архимандрит Порфирий (Виноградов)

Обновление Владимирского Успенского Собора

Третье, четвертое и пятое числа месяца ноября 1884 года памятны будут для Владимирских граждан. Событие, совершившееся в эти дни, будучи записано на страницах летописей, не забыто будет и отдаленным потомством.

Третьего числа совершилось перенесение святых мощей Благоверных Великих Князей Георгия Всеволодовича, Андрея Боголюбского и сына его Глеба из малого Георгиевского собора в большой древний Успенский собор.

Два с половиной года находились св. мощи Великих Князей в Георгиевском соборе – они переставлены были в этот собор перед установкой в Успенском соборе лесов для произведения внутри его повсеместной реставрации. Настояла крайняя нужда обновления собора во всех его внутренних частях. Не только в нижних его частях, но и в куполах, и в сводах, везде было бедно, во многих местах и самая штукатурка от сырости отпадала и осыпалась. Около стен и столпов его уставлены были киоты, не отличающиеся благолепием. Поставленный по повелению Императрицы Екатерины II массивный иконостас почернел от времени, и вообще во всем храме было как-то мрачно, что вовсе не соответствовало достоинству славного величественного семивекового храма, который построен св. Великим Князем Андреем Боголюбским, – в котором многолетно в нетлении почивают св. мощи Великих Князей, – в котором находится чудотворная икона Владимирской Божией Матери – точная копия с чудотворной иконы, находящейся в Московском Успенском соборе, написанная св. митрополитом всея Руси Петром, – в котором покоится много славных Русских Князей и приснопамятных Владимирских Архипастырей.

Но вот Господу угодно было, чтобы для сего древнего храма, со вступлением в управление паствой Владимирской Высокопреосвященнейшего Феогноста, настал, можно сказать, новый период существования. Проникнувшись благоговением к древнему храму, к великой святыне, находящейся в нем, сей Архипастырь наш решил начать дело обновления собора и приведения его к подобающему благолепию. Начато было с того, что в алтаре в 1880 г. была сделана новая штукатурка и по ней произведена новая художественная живопись прекрасного греческого письма. Затем предположено было вновь выштукатурить внутри и расписать живописью и весь храм и, устроив в нем духовое отопление, сделать его из холодного теплым. В 1882 году приступлено было к выполнению и этого плана. Высокопреосвященнейший Феогност, приняв в соображение, что в 1859 г. академиком Солнцевым в двух местах на сводах были найдены остатки древних фресок 12 века, сделал распоряжение, чтобы соборное духовенство и староста, при начале настоящих работ, тщательно испытали, не найдется ли и еще где под старой штукатуркой каких-либо остатков фресок? Результаты такого испытания превзошли всякое ожидание. Под старой штукатуркой, под масляной краской, за иконостасом, во многих частях храма найдены были древние фрески, хорошо сохранившиеся, иные даже без всяких повреждений. Ученые члены Археологического Московского Общества признали, что эта стенопись принадлежит 12 веку и написана при св. строителе храма – Великом князе Андрее Боголюбском искусными византийскими изографами. Таким образом, во многих местах на столпах, сводах и арках уставленного лесами храма взорам посетителей, во всякое время дня допускавшихся сюда, предстали изображения священных событий, св. угодников и орнаменты – дивные произведения древней византийской живописи, отличающейся не яркостью и игрой колеров, а художественным и строгим выражением высших религиозных идей155.

Теперь, заботы ревновавшего о благолепии св. храма Архипастыря, жертвования старосты соборного храма Ефима Васильевича Васильева и других благочестивых жертвователей, труды служащих святому делу обновления храма – обратились неожиданно, по смотрению Божию, на великое дело восстановления в прежнем виде этой чудной стенописи. При производстве же работ найдены были в стенах заложенные ниши и в них гробницы Князей и Архипастырей156. Предположено было и их восстановить в прежнем виде. Такое великое и славное дело при Господнем содействии и было начато. Дело восстановления стенописи поручено было весьма сведущему в византийской живописи Николаю Михайловичу Софонову. Все оно велось при бдительном наблюдении особой комиссии из членов Археологического общества под председательством Ивана Егоровича Забелина, которому вместе с Василием Егоровичем Румянцевым, должна принадлежать особая благодарность за таковое наблюдение.

И вот, к ноябрю месяцу текущего года вся реставрация собора была кончена. Причастные к делу искренно сознавались, что не иначе, как Сам Господь помог в такое короткое время исполнить все предпринятое по возобновлению храма, – и притом с таким успехом. – Древняя стенопись была восстановлена как нельзя лучше. На местах, где не сохранилось древних фресок, там вновь написали в таком же точно византийском стиле священные изображения, многие из них точные копии с фресок 12 века других древних храмов (Спасо-Нередицкого и Старо-Ладожского), другие – изображения событий, относящихся близко к истории древнего храма157. На нижней части стен крупным летописным шрифтом сделано много выписок из летописей, – выписано также относящееся к истории собора. Ниши в стенах и каменные гробницы с надписями о том, кто из Князей или Архипастырей и когда тут похоронен, восстановлены также в своем древнем виде. Сверх того, массивный иконостас собора был очищен, а в нижнем ярусе великолепно позолочен вновь. Поле иконостаса вместо темно-зеленого сделано белым. Точно так же засияли новой позолотой и киворий над св. престолом, и балдахины, которые должны были осенить св. мощи и места – царское и архипастырское, находящиеся у средних столпов перед солеей. Великолепные иконы в иконостасе и некоторых других местах были поновлены наилучшим образом158. Господь привел в то же время вызолотить и самые серебряные раки свв. Великих Князей. Прежде всего предположено было позолотить более древнюю раку св. Великого Князя Георгия Всеволодовича, а так как этот Князь был основателем Нижнего Новгорода, то голова Нижегородского Общества, вместе с некоторыми гражданами, все расходы на позлащение сей св. раки, благоговея перед именем св. Великого Князя, принял на себя. И вот, рака св. Великого князя через несколько времени засияла великолепнейшей позолотой, а ко времени окончания работ в храме позлащены и другие две священные раки – усердием также Нижегородцев. Понятно, что все церковные принадлежности теперь явились соответствующими благолепию обновленного храма. Что касается устроения духового отопления, то успех и в этом деле был полнейший. Да, не иначе, как сам создатель храма – св. Князь Андрей помогал всем трудящимся при обновлении храма!

Радовалось сердце Владимирцев, когда они, посещая собор во время работ в нем, видели, как успешно идут эти работы, как с каждым днем дело благоукрашения их древней святыни – соборного храма подвигалось вперед и вперед. Какова же была радость жителей нашего города, когда наконец это святое дело пришло к желанному концу и приблизилось время освящения обновленного собора и открытия в нем Божественных служб! Поистине, скажем словами летописца, бе велика радость в граде Володимири в дни 3, 4 и 5-го ноября, ознаменованные перенесением св. мощей и открытием повседневного Богослужения в древнем Успенском Соборе.

И это празднество торжествовали жители Владимира не одиночно. Ожидая знаменательного события перенесения мощей, они приглашали на это священное торжество своих родных и знакомых. Были разосланы почетные приглашения членам Археологического Общества и многим лицам, принимавшим участие в деле благоукрашения соборного храма. Вообще, много благочестивых богомольцев и чтителей русской святыни из Владимирской губернии и из отдаленнейших местностей собралось к третьему числу во Владимир. Много таких гостей доставили во Владимир 2-го числа поезда и от Москвы, и от Нижнего. Из Москвы приехали к торжеству и особенно почетные гости – члены Археологического Общества И. Е. Забелин и архимандрит Данилова монастыря о. Амфилохий, а благочестивые Новгородцы прислали от себя почетную депутацию во главе с В. А. Соболевым.

Наступил день 3 ноября (суббота). С утра тротуары, ведущие к собору, и главная улица Владимира разукрасились флагами. С утра же заметно было в городе особенное оживление. Повсюду – народ, одетый по-праздничному. Достойно примечания, что погода как нельзя более благоприятствовала торжеству: не было ни холода, ни ветра, было притом совершенно сухо, улицы были чисты от грязи; солнце хотя и не сияло, но день был немрачный. Особенно много народа группировалось, конечно, около собора. Георгиевский собор не был заперт и был наполнен преимущественно простонародьем, благоговейно дожидавшимся здесь, в присутствии св. мощей, начала церковного торжества. Чем более приближались 2 часа пополудни, тем большие и большие массы народа тянулись к Собору и собирались около него на площади. В обширной ограде Собора собрались воспитанники семинарии, гимназии, воспитанницы епархиального училища. В Собор собралось все городское и прибывшее из епархии духовенство, причем монашествующие из архиерейского дома, причты Дмитриевского собора, Успенского женского монастыря и 6-ти церквей: Георгиевской, Троицкой, Борисоглебской, Николоградской, Знаменской и Николозлатовратской прибыли с хоругвями. И вот, в 2 часа ровно на соборной колокольне ударили в большой колокол. В три часа прибыл в древний собор Высокопреосвященный Феогност. В храме начато было водоосвящение, которое совершал сам Владыка в сослужении с четырьмя архимандритами: московского Данилова монастыря Амфилохием, пожелавшим принять участие в торжестве, суздальским Досифеем и муромскими Мисаилом и Алексием, со всем городским духовенством и со многими приезжими из епархии духовными лицами, также пожелавшими принять участие в торжестве. По окончании водоосвящения Высокопреосвященнейший Владыка окропил освещенной водой обновленный храм и затем, начав молебен св. Благоверным Великим Князьям, внутренними (северными) дверями, вместе со всем духовенством, отправился в Георгиевский собор. Здесь, во время пения: «Бог Господь и явися нам», священные раки со св. мощами, при каждении на них Высокопреосвященнейшим Владыкой, подняты были на рамена на особых носилках священниками и дьяконами, – и торжество перенесения св. мощей началось. – Через северные парадные двери Георгиевского собора последовал крестный ход со св. мощами. Впереди несли фонарь, кресты, хоругви, иконы: св. Благоверного Князя Андрея и чудотворную икону Владимирской Божией Матери; затем следовали самые честные мощи: прежде св. Князя Глеба, за ними – св. Князя Андрея, за ними – св. Князя Георгия. Затем следовало попарно духовенство, архимандриты и Высокопреосвященнейший Владыка. Певчие шли попарно впереди, вслед за несшими хоругви159. Вслед за Владыкой шли: г. Владимирский Губернатор, Нижегородская депутация и все, находящееся во Владимире, гражданское и военное начальство, а также и начальники учебных заведений.

Массы народа с зажженными свечами покрывали всю обширную площадь от собора до Владимирской часовни и ближайшее к собору пространство городского сада. Народ стоял и на ограде, и на кровлях, и на терраске кругом первого яруса колокольни. Зрелище было трогательное. Было 4 часа дня. Начало чуть-чуть смеркаться. Море огня от зажженных свеч расстилалось перед собором. Свечи горели ярко, – не было ни малейшего ветерка. В воздухе раздавался перезвон соборных колоколов; им вторил перезвон и на всех городских колокольнях. Духовенство и певчие во время хода продолжали молебное пение Благоверным Князьям. Вместе с тем лились и звуки военной музыки, исполнявшей гимн: «Коль славен наш Господь в Сионе». Какими благоговейными чувствами преисполнен был каждый, взирая на плавно и высоко на раменах священнослужителей несомые блистающие раки с нетленными мощами святых угодников Божиих – Великих Князей земли Русской, страстотерпцев, небесных покровителей наших и молитвенников перед Господом за нашу Владимирскую страну и за всю землю Русскую. Слезы, вздохи и молитвенные воззвания к св. угодникам свидетельствовали о горячей внутренней молитве многих. Иные, где было нетесно, падали на колена. Овладевал невольный благоговейный трепет. Славные Князья земли Русской, страдальцы за нее, вновь как бы шествовали среди верных сынов Российской земли, столпившихся на стогнах древнего Владимира…

Крестный ход, сошедши с каменных ступеней террасы, находящейся перед северными вратами Георгиевского собора, следовал вне ограды вдоль ее северо-западной части, по пути, обставленному шпалерами войск, до западных врат церковной ограды. Через эти западные ворота, по ступеням каменной лестницы, внесены были св. мощи вовнутрь ограды и здесь несшие их остановились перед западными вратами древнейшего собора. Рака св. Князя Глеба недвижимая возвышалась справа, св. Андрея – слева, св. Георгия – посередине. Прочие священнослужители и Архипастырь – все также остановились здесь и продолжали молебствие. По прочтении здесь Владыкой Евангелия и по совершении назначенных молитвословий св. мощи внесены были под сень сияющего внутри храма и поставлены были на приготовленных для них местах под балдахинами: мощи св. Князя Георгия – на правой стороне середины храма и архиерейской кафедры, на левой стороне – против них – мощи св. Князя Андрея, мощи св. Князя Глеба – на южном конце солеи. После этого соборным диаконом Николаем Меморским прочитано было трисвятое и молебен закончен был многолетием. Непосредственно за сим началось всенощное бдение.

Что сказать о впечатлении, какое производило теперь внутреннее благолепие храма на богомольцев? – Любовались, восхищались и прежде посетители собора подходившими к концу работами по его благоукрашению, с благоговением смотрели на иконы иконостаса, любовались на блистающую – новую позолоту, поражались величественными размерами храма, его высокими столпами, его легкими, повсюду перекинутыми, арками: но теперь, когда величественный древний храм был освещен бесчисленным множеством свечей на паникадилах и перед иконами, множеством лампад, когда лики святых дивной древней живописи так чудно освещались на столпах и сводах, когда позолота всюду сияла со всей яркостью, когда высоко распростертые своды Собора, при своем синем цвете, уподоблялись своду небесному, когда свечи, уставленные кругом при основании трибуна, уподоблялись венцу из звезд и прекрасно освещали изображение в самом куполе Христа Спасителя, когда с хор раздавалось стройное пение, а служителями алтаря воскурялся фимиам – в эти минуты все в храме возносило мысль и сердце к небесам, можно было решительно забыться, подобно послам св. Владимира, бывшим в Константинополе, которые после говорили о Софийском храме: «не знаем, где были, на небе, или на земле». И прежде, до обновления, Успенский собор Владимирский производил при совершаемом в нем служении особое впечатление, но теперь все в нем напоминало его древнюю славу, которую он имел при своем строителе – св. Князе Боголюбском, украсившем его «паче всех церквей златом, камением драгим» и так чудно расписавшем его.

На хорах пел, кроме всего хора архиерейских певчих, еще хор семинарских. Пение было торжественное и умилительное. Всенощное бдение служил чередной соборный священник, но лития была совершена самим Высокопреосвященнейшим Владыкой, с четырьмя архимандритами, кафедральным протоиереем, ректором семинарии, двумя протоиереями, ключарем, экономом архиерейского дома и двумя соборными священниками. Шестопсалмие прочитано было о. ключарем – по прекрасному установлению в кафедральном соборе – читать накануне праздников шестопсалмие кому-либо из священников, не исключая из среды и самого кафедрального о. протоиерея. После малой эктении, перед третьей кафизмой, о. ключарем было произнесено слово, в котором он кратко изобразил исторические судьбы древнего храма и Божие о нем смотрение. На величание вышел с Архиепископом сонм священнослужащих в том же составе, как и на литию. Храм был полон усердно молившегося народу всякого звания, впрочем, в нем не было допущено особенной тесноты. Богослужение кончилось около 8 часов. Снаружи можно было любоваться иллюминацией. Уже самые длинные узкие окна собора, через кои видно было внутреннее яркое освещение храма, особенно 12 окон, расположенных кругом в трибуне, давали чудный вид массивному древнему храму. Вне собора иллюминованы были паперть храма, ограда с ее двумя башнями и колокольня.

На другой день 4 ноября, в воскресенье, принесена была первая бескровная Жертва в обновленном храме. Благовест начался в 8,5 часов, в 9,5 прибыл Высокопреосвященнейший Феогност. Владыка совершал литургию в сослужении с теми же священнослужителями, с коими выходил накануне на литию и величание. После прекрасного концерта кафедральным протоиереем о. Матвеем Ивановичем Жудро сказано было экспромтом прочувствованное слово о молитве в храме Божием, об особенной силе перед Господом молитвы в храме, также об угодности Господу наших попечений о благолепии храма Божия. После литургии совершено было благодарственное молебствие. На него вышли с Архипастырем более полусотни пресвитеров. Прекрасно пропето было певчими: «Тебе Бога хвалим». По окончании молебствия протодиаконом было возглашено многолетие ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ, ГОСУДАРЫНЕ ИМПЕРАТРИЦЕ, НАСЛЕДНИКУ ЦЕСАРЕВИЧУ, всему Царствующему Дому, Святейшему Синоду, Высокопреосвященнейшему Архиепископу Феогносту, прочие обычные многолетия и многолетие «благотворителям святаго храма сего».

Нижегородская почетная депутация, накануне за всенощным бдением и за сей Литургией, занимала место у раки св. Князя Георгия, как своего покровителя. Владыка, по окончании молебна, с амвона благословил нижегородцев св. иконой благоверных Князей, которую и вручил В. А. Соболеву; таковой же иконой благословил Владыка и соборного старосту Ефима Васильевича Васильева с теплыми словами благодарности за его попечения о соборе.

В два часа дня, в зале Дворянского Собрания, по подписке от некоторых граждан был приготовлен обед, который удостоили своим присутствием Высокопреосвященнейший Владыка и г. Начальник губернии, почетные члены городского общества, почетные гости из Москвы, Нижнего Новгорода и других мест и духовенство. Во время обеда получена была поздравительная телеграмма от Нижегородского епископа Макария, который в теплых архипастырских словах пожелал благоденствия всем потрудившимся на святом деле возобновления и украшения древней святыне – усыпальницы святых благоверных Великих Князей.

К вечернему Богослужению в храм стеклось много народа. Колокольня и ограда и в этот вечер были иллюминованы.

В понедельник, 5 числа, в 9 часов утра начавшийся звон большого колокола вновь созывал христолюбивых богомольцев к торжественной службе. – Высокопреосвященнейший Феогност, в сослужении 2 архимандритов, о. кафедрального протоиерея, о. ректора Семинарии и соборных священников, совершал торжественную заупокойную службу о всех почивающих в Соборе князьях и святителях. После малого входа с Евангелием, в свое время, пропето было Архипастырем и сослужащими ему: «со святыми упокой», а перед эктениею за оглашенных была заупокойная эктения, причем помянуты были по синодику все почивающие в соборе князья и все Владимирские архипастыри. И за этой литургией произнесено было слово соборным священником Дмитрием Миловским. После же литургии совершена была большая панихида при сослужении литургисавшим еще многочисленного духовенства. Каждый раз, когда следовало, по синодику прочитывался весь длинный ряд имен князей и архипастырей. При умилительном пении стихов: «святых лик обрете источник жизни», Высокопреосвященнейший Владыка, окадив алтарь, св. иконы и св. мощи, в предшествии ключаря, протодиакона и иподиаконов, проследовал вокруг всех стен собора совершить каждение над всеми приведенными в древний вид гробницами святителей и князей. Панихида закончена была возглашением по чину вечной памяти всем почивающим в храме великим князьям и Владимирским архипастырям, причем опять они были помянуты все поименно.

Так совершилось в нашем городе торжество обновления древнего храма. И это торжество не только наше Владимирское, но, до некоторой степени, и общерусское, ибо св. храм Успения, созданный Князем Боголюбским, есть замечательный исторический памятник для всей России, есть общерусская святыня, и самое настоящее торжество невольно переносит мысль к древним дням славы сего храма, когда он, при св. Андрее Боголюбском, Всеволоде III, Георгии Всеволодовиче был храмом первопрестольного города всей Русской земли. При этом, перенесении св. мощей – событие весьма редкое, знаменательное и почитаемое в Православной Церкви. И какие искренние и глубокие религиозные чувства пережиты были многочисленными благочестивыми христианами в дни этого торжества, сколько теплой веры изливалось в горячей молитве в святом древнем храме в эти дни из многочисленных сердец и простолюдинов, и ученых мужей, – веры по истине теплой, сердечной, живой! Поэтому справедливо выразился один из просвещенных участников торжества, сказав, что «это – торжество веры».

А для Владимирцев какая радость принесена обновлением храма! И прежде этот храм был местом самых теплых молитв перед св. мощами угодников Божиих, перед чудотворной иконой Божией Матери, а ныне, после его обновления, точно сугубая благодать Божия осенила древнее святилище.

* * *

155

Найдено было, например, замечательное изображение Второго пришествия Христова, расположенное на нескольких сводах, стенах и арках в западной части храма – с ликами Апостолов и других святых, с трубящими Архангелами и пр., также изображения большого размера: Сошествия св. Духа на Апостолов, остатки – Преображения, Богоявления Господня, Жертвоприношения Иоакима и Анны, Введения во храм Пресвятой Богородицы. Подробнее о найденных фресках можно читать в №4 «Влад. Епарх. Вед.», за 1884 г., в статье «Владимирский Успенский Собор и открытыя в нем фрески».

156

Подробнее о сем в №4 «Влад. Епарх. Вед.», за 1884 г.

157

Таковы изображения: мученической кончины св. Князя Андрея, чудес при гробнице Князя Глеба, перенесения св. мощей Князя Георгия из Ростова во Владимир и др.

158

Иконостас Собора, киворий, балдахины, царское и святительское места, иконы – все это, устроенное благодаря попечительности о древнем храме Императрицы Екатерины II, представляет поистине редкостное произведение искусства. Иконостас величественный, доходящий до самого верха храма, с выступами, с крупной резьбой, с большими колоннами, с вырезанными из дерева и вызолоченными массивными изображениями в самом верху Господа Саваофа, Ангелов с пальмовыми ветвями, с выдающимся как бы балдахином над царскими вратами. Царские двери также с вырезанными из дерева и позолоченными изящнейшими изображениями Божией Матери и Архангела-Благовестника. Киворий, царское и святительское места, балдахины над св. мощами – такой же крупной и изящной работы. Иконы иконостаса редкостного художественного письма. Св. изображения часто больших размеров, по нежной работе, замечательного, но вовсе не резкого подбора разнообразных цветов, исполнены жизни и движения, и сохраняют вполне священное достоинство, и совершенно чужды крайностей итальянской живописи. Особенно хороша местная икона Успения Божией Матери.

159

Вот в подробности порядок крестного хода по церемониалу: причетник Предтеченской церкви с фонарем, диакон Сретенской ц. с запрестольным Крестом Успенского Собора и по сторонам его причетники: Богословской ц. и Ильинской с запрестольными крестами Дмитриевского собора. Ключарь, несущие хоругви: а) Николоградской и Георгиевской ц. (от каждой по одной); б) Знаменской и Борисоглебской (по одной); в) Троицкой (две); г) Николозлатовратской и Успенского женского монастыря (по одной); д) Дмитриевского собора (две); е) Церкви архиерейского дома (одну хоругвь) и кафедрального Успенского собора (три хоругви). Певчие по два в ряд. Диаконы Георгиевской и Скорбянщенской ц. с кадильницами. Диаконы Николоградской и Богославской ц. с иконой Благоверного Вел. Князя Андрея Боголюбского. Иереи Петропавловской и Казанской ц. с чудотворной иконой Владимирской Божией Матери. Несшие св. мощи Благоверного Князя Глеба – диаконы церквей: Воскресенской и Знаменской, Николозлатовратской и Кладбищенской, и священники церквей: Кладбищенской и Сретенской – духовного училища, Успенского женского монастыря – Николай Покровский и Николоградской, Скорбянщенской и Спасской. Несшие св. мощи Благоверного Великого Князя Андрея Боголюбского – диаконы церквей: Богородицкой-семинарской и Сергиевской и священники церквей: соборной – Василий Шепелев и Успенского женского монастыря – Иоанн Говоров, Мироносицкой и Борисоглебской, Предтеченской и Никологалейской, соборный – Дмитрий Миловский и Дмитриевского собора. Несшие св. мощи Благоверного Великого Князя Георгия – диаконы: Успенского Собора – Авроров и Беневоленский и священники церквей: Ильинской и Знаменской – Александр Альбицкий, Вознесенской и Воскресенской, Введенской – Епархиального ж. училища и Сергиевской, протоиереи: Ризоположенской на Золотых воротах и Богословской. Священник Симеон Еленевкий и Боголюбовский казначей Иероним. Протоиерей Богородицкой Семинарской церкви и эконом архиерейского дома Ректор духовной Семинарии. Посошник с орлецом и свещеносец. Протоиереи и Иподиаконы с дикирием и трикирием. Диаконы Мироносицкой церкви и Предтеченской с рипидами. Архимандриты: Суздальского Спасоевфимиева монастыря со св. Крестом и Муромского Спасского со св. Евангелием. высокопреосвященнейший Владыка. Протодиакон, соборный диакон Николай Меморский, диаконы Дмитриевского собора и Успенского женского монастыря и книгодержец.


Источник: Порфирий (архимандрит). Древние гробницы во Владимирском кафедральном Успенском соборе и Успенском Княгинином девическом монастыре и погребенные в них князья, княгини и святители: с изображением одной гробницы и с приложением статьи «Обновление Владимирского кафедрального Успенского собора» / [соч.] Архим. Порфирия. – Изд. 2-е доп. – Владимир: Тип. губерн. правления, 1903. – 132 с.

Комментарии для сайта Cackle