святитель Григорий Киевский (Цамблак)

Григорий Самвлак или Семивлах, митрополит Киевский свящ. М. А. Поторжинский 815

святитель Григорий Киевский (Цамблак) (1364/5–1419/20)

Григорий Цамблак (Цамвлах, Семивлах), первый митрополит Киевский (1416—1419 гг.), умер около 1450 г. Время рождения Григория также точно не известно, предполагают, что он родился в 1364 г. Вообще русская духовная литература о Григорий Цамблаке далеко не разработана и вопрос об его жизни и литературной деятельности не только не разрешен, но в некоторых случаях еще больше запутан. Но не только в России, даже в Румынии, несмотря на то, что с именем Григорий там связаны немаловажные моменты истории этого народа, местные источники также сбивчивы и очень многие явления жизни Григория основаны только на предположениях.

По русским летописям Цамблак был родом болгарин, по румынским же источникам, как это пытается доказать епископ Мельхиседек, румын. Такая размоголосица происходит от различного объяснения слов: сам и влах, т. е. чистый, истый влах и семи-влах, т.е. «полувлах». Во всяком случае Гр. принадлежал к знатному роду, представители которого были известны в XIV в. под прозвищем Цамблаков, Семивлахов и пр. Первоначальное свое образование Григорий получил в Тернове у патриархия Евфимия; здесь же предполагают и было место рождения его. Дальнейшее воспитание Григория получил в Константинополе и очевидно учился хорошо, т.к. его дядя, митрополит Киприан, предсказывал ему известное будущее. Здесь же он докончил свое образование и, очевидно, посетил Афон, о пребывании на котором можно судить по его четвертому слову: «аз вем горы Афоньския».

В 1401 г. Григорий был послан Константинопольским патриархом в Молдавию на должность учителя и «пресвитера великой церкви Молдавской, то есть, соборной в Сучаве» (тогдашняя столица княжества). Затем был в Сербии игуменом Пантократовой обители в Дечах и еще игуменом какой-то Плинаирской обители, неизвестно где находящейся. Проф. Шевырев полагает, что Цамблак выражался символически, когда говорил об обители Плинаирской (несущей в воздухе); другие же исследователи относят это игуменство Григория ко времени пребывания его в России. В 1406 г. Цамблак был вызван письмом дяди, митрополита Киприяана, в Россию, но по дороге (возле Вильно) получил известие об его смерти.[1] За время его пребывания в этой обители известно его надгробное слово митрополиту Киприану, написанное в 1409 году. В это время, из политических видов, Витовт, желая отделить митрополию Киевскую от Московской, предложил епископам избрать своего митрополита и послать его в Царьград наставление к патриарху. Некоторые епископы согласились с желанием Витовта и избрали в 1414 году Григория Цамблака. Путешествие последнего в Царьград не имело успеха, независимо от того, что Витовт хотел подкрепить его жалобами патриарху на Московского митрополита Фотия. Но спустя два года Витовт настоял на своем. 15 ноября 1416 г. он собрал в Новогрудке епископов в количестве 8 человек, которые и избрали Григория в Киевские митрополиты. В оправдание своего действия съехавшиеся на собор епископы сочинили два послания: в одном обвиняли Фотия в индифферентном отношении к церкви Западной Pyсив другом обращались ко всем православным, ссылались на пример своих единоверцев болгар и сербов.

Здесь, в России, Григорий кроме составления похвальных слов на торжественные праздники и на разные др. случаи занимался, по примеру своего учителя патриарха Евфимия, переписыванием церковно-богослужебных книг. До настощего времени известен «чин освящения церкви», в конце которого отмечено: «Сие освящение церкви писал аз рукою моею смиренный Григорий Цамблака митрополит Киевский, Галицкий и всея России». Напрасно современники обвиняли его в измене православию и в том, что оп вступил в единение с папой; напрасно имя его было включено в статью проклятия и провозглашалось в Москве в неделю Православия, в настоящее время верность Григория не подлежит никакому сомнению, что также видно из многих его трудов и поступков. «Зачем ты в ляшском законе, а не в греческом»? — спрашивал Григорий Витовта; на что последний отвечал ему: «если хочешь видеть не меня одного, а и всех людей моих земли Польской в законе греческом, иди в Рим и вступи в прение с папой и его мудрецами. Если победишь их — мы все перейдем в греческий закон и обычай; если же они тебя, то и все люди земли моей греческого закона перейдут в латинский».

В 1417 г., как говорит наша летопись, Витовт отправил Григория не в Рим, а на Констанский собор, куда он и прибыл вместе с послами греческого императора Мануила в феврале 1418 г. Здесь он заявил, что прибыл единственно по повелению своего князя и подчиняться папе не желает. Не потерпев никаких притеснений относительно веры, Григорий безопасно, но без всяких последствий, возвратился с этого собора, который приобрел известность сожжением Иоанна Гуса, и основал в Вильне свою кафедру при Богородицкой церкви. Рвение свое к православию Григорий в особенности обнаружил, ведя борьбу с иудеями и католиками, для чего и написал несколько «Слов». Вообще известны следующие труды Григория Цамблака: 1) «Слово, приготовительное к празднованию Рождества Христова, сказанное 20-го дек. на память Св. Филагония»; 2) «Слово об усопших в родительскую»; 3) «Слово об иноческом житии»; 4) «Слово, похвальное отцам преподобным в субботу сыропустную»; 5) «О божественных тайнах»; 6) «Слово в неделю вербную»; 7) «Слово в Великий Четверг»; 8) «Слово в Великую Пятницу»; 9) «Слово на Вознесение»; 10) «Слово на рождение Иоанна Предтечи»; 11) «Похвальное слово Апостолам Петру и Павлу»; 12) «Похвальное слово пророку Илии»; 13) «Слово на Преображение»; 14) «Слово на успение Богородицы»; 15) «Слово на усекновение главы Предтечи»; 16) «Слово на рождение Богородицы»; 17) «Слово на воздвижение креста Господня»; 18) (Слово похвальное великомученику Димитрию Солунскому»; 19) «Слово похвальное великомученику и победоносцу Георгию» составлено Г. Ц. в двух редакциях; первая — анонимная во всех списках, написана была в 1397 г. и являлась первым литературным трудом Цамблака; вторая редакция была составлена им через 6—9 лет; до нас дошел лишь единственный список этой редакции, значительно разнящейся от первой; 20) «Мучение святого и славного мученика Иоанна Нового, иже в Белограде мучившегося», написано в 1402 г. и тогда же произнесено по случаю перенесения мощей из Белграда в Сочаву; сильным подражением Гр. Ц. является «Слово» о том же святом, составленное игуменом Нямецкого монастыря Феодосием; 21) «Григория, мниха и пресвитера, игумена обители Плинаирские, надгробное слово иже во святых по истине. Киприану Архиепископу Российскому»; 22) «Похвальное слово иже во св. отцу нашему Евфимию патриарху Тырновскому»; 23) «Сказание о св. Параскевии, како перенесена бысть во славную Сербскую землю» (принадлежность этого жития Г основывается на словах Димитрия Ростовского, согласно заявления которого Цамблаком же было установлено празднование памяти этой святой в Киевской епархии); 24) «Повествование о сербском царе Стефане Дечанском»; 25) «Богослужебный стих на успение Пресвятой Богородицы»; 26) «Похвальное слово 40 мученикам»; 27) «Слово на праздник цветоносия», написанное в двух редакциях, причем обе дошли до нас в рукописях Гавриила; первая редакция составлена в период 1403—1406 г, вторая же, отличающаяся очень незначительными стилистическими поправками, ко времени пребывания Гр. Ц. в России, т.е. к 1415—1419 гг.; 28) «Беседа о посте и слезах» и «Беседы о милостыне и нищих» написаны и произнесены были Гр. Ц. в одно и то же время, а именно в бытность его игуменом Нямецкого моря, в первые два воскресные дня великого поста;  «Слово на Благовещение»; 31) «Слово отцам в Констанце»; 32) «Слово трем отрокам и Даниилу».

Все эти труды Цамблака известны нам по рукописям, относящимся к XV—XVII вв.; есть основания полагать, что Григорий не ограничился составлением известных нам поучений, и наряду с ними произносил и другие, которые остались не записанными; известно по крайней принимались слушателями отзывчиво: «вашу любовь зрят, слово учение сладце приемлюще».

Одни из сочинений Григория Цамблака относятся к первому периоду его учительско-проповеднической деятельности, и в написании их автор именуется обыкновенно просто «инок и пресвитер»; таких поучений известно восемь; они приводятся у большинства церковных исследователей, но не всегда полностью; произведения второго периода деятельности Григория, т. е. его пребывания в России, сопровождаются надписанием «архиепископ Российский» или же «митрополит», и, наконец, труды его, относящиеся к третьему периоду, по оставлении России, подписаны «мних, пресвитер и игумен» или же «игумен обители Панкраторовы».

Рукописи и списки с них в настоящее время являются разбросанными по разным книгохранилищам, но больше всего их имеется в Казанской духовной академии, Афонском св. Павла монастыре, в Моск. Синод. библ., в Румянцевском музее в Москве, в С.-Петербургской Публичн. библиотеке, в книгохранилищах Толстого, Царского, Ундольского, в Виленск. Публичн. библ., в Музее Киевск. духовн. академии и др., а за границей главным образом они сконцентрированы в Букурештском национальном музее и в Нямецком монастрыре в Молдавии.

Литературная деятельность Гр. Цамблака, не ограничиваясь составлением слов и поучений, выразилась также в ряде его переводов с греческого. Прекрасное знакомство его с греческим языком и сознательное отношение к литературной деятельности заставляет думать, что и в этой области Григорий Цамблак поработал немало, но до сих пор известны лишь две переведенные им вещи: 1) «Послание вселенского патриарха Матфея к Молдавскому господарю Александру Доброму воеводе от 26 июля 1401 г.» Переведено оно в 1426 г. и подписано Гавриилом, т. е. иноческим именем Григория Цамблака. 2) «Окружное послание восточных патриархов против Флорентийской Унии и против Константинопольского патриарха Митрофана от 6-го апреля 1443 г.»; переведено было тогда же, очевидно в силу живого интереса в Молдавии к униатскому движению в Византии. Оба перевода очень удачны и весьма близки к подлиннику; второй из них может в то же время служить и оправданием от возведенных позже на Григория Цамблака обвинений в подписании во время присутствия на Флорентийском соборе акта о соединении церквей.

Кроме того Григорий приписывают и слово: «Како держат веру немци»; это слово известно только по рукописи XVI в. (в Моск. Син. библ. — II, 3, № 330, стр. 741) и направлено главным образом против католиков. Ввиду перечня пунктов несогласия католиков с православными в вере и обычаях, это поучение могло служить руководством для православных, чтобы предохранить себя от заблуждений. Но особенный интерес представляет «Мучение святого и славного мученика Иоанна Нового, иже в Белограде мучившегося». Это слово дало повод преосвященному Мельхиседеку написать о Григории Цамблаке целый очерк (Episcop Melchisedec, Vieta si scrierile lui Geigorie Tamblacu, Bucuresci, 1884) и имеет очень важное значение для исторической этнографии и истории торговли в нынешней Бессарабии и на южном побережье Черного моря. В этом слове Григорий дает интересные сообщения о Белграде, его торговом значении и пр. Поводом, побудившим Григория написать это слово, послужило перенесение мощей великомученика Иоанна Нового в 1402 г. при Александре Добром. В это самое время Григорий был в Молдавии и, как это можно предполагать, ему было поручено составление похвального слова на этот торжественный случай.

Как проповедник Григорий пользовался в свое время большою известностью и являлся достойным соперником Фотия. Направление его проповеди — историко-догматическое. В его произведениях есть гибкость мысли и языка, легкость и красота слога, плодовитость и цветистость. Подобно Кириллу Туровскому, он излагает подробно историю воспоминаемого события, или празднуемого святого, иногда разъясняя некоторые вопросы христианского вероучения[2]. Проповеди Цамблака, пожалуй, даже превзойдут Фотиевы по глубине отвлеченного богословского созерцания, но уступят в силе жизни. Он удален был от зачинавшегося нового северного средоточия русской жизни. Для него остались чуждыми основные запросы тогдашней русской жизни, уже начавшей концентрироваться вокруг Москвы. Его мысль могла витать на высотах церковного богословия, но она была слишком отвлечена от народной жизни. Своими проповедями он как бы хотел воскресить лучшую пору в истории христианского ораторства, но, живя как бы вне времени и места и не отвечая на запросы общественности, он остался в стороне от главных течений духовной проповеди своего века. Его литературная физиономия довольно трудно поддается точному определению. Скорее всего он «оратор-художник в полном смысле термина, всегда подогретый поэт-лирик, который пользуется всем, что по его взгляду красиво и возвышенно само по себе, что отмечено печатью убедительной величавости и полной мощи».[3]

Правда в спорах с иудеями, с католиками (об опресноках) обнаруживаются в его трудах современные отношения, да разве еще в идеальном изображении иноческой жизни и в обличении порока.[4] Во всем прочем Григорий весь погружался в общие истины, составляющие основу христианской церкви. Несмотря на это его сочинения пользовались большим уважением даже и в Московской Руси.

Уже в XV веке его проповеди иногда вносились в сборники церковных поучений наряду с проповедями Иоанна Златоуста и др. отцов, без имени автора, а в XVI в. под различными именами вносились весьма часто. Между прочим, Московский митрополит Макарий внес сочинения Цамблака в свои Четьи-Минеи, разместив их под разными числами, а затем большинство из них поместил в июльскую книгу под названием «кн. Григория Самвлака». Действительно, несмотря на вышеуказанные недостатки его проповеди, как сам автор свидетельствует, его паства слушала со вниманием[5]: «вижу, что ваша любовь сладко приемлет слово учения, как добрая и тучная земля семена». С 1419 г. в России Григорий сходит со сцены; в русских летописях он уже не упоминается. Кроме того по некоторым известиям (Рукоп. Евангелия Афонск. св. Павла монаст. и др.) он умер в 1419—20 г. и даже указывается время смерти и причина ее — зимою от моровой язвы и говорится, что похоронен он в Вильне в кафедральной Успенской церкви. Но есть и другие известия, по которым Гр. был митрополитом не 4 года, а 22, т.е. до времени митрополита Исидора, и вместе с тем указывается, что он оставил кафедру из-за ненависти, которую питал к нему Фотий; кроме того, оставлению кафедры способствовало стремление Витовта привлечь Цамблака к папизму. Трудно сомневаться в достоверности этих сведений, между прочим приводимых Ходыкевичем в его историко-критических рассуждениях о Киевской и Галицкой митрополии и повторенных в списке митрополитов, тем более, что они подтверждаются в румынских известиях о Григории Цамблаке.

Третьим обстоятельством, побудившим Григорий покинуть Киевскую кафедру, была борьба Витовта с поляками, которая заставила его искать союза с Москвой, для чего ему пришлось помириться с Московской церковью и пожертвовать ради этого Григорием. Положение Гр. в западной Руси еп. Мельхиседек рисует следующими словами: «Чужанин, избранный против желания местных епископов, с нарушением земских прав, осуждаемый митрополитом Московским и патриархом Константинопольским, у которых были два сильные покровителя — московский царь и византийский император Эмануил Палеолог, Григорий Цамблак был поставлен в ложное положение в Киевской митрополии». Естественно, что он через четыре года архипастырского служения на Литве, сильно терзаемый, очутился в тяжелом положении относительно дальнейшего будущего: или самому отказаться от Киевской митрополии, или с бесчестием быть от нее отрешенным; как кажется, он избрал первое». Какую же память мог оставить по себе Гр. в Москве, это видно из слов, которые читались в XVI в. в архиерейской присяге «отрицаюся и проклинаю Григориева Цамблакова раздрание, яко же и есть проклято».

Оставив Россию, Григорий поселился в Сербии, где правивший в то время деспот Стефан Лазаревич поставил его игуменом монастыря Дечан. Здесь Григорий написал два свои труда: «похвальное слово Петки или Параскевы» и «житие Стефана, иже в Дечах». Пробыв здесь недолго, он направился в Молдавию, откуда был послан преемником Александра Доброго в Константинополь, как полагаю для получения от патриарха утверждения в сан митрополита Молдавского.[6] В Константинополе Цамблак оставался недолго и вернулся обратно в Молдавию. Григорий приписывают немаловажную роль в деле установления румынской азбуки и хотя прямых указаний на это нет, тем не менее это вполне правдоподобно. Трудно допустить, чтобы Александр Добрый, собиравшим тогда лучших людей своего времени, не обратил бы внимание на Григория Цамблака, пользовавшегося репутацией умного и образованного человека; к тому же ко времени его царствования нужно отнести начало применения в Молдавии славянской азбуки и вообще начало письменности. Из дальнейшей жизни Григория, многие свидетельства и предания ясно указывают на пребывание его в Нямецком монастыре (основ. в Молдавии в 1390—1399 гг.) в качестве игумена, где и были написаны шесть похвальных его слов: «40 мученикам, в Великий Четверг, в Великий Пяток, пророку Илии, великомученику Георгию», и «мучение св. Мученика Иоанна Нового». Предполагают, что Цамблак жил приблизительно до 1450 года, а историк Нямецкого монастыря (его постриженник) иеросхимонах Лидроник свидетельствует, что Григорий похоронен в большой церкви Нямецкого монастыря «в среднем при дворе, возле о. Силуана, где лежат два камня, один возле другого, перед иконой Св. Вознесения».

Одна из первых статей ο Григории принадлежит митр. Евгению, который рассматривал Григория как киевского митрополита начала XV века; затем следующим по времени появления следует признать розыскание о Григории, встречающееся в «Обзоре русской духовной литературы» архиеп. Филарета. Первой специально посвященной статьей ο Григории как писателе является работа преосв. Макария, напеч. в Изв. Имп. Ак. наук. Довольно много места и внимания уделено Цамблаку было также проф. С. П. Шевыревым в его лекциях по истории русской словесности. Оба последние исследования, далеко не исчерпывающие сами по себе, подготовили, однако, почву как для дальнейших разысканий, так, в частности, и для горячего спора, завязавшегося в русской духовной литературе о характере и направлении проповеди Григория Цамблака. Главными литературными представителями этого спора явились, с одной стороны, митроп. АНТОНИЙ, а с другой — проф. Голубинский. Исчерпывающую же разработку всей литературы о Цамблаке, о его проповеднической деятельности, а также весьма ценное установление точных хронологических дат можно найти в многочисленных трудах А. Яцимирского.

Л. Ельницкий

 

[1] Далее зачеркнуто: Здесь в пределах России Гр. был игуменом «обители Плинаирьскыа», которая, как полагают некоторые, могла находиться в западной Руси, где-нибудь близ границы Литвы.

[2] Далее зачеркнуто: и почти не касаясь нравственных приложений.

[3] Далее зачеркнуто: Русь же нуждалась не в ораторах, а в проповеднике, не в красоте слова, а в ею жизненности, в применительности к современным потребностям жизни. Проповедь же Гр. как раз отличалась византийской витиеватостью, риторическими узорами, сплетаемыми из фигур всякого рода, преимущественно из  антитез.

[4] Далее зачеркнуто: впрочем общего всем векам человечества, и особенно противного чувству христианского пастыря.

[5] Далее зачеркнуто: и что зерно их, падая на хорошую почву, оно приносило плод.

[6] Далее зачеркнуто: но такому мнению, основанному исключительно на предположениях, нельзя придавать научного значения, тем более, что избрание Цамблака в молдавские митрополиты не доказано.

Источник: Русский биографический словарь. А. А. Половцов

Помощь в распознавании текстов