Босния

БОСНИЯ – турецкая область Балканского полуострова, которая по Берлинскому мирному договору 1878 года находится и доселе вместе с Герцеговиной (см. Герцеговина) во временной оккупации австро-угорского правительства. Пространство обеих оккупированных провинций обнимает около 51,270 кв. км. (или 4.568,430 десятин). Всех жителей в них – по последней переписи 1895 года – считается 1.568,092 и более 20 тысяч войска. Большинство населения принадлежит к сербо-хорватам; есть и турки, албанцы или арнауты, евреи, цыгане и немцы. В вероисповедном отношении все они распадаются, главным образом, на православных, римско-католиков и мухамедан; есть евреи и представители других исповеданий. Более всего – православных (ок. 673,861), затем идут мухамедане (ок. 548,818), в числе коих значительный перевес над османлисами имеют мусульмане-сербы (принявшие ислам после турецкого завоевания и говорящие только по-сербски), далее должны быть поставлены римско-католики хорваты (ок. 333,306) и др., в некоторой своей части прибывшие в Босну-Герцеговину после австрийской оккупации. Евреев считается ок. 8,208 и представителей других исповеданий ок. 3,809. В гражданско-политическом отношении Босния и Герцеговина, по занятии их австрийскими войсками в июле 1878 г., находились под особым управлением, во главе которого стоял императорский наместник, сосредоточивавший в своих руках гражданскую и военную власть, а с 1882 года, вследствие отделения гражданского управления от военного, высшее управление оккупированными провинциями находится в ведении австро-угорского министра финансов Каллая.

В церковно-административном отношении местная православная церковь подчинена теперь, впрочем почти номинально, верховной юрисдикции константинопольского патриарха. В силу конвенции (договора), заключенной австро-угорским правительством с константинопольским патриархом 31 марта 1880 года, патриарх, напр., принимает только к сведению, ради формального утверждения, предлагаемого австро-угорским правительством кандидата в епископа-митрополита той или другой епархии; получая от правительства 58,000 грошей (=3,480 р.) ежегодно, взамен прежней дани, собиравшейся с босно-герцеговинских епархий, он не имеет права требовать отсюда какой-либо другой материальной помощи. А местные епископы-митрополиты поминают имя «вселенского» патриарха при богослужении, получают из Константинополя миро, но таким же путем, как назначены были, т. е. австрийским правительством, «устраняются с своих кафедр, в случае если будет доказано, что они нарушают свой долг в отношении к государственной или церковной власти, или даже в отношении к своей пастве». Во главе православной босно-герцеговинской иерархии стоит теперь 1) «архиепископ сараевский, митрополит дабро-боснийский и экзарх всей Далмации» Николай (Мандич) в кафедральном городе Сараеве. В состав той же иерархии входят еще: 2) митрополит герцеговинско-захолмский (мостарский) Сфрафим (Перович) в кафедральном городе Мостаре; 3) митрополит зворникский и дольно-тузланский Григорий (Живкович) в кафедральном городе Дольной Тузле, и 4) митрополит банялуцкобихачский (с 1900 года) Евгений (Летица) в кафедральном городе Банялуке.

Кроме православной иерархии, в Боснии-Герцеговине существует еще римско-католическая иерархия. Вся страна разделена на 4 епископства: сараевское (архиепископство), тузланское, мостарское и банялуцкое – с приходами, монастырями и с разного рода просветительными иезуитскими учреждениями и благотворительными заведениями, с энергичною поддержкою от оккупационных властей и пр. В настоящее время постепенно эмигрирующее из Боснии-Герцеговины мусульманское население уступает свои места новым пришельцам из Австро-Угрии, по большей части римско-католического исповедания, которые все более и более увеличивают кадры культурных борцов против более численного пока, но и более угнетенного оккупационными властями, православного населения. Эта культурная борьба двух миров – восточного православного, представляемого здесь местным православно-сербским населением, и западного латинского, представляемого главным образом римско-католическими хорватами, составляет весь смысл вековой истории оккупируемых теперь Австро-Угорщиной турецких областей – Боснии и Герцеговины. Первоначальная история Боснии и Герцеговины до времени турецкого завоевания их в ХУ веке имеет свои особенности, которые следует представить отдельно в истории той и другой страны.

История Боснии. Территория древней (между рр. Савой, Неретвой, Вербисом и Дриной) и нынешней Боснии до времени занятия ее славянами сербо-хорватского происхождения входила в состав владений римской империи, заселенная частью фракоиллирскими народами, частью греками, римлянами, с V в. частью славянами, частью готами и с VІ в. аварами. В первой половине VII в., в царствование византийского императора Ираклия (610 – 641) прибыли и поселились здесь, как и в соседней нын. сербо-хорватской территории, сербы и хорваты. Сербы и хорваты, прибыв на Балканский полуостров и нашедши здесь ранее поселившихся своих славянских соплеменников, разместились здесь по отдельным областям. Босния – как всего вероятнее предполагают – заселена была сербами, но не хорватами; следовательно она составляла область сербскую, подобно тому, как соб. Сербия, послужившая центром древнего сербского царства и новейшего отчасти королевства, Захолмье или позднейшая (с XV в.) Герцеговина; древняя Дукля или Зета – зерно позднейшей Черногории, и др. Во главе каждой сербской области стоял свой правитель (жупан), подчинявшийся одному великому жупану, правившему Сербией (назыв. Рашкой) и признававшему почти до конца XI в. вассальную свою зависимость то от Византии, то частью и от Болгарии (до завоевания последней в 1019 году визант. императором Василием Болгаробойцем). Вскоре, однако, после прибытия сербов на Балканский полуостров, сербские области раздробились, и начавшийся партикуляризм составляет характерную черту последующей сербской истории. Относительно Боснии известно, что уже в X веке она выступает в качестве отдельного жупанства и в XI в. разделяет общую судьбу со всеми Балканскими славянами, становясь в вассальные отношения к Византии. Но в том же веке, образовав самостоятельный банат, Босния примыкает к северо-западной своей родственной соседке Хорватии, которая сама в конце XI и начале XII в. перестает существовать самостоятельно и входит в состав Угорщины на правах личной с нею унии – в лице одного общего короля, с сохранением, однако, собственных правителей – банов и впоследствии (с XIV в.) королей. Ведя борьбу в союзе с Угорщиной (в ХII в.) против Византии, Босния борется в то же время и против Угорщины за свою политическую и культурную независимость.

Первый бан, достигший значительного могущества страны, был Кулин (ок. 1189–1204 г.), вынужденный однако под давлением Угорщины и Рима, вместе с 10,000 босняков, оставить довольно распространенное тогда в стране богомильство и принять римско-католичество. Преемники Кулина – боснийские баны, признавая верховную власть угорских королей, попеременно то стояли за римско-католическую церковь, то защищали национальное богомильство, что вызывало против Боснии даже крестовые походы со стороны угорских королей. Униженная во второй половине ХIII века, Босния поднимается в конце этого века – со вступлением на боснийский престол Котромана, а в следующем столетии она достигает даже значительного политического расцвета. Преемник Котромана – его сын Стефан расширил границы Боснии, присоединил между прочим Захолмье (с 1325 г.) и возвысил страну на степень самостоятельного государства, независимого от Угорщины. Правда, из политических расчетов он покровительствовал распространению р.-католичества в стране насчет православия и богомильства, но представители и этих последних были довольно живучи в стране. Вступивший в управление страной племянник Котроманича бан Твартко I испытывает на первых порах давление Угорщины, но вознаграждает себя некоторым приобретением насчет Зеты и сербских земель с востока: в 1376 г. он коронуется двумя королевскими коронами – боснийской, и сербской в м. Милешеве, где были погребены останки св. Саввы – первого архиепископа сербского. Поддерживая добрые сношения с князем сербским Лазарем Гребляновичем, героем Косова поля, он послал ему военную помощь при наступлении турок во время роковой для сербов Косовской битвы в 1389 г. После Твартко I управляли Боснией: младший его брат Стефан Дабиша и потом Стефан Остоя и их преемники (вплоть до последних королей Стефана Томаша Остоича 1444 – 61 и Стефана Томашевича – 1463 г.), значительно ограниченные могущественным местным боярским сословием.

В конце XIV в. турки придвинулись уже к границам Боснии и переступили их впервые в 1392 году. С первой четверти XV столетия началось уже систематическое покорение Балканского полуострова турками. Не избегла этой участи и ослабленная в это время Босния, лишившаяся Герцеговины (с конца XIV в.), которая входила в состав ее земель со времени Стефана Котроманича, и в половине XV в. втянутая в круг западных интересов усилением в ней католичества. С окончательным покорением Сербии турками в 1459 году очередь дошла и до Боснии. При внуке Стефана Остои, при Стефане Томашевиче, Босния, не поддержанная западными державами, обессиленная внутренним разладом представителей разных культурных в стране влияний (рим.-католичества, усвоенного королями и многими боярами, православия и богомильства), не могла далее сопротивляться завоевательному натиску турок: Мухамед II, получив отказ в дани, двинул свое громадное войско на Боснию, покорил ее, 700 тысяч христиан отвел в рабство, а 30 тыс. детей отдал в корпус янычар. Местное боярство, чтобы сохранить свое привилегированное положение, принимало ислам и становилось (аги и беги) фанатическими его последователями, а народ в большей части, оставшись при вере своих предков (православных), низведен был на степень «райи» (стада). Словом, в 1463 г. Босния становится вполне турецкой провинцией, какою оставалась вместе с завоеванной турками в 1483 году Герцоговиной до восстания в 1875/6 гг., и затем до освободительной войны 1877/8 гг., закончившейся Сан-Стефанским мирным договором 19 февр. 1878 г. и Берлинским конгрессом того же 1878 г. По Сан-Стефанскому мирному договору Босния с Герцоговиной получила самоуправление и христианского губернатора, а по Берлинскому договору они отданы во временную оккупацию Австро-Угорщины, ревниво оберегающей свою власть здесь и доселе.

История церкви и вообще религиозных движений в Боснии. На территории Боснии христианство становится известным еще в римские времена. Но во время нашествия на Балканский полуостров и в том числе на территорию позднейшей Боснии разных варваров – в особенности в VІ в. аваров, существовавшие здесь разные формы христианской жизни исчезают. Поместившиеся в Боснии в первой половине VІІ в. сербы вместе с другими своими соседними соплеменниками (сербами и хорватами) принимают крещение при импер. Ираклии от римских священников, вследствие того, что территория Боснии считалась тогда под верховной церк. юрисдикцией римского епископа – папы. Однако, проникшее в это время к сербам и хорватам христианство не могло утвердиться прочно среди них, в частности и среди сербов Боснии. По крайней мере история свидетельствует, что через два века слишком сербы приняли крещение вторично от греческих священников при императоре византийском Василии Македонянине и патр. Фотии, как раз в тот именно момент, когда у паннономоравских славян широко и плодотворно распространялась кирилло-мефодиевская проповедь св. славянских первоучителей. Может быть, до Боснии и не достигала непосредственно эта проповедь; но, без сомнения, часть сербско-хорватской территории входила в состав панноно-моравского диоцеза архиепископа Мефодия (княжение Мунтимира). А церковно-богослужебные книги на славянском языке скоро – по всей вероятности – стали известны и сербам, в частности в пределах Боснии. Во всяком случае, после вторичного своего крещения, сербы уже не уклонялись в язычество и христианство постепенно и гораздо успешнее, чем прежде, стало утверждаться, между прочим, и в Боснии.

В церковно-административном отношении Босния, занимая часть территории бывшей римской провинции (в зап. Иллирике), находившейся под юрисдикцией западного патриарха (папы) римского, подчинена была до половины XI в. сплетской митрополии, а с половины этого последнего века – со времени учреждения барской (антиварской) архиепископии – вошла в состав этой архиепископии. Так как политически Босния отделилась от соб. Сербии уже в Х в., то естественно, что, ставши под высшую церковную юрисдикцию римского папы, она подпала под те влияния, которые в то время уже решительно удаляли западную половину церкви от восточной и привели к окончательному разделению церквей западной и восточной. В частности, и на местных соборах того времени (с X до половины XI в.) в сплетской митрополии воздвигнуто было гонение против славянского богослужения (925 и 1059 гг.) и имя Мефодия считалось еретическим. Но такое отношение Рима к кирилло-мефодиевским преданиям возбудило негодование и в Боснии, как и в других местах сплетской митрополии, хранивших заветы св. славянских первоучителей, – сербская церковь в Боснии не приняла определений сплетских соборов и отсюда началось стремление римско-католических миссионеров привести в покорность Риму боснийских «схизматиков». Православные церковные общины в Боснии поступили тогда в ведение сербской рашской епископии, находившейся под высшей церковной юрисдикцией охридского архиепископа. Одновременно с этим усилилось тогда в Боснии и богомильская (именуемая здесь специально – патаренская) ересь, распространившаяся в Хв. и после в Болгарии, проникшая в XI в. в Зету, Рашку, а оттуда в Боснию, Захолмье (поздн. Герцеговину) и далее на запад. Ересь эта мало-помалу стала привлекать к себе местных православных и римско-католиков, так что последователи ее получили здесь свою организацию и специальное название – «босанская христианская церковь» со своей особой иерархией. В течение XII – ХУ вв. на стороне этой ереси стояли даже некоторые баны, напр. Кулин, Матфей Нинослав, Младен Шубич нач. ХIIІ в., Стефан Костроманич 1353, Стефан Твартко (1354–91), Стефан Остоя (до 1404 г. и до 1418) и Стефан Твартко Тварткович (до 1443). Рим и угорские короли не один раз предпринимали крестовые походы против еретиков, которые однако не уступали натиску крестоносцев. Богомилы или патарены оставались в стране до самого турецкого ига, когда они частью приняли ислам, а частью возвратились в лоно православной церкви.

Несмотря на распространение в Боснии богомильской ереси, папство все-таки успело в XIII веке учредить здесь особую римско-католическую епископию, устроить монастыри и на место бенедиктинцев, ввести сюда, францисканцев из Хорватии и Далмации с целью обращения народа в римско-католическую веру. Римско-католическая церковь, благодаря поддержке Рима, соседней Хорватии и Угорщины, покровительствуемая поэтому даже некоторыми боснийскими банами и королями, занимала иногда господственное положение в стране. Из банов боснийских на стороне римско-католической церкви стояли напр. (по всей вероятности) Павел Шубич (до 1312), Стефан Дабиша и два последние короля – Стефан Томаш и Стефан Томашевич. Под давлением их переходили в римско-католичество и местные бояре, желавшие сохранить свои права и свое влияние в стране, в моменты торжества здесь политики угорских королей и Рима. Все это до некоторой степени обеспечивало внешний успех римско-католической церкви в Боснии до времени турецкого ига. Как велико было в это время число римско-католиков в Боснии – трудно сказать определенно. Но со времени турецкого ига число римско-католиков и стране уменьшается, в особенности в XVI и XVII вв., частью вследствие выселения их, частью же вследствие перехода их в мухамеданство. Всю тяжесть защиты и охранения здесь римско-католической церкви приняли на себя францисканцы, с деятельностью которых связаны вообще судьбы римско-католической церкви в Боснии-Герцеговине, в течение многих столетий, со времени водворения их здесь и доселе. Однако, ни авторитет, ни настойчивая пропаганда францисканцев не могли удержать население от перехода либо в православие, либо в мухамеданство, так что к середине XIX в. число римско-католиков значительно сократилось (напр., считалось четыре католических церкви, приходов до 70, а священников 92, всего духовных лиц с монахами до 238). А с половины истекшего столетия, в особенности благодаря помощи из Австро-Угрии, Италии (в частности из Рима), Франции, при энергичном содействии дьяковского (в Славонии) епископа, известного хорватского патриота, Штроссмайера, римско-католическая пропаганда в Боснии-Герцеговине крепнет и быстро достигает результатов (см. выше в начале), о которых не могла мечтать в турецкое время и которых пока не считает окончательными в оккупационную эпоху.

Однако, и православная церковь не уступала натиску враждебных ей религиозно-культурных влияний Запада и еретиков богомилов. В период усиления богомильской ереси и римско-католической пропаганды во второй половине XIII в. православная церковь получила для себя подкрепление в правление сербского короля Драгутина, когда (в конце XIII и нач. XIV в.) он владел некоторыми северо-западными частями Боснии. Да и вообще в правление боснийских Котроманичей, из которых некоторые, будучи родственны сербским Неманичам, держались православия (м. б. Стефан Котроманич и Твартко I), церковь православная укреплялась в стране в XIV и XV в., несмотря на противодействие латинизаторской политики угорских королей и влияние самого Рима.

Со времени турецкого ига православные босняки потеряли для себя опору в соседней родственной Сербии и у других своих сербских соплеменников, теперь ослабленных и покоренных турками. Страна порабощена турками; православное население стало терпеть от мусульманского гнета; церкви были разрушены; православное духовенство, в особенности после уничтожения в 1766 году сербской патриархии (учрежд. в 1346 году), подчиненное греческой иерархии, не имело достаточной просветительной силы для охранения сербской народности и церкви. Тем не менее с половины XIX столетия положение православной церкви в стране укрепляется, несмотря на козни против нее не только со стороны фанатической мусульманской силы, но и усилившейся с этого времени римско-католической пропаганды, которая не переставала действовать в этом направлении и гораздо ранее – даже в турецкий период угнетенного своего положения, до половины XIX столетия. Православное население Боснии-Герцеговины поднимает, наконец, (в 1875 г.) знамя восстания за «честный крест и золотую свободу», но, освободившись от произвола мусульман, попало под тяжкое нравственное иго, принесенное австрийской оккупацией.

Православные Боснии, до учреждения в Сербии самостоятельной архиепископии в 1219 году, обращались за разрешением своих нужд к рашскому епископу, а после 1219 г. – к дебрьскому (серб. дабарскому), хотя Босния политически и не обнимала двух указанных епархий, находившихся в пределах соб. Сербии. Кафедра дебрьского епископа-митрополита перенесена была уже в турецкое время в Сараево, отчего сараевские митрополиты и носят титул «дабробоснийские». Дабробоснийская митрополия находилась в ведении печской сербской патриархии до момента уничтожения последней в 1766 году, когда и включена была в состав митрополий константинопольского патриархата, оставаясь на таких правах до начала австрийской оккупации 1878 года. Австрийская оккупация изменила несколько фактическое положение дабробоснийской сараевской митрополии, но не отменила окончательно каноническую связь ее с константипонольской патриархией. (см. выше в начале статьи). После оккупации кафедру дабробоснийской митрополии последовательно занимали: митрополиты сербы – Савва Косанович (1880/1–85 гг.), проживающий теперь на пенсии в Черногории, Георгий Николаевич (1885/6 – † 96 гг.) и нын. митр. Николай Мандич.

Для приготовления кандидатов священства для православной босно-герцеговинской церкви существует «богословия» (духовная семинария) в Рельеве.

Главнейшая литература на русском и других языках – преимущественно для истории церкви. Из общих систематических обзоров истории христианства и церкви в Боснии должны быть поименованы: Е. Е. Голубинский, Краткий очерк истории православных церквей болгарской, сербской и румынской (Москва, 1871); Архим. Никифор Дучич (по-сербски), Историjа српске православне цркве од првиjex десетина VII в. до наших дана (Биоград, 1894), и др. менее критические обзоры сербской церковной истории как на русском, так и на сербском языках, (напр., Свет. Никетича, еп. Никанора Ружичича и пр.). Из других материалов и исследований монографического характера для церковной истории Боснии могут быть отмечены: А. Ф. Гильфердинг, Босния, Герцеговина и Старая Сербия (см. Собр. соч. III т., Спб., 1873), куда вошли некоторые исследования Никифора Дучича, составившие теперь вместе с другими новыми исследованиями того же автора 1 кн. полного собрания его сочинений (Книжевни радови, Биоград, 1891 г.); И. С. Ястребов (по-сербски), Податци за историjу српске цркве (Биоград, 1879); много материалов и статей, относящихся между прочим и к церковной истории Боснии, напечатано в сербских ученых изданиях: «Гласник српског ученог друштва», «Глас» и «Споменици» сербской академии наук, и др.; необходимо иметь в виду вообще изследования Рачкого в хорв. издании академии наук и искусств «Rad jugoslavenske akademije znanosti и umjetnosti». Для разных отделов сербской церковной истории, в том числе и для истории православной церкви в Боснии, должны быть отмечены еще: Шафарик, Славянские древности (рус. перев.) т. II, кн. I (Москва, 1848); К. Я. Грот, Известия Константина Багрянородного о сербах и хорватах (Спб., 1880); Ласкин, Сочинения Константина Багр. «о фемах» и «о народах» (Москва, 1899). Так или иначе вопросы церковной истории Боснии затрагиваются и разъясняются в общих системах и отдельных монографиях по политической истории Боснии, по географии, этнографии и о современном положении страны. Не перечисляя многочисленной литературы в этом отношении, назовем только несколько трудов общего содержания по истории Боснии на разных языках. Из сочинений на немецком языке, не называя старых, можно отметить: Реtrinjensis, Воsnien und das kroatishe Staatsrenht (Аgram, 1898); на французском – М. I. Spalajkouvitch, La Воsmie еt l’Herzegovine. Etude d’histoire diplomatique et de droit internationale (Paris 1899); на хорватском – U. Klaic, Роviest Воsne do proраsti krаljеvstvа (Zаgreb, 1882); на русском – Н. Овсяный, Сербия и сербы (Спб., 1898), и особенно А. Харузин, Босния-Герцеговина (Спб., 1901), где перечислена довольно подробно литература по разным отделам очерка – между прочим и по церковной истории Боснии.

Специально для истории богомильской или патаренской ереси в Боснии могут быть названы: Божидар Петранович (по-сербски), Богомили, црьква босанска и крьстяни (у Задру 1867); Fr. Rаčki, Воgomili и patareni (u Zagrebu 1870) и друг.

Для истории же римско-католической церкви в Боснии: Ваlаn (в хорв. перев. Иос. Стадлера), Каtоličkа сrkva и Slaveni u Bugarskoj, Srbiji, Bosni и Hercegovini (u Zagrebu 1881); Fra Ваtinić, Djelovanje Franjevaca u Bosni и Hercegovini za prvih šest viekova njihona boravka I-IIІ (u Zagrebu 1881–3–7 гг.), и др. Вообще следует заметить, что как для истории Боснии – политической, так и церковной имеют значение немалочисленные общие труды по истории соседних с Боснией сербо-хорватов, а также специальные статьи по разным вопросам боснийской истории, отмеченные в вышеуказанных книгах.

И. П.


Источник: Православная богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. : под ред. проф. А. П. Лопухина : В 12 томах. — Петроград : Т-во А. П. Лопухина, 1900-1911. / Т. 2: Археология — Бюхнер. — 1901. — VI, [2] с., 1305 стб., 7 л. ил., портр., карты, план.

Комментарии для сайта Cackle