Развод или расторжение брака

Развод или расторжение брака (כְּרִיתוּת; ἀποστάσιον, ἀποστασίου βιβλίον; repudium, libellum repudii; L: Ehescheidung): Втор.22:19, 24:1. Ис.50:1. Иер.3:8. Мф.19:7. Mк. 10:4. Мф.5:31–32. – Брачный союз, по закону первоначального установления брака Богом, заключается между одним мужем и одной женой (Быт.1:27, 2:23–24), и должен быть не расторгаем (Мф.19:4–6). Но как многоженство рано появилось в роде человеческом, так и развод вошел в обычай с давних времен. Моисей, конечно, видел, что расторжение брака не делает чести нравственности мужа, тяжело для жены, неприятно для взрослых детей, вредно и разрушительно для малолетних и грудных, и если случается часто, то вредно также и для государства; поэтому он явно отрицает развод, как совершенно противный закону брака: «сего ради оставит человек отца своего и матерь свою, и прилепится к жене своей, и будут два – одна плоть» (Быт.2:24). Также отрицали расторжение браков и пророки: Михей (Мих.2:9) и Малахия (Мал.2:11–17). Последний смотрит на развод, как на свирепую жестокость и вероломство, и угрожает за то тяжким наказанием от Бога, ясно давая видеть жалкое положение, в какое повергается чрез то оставленная жена. «Вот что еще вы делаете, – пишет пророк, – вы заставляете обливать слезами жертвенник Господа с рыданием и воплем, так что Он уже не призирает более на приношение и не принимает умилостивительной жертвы из рук ваших. Вы скажете: “за что?” За то, что Господь был свидетелем между тобой и женой юности твоей, против которой ты поступил вероломно, между тем как она подруга твоя и законная жена твоя» (Мал.2:13–14). Но так как Моисей, снисходя общему обычаю и уступая жестокосердию иудеев, не отменил развода, чтобы не подать повода к большему злу, то он, как мудрый законодатель, дозволяя его, старался затруднить приведение его в исполнение хорошо придуманными ограничениями, и таким образом сделать его, по возможности, редким и, следовательно, для государства безвредным. Для сего он повелел, чтобы расторжение брака совершалось письменным путем и вступало в законную силу, когда получивши разводное письмо, жена действительно оставляла дом мужа (Втор.24:1–4). Учители иудейские на этом допущении развода основывали право развода, и давали ему самое широкое толкование, допуская развод по всяким причинам, и даже без причины, по одному произволу. Само собой понятно, что Моисей не мог позволить такого развода. Он не предписывает развода и не утверждает его, а только допускает, и допускает только по важным причинам, и это ограничивает письменным законным актом; и муж и после сего может обратно взять жену к себе, если только после своего развода она не выходила замуж и не была осквернена (Втор.24:4). Закон не указывает определенно и основания для развода, предоставляя это совести самих мужей, и говорит только, что «если муж найдет в своей жене что-нибудь противное, то напишет ей разводное письмо и отпустит ее» (Втор.24:1). Выражение: «что-нибудь противное» было предметом самых жарких споров между школами Гиллела и Шаммая (около 40 лет до Р. Хр.). Выражение это в еврейском читается: עֶרְוַת דָּבָר – ерват дабар, что, собственно, значит «нагота вещи», у LXX: ἄσχημον πρᾶγμα = безобразное, срамное, постыдное дело. Шаммаиты объясняли это выражение о разврате и других непристойностях жены и разумели нарушение супружеской верности. Но последователи Гиллела разумели под ним вообще всякую неприятную вещь, замеченную в жене, всякую ее вину, хотя бы она была ничтожная и маловажная, наприм., хотя бы, по мнению раввина Акибы, жена допустила пригореть супу, или даже просто, мужу понравилась другая. Но очевидно, что Моисей, как мудрый законодатель и пророк, не мог дозволить развода по всяким причинам, безразлично. Если он причиной и поводом к разводу признает что-то противное в жене, то, конечно, он разумеет здесь не простую неприятность и не ничтожную какую-нибудь мелочь, но непременно бесчестное и постыдное какое-то действие. Потому что развод по всяким, и самым маловажным причинам, есть сам в себе зло и противен цели супружества, как установления Божественного, которое должно быть свято и ненарушимо. Напрасно школа Гиллела, а за ней и другие некоторые толкователи, указывают на то, что Закон Моисея о разводе был только гражданский Закон, не имевший никакого отношения к нравственности. Невозможно, чтобы Моисей одно и то же действие осуждал, как противное нравственности, и оправдывал или освящал, как постановление гражданское. Такая двойственность не достойна богодуxновенного мужа, коего первой и главной целью было утвердить в своем народе истинное богопочтение и чистую нравственность, и затем уже дать ему соответствующее тому и гражданское устройство. Таким образом, из всего сказанного видно, что Моисей дозволил развод только в случае нарушения женой супружеской верности, и дозволил это, как бы не желая дать дозволения, а только уступая жестокосердию народа. Мнения о разводе оставались среди израильтян и во время земной жизни Иисуса Христа, и вот однажды фарисеи, приступив ко Христу и искушая Его, сказали Ему: «По всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женой своею?» Господь на этот вопрос отвечал им, как на такой предмет, решение которого для них ясно из самых первых начал Закона. «Разве вы не читали в Законе, – сказал Он, – что в начале сотворения Бог сотворил мужа и жену, и сказал: “сего ради оставит человек отца своего и матерь, и прилепится к жене своей и будут два одной плотию”. Итак, что Бог сочетал, того человек разлучать не вправе». На это фарисеи возразили Ему: «как же Моисей заповедал давать жене разводное письмо и разводиться с нею?» Христос отвечал: «Моисей по жестокосердию вашему (в предотвращение преступных последствий) дозволил вам разводиться с женами; а сначала этого не было». Об этом спросили Его ученики Его в доме. Он сказал им: «Я вам говорю: кто разведется с женой своею, не за прелюбодеяния, и женится на другой, тот прелюбодействует от нее; и если жена разведется с мужем своим, и выйдет за другого, то прелюбодействует; и кто женится на разведенной, прелюбодействует». Ученики Его сказали Ему: «если так обязательны условия брака между мужем и женою, то лучше не жениться». Господь сказал: «не все могут это снести, а только те, которым дано. Потому что есть такие, которые родились неспособными к брачному сожитию; и есть такие, которых люди лишили возможности вступить в брак; и есть такие, которые, чтобы беспрепятственнее достигнуть царствия небесного, силой воли обрекли себя на жизнь безбрачную. Кто может снести, тот неси» (Мф.19:3–12). Так, по учению Спасителя, брачный союз должен быть свят, и не расторгаем; и если Моисей дозволил развод, то дозволил по жестокнсердию народа (Втор.10:16. Сир.16:7–10. Деян.7:51. Рим.2:5), неспособного к кротости, терпению и самоотвержению. Только одно может давать место разводу – это нарушение супружеской верности. Всякий другой развод, совершаемый по другим побуждениям, есть грех и преступление, и не может быть дозволен (Мф.19:9. См. 5:31–32. Мк.10:2–12). См. Толк. Ев. Мих. на Мф. гл. 19. Кейля Руков. к Библ. Арх. в Труд. К. Д. Ак. 1875 г. Июнь, р. 91 и д. Иерон. Библ. Арх. вып. 2. 1884 г. стр. 123–126. См. Ehescheidung у Winer; Riehm, Библ. Древн. р. 340–341.