Сергей Львович Худиев

За что мне это?

Содержание

Иногда это действительно наказание Беда – далеко не всегда наказание Мы живем в падшем мире Обрести веру и надежду  

 

Один знакомый рассказал о человеке, который оказался его соседом по больничной палате, – человеке успешном, энергичном, много добившемся в жизни... И вот эта успешная жизнь дала трещину – страшный диагноз, тяжелое лечение с неясными перспективами. Человек задается горьким вопросом: “За что мне это?” Что можно тут сказать?

Все, что происходит в нашей жизни, в том числе горькие и страшные события, занимает свое место в Божьем промысле. Часто мы не можем знать какое именно. Но мы можем подумать о том, как правильно будет на эти события реагировать.

Наша вера не открывает с детальною точностью, почему происходят те или иные конкретные вещи, если только у нас нет пророческого дара. Но она открывает нечто более важное – Бог благ и всегда ищет нам блага. То, что мы склонны воспринимать с протестом, с негодованием, с горькой обидой, – может быть необходимо для нашего исправления и вечного спасения.

Иногда это действительно наказание

Вопрос “за что” предполагает, что беда – это наказание. Человек что-то сделал, чтобы она произошла. И иногда это действительно так. Не всегда – подчеркнем это с самого начала. Но иногда беда – прямой результат личного греха. Конечно, здесь нам важно избежать ложных ассоциаций со словом “наказание”. Иногда мы используем слово “наказать” в значении “отомстить” – вот есть какие-то плохие люди, и их благополучие нас не интересует ни в малейшей степени. Мы считаем, что они заслуживают всего самого плохого, и чем больше на них свалится бед и страданий, тем лучше. Поделом злодеям мука.

Но Бог совершенно иначе относится к Своим творениям. Как говорит Послание к евреям, “Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности” (Евр.12:11).

Цель наказания – побудить человека осознать свои грехи и обратиться на путь спасения. Это может быть очень трудно – падший человек часто охотнее умрет, чем признает себя неправым. Но это может быть спасительным.

Как-то я читал книгу немецкого христианского автора о проблеме страдания. В качестве примера людей, в которых пережитые ими страдания подорвали веру в Бога, он приводил немецких солдат под Сталинградом. Их страдания были, действительно, ужасны – голод, лютый холод, русские бомбы и снаряды, которые несли им смерть и мучительные увечья, постоянная гибель товарищей, ожидание боли и смерти. Солдаты и офицеры роптали на Бога, который попустил им оказаться в таком аду.

Однако я был склонен видеть ситуацию с другой стороны линии фронта – ведь всем этим солдатам в голову не приходило задаваться вопросом о благости Божьей, когда они успешно наступали, а смерть и мучения доставались другим. Что же, возможно, когда зло, которое они несли, вернулось к ним самим, кто-то из них покаялся.

Но так, увы, устроены не только нацистские солдаты, а все люди – мы часто не замечаем, когда сами творим зло, зато испытываем острое чувство несправедливости, когда зло бьёт по нам самим.

Мужчина, который загоняет свою сожительницу на аборт, совершенно искренне воскликнет “за что?”, если кто-то попытается абортировать его самого. Тот, кто обманывает свою жену, испытывает острую обиду, когда он сам бывает обманут. Горькое “а меня-то за что?” – это вполне обычная реакция для падшего человека.

Иногда страдания бывают попущены человеку, чтобы он задумался о зле, которое причинял он сам, потому что люди, у которых все в порядке, совершенно не склонны об этом думать. Это – милость Божия, потому что возможность осознать свои грехи по эту сторону смерти и раскаяться в них может быть спасительной, той веревочной лестницей, которую сбрасывают небеса, чтобы человек мог за нее ухватиться.

Например, Александр Меншиков, могущественный фаворит Петра Первого, возвысился из самого простого социального положения и, оказавшись на вершине богатства и славы, расхищал казну и вел невоздержанный образ жизни. Но после смерти Петра I некогда всесильный царедворец попал в опалу и был выслан в провинцию. Это можно было бы счесть большим несчастьем, однако сам Меншиков понял, что это проявление заботы Божьей о его спасении. Он обратился к Богу и построил – при помощи оставшихся с ним верных слуг – церковь в месте своей ссылки, у алтаря которой и был погребен.

Внезапная утрата комфорта и достатка, болезнь, несчастье может спасать человека от чего-то неизмеримо худшего, останавливать его на том пути саморазрушения, которым он шел. Конечно – за редкими исключениями – из людей лучше всего знает свои грехи сам грешник. У нас нет пророческого дара, чтобы указать ему на причины его бед.

Хотя если человек искренне хочет найти ответ на вопрос “за что мне это”, ему может помочь духовно опытный наставник. Если мы не обладаем таким духовным опытом, – а главное, не готовы относиться к язвам ближнего с любовью и смирением, – нам лучше воздержаться от поспешных суждений.

Во-первых, мы не знаем. Во-вторых, несчастье далеко не всегда является наказанием за личный грех. Возможно, это наказание, но об этом может знать, прежде всего, сам человек.

Беда – далеко не всегда наказание

В рассказе о слепорожденном Господь отклоняет предположение учеников, что его слепота – это наказание за грех. “Иисус отвечал: не согрешил ни он, ни родители его, но [это для] [того], чтобы на нем явились дела Божии” (Иоан.9:3).

Мы знаем, что святой Апостол Павел страдал какой-то мучительной болезнью, которую он называет “жалом в плоть” и “ангелом сатаны”. Более того, он не получил исцеления, даже когда просил об этом. Однако эта болезнь не была наказанием за грех – Апостол видит ей другое объяснение: “чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений” (2Кор.12:7). Телесная немощь должна была предохранить Апостола от гордыни и научить Его полагаться не на себя, а на Христа.

Есть огромный соблазн думать, что каждая беда и несчастье, с которыми человек сталкивается на жизненном пути, – это справедливое наказание за что-то, а мы избежали такого горя, потому что мы-то хорошие, правильные люди. Несчастья ближнего пугают нас тем, что это может случиться и с нами, и нам хочется придумать причину, по которой беда обойдет и нас стороной. Ближний сам виноват, а с нами такого не случится.

На самом деле, гарантии от беды не существует. Смерть близких, страшный диагноз, пожар, преступление могут постигнуть (и постигают) и добрых, благочестивых, рассудительных людей.

Конечно, мы можем сказать, что с ними такое случается реже – и это будет верно. Некоторые беды – те, которые мы навлекаем на себя сами своим безрассудством, обойдут нас, если мы будем хранить заповеди Божьи. Люди, удаляющиеся от дурных привычек, невоздержанности и конфликтов, связанных с гордыней и сварливостью, тем самым избавляются от многих бед. Но не от всех. Поэтому нам не стоит говорить о том, что человек, на которого свалилось несчастье, в каком-то отношении грешнее нас, на кого оно не свалилось. Мы этого не знаем. Но мы знаем, что если мы доверимся Богу, Он обратит все к благу.

Мы живем в падшем мире

Несчастье, – например, пугающий диагноз – может напомнить нам о том, о чем мы все время пытаемся забыть. Мы живем в падшем мире, который глубоко поврежден грехом. Мы все время пытаемся найти подлинное, глубокое, прочное счастье в этом мире, но его здесь нет и не будет. Наша жизнь может быть благополучной по всем возможным меркам. У нас может быть прекрасная семья, осмысленная работа, достаток, но мы знаем, что обречены все это потерять. Мы постареем, будем страдать и, наконец, умрем.

С одной стороны, это всем известно, с другой, мы склонны прятаться от этой реальности и воспринимать столкновение с ней как неприятный сюрприз. Между тем, сознание своей неизбежной уязвимости, подверженности страданиям и смерти может пробудить нас от сна, заставить задуматься о том, зачем мы живем и куда мы идем.

Это пробуждение не назовешь приятным, но лучше пережить его раньше, чем позже. Чем раньше мы проснемся, тем раньше начнем приводить свою жизнь в порядок и расставлять свои жизненные интересы и ценности в правильной последовательности.

Когда мы осознаем, что мы изгнаны из рая, мы умираем, и мы лишены подлинного счастья, мы становимся открыты для спасения, которое хочет нам дать милосердный Бог.

Святой Апостол Павел говорит о своей приближающейся смерти: “Ибо знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный” (2Кор.5:1).

Чтобы обрести эту великую, ликующую надежду на наш вечный небесный дом, бывает необходимо осознать, что наша земная хижина, в которой мы как-то обжились и привыкли, неизбежно разрушится.

Конечно, есть люди, которые обратились к Богу среди полного здравия и благополучия. Но небеса полны тех, кто спасся благодаря тому, что пережил в своей жизни что-то горькое – страшную болезнь, смерть близких, крушение жизненных планов и надежд.

Блудный сын из евангельской притчи решил вернуться в Отчий дом только после того, как у него кончились все деньги, и он впал в такое жалкое состояние, что был вынужден наняться на самую грязную и позорную работу в надежде, что его покормят, но его не кормили, так что он умирал от голода. И вот тогда он пришел в себя, встал и пошел к Отцу, который встретил его с радостью и устроил пир в честь его возвращения.

Таково наше несчастное упорство в грехе, что мы обычно и не думаем искать вечного спасения, пока гибель не начнет уже хватать нас за пятки. Увы, даже в этом случае не все обращаются к покаянию и вере. Но, по крайней мере, у нас есть возможность.

Обрести веру и надежду

Момент жизненного слома, когда привычный нам мир летит в пропасть, – это не проявление враждебности со стороны Бога, как может думать человек, горько спрашивающий “за что мне это?” Это возможность обрести благо столь великое, что все земные беды – совершенно ничтожная плата за это. Ледяной ветер уносит картонки, которые мы приспособили себе для жилья, чтобы мы, наконец, встали и пошли в Отчий Дом, где нас любят и ждут.

Страдания и смерть неизбежны – рано или поздно мы покинем эту жизнь. Но у нас есть выбор в том, как вести себя перед лицом этой неизбежности. Мы можем умножать свои страдания, предаваясь бессильному гневу, ропоту и отчаянию, терзать себя и других. Мы можем, напротив, поверить. Принять, что Бог благ и ищет нам блага; и что в той ситуации, в которой мы оказались, нам нужно искать воли Божьей. Именно через готовность посвятить свою жизнь Богу мы обретаем мир и покой в самых отчаянных обстоятельствах.

Святой Апостол Павел написал ряд своих посланий “из уз”, то есть пребывая под стражей в ожидании казни. Большинство из нас сошло бы с ума от страха, от суровых условий содержания, от острой несправедливости происходящего – Апостол не причинил никому вреда, а его преследуют, как тяжкого преступника.

Но Апостол полон удивительной радости и надежды. Ему есть чем заняться. Он находится на земле с миссией, которой полностью посвящает себя, и готов встретить смерть с полным упованием на Христа.

Такое упование – дар Святого Духа; мы не можем приобрести его каким-то самовнушением. Но мы можем попросить – и получить – его в покаянии, в вере и в Таинствах Церкви. И тогда все испытания этой жизни и неизбежная смерть, которой она завершается, обернутся для нас чем-то немыслимо прекрасным – жизнью вечной и блаженной.

Комментарии для сайта Cackle