Андрей Зализняк

Глава четвертая. Любительская лингвистика в борьбе с наукой

Очередное произведение любительской лингвистики

Книги А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского по «новой хронологии» продолжают выходить безостановочно.

Перед нами очередная новая книга: Г. В. Носовский, А. Т. Фоменко. «Старые карты Великой Русской Империи». СПб., 2005 (далее: СК).

Это сочинение уже совершенно открыто не содержит никакой математики и никакой астрономии. Во введении кратко излагается общая концепция мировой истории, исповедуемая «новыми хронологами». Две трети книги занимает воспроизведение (небольшими фрагментами) старых карт мира. Остальное – это комментарии к этим картам, представляющие собой не что иное, как предположения о происхождении тех или иных географических наименований, встречающихся на этих картах. Понятно, что это занятие из сферы лингвистики.

Мы уже отмечали, что роль лингвистической тематики в трудах АТФ от сочинения к сочинению непрерывно растет. И вот уже перед нами сочинение, практически полностью посвященное лингвистическим вопросам.

На обложке книги сказано: «Авторы книги обнаружили на представленных картах около 630 сюжетов, подтверждающих теорию новой хронологии». Из этого ясно видна цель, с которой авторы занимаются лингвистическими вопросами: их лингвистические выводы должны подтвердить положения «новой хронологии», т. е. новую картину мировой истории.

При этом, однако, пытаясь противостоять критике со стороны лингвистов, уже в самом начале книги авторы повторяют знакомый нам тезис о том, что лингвистические соображения якобы не играют никакой существенной роли в концепции «новой хронологии» в целом:

«Предлагаемые нами географические отождествления основаны вовсе не на лингвистических соображениях (как иногда стараются представить дело некоторые оппоненты), а вытекают из новой математико-статистической хронологии, изложенной в предыдущих книгах. (…) Отмечаемые нами лингвистические наблюдения вовсе не играют роли самостоятельных доказательных аргументов. Мы указываем на них для того, чтобы указать принципиальную возможность НОВОГО ПРОЧТЕНИЯ старинных географических названий с точки зрения новой хронологии. УСТАНОВЛЕННОЙ РАНЕЕ независимыми естественнонаучными методами» [СК: 7].

То же и далее: «Наша реконструкция опирается на новую хронологию, созданную при помощи естественнонаучных методов (в первую очередь математических и астрономических)» [СК: 9].

Если, однако же, лингвистические вопросы так несущественны – зачем же только им посвящается вся книга?

Просто АТФ хорошо понимает, что именно на это (а совсем не на математические выкладки) «ловится» простодушный читатель.

Главная, капитальная неправда процитированного утверждения состоит в том, что «новая хронология» как таковая якобы уже установлена, а именно, установлена «при помощи естественнонаучных методов (в первую очередь математических и астрономических)». Как уже было показано выше, вся математическая конструкция АТФ, будь она даже совершенно безупречна с собственно математической точки зрения, ничего не может дать для познания истории, если она исходит из неверных или ошибочно интерпретированных данных письменных источников. А в случае с АТФ ситуация именно такова: эти данные АТФ, будучи совершенно невежественным филологом и неквалифицированным историком, интерпретирует ошибочно (а иногда и просто искажает). Об этом подробно рассказано выше, в разделе «Можно ли изучать историю, не используя гуманитарных методов» главы 2 и в разделе «Математическая непреложность «нового учения» есть фикция» главы 3.

Второе, не менее важное для оценки деятельности АТФ обстоятельство состоит в том, что даже если бы «новая хронология» действительно с необходимостью вытекала из математико-статистических и астрономических расчетов, из этого следовал бы только тот чисто негативный вывод, что традиционная картина истории неверна. Никаких позитивных сведений о том, как же конкретно складывалась та «новохронологическая» история, которая, согласно АТФ, происходила в действительности вместо традиционной, его математико-статистические и астрономические расчеты дать не могут.

Все утверждения АТФ относительно этой истории (а они касаются такого количества конкретных событий и фактов, что занимают два десятка томов) получены АТФ без всякой связи с какой бы то ни было математикой, исключительно на основании соображений гуманитарного характера – исторических и лингвистических.

А каково качество этих их гуманитарных соображений, будет видно ниже.

Отметим, что на книгу СК уже имеется резко критическая реакция в виде книги-памфлета В. Г. Чувардинского «История с географией. Как приостановить победное шествие математических историков» (Чувардинский 2007), где читатель может найти большое количество конкретных фактов, свидетельствующих о беспочвенности утверждений «новых хронологов».

Конспект мировой истории по А. Т. Фоменко

Основному содержанию книги СК предпослано краткое изложение общей концепции «новой хронологии». Здесь мы читаем об уже известных нам чудесах с переездом городов из одной страны в другую, о тождестве множества знаменитых исторических лиц разных времен и стран между собой, о всемирном заговоре историков и проч. Обо всем этом см. выше главу 2. Но ныне очень усилился мотив всемирно-исторической роли якобы некогда существовавшей великой «русско-ордынской империи».

Приводим ряд выдержек из вводной части книги СК, чтобы читатель составил себе примерное представление о том, в рамках какого изображения истории осуществляются все те лингвистические чудеса, о которых речь пойдет ниже.

«В середине 12 века, в 1152 году, рождается Иисус Христос. В светской византийской истории он известен как император Андроник и апостол Андрей Первозванный. В русской истории он описан как великий князь Андрей Боголюбский. Детство Андроника-Христа прошло частично на Руси (где он, по-видимому, и родился), потом жил в Царь-Граде. Кстати, Царь-Град известен нам также под именами «античной» Трои и евангельского Иерусалима. Затем много времени Андроник-Христос и его мать Мария Богородица вновь провели на Руси. В 1185 году император Андроник-Христос был распят в Царь-Граде, на горе Бейкос = евангельской Голгофе» [СК: 9–10].

«Один из представителей прежней царской ромейской династии – «античный» царь Эней-Иоанн, ученик и соратник Андроника-Христа, – покидает разгромленный Царь-Град = Трою = Иерусалим и направляется со своими спутниками на Русь. Дело в том, что его царственные предки были родом из Руси» [СК: 10].

«Царь Эней-Иоанн берет власть в свои руки и основывает на Руси новую правящую династию».

«Это важнейшее событие отразилось в русских летописях как знаменитое «призвание варягов», правление «варяга Рюрика» и как основание Великого Новгорода. Согласно нашей реконструкции, речь шла о превращении в столицу города Ярославля = Великого Новгорода на Волге. Все это происходило в 13 веке».

«К концу 13 века на Руси возникает сильная централизованная власть, опирающаяся на огромные природные богатства и ресурсы страны, а также на ее сильную профессиональную армию – Орду, костяк которой составляли казаки. (Слово ОРДА является, попросту, вариантом произношения слова РАТЬ, то есть войско; а «античное» и средневековое слово РУТЕНИЯ, которым называли Русь, означало РАТНЫЙ, РАТНАЯ страна)».

«Так на территории Руси возникла метрополия новой Империи, наследницы прежней – Ромейской. Мы называем ее Русью-Ордой или Великой = «Монгольской» Империей».

«Первыми ее царями-ханами в начале 14 века были два брата – Иван и Георгий Даниловичи. Они известны также как хан Батый и Чингиз-Хан (он же Георгий Победоносец). Создание «Монгольской» Империи отразилось во множестве документов «античности». В частности – как основание знаменитого «античного» Рима (якобы в 8 веке до н. э.) братьями Ромулом и Ремом, потомками царя Энея- Иоанна».

«В начале 14 века из Руси-Орды начинается великое = «монгольское» завоевание мира» [СК: 11].

«Это была, по-видимому, довольно мирная колонизация, в том числе и пустовавших земель Западной Европы. Часть ордынских колонистов-казаков была направлена также в Африку и Азию, в том числе в Индию и Китай. Ордынское освоение, например, Индии той эпохи известно нам из источников как появление здесь «ариев»».

«Таким образом, в 14 веке возникает огромная Великая = «Монгольская» Империя с метрополией на Руси».

«В 15 веке экспансия «Монгольской» Империи и колонизация мира, начатая Русь-Ордой в 14 веке, была успешно продолжена» [СК: 12].

«Через некоторое время войска Руси-Орды и ее союзника – Османии–Атамании на нескольких морских флотах пересекают Атлантический океан и появляются в Америке. Эта грандиозная экспедиция отразилась на страницах старинных летописей как плавание Колумба…» [СК: 12–13].

«Другая часть русско-ордынских войск вошла в Северную Америку из Сибири и Дальнего Востока через Аляску, перейдя Берингов пролив. В результате «монгольской» колонизации земель Американского континента в 15 веке возникают цивилизации Майя, Ацтеков, Инков».

«Таким образом, в 15 веке территория Великой = «Монгольской» Империи охватила практически весь населенный мир той поры».

«(Кстати, название «Монгольская» могло произойти от славянского слова МНОГО, МОЩЬ)» [СК: 13].

«В Западной Европе, а также в некоторых жарких областях Средиземноморья начались массовые эпидемии. Ввиду недостаточного развития медицины той поры центральная ордынская власть не нашла эффективных медицинских средств борьбы с заразой. В то время прививки, вакцины и подобные средства еще не были изобретены. Чтобы остановить катастрофическое распространение болезней, Русь-Орда и Ос-мания = Атамания направили в Западную Европу войска с беспрекословным приказом истребить поголовно население зараженных территорий» [СК: 14].

«В итоге в Западной Европе возникло заметное социальное напряжение – естественная обида на свои собственные центральные ордынские власти за беспощадную медицинскую карательную операцию».

«Местные наместники стали проявлять признаки самостоятельности».

«В конце 16 века Великая Империя вступает в период Великой Смуты. Западноевропейские наместники отделяются от центра».

«В начале 17 века Империя раскалывается. Ее метрополия – Русь-Орда – погружается в Великую Смуту. Войска Западной Европы вступают на территорию Руси. Прежняя русско-ордынская династия терпит поражение и беспощадно вырезается на корню. К власти приходят прозападные Романовы. На Руси воцаряется жесткий оккупационный порядок, вводится крепостничество <…>. Радикальному реформированию (в частности, подчинению западноевропейским «стандартам») подвергаются практически все сферы жизни на Руси» [СК: 15].

«Именно в эту эпоху вместо прежней точки зрения: «Все в единой и неделимой Империи является общим достоянием и, в то же время, принадлежит единственному ордынскому хану-императору и распределяется им» – приходит новая идеология раскола, выражающаяся в лозунгах: «Это – наша территория, мы здесь – полные хозяева и никому не подчиняемся», «Мы лучше других», «Мы тут жили раньше вас, поэтому отдайте нам эти земли», «Наши достижения лучше ваших (наши корабли лучше ваших, наша наука лучше вашей)», «Мы образованные, вы невежественные» и т. и.» [СК: 15–16].

«С целью обосновать права на захваченную и поделенную ими власть, узурпаторы-наместники, как в Западной Европе, так и Романовы на Руси, были вынуждены переписать историю. Великая = «Монгольская» Империя вытирается со страниц летописей, а многие события специально отодвигаются в далекое прошлое. Именно для этой цели создается фальшивая скалигеровская хронология, намеренно «удревляющая» даты многих событий 14–16 веков. Тем самым новые власти (узурпаторы) декларируют свою «древность», а, следовательно, и якобы наследственные права на многочисленные, только что возникшие провинциальные престолы. В отделившихся провинциях Империи на базе прежнего государственного славянского языка Империи и на базе местных диалектов изобретаются и активно внедряются новые языки (например, французский, немецкий, испанский, английский, «древняя» латынь). Это позволило мятежникам-реформаторам возвести языковые барьеры между населением новообразовавшихся государств».

«Изобретение новых языков позволило ускорить процесс погружения в небытие памяти о Великой Империи в отделившихся провинциях и предотвратить реставрацию Империи. Однако, поскольку новоизобретенные в 16–17 веках языки неизбежно возникали на базе славянского языка Империи, в них, оказывается, даже сегодня остались заметные славянские следы» [СК: 16].

«До конца 18 века на территории Руси продолжала существовать огромная Московская Тартария (ее называли также Великой Тартарией) – гигантский осколок прежней Империи. Ее территории начинались сразу за Волгой и охватывали Урал, Сибирь, Среднюю Азию, Аляску и Северную Америку. Противостояние Московской Тартарии с романовской Россией (первоначально, кстати, довольно небольшой по размерам) завершилось известной «войной с Пугачевым» во второй половине 18 века. Западным оккупационным войскам, находившимся в России, совместно с романовскими частями, удалось разгромить Великую Тартарию. Одновременно было организовано нападение на североамериканские земли Московской Тартарии с восточного побережья. В результате возникли Соединенные Штаты Америки» [СК: 16–17].

«Начиная с 18 века память о Великой = «Монгольской» Империи постепенно уходит в прошлое. Активную роль в этом сыграла историческая наука 17–19 веков, фактически выполнявшая приказ новых властей, кровно заинтересованных в том, чтобы избежать возможной реставрации Империи. Требовалось побыстрее истребить память о ней. Идея реформаторов понятна: дабы предотвратить восстановление Империи, надо, чтобы народы ЗАБЫЛИ САМ ФАКТ ЕЕ НЕДАВНЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ. Таким образом, приказ о переписывании в нужном ключе всей истории преследовал исключительно политические цели, жизненно важные как для западноевропейских реформаторов, так и их ставленников на Руси – Романовых. Этим объясняется согласованность исторической фальсификации, развернувшейся фактически по единой государственной программе в разных странах. Поскольку цель была едина» [СК: 17].

В качестве конспекта научно-фантастического романа этот рассказ выглядел бы довольно обыкновенно. Стилистика, правда, слишком уж выдает то, что это рассказ для детей. Чего стоит один лишь эпизод, где западноевропейцы обиделись на своего ордынского повелителя! Белые и черные герои (русско-ордынские ханы и западноевропейские мятежники) выглядят вполне так, как положено в компьютерных играх.

Каково же изумление читателя, когда ему говорят, что это не роман, а научная концепция! И что эта концепция создана «при помощи естественнонаучных методов (в первую очередь математических и астрономических)»!

Он должен поверить в то, что математика способна установить, например, что Иисус Христос провел детство на Руси; что Новгород – это Ярославль; что в 15 веке войска Руси-Орды пересекли Атлантический океан и овладели Американским континентом; что они некогда проводили в Западной Европе «беспощадную медицинскую карательную операцию»; что латынь, французский, немецкий, испанский и английский языки были изобретены мятежниками, и сотни других конкретных фактов.

С тем же успехом можно поверить, что математика знает способы воскрешения мертвых или превращения свинца в золото.

Авторы сочли уместным дать на десяти страницах [СК: 9–18] рассказ, озаглавленный «Краткое напоминание нашей реконструкции» (откуда и взяты приведенные выше цитаты), а не просто сослаться на свои предшествующие книги. На этом фоне особенно заметно, что они в то же время не навали возможным и нужным уделить хотя бы одну страницу «краткому напоминанию», пусть даже в самых общих чертах, о том, какова та цепь заключений, в начале которой стоит нечто установленное естественнонаучными методами, а в конце – хотя бы основы того, что авторы называют «наша реконструкция». Вместо этого авторы как бы говорят читателям: «Хватит с вас того, что мы вам решительно заявляем: такая цепь заключений есть; только она находится за рамками настоящей книги, в других книгах».

Ясно, что заверения авторов «новой хронологии», будто их концепция создана естественнонаучными методами, – это просто пускание пыли в глаза простакам, которые от общего почтения к математикам готовы поверить им на слово в чем угодно.

В частности, в процитированной выше фразе: «Предлагаемые нами географические отождествления основаны вовсе не на лингвистических соображениях <…>, а вытекают из новой математико-статистической хронологии» – использовано совершенно новое для математики и логики понимание слов «А вытекает из В», а именно: «если В, то мне начинает казаться, что А».

В самом деле, какое отношение может иметь какая бы то ни была математика, например, к установлению того, что в 14–16 веках весь мир был подчинен русско-ордынским правителям и говорил по-славянски?

Единственное, что может показаться непосредственно убедительным простому читателю, – это демонстрация названий из разных мест земного шара, сколько-то похожих на русские. И ровно этим авторы и заполняют свой том. Так что лингвистические выкладки служат у них отнюдь не подтверждением чего-то уже установленного, а фактически единственным основанием для их баснословных геополитических утверждений. И заверения авторов: «Отмечаемые нами лингвистические наблюдения вовсе не играют роли самостоятельных доказательных аргументов» – это чисто словесная уловка. В действительности именно эти «наблюдения», а не что-либо иное, призваны оказать психологическое воздействие на читателя.

Прекрасно известно, что распавшиеся империи оставляют многочисленные следы в языках, культуре, литературе, образе жизни входивших в империю народов. В Южной Америке, захваченной испанцами и португальцами, остались испанский и португальский языки. В странах бывшего Арабского халифата остался арабский язык. После распада Римской империи в части стран просто осталась латынь, в другой части местные языки впитали в себя множество латинизмов. В языках балканских стран, бывших под властью Оттоманской империи, множество тюркизмов. В языках на территории бывшего СССР множество русизмов. В языках бывших английских колоний множество англицизмов; и т. д. Не говорим уже об аналогичных следах в культуре, о фиксации прежних событий в национальных летописях и фольклоре и т. п.

И вот «новые хронологи» утверждают, что существовала русско-ордынская империя, охватывавшая практически весь мир. Особо подчеркивается, что под русско-ордынским владычеством находились Западная Европа и Америка.

Но где же тогда следы такого прошлого, которые неизбежно должны были бы остаться?

О каких-либо следах в культуре, искусстве, литературе, фольклоре, в летописных традициях и т. п. авторы даже и не говорят. Единственное, что они в связи с этим обсуждают, – это слова.

При этом, однако, практически никаких русизмов в языках Западной Европы или Америки они не указывают. Дело в том, что в книге вообще почти отсутствуют какие-либо упоминания конкретных языков, скажем, немецкого, испанского, какого-нибудь из индейских, – авторы как будто не замечают существования в мире разных языков.

Все сводится к проблеме географических наименований. Книга СК построена как собрание свидетельств о том, что весь мир полон географических наименований русского (или русско-ордынского) происхождения. Каково качество этих свидетельств с точки зрения серьезной лингвистики, мы покажем ниже.

Отрицание науки лингвистики

Есть много сходства в том, как АТФ трактует существующую историческую и существующую лингвистическую науку, – он не признает за ними никакого объективного знания, попросту говоря, дает понять, что как науки они вообще не существуют.

Но тут есть разница между историей и лингвистикой. По утверждению АТФ, ошибочность традиционной истории вытекает из произведенных им математических и астрономических расчетов. А коль скоро это так, то взгляд на историю должен быть пересмотрен, что АТФ и делает: он строит новое представление об истории, в корне отличающееся от традиционного.

Что же касается существующей лингвистики, то здесь АТФ даже и не выставляет никаких математических или астрономических соображений, которые дали бы основание ее отрицать. Он, правда, прежде пытался объявить существующую лингвистику несостоятельной на том основании, что она якобы построена на традиционной хронологии и в силу этого неверна. Но это было совершенно голословное заявление: выводы лингвистики в действительности независимы от хронологии (см. об этом главу 2, раздел «Любительские поиски происхождения слов»).

Но раз нет математических оснований отрицать лингвистику как науку, то АТФ, недолго думая, отрицает ее уже без всяких оснований – если, конечно, не считать основанием мнение самого АТФ, что ему как математику в любой области знания виднее, чем соответствующим специалистам, что верно, а что неверно.

Заметим, что судьбу лингвистики разделяют и другие дисциплины, данные которых свидетельствуют об абсурдности фоменковской перекройки мировой истории.

Так, дендрохронология, как мы узнаём от АТФ, ничего не стоит.

Радиоуглеродный анализ, как мы узнаём из того же источника, тоже ничего не стоит.

Какое значение может иметь то, что в той и другой области работает множество исследователей в десятках стран! АТФ, возвышаясь в своем статусе математика сразу над всеми науками, сообщает нам: никакие выводы этих дисциплин не следует принимать во внимание.

Современная лингвистика представляет собой развитую область знания, в которой работают десятки тысяч специалистов. Прошло время, когда эта наука представлялась чисто умозрительным занятием, не имеющим отношения к практической жизни. Специалисты-лингвисты ныне активно востребованы, помимо гуманитарной сферы, в самых передовых и активно развивающихся сферах техники, прежде всего в мире информатики и компьютерных технологий.

В лингвистике сформирован развитый понятийный аппарат, успешно обслуживающий описание и практическое применение языков, равно как все виды обработки текстов.

Лингвистика накопила огромный фонд знаний о конкретных языках и об их истории. Тем самым она обладает обширнейшими сведениями о том, что бывает и чего не бывает в естественных языках. На основе этих сведений выявлен ряд важнейших закономерностей, которым подчинено функционирование языков и их историческое развитие.

В книге НХ авторы «новой хронологии» проявили полное незнакомство с основными положениями лингвистики, хотя они активно занимались вопросами, связанными с языком. Можно было предположить, что они наивно не подозревали о существовании лингвистики как науки.

Но ныне критика со стороны лингвистов, в частности, та, которая содержится в моей статье, составившей выше главу 2, авторам известна (АТФ ведь даже отвечал на эту мою статью). То есть они уже знают, что профессиональные лингвисты оценивают их лингвистические выкладки как безграмотные.

Какова же их реакция? Исправили ли они хоть что-нибудь из своих лингвистических ошибок? Оспорили ли пункты, в которых они считают критику неверной?

Они реагируют не как ученые, а как лидеры движения, для которого давно существенна не истина, а забота о сохранении и укреплении своих рядов. В своих лингвистических абсурдах они не изменили ничего; кое в чем даже пошли дальше прежнего. Иначе говоря, они открыто игнорируют общепризнанные положения лингвистики.

Вместо этих положений они продолжают пользоваться самыми примитивными и невежественными приемами любительской лингвистики.

Тем самым они ясно показывают своим последователям, что с их точки зрения никакой науки лингвистики, которая знала бы про язык больше, чем произвольный человек любого рода занятий, не существует.

Представим себе химика-любителя, который заявляет профессиональным химикам: «Я не хочу ничего слышать про вашу таблицу Менделеева, про ваши атомные веса, молекулы, формулы реакций и всё тому подобное. Ничего этого я своими глазами не вижу. И я действую попросту – вижу цвет раствора и понимаю: раз цвет одинаковый, значит, и вещество одно и то же. И больше мне ничего не надо».

АТФ – лингвист совершенно такого же уровня. Ему объясняют, что есть фонемы и морфемы, есть законы фонетических изменений, существует родство языков, существуют памятники, запечатлевшие древнее состояние конкретного языка, и т. д. Все это он полностью игнорирует, принимая во внимание ровно одно: внешний вид слова любого языка в русской транскрипции, то есть то, что он может видеть, не изучая ни языков, ни их истории, ни лингвистических законов. И если два слова (любых языков и эпох) имеют одинаковый или похожий внешний вид, то он смело делает вывод, что одно из них произошло из другого. То есть действует воистину попросту – совершенно так же, как тот химик-любитель.

К несчастью для лингвистики, в нашем обществе элементарная грамотность в сфере лингвистики встречается несравненно реже, чем грамотность в сфере химии. И поэтому подобный химик-любитель не вызовет у окружающих ничего кроме насмешки, а лингвист- любитель, увы, может пользоваться благосклонностью немалого числа слушателей или читателей.

В книге СК имеется новшество, возникшее, возможно, в связи с критикой со стороны лингвистов. А именно, принято решение механически добавлять почти к каждому утверждению, касающемуся происхождения слов, некое «смягчение категоричности»: «может быть», «по-видимому», «не исключено», «вероятно», «скорее всего», «могло произойти». Тем самым авторы как бы ограждают себя от критики со стороны лингвистов: они ведь, с формальной точки зрения, ничего не утверждают с определенностью.

Нельзя не признать этот новый прием довольно ловким. Конечно, книга, состоящая из 630 утверждений, которые все даны со словами «может быть», с научной точки зрения не представляет по сути дела никакой ценности: ведь в каждом из 630 случаев решение может быть и не таким. Но книга СК рассчитана вовсе не на научную оценку. Она рассчитана на легковерного и некритического читателя, который не придаст большого (или даже вообще никакого) значения всем этим «может быть» и «по-видимому», тем более что, повторяясь при каждой фразе, они уже начинают восприниматься просто как пустая речевая формальность. Между тем сам натиск 630 утверждений, упорно бьющих в одну точку: «смотрите, русские некогда владели всем миром» – должен пленить читателя и заставить его поверить в основной тезис авторов.

Любительская лингвистика в действии

Ниже приводится еще некоторое число примеров из книги СК. Читатель легко заметит, что они вполне похожи на примеры из НХ, которые мы приводили выше в главе 2. Соответственно, и при их рассмотрении мы поневоле снова затрагиваем те же проблемы, которые уже обсуждались при анализе НХ. Но детально комментировать каждый из приводимых примеров я не буду (такие комментарии читатель при желании может найти в книге Чувардинский 2007).

Скажу коротко с полной ответственностью: сравнения слов в СК, в частности, все без исключения примеры, приводимые ниже, с точки зрения лингвистики чудовищны. Это уровень самой невежественной графомании.

Не спасают и «смягчения» вроде «может быть», «возможно», «не исключено» и т. п. На самом же деле: не может быть, невозможно, исключено. А в тех редчайших случаях, где теоретически все-таки может быть, то только с вероятностью, близкой к нулю.

Лингвисты уже давно указали авторам, что главной для языка является его устная форма, а письменная факультативна и у большинства языков мира до недавнего времени просто отсутствовала. И что новые слова всегда возникают в устной речи и лишь после этого фиксируются на письме, а не наоборот.

Но у авторов «новой хронологии» по-прежнему все объяснения исходят из того или иного «прочтения». Им ничего не стоит предположить, например, что картограф случайно или намеренно исказил название города на карте и вот уже в самом этом городе (который может быть сколь угодно древним) жители начинают называть его не так, как они привыкли, а в соответствии с этой картой.

Особенным успехом пользуется «обратное прочтение», т. е. прочтение слова задом наперед (о котором подробно рассказано в главе 1, в разделе «Вольные игры со звуковым составом слова»). Авторам, конечно, известно разъяснение лингвистов, что никакого «обратного прочтения» ни в западных, ни в восточных языках, ни в зонах их контакта, кроме как в словесных играх, не бывает и что никаких новых слов, возникших из «обратного прочтения» какого бы то ни было слова, в языках мира нет.

Но авторы воинствующим образом игнорируют этот факт. В самом деле, им просто немыслимо отказаться от такого ценнейшего инструмента для перелицовки слов (в которой они постоянно испытывают потребность). В их мире небывалое событие, именуемое «обратное прочтение», происходит на каждом шагу. Пример: «Название ALBION могло произойти от слова БЕЛЫЙ при обратном его прочтении: БЕЛ -> АЛЬБ» [СК: 270]27.

Из того же БЕЛЫЙ тем же обратным прочтением получаются Альпы [276]28. Из Орды обратным прочтением получаются река Одер [335] и река Doris (испанское Duero) [274]. Из Руси обратным прочтением получаются Сирия и Ассирия [326], а также и Сербия [334]. И т. д.

В дополнение к «обратному прочтению» авторы ныне изобрели еще один совершенно фантастический способ обработки слов, дающий нужное им звучание. В сообществе лингвистов-любителей авторы могут брать патент на этот прием. Берется сочетание, скажем, Белая Русь и первая часть сокращается до одной своей начальной буквы: Б-Русь. Полученный результат уже годится для объяснения любых слов, содержащих последовательность брус-, например:

«Кстати, может быть, название BRUSSEL (БРЮССЕЛЬ) является легким искажением слова Б-РУССЫ, то есть Белые РУССЫ» [СК: 600].

«На юге Италии отмечена область ABRUZZO, название которой, по-видимому, произошло от слов РУССЫ или Б-РУССЫ, то есть Белые Руссы или Белорусы» [606].

Разница между б и п – для авторов «новой хронологии», конечно, пустяк, поэтому ничто не мешает выдвинуть и такие утверждения:

«Область ПРУССИЯ (PRUSSIA), (…) означало ранее, вероятно, П-РУССИЯ, то есть Белая РУСЬ, БелоРУССИЯ» [СК: 342].

«В центре Франции Птолемей указывает область и народ PARISH, то есть ПАРИЖАНЕ, в современном произношении. Отсюда и слово ПАРИЖ. (…) Ранее слово PARISH указывало, скорее всего, на П-Русов, то есть на Белых Руссов, белорусов, пришедших сюда из Белой Орды во время завоеваний 14 века» [278–279].

Можно двигаться по этому пути и дальше:

«От слова П-РУСЫ произошло, скорее всего, и «античное» название ПЕРСЫ, ПЕРСИЯ» [299].

Что авторам из того, что записи типа Б. Русь не существуют нигде, кроме письменных канцелярских обозначений, никогда не произносятся как брусь и нигде и никогда не превращаются в названия географических пунктов в живом языке? Ведь они уже давно без всякого смущения пользуются «обратным прочтением», которое точно так же не создает новых названий никогда.

Историческая лингвистика давно установила, что каждый фонетический переход, во-первых, строго ограничен определенным языком и определенным периодом его истории, во-вторых, за весьма редкими исключениями носит характер не индивидуальный, а всеобщий, т. е. совершается во всех словах данного языка, где имеется соответствующая совокупность условий.

Авторы вновь полностью игнорируют это положение, как если бы они никогда о нем не слышали.

Произвол в замене одних букв на другие, их выбрасывании, добавлении и перестановке – совершенно такой же, как в работе НХ.

Например, слово Орда, если верить авторам, дало десятки, если не сотни географических названий в самых разных уголках земного шара. Вот некоторые из наиболее известных (приводим, где это не мешает изложению, современные названия):

горы Арденны (якобы29 «Ордынская область»), озеро Гарда, Адриатическое море, Хорватия, Кордова, Грац, Гродно, Herteford (в Англии) (из Horda + Horda, т. е. Орда + Орда30), Эрфурт (тоже из Horda + Horda), Карфаген (из Horda + Жена), Пикардия (из Пика Орды), реки Одер и Дуэро (ср. выше), Лабрадор, Порто (и Португалия; из П-Орда, по модели П-Руссия).

Немногим меньше названий возникло, как мы узнаём, из слов Русь, Руссы, Русины, например: Аризона, Ареццо, Ла-Рошель, Рошфор, Mar Rosso (т. е. Красное море), также Абруццы, Брюссель, Пруссия, Париж, Персия (ср. выше). И, конечно, в этом списке фигурирует и «фирменное блюдо», своего рода масонский знак, символизирующий принадлежность к сообществу лингвистов-любителей, – этруски («это русские»). О названии Брешиа см. отдельно ниже.

Из тартары (татары) получились, в частности, Тарту, Трир, Феррара и очень много другого.

Приведем и некоторые другие примеры с достопримечательными фонетическими отношениями между сравниваемыми словами (наши пояснения даны в угловых скобках):

«Слово КЕЛЬН является, ясное дело, легким искажением слова КОЛОНИЯ, то есть русского слова СЕЛЕНИЕ» [СК: 347].

«Кстати, слово Lacus тоже славянское, происходит от ЛАКАТЬ, ЛУЖА, ЛАКАЮ, ВЛАГА [596]». (Латинское lacus – «озеро»).

«Название известного перуанского города Куско (CUSCO), (…) может быть, происходит от слова КАЗАКИ» [466].

«Не исключено, что название Мексика произошло от слова Москва, Мосох, Мешех. В частности, название Мексиканского залива – Golfo Mexi cano (как оно написано на данной старинной карте), могло произойти от словосочетания Московский Хан или Мосох хан (Mexi cano)» [462].

Как уже указывалось в главе 1, для лингвиста-любителя связать по смыслу любые два понятия – не проблема. В книге СК наивность и нелепость предполагаемых смысловых переходов нередко побивает все рекорды. Вот некоторые примеры:

«А название РОНА для многих рек Европы (…) – это славянское слово, означающее «ронять» капли, слезы и т. п.»; «Повторим, что РОНОЙ называли реку вообще» [СК: 345, 346]. (Что и говорить, самое заметное свойство реки, конечно, то, что она роняет капли).

«Латинское слово INSVLA (insula), вероятно, произошло от славянского НАСЕЛЯЮ, НАСЕЛИТЬ» [270]. (Insula – «остров»; населенность – это, конечно, определяющая черта острова).

«Любопытно, что ВСЯ Америка целиком именовалась ИНДИЕЙ НОВОЙ. То есть «далекой новой» страной, поскольку слово Индия произошло от старого русского слова ИНДЕ = далеко, где-то» [462]. (Комментарии здесь и далее, по-видимому, уже излишни).

«Может быть, название Бразилии (Bresilia) произошло от славянского ПОРОСЛЬ, то есть страна, заросшая, поросшая лесами» [462].

«Известный прибрежный город Салоники (Salonica) (…) получил свое название, может быть, от слова СОЛЕНЫЙ, поскольку в море – соленая вода» [334].

«Название прибрежного города BARSALONA (современная Барселона) могло произойти от сочетания БЕРУ + СОЛЕНЫЙ, Брать Соль, поскольку вода в море – соленая. Может быть, тут специально собирали соль. Возможен и другой вариант: БЕРег СОЛЕНЫЙ, БРег СОЛЕНЫЙ, то есть берег соленого моря» [338].

«Не исключено, что название Сарматия Азиатская – SARMATIA ASIAtica – произошло от сочетания «Царя Мать Иисуса» [316].

Как и в книге НХ, авторы как бы не знают, что на свете существуют разные языки. И совершенно не подозревают о том, что, говоря о переходе одного звука (у авторов – буквы) в другой, нужно указать, в каком языке. Например, мы находим следующее рассуждение:

«Может быть, в название известного испанского города КОРДОВА (CORDUBA на карте Птолемея) (…) тоже вошло слово HORDA = Орда, при переходе Г–К, т. е. HORDA –> CORDU-ba. Отсюда, кстати, видно, что Б и В переходили друг в друга» [СК: 338].

Последняя фраза выглядит как скрытая реплика на наше замечание о том, что в русском языке б и в никогда не «переходят» друг в друга (см. главу 2, раздел «Любительские поиски происхождения слов»). Авторам не приходит в голову, что их пример может что-то говорить только об испанском языке, но не о любом языке вообще.

А вот еще одно замечательное утверждение:

«Кстати, название известного города БРЕШИА могло произойти от Б-РАША, то есть Белая Русь или П-Руссия, Б-Руссия» [СК: 286].

Отсюда видно, что авторам все равно, как назвать Русь, – РУСЬ или РАША (так они передают английское Russia). О том, что это было за общество, где Русь могли называть то РУСЬ, то РАША, авторы не задумываются.

И совершенно невообразимое по беспардонности отношение к другим языкам проявляется у авторов в том, что они без всякого смущения берутся объяснять из славянского (или просто русского) языка даже те названия, которые в местном языке имеют ясный смысл. Вот пример:

«Название VENESVELA (современная Венесуэла), по-видимому, произошло от славянского ВЕНЕЦ ВЕЛикий. Эта мысль подтверждается также тем, что здесь же, рядом, на карте мы видим название Венесуэла в форме VENEZUELA (…). Здесь славянское слово ВЕНЕЦ присутствует в своей точной форме: VENEZ» [СК: 470].

И это притом, что хорошо известно, как сложилось это название: оно пошло от индейского свайного поселения на берегу моря, которое показалось испанцам похожим на Венецию, и они назвали его Venezuela, то есть «маленькая Венеция» (-uel-a – широкоупотребительный испанский уменьшительный суффикс).

В книге Чувардинский 2007 разбирается целый ряд других примеров такого же рода из СК: например, названия, включающие французское fort «форт, крепость» «новые хронологи» трактуют как содержащее все то же пресловутое Орда; в ту же Орду у них превращается английское ford «брод»; французское roche «скала» превращается в Русь; Ferrara (прозрачное производное от итальянского ferro «железо») толкуется как тартары (татары) и т. д.

Чтобы почувствовать, какое надругательство над языком представляют собой подобные «истолкования», вообразите, что английский любитель, столь же невежественный и тенденциозный, как АТФ, взялся истолковать название Красная площадь и «разгадал» его так: это название – «слегка искаженное» английское crusty plot «покрытый коркой земельный участок». У немца разгадка бы вывала другая: krasser Plotz «резкий удар». У француза – третья: crasse de pelote «грязный ком». «Но это же всё бессмыслица!» – скажете вы. Но разве «венец великий» или «беру соленый» намного осмысленнее?

Смею заверить читателя, что с этой задачей (истолковать Красную площадь на своем языке) справился бы и арабский любитель, и турецкий, и китайский. Для этого достаточно вооружиться фоменковской методикой сравнения слов.

Нетрудно представить себе, какое чувство вызвала бы подобная изобретательность иностранных лингвистов-любителей у русской публики, особенно если бы каждый из них заявил, что это именно его национальные войска стояли на Красной площади, когда ей давали такое название. Но АТФ и не рассчитывает на одобрение в Венесуэле. Ему достаточно того, чтобы вызвать энтузиазм у простаков в России.

В статье «Лингвистика по А. Т. Фоменко» я в подробностях показал, каким немыслимым, нечеловеческим всеведением должен был бы обладать изобретатель латыни, если бы латынь была «изобретена».

И вот АТФ не только повторяет свой абсурд про изобретение латыни (на сей раз это событие происходит аж в 17 веке31), но и с поистине молодецким размахом относит к числу изобретенных тогда же еще и французский, немецкий, испанский и английский языки (см. цитату выше, в разделе «Конспект мировой истории по А. Т. Фоменко»).

В самом деле, как же было прихвостням властей не изобрести четыре-пять языков, если была такая сильная потребность «возвести языковые барьеры между населением новообразовавшихся государств». Ну, а уж народы, конечно, послушно оставили свой прежний язык (славянский, как объясняет нам АТФ) и перевали в полном составе каждый на тот новоизобретенный язык, который был им предписан. А потом, чтобы замести следы, быстренько понаписали тысячи томов на свежевыученных искусственных языках, которые мы теперь наивно называем великой французской, немецкой, испанской и английской литературой, придумав в каждой вереницу никогда не существовавших авторов предшествующего тысячелетия.

Отметим, что круг фальсификаторов истории ныне у АТФ сильно расширился по сравнению, скажем, с сочинением 12-летней давности НХ, которое мы разбирали выше. Там вину за фальсификацию несли историки. Их, конечно, было много, но все же это была весьма небольшая часть населения. А теперь мы узнаём от АТФ, что в этом деле участвовало великое множество людей всех родов занятий. Все люди, сохранявшие память о четырех-пяти поколениях своих предков, не говоря уже о тех уважающих себя родах, которые сохраняли память о десятке и более поколений, в угоду властям рассказывали своим детям уже не прежнюю семейную историю, где несколько поколений тому назад фигурировали, как понятно из объяснений АТФ, люди со славянскими именами, а специально придуманную, в подражание фальсификаторам-профессионалам, фальшивую семейную историю, где предкам были приписаны выдуманные французские, немецкие, испанские, английские имена.

Борьба с наукой

Все сопоставления из книги СК, приведенные выше в качестве примеров, не просто ошибочны. Они вопиющим образом нарушают все самые элементарные требования к сравнению языковых единиц. Уровень «новых хронологов» в этом занятии ровно такой же, как у шестилетнего мальчика, которому предложили бы поползать по карте мира и отыскать на ней как можно больше названий, хоть сколько-нибудь похожих на какие-нибудь из известных ему слов. Можно только ужасаться тому, что этим много лет подряд занимаются взрослые дяди с академическими званиями.

Следует полагать, однако, что эти дяди в действительности знают, что делают, – они открыто борются с профессиональной лингвистикой, которая стоит на их пути, рассчитывая победить ее не на поле научной дискуссии, а в сражении за симпатии массового читателя.

Вот несколько более конкретных соображений, приводящих к сильнейшему сомнению в том, что «новые хронологи» просто наивны, как шестилетний мальчик.

Читая о сопоставлениях вроде Кордова – Орда, невозможно представить себе, чтобы математик не понимал, какого рода задачу он решает при отыскании таких соответствий.

Возьмем карту какой-нибудь страны, скажем, карту любой испаноязычной страны Южной Америки. Если карта подробная, то на ней будут тысячи географических названий. Все они записаны средствами испанского языка и могут быть затранскрибированы по-русски. В испанском языке (а также и практически во всех индейских) есть фонемы, которые в русской записи будут переданы как р, д, т, г, к, ф, о, а, у.

Как мы видели выше при перечислении слов, которые, по мнению авторов «новой хронологии», произошли от слова Орда, для сопоставления со словом Орда авторам достаточно встретить любую буквенную цепочку из довольно большого списка (включающего, в частности, орд, ард, гард, корд, карф, грод, форд, фурт, одер, дор и ряд других). Назовем такие цепочки «совместимыми со словом Орда». В составе слова цепочка необязательно должна быть начальной или конечной: то, что стоит перед ней или после нее, разрешается истолковывать как часть сложного слова или аффикс. Понятно, что «новые хронологи» признали бы совместимыми со словом Орда не только указанные выше, но и многие другие цепочки.

Мы не будем здесь строить точных правил того, какие именно цепочки признаются совместимыми со словом Орда (и тем более с произвольным словом W). Но математику было бы как раз естественно это сделать.

Дальше он мог бы посчитать (учитывая, что русских букв всего 33, и исходя, например, для простоты из гипотезы о случайном распределении фонем в словах рассматриваемого языка), какова вероятность того, что, скажем, в тысяче названий встретится хотя бы одно, содержащее цепочку, совместимую с Орда.

Думаю, без всяких подсчетов любой согласится, что эта вероятность близка к единице. Более того, велика вероятность того, что названий с такими цепочками найдется существенно больше чем одно.

Но ведь «новым хронологам» достаточно даже одного такого названия, чтобы заявить: вот след пребывания здесь Орды (русско-ордынского войска). Отсюда следует, что с вероятностью, близкой к единице, в любой стране мира найдется хотя бы один «след» пребывания там Орды.

Однако столь же очевидно, что всё то же самое верно не только для слова Орда, но и, например, для немецкого слова Ort «место», и для латинского слова ordo «порядок», и для арабского слова ʾard «земля», и для таджикского слова орд «мука́», и т. д.

Но и это, конечно, лишь ничтожная часть всех тех слов самых разных языков, для которых все сказанное о слове Орда тоже верно: ведь для этого годится любое слово любого языка, состоящее из небольшого числа достаточно распространенных фонем.

Но отсюда следует, что наличие у слова Орда «следов» во всем мире, которое «новые хронологи» подают как важный научный факт, подтверждающий новую концепцию истории, в действительности решительно ничего не подтверждает. Ведь если следовать фоменковской методике, то можно взять почти любое короткое слово любого языка, и его «следы» непременно найдутся во всех странах мира!

Как может математик не произвести этого простого расчета?

Дело, таким образом, не в неведении.

«Новые хронологи» поступают не как ученые, а как мастера пиара и рекламы, мастера психологического воздействия на легковерных и некритичных.

В своей статье о «лингвистике по АТФ» я выдумал, в качестве пародии на утверждения АТФ, ряд очевидных абсурдов, добросовестно стараясь, чтобы они были как можно глупее. Среди этих пародий были, например, такие: «Названия Сирия, Ассирия и Персия – это просто переиначенное название Руси, России»; «На русском языке говорили когда-то во всем мире»; «Первоначальное население Южной Америки составляли русские».

И что же? Оказывается, многие из придуманных мной пародий, например, все те, которые здесь приведены, в самом деле содержатся в тех или иных сочинениях тех же авторов – в качестве поданных всерьез утверждений «новой хронологии»! В частности, все они фигурируют и в книге СК.

Что и говорить, в такой беспардонности опознается рука большого мастера пиара. Это ведь сильный ход, обезоруживающий критика, – на обвинение в абсурде с полной решительностью отвечать еще большим абсурдом.

Например, читатель изумляется: «Как же вы говорите, что Америку захватил русско-ордынский флот? Ведь Америку открыл Колумб!». А тут АТФ спокойно отвечает: «Так флот Колумба и был русско-ордынским» (см. цитату выше, в разделе «Конспект мировой истории по А. Т. Фоменко»)32.

Или читатель не может поверить, что название Салоники происходит из русского слова солёный: «Ведь полное название города – Фессалоники, в греческом словаре указано, что оно значит «фессалийский», «принадлежащий Фессалии» и встречается уже у Полибия и Плутарха!» На что «новые хронологи» ему ответят: «А не было никакого Полибия и никакого Плутарха».

Или читатель недоумевает: «Разве это мыслимо, чтобы латынь была кем-то изобретена?» Ответ: «Да что там латынь! Точно так же были изобретены еще и французский, немецкий, испанский и английский!».

Попробуйте-ка потягаться с таким полемистом.

Игнорируя профессиональную лингвистику, «новые хронологи» недвусмысленно приглашают своих последователей встать на ту точку зрения, что никакой науки лингвистики, которая знала бы про язык больше, чем человек с улицы, не существует.

Если раньше занятие АТФ происхождением слов можно было квалифицировать просто как невежественное любительство, ныне оно отчетливо превратилось в агрессивную деятельность, открытую войну против науки лингвистики, против признания выявленных этой наукой закономерностей в строении языков.

Вот характернейший пассаж:

Однако мы отнюдь не настаиваем на нашей реконструкции и каждый раз, когда предлагаем то или иное прочтение старинных названий, сопровождаем его словами «вероятно», «может быть», «по-видимому», «могло произойти». Читателям пре поставляется возможность составить собственное мнение о происхождении тех или иных старинных наименований на картах Птолемея [СК: 7].

Эти приглашения содержатся и в других местах книги:

«Мы предоставляем читателям дальнейший анализ названий на карте Птолемея» [274].

«Предоставляем читателям продолжить наше исследование» [624].

Позиция АТФ совершенно ясна: происхождение наименований – это дело личного мнения, небольшого индивидуального размышления; никакие справочники, никакое знание языков, никакие специалисты-лингвисты здесь не нужны.

Наибольший вред здесь заключается в том, что эта позиция активно внушается массовому читателю. Это – тяжкий грех развращения неподготовленного читателя, апелляция к самым примитивным реакциям. Читателя учат не уважать и даже просто не признавать никакие гуманитарные науки, а вслед за ними и принцип научного профессионализма вообще.

Замечание. Не исчезает не раз уже возникавшее подозрение, что АТФ просто насмехается над легковерным человечеством. Многие страницы новой книги выглядят как откровенная насмешка над готовностью ловителя сенсаций «проглотить» совершенно очевидные абсурды. Такое впечатление, что АТФ с позиции супермена ставит широкомасштабный человековедческий эксперимент – проверяет границы бездумного легковерия, желая, как кажется, убедиться, что таких границ не существует.

В итоге теория АТФ, которая при своем зарождении имела все же облик научного поиска объективной исторической истины, в ее нынешнем виде такой оценки уже никоим образом не заслуживает.

Уже много лет подряд «новые хронологи» производят только сочинения, состоящие из неимоверных дилетантских домыслов о ходе мировой истории. Эти домыслы множатся и ветвятся. Авторам откуда-то удается узнать все больше и больше подробностей из «новохронологической истории» самых разных стран мира с тем, чтобы заполнить ими новые тома своих сочинений.

Особое прискорбие вызывает отчетливый дрейф этих сочинений в сторону все более явной и грубой тенденциозности. Тенденция банальна и примитивна: показать якобы научным способом, что русские (в союзе с ордынцами) были некогда властителями мира.

Так, в книге НХ еще не было сказано, что по-русски говорили во всем мире; лишь отдельные эпизоды могли наводить читателя на мысль, что авторы предполагают нечто близкое к этому. В книге СК этот абсурд уже формулируется без всякого смущения. В НХ еще не было речи о том, что русско-ордынский флот овладел Америкой. В СК это сказано черным по белому. И т. д. И, конечно, предельно вызывающий характер носит само название книги: «Старые карты Великой Русской Империи» – ведь читатель сразу же видит, что речь идет о картах мира (одна из таких карт для полной наглядности даже воспроизведена на обложке).

Фантастическая идея некогда существовавшей могущественной русско-ордынской империи, которая якобы подчинила себе весь мир, но впоследствии была развалена подрывными действиями Запада, увы, очевидным образом смыкается с содержанием многочисленных публикаций (в печати или в Интернете), не имеющих никакого отношения к науке и открыто проповедующих идеи якобы извечного величия Руси (России) и якобы извечной враждебности Запада. Чего стоит одно только «открытие», что Иисус Христос родился и провел детство и значительную часть жизни на Руси.

А. Т. Фоменко попадает тем самым в компанию невежественных и грубо тенденциозных графоманов, осчастливливая их тем, что в их сообществе имеется теперь и академик Российской Академии наук.

Литература

Голубцова, Смирин 1982 – Е. С. Голубцова, В. М. Смирин.О попытке применения «новых методик статистического анализа» к материалу древней истории // «Вестник древней истории». 1982, № 1; перепечатано в: История и антиистория–1 (с. 82–130) и История и антиистория –2 (с. 82–130).

История и антиистория – 1 – История и антиистория. Критика «новой хронологии» академика А Т. Фоменко. М., 2000.

История и антиистория – 2 – История и антиистория. Критика «новой хронологии» академика А Т. Фоменко. Анализ ответа А. Т. Фоменко. М., 2001.

Красильников 2001 – Ю. Д. Красильников. Затмения Фукидида // «Так оно и оказалось». Критика «новой хронологии» А. Т. Фоменко (ответ по существу). М., 2001. С. 294–314.

НХ – Г. В. Носовский, А. Т. Фоменко. Новая хронология и концепция древней истории Руси, Англии и Рима. Изд. 2-е. Т. 1–2. М.: Издательский отдел Учебно-научного центра довузовского образования МГУ, 1996. Тома 1 и 2 обозначаются соответственно, как НХ-1 и ИХ-2.

Пономарев 1996 – А. Л. Пономарев. Когда Литва летает или почему история не прирастает трудами А. Т. Фоменко // Информационный бюллетень Ассоциации «История и компьютер». № 18 (1996); перепечатано в: История и антиистория – 1 (с. 191–217) и История и антиистория – 2 (с. 191–217).

Семиотика – 15 – Ученые записки Тартуского гос. ун-та. Вып. 576. Типология культуры. Взаимное воздействие культур. – Труды по знаковым системам, 15. Тарту, 1982.

СК – Г. В. Носовский, А. Т. Фоменко. Старые карты Великой Русской Империи (Птолемей и Ортелий в свете новой хронологии). СПб.: Издательский Дом «Нева», 2005.

Фасмер – М. Фасмер. Этимологический словарь русского языка. Т. 1–4. М., 1964–1973.

Чувардинский 2007 – В. Г. Чувардинский. История с географией. Как приостановить победное шествие математических историков. Апатиты, 2007.

* * *

27

Мы уже не обращаем здесь внимания на то, сколько дополнительных операций, помимо «обратного прочтения», требуется для превращения БЕЛ в АЛЬБ. Ирония ситуации состоит в том, что название Albion и в самом деле произведено от слова со значением «белый», но только это латинское albus, никак исторически не связанное с русским словом белый.

28

Здесь и ниже мы опускаем обозначение СК в группах тесно следующих друг за другом примеров.

29

Далее слово «якобы» опускаем, иначе мы устали бы его повторять.

30

Оно и верно: назвать город просто Орда все-таки как-то недостаточно выразительно; то ли дело Орда-Орда!

31

В НХ мы читали, что латынь была «создана» в 12–13 веках. Но подобных несхождений в 4–5 веков и любых других внутренних противоречий в сочинениях «новых хронологов» такое великое множество, что на них смешно обращать внимание. «Новые хронологи» не успевают и не считают нужным следить за такими мелочами: на их последователей такие вещи не производят никакого впечатления.

32

Так что Колумб – это скорее всего просто русский человек Коля. Надеюсь, что в следующем томе сочинений АТФ этот случайно не замеченный им факт уже займет свое законное научное место.



Источник: Издательство «Русский Mip» ОАО «Московские учебники». Москва 2010

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс