С. Девятова
Православные старцы XX века

Блаженный Иоанн (Максимович) Епископ Василий (Родзянко Владимир Михайлович) Старец Николай (Гурьянов)

Епископ Василий (Родзянко Владимир Михайлович)

(1915–1999)

 

22 мая 1915 года в родовом имении Отрада Екатеринославской губернии (недалеко от Днепропетровска) в многодетной семье помещика Михаила Михайловича Родзянко родился седьмой ребёнок, мальчика назвали Владимиром.

Деду Владимира, Михаилу Родзянко, удалось узнать, что по решению революционного правительства “вся семья бывшего Председателя Государственной Думы до последнего внука” была приговорена к смертной казни. “Последним внуком” Председателя Государственной Думы предреволюционной России был Владимир. Вся семья вынуждена была покинуть родину. Владимир на всю жизнь запомнил те страшные годы, единственное светлое впечатление о тех днях связано с посещением храма. Маленького Владимира мама привела впервые в церковь в городе Анапа. Мальчику очень хотелось увидеть иконы, но кругом стояли взрослые люди и горячо молились. Ребёнок с горечью думал о том, что такие большие люди не могут понять, что ему, маленькому, ничего не видно.

Владыка Василий вспоминал: “Но, вдруг они всё поняли, и все встали на колени. Я увидел красивый иконостас, украшенный золотом, чудные иконы. Вдруг, что-то случилось, и все как один заплакали. Потом я понял, что это было прощание с Родиной. Многие из этих людей, так и не вернулись в Россию”.

Сербия дала русским беженцам “Рай на земле”, после всех ужасов, перенесенных во время революции, после чудовищных условий в трюме английского военного корабля, когда “на каждый метр приходилось по две-три семьи беженцев”.

Детство шестилетнего Володи кончилось с появлением в доме гувернёра. Бывший белогвардейский офицер, тайно ненавидевший деда, вымещал всё зло на внуке, в дальнем сарае он ремнём избивал мальчика, ставил на колени на сухую кукурузу, ждал до тех пор, пока на его коленях не выступали капли крови.

Владыка Василий позже вспоминал: “Жизнь померкла для меня... У меня не было интереса к жизни”.

В 1925 г. десятилетний Володя поступил в 1-ю классическую Русско-сербскую гимназию в Белграде. Володя часто прислуживал в алтаре русской Троицкой церкви в Белграде. Здесь он познакомился с молодым иеромонахом Иоанном (Максимовичем), будущим архиепископом Сан-Францисским, прославленным впоследствии в лике святых.

Отец Иоанн, очень любивший детей, стал осторожно врачевать душевные раны Володи.

Владыка вспоминал: “Он сумел показать мне иной мир, светлый, замечательный, тот рай, в котором мы были, и из которого были изгнаны. Для меня началась новая жизнь...”.

Перед отъездом в Битольскую семинарию отец Иоанн представил Володю митрополиту Антонию (Храповицкому). Любовь отца Иоанна и митрополита Антония спасла измученного мальчика, благодаря им он выбрал свою жизненную стезю.

Владыка вспоминал: “Моя мать незадолго до кончины сказала:

– Прости меня, что я по недосмотру дала мучить тебя, когда ты был ребёнком.

– Мама, это было по промыслу Божиему. Не будь того, что случилось со мной в детские годы, не стал бы я тем, кем являюсь сейчас...”.

Позже в одной из своих проповедей Владыка Василий скажет: “Любите друг друга. Кто знает, какая-то капля любви к ближнему, приведёт его не на левую, а на правую сторону... Любовь, какая бы она не была, может поставить нас на правую сторону, а не на левую на Страшном суде, когда будет окончательное разделение между добром и злом. Как бы не было трудно в этом мире..., если хотя бы маленькое зёрнышко любви чистой, жертвенной есть в сердце, значит ещё не всё потеряно, есть возможность спастись”.

Однажды, после службы, Владимир провожал иеромонаха Иоанна. По дороге состоялся разговор, после которого мальчик принял решение посвятить всю свою жизнь служению Господу. Блаженный Иоанн тогда сказал Володе: “Ты уже взрослый и многое понимаешь. Когда ты вырастешь совсем, ты должен стать священником, чтобы молиться о своём деде. Он был хороший, верующий человек, но обстоятельства сложились так, что он много вреда принёс России и Царскому семейству. Ты должен молиться всю жизнь, чтобы Господь его простил...”

Спустя много лет в 1998 году Владыка Василий, будучи в Царском селе, в Федоровском соборе произнёс короткую проповедь:

– Мой дед хотел только блага для России, но как немощный человек он часто ошибался. Он ошибся, когда послал своих парламентариев к Государю с просьбой об отречении. Он не думал, что Государь отречется и за своего сына, а когда узнал это, горько заплакал, сказав: “Теперь уже ничего нельзя сделать. Теперь Россия погибла”. Он стал невольным виновником той екатеринбургской трагедии. Это был невольный грех, но всё-таки грех. И вот сейчас в этом святом месте, я прошу прощения за своего деда и за себя перед Россией, перед её народом и перед царской семьёй, и как епископ властью, данной мне от Бога, прощаю и разрешаю его от невольного греха”.

В 1933 г., окончив гимназию, Владимир поступил на богословский факультет Белградского университета, который окончил в 1937 г., а в 1938 г. вступил в брак с Марией Кулюбаевой, дочерью священника. В том же году он приступил к работе над диссертацией в Оксфорде. В 1939 г. в семье Родзянко родился первый ребёнок.

В 1940 году состоялось рукоположение. Владимира рукополагал во священники митрополит Анастасий, тогдашний глава Русской Зарубежной Церкви.

Примечательно то, что отцу Владимиру выпала роль миротворца: он как посыльный принимал участие в переписке митрополита Антония с митрополитом Евлогием, в результате которой было возобновлено литургическое общение двух ветвей Русской Церкви в изгнании.

В 1941 г. отец Владимир должен был стать настоятелем домовой церкви в гимназии, где преподавал Закон Божий, но началась война.

6 апреля, в канун Благовещения, отец Владимир служил свою первую литургию под бомбами в городе Нови Сад. Во время войны отец Владимир был настоятелем сельского прихода и секретарем Красного Креста. Множество людей обязаны ему спасением от ужасов войны.

В Сербии после войны на стёклах домов стали появляться иконы святых Кирилла и Мифодия, святых апостолов Петра и Павла, иконы Богоматери и Спасителя, отец Владимир служил молебны перед чудотворными образами. Титовские власти начали изымать и разбивать стекла, с чудотворными образами, жестоко преследовать тех, кто рассказывал о чудесно явленных, для укрепления веры, иконах. Сквозь века преследований и геноцида сербский народ сохранил и себя, и свою веру, и в послевоенные годы гонений на церковь вера, не смотря на угрозы властей, жила в сердцах людей.

Отец Владимир рассказывал: “С разницей в три года с битвой на Куликовом поле сербы сражались в Косово против порабощения с турками. Произошло нечто не от мира сего, и это вошло в учение сербской Церкви. Тогдашнему правителю Сербии царю Лазарю было открыто во сне, что он может выбрать либо царство земное, либо Царство Небесное. Если он выберет царство земное, то он выиграет битву, и все будет хорошо, но только до тех пор, пока он будет жить на земле. Если же царь выберет Царство Небесное, то народ проиграет эту битву, но никогда не потеряет православную веру, будет всегда иметь помощь свыше и сохранит свое место в Царствии Небесном”.

Царь Лазарь выбрал последнее. Царство Небесное выбирали и верующие, мужественно отстаивающие свои убеждения в пятидесятых годах двадцатого века.

В 1949 году отец Владимир был осуждён на восемь лет “за превышение дозволенной религиозной пропаганды”. Владыка Василий рассказывал, что в лагерях заключенных, не выполнявших дневную норму, а за один день нужно было “сделать 700 черепиц”, помещали в карцер – ледяной каменный мешок. Чтобы не замерзнуть, мученик за веру непрерывно совершал земные поклоны с Иисусовой молитвой, молился и о спасении матушки Марии с детьми. Матушка Мария, сразу после ареста мужа была уволена из школы как жена врага народа. Отец Владимир знал, что семья осталась без средств к существованию, и это больше всего беспокоило его. Однажды, измождённому отцу Владимиру, заснувшему на ледяном полу, во сне явился преподобный Серафим Саровский и успокоил:

– Тебе не нужно беспокоиться и отчаиваться. Я позабочусь о твоей семье.

Когда отец Владимир проснулся, сразу почувствовал, что тревога оставила его.

В тот же день его выпустили из карцера и перевели в другой лагерь, где ему пришлось прослушивать и переводить иностранные радиопередачи. А через некоторое время он получил письмо из дома, в котором матушка писала, что удостоилась чудесного видения: во время молитвы ей так же явился преподобный Серафим (в тот же самый день, в который он явился и ему).

Жизнь матушки изменилась, к ней начали обращаться родители бывших учеников, просили преподавать уроки английского языка частным образом.

Наконец, благодаря вмешательству английских друзей и лично архиепископа Кентерберийского, отец Владимир был освобожден. В 1951 г. он был выслан во Францию, откуда переехал с семьей в Англию. Будучи священником Сербского Патриархата в Великобритании, отец Владимир в 1955 г. начал вести на Би-би-си для слушателей в Советском Союзе и Восточной Европе религиозные радиопередачи, которые вскоре стали еженедельными. В радиопередачах транслировались и праздничные богослужения. Более двадцати лет он вел православные передачи для России по Би-би-си.

После смерти матушки Марии в 1978 г. о. Владимир принял монашество с именем Василий. 12 января 1980 г. он был хиротонисан во епископа Вашингтонского, викария митрополита Феодосия, предстоятеля Православной Церкви в Америке. С ноября 1980 по апрель 1984 г. являлся епископом Сан – Францисским и Запада, до этого он был викарным епископом Западно-Европейского Экзархата с пребыванием в Париже, епископом Брюссельским и Бельгийским.

Уйдя на покой, владыка Василий возобновил передачи для России на волнах радиостанций “Голос Америки” и “Радио Ватикана”. С 1991 г. он получил возможность продолжить эту деятельность непосредственно в России, где во время своих частых приездов принимал активное участие в работе радиостанции “София” (работавшей тогда на волнах Радио I), а также провел серию телебесед на религиозные темы. Он также записывал в Америке радиобеседы, которые затем звучали в российском эфире.

В последние годы Владыка обратил в Православие более трёх тысяч человек.

Однажды группа молодых протестантов, изучавших древние конфессии, попросили Владыку Василия прочитать курс лекций по Православию. Через два года круг изучающих православие расширился до трёх тысяч, спустя некоторое время все ученики стали православными.

Владыка Василий все свои силы и весь незаурядный духовный опыт отдавал служению Православию. Он являлся почетным настоятелем Свято-Николаевского храма в Вашингтоне, почетным настоятелем храма Малого Вознесения на Никитской улице в Москве, а в последние годы – деканом богословско-философского факультета частного университета Натальи Нестеровой.

Владыка Василий по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II почти полгода жил в Троице-Сергиевой Лавре, читая лекции и работая в библиотеке. В результате им была написана книга “Теория распада Вселенной и вера Отцов” (издана в 1996 г.), предлагающая читателю актуальное в наши дни рассмотрение соотношения Православия и научного знания.

Про Владыку Василия говорили: “Он – священник от Бога”.

Наместник одного из московских монастырей рассказывал, что в 1988 году он сопровождал Владыку Василия на богословскую конференцию, на которой Владыка должен был выступить с докладом в присутствии Патриарха, и других видных иерархов. Опаздывая к началу конференции, они торопливо спускались по лестнице жилого пятиэтажного дома. На одной из площадок они встретили пожилую женщину. Увидев человека в рясе, она попросила причастить умираюшую в больнице сестру.

– Конечно, – немедленно ответил Владыка Василий.

Когда его спутник возразил, напомнив, что они опаздывают, Владыка ответил:

– Что может быть важнее для священника, чем причастить умирающего?!

Не смотря на то, что они опоздали на конференцию, и в тот день никто не услышал доклад Владыки, он остался верен себе, его любовь к ближнему, стала примером не только для его спутника, но и для всех, узнавших об этом случае позже.

В конце 80-х годов в одном из приходов Костромской епархии был организован летний советско-американский лагерь православной молодёжи. Американскую группу возглавил Владыка Василий. По дороге в Горелец, в лесной глуши, на перекрёстке просёлочных дорог, машина в которой Владыка ехал, остановилась. На обочине стоял грузовик, а посреди дороги, возле перевёрнутого мотоцикла, лежал погибший мужчина. Над ним стоял сын. Владыка подошёл, спросил, был ли отец верующим. Сын сказал, что отец в церковь не ходил, но всегда слушал религиозные программы из Лондона и говорил при этом, что Родзянко – единственный человек, которому он верил. Владыка перекрестился и сказал:

– Этот священник, о котором говорил ваш отец, – это я.

Сын был потрясен. А Владыка прочитал отходную молитву и сказал:

– Промысел Божий привёл меня с другого конца света, именно в этот день и час, на этот перекрёсток, чтобы отдать дань тому, кто верил мне грешному. Давайте помолимся о его душе... И над погибшим пропели панихиду.

Из воспоминаний прот. Иоанна Свиридова:

– С епископом Василием я познакомился в 1988 году, когда он стал посещать Москву и живо интересовался переменами, происходящими в Церкви и в обществе. Его речь, осанка порой контрастировали с манерами, принятыми среди архиереев в советскую эпоху. Мятая и коротковатая ряса, клобук, покрытый не тонким шелком, а грубоватым сатином, слегка всклокоченная борода и ясные глаза. В нем можно было узнать не просто человека старой России и эмигранта, но русского интеллигента, посвятившего свою жизнь служению Церкви. Он много говорил, хотя писал мало. Его любили. И он сам любил людей. Он был человеком добрым и отзывчивым, чудаковатым и смиренным, достойным и святым.

Из воспоминаний Константина Кедрова:

-Восемьдесят четыре года его жизни вполне укладывается в те каноны, по которым строятся жития святых подвижников и просветителей. За месяц до своей кончины Родзянко приехал в Россию, где в Фонде культуры зачитал свое духовное напутствие. Мне посчастливилось присутствовать на этой встрече. Архиепископ призвал россиян не отказываться от самого главного духовного богатства – Веры Отцов. Он напомнил, что православие – религия всемирная, которая шире любых национальных пределов Православие совместимо только с любовью, но никак не с враждой и ненавистью.

Последние годы Владыка Василий тяжело болел.

Из воспоминаний В. Щербинина:

– Он был всегда бодр, живо интересовался всем, что происходит в России. За две недели

(до его кончины) во время телефонного разговора он сказал: “Ноги совсем не ходят... Служил литургию на Преображение, сидя, а в те моменты, когда сидеть нельзя, дьякона поддерживали меня. Милость Божия, что причастился”.

Тогда я вспомнил его слова, сказанные в один из приездов в Москву: “Пока могу стоять перед престолом, служить литургию – буду жить, а иначе жить незачем”.

Скончался епископ Василий в ночь на 17 сентября 1999 года, отпевание совершил митрополит Феодосий в сослужении трех архиереев в Свято-Николаевском кафедральном соборе в Вашингтоне. Была также отслужена панихида в Ново-Дивеевском монастыре Русской Зарубежной Церкви.

Молитвенная память о епископе Василии никогда не иссякнет у тех, кому Господь даровал радость видеть и слышать его. В утешение верующим остались работы старца, многосерийный документальный фильм “Епископ Василий (Родзянко): Моя судьба”, в котором Владыка Василий успел рассказать о своей жизни сам.

Размышления епископа Василия:

– Молитва Иисусова дана нам для покаяния, когда время безмолвно и безмятежно пребывает в благодати духа, в тишине глубокой хезихии, проникающей всюду, включая ежедневный труд. Она постоянна. Она не мешает земным занятиям, но даже освящает их.

Всякое нарушение этой молитвенной атмосферы всегда грех, а всякий грех возможен только вне её. Когда такое искушение случается, молитва Иисусова становится лестницей, выводящей нас от греха.

Вот ответ на вопрос: “Как можно постоянно молиться?” Люди говорят: “Я не могу бесконечно повторять Молитву Иисусову”. Но есть две возможности прекратить молитву – в безмолвной славе Святого Духа или в грехе. Это – “невидимая брань”. “Царство Небесное берётся усилием”.

Господи, упокой душу владыки Василия, со святыми упокой, и его молитвами спаси нас!


Блаженный Иоанн (Максимович) Епископ Василий (Родзянко Владимир Михайлович) Старец Николай (Гурьянов)