протоиерей Глеб Каледа

Протоиерей Глеб Каледа как церковный писатель М. Журинская (647 )

протоиерей Глеб Каледа

протоиерей Глеб Каледа (02.12.1921–01.11.1994)

Протоиерей Глеб Каледа родился и вырос в православной семье, после окончания школы (в 1941 г.) был призван в армию и прошел всю войну гвардии рядовым, после демобилизации (в 1945 г.) поступил в Московский геолого-разведочный институт, затем в аспирантуру (1951 г.). В это же время он вступает в брак с Лидией Владимировной Амбарцумовой, дочерью его первого духовника, ныне прославленного в лике священномучеников священника Владимира Амбарцумова. Последовали рождение и воспитание детей, защита кандидатской диссертации, научная и педагогическая работа. В 1972 г. он был тайно рукоположен в диакона и иерея1, и с этого момента обширная научная деятельность (защита докторской диссертации, присвоение звания профессора, руководство сектором и отделом) проходит одновременно с тайным священническим служением в домовой церкви. После выхода в 1990 г. на открытое священническое служение и вплоть до 1994 г. — клирик и настоятель в московских храмах, основатель и первый ректор православных катехизаторских курсов (которыми была заложена основа сегодняшнего ПСТГУ), зав. сектором просвещения и катехизации Отдела по религиозному образованию и катехизации Московского Патриархата, первый настоятель храма Пресвятой Богородицы при Бутырской тюрьме (будучи в это же время священником храма Преподобного Сергия Радонежского в Высокопетровском монастыре); в 1994 г. возведен в сан прото­иерея.

За этим простым перечнем фактов стоит жизнь человека, с самого детства преданного Церкви (в детской игре во дворе он на стороне белых, потому что красные не верили в Бога). В подростковые годы по благословению своего духовного отца он, не привлекая к себе лишнего внимания, разыскивал и посещал в Подмосковье семьи “лишенцев”, то есть оставленных без про­довольственных карточек священнослужителей и мирян, подвергшихся гонениям за религиозные убеждения, — для оказания им помощи (воспоминания игумении Иулиании (Каледы) и священника Кирилла Каледы). Время войны, которую он мужественно и верно (и невредимо!) прошел от начала до конца, заслужив и боевые награды, и уважение товарищей, отец Глеб называл временем “удивительной духовной свободы”. В 1944 году в письме с фронта он писал: “Нам надо отдать себя Его воле — и только. Что нам опасность? Разве наш дом здесь?”, и дальше, о строительстве защитных окопов: “В них не ощущаю потребности <…> Разве нет у нас Сильнейшей защиты?”. Свою защищенность он определял “своей верностью”, “своим желанием Его воли над нами”. И Господь, у Которого отец Глеб всегда был священником (см. воспоминания отца Иоанна Каледы “Чу­до, связанное с отцом Глебом”), сохранил невредимым пастыря Своей Церкви.

После окончания института архимандрит Иоанн (Венд­ланд), под духовным руководством которого находился отец Глеб, благословил его на брак и на занятие наукой; спустя многие годы он же, будучи уже митрополитом, предложил отцу Глебу стать тайным священником и рукоположил его.

Опыт построения семьи (у отца Глеба и матушки Лидии Владимировны шестеро детей, семнадцать внуков), опыт пастыря, свои наблюдения, размышления, Писание, труды Отцов, — все это, осмысленное и преломленное ясным умом и духовной опытностью, легло в основу книги отца Глеба “Домашняя церковь”. Для многих читателей она стала “главным трудом отца Глеба, поскольку охватывает все аспекты повседневной жизни христианина и содержит подробные разъяснения по тем вопросам, которые волнуют каждого, но ответы на которые не так просто найти без должного духовного руководства” (“Прото­иерей Глеб Каледа как церковный писатель”). Книга пользуется неизменным спросом, не раз переиздавалась (в настоящем томе — четвертое ее издание), переведена на французский, сербский, румынский языки. В заключение книги отец Глеб пишет: «Для православного христианина семья — это его домашняя церковь, в которой он сам возрастает, сам учится духовной жизни и учит других <…> христианская семья — это малое апостольское поле. Для тех, кто живет в браке, эти слова апостола Павла, 2 Тим 2:1–2 должны звучать так: “Богатство своей православной веры передавайте детям, чтобы те были способны научить и внуков, чтобы ваше скромное, но драгоценнейшее богатство преумножалось бы в роде вашем”».

Главные темы для отца Глеба — семья, воспитание, жизнь в Церкви — звучат и в его мемуарах “Записки рядового”, которые он посвятил “памяти дедов и батьков, меня воспитавших, моим детям и внукам, которым предстоит воспитывать младенцев”. Эти воспоминания и идущие сразу за ними воспоминания матушки Лидии Владимировны безусловно обладают большой познавательной ценностью как свидетельство о людях гонимой Церкви — но и о бесконечной красоте и глубине христианского брака.

Далее в книге помещены проповеди, большая часть которых произнесена отцом Глебом в храме преподобного Сергия Радонежского в Высокопетровском монастыре. Проповеди объединены в три группы — праздничные проповеди, группа проповедей с общим названием “Жизнь в Церкви”, покаянные проповеди, а открывает весь корпус Слово на пассии на тему Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его. Два издания проповедей давным-давно разошлись, а спрос на них есть и поныне.

Записки тюремного священника “Остановитесь на путях ваших…” открывают еще одну сторону пастырского служения отца Глеба. В конце 1991 г. он начал регулярно посещать Бутырскую тюрьму, а весной 1993 г. был назначен настоятелем восстанавливаемого им тюремного храма. “В служении людям, находящимся в узах, отец Глеб, в эту уже вечернюю пору своей жизни, видел возможность передать тот огромный потенциал веры и любви к ближнему, носителем которого он был <…> Вот это и есть то семя, которое он сеял и которое дало такие обильные плоды” (из Слова Святейшего Патриарха). В “Записках…” отражен личный опыт пастырской работы отца Глеба с заключенными и содержится такой подробный разбор уникальности и особых проблем этой работы, что из него многое могут почерпнуть приступающие к ней. И, как традиционно для данного издания, этот труд отца Глеба оттеняется “взглядом со стороны” — воспоминаниями А. Л. Дворкина, работавшего в последние годы вместе с отцом Глебом и бывшего с ним при начале его тюремного служения, и письмами заключенных отцу Глебу и Л. В. Каледе.

Следующие разделы книги содержат те труды отца Глеба, которые не связаны непосредственно с его пастырской деятельностью, а есть скорее результат его размышлений как человека Церкви и как ученого. Это “Очерки жизни православного народа в годы гонений”, которые начинаются словами “Гонения на Церковь — это закон ее истории. Христос говорил <…> Если Меня гнали, будут гнать и вас…”. В “Очерках…” страницы жизни Церкви после 1917 года явлены как естественное следствие положения Церкви в России еще с петровских времен. Но гонения и тяжесть положения Церкви не составляют главного содержания и сущности истории Православия в России в ХХ веке. “Это была славная, героическая эпоха, — пишет отец Глеб. — Церковь выдержала жесточайшие гонения, сохранила чистоту веры, укрепилась сонмом мучеников <…> Она в сложнейших, небывалых в истории трудных обстоятельствах проповедовала, учила, готовила кадры духовенства, занималась апологетикой”, чему, можем мы добавить, ярким свидетельством служит жизнь самого отца Глеба.

Знания и опыт ученого, вера глубоко воцерковленного человека естественно и благодарно соединились в работах отца Глеба “Библия и наука о сотворении мира” и “Плащаница Господа нашего Иисуса Христа”. Отец Глеб говорил, что только плохая наука (которая тем самым и не наука вовсе) тщится опровергать истины веры и только плохая религия (иными словами, суеверие) восстает против науки. Отстаиванию этого тезиса и была посвящена его работа “Библия и наука о сотворении мира”. Статья о Туринской Плащанице была первой (и единственной) прижизненной публикацией отца Глеба в церковной печати. С момента ее опубликования в “Альфе и Омеге” в 1994 г. она выдержала пять переизданий (в виде отдельной брошюры) и неоднократно перепечатывалась (целиком или фрагментами) в газетах и журналах, так что общий тираж ее, пожалуй, недалек от двухсот тысяч экземпляров. Поистине захватывающая история работы с отцом Глебом над этой статьей описана в воспоминаниях М. Журинской.

Отец Глеб составил программу 42-часового курса лекций “Православная апологетика”, рассчитанного на слушателей первого года обучения на Православных курсах катехизаторов, и подготовил ряд лекций этого курса, которые вместе со статьей из личного архива отца Глеба “Основатель русской апологетики Ломоносов” вошли в следующий раздел книги, завершающийся воспоминаниями В. И. Гоманькова, близкого друга отца Глеба, доктора физико-математических наук, консультациями которого отец Глеб пользовался при написании работы “Библия и наука о сотворении мира”.

Отдельное место в книге занимают воспоминания об отце Глебе соучеников, учеников и коллег-геологов, которые открывают практически неизвестную церковному читателю сторону жизни отца Глеба в науке. Читать их особенно интересно потому, что они свежи, непосредственны, их авторы свободны от житийных канонов и тем самым их свидетельства весьма значимы.

Кажется почти невероятным, как могли в одной жизни поместиться все эти труды ученого, пастыря, педагога, воспитателя, солдата, но, немного зная отца Глеба, дерзну предположить, что он был бы с теми, кто, выслушав: …и вы, когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать, сказал бы только: Я сделал то, что должен был сделать.

Отцу Глебу было много дано, — и таланты, и большая жизнь в очень непростое время, и семейные радости, и испытания войной, трудами, болезнью, — и на Евангельское обетование …от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут он смог многим, очень многим ответить.

Представляя эту замечательную книгу, нельзя не отметить особых заслуг ее составителя Василия Глебовича Каледы, сумевшего не только собрать из разных источников и организовать подготовку к публикации огромного разнопланового и разрозненного материала, но и сопроводить его многими фотографиями и репродукциями живописных работ отца Глеба.

1Тайное рукоположение — рукоположение без официальной регистрации, которая в те времена была невозможна и немыслима для человека, имеющего такое образование, как у отца Глеба. Кроме того, совершаемое в те времена по инициативе архиереев, тайное рукоположение преследовало еще и цель создания группы священнослужителей, которые могли бы взять на себя пастырское окормление православного народа, если бы на Церковь обрушилась новая волна гонений, могущая поставить ее на грань полного разгрома.

Тайно рукоположенные священники совершали богослужения и требы в церквях, тщательно “законспирированных” и размещавшихся просто в жилых помещениях. О том, как в одной из комнат квартиры, где жил отец Глеб с семьей, была создана из ничего и жила домовая церковь в честь Всех святых в земле Российской просиявших, см. воспоминания детей отца Глеба — священника Кирилла Каледы и игумении Иулиании (Каледы) — и матушки Л. В. Каледы.


Рейтинг@Mail.ru
Система Orphus