5-е число

– Предпразднество просвещения.

– Св. муч. Феонемпта, епископа никомидийского, и Феоны волхва.

– Пр. Синклитики.

– Пр. Аполлинарии.

– Пр. Григория. Пр. Фостирия.

– Св. прор. Михея.

– Преп. Мины синайского.

– (Муч. Феоида. Муч. Саиса. Преп. Татианы. Преподобномуч. Романа из Карпенисия. Муч. Аммы).

Во время первого своего гонения на христиан царь Диоклитиан (284–305) пришёл из Рима в город Никомидию, поставил в нём много идолов и велел всем покланяться им. Первым мучеником, пострадавшим от нечестивого царя, был Феопемит, епископ никомидийский. Он был твёрдый защитник Христовой веры и строгий обличитель язычества. Когда его представили царю и потребовали, чтобы он поклонился идолам, то Феопемпт сказал гонителю: «это не боги, которым ты покланяешься: они не дышат и не говорят, не могут сделать ни добра, ни зла; истинный же Бог есть Бог на небе; Он сотворил небо и землю, море и всё, что в них». «Я не затем тебя призвал, – возразил разгневанный царь, – чтобы ты разглагольствовал предо мною, а затем, чтобы ты принёс жертву богу Аполлону». «Я никогда не принесу жертвы такому богу, – отвечал святой Феопемпть, – какими-бы муками ты не грозил мне; ибо в писании сказано: не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убити; а так как ты имеешь власть над моим телом, то и делай с ним, что знаешь». Царь повелел раскалить печь и бросить в неё епископа. Воины царские разжигали печь от утра до полудня; наконец святитель остановил их и сказал: «погодите немного, и я покажу вам силу Бога моего». Сказав это, он бросился в раскалённую печь. Воины, думая, что он сгорел, ушли от печи. В полночь святой муж вышел из печи и пошёл к царскому дому; пред ним все двери дома сами собой растворились, и он свободно вошёл в спальню царя. Разбудив его, святитель сказал: «Я Феопемпт епископ, раб Иисуса Христа, не умер, хотя ты и повелел погубить меня». Сказав это, святой ушёл опять в печь. Ужас и изумление овладели царём. Встревоженный этим неожиданным явлением святителя, царь рано утром призвал воинов и спросил: «бросили ли вы того христианина, которого я приказал, в раскалённую печь?» «Господин, – отвечали воины, – мы ввергли его вчера в печь, и он сгорел». Царь со своими служителями пошёл к печи и, увидав святого в пламени славящего Бога, пришёл в немое изумление. Обратясь к предстоящим, он сказал: «смотрите, какую силу имеет христианское волшебство!» Святитель выведен был из печи невредимым; на место его царь повелел бросить в печь собаку, желая убедиться, не совершится ли и над нею такого же чуда, но собака в огне тотчас же сгорела. Тогда царь сказал святителю: «Подвергну тебя сильнейшим мукам, как нечестивца, обольстителя и волхва!» И повелел царь заключить святого в тесную темницу, не давать ему ни хлеба, ни воды до тех пор, пока захочет его судить пред народом. И пробыл в темнице святитель 22 дня без пищи и воды, укрепляемый Богом. По прошествии этого срока, царь пошёл со служителями к темнице, желая видеть, жив ли ещё епископ. Его нашли живым и весёлым. Диоклитиан в бессильной ярости и злобе не знал, что с ним делать. Желая вразумить царя, епископ сказал ему: «до каких пор ты будешь иметь ослеплённое сердце и не познаешь истинного Бога, в Которого я верую! Он даёт мне силу и крепость легко и без боли переносить твои муки». Ожесточённый царь повелел выколоть святителю правый глаз, вложить его в правую руку мученику и опять отвести в темницу. Но Господь исцелил верного Своего раба, и правый глаз его опять сделался таким же, как и прежде, – здоровым и целым. Когда же царь узнал об этом, закипел сильнейшим гневом на мученика и послал указ по всему царству найти немедленно такого волхва, который бы мог победить христианское волшебство, и за это обещаны были волхву великие почести и награды. Вскоре нашёлся волхв, именем Феона, который обещал пред царём посрамить христианское волшебство. Обрадовался царь прибытию такого волхва и потребовал от него, чтобы он прежде всего сам совершил какое-нибудь чудо. Феона попросил привести самого свирепого вола; волхв пошептал что-то ему на ухо, и вол распался на две равные части. Чтобы ещё более убедить царя в своём волшебном искусстве, Феона попросил принести весы, на которых свешены были обе части животного, и они оказались совершенно равными по весу. Тогда немедленно приведён был из темницы епископ. Обращаясь к нему, царь сказал: «Я знаю, что ты волхв, но вот пришёл из земли египетской другой волхв, и я хочу узнать, кто из вас искуснее в волшебстве». «Я сделаю над тобою два опыта волшебства, – сказал волхв епископу, – и если ты останешься после них здрав, то и я уверую в твоего Бога». Сказав это, Феона сделал из муки́ две небольшие лепёшки, в которые положено было ядовитое вещество, и дал съесть их епископу. Но ядовитые лепёшки нисколько не повредили ему. Епископ остался здрав. Удивлённый Феона захотел другим волшебным средством повредить святителю. Он взял чашу с водой, всыпал в неё несколько ядовитой травы и дал выпить епископу; но святой и после этого остался невредим. Тогда Феона упал к ногам епископа и воскликнул: «Нет иного истинного Бога, кроме единого Иисуса, в Которого ты веруешь!» Затем обратясь к царю, он сказал: «Я христианин и Распятому покланяюсь!» «Велико волшебство христианское!» – воскликнул закоснелый в язычестве царь и повелел обоих исповедников отвести в темницу, где епископ утвердил Феону в христианской вере, переименовал его Синесием, т. е. исполненным разума, и крестил. На другой день утром святитель опять приведён был к царю. После напрасных попыток склонить святителя к отречению от Христа и поклонению идолам, царь повелел растянуть святого на земле навзничь, привязать руки и ноги к четырём деревьям, принести большой камень, который едва могли снести восемь человек, и положить на живот мученику. Но во время молитвы мученика, камень сам собою поднялся и откатился от него на далёкое расстояние. Не вразумился и этим чудом Диоклитиан. Он повелел повесить святого за ноги вниз головой, на шею его повесить большой камень и оставить его в таком положении от утра до третьего часа дня. После этого царь приказал вдруг обрезать верёвку, на которой был повешен епископ, чтобы при падении мученик разбил себе голову о камень; но святой силой Божией остался невредим и стал прямо на ноги. Истощив все средства к погублению святителя, мучитель наконец приказал отсечь ему голову. Святой с радостью принял это известие и воскликнул: «благословен Бог и Отец Господа моего Иисуса Христа, удостоивший меня достигнуть того дня, которого я желал во всякое время. Молю Тебя, Господи, помяни меня всегда и в сей час!» Сказав это, святой епископ преклонил колена и был усечён мечом в 303 г. После мученической кончины Феопемпта, царь велел привести к себе Феону, уверовавшего во Христа, и всеми средствами, ласками, обещанием наград и угрозами старался расположить его к отречению от Христа и поклонению идолам; но, видя непреклонную твёрдую волю Феоны, он повелел бросить мученика в глубокий ров и засыпать его живого землёй. Для большего поругания над исповедником Христовым приведены были свирепые лошади, которые истоптали насыпанную землю. Так скончался мученическою смертью исповедник Христов Феона в том же 303 г.⁴⁵

В ветхом завете брак был честен так, что все дщери в избранном народе Божием желали непременно иметь чад, а бесчадие считали великим несчастием, имея в виду скорее произвести на свет то обетованное ещё в раю прародителям Семя, Которое должно сокрушить главу змия, и о Котором должны благословиться все народы земные. Язычество же вообще не любило девства, оно даже наказывало бездетных. В новом завете примером Пресв. Девы Марии превозвышено более брака девство. Вслед за Матерью Божией, во исполнение слов пророческих: приведутся Царю девы в след Её, в новозаветной церкви пошли целые лики девственников и девственниц в чертоги небесного царствия. Св. отцы церкви не находили довольно слов, чтобы достойно восхвалить девство. Многие из девственниц оставляли суетный мир и устремлялись в пустыни, где проводили время в безмолвном уединении и в подвигах строгого поста и непрестанной молитвы. Слава о высокой жизни таких подвижниц привлекала к ним много других дев и жён, ревнующих о спасении своей души, для которых они были руководительницами и наставницами в жизни. К числу таких подвижниц принадлежит и преп. Синклитикия.

Преп. Синклитикия родилась в Александрии от знатных и богатых родителей и была воспитана ими в христианском благочестии. Дочь зажиточных родителей и прекрасная лицом, Синклитикия рано увидала женихов, искавших руки её. Родители её также желали выдать её замуж; но она всем сердцем и душой отдалась Богу и возлюбила одного Небесного Жениха, Иисуса Христа, другого жениха не желала знать. Преданная одному Богу, она не увлекалась никакими земными благами и сокровищами; ни награды, ни дорогие каменья не интересовали её, истинное утешение она находила лишь в молитве и богомыслии. В молодом своём теле она видела самого опасного для себя врага, поэтому она смиряла свою плоть строгим воздержанием и постоянными трудами. По смерти своих родителей она свободнее отдалась той подвижнической жизни, которую избрала давно душой. Она раздала бедным всё богатое имение, доставшееся ей после родителей и с своей слепой сестрой скрылась в одной гробнице, принадлежавшей её родителям. Здесь она посвятила себя уединённой безмолвной жизни, пребывая в посте и молитве. В знак полного отречения от мира и его радостей она стригла на голове свои волосы, которые, женщина того времени считала лучшим украшением своего пола. Много св. подвижнице пришлось перенести искушений в своём новом жилье! Прежде всего она чувствовала сильное восстание плоти. Желая победить это искушение, она усиливала свои подвиги: ела только хлеб из отрубей, немного пила воды, спала на голой земле. С ослаблением искушения смягчалась и строгость её к себе. Поистине, она жила с духовным рассуждением! Соблюдая пост, она не простирала его до того, чтобы расстроить своё здоровье. Когда в душе её вообще зарождались нечистые помышления, она, забывая пищу и покой, преклоняла колена и предавалась пламенной молитве к Богу. И Господь оказывал верной рабе Свою чудную помощь: нечистые её помыслы быстро рассеивались и исчезали. Слава о подвижнической жизни Синклитикии быстро стала распространяться по окрестным местам. Многие благочестивые жёны, искавшие спасения своей души, приходили к ней, чтобы поучаться её жизнью и пользоваться её мудрыми советами. Синклитикия, считая себя недостойной поучать своих посетительниц, сначала отказывалась быть наставницей их, указывая им на свящ. писание, как на дивный источник всякой духовной мудрости. Но наконец, вынуждена была уступить настойчивым просьбам ревнующих о душевном спасении. И около неё собралось целое общество девственниц. Синклитикия руководила их в подвижнической жизни, убеждала любить Бога и ближних, не ослабевать в труде и молитвах и собой подавала живой пример высокой христианской жизни. Прекрасные советы, какие она давала руководимым ею девственницам, глубоко напечатлевались в сердцах их. Эти советы даже записывались для будущих времён и ценились всегда очень высоко.

«Живя в общежитии (киновии), – говорила она, – мы должны предпочитать послушание подвижничеству. Последнее располагает к высокомерию, а первое к смирению. Мы должны с рассуждением управлять своей душой. Так как живём мы в киновии, то не надобно нам приобретать собственность и не надобно служить своей воле; мы, как бы ссылая себя, предали всё по вере духовному отцу, отреклись от всего мирского... Враг наш часто воздвигает внутреннюю брань, припоминает отшельницам красивые лица, нескромные разговоры. Не до́лжно сдружаться с такими представлениями, они пролагают путь ко греху. Если явится в твоей мысли образ красивого лица, гони его вон, – представь всё тело любимого предмета в смердящих ранах и гное, представь мёртвым трупом, и порочное желание оставить душу. В этом веке нет для нас безопасности. Кто стоит, говорить Апостол, пусть остерегается, чтобы не пасть. Плывём мы в неизвестной стороне... Хорошо не гневаться. Но если случится предаться гневу, то не позволено тебе и дня оставаться в этой болезни. Солнце да не зайдёт во гневе вашем⁴⁶. Зачем ты ненавидишь оскорбляющего тебя человека? Гневайся на болезнь его, если можешь, а не на больного. Гнев ещё меньшее зло; самое тяжкое зло – злостное памятование о зле. Гнев, на короткое время встревожив душу, проходит, а злопамятование делает её лютее зверя. Не слушай речей злословия, чтобы не быть вместилищем чужих пороков. Если примешь в себя нечистые речи, положишь пятно на свою молитву. Наслушавшись худых отзывов, на всех будешь смотреть косо и ненавидеть без всякой причины. Люби врагов, не презирай беспечных и нерадивых... Враг нападает сперва объедением, негой и любодеянием. Эти ветры дуют особенно на возраст молодой. Когда душа воздержала чрево, победила чистотой чувственные удовольствия, является гордость; в уме являются мысли о первенстве, учении, дарованиях, заслугах... Болезнь и раны служат к истреблению похотений; пост и земные поклоны предписаны нам также для укрощения страстей... Великий подвиг терпеливо переносить болезни и среди их благодарить Господа».

Все эти наставления составляют плод опытной мудрости, глубокого самонаблюдения, высокой аскетической жизни св. Синклитикии. В себе самой она явила пример терпения, подобного терпению Иова. Будучи уже 180 лет, она впала в тяжкую болезнь: многие части тела её были покрыты струпьями, издавали зловоние и предавались гниению. В таком болезненном состоянии она находилась более трёх лет. Несмотря на такое продолжительное страдание, она не произнесла ни одного слова ропота на Бога, наоборот переносила свою тяжкую боль с редким терпением и твёрдым духом, будучи уверена, что за тяжкие испытания Бог пошлёт ей вечное утешение и радость на небе. Небесного утешения она сподобилась ещё перед смертью. Великая подвижница видела лики св. ангелов и пресветлых дев, которые звали её к себе в рай. После этого явления преподобная недолго жила. Она скончалась мирно, предсказав своим приближённым за три дня день и час своей смерти. Смерть её последовала около 350 года⁴⁷.

Преподобная Аполлинария была дочь Анфемия, первого вельможи в греческой империи. Отец её, в малолетство Феодосия младшего, управлял государством и почитался временным царём. У. Апфемия были две дочери, младшая от рождения больная, подвергавшаяся по временам припадкам беснования, и старшая Аполлинария. Аполлинарию, как дочь первого царского вельможи, впереди ожидали разные удовольствия и почести мирские. Собой она была прекрасна, сыновья первых сановников добивались руки её. Но она решилась обручиться единому жениху – Господу и дала обет навсегда пребывать девой. Почувствовав сладость любви к Богу, Аполлинария стала просить у своих родителей позволение отправиться в Иерусалим на поклонение святым местам. Родители, страстно любившие свою дочь, не соглашались отпустить её от себя в такой дальний путь. Наконец они уступили усиленным просьбам её; собрали её в путь, отпустили с нею несколько человек рабов и рабынь и дали ей на дорогу много золота и серебра. Прощаясь со своей дочерью, родители сказали ей: «иди, дочь, исполни обет свой и помяни нас на святых местах»! «Как вы исполняете желания моего сердца, так и Бог исполнит всякое ваше прошение и в день печали избавит вас!» – сказала Аполлинария родителям. Они расстались. Аполлинария отправилась на корабле в Палестину. Прибыв в Иерусалим, она со слезами преклоняла колена пред святыми местами, освящёнными стопами Спасителя, посетила женские монастыри, раздала много денег бедным и отпустила на волю лишних слуг. Из Иерусалима Аполлинария отправилась в Александрию для поклонения св. мощам мученика Мины. Правитель александрийский, узнав о приезде Аполлинарии, послал знатных людей встретить и приветствовать её, как царскую дочь; но она, не желая этой чести, вошла в город ночью, пришла в дом правителя, и сама первая поклонилась ему и жене его. Изумлённый и смущённый этим правитель бросился к ногам Аполлинарии и воскликнул: «зачем ты так делаешь, госпожа! мы послали тебе поклониться, а ты, наша госпожа, кланяешься нам!» «Не делайте мне никаких почестей, я не люблю их, – отвечала Аполлинария. – Теперь прошу вас об одном: отпустите меня поскорее поклониться святому мученику Мине». Правитель и жена его поднесли ей дары и отпустили её с миром; но преподобная дары эти раздала нищим. В Александрии она посетила некоторые монастыри и церкви. Встретившись здесь с одной старицей, Аполлинария упросила её купить ей тайно мужскую монашескую одежду. Эту одежду она спрятала, в то же время отпустила на волю рабов и служанок своих, оставила при себе только двоих – одного старца и евнуха, с ними она села на корабль и отплыла в Лимн. Здесь наняла четырёх животных и поехала ко гробу св. мученика Мины. Поклонившись св. мощам, Аполлинария купила крытую повозку и поехала в скит поклониться живущим там святым отцам. Был вечер. Евнух шёл сзади повозки, старик-раб впереди управлял животными, Аполлинария же, сидя в закрытой повозке, молилась и просила Бога, чтобы Он помог исполнить задуманное ею намерение, жить где-либо в безмолвии и уединении. Ночью повозка остановилась у одного болота, около источника. Слуги Аполлинарии от усталости и утомления скоро задремали и заснули. Пользуясь сном их, Аполлинария сбросила с себя одежду, надела мужскую, тихо вышла из повозки и, перекрестившись, скрылась в ночной темноте. Между тем слуги её проснулись уже утром и изумились, не найдя около себя своей госпожи. Изумление и ужас их ещё более усилились, когда они увидали одежды своей госпожи. Много роилось предположений у них относительно судьбы её, но ни на одном из них они не могли остановиться. После долгих напрасных поисков, они, наконец, возвратились в Александрию и рассказали всё правителю александрийскому. Удивлённый правитель написал обо всём случившемся отцу Аполлинарии и с письмом переслал её одежды. Горько и неутешно плакали родители, глядя на одежду любимой дочери. Бояре старались утешить их, уверяя, что она жива и избрала себе какое-либо пустынное место. Уверения их были справедливы, хотя им родители и не верили. Аполлинария действительно поселилась в одной пустыне при болоте и прожила здесь несколько лет в строгом посте и постоянных молитвах. Сколько неприятностей и скорбей в пустыне должна была вытерпеть преподобная, это трудно передать! Оставив свой дом и нежно любимых родителей, забыв своё высокое происхождение, нежное воспитание, она должна была перенести все недостатки в жизни, – голод, холод, жар, страдания от целых туч болотных насекомых, страх от зверей и пр. От такой суровой пустынной подвижнической жизни тело её сделалось грубым и жёстким, лице её так изменилось, что не было возможности с виду определить, мужчина она или женщина. Такую суровую строго-подвижническую жизнь возможно проводить только при особенной помощи Божией и совершенном самоотвержении со стороны человека.

Господу благоугодно было открыть жизнь преподобной на пользу других. Ангел Господень явился ей во сне, повелел идти в скит и называться Дорофеем. На пути в скит она встретила св. Макария, который, подойдя к ней, попросил у ней благословения; она в свою очередь просила его благословения и молила его позволить ей поселиться в скиту. Св. Макарий привёл её в скит, не зная, что она женщина, дал келью и научил её плести рогожи. Так поселилась святая между братией под именем Дорофея, непрестанно пребывая в молитве и рукоделии. Вскоре прославилась святая между братией своей высокой жизнью, и дал ей Господь благодать исцелять болезни.

Между тем младшая сестра Аполлинарии продолжала страдать беснованием. Диавол, находившийся в ней, начал ещё более мучить её и кричал: «если меня не отведёте в пустыню, не выйду из неё!» Это была хитрость с его стороны, чтобы открыть пребывание Аполлинарии среди мужского монастыря. По совету бояр, отец её, Анфемий, отправил больную со множеством слуг в скит, чтобы св. отцы помолились о ней и исцелили её от болезни. Св. Макарий, начальник скита, милостиво встретил больную и провожатых её и спросил их: «дети! зачем вы сюда пришли?». «Благочестивый царь наш, Анфемий, прислал больную дочь свою к вам, чтобы вы помолились Богу о ней и исцелили её», – отвечали слуги больной. Старец привёл бесноватую к отцу Дорофею и просил его исцелить её. «Я немощен и не искусен в таковом деле», – отвечал мнимый Дорофей.

Настойчивые просьбы Макария, однако расположили его помочь больной. Дорофей оставил бесноватую в своей келье. Узнав в лице больной свою сестру, Аполлинария обнимала её со слезами и целовала. После сего преподобная обратилась с пламенной молитвой к Богу об исцелении своей сестры, и молитва праведной была услышана. Сестра её сделалась совершенно здоровой. Исцелённую дочь царскую святые отцы привели к слугам её и с молитвой и благословением отпустили к отцу. Неописанна была радость родителей, когда они увидали дочь свою исцелённой; искренне радовались и бояре и славили Бога за такую Его милость к семейству Анфемия. Но эта радость продолжалась недолго. Диавол, всегда ищущий нашей погибели, и не могший победить Аполлинарию в пустыне, изобрёл новое средство, если не погубить, то огорчить св. Аполлинарию и в то же время расстроить тихую семейную жизнь Анфемия. Бес снова вошёл в девицу и, скрываясь в ней, сделал то, что она казалась в особенном положении, беременной. Когда родители её стали искать виновника сего, диавол устами девицы ответил, что её обесчестил тот скитский инок, в келье которого она несколько времени жила и который её исцелил. Таковы были злоба и коварство диавола! Закипел гневом царь Анфемий и тотчас послал воинов отыскать и схватить виновного, в противном случае разорит весь скит. Воины царские пришли к скиту и грозно потребовали немедленно выдать того инока, который обольстил девицу. Иноки, как громом, поражены были этим неожиданным известием. Но Дорофей их скоро успокоил. Подошедши сам к воинам, он сказал им: «Я тот, кого вы спрашиваете, меня одного виновного возьмите, прочих же отцов, как невинных, оставьте в покое». Но отцы, зная высоконравственную жизнь Дорофея, не поверили, чтобы он был обольстителем девицы, и хотели идти вместе с ним. «Господа мои, – сказал Дорофей своим собратьям, – вы останьтесь в своём месте и молитесь обо мне; я надеюсь на Бога и ваши молитвы и скоро возвращусь к вам».

Тогда собором повели Дорофея в церковь, помолились Господу о нём и передали его воинам. Воины представили Дорофея к Анфемию. Увидев своих родителей, Дорофей пал к ногам их и смиренно сказал: «умоляю вас, выслушайте меня терпеливо наедине, и я вам всё скажу о вашей дочери, она невинна, и никто никакого насилия ей не делал». Будучи наедине с родителями, Дорофей им сказал: «именем Бога умоляю вас отпустить меня в скит, когда узнаете истину о вашей дочери». «Уверяю тебя царским словом, отвечал Анфемий, что твоя просьба будет исполнена».

«Я, исцеливший вашу дочь, открою вам тайну на прославление имени Господа и на посрамление диавола, который клевещет на невинных. Отец мой, я дочь твоя Аполлинария!» воскликнула преподобная.

И, распахнув одежду, обнажила свою грудь в доказательство, что она женщина. Страх и удивление овладели родителями при виде этой неожиданной картины. Вглядываясь пристально в лицо пред ними стоящей женщины, они узнали свою старшую дочь. Можно представить себе радость, с какой обнимали и целовали они свою возлюбленную дочь, которую считали едва не погибшей! Прошла первая минута сильной радости; Анфемий привёл к Аполлинари. больную дочь свою и спросил её: «знаешь ли ты этого инока?» «Знаю, отвечала она, это тот, который исцелил меня!» Сказав это, она пала к ногам его и умоляла исцелить её надутый живот. Аполлинария подняла свою сестру, положила ей на живот свою руку, надутый живот её исчез, и она сделалась совершенно здоровой. При виде этого чудесного исцеления, родители возблагодарили Бога, снявшего бесчестие с младшей дочери их, ни в чём неповинной. Пробыв некоторое время в доме отца, Аполлинария пожелала возвратиться в скит, но родители упрашивали её остаться с ними. Видя же твёрдое её желание служить Богу в уединения и помня своё царское слово, с болью и грустью в сердце они решились отпустить свою возлюбленную дочь. «Бог, Которому ты невеста, – сказали они дочери, сохранит тебя в страхе и любви Своей и милостью Своей покроет тебя: поминай же нас, дочь возлюбленная, в святых своих молитвах!»

Возвращение Дорофея в скит было истинным праздником для скитских святых отцов; все славили и благодарили Бога за возвращение их любимого собрата. Аполлинария поселилась между братией опять в своей прежней келье и продолжала жить до самой смерти под именем Дорофея. Почувствовав приближение смерти, Аполлинария просила скитского настоятеля, Макария, когда она умрёт, не дозволять братии обмывать и одевать её тело. Просьба её не исполнилась. Когда скончалась преподобная, братия, по обычаю, пришли обмыть тело её, и каково было удивление иноков, когда они увидели в умершем брате женщину! «Слава Тебе, Христе, воскликнули они в восторге, имеющий много таин во святых Своих!» Удивился и св. Макарий, что не было ему откровения об этой тайне. Но вскоре после этого в сонном видении ему было сказано, чтобы он не скорбел о том, что от него было скрыто; в видении же сказаны были Макарию род, жизнь и имя блаженной Аполлинарии. Тогда скитский настоятель созвал всю братию, рассказал видение, и все прославили Бога, дивного во святых Своих.

Преподобная Аполлинария скончалась около 470 года по Р.Х. Тело её с честью было погребено на восточной стороне церкви, в обители св. Макария. Благодатью Господа нашего Иисуса Христа от святых мощей её многие получали исцеление⁴⁸.

Св. Григорий родился на острове Крите от благочестивых родителей, Феофана и Иулиании, и от них научился христианской вере и благочестию. В молодых летах он пас стада отца своего, а потом, ревнуя о спасении своей души, оставил родительский дом и ушёл в Селевкию, где проводил суровую жизнь, питаясь только хлебом и водой. На двадцатом году своей жизни, после смерти Льва иконоборца, когда водворился мир в христианской церкви, Григорий отправился в Иерусалим на поклонение св. местам и прожил там 12 лет, претерпев много от агарян и евреев. Затем отправился в Рим, где продолжал свою строго воздержную жизнь и принял схиму. Из Рима с епископом Михаилом отправился в Константинополь и поступил в обитель Акрита (на Вифинском мысе Мраморного моря). Здесь Григорий увеличил свои подвиги: он носил ветхую одежду, ходил босым, ел немного хлеба, и то через два или три дня. Долгое время скрывался во рве, плакал и молился. Выйдя изо рва, заключил себя в тесную келью. После великих подвигов поста и молитв он мирно отошёл ко Господу. Скончался он около 820 года⁴⁹.

Преподобный Фостирий поселился на одной высокой горе вдали от людей и весь отдался Господу, проводя время в молитве, в безмолвии и строгом посте. За строго подвижническую жизнь Господь наградил его даром чудотворения. Как пророк Илия в своё время питался хлебом, приносимым вороном, так св. Фостирий питался хлебом, приносимым ему невидимой рукой. Когда к Фостирию приходил один или два брата для беседы, то и хлебы полагались пред ним по числу посетителей. Слава о святой жизни Фостирия стала быстро распространяться. К нему стало стекаться много братии; для неё он построил обитель и с тех пор вместе с братией своей питался трудами рук своих. Св. Фостирий и ученики его занимались разным рукодельем. Живя в обители, св. Фостирий имел общение с православными епископами, мужественно боролся с заблуждениями своего времени и так сильно отстаивал истину, что многие, слушая его беседы, отказывались от ложного учения и принимали истинное учение, а иные и поступали в обители. Много чудес было совершено Фостирием не только при жизни, но и по смерти его⁵⁰.

Св. пророк Михей не принадлежал к 12 так называемым меньшим пророкам. Он был сын Иемвлая и жил (в 9 веке до Р.Х.) в царствование Иосафата, царя иудейского, и Ахава, царя израильского. Эти два царя заключили наступательный союз против сириян; но прежде выступления в поход благочестивый царь, иудейский хотел узнать волю Божию из уст пророков; Ахав призвал к себе пророков Ваала, которые предстали пред обоими царями, сидевшими на великолепных престолах во вратах самарийских, и предвозвещали Ахаву победу над сириянами. Иосафатом же приглашён был для пророчества Михей. «Идти ли нам войной на Рамоф Галаадский, или удержаться?» – спросил пророка Ахав. Михей отвечал: «Я видел всех сынов израиля рассеянных по горам, как овец, у которых нет пастыря, и сказал Господь: нет у них начальника, пусть возвратятся каждый в дом свой с миром». Выслушав слова пророка, Ахав с гневом сказал своим приближенным: «посадите этого (Михея) в темницу и кормите его хлебом и водой скудно, доколе я не возвращусь в мире». И сказал Михей: «если ты возвратишься в мире, то не Господь говорил через меня». Ахав не послушался пророческих слов Михея и открыл войну с сирийцами; но в первом же сражении получил смертельную рану и умер в колеснице, а Иосафат со своим войском возвратился в Иудею⁵¹.

Св. Мина жил в Синайском монастыре 50 лет и мирно скончался. Когда иноки этой обители, на третий день смерти св. Мины, совершали в церкви о нём моление, вдруг из того места, где был положен святой, распространилось благоухание. По приказанию игумена открыли гроб святого, и все увидели, что от честных его ног истекало целебное миро. «Видите, – сказал игумен, обращаясь к братии, – как Господь прославляет тех, кто монастырский устав исполняет с полной охотой и прилежанием. Так и вы старайтесь жить в обители и тогда получите награду за труды свои от Господа нашего». Скончался пр. Мина в 6 веке⁵².

Мученик Феоид затоптан палачами.

Муч. Саис потоплен в море⁵³.

Роман родился в Карпенисии от необразованных, но благочестивых родителей. Сами неучёные, родители не заботились о научном образовании своего сына; он не имел почти никакого понятия об истинах веры; знал только, что он христианин. Раз Роману пришлось слышать разговор о св. гробе Господнем в Иерусалиме; благоговейный разговор тронул его, – он ушёл в Иерусалим, поклонился там гробу Господню и всем св. местам; отсюда отправился в лавру Саввы Освященного. Здесь Роман слушал чтение о мучениях, которым подвергались христиане за веру во Христа для достижения вечных благ. Поражённый величием подвигов мучеников, Роман спросил иноков, что такое вечные блага, к которым так усиленно и самоотверженно стремились мученики? Получив о вечных наслаждениях надлежащее понятие, он пожелал сам получить эти блага подвигом мученичества. Возвратившись в Иерусалим, Роман открыл своё желание патриарху, но святитель, не уверенный в его твёрдой воле и вере, старался отклонить его от мученического подвига. Увещания святителя были напрасны. Роман был твёрд и непреклонен в своём намерении, он горел желанием пострадать за Христа и принять мученический венец. Оставив Иерусалим и явившись в Солунь, он тотчас предстал пред тамошним магометанским судьёй, исповедал пред ним свою веру в Иисуса Христа, обличил заблуждение магометан и назвал пророка их обманщиком. Нечестивый судья велел жестоко наказать его: из спины этого исповедника Христова вырезали несколько ремней, изрезали ему щёки, подвергли и другим разным мучениям, но мученик твёрдо стоял за веру во Христа. Ожесточённый его непреклонностью, судья приговорил его к смерти. В это время в Солуне был капитан солунских кораблей. Он упросил судью отдать ему мученика, уверяя, что долговременная служба на корабль тяжелее смерти от меча. Нечестивый судья согласился на просьбу капитана и отдал ему Романа. Капитан обрил мученику бороду и волосы и назначил тяжёлую работу грести веслом на корабле. Но этот труд продолжался недолго: некоторые из христиан, хорошо знакомые с капитаном, выкупили у него Романа и препроводили его на Афонскую гору, где мученик нашёл себе наставника в великом подвижнике, преподобном Акакии, безмолвствовавшем в ските Кавсокаливском, и под его руководством стал подвизаться в духовной жизни. Душа Романа не была, однако, спокойна. Живя в иноческой обители, он не осваивался с жизнию и правилами её, был как бы чужой для неё, все его мысли стремились к одной цели – пострадать за Христа. Наставник и ученик наложили на себя строгий пост и обратились с усердной молитвой к Богу, чтобы Он открыл им о том Свою волю. Акакий получил откровение, что есть на то воля Божия, и что Роман получит мученический венец за имя Христово. Утешенный этим откровением, Роман в иноческих одеждах отправился в Константинополь. Чтобы обратить на себя внимание турок, он привязал к своему поясу собаку и с нею ходил по городу. «Зачем ты таскаешь собаку?» – спрашивали турки.

«А чтобы кормить её, как христиане кормят вас, агарян», – отвечал Роман.

Озлобленные этим ответом, турки бросились на него, начали жестоко его бить, а потом представили визирю (первому министру). Визирь предложил Роману тот же вопрос, какой предложили ему турки, и услышал из уст мученика тот же ответ. Разгневанный им визирь приказал бросить Романа в безводный колодезь, где и продержали его 40 дней без пищи. По прошествии этого времени его опять жестоко начали бить, принуждая отречься от Христа, и когда все побои оказались напрасны, визирь осудил Романа на смерть. Преподобномученику отсекли голову. Господь прославил честные мощи его, осеняя их небесным светом в продолжение трёх ночей. Самое тело мученика казалось нетленным и как бы живым. Христиане, видя это чудесное явление, радовались и славили Бога, агаряне же дивились. Некоторые из англичан, бывших в то время в Константинополе, купили св. мощи за 600 пиастров⁵⁴ и увезли их в Англию. Преподобномученик Роман пострадал в 1694 году⁵⁵.