18-е число

– Пр. Иоанна, ученика Григория декаполита.

– Св. Космы, еп. халкидонского.

– Свв. мучч. Виктора, Зотика, Зинона, Акиндина и Севериана.

– Св. муч. Иоанна нового.

– Пр. Авксентия.

– (Муч. Иоанна Кулики. Преп. Евфимия и Антония и Феликса корельских. Максимовские иконы Богоматери).

От юности возлюбив богомыслие и смиренномудрие, преп. Иоанн пошел к св. Григорию (память его 20 ноября) в Исаврию, принял от него иночество и под его руководством упражнялся в иноческих подвигах с таким усердием и ревностью, что сам св. Григорий радовался о нем. Во время иконоборства, при Льве армянине (813–820), преп. Иоанн прибыл из Исаврии вместе с учителем своим, св. Григорием, в Константинополь для утверждения верующих в православии. Григорий здесь вскоре скончался. Преп. Иоанн после него до конца своей жизни жил в Константинополе и подвизался за почитание святых икон. Он скончался около 820 г. и был погребен св. Иосифом песнописцем при гробе св. Григория (Четьи-Минеи).

Св. Косма, родом из Константинополя, от юности оставил мир и постригся в монахи. Во времена иконоборства за свою праведную и святую жизнь был избран епископом халкидонским и был ревностным защитником иконопочитания, за что претерпел много скорбей вместе с преп. Авксентием. Скончался Косма в заточении, в царствование Льва армянина, в 9 веке (Четьи-Минеи).

Свв. мучч. Виктор, Зотик, Зинон, Акиндин и Севериан во время страдания великомученика Георгия уверовали в Иисуса Христа и открыто исповедали св. веру; за что и были посечены мечом в 303 г., в Никомидии (Четьи-Минеи).

Св. муч. Иоанн родился в городе Янине (в греческой области Эпире) от боголюбивых и благочестивых родителей. Воспитанный ими в страхе Божием, он с молодых лет постоянно посещал свв. храмы и внимательно слушал там слово Божие, а в свободное от сего время усердно занимался портняжным ремеслом. Из заработанных денег он одну часть употреблял на милостыню бедным, другую отдавал родителям, а третью расходовал на свои нужды. По смерти своих родителей Иоанн отправился в Константинополь и открыл там мастерскую. Господь споспешествовал ему за его целомудренную и святую жизнь. Константинополь в то время находился под властью турок, многие из христиан, в числе коих ремесленники и торговцы, совращены были ими в магометанство. Некоторые из этих отступников завидовали успехам занятий Иоанна. Эта зависть перешла в открытую вражду и ненависть, когда Иоанн стал обличать их в отступлении от христианской веры. Они решились, во что бы то ни стало, склонить его самого к магометанству или же погубить его. С этою коварною целью отступники часто искушали Иоанна, говоря между собою в его присутствии: «Как жалко видеть христианином такого прекрасного и мужественного юношу, который единственно для дневного пропитания занимается таким презренным ремеслом. Если бы он оставил свою веру и принял нашу, тогда получил бы от султана великие почести и нажил бы огромное состояние». Но Иоанн был глух к этим льстивым обещаниям. Любовь ко Христу и твердость в вере для него были дороже и выше всего. В душе Иоанна явилось даже сильное желание пострадать за Христа и пролить за Него кровь свою. Об этом желании Иоанн сообщил своему духовнику, протоиерею константинопольской церкви, по прозванию Калофету. Выслушав внимательно сердечную исповедь Иоанна, опытный духовник отсоветовал ему так самоуверенно желать мученичества. «Помни, чадо, – сказал он духовному своему сыну, – что дух бодр, плоть же немощна, как сказал Господь. Знай и то, что подвиг мученичества требует приготовления, – поста и продолжительных молитв к Богу, чтобы ум твой мог очиститься ими, и потом уже Бог откроет тебе, что должно делать. Воля Божия открывается обыкновенно в светлых возвышенных видениях, сопровождаемых какими-нибудь божественными знамениями». В виду этих убеждений Иоанн повиновался своему духовнику. Но на другой день, весь сияя от радости, Иоанн опять приходит к нему и говорит: «знаешь ли, честный отче, что Господь открыл мне волю Свою! В эту ночь снилось мне, будто бы я плясал среди огня, как отроки вавилонские, и славословил Христа. Итак молю тебя, напутствуй меня своими молитвами, благословением и приобщением св. таин». После этого духовник не решался более удерживать его; он приобщил Иоанна св. Христовых тайн, благословил на предлежащий подвиг и, обещая молиться за него Господу, отпустил с миром. С радостью возвращался Иоанн в свою мастерскую, размышляя о предстоящем подвиге. В это время, как бы согласясь между собою, подступили к нему отступники – соседи его – и начали уговаривать его принять магометанскую веру. Но не успев в этом, они начали клеветать на Иоанна, будто он еще в городе Трикке (близ Янины) отвергся от Христа. «Нет, сказал Иоанн, я никогда, нигде не отрекался от Христа, Бога моего, и готов умереть за Него. Возможное ли дело оставить Христа, моего Создателя и Бога, и последовать Магомету, лжецу и врагу Христову? Я презираю и Магомета, и веру его. Делайте со мною, что хотите, и чем более будете тиранить меня, тем более добра сделаете мне». Отступники бросились на Иоанна, схватили его и, осыпая палочными ударами, повлекли к судье. Здесь они обвиняли Иоанна в том, что будто он прежде исповедовал магометанскую веру, а потом порицает ее и называет себя христианином. Иоанн с твердостью исповедал себя христианином и очень резко обличал учение Магомета и его последователей. Толпа магометан пришла в ярость. Страдальца схватили и били без милосердия; он же терпеливо переносил эти страдания, прося Бога только о том, чтобы Он помог ему доблестно окончить мученический подвиг. Затем мученика связали двумя цепями и повели в темницу. Его вели за волосы и в то же время били по щекам и попирали ногами. В темнице страдалец находился целую неделю, с пятницы страстной недели до пятницы светлой недели, томимый голодом и жаждой. По прошествии недели, Иоанна привели опять к судьбе, и начались обычные допросы и увещания принять магометанство. Страдалец был непоколебим. «Я Христов раб, – мужественно говорил он, – Христу последую, за Христа умираю, чтобы жить с Ним вечно». И затем запел среди толпы: «Христос воскресе из мертвых…» Рассвирепевший судья присудил доблестного воина Христова на сожжение. Когда костер был приготовлен и зажжен, мученик сам вошел в пламя, и вошел с светлым лицом, как бы в прохладное убежище. Этот смелый поступок мученика привел в ярость мучителей. Они вытащили его из огня и снова подвергли жестоким пыткам, а потом отсекли ему голову (в 1526 г.) и бросили ее с телом в огонь. Верующие собрали останки мощей св. мученика и перенесли в Великую церковь. Там совершили над ними всенощное бдение и положили их на приличном месте в патриаршей церкви, где они и до сих пор источают чудеса (Четьи-Минеи).

Преп. Авксентий подвизался вместе с Космою, еп. халкидонским, в 9 веке (сего Авксентия следует отличать от преп. Авксентия, который присутствовал на 4-м вселенском соборе и память которого 14 февраля. Четьи-Минеи).

Муч. Иоанн Кулика пострадал от турок в 1564 г. (Месяц. Вост. А. Сергия. Т. 2, стр. 100).

Необозримо велик, но дик, мрачен и немноголюден Корельский берег Белого моря! Он покрыт почти везде тундрами. Свинцовые облака, частые туманы, а Зимою частые снежные метели производят мрачное настроение в душе путника. Только летом неглубоко оттаявшая почва разнообразит природу чахлыми, искривленными, стелющимися по земле березками, да мхами, покрывающими тундры, над которыми носятся мириады насекомых, отравляющие жизнь и человека и животных. На этом берегу издавна кочуют дикие племена корелов и лопарей со стадами оленей. Об их вере вот что говорит старинная Соловецкая повесть: «древле быша сии родове, яко зверие дивии, живущие в пустынях непроходимых… Отнюдь Бога истинного, единого и от Него посланного Иисус Христа ни знати, ни разумети хотяху; но имже кто тогда чрево насытит, тогда оно и бога си поставляше; аще иногда каменем зверя убивает, камень почитает и аще палицею поразит ловимое, палицу боготворит, еже и ныне в самоедах зловерие закаменелое обретается, еще и в лопарях, обаче отчасти» (Досифея опис. Солов. мон.1:40). Вот на каком берегу и среди каких людей поселился в 1410 г. преп. Евфимий!

Подвижник Божий, полный любви к людям и истине небесной, просвещал и словом и жизнию сидящих во тьме и сени смертней (Мф.4:16). В новообращенных христианах он воспитал искреннюю любовь к святому подвижничеству и основал на Корельском берегу Николаевский монастырь. Но норвежцы вскоре напали на монастырь, сожгли церковь и умертвили несколько иноков. Нужно было вновь устроить обитель, и преподобный принялся за это св. дело с самыми скудными средствами. В это время сыновья новгородской посадницы Марфы, благочестивые и добродетельные Антоний и Феликс, осматривая имения на Корельском берегу, принадлежавшие матери, утонули в устье р. Двины. Пораженная горем, мать дала богатые средства Евфимию для устроения обители. Преподобный скончался около 1435 г. Мощи его, прославленные чудесами, открыты в 1647 г. В рукописных святцах Корельского монастыря имена Антония и Феликса внесены в число святых. Над гробами их сперва стояла часовня, а с 1719 г. существует храм во имя Сретения Господня (Русс. св. Филарета, арх. черн. Ист. Росс. Иер. Ч. 4, стр. 630. Правосл. Собеседн. 1860 г., стр. 12–13).

О явлении этой иконы и самом времени явления так гласит надпись на этой иконе: «Сей святый и чудотворный образ Пресвятой Богородицы написан бысть в лето 6807 (1299) по видению Максима, митрополита владимирского и всея России чудотворца, родом грека, по пришествии его из Киева во Владимир, когда он, от путного шествия в келлии своей мало уснув, абие видит, аки яве, свет велик и необычен, и в том свете явися ему Пречистая Дева Богородица, держащи на руку Предвечного Младенца, и глагола: рабе Мой Максим, добре пришел еси семо посетити град Мой, и подаде ему омофор, глаголя: приими сей омофор и паси во граде Моем словесные овцы; он же прием, возбудися от сна, и в келлии никого же виде, а омофор обретеся в руце его. Он же страхом объят бысть на мног час, абие поведа великому князю Андрею, и построиша ковчег злат, и положиша в него той омофор, и прославися сие чудо по всей Русской земле и в Палестине, и повеле написати сей образ тем подобием, якоже виде Максим святый, а омофор святый во время безбожного царевича Талыча, егда плени град и разори, где скончался, неведомо»¹.

Таким образом явление Богоматери митрополиту Максиму служило знамением небесного благословения на перенесение митрополии из Киева во Владимир. Икона изображает Богоматерь во весь рост, пред Нею – митрополита Максима, стоящего на коленах и принимающего из рук Богоматери омофор. Икона эта прославилась многими чудесами и теперь находится во Владимире (на Клязьме), в соборной кафедральной церкви (Дни богосл. Дебольского. Ч. 1, стр. 178. Слава Богом. Ч. 3, стр. 40. Взгляд на достопамят. Владимира. Москва. 1846 г. стр. 64–65).