Окончил Пензенское духовное училище, потом Пензенскую духовную семинарию (1842). В 20 лет поступил в Казанскую духовную академию, увлекся изучением татарского и арабского языков. Эти занятия определили основные направления его научной, а позже и миссионерской деятельности.

По окончании учебы в 1846 году был оставлен в академии бакалавром по кафедре турецко-татарского языка. Кроме того, преподавал математику, ботанику, историю философии, древнееврейский язык. В это время для дальнейшего изучения татарского языка в летние месяцы жил в Старотатарской слободе Казани, посещал занятия в медресе, много общался с муллами, татарскими купцами и жителями слободы.

Командировка на Восток

Добился получения командировки на Ближний Восток (с июня 1851 года). Большую часть времени жил в Каире, где изучал мусульманское богословие, право и арабский язык, слушал лекции в университете аль-Азхар. В Палестине и Ливане изучал жизнь арабов-христиан, арабские переводы Священного Писания, жил в православных монастырях. В это время началась Крымская война, и он с трудом сумел выехать из Османской империи и через Грецию и Австрию вернулся в Россию, прибыл в Казань в июле 1854 года.

Труды в Казанской духовной академии

В 1854 году в открытом при Казанской духовной академии противомусульманском отделении преподавал арабский и турецкий языки, читал лекции о мусульманском богословии и шариате. В сентябре 1857 года ему было присвоено звание экстраординарного профессора. Стремление Ильминского дать студентам глубокие знания по мусульманской догматике привело к конфликту с ректором академии архимандритом Иоанном (Соколовым; впоследствии епископ Смоленский) и Казанским архиепископом Афанасием (Соколовым), которые обвиняли его в пропаганде ислама. В результате с начала 1858/59 учебного года Ильминский был отстранен от занятий в противомусульманском отделении. Ему предложили преподавать древнееврейский язык и математику, но он отказался и ушел из КазДА.

После этого служил переводчиком при Оренбургской пограничной комиссии. Изучение казахского языка и повседневное общение с казахами определило еще одно направление его научной и просветительской деятельности.

В 1860 году в Казанском университете была восстановлена кафедра турецко-татарского языка, по инициативе ректора совет университета просил назначить на должность профессора Ильминского. Одновременно был экстраординарным профессором татарского и арабского языков КазДА. Был уволен из академии после введения устава 1869 года и сокращения вакансий востоковедов. В 1872 году оставил службу в университете.

Создание Казанской учительской семинарии

В том же году добился от министра народного просвещения Д.А. Толстого открытия Казанской инородческой учительской семинарии (с 1884 года — Казанская учительская семинария), был утвержден ее директором, занимал эту должность до конца жизни.

В 1870 году Ильминский был избран членом-корреспондентом Санкт-Петербургской академии наук, позже — почетным членом КазДА. Через 11 лет Академия наук предлагала ему звание академика по востоковедению, но он отказался, так как звание академика требовало постоянного проживания в столице и лишало его возможности руководить Казанской инородческой учительской семинарией и заниматься миссионерской деятельностью.

Переводчик, педагог, миссионер

Первоначально интерес Ильминского был направлен на изучение ислама, религиозной и бытовой жизни мусульман Поволжья и на формирование противомусульманской миссии. В 1847 году при КазДА был создан Переводческий комитет, в котором Ильминский вместе с другими переводил на татарский язык богослужебные книги и фрагменты Священного Писания: литургию святителя Иоанна Златоуста, Часослов, Евангелие, Апостол, катехизис святителя Филарета (Дроздова), митрополита Московского. Позже он называл эти переводы очень качественными с богословской и филологической точки зрения, но совершенно бесполезными для миссионерской деятельности, так как тексты были переведены на книжный татарский язык с большим количеством арабских и персидских заимствований. Этот язык свободно понимало только образованное мусульманское духовенство, рядовым мусульманам переводы были мало понятны, а татары-кряшены (так называли себя «старокрещенные» татары), не знавшие арабского алфавита, не могли ими воспользоваться.

Не ограничиваясь кабинетной работой, Николай Иванович стремился к изучению татарского языка «из первых уст». По поручению архиепископа Казанского Григория (Постникова) много ездил по селениям Казанской губернии; в этих путешествиях он столкнулся с бедственным положением, в котором находилось миссионерство среди народов Казанского края. Многие среди коренных жителей Среднего Поволжья: чуваши, марийцы, удмурты и часть татар — уже давно считались православными, но поскольку были оставлены без надлежащего пастырского окормления, целыми деревнями возвращались в ислам. Не способствовало утверждению татар в Православии и совершенное невнимание к их школьному просвещению. Ильминский взялся изменить дело. Его общительный характер, знание языка и способность привлекать людей, расположила к нему недоверчивых к чужакам кряшен. Из этого живого общения родились идеи, сыгравшие важнейшую роль в христианской жизни Поволжских народов.

Ильминский совершенно отказался от использования татарского книжного языка с арабской графикой, как непонятного жителям глухих деревень. Книги Священного Писания и молитвословия он перелагал на разговорный кряшенский диалект и использовал при этом русский алфавит. В 1862 году он опубликовал в Санкт-Петербурге букварь с русским алфавитом для крещеных татар. В 1864 году книга была переиздана с поправками, включавшими 4 буквы, отсутствовавшие в русском алфавите, и после этого до 1917 года переиздавалась без изменений 19 раз. Помощником и сотрудником Ильминского в освоении кряшенского диалекта стал Василий Тимофеев, крещенный татарин, искренне уверовавший в Евангелие и желавший помочь делу просвещения своего народа. По своей инициативе Тимофеев стал учить несколько мальчиков-односельчан, поселив их в своей квартире. Так было положено начало Казанской центральной крещено-татарской школе, официально открытой в 1864 году, при ней была устроена церковь. Ильминский помогал Тимофееву и в 1869 году добился его рукоположения во иерея. Школа быстро превратилась в крупное учебное заведение, ее посещал император Александр II, наследник престола великий князь Александр Александрович (впоследствии император Александр III). Для кряшен школа была центром общественной жизни. С 1865 года юноши и девушки, получившие образование в ней, стали учителями во вновь организованных школах в кряшенских и удмуртских (там, где удмурты понимали татарский язык) деревнях. Наблюдение за школами, посещение деревень кряшен и татар-мусульман давали материал для проверки переводов, выполнявшихся Ильминским вместе с Тимофеевым.

Основные принципы педагогической системы Ильминского, изложенные им в нескольких сочинениях, были такие: 1) обучение детей на родных языках, создание комплексов учебных пособий на этих языках (букварей, книг для чтения, учебников арифметики, Закона Божия); 2) изучение русского языка как одного из основных предметов с использованием качественных учебников отдельно для каждого народа; к концу 4-летней начальной школы учащиеся должны знать русский язык в таком объеме, чтобы они могли продолжать обучение по-русски; 3) высокие требования к учителям, которые должны свободно владеть языком учащихся, иметь качественное педагогическое образование и быть искренне православными; 4) обучение в начальных школах девочек. Этому Ильминский придавал большое значение для миссионерской деятельности, поддерживал женщин-учительниц, вопреки российским законам считал возможным совместное обучение мужчин и женщин в средних и высших учебных заведениях.

Вскоре Казанская крещено-татарская школа стала образцом, по которому стали создаваться подобные школы в других местах Казанской губернии и за ее пределами. При участии Н.И. Ильминского открылись Уфимско-Оренбургская татаро-башкирская, Бирская марийско-чувашская, Орско-Оренбургская казахская учительские школы.

Николай Иванович был одним из основателей миссионерского Братства святителя Гурия Казанского, открывшегося в Казани в 1867 году, и возглавил его Переводческую комиссию. Уже через несколько лет в Казанской губернии действовали более 80 братских школ.

В конце 1860-х годов по инициативе Ильминского началась масштабная работа по переводу Священного Писания и духовной литературы на языки народов России. Он делал переводы уже не только на татарский, но и на чувашский, марийский, удмуртский и другие языки, которые осваивал с удивительной быстротой.

К переводу текстов Священного Писания Ильминский относился ответственно, сверял его с греческим и славянским текстами. Поэтому только в 1890 году было опубликовано служебное Евангелие. Особое значение он придавал переводу Псалтири (он знал славянскую Псалтирь наизусть), работал над ним с Тимофеевым до конца жизни, напечатанный текст получил лишь за несколько дней до смерти. Перевод Псалтири оказался настолько удачным, что многие псалмы стали кряшенскими народными песнями.

Кончина

За неустанной работой застала Ильминского последняя болезнь — рак желудка. 27 декабря 1891 года Николай Иванович приобщившись Святых Таин, тихо скончался. На его погребение собралось великое множество людей: и уважаемые представители духовенства, и профессора академии, и сотни простых кряшен, благодарных человеку, через которого Господь открыл им Свое Евангелие.

Просветитель Поволжья был похоронен возле кладбищенской церкви Ярославских чудотворцев на Арском кладбище Казани, и ныне тело его покоится там, в нескольких метрах от мощей первого просветителя Казани святителя Гурия. Могила сохранилась и почитается верующими, особенно кряшенами и чувашами.

Работы, касающиеся церковнославянского языка

Опыт миссионерских переводов определил отношение Ильминского к церковнославянской письменности. Проблему понятности перевода церковнославянских текстов он предлагал решить путем постепенного возвращения к древнейшему варианту церковнославянского языка. Кирилло-Мефодиевский перевод Ильминский считал образцовым, поскольку он создавался с миссионерскими целями, был простым и понятным. В связи с учреждением Комиссии по исправлению богослужебных книг в 1882 году выпустил программную книгу «Размышление о сравнительном достоинстве в отношении языка разновременных редакций церковнославянского перевода Псалтири и Евангелия», где рассматривал церковнославянский язык как классический, в котором любые изменения являются искажением. «Изменения мертвого языка... могут состоять только в ошибках и искажениях или произвольных изменениях разных рукописей. Это и будет история рукописей данного языка, а не самого языка». Положительная программа Ильминского заключалась в постепенном возвращении к первоначальному, очищенному от позднейших наслоений, облику богослужебных текстов: «Следует... оставивши церковно-богослужебные книги status quo, теперь же издать древнеславянский текст, по крайней мере Псалтири и Евангелия, и затем постепенно издавать древнейший текст других священных и богослужебных книг, насколько сохранилось их в древних памятниках».

В 1882 году Ильминский представил обер-прокурору Святейшего Синода К.П. Победоносцеву проект нового издания учебного Часослова, язык которого был специально архаизирован. 2 издания этой книги появились в Москве в 1883 году, в последующие годы Часослов неоднократно переиздавался. В 1885 году Ильминский подготовил проект учебного Октоиха, исправленного в соответствии с аналогичными принципами, книга вышла в свет в том же году в Москве. Подготовил и в 1889 году выпустил в Казани «для общества и школы» издание «Святое Евангелие: Древнеславянский текст», в основу которого был положен текст Остромирова Евангелия XI века. В 1890 году Победоносцев распорядился передать в библиотеки всех духовных семинарий по 5 экземпляров этой книги.

Теперь можно уже видеть, что церковнославянский язык по пути, намеченному Ильминским, не пошел. Новые богослужебные тексты становились всё более русифицированными.

В соответствии со своими представлениями о церковнославянском языке Ильминский стремился организовать его преподавание. Он считал, что его следует учить не при помощи грамматики, как современные языки, а через многократное повторение и выучивание наизусть отдельных слов и текстов. В переписке с Победоносцевым он активно обсуждал методы начального обучения церковнославянскому языку и проведение реформы начальной школы, закрепленной Правилами о церковноприходских школах 1884 года. В результате реформы церковнославянский язык вошел в число основных предметов в церковноприходских школах. Ильминский считал, что намеренное упрощение, заниженные требования к содержанию образования в церковноприходских школах и курс на привлечение к преподаванию причетников и поверхностно подготовленных учителей вредят делу миссии и народного просвещения.