Кафизма 6

Надписание и Содержание

Пс.37:1 Ѱало́мъ дв҃дꙋ, въ воспомина́нїе ѡ҆ сꙋббѡ́тѣ.

Надпись этого псалма в Еврейском тексте не упоминает о субботе, а только полагает: Песнь Давида в воспоминание; но семьдесят толковники для лучшего изъяснения материи псалма заблагорассудили приложить слово и о субботе. Блаженный Августин, которому последует и святой Григорий (Беседовник), считает, что этот псалом, как один из покаянных, прилично сложен кающимся Давидом в воспоминание субботы, то есть, покоя, потерянного в состоянии невинности и обещанного в воскресение праведных: можно также понимать и о той субботе, которую празднует благая совесть, наслаждаясь благодатью Бога, и которую теряет тот, кто согрешает, и даже о которой с воздыханием воспоминает, кто истинное покаяние приносить начинает. Итак, содержанием этого псалма есть молитва кающегося, подобная той, которая содержится в псалме 6 (Пс.6), и которая то же самое начало имеет; почему весьма вероятно, что эта молитва сложена в то время, в которое убежал Давид из Иерусалима, по причине гонения Авессаломом.

Толкование

Пс.37:2 Гдⷭ҇и, да не ꙗ҆́ростїю твое́ю ѡ҆бличи́ши менѐ, нижѐ гнѣ́вомъ твои́мъ нака́жеши менѐ.

Кающийся Давид молится, чтобы Бог не наказал его во гневе и в ярости Своей, как поступает судья с преступниками, но наказал бы его с милостью, как поступает врач с болящими. Смотри изложенное в начале псалма 6 (Пс.6), где сказали мы, что между яростию и гневом, и между глаголами обличиши и накажеши нет никакой разницы. Но если кому угодно различие принять, тот может, с блаженным Августином и со святым Григорием, понимать, что во гневе наказываются те, которые претерпевают за грехи страдания временные, а обличаются в ярости те, которые осуждаются в геенну. Пророк же молится Богу, чтобы Он наказал его здесь за соделанные грехи, а не в геенне или в вечном огне, который всего того тяжелее, что может человек претерпеть в жизни сей. К этому присовокупить должно и то, что хотя в этом месте и в Пс.6:2, гнев Божий берется за осуждение, происходящее от правосудия: однако также берется иногда за отеческую ревность Бога, Который гневается на сынов не с тем, чтоб их погубить, но сохранить.

Пс.37:3 Ꙗкѡ стрѣ́лы твоѧ̑ ᲂу҆нзо́ша во мнѣ̀, и҆ ᲂу҆тверди́лъ є҆сѝ на мнѣ̀ рꙋ́кꙋ твою̀.

Поскольку ведал Пророк, что нет ничего сильнее ко испрошению прощения грехов, как совершенное признание греха и оплакивание оного пред Господом, для того в этом и в нескольких следующих стихах оплакивает бедствие, которое приносит с собою смертный грех, как бы сказал: не обличи и не накажи меня во гневе Твоем, поскольку очень тяжек есть, как я испытал уже опытом моим. Ибо бедствия и скорби, приключившиеся мне за грехи мои, которые Ты праведно наказываешь, как стрелы унзоша во мне, то есть, не слегка только коснулись, но проникли во внутренность сердца: ибо Ты так отяготил на мне руку Твою, что стрелы оные глубоко пронзили меня. Под именем же стрел сих понимает либо смерть сына, от Вирсавии зачатого, либо бесчестие дочери, от родного брата Аммона изнасилованной, либо кровосмешение и прелюбодеяние жен своих, от Авессалома оскверненных, либо изгнание свое из царства и низложение с престола, и другие подобные бедствия, которые претерпел он за грех свой, Богом его наказывающим. А может быть, стрелами называет и такие обличительные слова, которые от Нафана, посланника Божия, слышал: сия глаголет Господь Бог Израилев: Аз есмь помазавый тя в царя над Израилем, и Аз есмь, избавивый тя от руки Сауловы. И дах ти дом господина твоего, и жены господина твоего на лоно твое, и дах ти дом Израилев и Иудин: и что яко презрел еси слово Господне, еже сотворити лукавое пред очима Его? Урию Хеттеанина убил еси мечем, и жену его поял еси себе в жену: и ныне не отступит мечь от дому твоего до века (2Цар. 12:7 и след.). Таковая укоризна за презрение благодеяний и возвещение казней, без сомнения, весьма тяжко пронзило душу Давида, и поразило его стыдом, боязнью и презельною²²⁴ печалью.

Пс.37:4 Нѣ́сть и҆сцѣле́нїѧ въ пло́ти мое́й ѿ лица̀ гнѣ́ва твоегѡ̀, нѣ́сть ми́ра въ косте́хъ мои́хъ ѿ лица̀ грѣ̑хъ мои́хъ.

Описывает действие стрел Господних, и говорит, что он сильно смущается и не может обрести себе покоя, воображая гнев Божий и грехи свои, которыми гнев оный привлек на себя. Несть исцеления, говорит, в плоти моей от лица гнева Твоего, то есть, воображение гнева Твоего, которое всегда обращается пред мысленными очами моими, тело мое печалью снедает и чувствительно изнуряет. Несть мира в костех моих от лица грех моих, то есть: воображение безобразия и тяжести греха моего так меня смущает, что не имею никакого покоя, но даже и сами кости содрогаются.

Пс.37:5 Ꙗ҆́кѡ беззакѡ́нїѧ моѧ̑ превзыдо́ша главꙋ̀ мою̀, ꙗ҆́кѡ бре́мѧ тѧ́жкое ѡ҆тѧготѣ́ша на мнѣ̀.

Даёт причину, почему столь смущается, глядя на грехи свои: поскольку, говорит, грехи его суть многи и велики. Яко беззакония моя превзыдоша главу мою: то есть, в такую кучу возросли, что меня совсем подавляют, подобно воде, которая со всех сторон подавляет человека, который зашел в глубокую реку так, что вода превышает голову его. Яко бремя тяжкое отяготеша на мне: то есть, грехи мои так велики, что бременят рамена души моей²²⁵, подобно неудобно носимой тягости, ибо превышают силы мои так, что я не могу соответствовать столь тяжкому игу. Грех Давидов хотя состоял в одном только прелюбодеянии и убийстве, но истинно кающийся усматривает в нем многие безобразия и гнусности. Ибо Давид обидел Урию, верного слугу своего, у которого жену и жизнь похитил; обидел Вирсавию, которую на грех склонил и нравственно убил; обидел жен своих, к которым верности не сохранил; обидел весь народ, даже и самых неверных, худым примером соблазнив, почему и Пророк Нафан сказал: яко поощряя изострил еси врагов Господних глаголом сим (2Цар. 12:14); обидел, наконец, Бога, Которого закон явно преступил. Итак, если перечислить, сколько лиц таким грехом своим Давид оскорбил, то не без причины должен был он сказать: беззакония моя превзыдоша главу мою. За тем тяжесть греха его и из следующих обстоятельств познать можно: ибо 1) убил Урию невинного; 2) весьма верного; 3) такого, который тогда за Давида кровь на брани проливал; 4) поскольку жену его прелюбодейством осквернил, и тем не удовлетворясь, захотел еще больше обидеть его, ибо 5) умыслил сделать его самого виновником смерти своей, написав к Иоаву, чтобы убил Урию, и тем удостоверить хотел, что он в великом некоем преступлении виновен, а таким образом славу имени его опорочил. Главная же причина тяжести греха Давида была неблагодарность к Богу, Который на одного его почти все телесные и духовные дары излиял: ибо Он сделал его и царем великим, и пророком изящным, и военачальником прехрабрым. Он одарил его мудростью, телесною силою, красотою лица, богатством и всеми благами, какие только человеку пожелать было возможно. Всё это, поистине, сделало грех его тягчайшим, который когда сам он положил на весы здравого рассуждения, то не мог по справедливости не сказать: беззакония моя яко бремя тяжкое отяготеша на мне. И в этом есть причина, почему многие не так испытывают должного чувства сожаления о своих грехах, как бы того надлежало испытывать: поскольку немногие тяжесть греха на весах прямого рассуждения измеряют.

Пс.37:6 Возсмердѣ́ша и҆ согни́ша ра̑ны моѧ̑, ѿ лица̀ безꙋ́мїѧ моегѡ̀.

Эти слова относятся к тому времени, которое прошло между грехом прелюбодеяния и увещанием пророка Нафана и продолжалось более девяти месяцев, ибо Нафан обличил Давида тогда, когда уже родился младенец, от прелюбодеяния того зачатый, как повествуется во второй книге Царств (2Цар.12). Итак, в течении всего этого времени медлил Давид врачевать язвы греха своего покаянием. Между же тем, нарастали на них как бы некие струпы забвения, которые не попускали ему видеть язв, но струпы те загнаивались, и язвы делались тягчайшими и неисцелимыми. Именно это состояние свое оплакивает здесь, говоря: возсмердеша и согниша раны моя от лица безумия моего, то есть: безумие мое, а не искусство врача было причиною того, что я ран моих не примечал; оно же было причиною и того, что раны те, загноившись, мерзость и зловоние соблазна во все стороны распространили.

Пс.37:7 Пострада́хъ и҆ слѧко́хсѧ до конца̀, ве́сь де́нь сѣ́тꙋѧ хожда́хъ:

От такого гниения ран произошло то, что Давид сделался дряхл и погорблен²²⁶. Это можно понимать двояким образом: во-первых, о грехе, во-вторых, о наказании. Ибо кто тяжко согрешает, а особенно грехом любострастия, тот в самом деле бывает слячен²²⁷: поскольку оставив Бога, в котором состоит истинное наше услаждение, преклоняется к земле и бывает подобен скотам, и потому страждет до конца, то есть, очень бывает беден, так что беднее его никто быть не может; поскольку от наслаждения Ангельского уклоняется к похотям скотским. Можно понимать эти слова и о наказании: ибо кто оскверняется грехом любострастия, тот страждет и слячется²²⁸ угрызением совести, страхом гнева Божия, стыдом и срамом, так что таковой человек не смеет уже и очей возвести на небо. Но можно еще оба значения соединить вместе и протолковать так: пострадах и слякохся до конца, либо потому, что душевные очи, которые должен был иметь углубленными в Бога, обратил к плотским и подлым удовольствиям, либо потому, что от стыда на небо воззреть не могу, но как скот в землю смотреть принужден бываю. Поэтому, не терпя угрызение и обличение совести, повседневно смущен и печален хожу: ибо какое веселие может быть человеку грехами сляченному²²⁹, если только чувствует он грехи свои?

Пс.37:8 ꙗ҆́кѡ лѧ́двїѧ моѧ̑ напо́лнишасѧ порꙋга́нїй (в Евр. ѻ̑гнежже́нїѧ), и҆ нѣ́сть и҆сцѣле́нїѧ въ пло́ти мое́й.

Пс.37:9 Ѡ҆ѕло́бленъ бы́хъ и҆ смири́хсѧ до ѕѣла̀, рыка́хъ ѿ воздыха́нїѧ се́рдца моегѡ̀.

От частного греха своего переходит Пророк ко всеобщему растлению, которое ощущал он во плоти своей по причине греха прародительского, откуда частный грех оный как от источника проистекал: на что жалуясь, говорит, что он по причине того растления вынужден страдать, смиряться, непрестанно стенать и рыкать. Яко лядвия моя наполнишася огнежжения: то есть, часть оная скотская и похотствующая, прервав узду первобытной непорочности, рождает во мне непрестанно пожелания бесчестные и гнусные, которыми как огнем жжет нижние части тела моего. И несть исцеления в плоти моей: поскольку не живет в ней благое, но злое скопище страстей различных, которые делают ее бессильною. По этой причине озлоблен бых и смирихся до зела: ибо стыдно мне, человеку, разумом одаренному, подвергаться таковым скотским движениям. Из-за этого стенаю от болезни и не могу удержать воздыхания внутрь сердца моего, но как зверь рыкаю и сильный вопль произношу. Раввины и их последователи баснословят здесь о какой-то болезни телесной и гнусной, которой как бы Давид страдал в детородных частях тела; но святые отцы: Амвросий, Иероним, Августин и Григорий в толкованиях своих относят все эти слова к похоти плотской, говоря, что эта Давидова жалоба подобна той, о которой читаем у Апостола в послании к Римлянам (Рим. 7:23–24): вижду ин закон во удех моих, противу воюющ закону ума моего, и пленяющ мя законом греховным, сущим во удех моих. Окаянен аз человек: кто мя избавит от тела смерти сея?

Пс.37:10 Гдⷭ҇и, пред̾ тобо́ю всѐ жела́нїе моѐ, и҆ воздыха́нїе моѐ ѿ тебє̀ не ᲂу҆таи́сѧ.

Поскольку сказал, что внутреннее воздыхание сердца произвело наружный вопль и рыкание, для того объясняет здесь, к кому воздыхает сердцем, – и говорит, что воздыхает к Тому, Который испытывает сердца, и знает, чего желает дух. Господи, пред Тобою все желание мое: то есть, Ты, Господи, один видишь всё желание моё, которое не в ином чём состоит, как в том, чтоб Ты меня избавил от вредной похоти, и чтоб мог я жить в совершенном покое. Это желание моё, это внутреннее воздыхание моё от Тебя не сокрыто. Нечто сему подобное и Апостол говорит: и мы сами в себе воздыхаем, всыновления чающе, и избавления телу нашему (Рим. 8:23).

Пс.37:11 Се́рдце моѐ смѧте́сѧ, ѡ҆ста́ви мѧ̀ си́ла моѧ̀, и҆ свѣ́тъ ѻ҆́чїю моє́ю, и҆ то́й нѣ́сть со мно́ю.

Пророк продолжает описывать растление естества человеческого, и во-первых, говорит: сердце мое смятеся, чем означает внутреннюю брань, происходящую от мятежа низшей части против высшей, то есть, плоти против духа. Потом прибавляет: остави мя сила моя: ибо от этой брани такая рождается немощь, что человек хотя и не хотя²³⁰ чувствует пожелания злые, и с Апостолом вопиет: еже хотети прилежит ми, а еже содеяти доброе, не обретаю (Рим. 7:18). К этому, наконец, прибавляет: и свет очию моею, и той несть со мною. Ибо от той же брани родится не только немощь в воле, но и помрачение в уме: поскольку часто судим о вещах не так, как они есть сами в себе, но как нам, зло расположенным, кажутся, подобно страждущим огневицею²³¹, которые сладкое почитают за горькое, а горькое за сладкое. Поэтому не говорит: свет очей моих погас, но: несть со мною; ибо свет разума или рассудка, хотя всегда есть в душе разумной, но поскольку тело, подверженное тлению, обременяет душу, то мы, часто будучи развлекаемы плотскими страстями, не можем употреблять его. И потому говорит: свет очей моих, – свет, говорю, очей внутренних, несть со мною, – хотя и во мне есть. Во мне есть по существу, но не есть со мною по употреблению.

Пс.37:12 Дрꙋ́зи моѝ и҆ и҆́скреннїи моѝ прѧ́мѡ мнѣ̀ прибли́жишасѧ и҆ ста́ша.

Описав брань, непрестанно внутри человека происходящую, здесь описывает еще и внешние брани, гонения и клеветы, которые есть не что иное, как казни за грехи. И во-первых жалуется, что самые искренние друзья его сделались ему врагами. Это случилось прежде всего во время мятежа сына его Авессалома, с которым многие из друзей и ближних Давидовых против него согласились. Затем прибавляет:

Пс.37:13 И҆ бли́жнїи моѝ ѿдале́че менє̀ ста́ша, и҆ нꙋжда́хꙋсѧ и҆́щꙋщїи дꙋ́шꙋ мою̀: и҆ и҆́щꙋщїи ѕла̑ѧ мнѣ̀ глаго́лахꙋ сꙋ́єтнаѧ, и҆ льсти̑внымъ (словесе́мъ) ве́сь де́нь поꙋча́хꙋсѧ.

В предыдущем стихе сказал, что самые искренние друзья, каков был Авессалом и сообщники его, сделались врагами и восстали на него с тем, чтоб вред причинить: а здесь говорит, что и те, которые обыкновенно близ него стояли, как то воины и рабы, вдалеке стали, и во время гонения не хотели прийти к нему, между тем как враги его с великим усилием старались жизнь отнять у него. И как Давид не только имел таких врагов, которые искали души его, то есть, желали убить его, каковы были воины Авессаломовы, но и таких, которые поносили честь и достоинство его, каков был Семей, который проклинал его проклятием горьким, как повествуется в 3 книге Царств (3Цар.2), и других, которые хитрые советы давали против него; как то Ахитофел, и другие: для того далее прибавляет: ищущии злая мне, глаголаху суетная, и льстивным (словесем) весь день поучахуся.

Пс.37:14 А҆́зъ же ꙗ҆́кѡ глꙋ́хъ не слы́шахъ, и҆ ꙗ҆́кѡ нѣ́мъ не ѿверза́ѧй ᲂу҆́стъ свои́хъ:

Пс.37:15 и҆ бы́хъ ꙗ҆́кѡ человѣ́къ не слы́шай и҆ не и҆мы́й во ᲂу҆стѣ́хъ свои́хъ ѡ҆бличе́нїѧ.

Эти слова ясны и весьма истинны, что лучше всего можно видеть из 2 книги Царств (2Цар.16), где читаем, что когда Семей проклинал Давида и называл его мужем кровей, то есть, убийцей и похитителем царства, тогда Давид с удивительным терпением снес его, и ни одному из своих воинов не попустил наказать или обличить его. Таким образом, сделался яко глух, и не слышай, и яко нем, и не имый во устех своих обличения.

Пс.37:16 Ꙗ҆́кѡ на тѧ̀, гдⷭ҇и, ᲂу҆пова́хъ, ты̀ ᲂу҆слы́шиши, гдⷭ҇и бж҃е мо́й.

Дает три причины, ради чего сделался глух и нем: поскольку дескать, во-первых, за полезнейшее почел надежду свою возложить на Господа, нежели на свою собственную защиту. Как бы сказал: я был глух и нем, поскольку на тя, Господи, уповах; я не внимал, сколько ни произнесли они ложных и пустых слов на меня, поскольку знал, что Ты все слышишь и знаешь, и как праведный Судья воздашь каждому по делам его: и поскольку на Тебя уповал, то не усомнюсь, что Ты услышишь меня, Господи Боже мой, и избавишь от уст неправедных и от языка льстивого.

Пс.37:17 Ꙗ҆́кѡ рѣ́хъ: да не когда̀ пора́дꙋют ми сѧ вразѝ моѝ: и҆ внегда̀ подвижа́тисѧ нога́мъ мои̑мъ, на мѧ̀ велерѣ́чеваша.

Это есть вторая причина, почему сделался глухим и немым. Яко рех, говорит, да не когда порадуют ми ся врази мои. То есть: помыслил в себе, что лучше мне терпение иметь, и надеяться на помощь Господню, нежели быть нетерпеливым и воздавать зло за зло: ибо иначе Бог оставил бы меня и враги мои порадовались о мне, то есть, о падении моем. И не без причины боялся, чтобы враги не порадовались о падении моем; ибо когда колебались ноги мои, то есть, когда близок был я к падению и находился в опасности потери царства, врази мои на мя велеречеваша, то есть, угрожали мне окончательной погибелью.

Пс.37:18 Ꙗ҆́кѡ а҆́зъ на ра̑ны гото́въ, и҆ болѣ́знь моѧ̀ предо мно́ю є҆́сть вы́нꙋ.

Прибавляет третью причину, ради чего судил за благо сделаться глухим и немым перед своими противниками. Яко аз, говорит, за грехи мои на раны готов, то есть: не только на язвительные и хульные слова, но даже и на самые бичи; ибо болезнь, которую заслужил я, или грех мой, который был причиной непрестанной болезни моей, всегда пред мысленными очами моими обращается.

Пс.37:19 Ꙗ҆́кѡ беззако́нїе моѐ а҆́зъ возвѣщꙋ̀ и҆ попекꙋ́сѧ ѡ҆ грѣсѣ̀ мое́мъ.

Дает причину, ради чего сказал: яко аз на раны готов. Поскольку, говорит, беззаконие мое признаю и исповедую, что я согрешил, и потому заслужил те раны: ради этого попекуся о гресе моем, то есть, прилежно помыслю, каким образом мог бы я очистить мой грех и через то примириться с Господом и полное прощение от Него получить. Ибо такое спасительное наставление внушает кающимся, дабы прилежно пеклись об очищении грехов и охотно принимали случаи²³², подаваемые Богом приносить покаяние.

Пс.37:20 Врази́ же моѝ живꙋ́тъ и҆ ᲂу҆крѣпи́шасѧ па́че менє̀, и҆ ᲂу҆мно́жишасѧ ненави́дѧщїи мѧ̀ без̾ пра́вды:

Пророк, предложив причины, ради чего сделался глух и нем перед своими противниками, чтобы терпением умилостивить Бога, здесь противополагает терпению своему непримиримую злобу врагов, которые не смотря на то, что он не воздавал им зла за зло, противоположным образом поступали с ним, и злом платили за добро, однако жили благополучно, возвышались и укреплялись. Об этом для того упоминает, чтобы удобнее Бога на милость преклонить, как бы сказал: я смиряюсь и страдаю, и притом терпение храню, так как бы был глух и нем: врази же мои, между тем, живут, благоденствуют, веселятся, укрепляются более меня, и умножаются числом, ненавидя меня без всякой справедливой причины, или по крайней мере по причинам ложным и вымышленным. Это, по-видимому, относит к возмущению Авессалома, который ложью своею удостоверял народ, что царь отец его не имеет у себя людей, которые бы справедливо дела судили, и что если бы он был поставлен царем, то стал бы судить весьма справедливо. Ибо отсюда произошло, что народ взбунтовался и всем сердцем последовал Авессалому, как повествуется во второй книге Царств (2Цар.15).

Пс.37:21 воздаю́щїи мѝ ѕла̑ѧ воз̾ блага̑ѧ ѡ҆болга́хꙋ мѧ̀, занѐ гонѧ́хъ благосты́ню.

Доказывает вышесказанные слова, что враги ненавидели его без всяких справедливых причин. Ибо те самые, которые пользовались его благодеяниями, клеветали на него и воздавали зло за добро, каков был Авессалом и Ахитофел советник. Ибо первый премногие благодеяния от Давида получил: он незадолго перед этим прощен был в убийстве брата, однако оболгал Давида отца своего, как нерадивого и несправедливого, говоря к приходившим на суд к царю: се, словеса твоя блага и удобна, но слушающаго несть ти от царя (2Цар. 15:3). Равным образом и Ахитофел великую честь получил от Давида: он был главным советником у царя, однако, забыв благодеяние, отложился от Давида к Авессалому, которому дал весьма зловредные советы против Давида (2Цар. 16–17). Следующие слова: зане гонях благостыню, показывают, что Давид гоним был за то, что чистосердечно и благонамеренно со всеми поступал, и потому противен был беззаконным намерениям и предприятиям врагов, что делало бедствие его тягчайшим.

Пс.37:22 Не ѡ҆ста́ви менѐ, гдⷭ҇и бж҃е мо́й, не ѿстꙋпѝ ѿ менє̀:

Пс.37:23 вонмѝ въ по́мощь мою̀, гдⷭ҇и спасе́нїѧ моегѡ̀.

Этим заключает псалом, и молится Богу, дабы помог ему покровительством Своим, и как бы то же повторяет, что в начале псалма сказал. Ибо Бог тогда наказывает человека яростью и гневом, когда лишает его благодати Своей, и как от врага отступает, поставляя его среди врагов как обнажённым без помощи Своей. Ибо как в начале псалма сказал: Господи, да не яростию Твоею обличиши мене, так здесь, при конце, заключает: не остави мене, Господи Боже мой, то есть: не отними от меня милости Твоей; ибо Ты есть Господь мой, от Которого я завишу весь, и Бог мой, Который создал меня для Тебя, верховного блага. Не отступи от Мене, как от врага, но лучше вонми в помощь мою, как отец, и как виновник спасения моего, которого от Тебя одного ожидаю, и на Которого одного надежду мою возлагаю.

Надписание

Пс.38:1 Въ коне́цъ, і҆дїѳꙋ́мꙋ (в Евр. Нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ і҆дїѳꙋ́мꙋ), пѣ́снь дв҃дꙋ.

Содержание

В этом псалме жалуется Давид на некоторую внутреннюю скорбь, которая так была велика, что довела его до нетерпеливости и исторгла жалобы.

Толкование

Пс.38:2 Рѣ́хъ: сохраню̀ пꙋти̑ моѧ̑, є҆́же не согрѣша́ти мѝ ѧ҆зы́комъ мои́мъ: положи́хъ ᲂу҆стѡ́мъ мои̑мъ храни́ло (в Евр. вложꙋ во ᲂу҆ста̀ моѧ̀ ᲂу҆дило), внегда̀ воста́ти грѣ́шномꙋ предо мно́ю.

Глагол рех не всегда означает внешнюю речь, но и внутреннее каждого человека чувствование, а потому иногда придается к нему слово, в сердце, или в помышлении; следовательно, Давид не хвалится здесь мужеством своим, но чистосердечно признается пред Богом в слабости своей, хотя и крепко боролся с належавшим²³³ искушением. Это обстоятельство следует отметить; ибо не напрасно столько усердствовал превозмогать себя, поскольку знал немощь свою так, как и то, сколь многоразличные козни устраивает сатана. Поэтому обозревал себя отовсюду²³⁴, и со всех сторон ограждался стражею, чтобы искуситель или с правой или с левой стороны не проник потаенно во внутренность сердца. А поскольку нет ничего легче и вместе бедственнее, как согрешать языком [ибо от слов, произнесенных безрассудно, происходят ссоры, ругательства, брани, несогласие, и другие премногие бедствия, как сказал святой Иаков: язык неудержимо зло, исполнь яда смертоносна (Иак. 3:8)]: поэтому особенно прибавляет, еже не согрешати ми языком моим. Следующие за тем слова: положих устом моим хранило, или, как в Еврейском тексте выражено, вложу во уста моя удило, означают, что Давид с таким усилием старался обуздывать язык, с каким всадники коням узду в уста влагают, да повинуются им, как сказал тот же Апостол (там же, Иак. 3:3). Наконец, поскольку нет большей трудности удержать язык, как когда или клеветник или ругатель нападает на нас и вызывает на брань: ради этого говорит, что когда какой-нибудь злобный человек раздражал его или словом, или делом, тогда ещё больше хранил уста свои, дабы не произнести некоего слова, о котором бы после раскаиваться должен был.

Пс.38:3 Ѡ҆нѣмѣ́хъ и҆ смири́хсѧ, и҆ ᲂу҆молча́хъ ѿ бла̑гъ, и҆ болѣ́знь моѧ̀ ѡ҆бнови́сѧ.

Такими словами показывает, что он не словами только хранил добродетель молчаливости и терпения, но и самым делом засвидетельствовал, насколько она крепко укоренилась в сердце его. Ради этого говорит, что он, на подобие немого, молчалив был; а это было светлым знамением терпения его. Следующие слова: умолчах от благ, некоторые толкуют так, что Давид или будучи обременен бедствиями не находил ни откуда утешения, или скорбь его так была велика, что препятствовала упражняться в пении похвал Божиих. Но существенный смысл этих слов, по нашему мнению, есть такой, что хотя имел он справедливые причины к защите себя, и мог честным образом отразить от себя нападение злобных людей, однако добровольно уступал им, и лучше хотел оставить дело свое, нежели дать свободу или нетерпеливости, или гневу. Потом прибавляет, что хотя на некоторое время так себя и превозмог, но наконец зельность²³⁵ болезни расторгла все те заклепы, которыми оградил он язык свой. А если Давид, столь доблестный подвижник, посреди подвига своего пал, то уж тем более нам бояться должно подобного сему падения. Впрочем, называя болезнь свою обновившеюся, показывает, что она на некоторое время иногда утихала, но потом снова с большей силою воспламенялась, как ниже увидим.

Пс.38:4 Согрѣ́ѧсѧ се́рдце моѐ во мнѣ̀, и҆ въ поꙋче́нїи мое́мъ разгори́тсѧ ѻ҆́гнь (в Евр. и҆ въ размышле́нїи мое́мъ разгорѣ́сѧ ѻ҆́гнь): глаго́лахъ ѧ҆зы́комъ мои́мъ:

Великость болезни изображает подобием, показывая, что она, скрываясь внутри на подобие искры, великий огнь произвела, а наконец, более и более усиливаясь, в совершенный пожар обратилась. Отсюда с пользою научаемся, что чем усерднее кто к терпению располагается, тот сильнее уязвляется; ибо сатана все силы свои напрягает препобедить его, он на слабых людей не столько нападает. Итак если когда возгорится в нас подобный пламень, то мы должны приводить себе на память сей подвиг Давидов и не ослабевать духом, и тем более не отчаиваться. Теплые пары́, привлекаемые летом солнечными лучами, не находя препятствия в воздухе, подымаются вверх без всякого шума; но когда встречающиеся облака препятствуют свободному восхождению их, то необходимо бывает сражение, от чего родится гром. То же случается и с людьми благочестивыми, которые полагают восхождение в сердце своем (Пс. 83:6): ибо если бы к суетным помышлениям прилагали сердце свое, то были бы свободны от нападения врага; ныне же поскольку к Богу прилепиться тщатся²³⁶, то с противной стороны устраивается брань. И потому когда или плоть, или дьявол испустят на нас стрелы свои, или возожгут в сердцах наших тлетворный огнь, тогда вспомним, что мы тому же роду искушения подвержены, какому подвержен был и Давид. Ибо он в лице своем представляет пред очи наши зерцало человеческой слабости, чтобы мы научившись от примера его, старались прибегать под сень Божиих крыл. Такие конечные слова, глаголах языком моим, не являются излишними, но означают явное признание греха.

Пс.38:5 скажи́ ми, гдⷭ҇и, кончи́нꙋ мою̀ и҆ число̀ дні́й мои́хъ, ко́е є҆́сть, да разꙋмѣ́ю, что̀ лиша́юсѧ а҆́зъ (в Евр. ко́егѡ вѣ́ка є҆́смь а҆́зъ).

Пс.38:6 Сѐ, пѧ́ди положи́лъ є҆сѝ днѝ моѧ̀, и҆ соста́въ мо́й ꙗ҆́кѡ ничто́же пред̾ тобо́ю: ѻ҆ба́че (в Евр. вои́стиннꙋ) всѧ́чєскаѧ сꙋета̀ всѧ́къ человѣ́къ живы́й.

Отсюда видно, что Давид пострадал нечто человеческое: ибо ропщет и состязается с Богом, как из самой связи стихов яснее увидим. И хотя не много ниже прибавляет святые и благочестно сложенные молитвы, но здесь негодует, что Бог поступает с ним немилосердно, не смотря на то, что он есть человек, и притом тленный и слабый: каковыми жалобами наполнены почти все беседы Иова. Почему и Давид не без негодования говорит: скажи ми, Господи, кончину мою, и число дней моих, кое есть? Как бы сказал: поскольку Ты, о Боже, так немилосердно поступаешь со мною, то по крайней мере дай знать, сколько мне времени предписано жить; ибо жизнь моя скоротечна. Почто же такая немилость, и почто такое множество зол собираешь на голову мою, так как бы я имел прожить еще несколько веков? Какая в том польза, что я родился? Ибо родился с тем, чтоб после непрестанных беспокойств и страданий окончить бедственно самое кратчайшее время жизни. За тем то же самое повторяя, прибавляет: се, пяди положил еси дни моя, полагая пяди за самую малейшую меру, чтобы показать, что жизнь человеческая весьма скоро проходит, и что конец её почти смежен с началом. Откуда заключает, что все смертные есть не что иное пред Богом, как сущая суета, и что самый состав их, то есть самое существование, или самая продолжительная жизнь, сопровождаемая здоровьем и крепостью телесных сил, как ничтожное пред Ним. Правда, оно составляет нечто перед глазами людей, которые смотрят на одно только настоящее; но пред Богом, Который видит будущее, как настоящее, и проникает в вечность, не имеющую меры и предела, поистине ничтожно есть. Убо всяческая суета, всяк человек живый, кто бы он ни был. Ибо и Царь и Монарх, которому все чудятся²³⁷, и которому все завидуют, не что иное есть, как всяческая суета, или вместилище суеты: поскольку всё, что в нём ни есть, подвержено тлению, богатство ли возьмём в рассуждение, здоровье ли, крепость ли тела, красоту ли лица, величество ли чести и проч.

Пс.38:7 Оу҆̀бо ѡ҆́бразомъ (в Евр. Вои́стиннꙋ ꙗкѡ тѣ́нь) хо́дитъ человѣ́къ, ѻ҆ба́че всꙋ́е мѧте́тсѧ: сокро́вищствꙋетъ, и҆ не вѣ́сть, комꙋ̀ собере́тъ ѧ҆̀.

Продолжает ту же мысль: ибо под именем образа означает, что в человеке нет ничего твёрдого, но один только вид, или пустая наружность. Следовательно, Давид говорит здесь о всех вообще то же самое, что Павел распространяет на весь мир, говоря: преходит образ мира сего (1Кор. 7:31). И таким образом отъемлет у них всю твердость: ибо тень, на краткое время являющаяся, и потом скоро исчезающая, не может назваться чем-либо твердым. Следующие слова: обаче всуе мятется, прибавляет в добавок к суете, как бы сказал, что человек для того родится, чтоб быть сугубо смеха достойным: ибо сокровищствует, и не весть, кому собирает, то есть, ничем не различествуя²³⁸ от тени, занимается суетными мечтами, трудится в приумножении и сохранении богатств, но не знает, для чего и для кого. Люди считают, что они собирают богатство для детей и внуков в том намерении, что они будут благодарны к памяти их; но часто случается, что или дети и внуки умирают нечаянно, и наследство достается чужим и неизвестным людям: или те же дети и внуки в самое короткое время расточают все то, что или отец или дед с великим трудом и в течении долгого времени собрал: или наконец наследники бывают так неблагодарны, что платят злом за добро, ругаясь старанию и трудам предков своих. Если бы эти люди могли такое предвидеть, то лучше бы скрывали сокровища свои на небесах, и жизнь свою препровождали в покое. Смотри подобные сему изречения у Екклесиаста (Еккл.2,4,5,6).

Пс.38:8 И҆ ны́нѣ кто̀ терпѣ́нїе моѐ; не гдⷭ҇ь ли; (в Евр. И ны́нѣ чесогѡ̀ мнѣ̀ ѡ̑жида́ти гдⷭ҇и;) и҆ соста́въ мо́й ѿ тебє̀ є҆́сть (в Евр. наде́жда моѧ̀ въ тебѣ̀ є҆́сть).

Наречие ныне показывает, что Давид вышесказанные жалобы на краткость человеческой жизни произнес пред Богом в смущенном и беспокойном духе, или, так сказать, будучи в сильном жару, хотя впрочем слова его содержат полезное учение для нас: но здесь, исповедав согрешение свое, обращается к здравым и спокойным мыслям, полагая начало от благочестивых размышлений, соединенных с молитвами. То же самое чувствуют иногда и мирские люди, что здесь исповедал Давид: но суета не позволяет им простираться далее и доходить до того, чтоб искать твердой подпоры в Боге, они еще нарочно безумствуют, чтоб не чувствовать своей суеты и спокойнее наслаждаться сном. Мы отсюда научаться должны, что никто прямо воззреть к Богу не может, пока не узрит тленности и ничтожества своего. Потому Пророк не зря употребил такое наречие ныне, но тем хотел показать, что он от тех безумных мыслей, которыми словно как сном одержим был, совершенно освободившись, пробудился, точно как и в другом месте говорит: ныне начах, сия измена десницы Вышняго (Пс. 76:11).

Пс.38:9 Ѿ всѣ́хъ беззако́нїй мои́хъ и҆зба́ви мѧ̀: поноше́нїе безꙋ́мномꙋ да́лъ мѧ̀ є҆сѝ (в Евр. в поноше́нїе безꙋ́мномꙋ не да́ждь мѧ̀).

Давид, представляя себя повинным пред Богом, прибегает к милосердию Его, и не в одном только вышесказанном грехе обвиняет себя, но чистосердечно признается, что он в многоразличных беззакониях повинен. Из этого примера научаемся, что если хотим избавиться от надлежащих зол и скорбей, то первее должны вникать в их причины, и потом просить Бога, чтоб простил нам грехи наши, как причины всех бедствий. Следующие слова, в поношение безумному не даждь мя, двояким образом можно понимать. Ибо просит или о том, чтоб Бог не предал его поруганию нечестивых, или о том, чтоб не попустил ему впасть в те же поносные страсти, каким подвержены бывают нечестивые; ибо под именем безумного понимаются не одни только лишенные разума, но и злые и беззаконные люди. Почему? поскольку, не имея здравого рассудка неистовствуют против Бога.

Пс.38:10 Ѡ҆нѣмѣ́хъ и҆ не ѿверзо́хъ (в Евр. не ѿверза́ю) ᲂу҆́стъ мои́хъ, ꙗ҆́кѡ ты̀ сотвори́лъ є҆сѝ.

Здесь Давид укоряет себя за то, что не сохранил того молчания, которым выше хвалился, но будучи увлечен волнением мыслей, преждевременно его прервал: ибо когда говорит здесь, онемех, тем самым доказывает, что не всегда был равномерно²³⁹ молчалив и кроток. Потому, исправляя порок, и как бы наказывая нетерпеливость свою, так сам с собою говорит: что делаешь? не возложил ли ты молчания на себя? почто же ропщешь на Бога? почто состязаешься и прекословишь? И какой успех возымеет такая дерзость твоя? Таким образом, укрощая порочное волнение мыслей, обращается к Богу, и поскольку знал, что бедствия, каким подвержен был, происходили от Бога (ибо это являют такие слова: яко Ты сотворил еси): потому принимает твердое намерение молчать и смиряться пред Богом.

Пс.38:11 Ѿста́ви ѿ менє̀ ра̑ны твоѧ̑: ѿ крѣ́пости бо рꙋкѝ твоеѧ̀ а҆́зъ и҆счезо́хъ.

Пс.38:12 Во ѡ҆бличе́нїихъ ѡ҆ беззако́нїи наказа́лъ є҆сѝ человѣ́ка, и҆ и҆ста́ѧлъ є҆сѝ ꙗ҆́кѡ паꙋчи́нꙋ дꙋ́шꙋ є҆гѡ̀: ѻ҆ба́че всꙋ́е (мѧте́тсѧ) всѧ́къ человѣ́къ.

Этот молитвенный вопль не возмущает того молчания, о котором в предыдущем стихе упомянули мы: ибо видим, что Давид, который выше со смущенным духом оплакивал бедствия свои, здесь уже спокойно и кротко рассуждает, чего он достоин, и потому прощения просит, умоляя Бога, дабы умягчил то наказание, которое он роптанием своим навлек на себя, как бы сказал: охотно приемлю всякое отеческое наказание от руки Твоей, но гнева Твоего понести не могу; сего ради молю, отстави от Мене раны Твоя. Ибо ранами Божиими называет те казни, которые Бог во гневе Своем насылает не как отец, или врач, но как судья, как сказал в псалме (Пс.6): Господи, да не яростию Твоею обличиши мене. Таковыми ранами являются ослепление, ожесточение, неискусный ум и само осуждение в огонь вечный. Потом изъясняет, ради чего столько желает, чтобы Бог отставил от него раны свои, показывая, что он испытал как на себе, так и на других, сколь несносны таковые раны. О себе самом так говорит: от крепости руки Твоея аз исчезох, то есть, собственным опытом моим познал я силу и тяжесть руки Твоей, и едва не погиб, когда обличил ты меня в ярости Твоей. Такое с Давидом случилось, когда Бог, в наказание прелюбодейственного греха, попустил ему впасть в тягчайший грех убийства, и в такую слепоту, что он через многие месяцы не мог прийти в себя и познать состояния своего, то есть, душевной смерти: ибо нет тягчайшего наказания, как то, когда один грех наказывается другим. А что грех бывает иногда наказанием греха, и притом наказанием ужасным, которого должно бояться больше всякой казни, тому научает апостол Павел, в послании к Римлянам (Рим. 1:21, 26, 28), и блаженный Августин, в 5 книге на Иулиана. Потом прибавляет и о других грешниках, такой тяжкой раною наказанных от Бога: во обличениях о беззаконии наказал еси человека, и истаял еси яко паучину душу его. Этими словами показывает, что Бог часто за прошедшие грехи как за настоящие наказывает человека грешника в ярости своей, и делает то, что душа его гибнет на подобие паука, который, трудясь в плетении сетей для уловления мух, сам иссыхает и пропадает. Ибо как плотские люди непрестанно трудятся в приобретении временных вещей и через тот труд изнуряют силы свои: то и души их непрестанно иссыхают, и теряют всю влагу Божией благодати; так что и не помышляют о спасении своем, ни даже не вожделеют когда-либо истинного благополучия. Взирая на сию бедственную сушу души, тот же Давид, в псалме Пс. 62:6, желает себе духовного тука и елея, говоря: яко от тука и масти да исполнится душа моя. Наконец снова разумно повторяет вышесказанные слова: обаче всуе мятется всяк человек, напоминая, что люди напрасно изнуряют душу свою, на подобие паука, напрасно мятутся и трудятся в снискании тленных благ. Кая бо польза человеку, аще и весь мир приобрящет, душу же свою отщетит (Мф. 16:26)?

Пс.38:13 Оу҆слы́ши моли́твꙋ мою̀, гдⷭ҇и, и҆ моле́нїе моѐ внꙋшѝ, сле́зъ мои́хъ не премолчѝ: ꙗ҆́кѡ пресе́льникъ а҆́зъ є҆́смь ᲂу҆ тебє̀ и҆ пришле́цъ, ꙗ҆́коже всѝ ѻ҆тцы̀ моѝ.

Здесь постепенно увеличивает жар молитвы своей. Ибо в первом месте полагает молитву, во втором моление, в третьем слезы. Однако эта постепенность не есть риторическая, для украшения только речи служащая, но сильное движение духа, сопряженное с теплым усердием и желанием Божьей милости. Итак, через молитву разумеет чистосердечное прошение, через моление – сильный вопль или взывание, читая по Еврейскому тексту; через слезы – внутреннее расположение, голос которого сильнее вопиет пред Богом, нежели всякие слова. Далее, называя себя пресельником и пришельцем, показывает, сколь бедственно состояние его; и притом с намерением прибавляет слово: у Тебе, дабы показать, что Бог, взирая с небес, видит, сколь бедственно состояние наше, если Он милостью Своею не усладит горестного странствия нашего в мире сем; как бы сказал: услыши молитву мою, Господи, поскольку Ты ведаешь, что я не есть гражданин мира сего, но странник и пришелец, и потому гражданин горнего Иерусалима: подобает же послушать гражданина града Твоего, в изгнании сущего, и от дольных горе́²⁴⁰ к Тебе вопиющего.

Пс.38:14 Ѡ҆сла́би мѝ, да почі́ю, пре́жде да́же не ѿидꙋ̀, и҆ ктомꙋ̀ не бꙋ́дꙋ.

Такими словами Давид яснее изображает, в чем состоит прошение его. Оно есть то же, о чем и выше просил: от всех беззаконий моих избави мя, и: отстави от Мене раны Твоя. Таким образом, с воплем и со слезами просит отпущения грехов и облегчения наказания, чтобы со спокойною совестью от странствия сего мог переселиться в небесное отечество: кратко сказать, просит милости и пощады, – каковое прошение свойственно всем тем, которые чистосердечно признают грехи свои, и от всего сердца молятся пред Богом. Ослаби мя, говорит, да почию, то есть: не истязай долгов моих, и не требуй отчета в том, что я зло расточил, – да прежде нежели отъиду от жизни сея, буду спокоен, познав, что грехи мои отпущены; если же не отпустишь, то не на покой, но на мучение пойду. Последние слова: и ктому не буду, означают то же, что прежде нежели умру, и больше существовать не буду. Ибо кто после жизни сей не имеет жизни вечной, тот наследует смерть вечную, и некоторым образом погружается в небытие: поскольку весьма далеко отстоит от Того, Который присно²⁴¹ есть и будет. Осужденные в ад хотя живут и существуют, но так, как бы не жили и не существовали: ибо для того имеют бытие и жизнь, чтоб всегда умирать и никогда жить не преставать.

Надписание

Пс.39:1 Въ коне́цъ, ѱало́мъ дв҃дꙋ, (в Евр. нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ пѣ́снь дв҃дова).

Содержание

Давид, избавясь от великой некоторой напасти, а может быть, и от многих, приносит благодарение Богу, и по сему случаю приходит в восторг, удивляясь Божьему промыслу, простирающемуся ко всему человеческому роду. Потом делает обет посвятить всего себя Богу и кратко определяет, каким образом должно почитать Бога. За тем снова обращается к благодарению, и многими выражениями воспевает хвалы Его. Наконец, принесши жалобу на врагов своих, заключает псалом новою молитвою.

Пс.39:2 Терпѧ̀ потерпѣ́хъ гдⷭ҇а, и҆ внѧ́тъ мѝ и҆ ᲂу҆слы́ша моли́твꙋ мою̀:

Толкование

Начало псалма показывает благодарственное признание, в котором упоминает Давид, что он избавлен был не от напасти только, но и от предстоящей смерти, что был исторжен как бы из некоторой опасной пропасти или из тинистого болота, в котором весь погружался. Однако и здесь такую твердость веры показал, что не перестал уповать на Бога, хотя долговременное страдание могло поколебать его терпение. Ибо не просто говорит, что он терпел и ожидал, но повторением глагола потерпех означает, что он долго страдал и терпел. Следовательно, чем дольше продолжалось искушение, тем яснее просияла вера его, когда при помощи её твердым и спокойным духом перенес медленность помощи Божией.

Пс.39:3 и҆ возведе́ мѧ ѿ ро́ва страсте́й (в Евр. ѿ ро́ва па́гꙋбнагѡ) и҆ ѿ бре́нїѧ ти́ны, и҆ поста́ви на ка́мени но́зѣ моѝ и҆ и҆спра́ви стѡпы̀ моѧ̑:

Пс.39:4 и҆ вложѝ во ᲂу҆ста̀ моѧ̀ пѣ́снь но́вꙋ, пѣ́нїе (в Евр. хвале́нїе,) бг҃ꙋ на́шемꙋ.

Такими переносными словами показывает, что не далее отстоял от опасности смерти, как если бы брошен был в глубокий ров, наполненный мутною водою. К тому же относится и подобие брения тинного²⁴², которым означает, что он так крепко увяз в своих бедствиях, что не легко мог выйти из них. Потом прибавляет нечаянную и чудную перемену, которая величие милости Божией весьма ясно показывает. Ибо говорит, что Бог поставил на камени нозе его, которые прежде с ним погружены были в водах, и что стопы его исправил, которые прежде не только на скользком пути колебались, но и в брении тинном увязали. Наконец заключает, что Бог вложил во уста его песнь новую, которыми словами означает конец или намерение избавления. Ибо каким бы образом ни помогал нам Бог, ничего за то взаимно не требует, кроме одной благодарности. Итак, сколько кратно ущедряет нас Своими благодеяниями, столько же раз отверзает уста наши к прославлению имени Своего. Почему и Давид, будучи столь чудесно избавлен, праведно приписывает Богу, что Он подал ему материю²⁴³ к новой песни, полагая имя новая вместо особеннейшая, избраннейшая и превосходнейшая, – так как и род избавления был не простой и необыкновенный, но вечной памяти достойный.

Пс.39:4 Оу҆́зрѧтъ мно́зи и҆ ᲂу҆боѧ́тсѧ, и҆ ᲂу҆пова́ютъ на гдⷭ҇а.

Этими словами показывает, что действие помощи Божьей, которое испытал он на себе, послужит общей наукой для многих. Ибо что одному кому-либо из верных сообщает Бог, то предлагает в вечное свидетельство благости Своей для всех вообще, чтобы и другие, научаясь от примера иных, не сомневались, что и им та же милость будет готова. Впрочем, хотя глаголы: убоятся и уповают, на первый взгляд покажутся между собою несогласующимися, однако Давид не без причины положил их вместе. Ибо никто не начнет уповать на милость Божью прежде, нежели будет исполнен благоговения к Богу: поскольку боязнь берется здесь вообще за чувствование благоговения, которое рождается в нас от понятия силы, правосудия и милости Его. Правда, можно сказать, что и правосудие Бога, которое употребил Он против врагов Давида, было способно поразить всех боязнью и страхом, но здесь, по нашему мнению, Пророк больше подразумевает то, что милость, которую он получил от Бога через свое избавление от многих напастей, как бы от сна возбудит, и заставит прилепиться к Богу, и с благоговением покоряться Его воле, поскольку признают Его за праведного Судью мира. А кто таким образом покорился власти Бога, тот, конечно, упование свое соединит с благоговением и боязнью, особенно, когда воззрит на свидетельство милости, которым сам Бог призывает к Себе всех вообще. Ибо мы уже сказали, что Бог для того милостивым и благотворительным представляется к другим, чтобы мы не сомневались, что Он и к нам таков же будет. Впрочем глагол, узрят, который полагает здесь Пророк, не столько к телесным относится очам, сколько к внутреннему чувствию души. Ибо хотя и все видели то, что случилось с Давидом, однако не многим приходило на мысль, что избавление его от напастей и самой смерти было дело Бога. Поскольку же в рассматривании дел Божьих многие слепотствуют²⁴⁴, для того в числе зрящих полагает одних только тех, которым сообщается дух разума и которые не занимаются наружностью происшествий, но сокровенную руку Божью оком веры зрят.

Пс.39:5 Блаже́нъ мꙋ́жъ, є҆мꙋ́же є҆́сть и҆́мѧ гдⷭ҇не ᲂу҆пова́нїе є҆гѡ̀, и҆ не призрѣ̀ въ сꙋєты̀ и҆ неистовлє́нїѧ лѡ́жнаѧ (В Евр. нижѐ воззѣ̀ на гордѧ́щихсѧ, и҆ ᲂу҆клонѧ́ющихся во лжꙋ).

В этих словах содержится как бы некое увещание, призывающее людей к упованию на Бога. Блажен муж, емуже есть имя Господне упование его, то есть, тот истинно благополучен, кто всё упование своё полагает в Господе, Который один есть всемогущ и милостив, потому может и хочет от всякой напасти избавить уповающих на Него. Имя Господне означает здесь или призывание имени Божия, или силу и власть Божию, или просто Самого Бога. За тем, для лучшего изъяснения сказанных слов, прибавляет: и не призре в суеты и неистовления ложная, то есть: блажен тот человек, который не ищет помощи человеческой, а в особенности не ожидает её от вещей суетных²⁴⁵ и ложных, которые спасти не могут, как то делают люди суетные и глупые. Некоторые толковники имя суеты относят к суетным идолам языческим, а неистовления ложная – к прорицалищам²⁴⁶ или пророчествам лживых богов языческих. Но по общему мнению святых отцов под именем сует понимаются все суетные надежды, полагаемые как на людей, так и на других тварей, а под именем неистовлений ложных понимаются ложные помощи, которые неистовлениями называются потому, что избираются от людей неистовых и безумных, каковы, между прочими, есть ложные предсказания звездоблюстителей²⁴⁷, гадания хиромантов, ворожбы или чародейства, вызывания мертвых, суеверные приметы птичьих полетов, которым многие верят и на них надеются, как неистовые и весьма глупые.

Пс.39:6 Мнѡ́га сотвори́лъ є҆сѝ ты̀, гдⷭ҇и бж҃е мо́й, чꙋдеса̀ твоѧ̑, и҆ помышле́нїємъ твои̑мъ нѣ́сть кто̀ ᲂу҆подо́битсѧ тебѣ̀: возвѣсти́хъ и҆ глаго́лахъ: ᲂу҆мно́жишасѧ па́че числа̀.

Толковники хотя в словах этого стиха имеют некоторые разногласия, однако все согласны в том, что Пророк с восторгом удивляется здесь промыслу Бога, которым Он управляет человеческий род. И во-первых, восклицает: многа сотворил еси Ты, Господи Боже мой, чудеса Твоя, и помышлением Твоим несть кто уподобится Тебе, – означая, что Бог непостижимой премудростью Своею так управляет всей тварью, что дела Его превосходят все понятия человеческие, и нет никого, кто бы мог не только сравниться с ним, но даже подражать делам Его. За тем прибавляет: возвестих и глаголах: умножишася паче числа. То есть, желал бы я описать и исчислить дела Твои, но они столь многочисленны, что превосходят всякое исчисление, и потому невозможно всех их возвестить и показать. Так, поистине: ибо хотя бы мы воззрели только на одни естественные или существующие в природе дела Божии, то и здесь бы они так умножились и возросли, как по великости, так и по множеству²⁴⁸, что ни возвестить, ни исчислить их невозможно. Ибо во всех и каждой вещи, даже и самомалейшей, как например, в одном деревце, в одном червячке, в одном цветочке, столько есть чудес, что и самые великие философы свойства их совершенно исследовать не могли. Отсюда видим, куда клонится намерение Пророка: он увещевает верных обращать внимание к промыслу Божию, дабы не сомневались возвергать²⁴⁹ на Него все свои печали. Ибо от незнания учения сего происходит то, что иные ипохондрией мучаются, иные при самом малейшем веянии ветра трепещут, иные земными пособиями оградить себя тщатся, совсем забыв, что Бог по Своей власти дела человеческие управляет. А как большая часть людей о промысле Божием судит по своим чувствам, то некоторые бессовестно затмевают и унижают Его: и потому Пророк, премудро поставляя Его на степени своём, препону сию отъемлет²⁵⁰. Итак, изречение его относится к тому, чтобы люди с благоговением взирали на дела Божии, поскольку чувствами своими не понимают их, и сколько кратно плоть подстрекает к роптанию, столько кратно возносились бы верою превыше мира.

Пс.39:7 Же́ртвы и҆ приноше́нїѧ не восхотѣ́лъ є҆сѝ, тѣ́ло же сверши́лъ мѝ є҆сѝ (в Евр. ᲂу҆ши же приложи́лъ мѝ є҆сѝ): всесожже́нїй и҆ (же́ртвы) ѡ҆ грѣсѣ̀ не взыска́лъ є҆сѝ.

Пророк в засвидетельствование благодарности своей приносит здесь Богу не только жертву хвалы, или, как Апостол говорит, плод устен исповедания, но и всего себя посвящает; как бы сказал, что он совершенно предается Богу, поскольку избавлен будучи чудесною силою Его, сугубо должен Ему жизнью. Между тем, говоря об истинном богослужении, показывает, что оно не во внешних состоит обрядах, но больше есть духовное. Суть этих слов в том, что он предстает пред лице Бога не с одними только законными прообразованиями²⁵¹, но приносит чистое расположение сердца, чтобы таким образом отличить себя от лицемеров, которые устами только приближаются к Богу, сердце же их далеко отстоит от Него. В этом месте заметить должно следующие три обстоятельства: первое, под именем жертвы и приношения здесь не подразумевается обряд священнодействия, бывшего при жертвоприношении, но сама жертва или закалаемая, как например, агнец, телец, овен и проч., или дар в жертву приносимый, как например, хлеб, плоды, или что-нибудь другое. Второе, такие слова как: жертвы и приношения не восхотел еси, не противоречат тем заповедям Господним, которые читаются в книге Левитской о приношении жертв. Ибо хотя Бог и благоволил издревле о различного рода жертвах и приношениях, но благоволил установить их для прообразования²⁵² жертвы, принесённой Спасителем на кресте, а не для того, как бы те жертвы имели силу грехи очищать: ибо не возможно крови агнчей и козлей отпущати грехи (Евр. 10:4). Третье, хотя Греческий и наш Славянский перевод не совпадает в этом месте с Еврейским текстом, в котором вместо: тело же совершил ми еси, читается: уши же приложил ми еси; но в смысле нет никакого противоречия, кроме что первое выражение есть простое, а последнее фигуральное. Ибо Бог который уши человеку приложил, тот, без сомнения, и все тело совершил: да и Пророк не одну какую-нибудь часть тела, но все тело желал посвятить на служение Богу, как и апостол Павел напоминает верным говоря: молю вас, братие, щедротами Божиими, представите телеса ваша жертву живу, святу, благоугодну Богови, словесное служение ваше (Рим. 12:1). Впрочем же, судя по связи слов, весьма кстати здесь полагаются такие слова: уши же приложил ми еси. Ибо как люди по растленной природе бывают глухи, поскольку имеют уши заграждённые тупостью, пока Бог не отверзет их: то этими словами означается способность к слышанию спасительного учения, которую влагает в человека благодать Духа Святого.

Пс.39:8 Тогда̀ рѣ́хъ: сѐ, прїидꙋ̀ (в Евр. сѐ и҆дꙋ): въ глави́знѣ кни́жнѣ (в Евр. въ сви́ткѣ кни́жном) пи́сано є҆́сть ѡ҆ мнѣ̀:

Пс.39:9 є҆́же сотвори́ти во́лю твою̀, бж҃е мо́й, восхотѣ́хъ, и҆ зако́нъ тво́й посредѣ̀ чре́ва моегѡ̀.

Словом тогда означает Давид, что он не был хорошим учеником прежде нежели Бог приложил ему уши; но когда таинственным вдохновением Духа Святого научен был, – тогда, говорит, сделался готовым ко всякому послушанию. Ибо надо отметить такие слова как: се, иду, и такие как: восхотех сотворити волю Твою, которыми означается и скорое усердие к повиновению, и свободное расположение продолжать его постоянно, как бы сказал: охотно предпочитаю должность Богослужения всем другим попечениям и желаниям, и не только добровольно повинуюсь, но и твердым предложением духа лобызаю закон благочестивого жительства. То же самое и в третьей части подтверждая, снова говорит: закон Твой посреде чрева моего, то есть: углублен во внутренности моего сердца. Отсюда следует, что сколько бы дела человеческие ни блистательны были, но если не будут произрастать от живого корня сердца, то по сути не что иное, как одна мечта, призрак и личина²⁵³; и что тщетно к хранению закона располагаются ноги, руки и уши, если повиновение не будет начинаться от сердца. Следующие слова: в главизне книжне, или как в Еврейском тексте изображено, в свитке книжном писано есть о Мне, – требуют рассуждения, в каком смысле Пророк особенно присваивает себе то, что всем есть общее без различия²⁵⁴. Ибо как закон вообще всем людям предписывает правило святой жизни, то, кажется, что слова эти не относятся к одному человеку, или к немногим. На это отвечаем, что хотя буквальное учение закона относится вообще ко всем, но поскольку само по себе мертво есть, или, как Апостол говорит, воздух бьющее: для того Бог верных рабов Своих иным образом учит, то есть, через внутреннее Духа Святого просвещение; и поскольку это внутреннее учение есть такое сокровище, которое им одним свойственно есть, для того в таинственном свитке Божьем о них только писано есть, как о таких, которые творят волю Божию. Ибо хотя глас Божий гремит по всей вселенной, чтобы непослушливые были неизвинительны, но проникает в сердца одних только благочестивых, для спасения которых он ниспосылается. Ибо как военачальник имена воинов своих вносит в книги, чтобы было известно их число, или как учитель отличных учеников своих замечает в списке, так и Бог сынов Своих в книге жизни написанных имеет.

Пс.39:10 Благовѣсти́хъ пра́вдꙋ въ це́ркви вели́цѣй, сѐ, ᲂу҆стна́мъ мои́мъ не возбраню̀ (в Евр. не возбрани́хъ): гдⷭ҇и, ты̀ разꙋмѣ́лъ є҆сѝ (в Евр. ты̀ вѣ́си).

Пс.39:11 Пра́вдꙋ твою̀ не скры́хъ въ се́рдцы мое́мъ, и҆́стинꙋ твою̀ и҆ спасе́нїе твоѐ рѣ́хъ, не скры́хъ ми́лость твою̀ и҆ и҆́стинꙋ твою̀ ѿ со́нма мно́га.

Здесь вновь Пророк приносит благодарение Богу, дабы и впредь мог наслаждаться благодеяниями Его. Притом утверждает, что он не наедине только воздавал хвалу и благодарение Богу, но и при всенародном собрании в храме проповедовал милость Его, как словами, так и мирными жертвами. Ибо церковь великая, о которой говорит здесь, не к простому или на торжищах бывающему относится собранию, но к святилищу, в котором верные, по получении какого-либо знаменитого благодеяния, имели обычай приносить Богу так называемые мирные жертвы. Поэтому в следующем стихе снова говорит, что он не скрыл правды, то есть милости Божией, в сердце своем, но явно проповедовал оную для созидания других. В чем свидетельствуется самим Богом, не только для того, чтобы отличить себя от лицемеров, которые отверстыми устами провозглашают хвалы Божии без всякого внутреннего чувствования, но и вернее засвидетельствовать, что он от чистого и нелицемерного сердца упражнялся в прославлении имени Божьего. Ибо хотя многие проповедуют имя Божье, но делают это, когда видят или предстоящую надежду корысти, или когда нет опасности потерять что-нибудь: но когда надежда на прибыль исчезает, или предстоят перед страхом, то скрывают в сердце своем проповедь истины. От этого порока Давид был весьма далек, и нас примером своим научил, чтобы делали то же самое. Здесь следует заметить, во-первых, собрание имен, одно и то же значащих. Для чего же соединяет правду Божию с истиною, если не для того, чтобы множайшими похвалами превознести благодеяние Божие? Во-вторых, различие, какое находится между именами милости, правды, истины и спасения, которые если кому угодно будет поставить в порядок, то на первом месте станет милость, которая преклоняет Бога к тому, что Он удостаивает милостивым оком взирать на нас. Правда означает здесь то же, что верность, через которую праведно воздает Бог каждому по делам его. Но дабы кто не усомнился, что она не всегда равномерным шествует путем: для того прибавляется истина, откуда научаемся, что Бог всегда пребывает подобен Себе, то есть, не утруждается, помогая нам, и имеет руку исполненную наград. Спасение есть действие или следствие правды, по которому Бог милость Свою, туне²⁵⁵ даваемую, продолжает к рабам Своим, непрестанно подавая им помощь Свою, доколь совершенно спасет.

Пс.39:12 Ты́ же, гдⷭ҇и, не ᲂу҆далѝ щедро́тъ твои́хъ ѿ менє̀: ми́лость твоѧ̀ и҆ и҆́стина твоѧ̀ вы́нꙋ да застꙋ́питѣ мѧ̀ (в Евр. да сохранѧ́ютъ мѧ̀).

Отсюда яснее видим, что Давид говорит о благодарности своей с тем намерением, дабы всегда удержать при себе милость Божию, как выше сказали мы, и уста свои отверзает на пение похвал Божиих для того, чтобы привлечь к себе вящие²⁵⁶ щедроты, которым неблагодарное молчание затворяет дверь. Почему заметить должно здесь такие вышесказанные слова: се, устнам моим не возбраню. Ибо Давид для того не заключал молчанием уста свои, дабы взаимно и Бог не заключил милостей Своих. Откуда научаемся, что благость Божия всегда для нас готова, даже наподобие неисчерпаемого источника изливаться будет, если неблагодарность наша не прервет её течения. Щедроты, о которых упоминает здесь Пророк, не отличаются от имени благости, однако не без причины именно это слово положил, ибо, во-первых, для того, что не мог довольных слов найти к превознесению милости Божией, во-вторых, потому, что хотел открыть весь источник благости и милосердия. Наконец, препоручает хранение спасения своего заступлению или благости того же Бога, показывая, что начало оного должно производить от той же милости Божией, бескорыстно сообщаемой, дабы и нас сделать участниками щедрот Его. Но поскольку не прежде удостоверяемся мы о милости Божией, но только тогда, когда получаем её, для того прилично прибавляется истина или верность, которую хранит Бог во исполнение обещаний Своих. Милость и истина Твоя выну да сохраняют мя.

Пс.39:13 Ꙗ҆́кѡ ѡ҆держа́ша мѧ̀ ѕла̑ѧ, и҆̀мже нѣ́сть числа̀: постиго́ша мѧ̀ беззакѡ́нїѧ моѧ̑, и҆ не возмого́хъ зрѣ́ти: ᲂу҆мно́жишасѧ па́че вла̑съ главы̀ моеѧ̀, и҆ се́рдце моѐ ѡ҆ста́ви мѧ̀.

Дает причину, ради чего сказал: не удали щедрот Твоих от Мене: поскольку дескать со всех сторон окружен такими бедствиями, которые превышают силы его. Между тем не жалуется, что или неправедно страдает, или выше меры грехов своих наказывается, но притом со смиренным чистосердечием признается, что справедливая мзда²⁵⁷ воздается за грехи его. Итак называя казни, которые претерпевал, следствиями или плодами грехов своих, прикровенно²⁵⁸ дает знать о исповедании своем; откуда следует заключить, с какой кротостью и благоговением покорялся он праведным судьбам Божиим. Ибо будучи угнетен величиной и множеством бедствий, беззакония свои с противной стороны пространно описывает, чтобы не обвинить Бога в чрезмерной строгости. (Мы видя так страждущего Давида, и сами под бременем бедствий стеная, да научимся смиренно молить праведного Судью, да помилует и отвратит от нас праведный гнев Свой). Следующими словами, сердце мое остави мя, показывает, что он не был каменный или железный; ибо признается, что не только изнемог, но и как бы без души лежал под бременем бедствий своих. Впрочем изнеможение или слабость сердца надо понимать о телесном восприятии: ибо постоянство в молитве несомнительное и твердое есть доказательство, что вера никогда в Давиде совершенно не ослабевала, но говоря по человечески, сердце мое остави мя, признает изнеможение телесных сил, и крайнее беспокойство мыслей.

Пс.39:14 Благоволѝ, гдⷭ҇и, и҆зба́вити мѧ̀: гдⷭ҇и, во є҆́же помощи́ ми, вонмѝ (в Евр. ᲂу҆скорѝ).

Пс.39:15 Да постыдѧ́тсѧ и҆ посра́мѧтсѧ вкꙋ́пѣ и҆́щꙋщїи дꙋ́шꙋ мою̀, и҆з̾ѧ́ти ю҆̀: да возвратѧ́тсѧ вспѧ́ть и҆ постыдѧ́тсѧ хотѧ́щїи мѝ ѕла̑ѧ.

Пс.39:16 Да прїи́мꙋтъ а҆́бїе стꙋ́дъ сво́й глаго́лющїи мѝ: бла́гоже, бла́гоже.

Глагол, благоволи, означает, что избавление зависит от воли Божией: следовательно, желает избавиться от бед милостью Божией, безмездно даваемой. О глаголе, ускори или вонми, сказано в другом месте. Здесь только то сказать должно, хотя Бог и медлит иногда помощью Своею, искушая терпение наше, однако по милости Своей дозволяет употреблять сей образ молитвы, обещая предупредить желание наше. Потом призывая врагов на суд Божий по обычаю своему, и судя по жестокости и по неправедной ненависти их, просит, чтобы Бог услышал молитву его. Впрочем с каким расположением клятвенные слова употребляет против них, о том уже не однократно говорено было выше; здесь только следует упомянуть, чтобы никто гневу своему не давал свободы, ссылаясь на пример Давида. Ибо всегда предосудительно будет злопомнение²⁵⁹ тех, которые вместо ревности по Духу последуют стремлению плоти.

Пс.39:17 Да возра́дꙋютсѧ и҆ возвеселѧ́тсѧ ѡ҆ тебѣ̀ всѝ и҆́щꙋщїи тебѐ, гдⷭ҇и, и҆ да рекꙋ́тъ вы́нꙋ, да возвели́читсѧ гдⷭ҇ь, лю́бѧщїи спасе́нїе твоѐ.

Поскольку Бог желает, чтобы милосердие Его признавали вообще все, а не один только человек: для того сколько кратно одного из рабов Своих спасает, столько кратно творит благодеяние Свое общим, чтобы верные, видя в лицо одного человека, были удостоверены, что каков он к одному, таков и ко всем; ибо Бог всегда Себе подобен. Такой довод часто употребляет Пророк и в других местах, не с тем однако же, чтоб имел нужду убеждать Бога таковыми резонами, но поскольку они полезны для подкрепления нас. Пророк же показывает, что он лично ничего такого для себя не просит, что бы не относилось ко всей церкви. Он молится, чтобы Бог всех верных Своих обрадовал, подав им общую материю к благодарению, дабы таким образом будучи удостоверены о помощи Его, охотнее к Нему прибегали. Примечания достойны здесь и такие слова: да рекут выну²⁶⁰ любящии спасение Твое. Мы отсюда заключаем, что вера наша тогда заслуживает одобрение, когда не откуда-то, а только от Бога, надеемся или желаем спасения. Ибо те, которые мечтают спасение свое сыскать в мире, не берегут или еще и презирают спасение, приносимое Богом. Такую же силу имеют и следующие слова: да возвеселятся о Тебе вси ищущии Тебе Господи; ибо кто хочет весь зависеть от Бога, и желает благодатью Его спасен быть, тот должен, отринув все суетные надежды, обратить свои чувства к принятию силы Его. Здесь снова надо заметить два противоположные изречения: Пророк недавно сказал, что нечестивые искали жизни его; а здесь наоборот говорит о верных, называя их ищущими Бога. Насмешки тех описывал выше, говоривших: благоже, благоже; а этих иначе вводит вещающих: выну да возвеличится Господь.

Пс.39:18 А҆́зъ же ни́щь є҆́смь и҆ ᲂу҆бо́гъ, гдⷭ҇ь попече́тсѧ (в Евр. пече́тсѧ) ѡ҆ мнѣ̀: помо́щникъ мо́й и҆ защи́титель мо́й є҆сѝ ты̀, бж҃е мо́й, не закоснѝ.

В этом заключении прибавляет молитву к благодарению, которую, без сомнения, будучи в напастях сложил. Начальные слова стиха можно так протолковать: аще и нищ и убог есмь аз, но Бог промышляет обо мне, или когда находился я в нищете и бедности, тогда Господь помогал нуждам моим, чтобы этим обстоятельством милость Божию увеличить. Ибо когда Бог скоро благостью Своею предваряет нас, то есть, не ожидая, пока обременят нас неблагоприятные обстоятельства, тогда милость Его не настолько яркой представляется. Поэтому такое сравнение не мало проявляет славу Божию, открывшуюся в избавлении Давида, когда человеку несчастному, от всех оставленному и лишенному надежды, руку помощи подать благоволил. Молитвы же существенная сила есть такая²⁶¹: Господи, Ты есть помощник и избавитель мой, так не замедли же избавить меня. Поскольку же с сомневающимся и колеблющимся духом приступать к Богу не прилично: для того приемлет надежду от опыта по своему обыкновению и удостоверяет себя в помощи Божией, которой до сих пор сохраняем был.

Надписание

Пс.40:1 Въ коне́цъ, ѱало́мъ дв҃дꙋ: (в Евр. Нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ пѣ́снь дв҃дова).

Содержание

Давид, будучи в тяжких напастях, и видя себя в таком утеснении, как бы был осужден на вечную погибель, особенно, когда так судили о нем многие неблагонамеренные люди, сложил этот псалом, в котором ограждает себя утешением надежды против искушения отчаяния. Между тем жалуется частью на лютость, а частью на вероломство врагов своих. И хотя признается, что он праведно наказывается за грехи свои, но и злобу врагов обвиняет, поскольку человека невинного и многие услуги им оказавшего неправедно гнали и озлобляли. Наконец приносит благодарение Богу, милостью Которого избавлен был.

Толкование

Пс.40:2 Блаже́нъ разꙋмѣва́ѧй на ни́ща и҆ ᲂу҆бо́га, въ де́нь лю́тъ и҆зба́витъ є҆го̀ гдⷭ҇ь.

Многие толкователи считают, что здесь вообще похваляются должности человеколюбия²⁶², то есть, когда бедным людям оказывается помощь и призрение²⁶³: но другие, глубже входя в намерение Пророка, толкуют, что он восхваляет здесь человеколюбие тех, которые с благоразумной осторожностью рассуждают о людях несчастных, принимая за основание такое слово, разумеваяй. Но прежде надлежит рассмотреть, ради чего Пророк называет блаженными таких людей. Мы сказали, что Давид имел подвиг против мнения людей неблагонамеренных, которые смотря на его бедствия, почитали его погибшим, как то случилось и с праведным Иовом, которого друзья видя в жестоком страдании, судили о нем как о человеке всех беззаконнейшем. В самом деле, это есть общий наш порок, что мы людей бедных и несчастных по большей части пересуждаем и признаем их достойными Божьего наказания. Такая злая к предосуждению склонность во все времена в мире царствовала, и ныне царствует. Бог повсюду вопиет, что Он по многим причинам искушает верных Своих, иногда приучая их к терпению, иногда укрощая порочные склонности плоти, иногда высокоумие смиряя, иногда представляя другим в пример, иногда к созерцанию небесной жизни возбуждая. Но мы, не внимая к этому, необузданно стремимся к пороку осуждения. Мы по большей части вопием против бедных, и сущих под крестом осуждаем в преисподнюю. Напротив того, видя людей богатых, которым счастье благоприятствует, сорадуемся, и с безумными судим о милости Бога по кажущемуся благополучию. Пророк, дабы обуздать таковой предрассудок, нарекает блаженными тех, которые не так заражены безумными мыслями, но благоразумно разделяют между наказанием и казнью, и потому эту злобную строгость, врожденную плоти, духом мудрости растворяют. В этом и есть существенный смысл таких слов как: блажен муж разумеваяй на нища и убога. Следующими за тем словами, в день лют избавит его Господь, которые или от лица бедных, или от лица своего произносит; вкратце восхваляет нам добродетель человеколюбия, которую наблюдать должно в отношении бедных и несчастных людей. Смысл слов в том, что Бог хотя на время и является немилостив к ним, однако некогда явится милосерд, обратив последние их бедствия в такую радость, о которой никто, судя по настоящим обстоятельствам, воображать не мог²⁶⁴. Ибо под днём лютым понимается здесь день последнего суда, который будет вместе с тем и днем праведного мздовоздаяния²⁶⁵.

Пс.40:3 Гдⷭ҇ь да сохрани́тъ є҆го̀ и҆ живи́тъ є҆го̀, и҆ да ᲂу҆блажи́тъ є҆го̀ на землѝ и҆ да не преда́стъ є҆гѡ̀ въ рꙋ́ки врагѡ́въ є҆гѡ̀.

Пс.40:4 Гдⷭ҇ь да помо́жетъ є҆мꙋ̀ на ѻ҆дрѣ̀ болѣ́зни є҆гѡ̀: всѐ ло́же є҆гѡ̀ ѡ҆брати́лъ є҆сѝ (в Евр. ѡ҆брати́тъ) въ болѣ́зни є҆гѡ̀.

Продолжает ту же самую мысль, утверждая вышесказанное учение, что Господь не оставит человека бедного, но сохранит его, хотя жестокие и несправедливые люди почитают его за погибшего. В том же смысле прибавляет речь и о возвращении в жизнь, то есть о восстановлении прежнего благополучия на земле. Ибо этим означает Давид, что хотя и был он подобен мертвому, однако надежды жизни не лишился через отчаяние. Может быть, некоторым покажется странным, что Пророк обещает себе блаженную жизнь в этом мире: ибо несчастны были бы мы, если бы не надеялись лучшего состояния в будущей жизни. Но поскольку многие, как сказали мы выше, почитали его за погибшего: для того ясными словами изображает, что он в противность чаяния их²⁶⁶ по милости Божией жив будет. Господь, говорит, сохранит и оживит мя, еще же и ублажит на земли, такими словами не отнимает у себя и у нас надежды лучшей жизни. Следующие слова, поможет ему на одре болезни, и все ложе его обратит в болезни его, некоторые относят к телесному недугу Давида, но неосновательно. Ибо это не ново, что люди скорбящие духом ложатся на одр, и подобно больным находятся в постели; поскольку душевная скорбь больше иногда мучит людей, нежели телесная болезнь. Посему вероятно, что Давид поражен был тогда тягчайшим некоторым ударом, посланным на него от Бога. Во второй части стиха есть некоторая неясность: поэтому некоторые такие слова как, все ложе обратил еси в болезни его, толкуют так, что Бог для облегчения раба Своего в болезни как бы Сам переправлял его постель и подкладывал подушки, как обыкновенно поступаем мы с больными, перестилая для них постель, чтобы спокойнее лежали. Другие основательнее и ближе к тексту толкуют так, как бы сказал о себе Давид, что он хотя находится ныне в страдании и скорби подобно больному, лежащему в постели, поскольку Господь держит его под крестом: однако вскоре всесильною рукою того же Бога будет восставлен, и прежние силы воспримет.

Пс.40:5 А҆́зъ рѣ́хъ: гдⷭ҇и, поми́лꙋй мѧ̀, и҆сцѣлѝ дꙋ́шꙋ мою̀, ꙗ҆́кѡ согрѣши́хъ тѝ.

В этом стихе показывает Давид, что он будучи отягощен своими грехами, не искал суетных ласкательств, как большая часть людей поступают, желая облегчить душевные свои недуги. Ибо кто прямо Духом Божьим управляется, тот добровольно грехи свои признает, и с кротостью приемлет увещания собратий своих, даже и предупреждает их самопроизвольным признанием. Таким образом Давид отличает себя от людей отверженных и отчаянных, поскольку умиленно просит прощения в грехах своих, и прибегает к милосердию Бога. Он еще далее простирается, ибо желает по получении прощения примириться с Богом. Этот порядок подменяют те, которые, желая уврачевать внешнее зло, пренебрегают о причинах их, подобно как если бы кто страдая огневицею²⁶⁷, желал только жажду утолить. Но Давид, прежде нежели употребил слово об исцелении души, говорит: Господи, помилуй мя, а потом вскоре прибавляет и следующее: яко согреших Ти. Он признается, что Бог праведно на него гневается, и что не иначе будет милостив к нему, как по прощении грехов; просит же прощения, поскольку согрешил. Отсюда ожидает исцеления, которое предполагает, как последствие милосердия, поскольку надеется, что по получении прощения избавлен будет от бедствия.

Пс.40:6 Вразѝ моѝ рѣ́ша мнѣ̀ ѕла̑ѧ: когда̀ ᲂу҆́мретъ, и҆ поги́бнетъ и҆́мѧ є҆гѡ̀;

Пс.40:7 И҆ вхожда́ше ви́дѣти, всꙋ́е глаго́лаше се́рдце є҆гѡ̀: собра̀ беззако́нїе себѣ̀, и҆схожда́ше во́нъ и҆ глаго́лаше вкꙋ́пѣ (в Евр. Аще же кто̀ прихожда́ше посѣти́ти мѧ̀, ло́жнѡ глаго́лаше: се́рдце є҆гѡ̀ собра̀ беззако́нїе себѣ̀, и҆ и҆зше́дъ то́же глаго́лаше).

Глагол, реша, означает здесь зложелание врагов, о которых упоминая, стремится преклонить Бога на милость, зная, что Он тем скорее подает помощь бедным, чем злее и немилостивее враги поступают с ними. А таким образом и нас примером своим к надежде возбуждает, показывая, что чем неправеднее злость врагов наших, тем она больше ходатайствует нам милости у Бога. Насколько же велика была ненависть врагов, гнавших Давида, свидетельствуют сами слова зложелательные: они не могли укротиться²⁶⁸, как только погибелью, и притом самой бесчестной. Ибо желали, чтоб вместе с ним и сама память его погибла. Когда умрет и погибнет имя его? Это говорит о тех врагах, которые явно гнали его. За тем прибавляет другую жалобу на тех, которые с притворным видом как друзья приходили к нему, но после и эти на него же яд свой изблевывали. Такой род врагов больше опасен потому, что злость свою скрывают, и внедряются для того, чтоб вред причинить. Именно на этих людей жалуясь, говорит: аще кто прихождаше видети или посетити мя, глаголаше ложно, и изшед вон, глаголаше с другими вкупе то же: скрываше бо беззаконие в сердце.

Пс.40:8 На мѧ̀ шепта́хꙋ всѝ вразѝ моѝ, на мѧ̀ помышлѧ́хꙋ ѕла̑ѧ мнѣ̀.

Пс.40:9 Сло́во законопрестꙋ́пное возложи́ша на мѧ̀: є҆да̀ спѧ́й не приложи́тъ воскреснꙋ́ти; (в Евр. Сло́во законопрестꙋ́пное возложи́ша на мѧ̀, глаго́люще: є҆гда̀ лежи́тъ, не приложи́тъ воста́ти)

Здесь вообще говорит о всех, то есть, как о тех, которые явно и нагло покушались погубить его, так и о тех, которые под видом дружелюбия, хитростью и коварством то же самое устроили; почему говорит, что все они имели тайные сношения между собою о погибели его, как свойственно людям злонамеренным, которые шепотом злоумышления свои друг другу сообщают. Поэтому прибавляет глагол помышляху, которым беззаконные и злодейские их умыслы означает. Впрочем, из следующего стиха (Пс.40:9) следует, что они для того так сговорились на его погибель, что почитали его за человека законопреступного, отверженного и достойного тысячи смертей. Эта гордая и обидная мысль родилась в них от злого того мнения, о котором в начале псалма упомянул. Они поэтому думали, что Бог совершенно прогневался на Давида, и никогда не умилостивится, поскольку так жестоко наказывает его. Ибо надежду лучшего счастья отъемлют такими словами: не приложит востати. Велико, поистине, такое искушение, когда человек, имея чистую совесть и ни в чем не признавая себя виновным, такому от людей подвергается суду, что осуждается даже до ада. Но так угодно было Богу раба Своего испытать, чтобы довольствуясь благой совестью, противостал неправедному суждению людей. А его примером и нас научить хотел, что праведного мздовоздаяния искать надлежит на небесах, а не на земле, где видим, что и добродетели и пороки часто неправедными измеряются весами.

Пс.40:10 И҆́бо человѣ́къ (в Евр. є҆ще́ же и҆ человѣ́къ) ми́ра моегѡ̀, на него́же ᲂу҆пова́хъ, ꙗ҆ды́й хлѣ́бы моѧ̑, возвели́чи на мѧ̀ запина́нїе (в Евр. вознесѐ на мѧ̀ пѧ́тꙋ).

Это обстоятельство, вместо заключения, к бедствиям своим прилагает потому, что нашел в самом надежном и особенном некоем друге такое же вероломство, какое и в других. Как бы сказал: не только посторонние люди, с которыми я ближайшего знакомства не имел, ругаются мне: но и некто из друзей моих, да еще из самых искренних и ближайших, с которыми я стол и хлеб мой разделял, то же делает. Такое может быть, говорит Давид о сыне своем Авессаломе, или об Ахитофеле, как ближайшем советнике. Ибо Евреи обыкновенно называют мужами мира единокровных или ближайших сродников своих; но есть хлеб с кем-либо, – это было у них знаком самой теснейшей дружбы. Возносить пяту, или делать запинание, говорится в переносном смысле, вместо – нападать на лежащего человека и ругаться ему, бия пятами, что свойственно людям злым и низкого духа. Христос это место приводит у Иоанна (Ин. 13:18), прилагая оное к Иуде. Ибо надо знать, что хотя Давид в этом псалме о себе говорит, однако не как простой человек, но как Пророк, который представлял собою лицо Христово.

Пс.40:11 Ты́ же, гдⷭ҇и, поми́лꙋй мѧ̀ и҆ возста́ви мѧ̀, и҆ возда́мъ и҆̀мъ.

Вновь, по причине лютости и бесчеловечия врагов, прибегает к молитве, но здесь употребляя противоположение между Богом и людьми, как бы сказал: когда нет в мире никакой помощи и снисхождения, но повсюду царствует зверская лютость, или внутренняя злоба, то хотя бы Ты, Господи, милостью Твоею помоги мне, Ты помилуй мя и возстави мя. Здесь снова причину своего восстановления полагает, как и выше, в милосердии Божием. Этому примеру должны последовать все бедные люди, которых неправедно гонит мир, чтобы упражнялись не в одном только оплакивании обид, но судьбу свою Богу препоручали, и чем более враг покушается колебать их мысли, развлекая оные в разные стороны, тем прилежнее обращали их к единому Богу. Но встречается затруднение в следующих словах, в которых упоминает Давид о мщении: и воздам им. Ибо если выше чистосердечно признался, что он праведно наказывается: то чего ради не дает другим прощения, которого себе испрашивает? Это было бы во зло употреблять милость Бога, Который восставляя нас, повелевает подражать милости Его. К этому надо ещё добавить и то, что не имел бы Давид кротости и смирения, если бы находясь близ смерти, еще дышал мщением. Но здесь два обстоятельства надо брать во внимание: первое, что Давид не был простой человек, но царь, властью Бога уполномоченный; второе, что не по движению плоти, но по должности звания своего возвещает казнь врагам, которую они заслужили. Итак, если кто безрассудно отмщая врагам, ссылается на пример Давида, тот, во-первых, должен знать различие лица²⁶⁹; во-вторых, должен примечать, есть ли в нем такая ревность, а тем более тот дух, которым управлялся Давид? Мы, поскольку не вооружены мечом, ни даже царской властью, должны прибегать к небесному Судье, и с покойным духом от Него ожидать защиты.

Пс.40:12 Въ се́мъ позна́хъ, ꙗ҆́кѡ восхотѣ́лъ мѧ̀ є҆сѝ (в Евр. ꙗ҆́кѡ благоволи́ши ѡ̑ мнѣ̀), ꙗ҆́кѡ не возра́дꙋетсѧ вра́гъ мо́й ѡ҆ мнѣ̀.

Такими словами приносит благодарение Богу за свое избавление, возвещая и проповедуя, что сие благодеяние есть светлое знамение благоволения Божьего к нему. Но здесь встречается вопрос: довольно ли твердо это познание Божьего о нас благоволения²⁷⁰, когда только не попускает Он врагам нашим торжествовать над нами? ибо часто случается, что иной избавляется от врага, но Богу бывает неприятен. Притом благоволение Божие не только из таких опытов, но больше из слова Его познается. На это отвечаем, что Давид, конечно, имел доверие к Божьему слову, но в подтверждение их принимал и другие пособия, которые сам Бог подавал ему. К этому надо добавить ещё и то, что Пророк означает здесь не только общее благоволение, которое Бог являет ко всем верным Своим, но и особенную к себе милость, по которой избран был в царя, как бы сказал: из того, что Ты, Господи, избавил меня от врагов, всё больше и больше утверждаюсь я в надежде благоволения Твоего обо мне, по которому удостоил Ты меня быть первостепенным между царей земных. А таким образом милость Божью, которой избавлен был от напасти врагов, ко всему царству относит.

Пс.40:13 Мене́ же за неѕло́бїе прїѧ́лъ, и҆ ᲂу҆тверди́лъ мѧ̀ є҆сѝ пред̾ тобо́ю въ вѣ́къ.

Пс.40:14 Благослове́нъ гдⷭ҇ь бг҃ъ і҆и҃левъ ѿ вѣ́ка и҆ до вѣ́ка: бꙋ́ди, бꙋ́ди.

Этими словами показывает, что враги его недолго торжествовали, поскольку дескать Бог смирил гордыню их, а его вознес и прославил; как бы сказал: Ты, Господи, врагов моих низложил, меня же, за невинность мою, Тебе одному известную, принял и, исхитив из рук их²⁷¹, сделал безопасным и благонадежным навсегда. Впрочем Давид не хвалится здесь своею невинностью, но через то некоторым образом дает нам знать, что он и в самом искушении, когда сатана через служителей своих покушался поколебать веру его, исполнен был Божьего страха. А притом показывает и терпение свое, при помощи которого посреди стольких смущений сохранил правоту и незлобие сердца. Затем в последнем стихе повторяет свое благодарение, которое выше начал, и называя благодетеля своего Богом Израилевым, свидетельствует, что он твердо помнит тот завет, который учинил Он с праотцами его: поскольку из сего источника проистекло избавление. Сугубо²⁷² повторяемое слово: буди, буди, по-еврейски же, аминь, аминь – положено для обозначения сильного чувствования, дабы тем лучше возбудить благочестивых людей к хвалению Бога.

Надписание

Пс.41:1 Въ коне́цъ, въ ра́зꙋмъ сынѡ́въ коре́овыхъ, ѱало́мъ дв҃дꙋ, (в Евр. Нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ и̑з̾ сынѡ́въ коре́овыхъ, пѣ́снь вразꙋмлѧ́ющаѧ).

Содержание

В этом псалме, во-первых, показывает Давид, что он, будучи в изгнании, ничего для себя горестнее не находил, как удаление от святилища Божия, поскольку Богослужение предпочитал всем удовольствиям земным. Потом упоминает, сколь трудный имел он подвиг против искушения отчаяния; к сему прибавляет молитву, сопряженную с размышлением о милости Божией, для подкрепления надежды своей. Наконец, вновь упоминает о том внутреннем подвиге.

Толкование

Пс.41:2 И҆́мже ѡ҆́бразомъ жела́етъ є҆ле́нь на и҆сто́чники водны́ѧ, си́це жела́етъ дꙋша̀ моѧ̀ къ тебѣ̀, бж҃е.

Пс.41:3 Возжада̀ дꙋша̀ моѧ̀ къ бг҃ꙋ крѣ́пкомꙋ, живо́мꙋ: когда̀ прїидꙋ̀ и҆ ꙗ҆влю́сѧ лицꙋ̀ бж҃їю;

Такими словами изображает Давид, что свободный вход во святилище предпочитал он всему на свете, то есть, и богатству и утехам, и почестям и достоинствам; но желал только питать веру свою благочестивыми и повеленными²⁷³ в законе упражнениями. Итак, будучи удален от святилища, не иначе смущался духом, как бы отчужден был от Самого Бога. И хотя не переставал между тем молитвы свои воссылать к небу, да еще и к самому святилищу, но зная немощь свою, болезненно сносил, что прегражден ему путь, которым верные приходят к Богу. Здесь стоит поразмыслить о том, каким образом Бог призывает нас к Себе, и какими пособиями возводит мысли наши горе́²⁷⁴. Ибо не прямо повелевает нам восходить на небо, но, снисходя немощи нашей, Сам приходит к нам. Таким примером низлагается гордость тех, которые средства эти без внимания проходят, даже и презирают, так как бы в их состояло власти мгновенно взлететь на небо, и как бы ревностью и усердием превосходили они Давида. Впрочем, не остановился Пророк на земных стихиях, но зная, что нет у него крыльев, которыми бы мог взлететь на небо, употребил лестницу, по которой бы мог дойти до Бога. Подобие еле́ня²⁷⁵ изображает величайший жар усердия к Богу: ибо испытатели естества повествуют, что ла́ни в известные некоторые времена года больше обыкновенного чувствуют в себе жар, и для утоления оного с жадностью ищут воды. Подобный сему жар ощущал в себе Пророк, желая видеть скинию, алтарь, жертвоприношения, с которыми верные являлись пред лице Господне, и другие обряды, которые установил Бог в засвидетельствование милости Своей к Еврейскому народу.

Пс.41:4 Бы́ша сле́зы моѧ̀ мнѣ̀ хлѣ́бъ де́нь и҆ но́щь, внегда̀ глаго́латисѧ мнѣ̀ на всѧ́къ де́нь: гдѣ̀ є҆́сть бг҃ъ тво́й;

Здесь показывает другое жало болезни, которым уязвляли его душу нечестивые и зложелательствующие люди. Притом нет сомнения, чтоб и сатана с таковыми же подстреканиями не нападал на него, чтобы тем сильнее уязвить душу его, как бы так говоря: чего ты требуешь от Бога? Не видишь ли, что ты отвержен от Него? Он хочет поклоняем быть в скинии; но тебе вход в нее запрещен, и ты погибнешь в изгнании. Таковые напасти сильно могли поколебать веру святого мужа, если бы не противостал он, укрепляемый силою Святого Духа: при всем том видно, насколько чувствительна была ему эта напасть. Часто случается и нам скорбеть и смущаться, однако мы не отстаем от пищи и пития: но кто вынужден оставить хлеб и непрестанные проливать слезы, не вкушая пищи, тот видно, что чувствует величайшую печаль. Но Давид говорит, что он ни в чем не находил утешения себе, как в одних только слезах, которыми питался как хлебом, и притом не в течении короткого времени, а днем и ночью. Следовательно, печаль его была самая тягчайшая.

Пс.41:5 Сїѧ̑ помѧнꙋ́хъ, и҆ и҆злїѧ́хъ на мѧ̀ дꙋ́шꙋ мою̀: ꙗ҆́кѡ пройдꙋ̀ (в Евр. є̑гда̀ хожда́хъ) въ мѣ́сто селе́нїѧ ди́вна, да́же до до́мꙋ бж҃їѧ, во гла́сѣ ра́дованїѧ и҆ и҆сповѣ́данїѧ, шꙋ́ма пра́зднꙋющагѡ (в Евр. съ со́нмомъ пра́зднꙋющимъ).

Этот стих, по причине глагола пройду, положенного в будущем времени, несколько темен²⁷⁶; но существенная сила²⁷⁷ слов без сомнения есть та, что Давид, воспоминая здесь прежнее состояние свое и сравнивая его с настоящим, чувствовал от того бо́льшую печаль, когда представлял, что тот, который прежде предводительствовал другими и первый присутствовал в скинии при отправлении священных обрядов, ныне совсем удален от храма. Мы знаем, что люди низкого состояния, от юных лет привыкшие к трудностям, бывают не столько чувствительны, а продолжение времени производит в них некоторое ожесточение²⁷⁸: но Давид был не из простых людей, и недавно занимал первое между верными место; почему неудивительно, что ныне мучится жестокой печалью, видя себя совсем отверженным и не имеющим даже и последнего между простым народом места. Таким образом, такие слова: сия помянух, можно соединить с предыдущим повествованием и сказать, что Давид с величайшей чувствительностью сердца вспоминает здесь о том времени, когда имел он обычай ходить вместе с людьми благочестивыми в храм Божий, руководствуя их своим примером. Такие слова: излиях на мя душу мою, некоторые относят к печали, а другие к радости; можно принять и то, и другое. В первом смысле говорил Давид, что чувствительная душа его от печали как бы растаивала, когда размышлял он, откуда ниспал и в какое состояние пришел. А если о радости толковать, то смысл будет следующий: некогда так приятно было мне ходить с народом Божиим в святилище, что от радости душа моя растаивала и изливалась подобно воде, так что бывал я вне себя: и когда сие благополучие возвращено будет мне, то чувства мои тою же радостью исполнены будут. Но первая трактовка этого места более подходящая, из которого усматриваем, откуда происходила эта печаль в Давиде. Ибо, будучи обременен столькими личными беспокойствами, об одном святилище смущается, чтобы показать, что он лучше желал лишиться жизни, нежели от лица Божьего быть удален. Таким образом и нам надо соразмерять наши страсти, чтоб радость наша относилась к отеческому благоволению Бога, а причина печали ко гневу Его. Ибо такая печаль по Богу соделывает истинную радость, как выражает Павел (2Кор. 7:10).

Пс.41:6 Вскꙋ́ю приско́рбна є҆сѝ, дꙋшѐ моѧ̀; и҆ вскꙋ́ю смꙋща́еши мѧ̀; ᲂу҆пова́й на бг҃а, ꙗ҆́кѡ (є̑щѐ) и҆сповѣ́мсѧ є҆мꙋ̀, спасе́нїе лица̀ моегѡ̀ и҆ бг҃ъ мо́й.

Отсюда следует, что Давид мужественно сражался с печалью, дабы не пасть под бременем искушения. Притом надо заметить, что подвиг его был многотруден и тяжек; ибо прежде, нежели сделался победителем, не одно претерпел нападение, но часто вызываем был на новые сражения и подвиги. И не дивно, что столь тяжко поражаем был, когда ни откуда помощи не усретал²⁷⁹, и потому представляет себя как бы на две части разделённым: ибо с одной стороны, уповая на обещания Божии и вооружаясь духом непобедимой доблести, возносится превыше страстей плоти своей, дабы низложить их; с другой, показывает малодушие свое, говоря: вскую прискорбна еси душе моя, и Вскую смущаеши мя? Эти слова достойны внимания: они показывают, что Давид, воюя против сатаны и мира, не другими оружиями сражался с ними, как противоборствуя себе самому. Такой способ победы над дьяволом поистине есть самый наилучший, чтоб не выходить нам вне себя, но с собственными страстями внутреннюю брань вести. За тем весьма прекрасно изображает силу и свойство надежды такими словами: яко еще исповемся Ему, чтобы и наши мысли насколько возможно выше вознести к созерцанию сокровенной милости Божией. Ибо таким изречением, как еще, показывает, или лучше сказать, исповедуется, что хотя при настоящих обстоятельствах уста его заграждены к пению похвал Божиих, поскольку отовсюду стеснен бедствиями, однако надежды своей из виду не теряет, но и на будущее время распространяет оную. А чтобы облегчить и настоящую печаль, утешает себя тем, чего еще не видит; однако же не по плотским чувствам, и не безрассудно умствует²⁸⁰, но надеясь на Божии обещания, не только воодушевляет себя благонадёжностью, но и ручается о спасении своем, говоря: спасение лица моего, и Бог мой. Ибо как скоро Бог благоволит на кого воззреть милостивым оком, того вскоре спасает.

Пс.41:7 Ко мнѣ̀ самомꙋ̀ дꙋша̀ моѧ̀ смѧте́сѧ (в Евр. во мнѣ̀ дꙋша̀ моѧ̀ мѧте́тсѧ): сегѡ̀ ра́ди помѧнꙋ́хъ тѧ̀ ѿ землѝ і҆ѻрда́нски и҆ є҆рмѡнїи́мски, ѿ горы̀ ма́лыѧ (в Евр. мїза́ръ).

Эти слова весьма уместны печальному состоянию Давида: ибо сколько кратно взирал он мысленными очами к святилищу Божию от земли Иорданской, где укрывался он, будучи странником, столько кратно болезнь сердца его умножалась. Он здесь, прикровенно²⁸¹, как бы так говорит: я не пекусь ни о жене, ни о доме, ни об имении моем, – все это не беспокоит меня, – но мучаюсь и болезную об одном, что запрещен мне вход во святилище Божие. Отсюда следует, что Давид не на изгнание свое жалуется, но воспоминает о Боге и о святилище Его, и то не с тем, чтоб питать печаль свою, но дабы облегчить оную. Ибо он не подражал тем людям, которые не в Боге, но в суетных вещах утешения ищут. Он, принимая удары от руки Его, признавал в Нем милосердного врача, и потому как бы так говорил: хотя ныне удален я от храма и являюсь чужд народу Божию, но это не воспрепятствует мне взирать к нему; хоть и не имею жертв, которые бы мог принести Богу, для умилостивления Его, но Он не лишил меня слова Своего. А отсюда и нам научаться должно, что хотя бы мы и лишились, по несчастью, тех пособий²⁸², которые установил Бог в созидание нашей веры и благочестия, однако по крайней мере должны чаще обращать к Нему мысли наши, и никогда не забывать Бога. Ибо не в храмах одних можем вспоминать о Нем, но и дома, и на торжище, и в изгнании, как научает здесь Пророк и святой Златоуст во многих местах. Но здесь больше всего стоит отметить, каким образом Давид, сражаясь на подобие храброго подвижника со своими страстями, как видели мы в предыдущем стихе, постоянно в подвиге этом пребыл, как это показывает здесь: поскольку к помощи Божией, как к некоему священному якорю прибегал. Под именем земли Иорданския понимается страна, бывшая в земле Иудейской, за Иорданом. Имя Ермониим с Еврейского переводится как собрание или множество холмов, прилежавших к великой горе Ермону и далее простиравшихся, на подобие беспрерывной цепи: оно в переводе нашем положено в единственном числе, а в Еврейском тексте стоит во множественном, может быть, для того, что Давид хотел через это показать, что страх принуждал его скитаться по горам и бегать повсюду. Мизар с Еврейского также переводится как малый, и означает холм, который назван здесь малой горой, в сравнении с великими горами Ермона.

Пс.41:8 Бе́здна бе́зднꙋ призыва́етъ во гла́сѣ хлѧ́бїй твои́хъ: всѧ̀ высоты̀ твоѧ̑ и҆ во́лны твоѧ̀ на мнѣ̀ преидо́ша.

Такими иносказательными словами изображает как тяжесть, так и множество зол своих, как бы сказал, что не один род бедствий угнетает его, но различные напасти, подобно волнам, одна за другой следуют, так что ни конца, ни меры нет им. Во-первых, именем бездны показывает, что искушения, которым подвержен был, подобны были пучинам. Потом жалуется на продолжительность их, употребляя весьма уместное прекрасное слово, которым изображает, что бедствия как бы издалека друг друга призывали, и его вместе преследовали. Во второй части стиха метафору эту продолжает, говоря: вся высоты Твоя и волны Твоя на мне преидоша, которыми словами означает, что он тяжестью скорбей как бы волнами подавлен был, и тем научает нас, дабы мы, будучи в несчастье, всегда помнили, что надо смиряться под крепкой рукой Бога, которой Он наказывает нас. Притом знали бы, что как скоро Бог отверзет хляби²⁸³ гнева Своего, то бедам нашим до тех пор конца не будет, пока не умилостивим Его. Ибо имеет бесчисленные способы, которыми может наказать нас так, что когда гнев Его возгорится на нас, то не одна бездна будет готова поглотить нас, но и бездна бездну призовет.

Пс.41:9 Въ де́нь заповѣ́сть гдⷭ҇ь ми́лость свою̀, и҆ но́щїю пѣ́снь є҆гѡ̀ ѿ менє̀ (в Евр. ᲂу҆ менє̀), моли́тва бг҃ꙋ живота̀ моегѡ̀.

Глагол заповесть показывает, что Давид обещает себе избавление на будущее время, которое ныне еще от него сокрыто, и как бы так с собою рассуждает: почему не могу надеяться на милость Божию? Ибо, может быть, в завтрашний день предварит меня благость Его, а в следующую ночь с радостной песней спокойно усну я. Такое утешение противополагает той печали, которую чувствовал он от воображения ужасных следствий Божьего гнева²⁸⁴, о которых говорил в предыдущем стихе. Молитва, о которой упоминает в конце стиха, не есть человека скорбящего и унывающего, но содержит благонадежное удостоверение, что Бог обрадует его милостью Своею, и даст некогда свободный к Себе доступ. И потому называет Его Богом живота своего. Ибо от сего удостоверения родится в нас бодрость духа.

Пс.41:10 Рекꙋ̀ бг҃ꙋ: застꙋ́пникъ мо́й є҆сѝ, почто̀ мѧ̀ забы́лъ є҆сѝ; и҆ вскꙋ́ю сѣ́тꙋѧ хождꙋ̀, внегда̀ ѡ҆скорблѧ́етъ вра́гъ;

Давид предыдущую молитву соединяет здесь с размышлением, которое почерпнул он от веры. Смысл этих слов следующий: поскольку уповаю, что Бог будет милостив ко мне, а может быть, и рано утром пошлет мне милость Свою, и её так продолжит, что и ночью подаст материю²⁸⁵ к песнопению: то я уже свободнее буду оплакивать пред Ним бедствия мои. Тогда скажу Богу: заступниче мой, почто мя забыл еси? В самом деле, кто удостоверен об отеческом благоволении Бога, как выше сказано, тот, по примеру Пророка, свободнее будет молиться Ему. Впрочем, эта жалоба не то означает, как бы верные совсем отвержены были от Бога, ибо если бы не веровали, что находятся под покровительством Его, то не стали бы призывать: но говорят так по немощи плоти своей, хотя между тем удостоверены, что Бог смотрит на них, и уши Его отверсты к молитвам их.

Пс.41:11 Внегда̀ сокрꙋша́тисѧ косте́мъ мои́мъ, поноша́хꙋ мѝ вразѝ моѝ, внегда̀ глаго́лати и҆̀мъ мнѣ̀ на всѧ́къ де́нь (в Евр. Сокрꙋше́нїемъ косте́й мои́хъ поно́сѧтъ мѧ̀ вразѝ моѝ, внегда̀ глаго́лютъ мнѣ̀ на всѧ́къ де́нь): гдѣ́ є҆́сть бг҃ъ тво́й;

Хотя в нашем переводе слова эти не так ясны, как в Еврейском тексте, но в самой сути предмета нет никакой темноты²⁸⁶. Ибо Пророк говорит, что враги его поносными словами своими прежде всего уязвляли душу его, как бы кто палицей сокрушал кости его, или мечом пронзал внутренности, и так до смерти убивал его. Такому подобию не должны удивляться сыны Божии, как гиперболическому, то есть, больше выражающему, нежели как понимать следует²⁸⁷. А если кто удивляется, почему Давиду настолько несносны были ругательства врагов, то он сам причину того открывает. Ибо из всех самых лютейших зол нет несноснее и досаднее того, как когда дерзкие люди ругаются величеству Бога, и когда вере нашей делается смертельная обида. Известно Павлово учение о гонении Измаила (Гал.4:29; Быт.21:9). Ибо хотя оно многими считается детской игрой, но поскольку относилось к поруганию Божьего завета: для того Духом Святым почтено за самое злейшее гонение. Поэтому не без причины Пророк поносные слова врагов своих, которыми попираемо было слово Божье и вера Его, уподобляет убийственному мечу, проходящему до костей и мозгов.

Пс.41:12 Вскꙋ́ю приско́рбна є҆сѝ, дꙋшѐ моѧ̀; и҆ вскꙋ́ю смꙋща́еши мѧ̀; ᲂу҆пова́й на бг҃а, ꙗ҆́кѡ и҆сповѣ́мсѧ є҆мꙋ̀, спасе́нїе лица̀ моегѡ̀, и҆ бг҃ъ мо́й.

Это повторение показывает, что Давид не вдруг, и не одним сражением победил искушения свои, но часто вынужден был выходить на тот же подвиг. От этого примера научаемся и мы не ослабевать в подвиге добродетели, хотя бы враг наш дьявол те же причинял нам напасти. В последней части стиха Пророк уместно называет Бога спасением лица своего, поскольку уповал получить скорое и известное избавление, и потому говорит так, как бы Бог видимым образом представлял Себя Спасителем его.

Надписание

Ѱало́мъ дв҃дꙋ, не надпи́санъ ᲂу҆ є҆врє́й.

Этот псалом есть как некое дополнение, или даже сокращение предыдущего псалма, и потому не надписан у Евреев.

Содержание

Давид, будучи изгнан из отечества коварным усилием врагов, просит защиты у Бога, и себя надеждою возвращения утешает.

Толкование

Пс.42:1 Сꙋди́ ми, бж҃е, и҆ разсꙋдѝ прю̀ мою̀: ѿ ꙗ҆зы́ка не преподо́бна, ѿ человѣ́ка непра́ведна и҆ льсти́ва и҆зба́ви мѧ̀.

Давид, во-первых, жалуется на несправедливость врагов, препоручая защиту дела своего Богу. Ибо глагол суди, полагаемый в первом месте, означает то же, что прими на себя защиту дела моего; потом, яснее изображая мысль свою, прибавляет: и рассуди прю мою. Итак, суть молитвы в том, чтоб Господь избавил раба Своего от беззаконных людей, неправедно озлоблявших праведного. Но поскольку знал, что Бог обещал помощь Свою одним только невинным: потому первее представляет себя на испытание, дабы Господь рассмотрев справедливость дела его, праведный приговор произнес, и подал ему помощь против языка не преподобна и мужа неправедна. Под именем языка не преподобна понимает язык клеветнический, коварный и злоречущий; а под именем человека неправедна и льстива подразумевает или Саула тестя своего или вообще всякого злонамеренного и коварного.

Пс.42:2 Занѐ ты̀ є҆сѝ, бж҃е, крѣ́пость моѧ̀, вскꙋ́ю ѿри́нꙋлъ мѧ̀ є҆сѝ; и҆ вскꙋ́ю сѣ́тꙋѧ хождꙋ̀, внегда̀ ѡ҆скорблѧ́етъ вра́гъ;

Пс.42:3 Послѝ свѣ́тъ тво́й и҆ и҆́стинꙋ твою̀: та̑ мѧ̀ наста́виста, и҆ введо́ста мѧ̀ (в Евр. да наста́вѧтъ и҆ да ввдꙋтъ) въ го́рꙋ ст҃ꙋ́ю твою̀ и҆ въ селє́нїѧ твоѧ̀.

Второй стих одного содержания со стихом 10, положенным в предыдущем псалме (Пс.41:10), и разность состоит в одних только словах, а не в сути. Давид хотя и жалуется здесь на лютость врагов своих, и оплакивает скорбь, причиняемую от них: однако, противополагая мучительству их щит терпения и уповая на Бога, не сомневается, что враги не больше имеют над ним власти, чем столько, сколько Господь попускает им. А отсюда располагает дух свой к молитве, и просит Бога, чтобы Он снова явил ему милость Свою, которую казалось на время скрывал. Под именем света понимается Божие благоволение. Ибо как враждебные обстоятельства не только помрачают наше лицо, но и само небо делают для нас мрачным, так Божье благословение вновь возвращает нам радостное ведро²⁸⁸: поскольку свет лица Его прогоняет весь мрак печали, которым мы покрыты были. Этим же словом означает и то, что все беды и несчастья не от чего иного приключаются нам; как только от того, что Бог отъемлет от нас знамения отеческой любви Своей, которые вновь приносят нам жизнь, как скоро Господь явит нам милостивое лице Свое. К сему прибавляет истину, ибо свет жизни и избавления надеялся получить от Божиих непреложных обетований. Как бы сказал: пошли, Господи, свет милости Твоей, да озарит мрак печали моей, и тем да удостоверит, что Ты верен и непреложен есть в обещаниях Твоих. За тем показывает, почему об этом просит, и какое предполагает намерение возвращения своего в отечество. Та мя, говорит, да наставят, и да введут в гору святую Твою, и в селения Твоя. Ибо как главная причина печали была та, что удален был от собрания людей благочестивых: так главной же причиной радости и благополучия почитает то, если возымеет счастье упражняться в делах благочестия и богослужения, во святилище присутствуя. Об этом образно указывает, упоминая о священной горе, то есть Сионе, где водружена была скиния Божия, к которой относились все желания его, и откуда усилием врагов удален он был как изменник. Это достойно внимания потому, что будучи лишен жены, имения, дома и других удовольствий, горит желанием только к храму, а прочее всё пренебрегает, как об этом подробнее сказано в предыдущем псалме.

Пс.42:4 И҆ вни́дꙋ къ же́ртвенникꙋ бж҃їю, къ бг҃ꙋ веселѧ́щемꙋ ю҆́ность мою̀ (в Евр. къ бг҃ꙋ весе́лїѧ и҆ ра́дости моеѧ̀): и҆сповѣ́мсѧ тебѣ̀ въ гꙋ́слехъ, бж҃е, бж҃е мо́й.

Такими словами дает обет принести Богу торжественную жертву в память избавления своего. Ибо не о повседневном только и обыкновенном богослужении говорит, но упоминая о жертвеннике, где обыкновенно приносимы были мирные жертвы, изображает особенную жертву благодарности, которую обещает принести на этом жертвеннике. Называет Бога виновником веселия и радости своей, поскольку имеет в намерении возблагодарить Его за то благодеяние, что Он печаль его сменил на радость.

Пс.42.5 Вскꙋ́ю приско́рбна є҆сѝ, дꙋшѐ моѧ̀; и҆ вскꙋ́ю смꙋща́еши мѧ̀; ᲂу҆пова́й на бг҃а, ꙗ҆́кѡ и҆сповѣ́мсѧ є҆мꙋ̀, спасе́нїе лица̀ моегѡ̀ и҆ бг҃ъ мо́й.

Толкование пятого и последнего стиха смотри в предыдущем псалме.

Надписание

Пс.43:1 Въ коне́цъ, сынѡ́въ коре́овыхъ, въ ра́зꙋмъ: (в Евр. Нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ и̑з̾ сынѡ́въ коре́овыхъ, пѣ́снь вразꙋмлѧ́ющаѧ)

Содержание

Этот псалом содержит описание гонения, бывшего на верных, живших как в ветхом завете, так и в новой благодати. Святой Златоуст и Феодорит относят это повествование ко временам Маккавеев, претерпевших жесточайшие гонения от Антиоха Епифана, и от других царей Сирских или Египетских: а святой Амвросий, Иероним и Августин относят его к святым мученикам, претерпевшим лютейшие гонения от царей Римских, каковы были Диоклитиан, Нерон и им подобные. Подходит и тем и другим.

Толкование

Пс.43:2 Бж҃е, ᲂу҆ши́ма на́шима ᲂу҆слы́шахомъ, и҆ ѻ҆тцы̀ на́ши возвѣсти́ша на́мъ дѣ́ло, є҆́же содѣ́лалъ є҆сѝ во дне́хъ и҆́хъ, во дне́хъ дре́внихъ.

Люди Божии, находящиеся в гонении, и под игом озлобления стенающие, воспоминают здесь о тех великих делах, которые некогда произвел Бог в защиту верных Своих, и удивляются, почему ныне тех же верных своих, как им кажется, оставил: чтобы таким воспоминанием могли преклонить Бога на милость. Однако же не перемене Бога удивляются, но чудным и непостижимым судьбам Его. Ибо Пророк для того в заглавии псалма положил вначале слово в разум, или, песнь вразумляющая, поскольку здесь нужен разум. Бог не переменяется, но только переменяет врачевство, смотря по обстоятельствам времени, и по недугам народа Своего. Боже, говорит Пророк в лице церкви, или верных обоего завета, ушима нашима услышахом. Достаточно было бы сказать просто, услышахом, но сказано, ушима услышахом, для лучшего изображения известности вещи²⁸⁹. Ибо как святой Иоанн пишет в начале первого послания своего: еже видехом очима нашима, и еже руки наша осязаша (1Ин. 1:1), так и в этом месте сказано: ушима нашима услышахом, то есть, мы сами слышали. И тот час прибавляют, от кого и что слышали: отцы наши возвестиша нам, то есть, известились мы не от известного некоего слуха, и не от людей неизвестных, но отцы наши, мужи достовернейшие, которые нас сынов своих никогда не обманывали, эти самые отцы наши возвестиша нам. Что же такое слышали от отцов, поведают прибавляя: дело, еже соделал еси во днех их, во днех древних. Какое дело?

Пс.43:3 Рꙋка̀ твоѧ̀ ꙗ҆зы́ки потребѝ, и҆ насади́лъ ѧ҆̀ є҆сѝ: ѡ҆ѕло́билъ є҆сѝ лю́ди и҆ и҆згна́лъ є҆сѝ ѧ҆̀.

Показывают в частности одно из чудных дел Божиих, которое сделал Бог в пользу верных Своих во дни отцов их, и говорят, что Бог сильною рукою Своею, изгнав из обетованной земли иноплеменные народы Хананейские и Евусейские, поселил в ней отцов их. Ты озлобил народы оные претяжкими войнами и в конец побежденных или совсем истребил, или изгнал за пределы, дабы уступили место избранным людям, которых так насадил и укоренил на земле той, как насаждаются и укореняются деревья, которых сень покрывает горы, и ветви их как кедры Божие (Пс.79:10).

Пс.43:4 Не бо мече́мъ свои́мъ наслѣ́диша зе́млю, и҆ мы́шца и҆́хъ не спасѐ и҆́хъ, но десни́ца твоѧ̀ и҆ мы́шца твоѧ̀ и҆ просвѣще́нїе лица̀ твоегѡ̀, ꙗ҆́кѡ благоволи́лъ є҆сѝ въ ни́хъ.

Доказывают вышесказанные слова: рука Твоя языки потреби, и говорят, что отцы их не овладели бы землёй обетованной оружием и силою своею, и не превозмогли бы врагов своих, которые были сильнее их, и в военном деле искуснее, если бы не Господь защищал и покровительствовал им. Итак не мечом своим, то есть, не силою оружия своего завоевали они землю обетованную: но десница Твоя, и мышца Твоя покорила им ту землю, и спасла от смерти и плена сражавшихся с иноплеменными народами. Это произошло того ради, яко Ты благоволил еси в них: Ты милостивым оком воззрел на них не ради добродетелей или заслуг их, но поскольку Тебе благоугодно было избрать их в люди Свои. Просвещение лица означает здесь благоволительное воззрение Божие или милость Господню, как сказано в предыдущем псалме, в Пс. 42:3. Ибо по выражению Священного Писания, Бог тогда лице Свое просвещает на человека, когда светлым оком благоволит взирать на него, то есть, когда милует его, и благодать Свою сообщает ему. Впрочем всё произносимое здесь весьма справедливо, как следует из книги Иисуса Навина (Нав.6), что стены града Иерихона от одного вопля сынов Израилевых до основания пали, и из главы Нав.10:11, где читаем, что Бог во время сражения Израильтян под предводительством Иисуса Навина одождил²⁹⁰ каменный град с небес, от которого большее число врагов погибло, нежели от меча Израильтян.

Пс.43:5 Ты̀ є҆сѝ са́мъ ца́рь мо́й и҆ бг҃ъ мо́й, заповѣ́даѧй спасє́нїѧ і҆а́кѡвлѧ.

Народ Божий более наглядно изображает здесь то же самое, о чем выше упомянул, то есть, что милость Божия к древним не только была ощутительна, но и на протяжении несколько веков беспрерывно продолжалась: как бы сказал: Ты есть тот самый Бог, Который отцов наших в течении стольких веков покровительствовал; поскольку Ты был царём их, а потому и мой царь. Поскольку и я происхожу от праотца моего Иакова, которого Ты милостью Твоею спасал и защищал во все дни жизни его, и не так как прочие цари, которые оружием подданных своих защищают и спасают, но одним словом, одной властью, и одним мановением можешь спасти не только Иакова, но и всех людей, как царь всего мира.

Пс.43:6 Ѡ҆ тебѣ̀ врагѝ на́шѧ и҆збоде́мъ рѡ́ги, и҆ ѡ҆ и҆́мени твое́мъ ᲂу҆ничижи́мъ востаю́щыѧ на ны̀.

Пс.43:7 Не на лꙋ́къ бо мо́й ᲂу҆пова́ю, и҆ ме́чь мо́й не спасе́тъ менѐ.

Пс.43:8 Спа́слъ бо є҆сѝ на́съ ѿ стꙋжа́ющихъ на́мъ, и҆ ненави́дѧщихъ на́съ посрами́лъ є҆сѝ.

Здесь показывает Пророк, каким образом Бог царствовал над народом Своим: ибо такую подавал ему силу, что он всем врагам своим страшен был. Обозначает это подобием, взятым от волов; оно показывает, что народ имел силу больше чем человеческую. Такие слова, о Тебе и о имени Твоем, обозначают, что народ Божий победоносен был потому, что под покровительством Божиим воинствовал; впрочем, что сказали верные об отцах своих, то же самое прилагают к себе самим: поскольку принадлежали к одному и тому же телу церкви, и делают это с намерением, дабы показать, что и они ту же имеют надежду; ибо если бы не были подобны отцам, то не были бы достойны и милости Божией. Ныне же, когда исповедуют, что та же милость и им сообщена, какая и отцам их, то благонадежно просят о продолжении оной, о Тебе, говорят, враги наша избодем роги, то есть, если Ты продолжишь к нам милость Твою, то и мы, надеясь на помощь Твою, победим врагов наших. И о имени Твоем уничижим востающия на ны, то есть, призвав имя Твое, не убоимся стремления врагов, восстающих на нас, но даже презрим силу их, и самих прогоним и рассыплем с такой лёгкостью, с какой разъяренный вол рогами рассыпает плевы. За тем, показывая подобие между народом Божиим настоящим и древним, прибавляют: не на лук бо мой уповаю, то есть, также как древний тот народ не мечом своим приобрел обетованную землю: так и мы люди Твои настоящие не на луки наши уповаем, то есть, не на силы наши, и не на оружие наше надеемся. И меч наш не спасет нас, то есть, мы веруем и исповедуем, что если получим спасение, то его не мечу нашему припишем, но помощи Твоей. Ты бо спасл еси нас от стужающих нам, то есть, мы исповедуем, что спасение наше не от наших сил зависит: сколько кратно бы спасаемы были от какой-либо напасти и скорби, Ты спас нас. Ты врагов наших ненавидящих нас, и погубить желавших, посрамлял еси, делая то, что усилия их, при покровительстве Твоем, оставались тщетны, и они со стыдом от нас отходили.

Пс.43:9 Ѡ҆ бз҃ѣ похва́лимсѧ ве́сь де́нь, и҆ ѡ҆ и҆́мени твое́мъ и҆сповѣ́мысѧ во вѣ́къ.

Из вышесказанных слов заключают верные, что если они и ныне избавлены будут от скорби, то благодеяние сие припишут Богу, и всю славу воздадут Ему же. Такими словами подтверждают вышесказанное доказательство, то есть, что народ и ныне тот же, который прежде был, и который надеется на помощь Божию, а не на свои силы, как и народ древний уповал не на себя, но на помощь Господню.

Пс.43:10 Ны́нѣ же ѿри́нꙋлъ (ны̀) є҆сѝ и҆ посрами́лъ є҆сѝ на́съ, и҆ не и҆зы́деши, бж҃е, въ си́лахъ на́шихъ.

Отсюда начинается удивление и плачевная жалоба людей, тяжко озлобляемых от врагов, чего ради тот же Бог и с тем же народом так противно²⁹¹ поступает, что которого прежде делал торжествующим победителем, того ныне попускает врагам побеждать и преодолевать. Ныне же отринул ны еси, и посрамил еси нас, то есть, Ты, Который издревле в такой милости содержал нас, почто ныне отвергнул и посрамил? Ибо во времена Антиоховы бесчестно было называться Иудеанином, а во времена новые при мучителях бесчестно было имя Христианина, и верные казались быть оставленными от Бога. И не изыдеши в силах наших, то есть, когда хотим мы противоборствовать врагам, почто не исходишь с нами, как издревле исходил поборствовать о людех²⁹²? Под именем сил разумеются войска, как ясно изображено в Еврейском тексте; ибо вооруженное воинство составляет силу и крепость народов. Впрочем, как во время гонения Антиохова, так и языческих царей такая была немощь в народе Божием, что никто не смел не только делом, но даже словом попротивиться, и потому верные одним только терпением вооружались. Но хотя от видимого врага и преодолеваемы были, однако над невидимым преславно торжествовали: и хотя пред очами людей казались как бы оставленными от Бога, однако втайне величайшей Божией милостью вспомоществуемы²⁹³ были. Но здесь о том только говорится, что происходило вне, а что делалось втайне, то оставляется понимать сынам Кореевым. За тем, продолжая повествовать о гонении, прибавляет:

Пс.43:11 Возврати́лъ є҆сѝ на́съ вспѧ́ть при вразѣ́хъ на́шихъ, и҆ ненави́дѧщїи на́съ расхища́хꙋ себѣ̀.

То есть, Ты сделал то, что мы, которые прежде стояли на первом месте, ныне стоим на последнем, и как побежденные и плененные следуем за врагами нашими, ненавидящими нас, которые по своей воле как нас самих, так и имение наше расхищают себе, и в свою пользу обращают. Это изречение взято из закона, где Моисей говорит так: како поженет един тысящи, и два двигнета тьмы, аще не Бог предаст их? (Втор. 32:30). Поскольку же верным засвидетельствовано было такое, потому не слепому счастью приписывают нападение врагов, на которых прежде сами смело и храбро нападали: но чувствуют, что, по небесному определению, возвращаются вспять при врагах. И как выше признавались, что прежнее мужество было дар Божий: так и здесь признают, что страх и робость от Бога насланы на них. Потому говорят:

Пс.43:12 Да́лъ є҆сѝ на́съ ꙗ҆́кѡ ѻ҆́вцы снѣ́ди, и҆ во ꙗ҆зы́цѣхъ рассѣ́ѧлъ ны̀ є҆сѝ.

То есть, Ты попустил врагам нашим с такой удобностью и в таком множестве убивать нас, как бы были мы овцы, влекомые на торжище, которые в великом множестве и без всякого сопротивления закалываются: а тех из нас, которых враги убить не хотели, рассеял в народах. Через что обозначаются заточения и ссылки в самые отдалённейшие места, куда верные весьма часто засылаемы были, а особенно исповедники новой благодати.

Пс.43:13 Ѿда́лъ є҆сѝ лю́ди твоѧ̀ без̾ цѣны̀, (в Евр. за ничто̀), и҆ не бѣ̀ мно́жество въ восклица́нїихъ на́шихъ (в Евр. и҆ не ᲂу҆мно́жилъ є҆сѝ цѣны̀ ихъ).

То есть, Ты предал людей Твоих во власть врагов, и никакой цены не взял за них; ибо когда враги хотели продать нас другим в неволю, то не великая полагалась цена за обмен, но как скоты продаваемы были почти за ничто, и отсылаемы на работу самую низкую и подлейшую. Ибо иные отсылались в горы на сечение камней, иные стерегли скот, иные на позорищах²⁹⁴ растерзываемы были зверями, и таким образом служили увеселением для зрителей. Так толкуется это место по тексту Еврейскому; но Августин, последуя переводу семидесяти толковников, такие слова как, не бе множество в восклицаниих наших, изъясняет так: немногие остались в церквах наших такие, которые бы могли при отправлении Богослужения и священных обрядов восклицать Господу.

Пс.43:14 Положи́лъ є҆сѝ на́съ (въ) поноше́нїе сосѣ́дѡмъ на́шымъ, (въ) подражне́нїе и҆ порꙋга́нїе сꙋ́щымъ ѡ҆́крестъ на́съ.

К мучениям телесным прибавляют насмешки и ругательства, как бы так говоря: из того, что попущением Твоим дошли мы до такого бедственного состояния, произошло то, что сделались мы посмешищем у всех соседей наших: все обитающие окрест нас только что смеются и ругаются бедствиям нашим, и нет никого, кто бы пожалел о нас.

Пс.43:15 Положи́лъ є҆сѝ на́съ въ при́тчꙋ во ꙗ҆зы́цѣхъ, покива́нїю главы̀ въ лю́дехъ.

Через причту здесь подразумевается пословица, или бесчестная²⁹⁵ речь, которую употребляли соседствующие народы в поношение людей Божьих. Как бы сказали верные: Ты сделал то, что язычники из бедствия нашего сделали себе пословицу, и когда хотели между разговорами предложить в пример какую-либо повесть бесчестную²⁹⁶, тогда предлагали на среду²⁹⁷ наше бедствие. Они еще не только поносящими словами ругаются на нас, но и покиванием головы, как особенным знаком ругательства, презрение свое оказывают.

Пс.43:16 Ве́сь де́нь сра́мъ мо́й предо мно́ю є҆́сть, и҆ стꙋ́дъ лица̀ моегѡ̀ покры́ мѧ,

Пс.43:17 ѿ гла́са поноша́ющагѡ и҆ ѡ҆клевета́ющагѡ, ѿ лица̀ вра́жїѧ и҆ и҆згонѧ́щагѡ.

То есть: во все время гонения сего, стыд наш непрестанно обращается пред очами нашими; мы всегда видим один только смех и срам, который лицо наше как завесою покрывает. Этот срам и стыд происходит от гласа поношающаго и оклеветающаго, то есть, от тех врагов и гонителей, которые ругают нас за то, что Распятого почитаем, и укоряют нечестием, что богам их не кланяемся; притом еще поносят и ложными беззакониями, как бы мы младенцев в жертву закалываем²⁹⁸, кровосмешение творим, и другими подобными этим беззакониями оклеветывают²⁹⁹.

Пс.43:18 Сїѧ̑ всѧ̑ прїидо́ша на ны̀, и҆ не забы́хомъ тебє̀, и҆ не непра́вдовахомъ въ завѣ́тѣ твое́мъ,

Пс.43:19 и҆ не ѿстꙋпѝ вспѧ́ть се́рдце на́ше: и҆ ᲂу҆клони́лъ є҆сѝ стезѝ на́шѧ ѿ пꙋтѝ твоегѡ̀,

Исчислив благодеяния Божии, бывшие к древним, и показав бедственное состояние новых людей, Пророк прибавляет от их лица, что причину такого бедственного состояния нельзя приписать грехам их. Впрочем надо заметить, что верные не добродетелями своими гордятся здесь, но только представляют невинность свою перед врагами, дабы тем лучше могли преклонить Бога на милость. Иначе обвинили бы Бога в неправосудии, и молитва их не была бы молитва, но хула на Бога. Итак, хотя верные и не усматривают ясно причин несчастия своего: но в том мнении твердо и непоколебимо стоят, что Бог имеет свои причины, по которым так немилосердно и строго поступает с ними. Говорят же: сия вся приидоша на ны, и проч.: то есть, все эти угнетения и скорби претерпели мы, однако не забыли Тебя, не отступили от Тебя и не почтили богов чужих. Ибо Писание часто полагает забвение Бога вместе с идолослужением, как сказано в псалме: измениша славу Его в подобие тельца, и забыша Бога спасающаго их (Пс. 105:20). И в книге Второзакония (Втор. 32:17, 18): пожроша бесовом, а не Богу; и Бога рождшаго тя оставил еси, и забыл еси Бога питающаго тя. И снова, в этом самом псалме, в стихе 21 (Пс.43:21): аще забыхом имя Бога нашего, и аще воздехом руки наша к Богу чуждему. Таким образом верные утверждают здесь, что они не почитали богов чужих, и потому говорят: не забыхом Тебе, и не неправдовахом в завете Твоем. То есть: не только не прилепились к богам чужим, забыв Тебя истинного Бога, но и не сделали неправды против завета, утверждённого с тобою на горе Синайской, дабы хранить его. И не отступи вспять сердце наше: то есть, ходя с тобою по завету Твоему и всем сердцем прилепляясь к Тебе, не отступили мы вспять, и не оставили Тебя. Ты же уклонил еси стези наша от пути милосердия Твоего: Ты отъял от нас покровительствующую руку Твою, и мы зашли в пути непроходимые.

Пс.43:20 ꙗ҆́кѡ смири́лъ є҆сѝ на́съ на мѣ́стѣ ѡ҆ѕлобле́нїѧ, и҆ прикры́ ны сѣ́нь сме́ртнаѧ.

Этими словами показывают верные, каким образом Бог уклонил стези их от пути Своего: поскольку де смирил их на месте озлобления, и потому покрыла их сень смертная. Смирить кого-либо на месте озлобления, по выражению Священного писания, означает то же, что низвергнуть кого-нибудь в глубину бедствий. Иероним с Еврейского текста слова эти перевел так: яко смирил еси нас на месте змиином, то есть, поселил нас между народами, лютостью змеям подобными. Слова хотя различные, но смысл имеют тот же. Словосочетание: сени смертныя весьма часто употребляется в Священном Писании обоего завета, и по большей части используется вместе с понятием тьмы, как видеть можно у Иова (Иов.3:5), и в Псалтыре (Пс.87:7, Пс.106:10). Так же у Исаии (Ис.9:2); у Матфея (Мф.4:16), и у Луки (Лк.1:79): и означает, не что иное, как великую тьму, каковая объемлет человека во время смерти, погашающей жизненный свет.

Пс.43:21 А҆́ще забы́хомъ и҆́мѧ бг҃а на́шегѡ, и҆ а҆́ще воздѣ́хомъ рꙋ́ки на́шѧ къ бо́гꙋ чꙋжде́мꙋ,

Пс.43:22 не бг҃ъ ли взы́щетъ си́хъ; то́й бо вѣ́сть та̑йнаѧ се́рдца.

Люди, говорящие в этом псалме, свидетельствуются самим Богом, что они в самом деле никогда не забывали Господа, как и выше сказали: Аще бо, говорят, забыхом имя Бога нашего, и аще воздехом руки наша к богу чуждему: то не Бог ли взыщет сих? Как бы сказали: поистине взыщет, и найдёт, так ли есть, как говорим. Той бо весть тайная сердца: Тот, поистине, найдёт, что мы не забыли Его. Важное, поистине, и сильное засвидетельствование, когда так смело призывают самого Бога во свидетели невинности своей. Откуда извещаемся, что верные не защищали де́ла своего перед миром, но отзывались³⁰⁰ к суду Божию в надежде защиты Его.

Пс.43:23 Занѐ тебє̀ ра́ди ᲂу҆мерщвлѧ́емсѧ ве́сь де́нь, вмѣни́хомсѧ ꙗ҆́кѡ ѻ҆́вцы заколе́нїѧ.

Пс.43:24 Воста́ни, вскꙋ́ю спи́ши, гдⷭ҇и; воскреснѝ, и҆ не ѿри́ни до конца̀.

Этим заключают верные молитву свою, преклоняя Бога на милость, и прося конца гонению своему. Поскольку де, ради исповедания имени Его повседневно предаются смерти и ведутся на заклание как овцы, убиваемые без всякого сопротивления или милосердия. Потом, снова обращая молитву к Богу, говорят: востани, Вскую спиши Господи? Сном называют долготерпение Божие, а через восстание разумеют движение, относящееся ко мщению. Как бы сказали: чего ради долготерпишь? Чего ради молчишь, и как спящий не видишь, какое зло рабы Твои терпят, и насколько само имя Твое страждет³⁰¹? Восстань же, и подай нам помощь, не отринь нас от покровительства Твоего, да и мы не отпадем от Тебя, и враги наши да не порадуются бедствиям нашим.

Пс.43:25 Вскꙋ́ю лицѐ твоѐ ѿвраща́еши; забыва́еши нищетꙋ̀ на́шꙋ и҆ ско́рбь на́шꙋ;

Продолжают ту же молитву, употребляя два иных образных выражения. Ибо в предыдущем стихе взяли подобие от сна, а здесь берут его от забвения и отвращения лица, из которых хотя ни то, ни другое Богу не приличествует; однако Писание, по человечески выражаясь, говорит, что Бог отвращает лице Свое тогда, когда не помогает и как бы не смотрит на бедность нашу, а забывает, когда, по видимости, не печется о требующих помощи и скорбящих, так как бы забыл их.

Пс.43:26 Ꙗ҆́кѡ смири́сѧ въ пе́рсть дꙋша̀ на́ша, прильпѐ землѝ ᲂу҆тро́ба на́ша.

Святые люди, зная, что молитва смиренных очень приятна Богу, говорят, что они так смиряются пред Ним, как больше смиряться невозможно. Ибо кто молится стоя, тот может унизить себя, преклонив колена; и даже, кто молится преклоняя колена, тот может еще унизить себя, преклонив главу до земли: но кто молится весь распростершись на земле, тот не может уже больше уничижить и смирить себя. Может еще человек смирить себя в персть сугубо³⁰², то есть, и сердцем и телом: сердцем, когда помышляет и признается, что он есть земля и пепел, как молился Авраам, говоря: ныне начах глаголати ко Господу моему, аз же есмь земля и пепел (Быт. 18:87). Телом же, когда молится так, как молился Господь наш Иисус Христос и как свидетельствуют о нем Евангелисты, говоря: паде на лице Своем моляся (Мф. 26:39; Мк. 14:35). Не противоречит и Лука, когда говорит: преклонь колена моляшеся (Лк. 22:41). Ибо сначала преклонив колена, молиться начал, а потом пал на землю. Обоего рода смирение представляют здесь люди Божии, говорящие: яко смирися в персть душа наша, прильпе земли утроба наша. Другие относят эти слова не только к смиренной молитве, но и к великости гонения, посредством которого люди Божии доведены были до крайнего и самого величайшего бесчестия и презрения.

Пс.43:27 Воскреснѝ, гдⷭ҇и, помозѝ на́мъ, и҆ и҆зба́ви на́съ и҆́мене ра́ди твоегѡ̀.

Верные прибавляют здесь последнюю и самую сильнейшую причину, ради чего Бог должен преклониться к народу Своему на милость, а именно, да не будет более хулится имя Его, но наоборот да прославляется. Воскресни, говорят, помози нам в скорби сей, избави нас имене ради Твоего, и как без цены продал нас, так же без цены и искупи, не ради заслуг наших, но ради прославления имени Твоего, ради милосердия и благости Твоей.

Надписание

Пс.44:1 Въ коне́цъ, ѡ҆ и҆змѣнѧ́емыхъ сынѡ́мъ коре́ѡвымъ въ ра́зꙋмъ, пѣ́снь ѡ҆ возлю́бленнѣмъ (в Евр. Нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ и̑з̾ сынѡ́въ коре́овыхъ, на шестострꙋ́ннѣмъ ѻ̑рꙋ́дїи (созанні́мъ), пѣ́снь вразꙋми́тельнаѧ и̑ бра́чнаѧ).

Содержание

В этом псалме, по смыслу буквальному, описывается и светлыми похвалами превозносится великолепие, красота, могущество и царские добродетели царя Соломона. И как сочинен он по случаю бракосочетания его с дочерью царя Египетского, то супружеству сему обещается именем Бога благословение, если только новая невеста, оставив любовь к своему народу, вся прилепится к жениху. Впрочем нет сомнения, что под этим прообразом живо описывается величество, сила и распространение царства Христова, дабы верные знали, что нет для них ничего блаженнее и вожделеннее, как покоряться власти сего высочайшего Царя.

Толкование

П.44:2 Ѿры́гнꙋ се́рдце моѐ сло́во бла́го, глаго́лю а҆́зъ дѣла̀ моѧ̑ царе́ви: ѧ҆зы́къ мо́й тро́сть кни́жника скоропи́сца.

Пс.44:3 Красе́нъ добро́тою па́че сынѡ́въ человѣ́ческихъ, и҆злїѧ́сѧ благода́ть во ᲂу҆стна́хъ твои́хъ: сегѡ̀ ра́ди благослови́ тѧ бг҃ъ во вѣ́къ.

Предисловие показывает, что тема этой песни не есть обыкновенная и простая: ибо Пророк обещает, что он будет говорить о вещах великих и преславных, относящихся не к одному только тленному царству, но и нечто большее и превосходнейшее прознаменующих³⁰³. Как бы сказал, что сердце его отрыгнуть³⁰⁴ хочет нечто преславное и достопамятное, дабы люди не на одну поверхность слов взирали, но и во внутреннюю их силу проникали. Потом показывает согласие сердца с языком, сравнивая язык свой с книжником скорописцем, и через это подразумевая благодать вдохновения Духа Святого, действовавшего языком его. Начинает песнь от похвалы красоты, потом прибавляет похвалу, относящуюся к красноречию: восхваляет же красоту царского лица не потому, как бы она сама по себе за нечто великое почиталась (ибо красота между добродетелями никакого места не имеет); но потому, что через красивое лицо часто проявляется благородное свойство души, так как лицо Соломона показывало, что он одарен был изящными способностями. Не без причины похваляется в царе и красноречие: ибо царь не одной только властью своею должен управлять подданными, но и приятностью слова привлекать к себе в любовь сердца их, как, например, древние утверждают о Геркулесе, что он как бы имел в устах своих золотые цепи, которыми как бы насильно привлекал к себе людей. Выражение сего ради не то означает здесь, как бы Соломон ради красоты лица и красноречия благословен был свыше: но скорее дает причину, почему такими дарованиями украшен был: то есть, что Бог ими благословил его.

Пс.44:4 Препоѧ́ши ме́чь тво́й по бедрѣ̀ твое́й, си́льне,

Пс.44:5 красото́ю твое́ю и҆ добро́тою твое́ю (в Евр. веаиколѣ́пїемъ и̑ сла́вою твое́ю): и҆ налѧцы̀, и҆ ᲂу҆спѣва́й, и҆ ца́рствꙋй и҆́стины ра́ди и҆ кро́тости и҆ пра́вды: и҆ наста́витъ тѧ̀ ди́внѡ десни́ца твоѧ̀.

Пс.44:6 Стрѣ́лы твоѧ̑ и҆з̾ѡщрє́ны, си́льне: (ѿ ни́хъ) лю́дїе под̾ тобо́ю падꙋ́тъ въ се́рдцы вра̑гъ царе́выхъ (про́йдꙋтъ).

Здесь похваляется Соломон, во-первых, из-за храбрости воинской, которая страх врагам наносит; во-вторых, из-за добродетелей, которыми приобретается почтение от подданных. Ибо царь и своих защитить не сможет, если не будет врагам страшен; и воюя против внешних, мало успеет, если внутреннее благосостояние царства не будет управляемо по правилам правосудия и справедливости. Таким образом Давид, во-первых, желает сыну своему Соломону, чтоб меч, которым он будет препоясан, послужил ему знамением как воинской доблести против врагов, так и знамением почтения, воздаваемого от своих. К этому прибавляет, что слава его, которою процветать будет, никогда не увянет, но будет долговременна и вечна. Во-вторых, приступает к добродетелям, которые лучше всего просиявают³⁰⁵ при мирном и спокойном состоянии, называя их переносным словом истинными подпорами царства, или еще выразительнее, конями и колесницами³⁰⁶, на высоту возносящими царя, противополагая оные не только суетным пышностям, которыми цари земные кичатся, но и тем порокам, которыми другие по большей части уважение себе приобрести тщатся, употребляя вместо правосудия, милости и кротости, гордость, высокомерие, лютость, хищение, неправду и насилие. Потому сам Соломон в Притчах говорит: милость и истина сохранение царю, и обыдут престол его в правде (Притч. 20:28). В последней части пятого стиха пророчествует Давид Соломону, что он во всех предприятиях будет иметь счастливый успех, если с воинской доблестью соединит добродетель правосудия и кротости: ибо те цари которые со слепым порывом устремляются на всё, те хотя на краткое время и страшны бывают, но страх сей мгновенно исчезает, одна только кротость заставляет трепетать от руки храбрых. В следующем шестом стихе обращается снова к воинской силе, предвозвещая, что стрелы царевы так будут изощрены, что пройдут в сердца враг царевых; такими словами отмечает, что стрелы те достигнут и находящихся в отдалении врагов, если бы покусились они воспротивиться владычеству его. В каковом смысле полагает и такие слова: людие под тобою падут, которыми предсказывает, что не только ближние супротивные народы, но и отдаленные под ногами его падут, как бы вкратце сказал, что все те, которые дерзнут поколебать благосостояние царства его, бедственно погибнут: ибо царь довольно найдет стрел в руках своих, чтобы усмирить дерзость их.

Пс.44:7 Прⷭ҇то́лъ тво́й, бж҃е, въ вѣ́къ вѣ́ка: же́злъ пра́вости же́злъ ца́рствїѧ твоегѡ̀.

Пс.44:8 Возлюби́лъ є҆сѝ пра́вдꙋ и҆ возненави́дѣлъ є҆сѝ беззако́нїе: сегѡ̀ ра́ди пома́за тѧ̀, бж҃е, бг҃ъ тво́й є҆ле́емъ ра́дости па́че прича́стникъ твои́хъ.

Евреи, чтобы не быть принужденными признать Божество Мессии, это место толкуют по своему обычаю, относя его к одному только Соломону. Потому имя: Боже, читают не в звательном, но в родительном падеже так: престол Твой яко престол Бога. И поскольку дескать Соломон имел царствовать не мучительски³⁰⁷, и не по примеру многих других царей, но по законам правосудия и справедливости: для того и такие слова: в век века, относят к нему же, как бы престол его имел стоять непоколебим через все века. Но такое толкование их весьма неосновательно, бесстыдно и дерзко: ибо всякий может видеть, что такое свидетельство человеку смертному не приличествует³⁰⁸, и мы нигде не читаем, чтоб или человек или Ангел этим титулом почтен был, без каких-либо исключений. А хотя в множественном числе называются цари и судьи богами, однако с прибавлением некоторого ограничения: но чтоб один кто назван был Богом, этого нигде в Священном Писании не находим кроме одного места, где Моисей назван Богом Фараоновым (Исх. 7:1), но и то с великим ограничением, как сказано выше. Отсюда следует заключить, что эта песнь к высшему относится царству, нежели к прообразному. Относительно к Соломону здесь похваляются царские добродетели, и правосудный образ правления. В следующем 8 стихе полагается ясное определение правосудия, которое не с меньшей строгостью наказывает порок, сколь и защищает правду, невинность и добродетель. Ибо мы знаем, какое неустройство в царствах производит безнаказанность и своеволие, когда царь слабо наказывает беззакония и пороки. Откуда произошло такое древнее изречение, что лучше жить под скипетром такого царя, который ничего не позволяет, нежели такого, который позволяет все. Известно и такое Соломоново изречение: иже судит праведнаго неправедным, неправеднаго же праведным, нечист и мерзок у Господа (Притч. 17:15). За тем прибавляет: сего ради помаза Тя Бог Твой елеем радости, паче причастник Твоих. Выражение сего ради положено здесь вместо причины, поскольку Соломон не по своим заслугам или добродетелям помазан был в царя, но по одному благоволению Бога, который, предопределив его к чести и славе государства, наперед одарил и нужными к тому способностями: откуда следует, что помазание по порядку сообщено было прежде добродетелей, которые поэтому не могут быть приписаны ему самому. Под именем причастников подразумеваются братья Соломоновы, в особенности Адониа, которому предпочтен был Соломон, хотя и младший: ибо прежде нежели родился, Божиим предвозвещением назначен был в царя. Помазание называется елеем радости потому, что благополучие церкви и радостное благосостояние народа, вверяемого помазуемому, зависит от него.

Пс.44:9 Смѵ́рна и҆ ста́кти и҆ касі́а ѿ ри́зъ твои́хъ, ѿ тѧ́жестей слоно́выхъ (в Евр. Смѵ́рна, и҆ а̑ло́й, и҆ кассі́а, ѿ ри́зъ твои́хъ и҆ска́паетъ, є҆гда̀ и̑схо́диши и̑з̾ черто́гѡвъ слоно́выхъ), и҆з̾ ни́хже возвесели́ша тѧ̀.

Пс.44:10 Дщє́ри царе́й въ че́сти твое́й (в Евр. междꙋ честнѣ́йшими твои́ми): предста̀ цари́ца ѡ҆деснꙋ́ю тебє̀, въ ри́захъ позлаще́нныхъ ѡ҆дѣ́ѧна преиспещре́на (в Евр. въ зла́тѣ ѡ̑фи́рскомъ).

Первые слова означают благовонные ароматы, из которых составлялся елей, употребляемый при помазании царей, по обыкновению восточных народов, а у Иудеев по повелению Самого Бога. Какого были свойства эти драгоценные и благовонные ароматы, описывать здесь нужды нет. Достаточно знать, что ими окропляемы были ризы царя, как Пророк говорит здесь. Далее описывает Соломона, исходящего из чертогов слоновых, названных так потому, что стены оных покрыты были слоновой костью вместо обоев, откуда все присутствующие поздравляли и приветствовали его, между которыми без сомнения находились не только почтеннейшие мужи, но и жены, которых для того называет Пророк дщерьми царей: поскольку некоторые из них от царского рода происходили, и жили при Соломоновом дворе, или на случай бракосочетания его из других стран прибыли, и приняты с надлежащей честью и великолепием, роду их соответствующим. Между же всеми оными высочайшую степень или первое место занимала дочь Египетского царя, как невеста Соломонова. И потому сказано: предста царица одесную Тебе, в ризах позлащенных одеяна, преиспещрена.

Пс.44:11 Слы́ши, дщѝ, и҆ ви́ждь, и҆ приклонѝ ᲂу҆́хо твоѐ, и҆ забꙋ́ди лю́ди твоѧ̑ и҆ до́мъ ѻ҆тца̀ твоегѡ̀:

Пс.44:12 и҆ возжела́етъ цр҃ь добро́ты твоеѧ̀, занѐ то́й є҆́сть гдⷭ҇ь тво́й, и҆ поклони́шисѧ є҆мꙋ̀ (в Евр. и҆ поклони́сѧ є҆мꙋ̀),

Здесь обращает слово к невесте, или ко дочери царя Египетского: ибо хотя, по закону Иудейскому, и не позволялось Соломону брать в жену девицу иноплеменную, однако без сомнения было на то Божие особенное благоволение, чтоб царь Египетский взыскал сродства его. Впрочем, поскольку тем же законом повелевалось Иудеям, чтобы жен своих прежде бракосочетания с ними обучали истинному Богослужению, для того Пророк, отводя отроковицу, в языческом народе рожденную и принимаемую в тело церкви через новое супружество, от иноплеменнического воспитания, повелевает ей, забыв отечество и сам дом отеческий, принять иные нравы и обычаи. Это для того, чтобы она, как привыкшая к языческому идолослужению, не только сама не осталась приверженной к нему, но и других примером своим не вовлекла в тот же порок, как то случилось после. В этом была причина увещания, при котором, чтобы снискать со стороны её внимание к себе, употребляет имя дщери, которое неприлично было бы приложить к лицу какой-либо простой невесты. А чтобы лучше убедить невесту, насколько нужно для неё восприятие новых нравов, или, так сказать, новое перерождение, привлекает внимание её многими словами, говоря: слыши дщи и виждь, и приклони ухо твое. В самом деле нужно сильное и трогательное убеждение там, где дело идет об отвержении всего того, что природа и привычка делает для нас приятным. Далее увещевает дочь Фараона, чтобы не скорбела, оставив отца, сродников и весь Египет: ибо вместо печальной разлуки предстоит ей лучшее и блистательнейшее счастье. Наконец советует, чтобы всем сердцем привержена была к своему супругу, и оказывала бы ему достодолжное почтение, если хочет, чтоб и он взаимно любил и почитал ее.

Пс.44:13 и҆ дщѝ тѵ́рова съ да́ры: лицꙋ̀ твоемꙋ̀ помо́лѧтсѧ бога́тїи лю́дстїи.

Этими словами умягчает Пророк, или даже совсем истребляет из сердца невесты воспоминание о прежнем благополучном пребывании в доме отца и матери. Известно из священной истории, что Тир был знаменитейший и богатейший город в древности: для того вместо величайшей чести полагает то обстоятельство, что и Тиряне, как подвластные мужу её, а может быть и бывшие враги отечеству её, придут на поклонение к ней с глубочайшим почтением и с драгоценнейшими дарами.

Пс.44:14 Всѧ̀ сла́ва дще́ре цр҃е́вы внꙋ́трь: рѧ́сны златы́ми ѡ҆дѣ́ѧна и҆ преиспещре́на.

Пс.44:15 Приведꙋ́тсѧ цр҃ю̀ дѣ̑вы в̾слѣ́дъ є҆ѧ̀, и҆́скрєннїѧ є҆ѧ̀ приведꙋ́тсѧ тебѣ̀:

Пс.44:16 приведꙋ́тсѧ въ весе́лїи и҆ ра́дованїи, введꙋ́тсѧ въ хра́мъ царе́въ.

Поскольку Пророк часто говорил о красоте и о убранстве невесты, то дабы не возомнила она, что достоинство её в том только и состоять должно, потому предупреждает такое плотское мнение, говоря: вся слава дщере царевы внутрь, то есть, что дочь царя не столько должна украшаться лепотою³⁰⁹ лица и убранством риз, сколько сиять внутренними добродетелями, как то, кротостью, благонравием и целомудрием, как и апостол Петр увещевает Христианских жен, говоря: имже да будет не внешняя плетения влас, и обложения злата, или одеяния риз лепота: но потаенный сердца человек, в неистлении кроткаго и молчаливаго духа (1Пет. 3:3–4). Впрочем хотя не в простых только людях, но и в царях излишняя пышность предосудительна: однако же, с другой стороны, не должно отнимать у царей умеренного блеска, который бы соответствовал достоинству их, в каковом вводится здесь невеста царева, рясны златыми одеянная, преиспещренная, и сопровождаемая сонмом дев предследствующих и совозследствующих³¹⁰.

Пс.44:17 Вмѣ́стѡ ѻ҆тє́цъ твои́хъ бы́ша (в Евр. бꙋдꙋтъ) сы́нове твоѝ: поста́виши ѧ҆̀ кнѧ̑зи по все́й землѝ.

К преимуществу царского достоинства относится и то, когда наследники царей отцам своим в славе и чести соравняются. Давид предвозвещает сыну своему Соломону, что величество рода его даже и по смерти не уменьшится, если дети, имеющие родиться от него, славою своею и добродетелями сравняются с отцом.

Пс.44:18 Помѧнꙋ̀ и҆́мѧ твоѐ во всѧ́комъ ро́дѣ и҆ ро́дѣ: сегѡ̀ ра́ди лю́дїе и҆сповѣ́дѧтсѧ тебѣ̀ въ вѣ́къ и҆ во вѣ́къ вѣ́ка.

Эти слова Соломону не приличествуют³¹¹: ибо всем известно, каким пороком обесславил он память имени своего; не больше заслужил памяти и сын его Ровоам, который безумной гордостью своею потерял большую и наилучшую часть государства. Итак, дабы истина этого изречения была нам достоверна³¹², необходимо это место отнести ко Христу, память которого всегда пребывает бессмертна и благословенна, а величество царствия во веки непоколебимо. Пусть враги отовсюду возникают, пусть усиливаются ниспровергнуть оное, но пред лицом Его преклоняется всякое колено небесных и земных и преисподних, доколе положит все власти и начала, противные Ему, в подножие ног Своих. Ни ярость адского князя, ни усилие целого мира не могли истребить и помрачить имени Его. Они не воспрепятствовали распространиться Ему в потомстве, и слава Его гремит по всей вселенной, проповедуется через все века, во всех народах, и на всех языках. Почему и на нас долг лежит прилежно заботиться, чтобы это благословенное имя никогда между нами не умолкало, и память Его пребывала бессмертна, написана в книгах наших, написана в образе жизни, написана в делах. Взгляни же, как Давид предвещает вечность своего пророчества. Ибо сказав, помяну имя Твое во всяком роде и роде, обозначил такое: я хотя и скончаюсь, но Тебя воспою и по смерти моей: тело мое разрушится, писания же пребудут как закон вечный.

Надписание

Пс.45:1 Въ коне́цъ, ѡ҆ сынѣ́хъ коре́овыхъ, ѡ҆ та́йныхъ: (в Евр. Нача́льнѣйшемꙋ пѣвцꙋ и̑з̾ сынѡ́въ коре́овыхъ, на мꙋсикі́йскомъ ѻ̑рꙋ́дїи и̑менꙋемомъ а̑ламѡ́тъ, пѣ́снь)

Содержание

В этом псалме приносится благодарение Богу за сохранение Иерусалима от некоего великого бедствия, а в прообразовательном смысле проповедует Пророк о Церкви, что она под покровительством Божиим среди всех напастей пребудет непоколебима во веки.

Толкование

Пс.45:2 Бг҃ъ на́мъ прибѣ́жище и҆ си́ла, помо́щникъ въ ско́рбехъ ѡ҆брѣ́тшихъ ны̀ ѕѣлѡ̀.

Хотя намерение Пророка вообще клонится здесь к тому, чтоб превознести Божию силу и благость, распространяющуюся на всех Божиих сынов: однако нет сомнения и в том, что эти слова в особенном смысле относит к лицу избранного народа, дабы отличить его от нечестивых язы́ков³¹³, и таким образом прославить преимущество усыновления, которым почтил Бог одних только сынов Авраамовых. И потому ясно изображает, каков есть Бог к верным сынам Своим, чтобы знали все, что Он церковь Свою защищает. За тем следует наведение³¹⁴, что верные не имеют никакой причины трепетать и бояться, когда Бог всегда готов защищать и покровительствовать им, будучи вооружен непобедимою силою.

Пс.45:3 Сегѡ̀ ра́ди не ᲂу҆бои́мсѧ, внегда̀ смꙋща́етсѧ землѧ̀, и҆ прелага́ютсѧ го́ры въ сердца̀ морска́ѧ.

Пс.45:4 Возшꙋмѣ́ша и҆ смѧто́шасѧ во́ды и҆́хъ, смѧто́шасѧ го́ры крѣ́постїю є҆гѡ̀.

В Еврейском тексте эти слова читаются так: Сего ради не убоимся, внегда смутится земля, и приложатся горы в средину моря: внегда возшумят и возволнуются воды его, потрясутся горы от возвышения его.

Пророк такими словами изображает свойство истинной и прямой надежды, когда верные и при таком смятении творения, каковое здесь описывается так живо, что кажется, как бы само небо упало, земля двинулась с места своего, и горы от оснований своих расселись до верхов, стоят спокойны и непоколебимы духом. Легко иметь надежду и показывать неустрашимость, когда нет близкой опасности; но когда потрясение всего мира угрожает всем погибелью, а сердца верных пребывают в покое, то отсюда не явно ли усматривается Божья сила, присутствующая при них? Впрочем когда говорит, не убоимся, тем самым не совсем изъемлет³¹⁵ благочестивые души от боязни, так как бы не имели никакого чувства, (ибо бесчувствие весьма далеко отстоит от постоянства веры): но только научает, что верные при помощи Божией всегда находят в себе достаточные силы к преодолению всякого страха.

Пс.45:5 Рѣ́чнаѧ ᲂу҆стремлє́нїѧ веселѧ́тъ гра́дъ бж҃їй: ѡ҆свѧти́лъ є҆́сть селе́нїе своѐ вы́шнїй.

Из вышесказанных слов выводит Пророк такое заключение, что хотя бы воды морские вознеслись до небес и сильным стремлением своим испровергли самые горы, но город Божий и посреди столь ужасных смятений пребудет спокоен и радостен, будучи доволен своими малыми источниками, не противополагая некоего великого моря этим сильным волнам, о которых упомянул. Ибо Пророк просто подразумевает здесь, что и малые речные потоки подадут святому городу полную материю к веселию³¹⁶, хотя бы впрочем весь мир поколебался. Здесь же говорит, приспособляя речь к малому потоку, текущему из Силоама, и проходящему через город Иерусалим. По этой причине Исаия укоряет Иудеев, что они, презрев воды Силоамские, тихо текущие, пожелали рек глубоких и быстрых (Ис. 8:6). Почему вероятно, что если псалом этот сложен по поражении воинства Сеннахирима, то Пророк с намерением употребил такие переносные слова, чтобы верные были удостоверены, что при помощи Божией могут и впредь обойтись без всякой помощи мира. Далее, называя Иерусалим святым селением Вышнего, приспособляет слово к обстоятельствам тогдашних времен. Ибо хотя Бог распространял владычество Свое на все колена Израилевы, но престол Свой утвердил в Иерусалиме; почему главное селение Его было во святилище.

Пс.45:6 Бг҃ъ посредѣ̀ є҆гѡ̀, и҆ не подви́житсѧ: помо́жетъ є҆мꙋ̀ бг҃ъ ᲂу҆́трѡ заꙋ́тра (в Евр. возсїѧ́ющꙋ ᲂу҆́трꙋ).

Этими словами показывает, откуда святому городу такая безопасность, и дает причину, что Бог пребывает посреди его, и потому не подвижится, то есть, не только не потерпит ничего тяжкого, но даже нимало не поколеблется. Ибо Бог во всякое время готов подать ему помощь, и притом весьма скорую, то есть, не отлагаемую до иного времени, но всегда готовую, и в приличествующее³¹⁷ время. Это обозначает, утро заутра.

Пс.45:7 Смѧто́шасѧ ꙗ҆зы́цы, ᲂу҆клони́шасѧ ца́рствїѧ: дадѐ гла́съ сво́й вы́шнїй, подви́жесѧ землѧ̀.

Поскольку церковь Божья всегда имеет врагов, и притом таких, которые со зверским и необузданным стремлением нападают на нее; потому Пророк учение свое, которое предложил выше о непобедимой помощи Божией, подтверждает первее опытом, потом выводит общее утешение, показывая, что рука Божия довольно сильна отвратить все усилия врагов. Таким образом повествует, что хотя враги церкви с ужасным ополчением пришли истребить святой город, но, Божьим гласом будучи поражены, все мгновенно рассыпались и исчезли. Это значит, смятошася язы́цы. И хотя Бог не гласом и воплем побеждает противников, но одним только мановением: однако не возбраняет и человеческим образом понимать силу Свою, возводя мысли наши от нижних к высшим. Поэтому Пророк всегда вводит его вооруженным, хотя Бог ни в каком оружии не имеет нужды, ибо одним мановением не только города, и царства, и страны, но и саму землю сотрясает.

Пс.45:8 Гдⷭ҇ь си́лъ съ на́ми, застꙋ́пникъ на́шъ бг҃ъ і҆а́кѡвль.

Здесь вновь упоминает об усыновлении, по силе которого отличил Бог Израильтян от всех прочих народов: иначе воспоминание Божьей силы поразило бы всех одним только страхом. Отсюда же приемлют дерзновение хвалиться, что Бог потому избрал их в особенный народ, чтобы силу Свою явить в защите и хранении их. По сей причине Пророк, наименовав Бога Господем сил, тотчас прибавляет другие прилагательные имена: заступник наш Бог Иаковль, которыми утверждает завет, учиненный в древности с Авраамом, дабы потомки его, к которым собственно относится наследие Божьего обетования, не сомневались, что Бог равно и к ним милостив будет. Таким образом в этом стихе полагаются два довода, которыми весьма ясно доказывается, что народ Божий ничего не должен бояться. Первое потому, что всемогущий Бог, Которому всяческое служит, есть Помощник народу Своему; второе потому, что Он же не только может, но и хочет народу Своему помогать, поскольку благоволит называться Богом Иаковлим, от которого сам по плоти произошел.

Пс.45:9 Прїиди́те и҆ ви́дите дѣла̀ бж҃їѧ, ꙗ҆̀же положѝ чꙋдеса̀ на землѝ (в Евр. ка́ѧ положѝ запꙋстнїѧ на землѝ):

Пс.45:10 ѿе́млѧ бра́ни до конє́цъ землѝ, лꙋ́къ сокрꙋши́тъ и҆ сло́митъ ѻ҆рꙋ́жїе, и҆ щиты̀ сожже́тъ ѻ҆гне́мъ.

Здесь, как кажется, Пророк припоминает Израильтянам о тех чудных делах, которые произвел Бог над врагами их, поразив через Ангела в одну ночь всё Ассирийское воинство, состоявшее из ста восьмидесяти тысяч вооруженных воинов, и которыми засвидетельствовал, что Он есть наилучший и вернейший покровитель церкви Своей, дабы верные отсюда восприняли оружие и силы против всех нападений, могущих случиться впредь. Почему не просто призывает всех, и убеждает размышлять о Божьих делах, а через то прикровенно укоряет небрежение тех, которые не так внимательны к Божьим делам, как должно. Ради этого великолепными словами превозносит Божью силу, явленную в сохранении избранного народа, которая поскольку обыкновенно презираема бывает, или не уважается по достоинству, когда действует просто: для того предлагает на среду³¹⁸ запустения и другие чудеса, сильнее действующие на человеческие чувства. Следующие слова: отъемля брани до конец земли, лук сокрушит и сломит оружие, сказаны в таком смысле, чтоб верные и в предбудущее время того же ожидали, что теперь видят на самом опыте сбывшееся. В самом деле мы видим из священной истории, сколь сильно защищал Бог церковь Свою. Ибо не единожды, но многократно сокрушая луки, преломляя оружие, и сжигая щиты огнем, удалял брани³¹⁹ от пределов земли Иудейские. Да и вероятно, что Пророк, взяв отсюда случай, привел Иудеям на память, сколь часто Бог сокрушал величайшие ополчения врагов. Впрочем нет сомнения, что он описывает эти чудеса с тем намерением, чтоб и мы во время мятежей мира прибегали к Богу, и от Него надеялись покоя и тишины.

Пс.45:11 Оу҆праздни́тесѧ (в Евр. преста́ните) и҆ разꙋмѣ́йте, ꙗ҆́кѡ а҆́зъ є҆́смь бг҃ъ: вознесꙋ́сѧ во ꙗ҆зы́цѣхъ, вознесꙋ́сѧ на землѝ.

Пс.45:12 Гдⷭ҇ь си́лъ съ на́ми, застꙋ́пникъ на́шъ бг҃ъ і҆а́кѡвль.

Здесь, как кажется, особенно обращает слово к врагам Божьего народа, и чтобы придать больше силы слову, вводит самого Бога глаголющего, и сначала повелевает им предстать или успокоиться от дерзких начинаний, потом познать, кто есть Бог. Ибо мы видим, что когда люди безрассудно на всё стремятся, тогда нет никакого места кротости. Поэтому Пророк не без причины требует кротости от врагов церкви, дабы успокоившись и укротивши ярость, восчувствовали, что они брань творят не с людьми, но с Богом; подобное этому изречение мы видели в Пс. 4:5, где сказано: гневайтеся, и не согрешайте, яже глаголете в сердцах ваших, на ложах ваших умилитеся. Суть слов состоит в том, чтоб враги, усмирив мятущиеся страсти, покорились Богу Израиля, и отдали Ему достодолжную славу: а если продолжат неистовство свое, то знали бы, что Божья сила не в одних заключается пределах Иудеи, и что Ему не трудно будет простереть мышцу свою дальше в народы, и повсюду себя прославить. На конце повторяются слова, сказанные выше, то есть, что Бог имеет достаточно оружия и сил для защиты Своей церкви.