Азбука верыПравославная библиотекапрофессор Георгий МандзаридисСтарец Иосиф Исихаст и возрождение святогорского монашества
Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


профессор Георгий Мандзаридис

Старец Иосиф Исихаст и возрождение святогорского монашества

   

Часть 1 * Часть 2

 

 

Часть 1

    5 декабря 2013
    «Пемптусия» публикует первую часть статьи бывшего преподавателя Аристотелевского университета города Салоники господина Георгиоса Мантзаридиса. Статья посвящена огромному вкладу, внесенному этим преподобным старцем, уникальным представителем современного монашества, остановке численного сокращения монахов, столь характерного для Афона в последние годы.
   Возрождение афонского монашества, которое наблюдается в настоящее время, стало фиксироваться статистически в начале 70-х годов. Статистическое исследование, проведенное в июле 1972 года, показало, что общее количество монахов на Афоне достигло 1 146 человек. Это на единицу превышает число монахов, указанное в прошлом 1971 году журналом Irenikon1, который публикует периодические статические данные афонского монашества. С тех пор постоянное уменьшение числа монахов афонского сообщества сменилось стабильным и впечатляющим ростом.
   Этому росту содействовали несколько факторов. К ним относятся, в частности, групповые приходы братии из монастырей, находящихся за пределами Святой Горы. Эти приходы происходят благодаря сильным личностям, носителям глубокой духовности и нравственности. Они подготовили почву и поддержали численный рост монашества Святой Горы. Значительное место среди них занимает старец Иосиф Исихаст, и сегодня 6 из 20 обителей Святой Горы считают себя его духовными наследниками2.
   Старец Иосиф Исихаст родился, вырос и пришел к монашеству в период секуляризации и упадка монашеской и церковной жизни в целом. Спустя примерно десять лет после его рождения, в 1907 году, архимандрит Евсевий Матфопулос основал братство богословов «Жизнь», состоящее как из клириков, так и из мирян, связанных монашескими обетами. Это явилось попыткой заполнить существенные пробелы пастырской миссии в Церкви. Создание этого братства возродило монашество в миру, которое решающим образом повлияло на ход церковной и социальной жизни Греции и других стран.
   Вместе с этим многие иеромонахи и монахи, подвергшиеся влиянию секуляризации, оставляли монастыри и осуществляли церковное служение в миру. Наконец, многочисленные иерархи были отрицательно настроены по отношению к отшельнической жизни, в то время как Священный Синод Греческой Церкви в положении «Об организации монашеской жизни», изданном в 1932 году, посвященном возрождению монашества, определяет главной целью монашеской жизни «просвещение народа проповедованием Слова Божия, катехизиса, святого таинства исповеди, обучение различным искусствам и благотворительную деятельность»3.
   Конечно, не переставала существовать и традиция добротолюбия, оказавшая большое влияние не только на Афон, но и на весь греческий мир. Различные христианские движения, такие как, например, движение «Жизнь», достаточно много унаследовали от добротолюбия4. Эта традиция особенно сильно проявилась на острове Парос, где провел свои детские и юношеские годы молодой Франциск, как в миру звали старца Иосифа. К своему решению уйти в монахи он пришел через чтение житий святых, а также после одного сна-видения, в котором он был призван служить в «царском дворце». Он начал удаляться в тихие и спокойные места для молитвы и подвижничества, пытаясь подражать всем видам аскезы, которые он встречал в житиях святых. Тогда он и задумался о Святой Горе, куда ушел в 1921 году в возрасте двадцати трех лет.
   Там Иосиф ожидал увидеть отцов, подобных святым, о которых он читал. Однако, этого не произошло. «Оказавшись на Святой Горе, – пишет старец Иосиф, – я плакал днями и ночами, ибо не нашел тех, кто был бы подобен афонским святым»5. Несмотря на то, что духовные ожидания Иосифа были весьма высоки, разочарование, которое он испытал на Афоне, не было субъективным и безосновательным. Общая картина духовного состояния Святой Горы в тот период, даже при отсутствии серьезных исследований в этой области, представляется далеко не идеальной. Здесь стоит добавить, что и старец Софроний, будучи монахом монастыря святого Пантелеймона, примерно за одно десятилетие до прихода старца Иосифа на Афон, пишет: «Умственная работа, которая является ядром истинной монашеской жизни, находится сейчас в состоянии крайнего упадка»6.
   В этот же период в монастыре святого Пантелеймона жил святой Силуан, который вместе со старцем Софронием, составившим его биографию, оказал решающее влияние на возрождение как афонского монашества, так и православного монашества в целом. Известными отцами этого периода являются киновиаты и пустынники, такие как: Иероним Симонопетрит, Афанасий Григориат, отец Савва, отец Тихон, старец Косма из монастыря Пантократор, старец Августин из монастыря Филофей и др.7. Старец Иосиф Исихаст в своих творениях приводит имена великих аскетов, которых он встретил в годы своей жизни на Афоне. В ските Катунакья, первой обители, где жил старец, он познакомился с мудрейшим старцем Даниилом и его братией. Другие важные подвижники обители: старец Каллиник Исихаст, который по неизвестной причине отказался посвятить его «в таинства исихии и молитвы»8, последующие его духовники, старцы Даниил и Евфимий, а также и другие благочестивейшие отцы. В конце концов, старец Иосиф приобретает дар непрестанной молитвы, который он получил благодаря исключительному усердию и посещению Божественной благодати9.
   Благодатный старец Иосиф Исихаст положил основание для возрождения монашества Святой Горы, что подтверждается, как мы сказали, статистическими данными начала 70-х годов XX века. Из его братии, с которой он жил с 1953 года до конца своих дней (1959) в Новом Ските, вышли духовные отцы, которые уже со своей собственной братией распространились по всей Святой Горе.
   Катализатором этого благого начинания, которое внесло исключительный вклад в возрождение Святой Горы, явился старец Иосиф. Применяя необычный по тому времени духовный порядок, он давал каждому из своих духовных чад благословение на создание собственного братства. Такой подход старца Иосифа был основан на его заботе о будущем монастырской братии. По прошествии многих лет, когда один знакомый старца, Иоанн Бициос, спросил его, относятся ли три монаха, находящиеся рядом с ним, к его братии, старец ответил: «Конечно». Затем он добавил: «Видишь этих братьев, Яни? Придет время, и они заполнят всю Святую Гору монахами.»10. Так, за восемь месяцев до его кончины, в декабре 1958 года, в каливах Нового Скита появились четыре братства, ставшие магнитами, притягивающими все новых и новых монахов. Кроме того, слава этих отцов-исихастов дошла до соседних монастырей, два из которых поспешили пригласить этих отцов в духовники11.
   В возрождении святогорского монашества существенную роль сыграла исихия (спокойствие, безмолвие) пустыни. Обстановка в святых обителях этого периода оставалась неблагоприятной, так что молодые люди, начинающие монашескую жизнь, предпочитали монастырям небольшие братства с духовными старцами, находящиеся в подчинении у монастырей. Однако рост числа монахов в этих братствах означал и рост их потребностей в жилье, что, в свою очередь, осложняло их дальнейшее пребывание в этих небольших поселениях. Появилась необходимость поиска более подходящих мест проживания. Этими местами стали большие скиты и, главным образом, монастыри, опустевшие с течением времени и имеющие много места для удовлетворения растущих потребностей братств.

Часть 2

    11 декабря 2013
   Конечно, в возрождении монашества большую роль сыграло и установление братств, происходящих из монастырей, находящихся за пределами Афона. Эти братства были приглашены старшими поколениями афонских монахов, которые с болью в сердце смотрели на опустение монастырей. Конечно, в таких случаях им приходилось преодолевать множество препятствий, связанных с разрешением на пребывание этих братств в их монастырях. Монастырь приглашал некое братство с согласия Священной общины, обходя предписания Статута (статья 112) относительно возраста и места пострига духовного отца братства, и, таким образом, давал разрешение на его приезд и избрание в игумены. Однако таких трудностей не существовало для святогорских братств, которые из подчиненных поселений переходили в монастыри, равно как и для братств духовных чад старца Иосифа.
   Первый соратник старца Иосифа, старец Арсений, вместе с отцом Харалампом и его братией в 1967 году переселились в Буразери и, в конце концов, в сентябре 1979 года в количестве двадцати человек перешли в монастырь Дионисия, где отец Хараламп стал игуменом12.
   Отец Ефрем, нынешний проигумен монастыря Филофей, вместе со своей братией в 1967 году отправился в келью святого Артемия скита Провата и в 1973 году, находясь в своем братстве, состоящим из двадцати шести монахов, стал игуменом монастыря Филофей, который из самоуправного стал общежительным. В 1979 году группа из двенадцати человек из уже разросшейся братии Филофея переселилась в монастырь Констамонит. В 1980 году один из духовных чад отца Ефрема, блаженной памяти Ефрем младший, в сопровождении двадцати монахов Филофея, становится игуменом монастыря Ксиропотам, который также получил статус общежительного. В 1981 году двенадцать монахов присоединяются к братии монастыря Каракалл. Кроме того, проигумен монастыря Филофей основывал и руководил многочисленными женскими и мужскими монастырями по всей Греции и восемнадцатью монастырями США и Канады с центром в монастыре святого Антония в Аризоне, где он и проживает.
   Старец Иосиф Ватопедский в 1975 году находился в Кутлумуси, затем на Кипре, откуда он вернулся в 1981 году и поселился в келье Благовещения в Капсале, чтобы впоследствии вместе со своей братией, состоящей из 23 монахов, перейти в Ватопедский монастырь, который также был самоуправным и находился в полном упадке. В 1990 году монастырь стал общежительным, а старец Ефрем был избран в игумены. Сейчас монастырь насчитывает около 100 монахов.
   В конце 2001 года братия из восьми монахов во главе с бывшим игуменом монастыря Филофей Ефремом младшим поселяются в ватопедском ските святого Андрея в Кариесе. Количество монахов постепенно доходит до двадцати.
   Среди духовных чад старца Иосифа Исихаста есть и другая важная фигура современного афонского монашества — старец Ефрем Катунакский13. Несмотря на то, что, согласно монастырскому уставу, старцем отца Ефрема был отец Никифор, которому он служил с огромным терпением, его духовным отцом и наставником стал Иосиф Исихаст. Помимо немногочисленного братства, которое Ефрем сформировал в Катунаках, он наставлял людей в духе своего старца- исихаста, вдохновляя и поддерживая их. Многие из этих людей встали на путь монашества.
   Другое духовное чадо старца Иосифа – пустынник Георгий Виткович14. Он находился рядом со старцем на протяжении шести месяцев, учась непрестанной молитве. Затем он проследовал в Старый Русский монастырь. Время от времени он навещал старца и оказался рядом с ним в момент его кончины. Этот пустынник продолжал традиции, унаследованные от старца, в сербском монашестве.
   Многочисленные духовные чада и внуки старца Иосифа основывают и становятся наставниками женских и мужских монастырей как в Греции, так и за рубежом. Считается, что от Иосифа Исихаста и прямо, и косвенно происходят тысячи монахов и монахинь15.
   Вместе с этим численным ростом монашества исихастская традиция с ее упражнениями в Иисусовой молитве, которая была возрождена старцем Иосифом, проникла не только в киновии, образованные его духовными потомками, но и распространилась в православном монашестве Греции и зарубежья. Этому, как и возрождению монашества в целом, способствовали и другие великие старцы этого периода, такие как старец Паисий и старец Софроний, если ограничиться теми, кто уже ушел из жизни.
   Старец Паисий поддержал первую попытку возрождения афонского монашества, когда в 1968 году был укомплектован монастырь Ставроникита. Однако само его присутствие заражало многих молодых людей духом исихазма и тем самым способствовало восстановлению келий и созданием очагов исихазма, которые существуют на Святой Горе и по сей день. Более того, старец считал, что «исихазм станет ключом к возрождению Церкви»16.
   Помимо этого, старец Софроний своим трудом о святом Силуане Афонском многих молодых людей вдохновил на монашество, а его богословская мысль явилась естественным продолжением исихастской традиции святых Симеона Нового Богослова и Григория Паламы в наши дни.
   Это показывает, что исихастская традиция явилась существенным составляющим общежительного устава. С другой стороны, общежительная традиция с ее регулярными службами утвердилась в определенной степени в исихастской жизни. В конце концов, этот дух оказал большое влияние на Церковь, восходя, в свою очередь, к самым первым деятелям возрождения монашества.
   Этот подъем афонского монашества, зародившийся в период развития секуляризации социальной жизни и как прямого, так и косвенного осуждения отшельничества церковным руководством и христианскими организациями, характеризуется огромной важностью и исключительной злободневностью. С одной стороны, этот подъем показывает историческую крепость исихастской традиции в православном мире и, в особенности, на Святой Горе, где он выживает даже в самых неблагоприятных условиях, обнаруживая, с другой стороны, те опасности, которые влечет за собой неизбежное приспособление этой традиции к современности.
   На основании всех этих фактов может быть сказано, что недавний расцвет монашества Святой Горы был отмечен новым подъемом исихазма, осуществленным старцем Иосифом Исихастом и другими великими старцами. Таким образом, возрождение исихазма, с которым связан общий подъем святогорского монашества, имеет множество источников и обладает самыми широкими перспективами.
   С другой стороны, укрепление этого возрождения осуществляется в стремительно изменившемся мире. Все молодые монахи были воспитаны в этом мире. Конечно, никто из них не родился на Святой Горе. Никто с детства не был знаком с порядками афонской жизни. Исихастская жизнь абсолютно чужда и противоположна тем канонам современной жизни, в которых росли молодые монахи. Кроме того, многочисленные паломники и посетители, долгие строительные работы, транспортные средства, средства связи, охраны и удовлетворения сильно увеличившихся потребностей монастырей приводят к явному присутствию мирского шума и забот. Как все это может не мешать исихастскому возрождению? Как может нечто, рожденное в тишине пустыни, сохранить свою сущность, будучи окруженным современными проблемами?
   В 1963 году, когда монашеская община Святой Горы праздновала тысячелетие своей истории, было сказано, что это празднование является ничем иным, как «заупокойной службой», «панихидой» монашества Святой Горы. Однако мы знаем, что события стали развиваться вопреки человеческим суждениям. И с точки зрения человеческой логики, мы не найдем этому объяснения.
   Афон, «Сад Богородицы», не управляется человеческой логикой. И это убеждение являет собой самое сильное оружие, сохраняющее самобытность Святой Горы. Вместе с тем, ее неиссякаемые истоки, непрерывная преемственность духовных отцов, богатство и мудрость богослужебных уставов и аскетических канонов становятся существенным противовесом оказываемому на них внешнему давлению. Поэтому послушание, являющееся важнейшей монашеской добродетелью, регулярное участие в богослужениях, которое является ядром духовной жизни, строгое соблюдение устава и аскетических канонов, способствующее преемственности монашеских традиций, могут сохранить исихастское возрождение в его первозданном виде и в наши дни. Естественно, это хранение традиции не должно быть подобно фотографическому воспроизведению прошлого, но являть собой живое восприятие этой традиции в историческом процессе.

1   См. Irenikon N44, 1971. С. 529—530.
2   Подробнее о причинах возрождения монашества Святой Горы см. ?. Мантзаридис, Социология Христианства, Салоники, 1999. С. 409—410.
3   Изд-во Синода Греческой Церкви, Αι Συνοδικαί Εγκύκλιοι, 1 том (1901—1933), Афины, 1955. С. 590. Α. Γουσίδη, Οι χριστιανικές οργανώσεις, Θεσσαλονίκη 1996. С. 21 и далее.
4   Архимандрит Илиа Мастрояннопулос, Αναγεννητικό κίνηµα. Παραφυάδες των Κολλυβάδων, Αθήναι, 1987. С. 79—80.
5   Старец Иосиф Ватопедский, Έκφρασις Μοναχικής Εµπειρίας, Επιστολή 37, Ιερά Μονή Φιλοθέου, Άγιον Όρος 2003. С. 220.
6   Архимандрит Софроний, Αγώνας θεογνωσίας, Η αλληλογραφία Γέροντος Σωφρονίου µέ τον Δ. Μπάλφουρ, перевод. Αρχιµ. Ζαχαρία, Έσσεξ Αγγλίας 2004.С. 135.
7   Паисий Святогорец, «Отцы-святогорцы и святогорские истории», Салоники, 1994.
8   Старец Иосиф Ватопедский, «Старец Иосиф Исихаст», Ведикая Святая Обитель Ватопед, Святой Афон, 2004. С. 41.
9   Старец Иосиф Исихаст, Έκφρασις Μοναχικής Εµπειρίας, Επιστολή 9, С. 90—92, Επιστολή 37, С. 221 и далее.
10   Старец Иосиф Ватопедский, «Старец Иосиф Исихаст», С. 12.
11   См. Ιωσήφ Μ. Δ., Ο Γέρων Αρσένιος ο Σπηλαιώτης (1886—1983), Θεσσαλονίκη 2001. С. 91.
12   Подробнее см. Ιωσήφ Μ. Δ., Παπαχαράλαµπος Διονυσιάτης, Ασπροβάλτα Θεσσαλονίκης, 2003. С. 165 и далее.
13   См. Ιεροµονάχου Ιωσήφ, Γέροντας Εφραίµ Κατουνακιώτης, Κατουνάκια Αγίου Όρους 2000. Γέροντος Ιωσήφ Βατοπαιδινού, Ο χαρισµατούχος υποτακτικός, Γέροντας Εφραίµ Κατουνακιώτης, Ι. Μ. Μ. Βατοπαιδίου, 2002.
14   См. Μοναχού Μωυσέως Αγιορείτου, Ο µοναχός Γεώργιος, ο ερηµίτης του Άθω (1920—1972), Θεσσαλονίκη, 2005.
15   Αρχιµ. Εφραίµ, Καθηγουµένου Ι. Μ. Μ. Βατοπαιδίου, Αίσθησις ζωής αθανάτου, Οµιλιες για τον Γέροντα Ιωσήφ τον Ησυχαστή, Ι. Μ. Μ. Βατοπαιδίου, Άγιον Όρος, 2005. С. 79 , С.184—185.
16   См. Ιεροµονάχου Ισαάκ, Βίος Γέροντος Παϊσίου του Αγιορείτου, Άγιον Όρος 2004. С. 484.


Источник: Перевод с новогреческого: редакция интернет-издания “Пемптусия”..

Помощь в распознавании текстов