святитель Григорий Великий (Двоеслов)

Сорок бесед на Евангелия

 Беседа 38Беседа 39Беседа 40 

Беседа 39

Говоренная к народу в Церкви блаженного Иоанна именуемой Константиновою. Чтение Св. Евангелия: Лк 19.42–47.

Лк 19.42–47. И сказал: о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих,

ибо придут на тебя дни, когда враги твои обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду,

и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе, и не оставят в тебе камня на камне за то, что ты не узнал времени посещения твоего.

И, войдя в храм, начал выгонять продающих в нем и покупающих,

говоря им: написано: дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников.

И учил каждый день в храме. Первосвященники же и книжники и старейшины народа искали погубить Его.

1. Краткое чтение Св. Евангелия я хочу проследить возможно кратким словом для того, чтобы дать обширнейшее о нем размышление тем, которые умеют от малого заключать о многом. Что плачущим Господом описывается то разрушение Иерусалима, которое совершено римскими полководцами Титом и Веспасианом – это известно всякому, кто прочел историю разрушения его. Ибо произносится предсказание о римских военачальниках, когда говорится: «ибо придут на тебя дни, когда враги твои обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду, и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе». Присовокуплением же «и не оставят в тебе камня на камне» предсказывается даже самое перенесение этого города, потому что ныне, когда он построен на том месте, на котором, за воротами, был распят Господь, прежний оный Иерусалим разрушен, как говорится, до основания. За какое преступление его было наказанием это разрушение, далее присовокупляется: «за то, что ты не узнал времени посещения твоего». Потому что Творец всего благоволил посетить его таинством Своего воплощения, а он не соответствовал Ему страхом и любовью. Поэтому-то через Пророка выставляются даже птицы небесные в свидетели ожесточения сердца человеческого, когда говорится: «и аист под небом знает свои определенные времена, и горлица, и ласточка, и журавль наблюдают время, когда им прилететь; а народ Мой не знает определения Господня». (Иер 8.7). Но прежде надобно спросить, что за мысль в словах: «смотря на него, заплакал о нем». Ибо Искупитель наперед оплакал разрушение вероломного города, о котором сей самый город не знал, что оно приближается к нему. Ему плачущим Господом справедливо говорится: «о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих», который теперь веселишься потому только, что не знаешь, что угрожает тебе. Поэтому и присовокупляется: «хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему». Ибо когда он предавался плотоугодию и не предвидел грядущих бедствий, тогда имел во дни своем то, что могло послужить ему к миру. Но почему он имел бы настоящие блага к миру, открывается из последующего! «Но это сокрыто ныне от глаз твоих». Ибо если бы от очей сердца его не были сокрыты угрожающие бедствия, то он не стал бы радоваться настоящему счастью. И затем тотчас присовокуплено наказание, которое, как я сказал, угрожало со стороны римских военачальников.

2. По описании этого, присовокупляется то, что сотворил Господь, потому что «Я приведу на святую гору Мою и обрадую их в Моем доме молитвы; всесожжения их и жертвы их будут благоприятны на жертвеннике Моем, ибо дом Мой назовется домом молитвы для всех народов» (Ис 56.7). Ибо Тот, Кто предсказал о грядущих бедствиях и тотчас вошел в храм, чтобы выгнать из него продающих и покупающих, ясно дал разуметь, что падение народа преимущественно зависело от виновности священников. Потому что, описывая разрушение, но бия во храме продающих и покупающих, Он самым своим действием показал, откуда произрос корень гибели. Так как из свидетельства другого Евангелиста мы знаем, что в храме были продаваемы голуби (Мк 11.15). А что разумеется под именем голубей, если не дар Св. Духа? Но Он выгоняет и продающих, и покупающих, потому что осуждает, как тех, которые за деньги сообщают рукоположения, так и тех, которые усиливаются за деньги получить дар Духа. О сем храме тотчас присовокупляется: «дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников». Что те (первосвященники) действительно восседали в храме для принятия даров, в этом не было сомнения; потому что они для не дающих изыскивали оскорбления. Следовательно, дом молитвы превращен в пещеру разбойников, потому что они (первосвященники) умели председательствовать в храме для того, чтобы или телесно преследовать тех, которые не давали даров, или духовно убивать дающих. Но поскольку Искупитель наш не лишал назидания даже недостойных и неблагодарных, то после строгого обличения, явленного через изгнание развращенных, Он тотчас показал дар благодати. Ибо затем следует: «и учил каждый день в храме». Это мы проследили кратким размышлением по истории.

3. Но поскольку мы знаем, что Иерусалим уже разрушен, и разрушением своим послужил к лучшему, потому что, по изгнании из храма разбойников, и самый храм, как известно, уже разрушен, то мы должны навести подобие от внешних вещей на внутренние, и от разрушенных построений стен опасаться развалины нравов. «И когда приблизился к городу, то, смотря на него, заплакал о нем и сказал: о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих». Это сделал Он однажды, когда предсказывал разрушение города. Это Искупитель наш никогда не перестает делать через избранных Своих ежедневно, когда видит некоторых падающими с доброй жизни в дела нечестия. Ибо Он бьет их, но они не понимают, за что их бьют, потому что, по словам Соломона, они суть «от тех, которые радуются, делая зло, восхищаются злым развратом» (Притч 2.14). Если бы они знали об угрожающем им наказании, то с плачущими избранными оплакивали бы самих себя. Но хорошо приноровляется к погибающей душе та мысль, которая затем следует: «хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих». Здесь развратная душа, которая радуется преходящему во времени, имеет день свой. Для нее то, что есть, служит к миру, потому что, услаждаясь вещами временными, надмеваясь почестями, предаваясь плотоугодию, не тревожась никаким страхом будущего наказания, она в день свой имеет мир, который будет иметь важную причину к осуждению в день чужой. Ибо она подвергнется наказанию там, где праведные будут радоваться; и все, что только служит к миру, тогда превратится в горечь брани, потому что она начнет браниться сама с собою, почему она не предотвратила осуждение, которое терпит, для чего закрыла умственные очи от предусмотрения грядущих зол. Поэтому и говорится ей: «сокрыто ныне от глаз твоих». Ибо развратная душа, преданная настоящим благам, утопающая в земных удовольствиях, скрывает от себя последующие бедствия, потому что та избегает предвидения будущего, которая развлечена настоящей радостью; и когда она предается наслаждениям настоящей жизни, тогда что другое делает, если не с закрытыми глазами идет к огню? Поэтому хорошо написано: «насмотрелся я в суетные дни мои: праведник гибнет в праведности своей; нечестивый живет долго в нечестии своем». (Еккл 7.15). И потому через Павла говорится: «и радующиеся, как не радующиеся» (1Кор 7.30); потому что если и действительно есть радость в настоящем времени, то надобно радоваться так, чтобы никогда не выходило из памяти горе грядущего суда, так как боязливая душа, когда бывает проникнута страхом последнего отмщения, сколько ныне бывает умеренна в настоящей радости, столько и тогда в страхе от грядущего гнева. Поэтому-то написано: «блажен человек, который всегда пребывает в благоговении; а кто ожесточает сердце свое, тот попадет в беду» (Притч 28.14). Ибо гнев грядущего суда тем тягостнее будет выносим тогда, чем менее боятся его ныне среди преступлений.

4. Далее следует: «ибо придут на тебя дни, когда враги твои обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду». Какие враги для человеческой души опаснее, как злые духи, которые окружают ее при разлучении с телом, тогда как содействуют ей в плотской любви обманчивыми наслаждениями? Они облагают ее окопами, потому что, представив пред глаза ее содеянные ею беззакония, они стесняют ее, влача к сообществу своего осуждения, так что она, застигнутая уже на самом конце жизни, и сама видит, какими врагами окружена, и однако же не может отыскать выхода из их обложения, потому что уже не может творить добрых дел та, которая презирала их, когда могла творить. Приноровительно к ним может быть разумеваемо и то, что далее следует: «обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду». Потому что злые духи отвсюду стесняют душу, когда представляют ей на вид беззакония не только совершенные на деле, но и в слове, и даже в помышлении, так что она, развлекавшаяся многим в преступлении, донельзя стесняется всем в воздаянии. Далее следует: «и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе». Душа разбивается сознанием своей виновности тогда, когда плоть, которую она считала своей жизнью, принуждена бывает возвратиться в персть. Чада ее побиваются тогда, когда непозволительные помыслы, происшедшие от нее, рассыпаются на последнем отмщении жизни, как написано: «в тот день исчезают [все] помышления его» (Пс 145.4). Эти же грубые помыслы можно разуметь и под значением камней. Ибо далее следует: «и не оставят в тебе камня на камне». Ибо развратная душа, присоединяя к преступному помыслу еще преступнейший, что другое делает, если не полагает камень на камень? Но в разрушенном городе не оставляется камень на камне, потому что когда душа приводится к отмщению своему, тогда рассыпается от ней все строение ее помыслов.

5. А за что она это претерпевает, далее присовокупляется: «за то, что ты не узнал времени посещения твоего». Всемогущий Бог обыкновенно посещает развратную душу многими способами. Ибо непрестанно посещает ее заповедью, а иногда даже чудом, чтобы она и слушала истину, которой не знала, и вместе с тем, как гордая и презрительная, и понуждаемая болью обращалась, и препобеждаемая благодеяниями, стыдилась того зла, которое сделала. Но поскольку она не разумеет времени своего посещения, то на конце жизни предается тем врагам, с которыми вступает в сообщество на вечном суде непрестаемого осуждения, как написано: «когда ты идешь с соперником своим к начальству, то на дороге постарайся освободиться от него, чтобы он не привел тебя к судье, а судья не отдал тебя истязателю, а истязатель не вверг тебя в темницу» (Лк 12.58). Потому что соперник наш на пути есть Слово Божие, противное нашим плотским пожеланиям в настоящей жизни. От этого соперника освобождается тот, кто смиренно подчиняется заповедям его. Иначе соперник передает Судии, а Судия – истязателю; потому что грешник, виновный в презрении Слова Господня, будет задержан на испытании Судии. Судия предает его истязанию, потому что дозволяет злому духу тащить его к отмщению, дабы сей сам выгнал из тела ту понуждаемую душу, которая добровольно согласовалась с ним на преступления. Истязатель отсылает в темницу, потому что (грешник) через злого духа низвергается в преисподнюю, доколе наступит день суда, с которого уже и сам (сей последний) будет вместе мучиться в огнях преисподней.

6. Итак, по разрушении города, которое мы приноровили к погибающей душе, тотчас присовокупляется: «и, войдя в храм, начал выгонять продающих в нем и покупающих». Какое значение имеет храм Божий в городе, такое же имеет значение и жизнь благочестивых среди верующего народа. И часто некоторые принимают вид набожности и, когда получают место на степенях священства, тогда обязанность религии превращают в торговлю земной промышленности. Потому что продавцы в храме суть те, которые сообщают за цену то, что принадлежит другим по праву. Ибо продавать правосудие значит блюсти его для получения награды. Продавцы же в храме и те, которые, давши покровителям цену, покупают грех, когда не хотят разрешить ближнему того, что должно разрешить, и когда презирают делать дело, к которому обязаны правом. Им хорошо говорится: «дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников»; потому что когда некоторые развратные люди занимают места священства, тогда они мечами своего нечестия убивают там, где долженствовали оживлять ближних посредничеством своей молитвы.

7. И храм, и дом Божий есть самая душа и совесть верующих. Если она когда-либо в оскорблении на ближнего произносит развратные помыслы, то в ней, как в пещере, сидят разбойники, и просто нападая, убивают, когда вонзают мечи в тех, которые решительно ничем не оскорбляли их. Ибо душа верующих есть уже не храм молитвы, но пещера разбойников, когда она, оставив невинность и простоту святости, усиливается делать то, от чего может произойти вред для ближних. Но поскольку мы непрестанно настраиваемся против всего этого развратного словами Искупителя нашего через Священное Писание, то даже доселе совершается то, что, по сказанию, тогда было сделано, как говорится: «и учил каждый день в храме». Ибо, когда Он научает души верующих тщательно остерегаться зла, тогда Истина ежедневно учит в Церкви. Но нам надобно знать, что словами Истины мы истинно научаемся тогда, когда со страхом и непрестаемостью взираем на последние наши несчастья, по слову одного мудреца, который говорит: «во всех делах твоих помни о конце твоем, и вовек не согрешишь» (Сир 7.39). Потому что мы ежедневно должны помышлять о том, что выслушали из уст Того же нашего Искупителя: «о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих». Ибо доколе праведный Судия удерживается и не простирает еще руки на поражение, доколе видится некоторая безопасность времени от воздаяния последнего отмщения, дотоле мы должны помышлять о грядущем бедствии, помышляя – скорбеть, скорбя – предотвращать, и непрестанно пересматривать содеянные грехи, пересматривая – плакать, и плача – очищать. Никакая радость о преходящем счастии не должна расслаблять нас, ничто преходящее не должно закрывать глаз ума нашего и не вести нас слепыми к огню. Ибо если основательно будет обдумано, какой важности этот стыд, то из уст Истины познается, когда нерадивому и будущего не предусматривающему говорится: «о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих»

8. Ибо надобно основательно размышлять о том, коль страшен будет для нас час смертный, какой ужас души, какое воспоминание всех зол, какое забвение протекшего счастья, какой страх и какое спасение Судии. Следовательно, что из настоящего должно быть для нас усладительно, когда с прохождением всего вместе не может пройти то, что угрожает? Когда и то, что любят, решительно оканчивается и начинается то состояние, в котором болезнь никогда не оканчивается? Тогда злые духи в отходящей душе отыскивают дела ее, тогда они представляют на вид те грехи, к которым расположили ее, дабы свою сообщницу увлечь на мучения. Но для чего мы говорим только о грешной душе, когда они приходят даже к избранным умирающим и в них отыскивают свое, если в чем успели? Среди людей был только Один, Кто прежде страдания Своего безбоязненно говорит: «уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего» (Ин 14.30). Поскольку князь мира видел Его смертным человеком, то подумал, что может найти в Нем что-либо свое. Но Тот без всякого греха вышел из растления мира, Кто без греха пришел в мир. Этого о себе против князя мира не осмелился сказать Петр, который удостоился слышать: «и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах» (Мф 16.19). Этого не смел говорить Павел, который прежде смерти своей был восхищен до таинств третьего неба (2Кор 12.2). Этого не смел сказать о себе даже Иоанн, Который, по особенной любви, возлежал на вечери на персях Своего Искупителя (Ин 21.20). Ибо, когда Пророк говорит: «вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя». (Пс 50.7), тогда без виновности в мире не мог быть тот, кто пришел в мир с виновностью. Поэтому-то тот же Пророк говорит: «не оправдается пред Тобой ни один из живущих» (Пс 142.2). Поэтому и Соломон говорит: «поэтому не на всякое слово, которое говорят, обращай внимание, чтобы не услышать тебе раба твоего, когда он злословит тебя» (Еккл 7.21). – Поэтому и Иоанн говорит: «если говорим, что не имеем греха, – обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1Ин 1.8). Потому и Иаков говорит: «ибо все мы много согрешаем» (Иак 3.2). Ибо известно, что как все зачаты от услаждения плоти, то, без всякого сомнения, князь мира сего имел нечто свое: или в их делах, или в словах, или помышлениях. Но он не мог их или после похитить, или прежде держать потому, что их освободил от их долгов Тот, Кто за нас без долга заплатил долг смерти, дабы наши долги врагу нашему не задерживали нас потому, что за нас Посредник Бога и человеков, Человек Христос Иисус, даром отдал ему то, чем не был должен. Ибо нас освободил от должной смерти душевной Тот, Кто заплатил за нас недолжной смертью телесной. Итак, Он говорит: «ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего» (Ин 14.30). Поэтому нам должно заботиться и с обильными ежедневными слезами помышлять о том, сколь свирепый, сколь страшный князь мира сего придет в день кончины нашей, отыскивая в нас дела свои, если он приходил даже к Господу, умирающему плотью, и отыскивал чего-либо в Том, в Ком не мог ничего найти.

9. Итак, что будем говорить, что делать, мы, несчастные, которые впали в безчисленные грехи? Что мы скажем врагу, отыскивающему и много своего в нас находящему, если не то только, что у нас есть известное прибежище и твердая надежда, потому что мы одно совершили вместе с Тем, в Ком князь мира сего и отыскивал чего-либо своего, и не мог найти? Потому что Он только свободен среди умерших (Пс 87.5). И от рабства греховного разрешаемся к истинной свободе потому, что соединяемся с Тем, Кто один свободен. Ибо известно, – и мы не можем отвергать, но искренно признаемся, – что князь мира сего имеет в нас многое; но несмотря на то, он уже не имеет силы похищать нас во время нашей смерти потому, что мы соделались членами Того, в Ком тот ничего не имеет. Но что пользы в том, что мы через веру соединяемся с Тем же нашим Искупителем, если разъединяемся с Ним нравами? Ибо Он Сам говорит: «не всякий, говорящий Мне: Господи, Господи, войдет в Царствие Небесное». Следовательно, с правой верой должны быть соединяемы правые дела. Содеянные нами грехи мы должны омывать ежедневными слезами, прошлые свои беззакония мы должны вознаграждать добрыми делами, основанными на любви к Богу и ближнему; братьям не должны отказывать ни в чем добром, что можем даровать им. Ибо мы соделываемся членами нашего Искупителя не иначе, как преданностью Богу и сочувствием ближнему.

10. Но поскольку к любви Бога и ближнего по большей части возбуждают сердца слушающих более примеры, нежели слова, то я хочу любви вашей указать на то, что выдает за чудо, совершившееся в соседственной с Ликаониею земле, тот, кто теперь здесь, сын мой, диакон Епифаний, родом из провинции Исаврии. Ибо он говорит, что в ней был некто монах, весьма строгой жизни, по имени Мартирий, который из своего монастыря шел для посещения в другой монастырь, в котором он был духовником. И так идя, он нашел на пути некоторого прокаженного, которого слоновая болезнь покрывала по членам густыми ранами, желающего воротиться в свое пристанище, но не имеющего сил от усталости. Но он говорил, что имеет пристанище на том самом пути, по которому спешил идти монах Мартирий. Но человек Божий, сжалившись над усталостью этого прокаженного, тотчас сбросил с себя мантию, которою был одет, и разостлал ее, и на нее положил прокаженного, и завернув его со всех сторон своей мантией, поднял на плечи и понес с собой. И когда он уже приближался к воротам монастыря, тогда духовный отец этого самого монастыря начал громко кричать: «Бегите, отворяйте скорее ворота монастырские, потому что идет брат Мартирий, неся Господа». Но тотчас, как только Мартирий пришел ко входу в монастырь, Тот, Кто казался прокаженным, выпрыгивая из мантии его и являясь в том виде, в каком обыкновенно узнается от людей Искупитель рода человеческого, Бог и человек, Христос Иисус, вознесся на небо в виду Мартирия, и возносясь, сказал ему: «Мартирий, ты не постыдился меня на земле, Я не постыжусь тебя на небе». Лишь только этот святой муж вступил в монастырь, отец монастыря спросил его: «Брат Мартирий, где же тот, кого ты нес?» Сей отвечал ему, говоря: «Если бы я знал, кто это был, то я удержал бы ноги Его». Тогда тот же Мартирий рассказал, что когда он нес его, тогда не чувствовал тяжести его. И не удивительно, потому что, как мог чувствовать тяжесть тот, кто нес «Носящаго!» В этом событии надобно нам обратить внимание на то, какую силу имеет братское сострадание и как соединяет нас со Всемогущим Богом искреннее милосердие. Ибо мы приближаемся к Тому, Кто над всеми есть, оттуда, откуда мы через сострадание к ближнему низлагаем себя даже под самих себя. В вещах телесных никто не досягает высоты, если не стремится к ней; но в вещах духовных известно, что чем более мы унижаемся через сострадание, тем вернее поднимаемся на высоту. Но вот Искупителю рода человеческого не достаточно для нашего назидания того, что, по Его же уверению, Он на последнем суде скажет: «так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф 25.40). Он даже прежде сего суда благоволил на себе показать то, что сказал, чтобы именно показать, что делающий ныне благотворения нуждающимся, в частности иждивает на Того, из любви к Которому сделал бы иждивение. И каждый получает тем большую награду, чем радушнее к тому, кто по видимому более достоин презрения. Ибо что в человеческом теле выше тела Христова, которое превознесено выше Ангелов? И что в человеческом теле отвратительнее тела прокаженного, которое разрывается пухнущими ранами и наполняется испаряющимся зловонием? – Но вот Он явился в виде прокаженного; и Тот, Кто досточтим паче всего, благоизволил казаться презренным ниже всего. Для чего это, если не для того, чтобы увещать нас, медлительных по чувству, в том, что кто спешит предстать живущему на небесах, тот не должен отказываться от смирения на земле и сострадания даже к отверженным и презираемым братиям? – Я хотел кратко говорить любви вашей, но поскольку не от человека зависит путь его (Иер 10.23), то не могло быть сдержано текущее слово, которым располагает Сам Тот, о Ком мы говорим, Который живет и царствует со Отцом, в единении Св. Духа, Бог, через все веки веков. Аминь.


 Беседа 38Беседа 39Беседа 40 


Источник: Беседы на Евангелия иже во святых отца нашего Григория Двоеслова в двух книгах. Переведенные с латинского языка на русский Архимандритом Климентом. СПБ: типография Струговщикова, 1860 г. переиздано: М.: "Паломник", 1999 г. - с. 7-429.

Открыта запись на православный интернет-курс