Азбука веры Православная библиотека протопресвитер Михаил Помазанский Высокопреосвященнейшего митрополита Анастасия шестидесятилетие священнослужения
Распечатать

протопресвитер Михаил Помазанский

Высокопреосвященнейшего митрополита Анастасия шестидесятилетие священнослужения

– «в слове истины, в силе Божией, с оружием правды в правой и левой руке» (2Кор. 6, 7).

23 апреля / 6 мая, в день памяти св. великомученика Георгия Победоносца, исполняется шестидесятилетие служения в священном сане Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви, Высокопреосвященнейшего Митрополита Анастасия. 60 лет назад, в 1898 году, будущий митрополит, тогда Александр Алексеевич Грибановский, блестяще окончивший за год перед тем курс Московской Духовной Академии, по пострижении в монашество с именем Анастасия, был рукоположен в этот день епископом Тамбовским Александром во иеродиакона, а вскоре затем во иеромонаха. Отсюда начинается всецелое отдание себя на служение Церкви, служение, милостию Божией продолжающееся до настоящего времени.

Все знаем, какия потрясения не только русской, но и мировой жизни падают на эти шестьдесят лет, и каких поэтому исключительно высоких качеств требовало и требует это время от Предстоятеля Церкви.

Шестьдесят лет – три двадцатилетия, которыя можно назвать тремя отдельными эпохами.

Первое двадцатилетие, священнослужения Владыки Анастасия, годы 1898–1918, представляет собой последние годы царской России, во всем многообразии этой эпохи, годы перемежающихся народных благополучия и бедствий, быстрого культурного роста и одновременно двух катастрофических войн и двух революций. Прозревал Владыка вперед, к чему приведет этот период, и выразил свое предвидение в неподражаемо высокой речи при наречении его во епископа в день свв. Апостолов Петра и Павла в 1906 году. Не раз приводились в печати эти многозначительныя его слова: «Быть может, наступают такие дни, когда мы снова «увидим обиды, угрозы, разграбления и описания имений, храмы, обагренные кровию и из храмов соделавшиеся кладбищами, и даже, может быть, всенародное заклание пресвитеров и епископов», какое видел некогда св. Григорий Богослов», говорил новонареченный Владыка. И все таки в те годы жизнь еще шла почти до конца периода по старому руслу, богатая церковно-общественным строительством, в котором Владыка принимал энергичное и руководящее участие.

Данный первый период деятельности Владыки может быть назван «московским». Эта деятельность проходила в самой Москве или подле Москвы, и даже когда Владыка занимал епископския кафедры вдали от нея, обстоятельства приводили к тому, что он значительное время проводил в Москве. Сначала видим молодого иеромонаха в должности воспитателя Московской Академии, потом инспектора Вифанской Духовной Семинарии (вблизи Св. Троицкой Лавры), потом, в сане архимандрита, ректором Московской Семинарии, а затем, после архиерейской хиротонии, епископом Серпуховским, викарием Московской епархии. Биографии Владыки показывают чрезвычайно богатый характер его деятельности в Москве, особенно в епископском сане. Сюда входили: совершение очередных праздничных богослужений в Большом Успенском Соборе, в Храме Христа Спасителя и многих других Московских монастырях и храмах, посещение приходов епархии по поручению Московского митрополита, заведывание духовно-учебными мужскими и женскими заведениями в городе и епархии Москвы, наблюдение над преподаванием Закона Божия в светских школах Замоскворецкого района, председательство в миссионерском Братстве Митрополита Петра, руководство работами Комиссий по устройству церковных торжеств прославления Святителя Гермогена, празднования столетия Бородинской битвы, 300-летия царствования Дома Романовых, руководство и участие в благотворительной работе разных церковных и общественным организаций, заведывание Комиссией чтений для рабочих и ея издательством и т. п. На Всероссийском Церковном Поместном Соборе в Москве, уже в сане Архиепископа Кишиневского, Владыка состоял Председателем Хозяйственного отдела Собора и возглавлял Комиссию по устройству торжества избрания и настолования Патриарха. По избрании Патриарха был избран Членом Священного Синода и Высшего Церковного Совета, имевших свое местопребывание в Москве.

Особую страницу деятельности Владыки составляют заслуги его во время военных действий первой Мировой войны, когда, в бытность свою Епископом Холмским и Люблинским, а потом Архиепископом Кишиневским, он, подвергая себя непрерывной опасности, совершал частыя посещения действующей армии Юго-Западного фронта, – за что был награжден орденом св. Владимира VI степени и ненобычайной для духовного лица наградой – орденом св. Александра Невского «с мечами», – а потом такия же посещения Румынского фронта.

Описанный период служения Высокопреосвященного Владыки можно также озаглавить: «На родной земле». Второй период мог бы быть назван: «На чужбине». Однако, это не была чужбина в полном смысле слова, так как целых десять лет в середине этого двадцатилетия Владыка провел в дорогой и родной для всех христиан Святой Земле – Палестине.

Благоугодно было Господу вывести массы русских людей вместе с рядом иерархов и священнослужителей после начала зловещей революции в России из родной земли, невредимо проведя их под кровом Ангелов Своих мимо многочисленных опасностей и бед так, что невольно вспоминается повествование книги Деяний Апостольских об избавлении Ангелом св. Апостола Петра из темницы: «прошедши первую и вторую стражу, они пришли к железным воротам, ведущим в город, которыя сами собой отворились им» (Деяний 12, 10).

Владыка Анастасий принужден был оставить в 1919 году Кишинев, место своего Архиепископского служения, а вместе с этим и родную землю, после требования румынских властей перейти в подчинение Румынскому митрополиту и разорвать таким образом связь с Русской Церковию, что он по каноническим основаниям отказался исполнить. Началось пребывание Владыки в эмиграции. Константинополь, Афон, посещение Палестины, снова поездка в Константинополь, Болгария, Югославия, поездка в Лондон, десятилетнее возглавление Русской Духовной Миссии в Палестине, оттуда поездки в Сирию, во Францию, на Синай, ежегодное участие в соборах Епископов Зарубежной Церкви, происходивших в Югославии, переезд в Югославию, возведение, в сан Митрополита, избрание после кончины блаженнейшего Митрополита Антония Председателем Собора и Синода Русской Зарубежной Церкви и, наконец, первые годы возглавления ея до начала второй Мировой войны: таковы последовательные пункты этого периода жизни и служения нашего Первосвятителя.

Как сказано, в центре этого периода стоит Палестина. По поручению Архиерейского Собора в 1924 году, Архиепископ Анастасий отправился в Иерусалим в качестве наблюдающего над делами Русской Духовной Миссии и оставался там в течение десяти лет. Он не только сохранил и укрепил ее, остававшуюся разоренной и без вcякой поддержки, но упрочил и обезпечил ея существование на будущее время, поднял на должную духовную высоту иноческую жизнь русских обителей в Палестине, открыл новыя женския обители и поставил во главе их лиц высокого духовного и культурного уровня, создал при обителях женских школы, ставшия отчасти очагами для пополнения иноческого состава. С высоты Христовой Голгофы в Иерусалиме довелось Владыке Анастасию вновь и вновь обозревать и перечувствовать страшную Голгофу русского народа. Он выразил это в своем слове, произнесенном на Голгофе в Иерусалиме в 1925 году, в седьмую годовщину смерти Царственных Мучеников.

Вспыхнувшая в 1939 году Вторая Мировая война положила резкую границу между предшествующим вторым двадцатилетием священнослужения Владыки и следующим третьим. Территориальные пункты пребывания Владыки Митрополита в этот период такие: первые годы войны – Югославия, Белград; эвакуация в виду приближения советских войск; Вена, Карлсбад, Фюссен, Мюнхен (1945), Женева (семь месяцев), возвращение в Мюнхен (к Пасхе 1946 года) и, наконец, в ноябре 1950 года переезд в США. В Америке Первосвятитель Русской Зарубежной Церкви имеет своей постоянной резиденцией город Нью-Иорк, где имеется Синодальный дом и Синодальная церковь, а часть лета обычно проводит в Западной части США в митрополичьем подворьи близ Сан Франциско, ради духовного окормления проживающих там в большом количестве своих духовных чад.

В это третье двадцатилетие сразу по окончании военных действий перед высшей властью Зарубежной Церкви встала задача собирания воедино русского разсеяния за пределами Родины. Распыленное по городам, лагерям и селениям Германии, Австрии и в других странах Европы русское беженство, нахлынувшее из России, Польши, прибалтийских стран, из Югославии и иных мест, затем лица насильно вывезенныя на работы во время войны в Германию, а также бывшие военнопленные, – вся эта масса, на которую охотились многочисленные агенты советских комендатур, была как овцы без пастыря, жаждала духовной опоры, искала духовного центра. Здесь были люди – одни без всякой церковной принадлежности, между ними не крещеная молодежь, другие – принадлежавшие перед тем к разным церковным образованиям в зависимости от государственной и национальной принадлежности. Апостольская миссия сближения с Церковию одних, объединения других легла на рамена Первосвятителя Владыки Анастасия. Среди всеобщего разрушения и разгрома после войны, при отсутствии нормальных условий передвижения по стране, при наличии разнообразных послевоенных трудностей и препятствий было не малым подвигом со стороны Владыки посещение пунктов русского разсеяния в разных частях и зонах Германий. Эти посещения Владыка неизменно совершал, сопровождая чудотворный образ Курской Божией Матери, под небесным покровом Владычицы. Кто из живших в больших русских лагерях не помнит этих трогательных моментов прибытия и пребывания чудотворного образа, молитвенного общения и духовного утешения из уст благостного Владыки Анастасия? И скольких обездоленных осиротевших и близких к отчаянию людей Владыка ободрил, утешил и благословил на жизнь в новых условиях. Здесь было апостольство духовной заботы, отеческого внимания, сострадания, утешения. «К вам прибыла Владычица утешить вас, укрепить, защитить Своим покровом»... приблизительно таковы были первые слова Владыки к собравшемуся народу. И весь лагерь, как один человек, теснился у чудотворного образа, падал ниц перед Владычицей, и как пчелы вокруг матки объединялся возле своего Первосвятителя. Так совершилось великое дело объединения, – можно сказать, тайна объединения – в лоне Зарубежной Церкви русских масс, которыя остаются, за малым исключением, верными ей до сего дня, куда бы ни занесла этих людей судьба.

Встает в воспоминаниях иная картина: храмовой праздник в большом лагере, в более торжественной обстановке, с участием в богослужении нескольких епископов. Традиционный общий обед после долгого богослужения. Третий час дня. Владыка Митрополит почти не дотрагивается к пище, его просят есть. «Я питаюсь в данный момент духовной пищей», отвечает Владыка: «я смотрю на эти нивы, как дозревают оне к жатве». И настроение Владыки выливается в возвышенную, воспринимаемую с сосредоточенным вниманием слушателями речь. Радует Первосвятителя церковное торжество, умиление молящихся, единение народа при Церкви; все это создает надежды на наше общее будущее, говорит он.

Среди забот и многообразного архипастырского труда, при ежедневном присутствии на богослужениях в своей церкви, при неизменно личном совершении воскресных и праздничных богослужений, при обилии личной переписки, постоянном благовестии слова Божия, выступлениях в общественных собраниях, при печатных трудах, Владыка, от первых дней своего служения особенно живо отзывающийся на все выдающияся явления умственной жизни всегда умеет объединять вокруг себя людей умственных, научных интересов: пребывание в этой атмосфере, как можно наблюдать, является для него как бы часами душевного отдыха. Близкий к этим кругам в Москве, Владыка Анастасий потом, в Югославии, объединил вокруг себя лучшие умы ученых и общественных деятелей, собирая их периодически на совещания при участии также некоторых духовных лиц в своих покоях в Белграде. Так это было затем и в Мюнхене. Кроме постоянных участников этих собраний, приглашались докладчики и участники и со стороны. Темы «Совещаний» были общественно-церковныя, философския, социально-политическия, даже вопросы естествознания и др. В центре внимания, конечно, было то, что связано с Россией в ея прошлом и в ея печальном настоящем. Здесь особенно привлекали общее внимание мысли Владыки, составлявшия заключительное слово к проведенной дискурсии. Из разнообразия суждений, из мнений, основанных на разных предпосылках, даже разных мировоззрениях, Председатель извлекал вывод логический и ясный, указывая при этом ту линию, какая соответствует православному христианскому мировоззрению.

Но временный подъем русской общественно-церковной жизни в Германии, с постепенным разездом ди-пи в другия страны, сходил на убыль, в Германии осталась только горсть православных русских людей, и само Высшее Управление Зарубежной Церкви перешло в США. Вторая часть третьего двадцатилетия посвящена была строительству церковной жизни в Америке и в других странах разсеяния, продолжаемому и далее при неустанном бдительном попечении и руководстве Первосвятителя. «Кто изнемогает, с кем бы и я не изнемогал? Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенялся?» (2Кор. 11, 29), можно отнести по праву эти слова св. Апостола к Владыке Митрополиту.

До приезда в Америку Владыки Анастасия только мужеством и твердостью Архиепископа Виталия и единомысленных с ним иерархов вместе с небольшой группой приходов были сохранены верность и единство с Зарубежной Русской Церковью. И многим, может быть, казалось, что переезд сюда Митрополита мало внесет нового в сложившуюся церковную ситуацию. Между тем, ныне мы видим, как живым пульсом бьет жизнь нашей Церкви, как возрасла здесь Церковь количественно, видим, что она укрепляется внутренне и твердо охраняются в ней устои Православной Церкви, несмотря на все отрицательныя веяния, наблюдаемыя вокруг. Это благосостояние Церкви в огромной степени обязано неусыпным заботам и ревности Владыки Митрополита, с одной стороны, а с другой, тому – позволим себе так выразиться – обаянию, какое несет с собой его личность. Приобретение нового Синодального дома в центре Нью-Иорка, с устройством там соборного храма и домашней митрополичьей церкви, – щедрый дар лица, выразившего этим свою глубокую преданность Владыке Анастасию, – является показателем тех чувств, какия вообще имеет паства к своему Первосвятителю. Впрочем, мы верим, что совершается все это Промыслом Божиим, благословением и благодатию Божиею. Непоколебимая вера в содействующую Божию силу и премудрость, соединенная с воспитанным православной аскетикой духом «терпения, великодушия и кротости», создают то, что в глазах людей представляется выражением только личного ума, осторожности и такта.

По непроторенному пути, в исключительно трудных условиях взволнованных стихий человеческого мира, Божественным Промыслом суждено Владыке Анастасию нормировать и направлять жизнь Зарубежной Русской Церкви. Коммунизм продолжает угрожать миру. Затаенный антагонизм мировых сил, под покровом относительного внешнего спокойствия, в каждый момент готов снова и снова прорваться наружу. И Церковь Русского Зарубежья благодарит Всеблагого Господа, что в дни этих сложных условий ея бытия Он дал ей такого Предстоятеля и Вождя. И молит она, да сохранит Всемогущий силы и здоровье Высокопреосвященнейшего Митрополита Анастасия для дальнейшего ведения Церковной жизни на блого православной зарубежной Руси, всего Русского народа и всей Русской Православной Церкви.


Источник: Прот. Михаил Помазанский. О жизни, о вере, о Церкви. Сборник статей (1946–1976). Выпуск первый: Жизнь в Церкви. — Jordanville: Типография преп. Иова Почаевского. Holy Trinity Monastery, 1976. — С. 242-248.

Комментарии для сайта Cackle