сост. свящ. Сергий Широков

Священники

Булгаков Сергий, прот. (Сергей Николаевич) ( 1871– 1944)

Выдающийся деятель русской религиозной философии, после своей вынужденной эмиграции из России был одним из наиболее значительных представителей православной мысли за рубежом. Родился 16 июня 1871 г. (по другим сведениям – 16 (28) июля) в г. Ливны в семье священника. Во время учебы в семинарии потерял интерес к вере. Окончил гимназию и в 1894 г. поступил в Московский университет, где увлекся марксизмом. В 1896 г. опубликовал труд «О рынках при капиталистическом производстве», а в 1900 «Капитал и земледелие» (2 тома). В 1901 г. стал магистром политической экономии.

С 1901 по 1905 г. – преподавал в Киевском политехникуме.

В 1906 г. был избран членом II государственной думы.

С 1906 по 19Юг. был профессором Московского коммерческого института.

Является автором ряда общественно-политических, научных и религиозно-философских книг: сб. «Вехи» (1909), «От марксизма к идеализму» (1903), «Два града» (1911), «Философия хозяйства» (1912), «Свет Невечерний» (1917), «Тихие думы» (1918). В 1912 г. защитил диссертацию на степень доктора политической экономии.

С 1917 г. – профессор Московского университета. 11 июня 1918 г. рукоположен во священники. В1917–1918гг. – член Всероссийского Поместного Собора.

В 1919 г. переехал в Крым.

1 января 1923 г. вместе с группой философов и писателей был выслан из России.

В 1923–1925 гг. был профессором церковного права на Русском юридическом факультете в Праге. В 1925–1944 гт. – профессором догматики, Ветхого Завета и христианской социологии в Свято-Сергиевском православном богословском институте в

Париже.

С 1931 г. – инспектор института, с 1940 по 1944 г. – декан.

В 1940 г. о. Сергию была присвоена степень доктор церковных наук «гонорис кауза».

Он был видным участником экуменического движения, вице-председателем Содружества св. Албания и прп. Сергия и руководителем Русского студенческого христианского движения (РСХД).

Скончался 30 июня (13 июля) 1944 г. в Париже. Похоронен на кладбище Сент-Женевьев де Буа под Парижем.

Труды

От марксизма к идеализму. М., 1903.

Два града. М., 1911; Gregg Press Farnham (Engl)., 1971.

Философия хозяйства. М., 1912; Gregg Press Farnham (Engl)., 1971. (На японском языке – Токио, 1926).

Свет Невечерний. М., 1917. Gregg Press Farnham (Engl)., б/д.

На пиру богов. София, 1921.

Святые Петр и Иоанн. Париж, 1926.

Купина неопалимая. Париж, 1927.

Друг Жениха. Париж, 1927.

Карл Маркс, как религиозный тип. Варшава, 1929–

Лествица Иаковля. Париж, 1929.

Икона и иконопочитание. Париж, 1931.

О чудесах Евангельских. Париж, 1932.

Агнец Божий. Париж, 1933.

Докладная записка о Премудрости Божией. Париж, 1935.

Утешитель. – Париж, 1936.

Радость Церковная. Париж, 1938.

Невеста Агнца. Париж, 1945.

Автобиографические заметки. Париж, 1946.

Апокалипсис Иоанна. Париж, 1948.

Философия имени. Париж, 1953.

Жизнь за гробом. Париж, 1955.

Православие. Париж, 1965.

Die Tragoedie der Philosophie. Darmstadt, 1927.

ТЬе Оrthodox Church. London, 1935.

The Wisdom of God. London, 1937.

ТЬе Vatican Dogma. – South Canaan (Ра), 1959.

Dialog zwischen Gott und Mensch. Marbourg, 1961.

Литература

Зандер Л.А. Бог и мир: В 2 т., Париж, 1948.

Памяти о. Сергия Булгакова: Сборник / Сост. Л. Зандер. Париж, 1945.

Спекторасий Е^Давац В. Материалы для библиографии русских научных трудов за рубежом. Белград: Т. I.

1931; Т. II. 1941 (2-о е изд. – 1972).

List of the writings of Professors of the Russian Theological Institute in Paris/ Ed. By I. Zander. 1932,1937,

1947,1954, 1965.

Вербицкий Василий, прот., Алтайский миссионер (XIX в.)

Среди миссионеров особой любовью у новокрещеных алтайцев пользовался протоиерей Василий Вербицкий, прибывший в Алтайскую миссию в 1853 г. Он был одним из самых замечательных людей в истории Миссии. В своей деятельности он сочетал труд проповедника-миссионера и ученого-лингвиста. За 37 лет жизни на Алтае о. Василий в своих многочисленных трудах изучил и описал быт, религиозные верования, язык, народные предания, обычаи, нравы и условия жизни алтайцев. Его книга «Алтайские инородцы» представляет богатейший этнографический материал. Парадокс его миссионерской деятельности состоял в том, что, будучи православным миссионером, который призван был искоренять язычество, он своими трудами привлек научную общественность России к жизни «алтайских инородцев». Именно благодаря его собиранию алтайского фольклора до нас дошли некоторые языческие предания, которые были утрачены в их национальной среде. Помимо этнографических исследований о. Василий занимался ботаникой и метеорологическими наблюдениями. Он способствовал развитию на Алтае пчеловодства и много лет посвятил изучению флоры Алтая. Особую ценность представляют труды В.Вербицкого в области лингвистики. Ему принадлежит заслуга создания «Краткой грамматики алтайского языка» и «Словаря алтайского и аладагского наречий тюркского языка» – фундаментального лингвистического труда объемом около 500 страниц. В основе этих изданий лежат материалы, которые он собирал на протяжении более чем 30 лет. Его вклад в отечественную тюркологию не утратил своего научного значения до настоящего времени.

Труды

Записки миссионера Кузнецкого отделения Алтайской духовной миссии... за 1861 год. М., 1862.

Литература

Алтайская церковная миссия. СПб., 1869.

Борте Пивоварюв, протоиерей. К изучению истории миссионерской деятельности Русской Православной

Церкви в XIX – начале XX века, в частности истории Алтайской духовной миссии // Миссионерское обозрение,

1996, № 1 (3). С. 10–16.

Кацюба ДВ. Алтайская духовная миссия: вопросы истории, просвещения, культуры и благотворительности.

Кемерово, 1998.

Ландыгиев С. В. Алтайская духовная миссия. М., 1864.

Ландышев С. В. Некоторые сведения о церковной Алтайской миссии... М., 1856. Отт.: Творения Святых Отцов в русском переводе: Прибавления. М., 1856. Ч. 15.

Ландышев С. В. Сведения об Алтайской духовной миссии за шесть лет (с августа 1856 по август 1862 года)...

М., 1863.

Путинцев М. Алтай: Его святыни. Миссионерство. Дивные пути Промысла Божия в обращении язычников в христианство. Воспоминания о почивших миссионерах. Изд. 2. М., 1891.

Киселев Александр, протопресвитер ( 1909–2001)

Родился 7 октября 1909 г. в Тверской губ. В 1918 г. его родители с детьми, спасаясь от большевистского режима, покинули Россию и поселились в Эстонии, где оставался островок старой Руси с православной верой и русскими культурными традициями. Здесь он окончил духовную семинарию и в 1933 г. был рукоположен в священный сан. Священническое служение о. Александр проходил в Нарве и в Таллине.

Он был активным участником Русского студенческого христианского движения (РСХД). До начала Второй мировой войны о. Александр с семьей переехал в Германию. Здесь на его долю выпало много испытаний.

В 1941 г. он переехал в Берлин.

«В то время настоятелем собора св. Владимира в Берлине был архим. Иоанн (позднее архиеп., кн. Шаховской). Он узнал о нашем приезде и предложил мне идти к нему в приход. Это был очень духовно спасенный приход, творивший немало добрых дел. До конца войны его прихожане всеми силами помогали нашим пленным – людям, угнанным в Германию на работы.

Моя священническая миссия в те тяжкие дни заключалась в посещении лагеря для военнопленных... Мне пришлось побывать в самых страшных лагерях...

Наши военнопленные даже соорудили хороший походный иконостас и по воскресным дням в лютеранской кирхе после лютеранской службы совершались православные богослужения, причем пело два хора – по-славянски и по-грузински».

После войны о. Александр переезжает в Мюнхен (Бавария), где организовал большое русское дело – Дом «Милосердный Самарянин», в котором, кроме домового храма во имя прп. Серафима Саровского, создаются: гимназия, медицинская лаборатория, школа сестер милосердия, издательство, отдел социальной помощи. Основной целью просветительской и социальной деятельности Дома была помощь русским беженцам и пленным солдатам.

Потом о. Александр переехал в США, где служил в крестовой церкви в честь прп. Серафима Саровского в резиденции Св. Синода Русской Православной Церкви Заграницей в Нью-Йорке. В течение длительного времени он был секретарем предстоятеля Русской

Православной Церкви Заграницей митрополита Виталия. В Нью-Йорке о. Александр организовал Свято-Серафимовский фонд, в задачи которого входило собирание и сохранение русского духовного и культурного наследия. В 1978 г. он основал независимый русский православный национальный журнал «Русское Возрождение», оставаясь его бессменным главным редактором до конца жизни. С 1991 г. после переезда о. Александра и матушки Каллисты из США в Россию редакция журнала разместилась в Донском монастыре в Москве. Здесь он прожил 10 лет и скончался 3 октября 2001 г. Перу о. Александра принадлежит целый ряд книг.

Труды

Чудотворные иконы Божией Матери в истории России. М., 2000.

Облик генерала А. А. Власова: (Записки военного священника). Нью-Йорк, 1977.

Литература

Русское Возрождение // Москва, 2002, №81.

Леонтьев Максим, священник (+ 1711/1712)

Православный миссионер в Китае. Служил священником в поселении первых 100 русских казаков в Пекине, которые были взяты в плен китайцами в 1685 г. после захвата крепости Албазин на берегу р. Амур. Только о. Максим имел свободный выход из крепости, где содержались пленные казаки-албазинцы с семьями, и мог беспрепятственно совершать службы. Для этих целей китайское правительство предоставило ему старый буддистский храм. Через торговый караван, который направлялся в Тобольск, о. Максим смог сообщить о том, что необходимо было прислать из России для совершения церковных служб. На обратном пути купцы привезли не только все просимое, но еще и двух клириков и послание от Тобольского митрополита со словами ободрения и пожелания успехов в проповеди Евангелия среди китайцев. Император Петр Великий поддержал миссионерское служение о. Максима в Пекине, по достоинству оценив его политическое значение.

Литература

Адоратский (иеромонах Николай). Православная миссия в Китае за 200 лет ея существования // Православный собеседник, 1887, № 2–11.

Гурий, иеромонах. Русские и греко-российская церковь в Китае в XVII – XIX вв. Письмо иеромонаха Гурия, скончавшегося архиепископом Таврическим, к Саратовскому епископу Иакову, скончавшемуся в С.-Петербурге архиепископом Нижегородским // Русская старина, 1884, сент. С. 655–662.

Краткая история Русской православной миссии в Китае: Сост. по случаю исполнившегося в 1913 г. двухсотлетнего юбилея ее существования. Пекин, 1916.

Мечев Алексий, прот., святой праведный (1859–1923)

Родился в Москве 17 марта 1859 г. в благочестивой семье регента кафедрального

Чудовского хора Алексея Ивановича Мечева. С момента рождения его жизнь связана с именем свт. Филарета, митр. Московского и Коломенского. Он в свое время спас его отца от смерти на морозе и, увидев в этом Промысел Божий, в дальнейшем заботился о спасенном ребенке, а впоследствии и о его семье. Святитель молился во время его родов (у его матери, Александры Дмитриевны, они были трудные) и предсказал: «Родится мальчик, назови его Алексием в честь празднуемого нами сегодня св. Алексия, человека Божия». Алексий рос в семье, где царила живая вера в Бога, любовь, добросердечное отношение к людям.

Учился в Заиконоспасском училище, затем в Московской духовной семинарии, после окончания которой мечтал поступить в университет и стать врачом. Но мать воспротивилась этому: «Ты такой маленький, где тебе быть доктором, будь лучше священником». Алексию было тяжело оставить свою мечту, но против воли горячо любимой матери он не пошел. По окончании семинарии служил псаломщиком в Знаменской церкви Пречистенского благочиния. В 1884 г. женился на дочери псаломщика Анне Петровне Молчановой по большой любви и 18 ноября того же года был рукоположен во диакона в церкви великомученика Георгия в Лубянском проезде. Брак его был очень счастливым и матушка Анна родила 5 детей. 19 марта 1893 г. диакон Алексий был рукоположен во священника к церкви свт. Николая в Пленниках. Он ввел в своем храме ежедневное богослужение, и 8 лет служил в пустом храме почти в одиночестве. Постепенно люди потянулись в этот храм, от них и пошла молва о добром пастыре.

29 августа 1902 г. скончалась матушка Анна. О. Алексий очень горевал и был безутешен.

Но однажды он встретился со св. прав. Иоанном Кронштадтским. На вопрос о. Алексия: «Вы пришли разделить со мной мое горе?» – о. Иоанн ответил: «Не горе твое я пришел разделить, а радость: тебя посещает Господь». Впоследствии о. Алексий скажет о себе: «Господь посещает наше сердце скорбями, чтобы раскрыть нам сердца других людей».

Отец Иоанн посоветовал: «будь с народом, войди в чужое горе, возьми его на себя, и тогда увидишь, что твое несчастье мало, незначительно в сравнении с общим горем, и легче тебе станет». Так началось его духовническое и старческое служение. «Путь к спасению заключается в любви к Богу и ближним» – говаривал Батюшка. И сам был полон милующей любви. Он имел духовный дар прозорливости, но по своему глубокому смирению старался не показывать его. При храме были открыты церковно-приходская школа, приют для сирот и неимущих. Благословив на писание икон свою духовную дочь Марию Николаевну Соколову (впоследствии монахиня Иулиания), о. Алексий дал импульс развитию оригинальной школы русской православной иконописи.

Истинными духовными друзьями о. Алексия были оптинские старцы прп. Анатолий

(Потапов) и иг. Феодосий. Они изумлялись подвигу московского старца – «во граде яко в пустыни». Единомышленником о. Алексия был архим. Арсений (Жадановский), будущий епископ. Духовным чадом батюшки был также научный сотрудник (Институт психологии АН СССР) Борис Васильевич Холчев (будущий архимандрит).

Св. патриарх Тихон всегда считался с отзывом о. Алексия в случаях хиротонии, затем предложил ему взять на себя труд по объединению московского духовенства.

Дважды Батюшку вызывали на собеседование в ОПТУ (в конце 1922 г. и в марте 1923 г.), запрещая принимать народ.

В последних числах мая 1923 г. о. Алексий уехал в Верею на отдых. Он предчувствовал, что уходит навсегда. Перед отъездом отслужил в своем храме последнюю Литургию, попрощался с духовными детьми, простился с храмом. Много плакал.

Скончался о. Алексий 22 июня 1923 г. Проводить о. Алексия в последний путь прибыл на Лазаревское кладбище св. патриарх Тихон, освобожденный в этот день из заключения.

Святейший отслужил по усопшему литию, опустил гроб в могилу и первый бросил в нее горсть земли.

Отец Алексий причислен к лику святых Русской Православной Церкви Деянием Юбилейного Архиерейского Собора 14 августа 2000 г. Канонизация состоялась на Божественной литургии в храме Христа Спасителя 20 августа 2000 года.

В 2001 г. на праздник Всех святых, в земле Российской просиявших, совершилось обретение мощей св. прав. Алексия Московского. Великое множество священников и мирян участвовало в крестном ходе, пронесшем святые мощи праведника по Москве.

Литература

«Пастырь добрый». Жизнь и труды московского старца протоиерея Алексия Мечева / Сост. Сергей Фомин на основе материалов из личного архива Елены Апушкиной. М., 1997.

Старец протоиерей Алексий Мечев. Жизнеописание и свидетельства к церковному прославлению. Случаи прозорливости, примеры прижизненных и посмертных чудес, знамений, молитвенной помощи старца. М., 2000.

Московский батюшка. Воспоминания об о. Алексее Мечеве. М., 1994.

Отец Алексий Мечев. Воспоминания, проповеди, письма. Ред. Н. А. Струве. Париж, 1989.

Жизнеописание священномученика о. Сергия Мечева, составленное его духовными чадами // Надежда. Душеполезное чтение, вып.1б. Базель-Москва, 1993

Соль Земли. Составил Сергей Фомин на основе материалов из личного архива Елены Апушкиной. М., 1998.

Нецветов Иаков св. прав., просветитель народов Аляски ( 1804– 1864)

Отец Иаков Нецветов, священник-алеут, родился на острове Св. Георгия (один из островов Прибылова). Следуя воле отца, научился читать и писать. Получил образование в Иркутске. В 1827 г. женился и был рукоположен в сан священника. В 1828 г. начал миссионерское служение и духовное попечение о своей пастве на Алеутских островах. Паства его располагалась на территории более трех тысяч километров. Он совершил множество миссионерских путешествий по островам, находил здесь и подготавливал ботанические экспонаты для музеев Санкт-Петербурга. Им была основана церковь свт. Николая в Кветлуке. Он перевел Евангелие на унанганский язык, пользуясь церковнославянским и современным русским текстами, т. е. переводил с родного языка своего отца на язык своей матери. В 1844 г. переехал на материк для миссионерской работы среди квикпахтских эскимосов. Условия жизни здесь были очень суровыми. Почта приходила лишь раз в году. В 1836 г. он потерял спутницу жизни – матушку, после чего пожелал посвятить себя монашеской жизни в Иркутске, но замены ему не нашлось и о. Иаков оставался на этом месте служения еще 8 лет.

В 1844 г. свт. Иннокентий назначил о. Иакова в Кускоквимско-Юконскую часть Юго-Западной Аляски. Там обстоятельства жизни были еще более суровыми, что пагубно отразилось на его здоровье. Однако миссионерская и просветительская работа среди индейцев-юпиков и атабасков продолжалась. Миссионерское служение о. Иакова совершалось почти 20 лет, вплоть до 1862 г., когда он переехал в Ситку, где служил в часовне для тлинкитского племени и 26 июля 1864 г. окончил свою праведную жизнь.

Публикация его дневников, которые были обнаружены всего лишь 20 лет тому назад, послужили основанием для прославления его как святого подвижника-миссионера. В 1994 г. Русская Православная Церковь и Православная Церковь в Америке одновременно причислили его к лику святых как «просветителя народов Аляски».

Литература

Жизнь и апостольские труды святителя Иннокентия (Вениаминова) // Указание пути в Царствие Небесное.

М., 1997.

Святые Америки: 200-летие Православия в Америке // Русский Паломник, № 9, 1994.

Широков Сергий, священник Валаамский монастырь и Американская православная миссия: история и духовные связи; 200 лет Православия в Америке М., 1996.

http://www.pravoslavie.ru/

Петров Аввакум, протопоп ( 1620– 1682)

Поборник старой веры, вождь старообрядчества, автор знаменитого Жития и ряда других произведений, родился на Нижегородской земле, в селе Григорове, в семье сельского священника Петра. В возрасте 21 года был рукоположен в дьяконы церкви соседнего с Григоровом села Лопатицы и спустя два года рукоположен во священники.

В 1652 г. возведен в сан протопопа, будучи приписан к Вознесенской церкви в

Юрьевце-Поволжском. В это время он был тесно связан с кружком ревнителей благочестия, который возглавляли царский духовник, протопоп кремлевского Благовещенского собора Стефан Вонифатьев и протопоп московского Казанского собора Иван Неронов. Членом кружка был сам молодой царь Алексей Михайлович. Члены кружка ратовали за возрождение активной пастырской деятельности, боролись против разного рода увеселений и пережитков язычества. Движение ревнителей благочестия зародилось вскоре после освобождения Москвы от нашествия поляков и пришло в Москву вместе с нижегородским ополчением и воцарением новой династии Романовых. Вдохновителем его был патриарх Филарет, отец нового царя Михаила Федоровича. Своего расцвета движение достигло в первые годы царствования Алексея Михайловича Романова. Большую часть ревнителей благочестия составляли нижегородцы.

Единомышленниками о. Аввакума в этом движении были нижегородцы – его детские друзья Иларион, архиеп. Рязанский, Павел, еп. Коломенский, протопоп Иван Неронов. В Москву о. Аввакум был вызван о. Иваном Нероновым в 1652 г., когда в Юрьевце у него возник конфликт с прихожанами, и здесь представлен царю. Иван Неронов дал о. Аввакуму право служить в одном из приделов Казанского собора (во имя Гурия и Варсонофия, Казанских чудотворцев). С этого времени он стал постоянным участником кружка боголюбцев, в который входил любимец царя, также нижегородец, новгородский митр. Никон, избранный в 1652 г. патриархом.

С 1653 г. о. Аввакум начал активно участвовать в работе по церковной реформе, которая в конечном счете привела к расколу Русской Церкви. В марте 1653 г. патриарх издал распоряжение о замене двуперстного крестного знамения на троеперстное и о сокращении земных поклонов при чтении покаянной молитвы прп. Ефрема Сирина. Были введены и другие новшества по образцам, принятым в Греческой Церкви. На Печатном дворе по распоряжению патриарха стали править тексты богослужебных книг, приводя их в соответствие с современными греческими. Все это вызвало активное неприятие со стороны народа и духовенства. Среди последних были Стефан Вонифатьев, Иван Неронов, епископ Павел Коломенский, священники Даниил Костромской, Даниил Темниковский,

Логин Муромский, Лазарь Романово-Борисо-глебский и сам о. Аввакум.

Неприятие реформы вызвало репрессии со стороны властей. О. Аввакума арестовали в августе 1653 г., а в сентябре по указу Никона и с согласия царя сослали в Сибирь. Около двух лет он жил в Тобольске, а затем был включен в отряд сибирского землепроходца – воеводы Афанасия Пашкова и совершил поход от Енисейска до Нерчинска по еще не покоренной Сибири, испытывая жестокие притеснения от воеводы. Вместе с о. Аввакумом сибирские скитания терпела и вся его семья: жена, сыновья и дочери.

В начале 60-х властолюбивый патриарх Никон сам подвергся репрессиям со стороны возмужавшего царя, который попытался привлечь к себе тех, кого преследовал патриарх Никон. В 1664 г. о. Аввакум был возвращен в Москву и встретил здесь ласковый прием при дворе. Но увидев, что, отвергнув Никона, царь не отвергает Никоновой реформы, он снова стал бесстрашно убеждать царя отказаться от новшеств, за что вновь был сослан, на этот раз, на север, в Пустозерский острог, близ устья реки Печоры. В феврале 1666 г. о. Аввакум был доставлен в Москву на церковный собор, созванный по инициативе царя для осуждения старообрядчества, а также для решения по делу опального Никона и избрания нового патриарха. Собор 1666–1667 гг. осудил Никона, избрал нового патриарха Иоасафа II, а старообрядцев предал анафеме. Многих из них как еретиков подвергли урезанию языка и разослали по тюрьмам. В конце 1667 г. о. Аввакум вместе с четырьмя узниками – симбирским священником Никифором (умер в Пустозерске в 1668 г.), священником Лазарем, дьяконом Федором и иноком Епифанием – был сослан в Пустозерск, где содержался в земляной тюрьме. Здесь же 14 апреля 1682 г. он был сожжен в срубе.

В своих литературных трудах – от Жития до посланий к пастве – о. Аввакум фактически защищает старую веру. Проповедь была ярким проявлением его пастырского служения еще на нижегородской земле. Позже, в период своих сибирских скитаний, он вдохновенно обличал пагубность никонианских реформ, а вернувшись в Москву, участвовал в диспутах о вере с приверженцами реформ и учеными киевскими старцами (в частности с Симеоном Полоцким).

Писать свое Житие и другие крупные сочинения он начал в Пустозерске, когда лишился прямого общения с единомышленниками. Его учениками и приверженцами были инок Авраамий, боярыня Морозова и др.

Помимо Жития, о. Аввакум является автором «Книги бесед» и «Книги толкований», нескольких челобитных царям Алексею Михайловичу и Федору Алексеевичу, писем и посланий семье, царевне Ирине Михайловне, боярыне Морозовой и ее соузницам – Евдокии Урусовой и Марии Даниловой, иноку Сергию, игумену Феоктисту, Маремьяне Федоровне и другим «верным», «горемыкам миленьким», как он называл своих единомышленников (всего около 80 произведений, некоторые из них до нас не дошли). Сочинения о. Аввакума переведены на многие языки мира.

Труды

Житие протопопа Аввакума, им самим написанное / Под ред. Н. С. Тихонравова. СПб., 1861.

Аввакум. Житие // Памятники истории старообрядчества XVII в. Кн.1. Вып. 1. Л., 1927.

Сочинения Аввакума / Подготовка текстов и комментарий Н. С. Демковой // Памятники литературы древней

Руси. XVII век. М., 1989.

Литература

Житие боярыни Морозовой, княгини Урусовой и Марьи Даниловой // Материалы для истории раскола за первое время его существования. Т.8. Ч. 5. М., 1886.

Робинсон А.Н. Жизнеописания Аввакума и Епифания. Исследование и тексты. М., 1963.

Савабе Павел (1836– 1913)

Первый православный японец, который был обращен в Православие и крещен свт. Николаем, архиеп. Японским.

Савабе жил в Хакодате, где свт. Николай был в то время священником в русском консульстве. Будучи самураем и убежденным националистом, он враждебно относился к о. Николаю, как проповеднику чужой религии. Савабе упорно искал случай вступить с ним в спор, напасть и даже убить его. Однако во время встречи он с удивлением обнаружил спокойствие и смирение православного пастыря, который сумел заронить в нем интерес к христианскому учению. Узнав ближе о. Николая и познакомившись с Евангелием и православным учением, он не только обратился в Православие сам, но и сделался его ревностным проповедником и катехизатором.

Вторым православным японцем стал его друг, врач Урано Сакаи (в крещении Иоанн), а третьим – брат Урано, который при крещении в 1886 г. получил имя Иаков.

Это был период государственного преследования христиан, когда за исповедание христианства могли посадить в тюрьму или безнаказанно убить. После прекращения преследований Павел Савабе возглавил миссионерскую и катехизаторскую работу, заменяя о. Николая на период его поездки в Россию, откуда он вернулся в 1871 г. уже в сане архимандрита и главы открытой Японской православной миссии. Спустя год Савабе посоветовал о. Николаю перенести Миссию из Хакодате в столицу Токио, где к тому времени уже были построены православная церковь и школа. После возобновления преследований Павел и Иоанн были арестованы и почти два года находились в тюрьме.

В 1875 г. Павел был рукоположен в сан священника приехавшим из России епископом. До конца своей жизни он оставался верным помощником свт. Николая в миссионерской работе среди японской паствы.

Литература

Luke A. Veronis, Missionaries, Monks and Martyrs: Making Disciples of All Nations, N.Y., 1994.

Stamoolis J. Eastern Orthodox Mission Theology Today, N. Y., 1986.

Сергиев Иоанн, прот., св. прав. Кронштадтский (Иоанн Ильич) ( 1829– 1908)

Родился 19 октября 1829 г. в селе Сура Пинежского уезда Архангельской губ. в семье бедного сельского дьячка Илии Сергиева и жены его Феодоры. Отец с раннего детства постоянно брал его в церковь и тем воспитал в нем особенную любовь к богослужению. Мальчик был тихим, сосредоточенным, сторонился обычных для его возраста игр, любил природу и службы. Сельчане заметили, что Иван отличается от других детей. Наблюдали за тем, как он молится. Бывало, что его, ребенка, просили «помолиться», если пришла беда, например пропала лошадь.

– Помолись, милый, твоя молитва угодна Богу, – просит огорченный мужик И ребенок молится, и вскоре лошадь находится.

– Иванушка, помолись, у меня старуха занемогла, – просит другой. И он снова молится, и старуха выздоравливает.

В 6 лет отрок Иоанн с помощью отца начал учиться грамоте. Но грамота вначале плохо давалась мальчику. Это его печалило. Когда отец, собрав последние средства, отвез его в Архангельское приходское училище, он особенно остро почувствовал свою беспомощность. Обучение давалось ему с большим трудом. Утешением была молитва. Однажды глубокой ночью, когда все спали, он особенно горячо помолился, и Господь ответил на его просьбу. «Мгновенно как бы завеса спала с моих глаз, – вспоминал о. Иоанн. – Все, о чем говорилось в этот день в классе, ясно представилось в моем уме». С тех пор он достиг больших успехов в учении и в 1851 г., окончив семинарию с отличием, поступил в Петербургскую духовную академию. А из дома пришло известие о смерти отца. Чтобы поддержать мать, Иоанн стал работать в канцелярии академии, получая 9 рублей в месяц. Деньги он полностью отсылал матери.

Учась в академии, Иоанн первоначально склонялся посвятить себя миссионерской работе среди дикарей Сибири и Северной Америки. Но по Промыслу Божию он был призван к пастырско-миссионерскому служению в самой России. Однажды во сне он увидел себя священником, служащим в Кронштадтском Андреевском соборе, в котором до этого он никогда не бывал. Скоро сон сбылся. Студенту Сергиеву предложили быть священником Андреевского собора в Кронштадте после кончины местного прот. Несвицкого. Он согласился и после женитьбы на Елизавете Константиновне, дочери покойного протоиерея, 12 декабря 1855 г. епископом Христофором был посвящен в священнический сан. В Андреевском соборе он прослужил 53 года. Когда о. Иоанн впервые вошел в Кронштадтский Андреевский собор, он от потрясения остановился на его пороге: это был именно тот храм, который представлялся ему еще в детских видениях.

Брак о. Иоанна с его женой был духовным, а не плотским союзом любви.

«Счастливых семей, Лиза, и без нас много. А мы с тобою давай посвятим себя на служение

Богу», – сказал он своей жене в первый же день их совместной жизни и до конца ее оставаясь девственником. С этого времени начался его великий подвиг служения Церкви и народу. О. Иоанн был избран Богом и призван для высокой миссии духовного просвещения русского православного народа. О пастырском и миссионерском служении о. Иоанна вскоре узнала вся Россия, от богатых дворцов до курной избушки. Со дня своего рукоположения о. Иоанн всецело отдался пастырскому служению, ежедневно совершая Божественную литургию. Это требовало самоотверженного духовного подвига, непрестанной молитвы и поста. Его дневник «Моя жизнь во Христе» свидетельствует о той «невидимой брани», которую о. Иоанн вел ежедневно, уподобляясь великим древним подвижникам.

При первом же знакомстве со своей паствой о. Иоанн увидел, что здесь ему предстоит не меньшее поле пастырско-миссионерской деятельности, чем в далеких языческих странах. Кронштадт был местом административной ссылки из столицы всех неблагонадежных. В приморском городе жило много портовых рабочих, которые ютились в лачугах и землянках, попрошайничали и пьянствовали. Городские жители опасались этих «посадских» людей, особенно ночью. Среди них о. Иоанн и начал свое служение. Ежедневно он приходил в их убогие жилища, вел с ними беседы, утешал, ухаживал за больными, помогал материально, раздавая все, что имел, нередко возвращаясь домой раздетым и даже без сапог. Эти «босяки», «подонки общества», которым о. Иоанн отдавал силу своей пастырской любви, зачастую возвращая им утраченное человеческое достоинство, первыми «открыли» его святость. Отец Иоанн учил молиться и жить по заповедям Божиим не только взрослых, но и детей. Дети, которым он преподавал в школе Закон Божий, очень любили его уроки, поскольку Батюшка был увлекательным собеседником и умел зажигать в них веру. К ученикам он всегда относился тепло и приветливо, так что многие из них на всю жизнь запоминали его беседы. Бывали случаи, когда о. Иоанн, заступаясь за нерадивого ученика, которого хотели исключить из школы, сам занимался его исправлением. Проходили годы, и из безнадежного хулигана вырастал полезный член общества. Особенное значение о. Иоанн придавал чтению из житий святых. Он приносил на уроки книги о жизни святых и раздавал их ученикам для домашнего чтения.

В адресе, который был преподнесен о. Иоанну в связи с 25-летием его преподавания

Закона Божия в Кронштадтской гимназии, говорилось: «Не сухую схоластику ты детям преподавал, не мертвую формулу – тексты и изречения – ты им излагал, не заученных только на память уроков ты требовал от них; на светлых, восприимчивых душах ты сеял семена вечного и животворящего Глагола Божия».

«Великим постом я приехал с моим отцом в Кронштадт, чтобы поговеть у о. Иоанна,– вспоминал прот. Василий Шустин. – К концу утрени началась общая исповедь. Сначала батюшка прочел молитвы перед исповедью. Затем сказал несколько слов о покаянии и громко на весь собор воззвал к людям: «Кайтесь!» – Тут стало твориться нечто невероятное. Раздались вопли, крики, устное исповедание тайных грехов. Некоторые стремились выкрикнуть свои грехи как можно громче, чтобы батюшка услышал и помолился за них. А батюшка в это время, став на колени и касаясь головой престола, усердно молился. Постепенно крики превратились в плач и рыдания. Продолжалось так минут 15. Потом батюшка поднялся и вышел на амвон; пот градом катился по его лицу. Раздавались просьбы помолиться, но другие унимали эти голоса, и собор, наконец, стих. Тогда батюшка, высоко подняв епитрахиль, прочитал над народом разрешительную молитву и обвел епитрахилью над головами собравшихся. После этого он вошел в алтарь и началась

Литургия».

По молитве о. Иоанна прозревали слепые. Художник Животовский рассказал о чудесном дожде, который пролился в местности, где стояла долгая засуха, угрожавшая лесными пожарами, после того как о. Иоанн совершил там молебен. По его молитвам исцелялись тысячи людей, которые обращались к нему как лично, так и заочно. Письма и телеграммы о. Иоанну приходили в таком количестве, что кронштадтская почта выделила для него особое отделение. Эти письма и телеграммы о. Иоанн обычно читал сразу после Литургии, часто с помощью секретарей, и тут же горячо молился о просящих. Среди исцеленных о. Иоанном были люди всех возрастов и сословий, православные и католики, евреи и магометане. Вот несколько рассказов об исцелениях, совершенных о. Иоанном.

Однажды женщина-татарка обратилась к о. Иоанну с просьбой помолиться за ее расслабленного мужа, которого она привезла на телеге. О. Иоанн спросил татарку, верует ли она в Бога. Получив утвердительный ответ, он сказал: «Будем молиться вместе. Ты молись по-твоему, а я буду молиться по-моему». Окончив молитву, о. Иоанн благословил татарку. Возвращаясь к своей телеге, татарка остолбенела в изумлении: навстречу ей шел ее выздоровевший супруг.

После службы, сопровождаемый тысячами верующих, о. Иоанн выходил из собора и отправлялся в Петербург по бесчисленным вызовам к больным. И редко когда возвращался домой ранее полуночи. Часто и ночью он не имел времени поспать.

Выдерживать такие нагрузки на протяжении десятков лет можно было только благодаря сверхъестественной благодатной помощи.

Слава людская была для о. Иоанна тяжким крестом. Толпы повсюду окружали его, желая хотя бы прикоснуться к его одежде. По просьбе верующих о. Иоанн совершал поездки в разные города России. Десятки тысяч людей с верою, благоговением и страхом Божиим встречали Кронштадтского чудотворца, чая получить исцеление или только увидеть. Когда о. Иоанн проплывал на пароходе, толпы народа бежали вдоль берега и становились на колени. Харьковский собор во время служения о. Иоанна 15 июля 1890 г. не мог вместить всех молящихся, которые заполнили площадь около собора и все прилегающие улицы. Железные решетки оказались всюду сломанными от давки. 20 июля о. Иоанн совершал молебен на Соборной площади, где собралось более 60 000 людей. Такие же собрания верующих происходили в Самаре,

Саратове, Казани, Нижнем Новгороде и других городах.

Приведем некоторые случаи чудотворящей молитвы о. Иоанна. В Харькове проживал адвокат-еврей. Его единственная восьмилетняя дочь заболела скарлатиной. Лучшие врачи сказали родителям, что состояние девочки безнадежно. Отчаявшийся отец вдруг вспомнил, что в это время в Харькове находился о. Иоанн Кронштадтский, о чудесах которого он давно слышал. Он приехал на улицу, где собрались люди, чтобы встретить о. Иоанна. Пробившись сквозь толпу, адвокат бросился к ногам о. Иоанна со словами: «Святой отец, я еврей, но прошу тебя – помоги мне!» Отец Иоанн спросил, что случилось. – «Моя единственная дочь умирает. Помолись Богу и спаси ее», – воскликнул плачущий отец. О. Иоанн положил на голову еврея руку, возвел глаза к небу, начал молиться, а потом сказал: «Встань и иди с миром домой». Подъехав к дому, тот увидел на балконе жену, которая радостно закричала, что их дочь жива и здорова. А девочка разговаривала с врачами, которые считали ее обреченной. После этого чудесного исцеления она приняла Православие и в св. крещении получила имя Валентины.

Одна бесноватая совершенно не переносила присутствия о. Иоанна и, когда он проходил где-то неподалеку, начинала биться, так, что ее не могли удержать несколько сильных мужчин. Однажды о. Иоанн подошел к ней. Он стал на колени перед иконами и погрузился в молитву. Бесноватая забилась в судорогах, выкрикивала проклятия и богохульства в его адрес, а потом совершенно стихла и впала в забытье. Лицо о. Иоанна, когда он встал после молитвы, все было покрыто потом. Подойдя к больной, он благословил ее, а бывшая бесноватая открыла глаза и, разрыдавшись, припала к ногам батюшки. Это внезапное исцеление потрясло всех присутствующих.

Отец Иоанн был замечательным проповедником. Говорил он просто, без специальной подготовки, но проповеди его отличались неотразимой силой, которая преображала души людей и приводила их к истинному покаянию.

Несмотря на занятость, о. Иоанн находил время вести духовный дневник, ежедневно записывая свои мысли, которые приходили ему во время богослужения и молитвы. Эти мысли составили замечательную книгу «Моя жизнь во Христе», которая может быть поставлена в ряд с творениями отцов Церкви. Она состоит из трех томов объемом более 1 000 страниц. Хорошо известны грозные и пророческие слова о. Иоанна о судьбе России и о нравственном состоянии народа: «Научись, Россия, веровать в правящего судьбами мира Бога Вседержителя и учись у твоих святых предков вере, мудрости и мужеству... Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант православной веры... Восстань же, русский человек!.. Кто вас научил непокорности и мятежам бессмысленным, коих не было прежде в России? Перестаньте безумствовать! Довольно! Довольно пить горькую, полную яда чашу – и вам и России». И грозно прорекает: «Царство Русское колеблется, шатается, близко к падению... Если в России так пойдут дела и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвержены праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древние царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие и за свои беззакония».

Через руки о. Иоанна проходили огромные суммы денег: одной рукой он брал их, а другой тут же отдавал. Им была создана целая сеть благотворительных организаций.

В 1882 г. в Кронштадте был открыт Дом трудолюбия и церковь при нем. Его попечением основаны были начальное народное училище для мальчиков и девочек, убежище для сирот, лечебница для прихожан, приют, народная бесплатная читальня. На средства, переданные о. Иоанну, был открыт народный дом, дававший пристанище 40 тысячам человек в год, устроены разные мастерские для неимущих людей, открыта дешевая столовая, где по праздникам отпускалось до 800 бесплатных обедов, а также странноприимный дом. По инициативе о. Иоанна и при его материальной поддержке была построена спасательная станция на берегу залива. У себя на родине он построил прекрасный храм.

«Он, по-видимому, приближается в наше время к первым апостолам. Он, действительно, истинный, евангельский врач. Его необыкновенная сила телесных и душевных исцелений – засвидетельствована со всех сторон лицами всех званий и положений. Для тех, кто верует в о. Иоанна – а их бесчисленное множество, – век чудес еще не миновал», – свидетельствовал о нем современник. Революционная смута, которая бушевала в России в начале XX в., с особой злобою обрушилась на Всероссийского пастыря в лице продажной прессы, лукавых политиков и либеральной интеллигенции. Однако эти оскорбления святой праведник воспринимал как попущение воли Божией. Святость жизни о. Иоанна, который сам вышел из народа, глубоко откликалась в душе простого человека. Народ почитал своего Пастыря и любовью отвечал на его пастырскую любовь, а подвижники благочестия видели в нем пример служения Церкви и народу. Среди последних – имя прп. старца Силуана Афонского, которого сегодня почитает весь православный мир. Он сам не раз бывал на богослужениях св. Иоанна в Кронштадте и от него получил благословение на путь монашества в русском Свято-Пантелеимоновом монастыре на св. Горе Афон.

«Помним, как после Литургии, когда ему подали экипаж, – вспоминал б л аж. старец

Силуан, – и он стал садиться, окружил его народ, ища благословения, и в такой сутолоке душа его непрестанно пребывала в Боге, и в такой толпе он не рассеивался и не терял душевного мира». Духовная жизнь о. Иоанна была свидетельством постоянно совершающегося чуда. Пребывая умом в Боге, Батюшка мог находиться в окружении великого множества людей. «Он был настолько смирен, что не терял благодати Святого Духа, и потому так много любил он народ и приводил умы людей к Богу». Задолго до церковного прославления Кронштадского чудотворца прп. Силуан молитвенно обращался к нему: «Просим тебя: молись за нас, чтобы и мы возлюбили Господа и приносили покаяние, которому радуется Господь». Он почитал св. Иоанна Кронштадского прежде всего как всенародного учителя покаяния. «Ты привлекал народ к Богу, и люди, слушая слово Божие из уст твоих, рыдали и приносили горячее покаяние».

Другим свидетелем святости жизни о. Иоанна был свт. Тихон, патриарх Московский и

Просветитель Северной Америки. Вскоре после возвращения из Северной Америки в 1908 г. свт. Тихон посетил Свято-Иоанновский монастырь на Карповке в Петербурге, где встретился с о. Иоанном Кронштадтским. Будучи очень больным, о. Иоанн вопреки этикету первым закончил беседу со свт. Тихоном и пророчески сказал: «Теперь, Владыко, садись на мое место, а я пойду отдохну». Отходя от своего земного служения Церкви и Отечеству, Всероссийский пастырь передавал таким образом своему преемнику – свт. Тихону, будущему Патриарху Всероссийскому – многомиллионную всероссийскую паству, чтобы пасти ее словом Христовой любви и истины в годы самых лютых испытаний и гонений.

Св. Иоанн Кронштадтский составил и записал в своих последних книгах немало молитв о России. Из слов Государя видно, что эти молитвы находились в непрестанном употреблении до самой его смерти:

1) Господи, спаси народ Русский, Церковь Православную, в России погибающую: всюду разврат, всюду неверие, богохульство, безначалие! Господи, спаси Самодержца и умудри его! Господи, все в Твоих руках, Ты – Вседержитель.

2) Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится Имя Твое в России! Да будет воля Твоя в России! Ты насади в ней веру истинную, животворную! Да будет она царствующей и господствующей в России, а не уравненной с иноверными исповеданиями и неверными. Да не будет сего уравнения с неравными, истинного исповедания не имеющими! Истина не может быть сравнена с ложью и правда веры с неправыми исповеданиями: «Истина Господня пребывает во век» (Пс. 116:2).

3) Господи всемогущий, всеблагий, премудрый Царь царств земных. Устрой и утверди

Русское Царство с Русскою Православною Церковью на Непоколебимом Камне, Каковой еси Ты, Иисусе Христе, Боже наш! Покори, Господи, все народы, составляющие Россию, Тебе – верховному и единственному Главе Церкви Своей. Да не поколеблют Державы Российской инородцы и иноверные и инославные! Сохрани целостность Державы и Церкви всемогущею Твоею Державою и правдою Твоею! Господи, умиротвори Россию ради Церкви Твоей, ради нищих людей Твоих, прекрати мятеж и революцию! Святое воинство Небесной Церкви, ополчись, ополчись за Церковь Божию, на земле сущую: бедствует Она, возлюбленная Невеста, нападения лютыя терпит. Ей,

Господи, даруй восторжествовать всячески Церкви Твоей над всеми безчисленными Ея врагами. Аминь («Созерцательное подвижничество»).

Еще до опубликования пророчества прп. Серафима Саровского о б убийстве Царской

Семьи в 1890 св. Иоанн Кронштадтский предрек это событие. Когда к нему под благословение подошли кунгурские паломники Пермской губ., он прорек им, что над Пермью висит черный крест. Совершенное через 28 лет злодеяние действительно имело место в их губернии.

Будучи уже смертельно больным, пред кончиной, о. Иоанн предрек в Леушинском женском монастыре (СПб.): «Кайтесь, кайтесь, приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!» Он не говорил, а кричал, подымая руки кверху. Впечатление было потрясающее, ужас овладел присутствующими, в храме раздавались плач и рыдания. 80-летняя игуменья Таисия спросила у святого, когда же это будет? О. Иоанн отвечал ей: «Мы с тобой, матушка, не доживем, а вот они, – он указал рукой на монахинь, – доживут».

Обращаясь к русским людям, Иоанн Кронштадтский говорил: «Помните, что Отечество земное с его Церковью есть преддверие Отечества небесного, потому любите его горячо и будьте готовы душу свою за него положить... Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной веры... Восстань же, русский человек! Перестань безумствовать! Довольно! Довольно пить горькую, полную яда чашу – и вам, и России».

10 декабря 1908 г. о. Иоанн в последний раз совершил Божественную литургию в Андреевском соборе. 20 декабря 1908 г. он мирно отошел ко Господу, предсказав день своей кончины. Несметная толпа сопровождала его тело из Кронштадта в Петербург, где он был похоронен в Иоанновском монастыре, им же основанном.

Общецерковное прославление великого всея России чудотворца и молитвенника состоялось в 1990 г.

Труды

Живой колос с духовной нивы протоиерея Иоанна Ильича Сергиева-Кронштадтского. СПб., 1909– Репринт: М., 1991.

Молитвослов святого праведного Иоанна Кронштадтского. М., 1999.

Прот. Иоанн Сергиев. Сочинения: В 2 частях. СПб., 1893–1894.4.1.

Св. Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе. Т. 1, 2. М, 1893. Репринт: М.,1991.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Предсмертный дневник. М., 2003.

Литература

Великий пастырь // Иоанн Кронштадтский: Сборник / Сост. В А Десятников. М., 1992.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Жизнеописание, чудеса и наставления. Сборник / Сост. И.В. Новиков.

Минск, 2001.

Софроний, архимандрит. Старец Силуан. М.,1996. С. 399–400.

Смирнов Евгений Константинович, прот. ( 1845– 1922)

После окончания Петербургской духовной академии был рукоположен во иереи и в 1870 г. направлен в Северную Америку. Здесь он написал много статей о канонических и экклезио-логических проблемах религиозной жизни, изучал возможности для канонического и евхаристического общения между представителями различных христианских церквей. С 1880 г. был настоятелем русской церкви в Лондоне. В 1896 г. опубликовал здесь «Чин для принятия в Православную Восточную Церковь неправославных христиан». В журнале «Странник» печатал статьи по истории миссий РПЦ заграницей, которые в 1903 г. были опубликованы в книге «Краткий очерк исторического развития и настоящего состояния русских православных миссий».

Труды

Чин для принятия в Православную Восточную Церковь неправославных христиан. Лондон, 1896.

Краткий очерк исторического развития и настоящего состояния русских православных миссий. Лондон, 1903.

Товт Алексий, прот., св. прав. (1854– 1909)

Алексий Товт родился в Австро-Венгрии 15 марта 1854 г. в бедной карпато-русской семье. Как большинство местного населения, она принадлежала к Греко-католической, униатской церкви, в которую насильственно была обращена. Его отец и брат были священниками, а дядя – униатским епископом. Он получил прекрасное образование и знал несколько языков. Алексий женился на Розалии Михалич, дочери священника, и 18 апреля

1878 г. был рукоположен во священника. Вскоре о. Товта постигло несчастье: его жена и дочь скоропостижно умерли.

В мае 1879 г. он становится секретарем епископа Прешева и управляющим делами епархии. В Прешевской семинарии он преподавал церковную историю и каноническое право. В октябре 1889 г. о. Алексий получил место священника в униатском храме в Миннеаполисе, в штате Миннесота, США.

Миссионерская деятельность св. Алексия связана с карпато-русской диаспорой в США, которую он привел за собой в Православие. Сотни тысяч карпатороссов вернулись в лоно Православной Церкви, будучи насильно отторгнуты от нее в католическую Унию.

Тяжелейшие условия жизни в Австро-Венгрии гнали тысячи карпатороссов в США, где они получали самую тяжелую работу. Большинство карпаторуссов переселялось в штаты Пенсильвания, Нью-Йорк, Нью-Джерси, некоторые отправлялись в Огайо, Иллинойс, Мичиган и даже в отдаленный штат Миннесота.

В феврале 1892 г. в городе Вилкесс-Барре собралась небольшая группа людей. Здесь возникла первая русская греко-католическая организация «Соединение греко-католических русских братств», а позднее была построена Воскресенская церковь, настоятелем которой в 1900 г. и стал прот. Алексий Товт.

Св. Алексий Товт, служивший в Миннеаполисе, стал председателем собраний униатских священников, прибывших из Галицкой и Подкарпатской Руси. К 1890 г. в Америке было 10 униатских священников – четыре из Пряшевской епархии, три из Мукачевской (Подкарпатская Русь), три из Львовской (Галицкая Русь). Отношения с римо-католиками обострились до такой степени, что католический архиепископ Айреланд не признал о. Товта за законного священника. Было решено направить депутацию преосвященнейшему Владимиру, возглавлявшему Алеутскую и Аляскинскую епархию Русской Церкви.

Многие карпатороссы чистосердечно думали, что они православные, точнее, что между унией и Православием нет никакой разницы, кроме юрисдикционной. Тогда архиеп.

Владимир объяснил посланцу карпато-русской общины, что хотя он и русский, но по вероисповеданию католик и принадлежит к униатской секте. После беседы с посланцем от греко-католиков православный архипастырь в письме спросил о. Товта, не хочет ли тот присоединиться к Православию и к Аляскинской епархии? О. Алексий поехал к архиеп. Владимиру и просил его о принятии в православную «прадедскую веру».

25 марта 1891 г. Владыка специально прибыл в Миннеаполис и присоединил к православной вере первый карпато-русский униатский приход в Америке во главе с о. Алексием Товтом, всего 405 человек Следующим присоединился к Православию приход о. Георгия Грушка. Всего благодаря миссионерским трудам о. Алексия было присоединено к Православию 17 униатских приходов.

В апреле 1895 г. по инициативе о. Алексия на съезде американского православного духовенства и мирян было создано Русское православное общество взаимопомощи, которое должно было объединить все православные братства карпатороссов, присоединяющихся к Православию. Девизом общества было «Православие и русская народность». Те карпатороссы, что остались в унии, забыли свою духовную и национальную историю и стали членами украинских шовинистических эмигрантских организаций.

К концу 1908 г. здоровье о. Алексия резко ухудшилось и 7 мая 1909 г. он скончался после продолжительной болезни. За праведную жизнь и выдающийся подвиг миссионерского служения Церкви в 1994 г. Синод Православной Церкви в Америке причислил его к лику православных святых.

Выдающимся продолжателем дела о. Алексия Товта был протопресвитер Петр Коханик, основавший 11 карпаторусских приходов в США, автор уникального труда «Начало истории американской Руси».

Литература

Деяния Архиерейского Собора Православной Церкви в Америке. Нью-Йорк, май, 1994.

Федоров Иван, Диакон, первопечатник (1510–1583)

Выдающийся деятель русской культуры, первый известный русский типограф, гравер, литейных дел мастер. В 1532 г. он получил степень бакалавра Краковского университета. В 30-е годы был дьяконом церкви Николы в Московском Кремле и, возможно, работал в первой типографии в Москве. С апреля 1563 по март 1564 г. вместе с Петром Мстиславцем работал над подготовкой текста, литьем шрифта и изготовлением гравюр для издания «Апостола». Совокупность художественных приемов оформления текста, разработанная Иваном Федоровым, повлияла на все последующее русское, а также и украинское книгопечатание. В послесловии к «Апостолу» 1564 г. непосредственным инициатором создания типографии назван царь Иван Грозный. К 1565 г. Федоров и Мстиславец напечатали два «Часовника». Через некоторое время по не вполне ясным причинам оба типографа покинули Москву и обосновались в Заблудове, имении литовского гетмана Ходкевича, впоследствии сторонника Ивана Грозного как претендента на польский престол. Существует предположение, что типографы бежали из Москвы от преследования бояр. Н. А. Мещерский выдвинул гипотезу, что они отправились в Западную Русь для проповеди Православия: этим можно было объяснить то, что Федоров сумел вывезти шрифт и граверные доски. В Заблудове были напечатаны «Учительное Евангелие» и «Псалтирь» с «Часословцем». Обе книги украшены заставками и инициалами. Евангелие

– геральдической композицией, а Псалтырь – двумя гравюрами. В 1572 г. он переезжает во Львов уже без Петра Мстиславца, где в 1573–1574 гг. работает над новым изданием Апостола, украшенным заставками, инициалами, концовками и тремя гравюрами. Там же в 1574 г. была издана первая восточнославянская «Азбука». В 1578 г. Федоров перебирается в Острог, во владения князя К К Острожского, воеводы Киевского. Здесь он сначала печатает новую «Азбуку» с параллельными греко-славянскими текстами, а в 1580 г. издает Новый Завет с Псалтырью и отдельно указатель к нему. В 1580–1581 гг. им была издана первая полная славянская Библия по одному из списков Геннадиевской Библии – так называемая Острожская Библия с собственным послесловием. Вышло два тиража.

Федоров первым опубликовал древнейшие памятники славянской литературы: болгарское «Сказание о письменах» Черноризца Храбра ( нач. X в.) и одно из слов Кирилла

Туровского в «Учительном Евангелии».

Последние два года его жизни прошли в разъездах. В 1583 г. он посетил Краков и Вену, где показывал императору Рудольфу I свое изобретение – многоствольную пушку со съемными стволами. Попытка организовать новую типографию во Львове окончилась неудачей. В конце того же 1583 г. он скончался во Львове и был похоронен в Онуфриевском монастыре.

Литература

ЗапаскоЯ.П. Художественное наследие Ивана Федорова. Львов, 1974.

Иван Федоров в Белоруссии. М., 1979.

Исаевич Я. Д. Преемники первопечатника. М., 1981.

Начало книгопечатания на Украине: Иван Федоров. М., 1974.

Немировский Е. Л. Возникновение книгопечатания в Москве: Иван Федоров. М., 1964.

Щепкина М. В. Переводы предисловий и послесловий старопечатных книг // У истоков русского книгопечатания.

М, 1959– С. 215–264.

Флоровский Георгий Васильевич, протоиерей (1893– 1979)

Религиозный философ, богослов, ученый, родился 28 августа 1893 г. в Елизаветграде в семье протоиерея. Сын прот. Василия Флоровского. В 1916 г. окончил историко-филологический факультет Одесского университета, где изучал также естествознание. В 1920 г. эмигрировал. В 1922 г. женился на Ксении Ивановне Симоновой. Преподавал в Праге

(1922–1926). Магистр Русской академической группы в Праге (1924). С 1926 г. – профессор

Свято-Сергиевского православного б о го словского института в Париже (1926–1939,

1947–1948). Преподавал патрологию, догматическое и нравственное богословие. В 1932 г. принял сан священника. Доктор богословия «гонорис кауза» университета св. Андрея в Эдинбурге (1937). Профессор и декан Свято-Владимирской духовной семинарии в Нью-Йорке (1948–1955). Профессор Гарвардского и Принстонского университетов. Член «Содружества св. Албания и прп. Сергия». Видный участник экуменического движения. Автор многочисленных статей в международных богословских журналах. В США издано 14 томов его сочинений.

Скончался 11 августа 1979 г. в Принстоне (США).

Труды

Достоевский и Европа. София, 1922.

Россия и латинство. Берлин, 1923.

Восточные Отцы IV века. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1999.

Византийские Отцы V-VIII вв.: Из чтений в Православном богословском институте в Париже. М., 1992.

Пути русского богословия. Париж, 1937.

Отцы первых веков. Кировоград, 1993.

Из прошлого русской мысли: Сборник статей. М., 1998.

Избранные богословские работы. М.: Пробел , 2000.

Bible, Сhurch, Тradition. Веlтоnt , 1972.

Литература

Бычков С. Непрочитанный мыслитель // Путь. М., 1994. № 6.

К 80-летию прот. Георгия Флоровского: Жизненный путь // Вестник РСХД. 1974. № 108–110.

Свиридов И. Некоторые аспекты богословия о. Георгия Флоровского // Журнал Московской Патриархии. – 1989. № 4 .

Хоружий С. Россия, Евразия и отец Георгий Флоровский // Начала. 1991. № 3.

Williams R.Eastern Orthodox Theology (G.V. Florovsky)// The Modern Theologians. Ed.D.Ford.Vol. 2,Oxford; N.Y., 1989;

Georges Florovsky: Russian Intellectual and Orthodox Churchman. Ed. Andrew Blane. 1993.

Чевалков (Чебельков) Михаил Васильевич, прот., писатель, Алтайский миссионер (1816– 1901)

Коренной алтаец из рода телеутов, воспитанник Алтайской миссии и главный ее переводчик родился в местечке Карасу (село Карасук).

Имя о. Михаила известно далеко за пределами Алтая прежде всего как просветителя, первого алтайского писателя и поэта, баснописца, переводчика, священника. Ему принадлежат многие интересные и оригинальные произведения, самое значительное из которых – «Памятное завещание».

Он был одним из основателей поселения Улала (ныне г. Горно-Алтайск).

Когда ему было 7 лет, семья переселилась в Улалу. Учиться начал самостоятельно по учебникам младшего брата, который учился в школе. А Михаилу отец не разрешал ходить в школу – нужно было помогать родителям. Его интерес к знаниям заметил прп. Макарий – основатель Алтайской духовной миссии. Он дал ему букварь и помог в учебе.

Поскольку телеуты первыми приняли христианство, телеутское наречие стало официальным языком Алтайской миссии.

Отец Михаил был православным миссионером. Он служил более 45 лет и крестил

1098 человек «Памятное завещание», построенное в форме обращения к детям, повествует о его жизни, занятиях с прп. Макарием Глухаревым, путешествиях по Алтаю, о проповеди Евангелия среди язычников и о собственном духовном пути. Питомцами миссионеров были также И.М. Штыгашев, писатель и миссионер из алтайцев, художник Г.И. Чорос-Гуркин, работавший в Улалинской иконописной мастерской. Все они составили первый слой алтайской интеллигенции, и во многом это было заслугой Алтайской духовной миссии и ее миссионеров. Несмотря на влияние русской православной культуры, творчество алтайцев – воспитанников миссионерских школ – не стало менее самобытным. Священник-миссионер М. В. Чевалков был носителем и знатоком духовной культуры Алтая, поскольку Алтайская православная миссия очень серьезно относилась к сохранению древнего культурного наследия алтайцев. В его литературном наследии особое место занимают автобиографические повести «Житие Чевалкова» и «Памятное завещание», написанные на родном языке, стихи, басни и переводы русских литературных произведений на алтайском языке.

Произведения М.В. Чевалкова издавались в Петербурге, Казани, Томске, Москве.

Скончался прот. Михаил 23 августа 1901 г.

В селе Онгудай Республики Алтай на здании бывшего храма, возле алтаря которого он похоронен, открыта мемориальная доска в память прот. Михаила Чевалкова.

Литература

Ландышев С. В. Алтайская духовная миссия. М., 1864.

Макарова-МирскаяА Апостолы Алтая: Сб. рассказов изжизни алтайских миссионеров (с 39 портретами, 72 видами Алтая и виньетками) М., 1997.

Пивоваров Б. И. Издательская деятельность Алтайской ду ховной миссии // Книга в автономных республиках, областях и округах Сибири и Дальнего Востока. Ново сибирск , 1990.

Шмеман Александр, протопресвитер ( 1921– 1983)

Известный православный богослов, инициатор строительства Православной Церкви в Америке и развития миссионерской деятельности, родился в Эстонии. После эмиграции родителей в Париж получил здесь среднее, а затем и богословское образование в Свято-Сергиевском Православном богословском институте. В 1951 г. переехал в США и начал преподавать в Свято-Владимирской духовной семинарии в Нью-Йорке (с 1962 г. и до смерти – ее ректор). Он был выдающимся ученым и богословом, пастырем и учителем, общественным деятелем и миссионером.

Результатом его плодотворной научнобогословской, пастырской и проповеднической деятельности стал подъем и обновление миссионерской деятельности Православной Церкви в Сев. Америке.

Как проповедник он в течение многих лет выступал по радио с еженедельными проповедями и беседами в программах для Восточной Европы и СССР.

В своих богословских трудах о. Александр развивал литургическое богословие, рассматривая Евхаристию как искупление и спасение человечества действием благодати Святого Духа, и призывал к богословскому и духовному обновлению миссии через опыт Евхаристии.

Труды

Введение в богословие: Курс лекций по догматическому богословию. М., 1993.

Введение в литургическое богословие. М., 1996.

Великий Пост. М., 1993.

Водою и Духом: О таинстве крещения. М., 1993. Изд. 2. М, 2000; Изд. 3. М., 2001.

Евхаристия: Таинство Царства. М., 1992; Изд. 3. М., 2001.

Исторический путь православия. М., 1993.

Проповеди и беседы. М., 2000.

Таинство крещения. М., 1996.

Таинства и православие. Нью-Йорк, 1965.

Церковь, мир, миссия: Мысли о православии на Западе / Перевод с англ. М., 1996.

Церковь и церковное устройство. Париж, 1949.

Ultimate Questions: An Anthology of Modern Russian Religious Thought. N-Y, 1965.



Источник: Биографический словарь миссионеров Русской Православной Церкви / Сост. Священник Сергий Широков. – М.: «Белый Город». – 2004. – 448 С.

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс