и желал знать, не поколебал ли их сатана? Скорби и гонения сами по себе – не искушения. Они в порядке вещей и во благо. Из них, или по поводу их, уже устрояет искушения сатана, когда, подходя к сердцу, влагает сомнения и колеблет веру. «Видишь ли, что смущение в скорби есть действие диавола и его коварства. Искушением от диавола он называет колебание. Тот только и искушается, кто уже колеблется, кто уже принял обаяние диавольское» (Златоуст).

«И вотще будет труд наш». Если окажется, что искусил, то есть поколебал, то весь труд наш, потраченный на вас, ни во что, пропал даром. Собственно труд Апостолов, хоть бы и не было успеха, не мог пропасть даром, когда все возможное сделано. Но Апостол смотрит не на воздаяния .от Бога, а на свои намерения в трудах апостольских. Он трудится не с тем только, чтоб трудиться, но всегда имея в виду плод трудов – славу Евангелия и веры в Господа, так что, когда этого не бывает, он ставит труд не в труд, все одно, хоть бы не трудился, – за такой труд, по нему, и от Господа нечего ожидать. И прежде он говорил: вы – радость и венец, подразумевая: если стоите в вере. – Апостол затрагивает здесь любовь к себе солунян, испытавших его отеческую попечительность. Любовь делает благо общим, и ущерб одного вызывает сочувствие и содействие других. На это и ударяет Апостол, поминая о тщетности своего труда. Он в этом дает побуждение – твердо постоять в вере, говоря как бы: вы не решитесь обидеть меня, лишив плода труд мой ради вас. Феофилакт пишет: «Если б они уклонились, о Павле, что к тебе! – Твой труд не останется без полной награды у Бога». Святой Златоуст полнее перифразирует: «Ведь если б они и совратились, то не по твоей вине и не по твоему нерадению. – Но в этом случае, говорит, по причине сильной братской любви, я считал бы труд мой потерянным».

в) Радость святого Павла по получении добрых сведений о солунянах (1Сол.3, 6–10)

1Сол.3:6. Ныне же пришедшу Тимофею к нам от вас, и благовестившу нам веру вашу и любовь, и яко имате память о нас благу, всегда желающе нас видети, якоже и мы вас.

Какою искренностию и любовию дышит изъявление радости по получении добрых сведений о солунянах! Эта радость была тем живее, чем неожиданнее вести. Боялся Апостол, не поколебались ли и не погубили ли труда его, считая то вероятным, по известным немощам человеческим. Оказалось же совсем прбтивное: и вера с любовию – в силе, и память об Апостоле – с теплотою. Вести превзошли ожидания – и радости Апостола нет меры. Как к сердцу принимал он все, относящееся к успехам Евангелия!

«Пришедшу..». Это возвращение святого Тимофея совпадает с тем, о котором упоминается в Деяниях: «егда же снидоста от Македонии Сила и Тимофей» (Деян.18, 5). По крайней мере другого случая, известного в Писании, указать нельзя. Принятие этого делает излишними догадки о другом каком-нибудь времени. И сколько их ни строили, все они несовместны с обстоятельствами написания послания, о коих поминается в самом послании.

«Благовестившу». – «Видишь ли радость Павла? Не сказал: возвестившу, но «благовестившу». Столь великим благом считал он их твердость в вере и любви» (Златоуст). Радость была столь велика, что весть о ней назвал он благовестием – словом, которое в Новом Завете обычно означает благовестие о спасении мира Господом Иисусом Христом. Эта весть касается области устроения спасения, подобно вести о рождении Иоанна Предтечи (Лк. 1, 19). Радость же у Апостола из-за нее вытекала из духа апостольства. Сей дух ревновал насадить всюду спасительную веру в Господа и удовлетворялся только тем, если видел, что слышавшие проповедь веровали, прилеплялись к Господу и пребывали верными Ему. Удостоверение, что солуняне таковы, успокоило и усладило дух Апостола, и он весть о сем не мог иначе наименовать, как евангелием для себя.

О чем была благая весть, принесенная Тимофеем? – Об истинно христианском настроении солунян, выражавшемся верою и любовию, и о сохранении добрых отношений к Апостолу, свидетельствуемом памятию о нем и желанием видеть его.

«Благовестившу веру вашу и любовь». Вера и любовь у Апостола – существо христианства. Ни вера без любви не достойна похвалы, ни любовь без веры не имеет цены. Почему учит ли он, – учит, чтоб все держали веру, любовию споспешествуемую, уверяя, что без них все другое – ничтожно пред очами Божиими (1Тим. 1, 5–6); хвалит ли кого, – хвалит за веру и любовь. Так в начале почти всех посланий его. В словах: «благовестившу мне веру вашу и любовь» Апостол сказал то же, что: он возвестил мне, что вы пребываете истинными христианами.

«И яко имате память о нас благу». Память благая – память с благорасположением, теплая, сердечная, – плод и свидетельство любви к Апостолу. Или благая память – память добрая в том смысле, как у нас говорят: оставил добрую о себе память, поминают Апостола добром, считая его истинным своим благодетелем, как истинного посланника Божия. «Поминаете обо мне с похвалами и одобрением», – изъясняет Феофилакт. Радует же Апостола такая память, не яко память, а ради того, что ею означалась приверженность к вере, которую он им передал. Святой Златоуст говорит при сем: «В этом заключается похвала, что не только когда мы находились у вас и когда совершали чудеса, но и теперь, когда мы вдали от вас и терпим побои, и переносим бесчисленные бедствия, «имате память о нас благу».

«Всегда желающе видети нас»,"Всегда" одни относят к: «имате память благу», как в русском переводе, другие к: «желающе видети нас», как в славянском. Мысли это нисколько не изменяет, но по-славянски лучше. Благая память возбуждалась постоянным желанием видеть Апостола, а это истекает из любви к нему. Память сердца, выражавшаяся желанием видеть Апостола, прочнее и непоколебимее памяти умовой. Последняя утверждалась на первой – и если была всегдашняя, то потому, что всегдашнее было желание видеть, порождавшееся любовию.

«Якоже и мы вас». Если б не приложил Апостол и сего, изображение его к солунянам сочувствия было бы неполно. Взаимность есть душа общения сердечного. Утешительно, конечно, было для солунян знать, что Апостол удостоверился в их любви к нему: «ибо для любящего весьма приятно, если любимый знает, что он любим им» (Златоуст). Но несравненно утешительнее должно быть удостоверение, что и он таков же к ним, каковы они к нему.

Все сии напоминания были у Апостола не одни обычные обороты речи в письменных сношениях, но выражали самую истину и направлены были все к одной цели – воодушевлению солунян ценить веру принятую, любить ее и стоять в ней твердо.

1Сол.3:7. Сего ради утешихомся, братие, о вас, во всякой скорби и нужде нашей, вашею верою.

"Сего ради" – по грамматическому течению речи не ожидалось бы; но как впереди поместилось несколько мыслей обрадовающих, то, обобщая их и сводя воедино, Апостол вставил – "сего ради" – ради всего, возвещенного Тимофеем, всем, что он сказал. В конце же стоящее – «верою вашею», будет служить объяснением – "сего ради". Всем этим, верою вашею утешились мы, – ибо вера совмещает все.

«Утешихомся, братие, о вас». Греческое εφ` υμιν на вас, как бы почили на вас, успокоились относительно вас, все тревоги наши о вас миновались, и это исполняло утешением сердце наше. «Боялись, не одолело ли вас искушение, и скорбели о том. Но, когда Тимофей возвестил нам о том, что у вас, мы не только скорбеть перестали, но и радости исполнились. Ниже чувства какой-либо печали не осталось в нас из-за радости о вас» (Экумений).

«Во всякой скорби и нужде нашей». Скорбь и нужда обнимают все теснившее Апостолов. Нужда указывает более на внешние тесноты, а скорбь на тесноту сердца. Радость была столь велика, что при ней Апостол забыл про все неприятности, тяготившие его, несмотря на то, что они были и велики, и численны. Скорбь и нужду разумеет Апостол, и те, кои перетерпел, и те, которые он терпел в ту пору. Тут содержатся и те скорби, кои понесены ради солунян. В этом отношении мысль будет: слава Богу, не напрасно страдали и терпели ради вас, – вы тверды, не вотще труд наш. В отношении же к тем теснотам, в которых находился Апостол при получении добрых вестей, – мысль будет: «не чувствуем более скорбей, но утешились не в одной какой скорби, но во всякой. Радость наша о вас стала противовесом всех нужд наших» (Феофилакт).

«Вашею верою». Вера здесь означает все: и учение христианское, и жизнь, сообразную с ним, и все чины христианские, и память об Апостолах с желанием видеть их. «Вашею верою» – то же, что вашим христианством, тем, что вы, как приняли веру и начали жить по духу ее, так и доселе пребываете. Святой Златоуст говорит: «Кто может сравниться с Павлом, который спасение ближних считает за свое собственное, имея такое же отношение ко всем, какое тело к членам? Он не хотел, чтоб они изъявляли благодарность ему за перенесенные им ради их искушения, но изъявляет им благодарность за то, что не поколебались по причине искушений, с ним случившихся, говоря как бы: вам предстояло более опасности от искушений, чем нам; вы более подвергались искушениям, нежели мы, хотя вы и не страдали во время страданий наших. С тех пор, как Тимофей принес нам радостную весть, мы не чувствуем никакой горести. Доброго учителя ничто не может смущать до тех пор, пока дела учеников текут по желанию его. «О вас утешихомся», то есть вы нас подкрепили, вы нас умастили, вы нам дали вздохнуть, вы не допустили нас до того, чтоб мы пали под тяжестию искушений».

1Сол.3:8. Яко мы ныне живи есмы, аще вы стоите о Господе.

"Мы живы". Так говорит о себе всякий, над кем тяготела беда и миновала: неизвестность о солунянах причиняла смертную скорбь Апостолу, теперь это миновалось, камень спал с сердца, и он чувствует себя ожившим. Или так: обстоятельства мои тяжелы, как смерть, так что могу сказать: «по вся дни умираю» (1Кор. 15, 31). Но, получив добрую о вас весть, я ожил. Все забыто, все нипочем, когда вы стоите... На нас повеяло жизнию. Или так: жизнь Апостолов – успехи Евангелия и веры Христовой; тут их душа. Услышав о непоколебимости в вере солунян, Апостол говорит: то и жизнь нам, когда мы верны Господу. «Не сказал: мы воодушевились, а что? – «Мы ныне живы есмы», показывая тем, что смертию Для себя считаем не иное что, как их преткновение, а жизнию – их преспеяние» (Златоуст), «их твердость в вере и стояние во Христе» (Феодорит, Экумений).

«Аще стоите о Господе». Стоять в Господе есть – непоколебимо веровать в Него, прилеплену быть к Нему и неуклонно следовать заповедям Его. «Стоят в вере те, кои веру в Него хранят непоколебимую и жизнь ведут сообразно с верою» (Экумений). Господь – источник и стихия жизни. Стоящие в Нем, в Нем вкоренены, с Ним соединены и объединены, в Нем сокровенны сердцем и помышлениями.

"Аще" – не означает сомнения, а напротив, полную уверенность, что солуняне не стоят только, но и будут стоять в Господе, – уверенность в их непоколебимой твердости. Если б не было такой уверенности, не было бы помянутого излияния радости. Сомнение убивало бы ее в самом зародыше. Можно, однако ж, предполагать, что, употребляя такой оборот речи, Апостол скрытно приводит и увещание: смотрите же стойте, не колеблите моей в вашей стойкости уверенности, иначе, вы убьете меня.

1Сол.3:9. Кое бо благодарение Богу можем воздати о вас, о всякой радости, еюже радуемся вас ради пред Богом нашим.

Первый плод вести, принесенной святым Тимофеем,-обрадование Апостола Павла; второй – благодарение Богу. Обрадованный благодарит Бога, от Которого всякое благо. Дух, в Боге живущий, к Нему впервые и обращается, в радости ли, или в скорби.

"Бо" – ибо – изъяснительное, вместо: да и какое благодарение воздадим? Или, – удерживая обычное значение сей частицы – указание причины, – можно допустить, что – «кое бо благодарение воздати» – стоит вместо: ибо это для нас величайшее, неизреченное благо. Благо сие от Бога. Вместо того, чтобы выставлять великость блага, Апостол говорит о невозможности достойно возблагодарить за него Бога. Как бы так: твердость ваша в вере сколько была желательна, и сколько я боялся за нее! Известие превзошло мои ожидания. Это великое для меня благодеяние Божие. И сил не имею достойно возблагодарить Бога за сие благо. Обрадование мое ради вас не имеет меры. Святой Златоуст говорит: «Распространяя вышесказанное (то есть мы живы...), Апостол говорит: «кое бо благодарение» воздамы... Вы были для нас виновниками столь великой радости, что мы не в силах и возблагодарить достойно Бога. Успехи ваши мы считаем даром Божиим. Вы столько облагодетельствовали нас, что мы считаем это делом, совершенным по внушению Божию, или, лучше, делом Самого Бога. Столь возвышенные чувствования (ваши) – не дело человеческих усилий».

«Можем воздати». Воздают долг. Считая себя крайне облагодетельствованным, чувствует обязанность благодарить Бога, ti сил не находит достойно возблагодарить Его. Так велико благо обрадования. «Великость веселия препобеждает песнопение уст, ибо не в силах мы вознести Богу песнь, равносильную радости, какая доставлена нам вами» (Феодорит).

"О вас". Говорит только о своем обрадовании из-за них, в изъявление крепкой и неудержимой любви своей к ним.

«О всякой радости» – или указывает на разные предметы, радость доставившие, или вообще означает полноту радости, – так: за всю эту радость, к этому же относится и: «еюже радуемся вас ради..». Радостию радоваться значит радоваться полно, в высшей степени, – то же, что в другом месте – "возрадоваться радостию великою" (Мф. 2, 10).

«Пред Богом». – Возвышает цену радости, – радуется такою радостию, какою свойственно радоваться пред Богом, радостию святою, благоговейною, в духе веры и преданности Богу и зачавшеюся, и зреющею. Тут же и удостоверение в искренности радости, как бы: пред Богом, всевидящим свидетелем и всего того, что внутри сокровенно происходит.

1Сол.3:10. Нощь и день преизлиха молящеся видети лице ваше, и совершити лишение веры вашея.

Третий плод благой вести о солунянах – желание видеть их и желание столь сильное, что у святого Павла была о том денно-нощная молитва всеусердно изливаема пред Богом. Когда благодарит он за обрадование свое, можно думать, что благодарит за себя, за свое счастие. Прилагая же и молитву о том, чтобы видеть новообращенных учеников, он дает разуметь, что не это одно обрадование у него на душе. Это снаружи, глубже лежит любовь. Обрадование из любви к ним. Любовь произвела обрадование при вести о добром стоянии их в вере. Она же – причиною того, что он не довольствуется одною радостию, но желает и видеть их. То и другое сливается в одно чувство, и заставляет молиться день и ночь, чтоб Бог сподобил увидеть их и еще. «Как земледелец, слыша о своем поле, которое он возделал, что оно изобилует плодами, нетерпеливо желает видеть сам то, что ему доставляет такую приятность, так и Павел – Македонию» (Златоуст).

Видеть же их молится не затем, чтобы только видеть, но чтоб восполнить лишение веры. Чувства у Апостола всегда подчинены главной цели его служения апостольского, – чтоб обращенные стояли в вере и знали ее в совершенстве. В краткое пребывание в Солуни многое было не договорено. Вот и желает посетить их, чтоб договорить. Подобно сему и к римлянам пиша, говорит он, что всегда желал видеть их, чтоб "преподать им некое дарование духовное к утверждению их» (Рим.1:11)

«Совершити лишение веры». Вера, как настроение душевное, была сильна у них, но содержание веры не все было им преподано. Сила веры была велика, но не познание предметов ее. Вера может являться в полном напряжении с первого момента уверования, но время и учение все более и более раскрывают область веры. Святой Златоуст пишет: «Совершити лишение веры..». что это значит? – То, что они еще не всем учением воспользовались и не всему научились, чему надлежало научиться. Быть может, между ними были и состязания о воскресении, и много было таких, кои смущали их уже не искушениями и опасностями, но тем, что выдавали себя за учителей. Это он и называет лишением веры. Почему не сказал: утвердити, но: «совершити..». что более относится к научению, нежели к утверждению, подобно тому, как и в другом месте говорит он: «да совершит вы во всяком деле блазе» (Евр. 13, 21)». Экумений прибавляет: «О колеблемых в вере говорит: «утвердити» (1Сол.3:2), а о твердых в вере, недостаток же некий имеющим в учении ее, – «совершити», говорит, то есть восполнить. Учение веры не было им вполне известно. Неполно знали они о воскресении и, может быть, о чем подобном. В вере во Христа они были тверды, несмотря на искушения и скорби. Но надлежало им узнать и все догматы нашей веры» (то же и Феофилакт).

г) Молитвенные благожелания святого Павла солунянам (1Сол.3, 11–13)

О себе все уже высказал Апостол. Заключает свою речь молитвою, чтоб ему до солунян дойти, а им возрасти в христианском совершенстве и явиться такими во второе пришествие Христово.

1Сол.3:11. Сам же Бог и Отец наш, и Господь наш Иисус Христос да исправит путь наш к вам.

Бог Отец, яко Вседержитель и Творец видимых, и Господь Иисус Христос, Которым вся быша (Ин. 1, 3), Которому «дана всяка власть на небеси и на земли» (Мф. 28, 18), – власть вседержительная, все устроять во благо веры и верным, и Который обещал быть с верующими «во вся дни до скончания века» (Мф.28, 20) и исполнять всякое их прошение. «Сие научает равенству Отца и Сына, давая знать, что Отец и Сын домостроительствуют одно и то же, как одно и то же создают» (Феодорит). Почему да исправит стоит в единственном числе. – Триипостасный Бог действует в нас во спасение чрез воплотившегося Сына Божия Единородного и снисшедшего Духа Святого по благоволению Отца.

«Да исправит путь наш к вам». «Да исправит» – время укажет, препятствия устранит и все, благоприятствующее покойному путешествию, устроит. Апостол жил в Богопреданности и шаги свои все направлял по указаниям свыше, выражались ли они внутри – полным уготованием «сердца», беспоперечным, или вне – стечением обстоятельств, вызывавших на какие-либо начинания и представлявших все к тому удобства. Сам ничего не предусвоял, а все, как Бог.

Святой Златоуст говорит на сие место: «Молиться не только внутренно, но и излагать молитву свою в послании, – есть свойство чрезвычайной любви, есть свойство души пламенной и поистине неудержимой. Он говорит как бы так: Сам же Бог да прекратит искушения, отовсюду препятствующие нам иметь прямой к вам путь», «да исполнит наше желание и уничтожит встречающиеся затруднения» (Феодорит), «да отженет сатану, который всюду посредством искушений полагает нам препятствия – прийти к вам» (Экумений).

1Сол.3:12. Вас же Господь да умножит и да избыточествит любовию друг ко другу и ко всем, якоже и мы к вам.

Благожелания солунянам в духе веры и упования. – Желает им совершенства в любви, которая одна сильна сохранить их непоколебимыми в вере и чистыми по жизни до самого второго пришествия Христова, в котором решается вечная участь каждого.

«Вас же Господь». Прежде говорил: «Бог и Отец, и Господь..». а теперь только "Господь". Это потому, что Господь и Отец – едино суть, по слову Самого Господа: «Аз и Отец едино есма» (Ин. 10, 30), и потому, что вслед за ним прилагаются благожелания по домостроительству нашего спасения, которое Триипостасный Бог совершает чрез воплотившегося Бога Сына, Господа нашего Иисуса Христа.

«Да умножит и преизбыточествит любовию» – это то же, что да исполнит и преисполнит любовию. Святой Златоуст выражает значение обоих слов одним: «да возрастит». Блаженный же Феодорит разделяет значение каждого слова и первое относит к умножению числа верующих, а второе – к объединению всех их в любви. «Молится, чтоб восполнил их числом и сделал избыточествующими в любви, то есть приобретшими совершенную любовь, так чтобы им нимало не иметь в ней недостатка».

«Любовию друг ко другу и ко всем». – Любви исключительно желает ради того, что она есть союз совершенства (Кол. 3, 14), есть исполнение закона (Рим. 13, 10). Преспеяние христианское есть преспеяние в любви (1Тим. 6, 11). Как Сам Господь, как другие Апостолы, так и святой Павел выше всего в христианстве ставит любовь (1Кор. 13). – Но кого разумеет Апостол под – "ко всем"? – Если под – «друг ко другу» – разумеет только уверовавших, солунян, то "ко всем" будет означать – ко всем прочим христианам. Так Феодорит: «Чтобы оказывали любовь не только друг ко другу, но и ко всем единоверным, где бы они ни находились». Если же под «друг ко другу» разуметь христиан вообще, то "ко всем" будет означать всех людей. Так Экумений: «Дело христиан не только братьев любить, но и всех людей, и верующих, и неверующих». Святой Златоуст разумеет любовь ко всем, без указания на веру. «Смотри, как хочет распространить эту любовь! – Не только друг ко другу, но и ко всем. Ибо в том поистине обнаруживается любовь по Богу, что она стремится обнять собою всех. Если же ты одного любишь, а другого нет, то твоя любовь человеческая». Святой Апостол Павел нередко внушает любовь ко всем людям. Так Тит. 3, 2; 1Тим. 2, 1; 1Сол. 5, 15; и подобное.

«Яко же и мы к вам», – подразумевается: полны и избыточествуем любовию. Выражение усеченное требует дополнительных мыслей. Можно так: сказав о любви ко всем, он дал намек и на себя, говоря как бы: ко всем, и к нам... После сего естественно будет следовать: «якоже и мы к вам» – или прямо: любите себя взаимно и всех, как мы вас любим, – то есть бескорыстно, с готовностию на всякие жертвы, как говорит он о себе в 1Сол.2. Свою любовь, известную солунянам и испытанную ими, ставит в образец: «Нас имейте мерою и образцом любви» (Феофилакт). Ставить себя в образец обычно святому Апостолу Павлу (2Сол. 3, 9; Флп. 3, 17). Но на себе он не останавливает христиан, а от себя возводит ко Христу Господу, говоря: «подражатели мне бывайте, якоже аз Христу» (1Кор. 11, 1). Таким образом, он всех возводит к Единому. В деле нравственного воспитания пример сильнее всякого слова.

1Сол.3:13. Во еже утвердити сердца ваша непорочна во святыни, пред Богом и Отцем нашим, в пришествие Господа нашего Иисуса Христа со всеми святыми Его. Аминь.

Желает любви, потому что она есть единственная подпора полной нравственной чистоты, которая такою является ныне пред очами всевидящего Бога и такою явится в пришествие Господа, когда все – и сокровенное – будет обнажено и явлено пред всеми. «Любовь делает непорочными, и притом воистину непорочными делает она одна. Любовь к ближнему заграждает всякий вход греху. И нет решительно ни одного греха, которого бы, подобно огню, не истребляла сила любви. Удобнее слабому хворосту устоять против сильного огня, нежели естеству греха против силы любви» (Златоуст).

Вот почему, желая твердости в нравственной непорочности и чистоте, он желает любви. Любовь – средство к непоколебимой чистоте, или твердой безукоризненной нравственности, а сия последняя – условие оправдания во второе пришествие Христово. В другом месте он пишет: «сицева убо имуще обетования, о возлюбленнии, очистим себе от всякия скверны плоти и духа, творяще святыню в страсе Божии» (2Кор. 7, 1). Здесь же говорит: хочешь быть так чистым и безукоризненным, взыщи и вымоли себе любовь совершенную. Святой Златоуст пишет: «Хочу, говорит, чтоб эта любовь избыточествовала в вас столько, чтоб в вас не было никакого порока. Не сказал утвердити вас, но «сердца ваша». «От сердца бо исходят помышления злая» (Мф. 15, 19). Можно быть злым, не делая никакого зла, как то: чувствовать ненависть, неверие, быть коварным, радоваться несчастиям ближних, быть недружелюбным, держаться превратного учения, ибо все это есть дело сердца. Быть же чистым от всего этого составляет святость. Ибо хотя святостию главным образом и по преимуществу называется целомудрие, так как и нечистотою – блуд и прелюбодеяние, но вообще всякий грех есть нечистота и всякая добродетель – чистота. "Блажени", говорит Спаситель, «чистии сердцем» (Мф. 5, 8), – разумея под чистыми чистых по всему».

«Пред Богом и Отцем нашим» – можно относить и к «непорочными во святыни», в той мысли, чтоб сердца их оказывались непорочными и чистыми пред самим всевидящим оком Божиим, в каком случае чистота только и бывает настоящею чистотою, – и к: «пришествие Господа», в той мысли, что и суд будет совершаться пред лицем Отца. Так святой Златоуст, Экумений и Феофилакт. Златоуст пишет: «Судиею тогда будет Христос, но мы не пред Ним, а пред Отцом будем предстоять во время суда. – Или здесь Апостол разумеет то, что нам должно быть непорочными пред Богом. О чем я всегда и говорю вам, что непорочными должно быть не пред лицом человека, а пред лицем Божиим, потому что в этом и состоит истинная добродетель».

«В пришествие Господа». – На этот решительный момент не раз уже возводит Апостол внимание солунян (1Сол.1, 10, 2:12, 19). Теперь снова представляет его как последний предел надежд и ожиданий, и вместе как сильнейшее побуждение к поддержанию в себе энергичных усилий к делам и чувствам, какие могут удостоиться одобрения в то время. Что тогда положено будет о ком, то неизменною печатию закрепит участь его на вечные веки, или для блаженства, или для мучения.

«Со всеми святыми». Иные полагают, – что Апостол желает им непорочности со всеми святыми, наряду с ними, подобно им, чтоб быть в сонме их при сретении Господа (Феодорит). Но прямее слова сии относятся к пришествию Господа со всеми святыми. С какими святыми? – «Ближе всего – с ангелами. Ибо так везде описывается пришествие Господа, что Он окружен будет сонмами ангелов (Мф. 25, 31; Мк. 8, 38; Лк. 9, 26; Деян. 10, 22; Мф. 16, 27; 2Сол. 1, 7). Но как говорится, – со святыми "Его" и притом "всеми", то можно подразумевать и христиан совершенных, кои суть Его, по преимуществу, как купленные кровию Его и во един дух с Ним сочетавающиеся. Первым из них – Апостолам обетовано сидеть на двенадцати престолах и судить (Мф. 19, 28).

"Аминь". У Апостола не раз в течение речи вводятся молитвенные обращения – и воззвания к Богу, которые он нередко подкрепляет словом: аминь. Как бы: да будет так, – буди, буди. Хочет сказать, что молитвенное благожелание его не есть следствие минутного увлечения, а плод постоянного и твердого его желания им существенного в христианстве блага.


Комментарии для сайта Cackle