В миру Добронравин Константин Петрович, родился 21 февраля 1820 года в селе Ильеши Санкт-Петербургской епархии в семье священника. Отец его служил в слободе Московская Славянка (ныне в черте Санкт-Петербурга) Царскосельского уезда.

Обучался в Александровском духовном училище и Санкт-Петербургской духовной семинарии.

Научная работа. Преподавание

В 1845 году окончил Санкт-Петербургскую духовную академию со степенью магистра богословия за сочинение Вероучение Армянской церкви. Добронравин первым в русской богословской науке обратился к этой теме. Он изучал религиозные вопросы в единстве с историческими и политическими. Пришел к выводу, что христология Армянской церкви не имеет ничего общего с монофизитской ересью Евтихия и обладает «разительным сходством» с вероучением Русской Православной Церкви. Впоследствии Добронравин вспоминал, что в поисках первоисточников по истории Армянской церкви он, не зная армянского языка, обратился к автору армяно-русского словаря А.М. Худобашеву, у которого была богатая библиотека армянских книг. Худобашев тогда уже был почти слепым, но смог научить Добронравина армянской азбуке, указывал ему, из какой книги какую главу нужно прочитать вслух, и тут же переводил на русский.

После окончания академии Добронравин был назначен профессором философии и латинского языка в Московскую духовную семинарию, где пробыл только 1 год. За этот краткий срок профессорской деятельности очень ярко проявилась господствующая черта его характера — сосредоточенность, глубокое мышление, усидчивость.

Священническое служение. Смерть супруги

По собственному желанию уволен от духовно-учебной службы. Вступил в брак с дочерью недавно скончавшегося священника храмов Санкт-Петербургского Волкова кладбища. В октябре 1846 года был рукоположен во священника и определен к церквам Волкова кладбища. Нес трудную кладбищенскую службу с особым старанием, всегда с искренним благоговением и вниманием к нуждам скорбящих. Здесь же он понес тяжелую утрату — похоронил супругу, прожив в браке меньше 6 лет. Впоследствии, в письме духовному сыну, он писал: «Вы знали мою покойную жену, знали и то, какая крепкая любовь соединяла нас друг с другом и потому можете себе представить, чего стоило мне перенести разлуку с ней. А, зная это, Вы не станете дивиться тому, что по ее смерти, душа моя жила не столько здесь, на земле, сколько там, в жизни загробной».

Много передумал он в это время, искал утешения и в слове Божием, и в отеческих писаниях, и в беседах с мудрыми людьми. Ему были чудные видения и откровения свыше. Плодом этой духовной работы стала книга Утешение в смерти близких сердцу.

Возвращение к преподавательской деятельности

В 1854 году он, по соизволению своего архипастыря, оставил приходское служение и был определен законоучителем 3-й Санкт-Петербургской гимназии и настоятелем гимназической церкви. В гимназии проявил себя умным, добрым и влиятельным наставником.

Добронравин был членом комитета при Санкт-Петербургской духовной академии для издания книг духовно-нравственного содержания, действительным членом ее конференции, штатным членом Санкт-Петербургского комитета духовной цензуры, епархиальным членом правления Александро-Невского духовного училища. За свои труды в 1864 году был возведен в сан протоиерея.

Отец Константин был председателем Комитета по составлению программы Закона Божия для гимназий. На основе выработанной программы написал для гимназий учебники: Очерк истории христианской Церкви...: Век I-IX, «Краткая история Русской Церкви...: Век X-XIX», Очерк истории славянских Церквей, учебник по литургике, который под названием «О богослужении Православной Церкви» многократно переиздавался.

В 1869 году на епархиальном съезде духовенства был избран смотрителем Александро-Невского духовного училища. Некоторое время отец Константин колебался и медлил с принятием этой должности из-за заботы об устройстве дочери. Но митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский Исидор помог ему в этом, и отец Константин принял новое место. Он поднял училище на качественно новый уровень в учебном, воспитательном и хозяйственном отношении. Передают, что, если какой-нибудь наставник почему либо отсутствовал на уроке, смотритель сразу заменял его, чтобы дети не лишались урока.

Монашество. Епископство

В сентябре 1873 года принял монашество с именем Гермоген (Ермоген). Через месяц был хиротонисан во епископа Выборгского, викария Санкт-Петербургской митрополии.

В слове при наречении в епископа он сказал: «Помню слова святого Златоуста: “Добрый пастырь-епископ во всякое время подвизается не меньше тысячи мучеников”. И иду с твердым намерением всецело отдать свои силы на служение Богу, неустанно и неусыпно стоять на страже веры и Церкви, мужественно бороться с ее врагами и даже быть готовым, если бы пришло такое время, и пострадать за истину Христову, подражая тому великому первосвятителю Русской Церкви, коего священное имя дано мне в сане иноческом».

С сентября 1876 года — епископ Ладожский, также викарий Санкт-Петербургский.

В 1882 году перемещен на Таврическую кафедру.

С марта 1885 года — епископ Псковский и Порховский. Владыка заботился о церковном образовании в епархии. Для поддержки церковноприходских школ и Псковского епархиального женского училища учредил братство во имя святых Кирилла и Мефодия. В 1887 году составил службу благоверному князю Довмонту (Тимофею) Псковскому. В декабре 1891 года совершил постриг и рукоположил во иеромонаха Тихона (Беллавина), будущего патриарха Московского.

Кончина

В 1893 году был вызван для присутствия в Святейшем Синоде в Санкт-Петербург. Там тяжело заболел воспалением легких. За 3 дня до кончины над ним было совершено таинство Елеосвящения и владыка был приобщен Святых Таин. 17 августа 1893 года епископ Гермоген скончался, был погребен в Исидоровской церкви Александро-Невской лавры.

В 1932 году при закрытии лавры тело святителя было найдено нетленным. Останки перенесли на Никольское кладбище лавры и захоронили у кладбищенской стены. К началу 1950-х годов могила была утеряна.

Личные качества

Отличительными чертами святителя во всех местах его служения были удивительная скромность и в образе жизни, и в словах, и в действиях; искреннее, сердечное отношение ко всем. Его выделяло строгое воздержание; заботливость о просвещении паствы, для которой он не только организовал духовно-просветительные общества и беседы, но и сам лично участвовал в этих беседах; попечительность о вдовах и сиротах духовенства, в особенности о воспитании девиц духовного звания. Любовь к бывшей на руках его единственной дочери внушала ему такое же чувство и в отношении к другим, находившихся в подобном ей положении, почему он проявлял особую заботу о Псковском епархиальном женском училище, про которое говорил: «Это детище мое».

Весь досуг свой архипастырь отдавал кабинетным научным занятиям, в них находил отдых и отраду от трудов и скорбей. Его печатные труды служат памятниками ревностного служения и замечательного трудолюбия. Много ценных исследований иерарха остались в рукописях.

Владыка писал стихи, на некоторые из них сочинил музыку. Его перу принадлежит стихотворение «Дай, добрый товарищ, мне руку свою...» («Море житейское») — любимой семинарской песни того времени, музыку к которой написал князь Голицын.