митрополит Макарий (Булгаков)

Слово в неделю XX-ю по Пятидесятнице, сказанное в Предтеченской церкви архиерейского дома 13 октября 1857 года.

«И видев ю Господь милосердова о ней, и рече ей: не плачи» (Лук. 7, 13).

В прошедшее воскресенье, братие, мы слышали из Евангелия заповедь нашего Спасителя о любви ко врагам; ныне слышим другую Его заповедь о любви и милосердии к несчастным. Ту заповедь Он преподал нам словом, сказав: «любите враги ваша» (Лук. 6, 35); эту преподает собственным примером, показав милосердие и сострадательность к несчастной вдовице наинской, лишившейся единственного сына, и воскресив его из мертвых. Великая разность между этими двумя заповедями. Первая, – заповедь о любви ко врагам, есть исключительно христианская: ее не внушает человеку закон природы, не внушала и не внушает ни одна из вер, существовавших и существующих вне христианства, – ни языческая во всех своих видах, ни магометанская, ни даже иудейская (Матф. 5, 46–47). Напротив, заповедь о сострадательности к несчастным громко проповедует сама человеческая природа, знали и знают язычники, подробно излагает магометанство, и еще подробнее иудейство.

Но, братие, несмотря на то, что заповедь о милосердии не принадлежит к числу отличительных заповедей христианских, мы, как христиане, должны отличаться исполнением ея более всех других людей, не исповедующих нашей св. веры: потому что, кроме общих для всех побуждений к милосердию, мы имеем еще особенныя, высочайшия.

Посудите прежде всего, не мы ли сами более всех других людей пользуемся милосердием и щедротами нашего общего Господа и Владыки. Прочие люди, не-христиане, участвуют вместе с нами только в милостях Его, как Творца и Промыслителя, а мы наслаждаемся еще милостями Его, как Искупителя. Велики, неизмеримы милости к нам нашего Творца: Он даровал нам бытие единственно по своей безконечной благости, устроил наше тело с такими совершенствами, которыми превосходит оно тела всех прочих животных, оживотворил нас, и только нас одних на земле, душею разумною и безсмертною, украсил нас своим собственным образом, превознес нас над всеми земнородными, поставил нас царями и владыками природы. Столько же велики и неизмеримы милости к нам Господа, как Промыслителя: мало того, что Он посылает нам все необходимое для поддержания бытия, Он еще дает нам «вся обильно в наслаждение» (1Тим. 6, 17); Он печется о каждом из нас, и с такою любовию, что даже волос с головы нашей не падает без воли Его (Матф. 10, 30); печется и о целых человеческих обществах, Сам поставляя над ними царей и управляя ими, Сам поставляя чрез царей и низшия власти для устроения счастия народов. Но что значат все эти милости Божии, все эти дары природы, доступные всем людям, сравнительно с теми чрезвычайными милостями, с теми дарами благодати, которые доступны только намъ – христианамъ»? С тех пор, как человек согрешил, он подвергся величайшим бедствиям и сделался несчастнейшим из земнородных. И вот все люди, еще неверующие во Христа, доселе остаются посреди этих несчастий, а мы не только освобождены от них, но и пользуемся величайшими благами. Прочие люди доселе блуждают «во тме и сени смертней», не знают Бога истиннаго, не знают, как служить Ему, благоугождать Ему, не имеют верных понятий ни о мире, ни о самих себе и собственном назначении: мы, призванные в чудный свет Христов, познали Бога истинного и истинное богопочтение, для нашей веры решены все тайны мира и человека в Божественном откровении. Прочие люди доселе пребывают в рабстве греху и диаволу, – во грехах рождаются, во грехах живут и умирают, творя «похоти отца своего» (Иоан. 8, 44), и у себя не имеют никаких средств освободиться от этого позорного рабства: мы все освободились от него еще в таинстве крещения, когда вышли из купели совершенно чистыми и невинными, и можем освобождаться каждый раз, после новых грехов, в таинстве покаяния. Прочие люди доселе, как неочищенные от грехов, остаются «естеством чадами гнева Божия» (Ефес. 2, 3), живут в удалении от Бога, под клятвою Его, и не знают никакой возможности примириться с Ним и возсоединиться: мы все уже примирились с Богом верою в Сына Божия, пострадавшого за нас на кресте, и соделались не только близкими к Богу, но и присными Его, сынами Его по благодати и приискренне соединяемся с Господом в таинстве евхаристии. Прочие люди, по немощам испорченной человеческой природы, при всех усилиях и стремлениях к нравственному совершенству, не в состоянии достигать его: нам дарованы нашим Искупителем «вся Божественныя силы, яже к животу и благочестию» (2Петр. 1, 3), пользуясь которыми мы можем возвышаться до самых высших степеней нравственного совершенства. Прочие люди, как «чуждые от завет обетования» христианскаго, переходят в мир загробный без упования вечных благ и будущего воскресения мертвых (Ефес. 2, 12): мы знаем это сладостное упование, и, если не недостойно носим имя сынов Божиих, с радостию переселяемся в вечныя обители Отца нашего небеснаго. После таких милостей особенных и чрезвычайных, какими посетил нас Господь, бедных и несчастных, и которыми не пользуются еще прочие люди, неведующие Христа, кто-ж, как не мы – христиане обязаны по преимуществу отличаться милосердием к бедным и несчастным? Более всех людей мы прияли и приемлем от Господа «туне»; не более ли всех и должны раздавать «туне»? Не более ли всех обязаны быть подражателями нашего премилосердного Владыки, по заповеди Спасителя: «будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть» (Матф. 5, 48)?...

Взирая на все эти величайшия блага, которыми мы пользуемся в христианстве, можем ли не вспомнить, какою ценою они приобретены для нас? Для сего Онъ – сам Господь наш, «богат сый» в милости, «нас ради обнища, да мы нищетою его обогатимся» (2Кор. 8, 9). Для сего Он, будучи Сыном Божиим, «себе умалил, зрак раба приим, смирил себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя» (Флп. 2, 7–8). Для сего Он, во время пребывания своего на земле, благоволил пройти весь путь бедности и нищеты. В бедности Он родился, в бедности и провождал жизнь. Бедные часто не имеют у себя крова, – и Сын человеческий не имел, «где главы подклонити» (Матф. 8, 20). Бедные и нищие часто нуждаются в пропитании и вообще в пособии от других, – и нашему Спасителю некоторыя благочестивыя жены служили «от имений своих» (Лук 8, 3). Бедные и нищие часто терпят скорби, лишения, поношения, преследования и неповинныя страдания, – и наш Спаситель потерпел за нас на земле столько горьких скорбей, столько лишений, поношений и преследований, столько неповинных страданий, сколько не переносил их ни один человек в мире: «вид» его был «безчестен, умален паче всех сынов человеческих» (Ис. 53, 3). Что же было особенным следствием этого по отношению к бедным и нищим? Изведав на самом Себе всю тяжесть бедствий, какия несут на земле несчастные всякого рода, Господь наш столько возлюбил их, что удостоил назвать их своими «меньшими братиями», а чтобы побудить своих последователей к благотворительности несчастным, Он сказал даже, что всякое милосердие, оказываемое Его меньшим братиям, оказывается Ему самому (Матф. 25, 40). Христиане! Какое же побуждение может быть для нас сильнее и трогательнее этого? Еще в ветхом завете было известно, что «милуяй нища взаим дает Богови» (Прит. 19, 17); а теперь мы знаем, что, подавая милостыню нищим, мы подаем ее в лице их самому нашему Спасителю, и таким образом имеем возможность, хотя отчасти, как бы воздать Ему за все то обнищание, которым Он приобрел для нас вечныя блага.

Но и этим, братие, еще не исчерпываются особенныя побуждения для нас к милосердию и благотворительности. Придет время, когда окончится на земле благодатное царство, в котором мы пользуемся столькими чрезвычайными милостями и щедротами, приобретенными для нас обнищанием нашего Спасителя; настанет суд, когда потребуют от нас отчета, как воспользовались мы этими милостями и достойны ли мы перейти в царство славы, или заслужили вечное наказание. Припомните-ж, как будет происходить этот суд, по изображению Спасителя. Тогда, говорит Он, разделит верховный Судия праведников от грешников и, поставив первых одесную Себя, а последнихъ – ошуюю, скажет первым: «приидите благословеннии Отца моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира». За что же? «Взалкахся бо, и дасте ми ясти: возжадахся, и напоисте мя: странен бех, и введосте мене: наг, и одеясте мя: болен, и посетисте мене: в темнице бех, и приидосте ко мне... Аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий моих меньших, мне сотвористе» (Матф. 25, 34–36. 40). Вслед за тем Он речет и сущим ошуюю Его: «идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его. Взалкахся бо, и не дасте ми ясти: возжадахся, и не напоисте мене: странен бех, и не введосте мене: наг, и не одеясте мене: болен, и в темнице, и не посетисте мене.... Аминь глаголю вам, понеже не сотвористе единому сих меньших, ни мне сотвористе» (Матф. 25, 41–43. 45). Нет сомнения, что на всеобщем суде будут приняты во внимание все наши дела, добрыя и злыя (2Кор. 5, 10), и что безпристрастный Судия воздаст тогда каждому по заслугам (Рим. 2, 6). Не видите ли, что дела милосердия христианского будут иметь тогда особенное значение на весах правды Божией, и что от них-то по преимуществу будет зависеть окончательное решение нашей вечной участи?...

Благочестивые слушатели! Сама природа внушает нам любовь и сострадательность к несчастным; сама природа побуждает нас к милосердию и благотворительности. А вотъ – св. вера предлагает нам еще особенныя, чрезвычайныя побуждения! Последуем же этим сугубым внушениям и побуждениям, – и соделаемся милосердыми, милосердыми по-христиански. Аминь.

Комментарии для сайта Cackle