архиепископ Никон (Рождественский)

110. Нам ли молиться за него?

Три дня чествовала Русская Православная Церковь великого священномученика за отечество святейшего Патриарха Гермогена; три дня молилась о упокоении его души в Цар­стве Небесном и возглашала ему вечную память.

Бог привел мне быть участником этого светлого торжества Православия – души народ­ной, и я вынес самые отрадные впечатления с этого праздника православного русского пат­риотизма. Хочу поделиться ими со своими читателями.

Торжество началось вечером 17-го февраля парастасом в Успенском соборе – этом доме Пресвятой Богородицы, за который душу свою положил святейший первосвятитель России. Здесь, с этого священного амвона, на котором стояли мы, недостойнейшие иерархи – преем­ники его святительского служения в Церкви Русской, раздавалось его грозное слово, обли­чавшее изменников Православной вере и Отечеству; с сего амвона он призывал Божие благо­словение защитникам и верным сынам Отечества; отсюда гремело его проклятие тогдашним эсэрам, эс-декам и кадетам. Эти священные своды оглашались его пламенными речами о любви и верности к несчастной Родине, к престарелому, безвольному царю Василию Иоан­новичу, горячим призывом к защите святой веры Православной. Здесь и почивает он ныне своими нетленными мощами, в укромном уголке собора, о бок с шатром над ризою Господ­ней, почивает не в могиле, а вот под этим надгробием, в гробу фиолетового бархата.

Богу, дивному во святых Своих, благоугодно было возбудить в сердцах Русского народа особенную веру в его молитвенное заступление именно в наши многоскорбные дни, когда современные Салтыковы – Милюковы, Масальские – Долгоруковы и вся их компания готовы распродать нашу матушку – святую Русь оптом и в розницу не только полякам, финляндцам, но и презренным иудеям по самым дешевым ценам. В такое то время и восстает из своего гроба трехсотлетний великий покойник, восстает живым чудотворцем, напоминая русским православным людям их долг пред Родиной, пред святою своей верой, пред Церковью-матерью и Царем-Самодержцем, встает и вещает гласом знамений и чудесных исцелений:

Опомнитесь, православные русские люди! Довольно блуждать вам по распутьям измены родным заветам, пора перестать быть перелетами – от этих заветов – к совре­менным тушинцам, всякого рода изменникам родной вере родному Царю и Отечеству, пора грудью стать за эти заветные святыни нашего русского сердца! Не я один – вся святая Русь, в лице своих избранников на небесах Престолу Божию предстоящая, все сии древнерусские святители и преподобные, все святые князья-мученики и великие печальники ваши пред Богом – все мы призываем вас к покаянию, все взываем к вам: пожалейте Родину, пощадите землю Русскую, над которою, как и в мои дни, простер­лась грозная туча гнева Божия! Обратитесь к матери-Церкви, слушайте гласа ее, яко гласа Божия, вспомните великое призвание Руси – нести и возвещать святую истину Православной веры всем народам земным! Гоните от себя этот ложный стыд, навева­емый врагами Церкви и святой Руси, стыд, будто мы, русские, отстали от других наро­дов и в делах веры, и в жизни государственной, будто посему надо во всем подражать народам чужим, а для сего отрекаться от всего родного... Все это – вражье наваждение, все это – ядовитый туман, которым отравляют вас, наипаче же молодежь вашу враги Божьи – иудеи и масоны с их прислужниками. Будьте чисто русскими, православными людьми, покайтесь по-русски – так, как умели каяться ваши предки – целым сердцем, с детской простотой и искренностью, и Господь смилуется над вами, и туча Божия про­несется мимо вас, и паки засияет над Русью солнце милостей Божиих, как во времена оны древние, как было после моей кончины!..

И внемлет гласу святейшего Русь православная, внемлет с благоговением тот про­стой, верующий народ, который составляет целое тело народное, настоящую Русь! И пошли волны народные к священной гробнице великого Патриарха-патриота, и с каждым днем сии волны увеличиваются. Не во дни только торжеств в память его, но и каждый день верени­цами тянутся русские люди к дому Пресвятой Богородицы, и несут сюда, под эти священные своды, свои скорби и вздохи болящего за Родину сердца, и изливают свою скорбящую душу у подножия гробницы новоявляемого и Богом прославляемого заступника своего, триста лет безмолвно и смиренно почивавшего в своей гробнице – даже до наших скорбных дней. И неумолчно слышится здесь вечная ему память, и с благоуханием кадильным несется к Богу молитва о упокоении его праведной души со святыми, а в глубине сердечной уже звучит молитвенное слово: “И его молитвами нас грешных, Господи, помилуй!”.

Чинно и неспешно совершалось всенощное бдение – парастас в древнем соборе. Могучими волнами неслись к его сводам звуки священных песнопений на литии, исполненных клиром собора – пение, какого нигде в мире нельзя больше услышать. Неспешно, отчет­ливо, отчеканивая каждое слово, читали, или, лучше сказать, выпевали два сакеллария непо­рочны и канон; мы, архиереи, выходили на литию, а потом, начиная с непорочны, стояли среди храма до конца всенощной и ушли в алтарь лишь по возглашении, после отпуста, веч­ной памяти святителю Божию у его гробницы. Служба длилась четыре с половиной часа и, несмотря на усталость, не хотелось уходить из этого святилища Божия, где, чувствовалось, с нами молились здесь почивающие святители – печальники родной земли, где, казалось, предстоял с нами великий страдалец за веру и Отечество, святейший Патриарх Гермоген.

На другой день богослужение началось крестным ходом из Казанского собора в Успен­ский с чудотворною иконою Богоматери Казанской, которую некогда изъял из земных недр святитель Гермоген в Казани. Она и поставлена была над его гробницей. Тут же стоял и стяг князя Пожарского, который, молитвенною помощью святителя, освободил Москву от поляков. В богослужении, как накануне, так и 18-го числа, принимали участие: Митрополит Московский Владимир, архиепископы – Новгородский Арсений и Ярославский Тихон, я и епископ Серпуховский Анастасий. На панихиду вышли еще святители: архиепископ Алек­сий, бывший Тверской, Димитрий, епископ Рязанский, Гавриил, бывший Омский и другие епископы, живущие в Москве. Пел хор синодальных, бывших патриарших, певчих. Певцы были одеты в красивые, наподобие древних боярских, кафтаны с золотым шитьем по опле­чью и наподольнику. В конце литургии Митрополит произнес слово о значении подвига свя­тителя для России. После панихиды все святители отправились крестным ходом в Чудов монастырь, в то подземелье, где священномученик за веру и Отечество испустил свой дух в заключении. Здесь совершена была краткая лития, закончившаяся вечною памятью прис­нопамятному святителю.

Было уже два часа дня, когда все, участвовавшие в богослужении, и почетные гости собрались в покоях Митрополита в том же Чудовом монастыре на скромную трапезу. Все блюда были грибные, никаких спиртных напитков не было. Пред последним блюдом была провозглашена вечная память Патриарху, а после обеда провозглашено многолетие Царству­ющему Дому и послана телеграмма Государю. Преосвященный председатель юбилейной комиссии Анастасий, епископ Серпуховский, огласил приветственную телеграмму предсе­дателя и сорока членов Государственного Совета на имя Московского Митрополита.

В 6 часов вечера совершены всенощные бдения во всех церквах столицы, а на другой день – архиерейские служения в Успенском соборе Ярославским архиепископом, а в Чудовом монастыре – Митрополитом Владимиром. Кроме того, оба дня были архиерейские слу­жения в храме Спасителя и Епархиальном доме.

В 7 часов вечера в Епархиальном доме открылось торжественное собрание в память великого Патриарха. Первым говорил преосвященный Анастасий, за ним В. В. Назаревский, И. Соболевский, Е. В. Барсов и протопресвитер Успенского собора П. А. Любимов. В этих речах во всем величии восстал пред слушателями великий печальник Русской земли – и как подвижник-святитель, и как государственный муж, и как первоиерарх Русской Церкви, и, наконец, как бытописатель своего времени и песнотворец – автор тропаря Богоматери: “Заступнице усердная”.

После перерыва синодальный хор исполнил в высшей степени художественно несколько песнопений. Особенно сильное впечатление произвело чтение грамоты патриарха Гермогена тушинцам-изменникам и гимн святителю-страдальцу. Очень жаль, что эти новинки художественного творчества в нашей вокальной музыке и поэзии не воспроизве­дены в нотных знаках: тогда можно было бы и в духовно-учебных заведениях, и в торже­ственных собраниях в память святителя в разных городах России воспроизвести их при посредстве хоров.

Так завершилось чествование памяти святителя Гермогена на месте его великого подвига. Русь XX века оглянулась на свое далекое прошлое XVII века, увидела там, в ряду героев веры и патриотизма, великого мужа, явившегося вождем этих героев, возбранным воеводою в святом деле спасения Руси в тяжкую годину смуты и междуцарствия. Увидела современная нам Русь этого исполина духа и – поклонилась ему. Верные сыны Отече­ства, благоговейно созерцая его подвиг, вознесли горячие мольбы о упокоении его правед­ной души: упокой, Господи, душу раба Твоего! И сею молитвою за почившего иерарха они вошли уже с ним в молитвенное общение, но совесть, но сердце, но какое-то внутреннее чувство говорит: этого мало, этого недостаточно! Кто мы, дряблые духом, обремененные грехами, чтобы нам молиться о прощении и оставлении грехов этого великого праведника, несомненно предстоящего пред Богом и предстательствующего за родную землю у Престола Божия? Нам ли молиться за него? Дайте нам возможность призывать его самого в слабых молитвах наших: приспело время вместо вечной памяти возглашать ему: святителю отче Гермогене, моли Бога о нас!

Дивен Бог во святых Своих! Дивны пути Божии в исполнении словес Его непреложных: прославляющие Мя прославлю! В то время, когда по законам истории великие деятели на поприщах государственного строения, науки, литературы и искусства, уходя в даль веков, начинают окутываться туманом забвения в памяти потомства, святые герои веры и высокого нравственного подвига вырастают в сознании верующих в исполинов духа, приближаются к народному сердцу; входят в благодатное общение с живущими в сей юдоли земной, помо­гают им в их нуждах, утешают в скорбях, исцеляют их болезни и руководят на пути к Цар­ствию Божию. И растет в народе любовь к ним, растет благоговение к благодати Божией, в них обитающей, чрез них действующей, и в сознании церковном созревает убеждение в их святости. Дух Божий, в Церкви присноживущий и действующий, пробуждая веру, являет силу Свою чрез сих святых Божиих, и тогда Церковь признает благовременным, причислив их к лику святых, прославлять их яко Богом прославленных.

Празднование 300-летней годовщины преставления патриарха Гермогена показало, что настал час и церковного его прославления.


Источник: Мои дневники / архиеп. Никон. - Сергиев Посад : Тип. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1914-. / Вып. 3. 1912 г. - 1915. - 190 с. - (Из "Троицкого Слова" : № 101-150).

Комментарии для сайта Cackle