Притча о злых виноградарях... (Мф.21:33–46)
Сказать гордым фарисеям и книжникам в присутствии множества народа, что мытари и грешники раньше их войдут в Царствие Божие, значило поразить их, как громом. Теперь стоило Иисусу сказать народу ещё одно слово, сказать прямо, что Он есть обетованный Мессия, что их вожди не стоят доверия, и судьба этих слепых вождей была бы решена: народ заставил бы силой уступить власть Иисусу Христу. Но Господь удовольствовался тем, что заставил их выслушать ещё одну, горькую для них, притчу, в которой раскрыл всю историю Божия промышления о народе иудейском и Божия долготерпения к вождям этого народа.
Выслушайте другую притчу, – сказал Он, – Был некоторый хозяин дома, который любил заниматься хозяйством, который сам, своими руками, насадил виноградник, обнес его оградою – или из камня, или из живой изгороди: колючих растений, вроде терновника или алоэ, которые защищают виноградники от лисиц и вепрей лучше всякой каменной стены. Выкопал в нем точило, – выдолбил в камне или вырыл в земле яму, обложив её камнем, чтобы в ней можно было выжимать сок из винограда, построил башню, лёгкую, высокую башню для сторожей и для хранения собранного винограда. Так заботливый хозяин сделал все для благоустройства виноградника и, так как дела потребовали его присутствия в другом месте, отдав его, свой виноградник, виноградарям, заключив с ними договор о своевременном получении с них определённой части вина и плодов за это, отлучился на долгое время. Когда же приблизилось время собирания плодов, а время это, по закону левитов, наступало не раньше пяти лет, он послал своих слуг, одного за другим, к виноградарям взять свои плоды, т.е. принадлежавшую ему часть плодов, какова бы она ни была; виноградари, схватив слуг его, иного прибили (много били и с бесчестием прогнали назад, ни с чем), иного же и совсем убили, а иного со зверским озлоблением побили камнями. Несмотря на такую возмутительную несправедливость и злобу, опять послал он (долготерпеливый хозяин виноградника) других слуг, больше прежнего; и с ними поступили так же.
И сколько раз ни посылал хозяин слуг своих, злые виноградари не хотели его знать и учиняли с посланными дикую расправу. Казалось, время уже было произнести суд праведный над злыми виноградарями, но домовладыка был чрезвычайно добр. «Что мне делать?» – размышлял он. И пришёл к такой мысли: хотя злые люди и надругались над рабами, но всё же окажут уважение к его сыну. Наконец, послал он к ним своего сына возлюбленного, единородного, говоря: Может быть, постыдятся сына моего. Не может же быть, чтобы их злоба дошла до того, что они и сына моего не послушают. Сын пошёл. Но виноградари, увидев сына издали, сказали друг другу: Это единственный наследник, будущий владелец виноградника, пойдем, убьем его и завладеем наследством его. И, схватив его, вывели вон из виноградника и убили... Но хозяин виноградника не всегда будет находиться в отлучке; он, конечно, возвратится: Итак, когда придет хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями? Как, думаете, поступит он с ними? – заключил Свою притчу Иисус Христос.
Не понять этой притчи было нельзя: смысл был слишком ясен. Ещё древний пророк Исайя изображал избранный народ под видом виноградника и обращался к нему от лица Божия с таким вопросом: Что еще надлежало бы сделать для виноградника Моего, чего Я не сделал ему? (Ис.5:1–7). Винограднику, виноградной лозе уподобляли его и другие пророки: Иеремия, Иезекииль, Осия. Подобие это встречается даже в Законе Моисеевом и у Псалмопевца. Виноградная лоза, это самое скромное и в то же время самое благородное растение, требует от виноградаря постоянной, неусыпной заботы и ухода во все времена года; так и Бог, избрав народ еврейский из всех народов земных, являл во все времена Своё дивное о нём попечение.
«Но иудеи, – говорит свт. Иоанн Златоуст, – при всём о них попечении, дали блудницам и мытарям опередить себя, и притом так много. И рассуди, как велико было Божие о них попечение, как непомерна их беспечность. Ибо, что надлежало делать земледельцам, то сделал Он Сам: насадил виноградник, обнёс оградой и прочее. Ибо, когда иудеи вышли из Египта, Бог дал им Закон, дал им гражданское бытие, устроил жертвенник (который и означал точило», ибо на нём проливалась кровь животных, прообразовавшая Кровь Христову) и храм воздвигнул (который разумеется в притче под именем столпа). Через ограждение посредством Закона иудеи сделались народом отдельным, так что Закон, став стеною огненною», явно охранял их от языческих племен, от заразы идолопоклонства, и служил залогом покровительства Божия».
Сама страна их, Палестина, была со всех сторон ограждена и защищена: с востока она отделялась рекой Иорданом и двумя озерами, с юга – пустыней и гористой Идумеей, с запада – морем и с севера – Антиливаном. В чудесах при исходе из Египта, при Синае, при завоевании земли обетованной Бог Сам являлся вождём народа в постоянных явных чудесах и знамениях; но потом, все благоустроив, Господь поручил Свой народ его духовным вождям: первосвященникам, священникам и левитам, которым и дал право сидеть на седалище Моисеевом и с него поучать народ и толковать Закон, «и отлучился», т.е. долго терпел, не всегда и не тотчас по преступлении наказывал. «Под отшествием разумеется великое Божие долготерпение» (свт. Иоанн Златоуст).
«И послал Своих слуг», т.е. пророков, этих великих избранников Божиих, которые возвещали иудеям волю Божию, призывали их к покаянию, открывали будущее, указывая на грядущего Спасителя мира – Единородного Сына Божия. Эти посланники Божии требовали от иудеев плодов, т.е. исполнения воли Божией, «повиновения, доказываемого делами. Но иудеи не только не дали плода после таких попечений, но даже вознегодовали на пришедших, и не только вознегодовали, но ещё обагрили руки свои кровью; сами заслуживая казнь, предали казни посланных» (свт. Иоанн Златоуст).
Так, Иеремия и Захария, сын Иодаев, были побиты камнями (Иер.37:15, 2Пар.24:20–21), Исайя распилен пилой; другие испытали поругание, а третьи – побои, а также узы и темницу; камнями побиваемы были, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча те, которых весь мир не был достоин. Я посылал к вам, – говорит Бог у пророка Иеремии, – всех рабов Моих, пророков, посылал с раннего утра, чтобы сказать: не делайте этого мерзкого дела, которое Я ненавижу (Иер.44:4–6). Но иудеи оставались упорными.
«Но почему Бог не тотчас послал Сына? – спрашивает свт. Иоанн Златоуст и отвечает. – Для того, чтобы они почувствовали, как несправедливо поступали с посланными рабами, и, отложив гнев, устыдились Его пришествия. Словами: «постыдятся Сына Моего» показывается не неведение в Боге, а только намерение обнаружить великость греха и совершенную неизвинительность иудеев. Ибо Бог знал, что убьют и Сына, однако ж, послал. Если они были непризнательны к рабам, то, по крайней мере, должны были почтить достоинство Сына». В этом послании Сына Своего Отцом Небесным является последнее, уже окончательное усилие милосердия Божия.
«Но как же поступили они? – говорит свт. Иоанн Златоуст. – Им должно было прийти и просить помилования, а они ведут себя по-прежнему, даже задумывают новые злодеяния, ужаснейшие прежних. Что говорят, увидев Сына? «Пойдем, убьём Его». Для чего и за что? Можно ли им было обвинять Его в чём-нибудь, великом или малом? Разве в том, что Он почтил вас? Будучи Богом, сделался для вас Человеком и совершил бесчисленные чудеса? Или в том, что призывал в Царствие?
Смотри, как они, при своём нечестии, крайне безумны и как безрассудно их побуждение к убийству: «Убьём Его, – говорят они, – и завладеем наследством Его!» Так некогда совещались и братья Иосифа, злоумышляя против него: увидев его издали, они сказали друг другу: Вот, идет сновидец; пойдем теперь, и убьем его... и увидим, что будет из его снов (Быт.37:19–20). Подобно тому как братья Иосифа, думая разорить намерения Божии относительно своего меньшего брата, способствовали их исполнению, так и законники иудейские, восставая против Христа, сделались орудиями осуществления намерений Божиих.
«Это наследник», – говорят злые виноградари. Иисус Христос есть Наследник всего не как Бог, но как Человек, ибо, как Бог, Он есть Творец всего. Каким поразительным пророчеством являются слова притчи: «Пойдем, убьём... и завладеем наследством Его»... для иудейских вождей, которые спустя несколько дней услышали от Каиафы на тайном совещании синедриона: Что нам делать? Этот Человек много чудес творит. Если оставим Его так, то все уверуют в Него... лучше нам, чтобы один человек умер (Ин.11:47–50). И вывели вон из виноградника и убили».
«Видишь, – говорит свт. Иоанн Златоуст, – как Иисус Христос предсказывает о самом месте, где будет убит?» Известно, что Он пострадал вне врат (Евр.13:12). В Своей притче Господь говорит как Всеведущий. Он изображает перед иудеями их будущее преступление точно так, как оно через несколько дней было ими совершено. Он читает их злые намерения и в притче показывает им, как в зеркале, весь ужас этих намерений, чтобы, если можно, устрашить их. Он ставит перед судом их совести всё их поведение и предлагает прямо вопрос, решающий их собственную участь: «Когда придет хозяин виноградника»», – когда истощится великое Божие долготерпение и Он явится грозным карателем неправды, – «что сделает Он с этими виноградарями?»
Что же после всего этого книжники и фарисеи? Они поняли притчу, поняли, к чему ведёт этот заключительный вопрос; вопрос был поставлен в присутствии народа, так что нельзя было на него не ответить, и они ответили... С видимым спокойствием, но на самом деле с удивительным бесстыдством они в другой раз произносят приговор против самих себя. Говорят Ему: Конечно, злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои. Видно, их сожжённая совесть позволила им и тут показать вид, будто они не узнают себя в собственном изображении, вовсе не относят к себе этой притчи и рассуждают беспристрастно.
И Господь, по сказанию святого евангелиста Луки, подтвердил их решение: «Так, – сказал Он, – придёт и предаст казни негодных виноградарей, и отдаст виноградник другим» (Лк.20:16). Но строгий тон голоса и Его взор показывали, что эти грозные слова относятся прямо к членам синедриона. Это так поразило одного из слушателей, что он воскликнул: «Избави Бог!» Видно, что притчу поняли не одни фарисеи, но и народ; это восклицание невольно вырвалось у кого-то из учеников фарисейских: сами фарисеи были слишком осторожны и себя не выдали бы. Господь взглянул ещё раз на Своих собеседников взором, проникающим сердца...
Иисус говорит им: Вы считаете невозможным, чтобы у вас отняты были ваши преимущества? Но неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Вы должны знать, о каком Камне говорит здесь Псалмопевец, вы сами относите эти слова к Мессии. Вам было поручено строение духовного храма – Церкви Божией, но вы отвергли Меня, краеугольный Камень этого храма. Несмотря на это отвержение, сей Камень ляжет в основу угла, соединяющего две стены: в Моей Церкви Я соединяю верующих из иудеев и язычников. Так благоугодно Самому Богу, Отцу Моему: Это от Господа, и есть дивно в очах наших? А вы, за ваше ожесточение, за неверие, сами будете отвержены: Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царствие Божие, которого вы так желаете, но в чём оно – не хотите понять, и дано будет народу, приносящему плоды его.
Так, наконец, притворство и лукавство фарисеев заставило Господа сказать со всей ясностью, что они будут отвержены, что Царствие Божие отнимется у народа иудейского и перейдет к другим народам. После такого открытого заявления посланникам синедриона уже невозможно было притворяться непонимающими; личина их лицемерия спала сама собой.
Свт. Иоанн Златоуст при этом замечает, что и теперь Господь не назвал прямо язычников как наследников Царствия Божия, «чтобы не раздражить иудеев против Себя, но намекнул только, сказав: «Дано будет народу, приносящему плоды его». Без сомнения, для того и притчу сказал, чтобы иудеи сами произнесли приговор, как и Давид произнёс свой суд, уразумев притчу Нафана. Суди же по этому, как справедлив приговор, когда подвергаемые наказанию сами себя обвиняют! Потом, дабы они видели, что не только самая справедливость этого требует, но что это давно уже предрекла благодать Святого Духа и Бог так определил, Иисус Христос приводит пророчество. Камнем называет Себя, а строителями – учителей иудейских; то же сказано и пророком Иезекиилем: Когда он строит стену, они обмазывают её грязью (Иез.13:10).
Как же «отвергли»? Когда говорили: Не от Бога Этот Человек (Ин.9:16); Ты Самарянин и... бес в Тебе (Ин.8:48). Наконец, чтобы они знали, что им угрожает не одно отвержение, указывает на самые казни: И тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он (камень этот) упадет, того раздавит.
«Здесь, – говорит свт. Иоанн Златоуст, – Иисус Христос представляет двоякую гибель: одну – от преткновения и соблазна, что означают слова: «тот, кто упадет на этот камень»; а другую, – когда подвергнется пленению, бедствиям и конечной пагубе, что ясно выражает в словах: «того раздавит», а этим Он указал и на Своё воскресение».
Претыкались о Камень те, которые соблазнялись смирением Христа и погибали духовно. А те, на которых Камень падал, были нераскаянные враги Христовы, которые знали, кто Он, однако же до конца упорно вооружались против Него. Преткнувшийся может, хотя и не без вреда, встать; соблазнившийся может ещё вразумиться, одуматься, покаяться, но на кого упадёт камень, как с неба, тот будет разбит, раздавлен насмерть, как прах на летних гумнах (Дан.2:35), т.е. погибнет навеки. Враги Христовы сами произнесли против себя приговор, «и это само было ясным доказательством того, что не Наказывающий, но сами наказываемые были виновниками ниспосылаемой на них казни» (свт. Иоанн Златоуст).
Можно себе представить, какой стыд, какое замешательство овладело посланцами синедриона, какая злоба закипела в их ожесточённых сердцах при этих грозных словах Господа. И слышав, – говорит св. Матфей, – притчи Его, первосвященники и фарисеи поняли, что Он о них говорит. Они готовы были употребить силу, чтобы схватить Обличителя, и старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за пророка. И они удалились от Господа с таким видом, какой только можно было принять на себя людям, всенародно посрамившимся и, однако же, не желающим, чтобы к ним все относились с презрением.
А Господь и теперь, как и всегда, действовал с любовью к врагам Своим. Что было бы, если бы Он теперь же решительно и прямо объявил Себя Мессией, как того желали книжники и фарисеи? Им хотелось, конечно, в таком объявлении найти низкий предлог к обвинению Его перед римлянами; но какой опасности подвергали они Иерусалим и самих себя? Народ, услышав из Его уст, что Он – Мессия, тотчас возмутился бы против чужеземного владычества, и в этом возмущении легко могли погибнуть все первосвященники и книжники. Господь всё предвидел, и враги Его услышат эти решительные слова: «Я – Сын Божий», но услышат уже тогда, когда эти слова не поведут ни к какому народному возбуждению, а только ускорят Его собственный крест.
А между тем всё, что нужно было синедриону знать, он теперь и узнал. Из притчей Господа само собою следовало, что Он – Мессия, мало того, что Он знает всё, что у них на сердце, знает, что они Ему готовят, и что Он добровольно идёт на смерть. Если бы они хотели послушать голос своей совести, она сказала бы им, что Иисус есть не кто иной, как Сын Бога Живаго – истинный Мессия Христос. Но они не хотели этого знать и шли на явную гибель.
И камень упал на них всей своей тяжестью: через сорок лет по Вознесении Христовом Иерусалим был разрушен, страшные бедствия обрушились на Иудею, сотни тысяч иудеев погибли и миллион отведён в плен. Царство Иудейское перестало существовать. Поистине тогда сбылись слова притчи Христовой: «злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям»» апостолам Своим. Так отнято у евреев Царствие Божие и дано «народу, приносящему плоды его».
«Какой это народ, избранный Богом на место неблагодарного и вероломного Израиля?». Этот народ – мы, христиане; мы – новый виноградник, насаждённый от Самого Господа по слову Его: Я есмь Лоза, а вы ветви (Ин.15:5). Мы – сыны нового Израиля; нам теперь усвоены все достоинства и преимущества Израиля древнего, ещё большие преимущества. Мы, по словам апостола, род избранный, царственное священство... люди, взятые в удел; мы – наследники Божии, сонаследники же Христу; мы – храм Божий, и Дух Божий живет в нас (1Пет.2:9; Рим.8:17; 1Кор 3:16). Нам даны все средства для того, чтобы мы могли приносить добрые плоды: Святая Церковь, столп и утверждение истины (1Тим.3:15), есть наша ограда; животворящая Кровь Иисуса Христа и благодать Святого Духа, как из точила, в Церкви подаются для душ, алчущих и жаждущих правды. Для приношения добрых плодов веры, дел благих, Господь поручил нас делателям – пастырям и учителям, призванным к совершению святых, на дело служения (Еф.4:12).
Так, все нам дано для того, чтобы мы могли жить свято и целомудренно, отверглись нечестия и мирских похотей, как свойственно сынам нового благодатного Царства. Но все эти достоинства и преимущества принадлежат только тем из нас, которые живут достойно своего высокого звания. Если же мы одним только именем отличаемся от жестоковыйных иудеев, если только одними устами исповедуем Христа, а сердцем и делами отметаемся от Него, если, будучи искуплены крестной смертью Спасителя, вторично распинаем Его своими грехами и неблагодарностью, то не только все осуждения и клятвы, произнесённые Богом на ожесточённых иудеев, падут на нас, но постигнет нас участь ещё более горькая...