12-е число

– Св. Епифания, еп. кипрского.

– Св. Германа, патр. константинопольского.

– Пр. Савина, архиеп. кипрского.

– Пр. Полувия, еп. Ринокирского.

– (Иоанна Влаха. Пр. Дионисия, архимандрита Сергиевой лавры. Освящение церкви Богородицы на Десятине в Киеве).

Св. Епифаний родился в селении Безандук, близ города Елевферополя (в юго-западной части Палестины). Родители его были иудеи и занимались земледелием. Десяти лет Епифаний лишился отца и остался один со вдовой матерью и малолетней сестрой. Хозяйство, и прежде не богатое, пошло в руках вдовы ещё хуже. Чтобы обеспечить своё семейство хотя в будущем, мать решилась отдать сына в город, для научения ремеслу. Но более широкая деятельность, чем скромная доля ремесленника, готовилась впереди для св. Епифания. Один богатый и учёный еврей, знавший добродетельное, но бедное семейство Епифания, обеспечил его мать и сестру, а самого Епифания взял к себе на воспитание. Приёмный отец искренно полюбил благонравного юношу и дал ему обширное образование. Епифаний, кроме других наук, хорошо изучил латинский, греческий, еврейский и сирийский языки. На 20 году он лишился своего благодетеля и сделался единственным наследником его большого имущества. Вскоре Епифаний оставил тленное богатство и устремился к приобретению нетленного сокровища для своей души. Однажды он встретил одного инока, Лукиана, который писал и продавал книги и тем питал себя и нищих. В это время один из несчастных подошёл к нищелюбивому иноку и попросил у него милостыни для утоления голода. Не имея при себе денег, Лукиан немедленно снял с себя одежду и, вручая её нищему, сказал:

– Продай эту одежду и купи себе хлеба.

Такая самоотверженная любовь к ближнему удивила Епифания. Он познакомился с Лукианом и, узнав, что Лукиан христианин, пожелал сделаться его собратом по вере. Лукиан с радостью выслушал это желание и стал готовить его к принятию св. крещения. Епифаний крестился и, следуя примеру своего учителя в вере, раздал всё своё имущество нищим, оставив себе лишь несколько золотых для покупки божественных книг. Местом своих благочестивых подвигов он избрал созданный Лукианом монастырь, где принял на себя обет иночества. Желая видеть образцы пустынного благочестия, Епифаний отправился в Египет, где видел и слушал знаменитых борцов веры и подвижников благочестия. Возвратившись в отечество, Епифаний поступил в ученики к дивному пустыннику св. Илариону, жившему недалеко от Елевферополя, на поморье (близ Газы), и привлекавшему к себе взоры верующих и неверующих во имя Христово своими чудными подвигами и даром исцеления. В 364 году Иларион, во избежание человеческой славы, удалился сперва в Египет, а потом на остров Кипр. Тогда Епифаний удалился в безлюдную и безводную пустыню Панадрион, в Елевферопольском округе. Здесь напали на него арабы и едва не лишили его жизни. Но Епифаний исцелил их начальника и этим чудом обратил их ко Христу. С проповедью о Христе святой путешествовал и к огнепоклонникам – персам, где исцелил бесноватую дочь царя и воскресил умершего. Напутствуемый благожеланиями, Епифаний снова возвратился в свою уединённую келью, которую построили ему обращённые им ко Христу арабы. Сюда стали стекаться любители уединения, и здесь скоро устроился монастырь, в котором было до 50 братий. Эта малая обитель сделалась местом особого промысла Божия. Место, где поселился Епифаний, было безводное. Но по молитве святого образовался источник и дал обильную воду. Недалеко от монастыря Епифания, в пустыне, поселился свирепый лев; он нападал на проходящих и наводил на всех страх. Епифаний безбоязненно отправился к нему. Лев выскочил из своего логовища, но, увидев преподобного, пал мёртвым. Все, видевшие это чудо, прославили Господа дивного во святых Своих. Тяготясь известностью и славой, Епифаний удалился из своей пустыни в Египет, где обратил ко Христу еврейского законоучителя Аквилу и языческого философа Евдемона с его сыном. Здесь, в Египте, преподобный встретился с учеником великого Антония, Пафнутием, который предсказал ему сан епископа в Кипре. Скоро слава об Епифании разнеслась, по всему Египту, и его хотели сделать епископом, но он тайно удалился в Кипр и здесь стал слушать наставления известного тогда аввы Григория. В Кипре Епифаний увиделся с бывшим своим наставником Иларионом, который, подобно Пафнутию, предсказал ему святительство на этом острове. Предсказание праведников исполнились. Около 367 года, на 60 году своей жизни, Епифаний принуждён был принять в управление церковь Саламинскую на острове Кипр²²³. На пастырской кафедре Епифаний отличался необыкновенной любовью к бедным, простотой пустынника и необыкновенной ревностью к вере. Не удивительно после этого, что он пользовался славой и всеобщим уважением. Даже император Валент, покровитель ариан, изгоняя православных епископов в заточение, оставил в покое саламинского пастыря подвижника. В 373 г., по просьбе некоторых пресвитеров, св. Епифаний написал Анкирот (якорь). Смысл названия тот, что как якорь не позволяет кораблю увлекаться морскими волнами, так и это слово сдерживает ум среди обуревающих его сомнений и ложных мнений и заставляете его держаться безопасной пристани православия. Этот труд святителя обнимает довольно много пунктов христианского учения и показывает твёрдые их основания в слове Божием. Здесь излагается учение о св. Троице, о воплощении Сына Божия, о воскресении мёртвых и жизни вечной; здесь же изобличаются ереси ариан, духоборцев и др. Вообще видно, что св. Епифаний желал указать верующему, чего безопасно он может и должен держаться среди современных споров о вере. В следующем 374 году Епифанием было начато и в 376 году окончено обширное и важное сочинение против ересей, под названием Панарий (домашняя аптека). В нём святитель излагает историю и опровержение разных ересей, иудейских и христианских, и говорит о многих предметах веры: напр., о почитании святых, о молитве за умерших, о действии крестного знамения.

Общее уважение доставляла св. Епифанию в особенности его евангельская щедрость. Историк Созомен пишет о нём:

«Епифаний был щедр к пострадавшим от кораблекрушения ли, или, по другой какой причине; так как своё имение он уже давно истратил, то расточал имущество церковное. Церковь Епифаниева была весьма богата. Многие из разных стран света, желая употреблять богатства на благочестивые дела, и при жизни отдавали оные в церковь его, и, умирая, оставляли ей, так как были уверены, что Епифаний, как добрый распорядитель и любящий Бога, употребить подаяния их согласно с их желанием»²²⁴.

«Говорят, – продолжает Созомен, что однажды, когда уже немного оставалось денег, эконом церкви вознегодовал на епископа и стал порицать его, как расточителя. Но епископ, несмотря и на это, не уменьшал своей обычной щедрости к бедными. Такими образом, наконец, всё было издержано; как вдруг некто вошёл в комнату, в которой жил эконом, и подал ему мешок со многими золотыми монетами. Так как не известен был ни тот, кто подал, ни тот, кто послал подать, а между тем, по справедливости, казалось странным, чтобы человек, пожертвовавший столько денег, хотел остаться неизвестным: то все пришли к мысли, что это дело Божие»²²⁵.

Остров Кипр, как и другие местности, был также свидетелем многих чудес святителя. Укажем на некоторые из них:

Однажды, во время обеда, святитель предлагал сидящим с ним поучение. В это время ворон прилетел к окну и начали каркать. Диакон Карин, гордый и своевольный, часто оскорблявший святителя, вздумали издаваться над ним и теперь. Карин обратился к нему с вопросом:

– Что говорит ворон, сидящий на окне?

Святитель, по своему смирению и незлобию, не обращал внимания на дерзость дьякона и продолжал поучать сидящих за столом. Но диакон, заглушая голос Епифания, повторил свой вопрос в другой и третий раз. Все сидящие стыдились за Карина. Наконец св. Епифаний сказал:

– Я знаю, что говорит ворон. Он говорит, что ты более не будешь служить.

Карин тотчас же почувствовал себя больным; он был отведён в свою келью и на другой день умер.

В том же городе Саламине жил богатый язычник Синисий. У него заболел единственный сын, отрок Евсторгий, и вскоре умер. По совету одного христианина, Ермия, мать умершего обратилась за помощью к святителю. Она упала к его ногам и умоляла воскресить её сына.

– Если ты исполнишь это, – говорила скорбная мать, – то мы со всем домом своим обратимся ко Христу.

– Если веруешь в Распятого, – сказал ей святитель, – то увидишь сына своего живым.

Сын был воскрешён, и Синисий с женой и всем домом уверовали в Господа.

В другой раз, два скомороха вздумали обманом взять одежду у святителя. Увидя его издали, один из них притворился мёртвым, а другой сказал приблизившемуся святителю:

– Отче, покрой одеждой тело умершего.

Святитель помолился Богу и покрыл лежащего одеждой. Когда св. Епифаний отошёл, живой сказал мёртвому:

– Встань, брат, инок ушёл.

Но мёртвый не отвечал. Товарищ толкнул его, но тот оказался действительно умершим. В ужасе побежал скоморох к святителю и просил у него прощения. Святитель отвечал:

– Иди, погреби мертвеца твоего; он умер прежде, чем ты начал просить у меня одежды, чтобы покрыть его.

По своей доброте Епифаний был весьма доверчив. Злонамеренные люди нередко употребляли во зло эту доверчивость, отчего он не раз делал ошибки. Так напр., Феофил, патриарх александрийский, склонил его к осуждению нитрийских иноков в оригенизме, хотя они были и неповинны. Тот же Феофил убедил было его осудить святителя Иоанна Златоустого. К счастью, Епифаний узнал вовремя об его невинности и потому, не желая быть участником неправедного суда, поспешил удалиться из Константинополя к своей пастве. Перед своим отъездом Епифаний предсказал Златоусту, что тот умрёт в изгнании, и сам услышал обратно, что он не увидит уже своей паствы. Пророчества обоих сбылись. На возвратном пути в Кипр св. Епифаний заболел и на третий день своей болезни скончался на 96 году своей жизни, в 403 году. Когда корабль с телом св. Епифания прибыл к Саламину, жители с плачем и рыданием услышали весть о смерти святителя. Тело св. Епифания было перенесено с корабля в созданную им церковь. Много чудес совершилось от св. мощей его. Через десять дней, 12 мая, собрались святители и священники со всего Кипрского острова и при бесчисленном стечении народа с честью погребли тело святителя в той же церкви. Почитание святителя Епифания началось тотчас же после его смерти. В 6 деянии седьмого вселенского собора в защиту свв. икон говорится, что ученики св. Епифания построили ему храм на о. Кипр, и в нём поставили его изображение. Собор этот называет св. Епифания отцом и учителем вселенской церкви. Иероним в письме к Паммахию называет его отцом епископов. Мощи святого Епифания видел русский паломник игумен Даниил в начале 12 века²²⁶.

Св. Герман родился в Константинополе. Родитель его, по имени Иустиниан, был одним из первых сенаторов в государстве. Но знатность рода была только главной причиной гонения на св. Германа ещё с самых молодых лет его жизни. Император Константин Погонат²²⁷, убийца отца Германа, не оставил в покое и сына. Император приказал оскопить его и отдать в церковные клирики. Герман вступил с этого времени на тернистое поприще служения церкви. Строгой добродетельной жизнью и рассудительностью Герман заслужил здесь всеобщее внимание, и был поставлен при императоре Иустиниане II²²⁸ во епископа города Кизика. В новом сане Германа встретили и новые неприятности. За защиту правой веры против еретиков Герман был сослан императором Филиппом²²⁹ в заточение. По смерти Филиппа, Герман хотя и был возвращён из ссылки и даже поставлен патриархом константинопольским²³⁰, однако не был оставлен в покое. Неприятности ждали его и здесь. Император Лев Исавр²³¹ воздвиг жестокое гонение на почитание икон. Изгнание, отнятие имущества, темница, отсечение членов, огонь и меч – всё это было употребляемо Львом для истребления иконопочитания. Самые же иконы истреблялись топорами и другими орудиями. Св. Герман с твёрдостью, вполне достойной истинного пастыря, вразумлял императора. Но за это только терпел одни обиды и наконец²³² был свержен с патриаршего престола и с побоями изгнан из города. Остаток своих дней он провёл в Платамиуме, – имении, оставшемся после родителей. Здесь он прожил 10 лет, приготовляясь к вечности, и скончался в 740 году, на 96 г. от рождения.

Св. Герман погребён на северной стороне Царьграда, в монастыре Хоре, основанном Иустинианом. На 7-м вселенском соборе имя Германа было внесено в диптихи святых. Мощи его во время погребения и после погребения источали многие исцеления. По сказанию западных, они после были перенесены во Францию.

После св. Германа осталось много важных сочинений, из которых особенного внимания заслуживают три послания о почитании свв. икон, читанный на 7-м вселенском соборе. В них Герман, между прочим, защищает почитание свв. икон указанием на изображение Спасителя, сделанное кровоточивой женой, – на одесский нерукотворный образ Иисуса Христа, на изображение Богоматери, написанное евангелистом Лукой, и на чудеса, совершаемые от свв. икон, какова была «икона Богородицы в Сизополе писидийском, источающая миро из руки изображённой»²³³.

Преп. Савин, архиепископ кипрский, родом из Финикии, был преемником св. Епифания, при жизни которого состоял диаконом и судьёй духовных дел; жил в 5 веке²³⁴.

Пр. Полувий еп. ринокирский, был учеником св. Епифания и был при нём неотлучно со времени вступления его на епископский престол в Кипре. Вместе с другими учениками Епифания, Иоанном и Савином, Полувий был его жизнеописателем. Жил он в 5 веке²³⁵.

Иоанн Влах, родом из Валахии; на 15 году взят в плен турками и отправлен в Царьград, где за нежелание нарушить целомудрие и принять ислам, после различных мучений, повешен турками в Пармак-Копи. Это было 12 мая 1662 г.²³⁶.

Дионисий, в мире Давид, родился около половины 16 столетия, в городе Ржеве, Тверской губернии, но жил там недолго. Отец его, городской обыватель, вскоре после рождения сына переселился в г. Старицу, где потом был старшиной Ямской слободы. С юных лет Давид отличался сердечной добротой, кротостью и любовью к книжному чтению. По достижении совершеннолетия, он по желанию родителей вступил в брак. Вскоре за свою примерно-благочестивую жизнь Давид был поставлен священником при Богоявленской церкви, в 12 вёрстах от Старицы. Через 6 лет он лишился жены и детей и поступил в Старицкий монастырь, в котором принял пострижение с именем Дионисия. Те же кротость и смирение, которые проглядывали во всех поступках юного Давида, отличали его и теперь перед всей братией монастыря.

Однажды, будучи в Москве, пр. Дионисий вышел на рынок для покупки книг. Здесь один прохожий сказал ему грубо:

– Зачем ты здесь, монах?

Нисколько не оскорбившись такими словами, преподобный со смирением отвечал ему:

– Да, брат, я точно такой грешник, как ты обо мне думаешь; иначе я не ходил бы на рынке. Прости меня грешного.

И когда обидчик, пристыженный кротостью Дионисия и побуждаемый другими, хотел просить у него прощения, он уже скрылся.

Около 1605 г. Дионисий возведён был в сан архимандрита Старицкого монастыря; через два года вызван был по делам в Москву. Во всё время пребывания здесь преподобный неотлучно находился при патриархе Гермогене, помогая ему словом и делом успокаивать волновавшуюся тогда московскую паству. С преп. Дионисием советовался тогда не только патриарх, но и сам царь Василий Иоаннович Шуйский. На народ Дионисий имел влияние своим увлекательным даром слова. Патриарх в пример другим указывал на Старицкого архимандрита, как на защитника Русского престола. В 1610 году патриарх Гермоген перевёл Дионисия архимандритом в Троицкий Сергиев монастырь, выдержавший перед тем сильную осаду от поляков. И это было делом особого промысла Божия. То было время самое несчастное для России: Москва была в руках поляков; окрестности её были разорены; целые толпы больных от ран, бедных и голодных с разных сторон направлялись к Троицкой лавре и умирали на дороге от голода и болезней. И тут-то во всём величии проявилась деятельная любовь Дионисия к несчастным. Собрав всю братию обители, он сказал им:

– Любовь христианская во всякое время помогает нуждающимся, тем более должна помогать в такое страшное время.

– Где же нам найти средства для помощи? – отвечала братия. – Мы готовы помочь, но не знаем чем.

Дионисий заплакал и сказал:

– В искушениях нужна твёрдость. Нас Господь избавил от осады. Что если за леность и скупость Он станет смирять нас и без осады? Пусть каждый делает для несчастных всё, что может, св. обитель не оскудеет.

Братия изъявила готовность жертвовать всем, даже жизнью своей, для бедных. И вот закипела деятельность. По убеждению Дионисия, в подмонастырских слободах устроены были странноприимные дома́ и больницы для бескровных, бесприютных и раненых воинов. Монастырские слуги разосланы были по лесам и дорогам собирать ослабевших от голода и изнемогавших от ран. Келейник преп. Дионисия днём и ночью разносил больным и нищим пищу, одежду и деньги; братия, по совету настоятеля, питались овсяным хлебом, сберегая ржаной для больных. Но отеческие заботы о бедных и больных ещё не поглощали всей деятельности Дионисия. Он был печальником за всю Русь. Вместе с келарем лавры, Авраамием, он писал в Нижний Новгород и другие низовые города послания, в которых просил соотечественников жертвовать всем и бодро, в надежде на Бога, вооружаться для изгнания врагов из отечества. Колебавшихся и склонявшихся к измене преп. Дионисий обличал и увещевал стать в ряды защитников св. Руси. И ревность преподобного была не безуспешна. Окружные грамоты Дионисия и Авраамия Палицына вызывали всеобщее воодушевление и патриотизм: к стенам лавры не замедлили явиться борцы за веру и отечество с князем Пожарским и Минином во главе. Вооруженцы, вместе с Дионисием и Авраамием, вскоре направились в Москву и вступили в священные ворота кремлёвские. Но перед этим преп. Дионисий примирил под стенами Москвы раздоры между двумя предводителями русских дружин (Пожарским и Трубецким) – раздоры, от которых могло пострадать всё дело освобождения России от врагов. Стеснённые враги оставили наше отечество. По изгнании врагов из России, Дионисий с ревностью принялся за возобновление и восстановление своей полуразрушенной осадой неприятелей святой обители. Не успел он вполне исправить все повреждения, причинённые врагами, как должен быль приступить к новым трудам для св. веры. 8 ноября 1616 года именной грамотой царя Михаила Феодоровича Дионисию поручено было, вместе со старцем Арсением и священником Иоанном, пересмотреть требник, напечатанный в 1602 году. В требнике оказалось много ошибок, и исправления требовались значительные. Но добросовестный труд Дионисия навлёк на него нарекание: враги света объявили его еретиком, и он был подвержен суду, на котором сторонники невежества восторжествовали. В июле 1618 г., на соборе положили:

«Архимандрит Дионисий писал по своему произволу, и за то архимандрита Дионисия да попа Ивана от церкви Божией отлучаем, да не священствуют».

Пр. Дионисию ставили в вину изменение в славословиях, которые бывают в конце разных молитв, говоря, что он марает имя Святой Троицы. Но главное обвинение состояло в том, что преп. Дионисий вычеркнул слово: и огнём, поставленное неправильно в чине водоосвящения, после слов: Духом Твоим Святым. Невежды воображали, что, через уничтожение в требнике слова: и огнём, вся огненная стихия на земле исчезнет. Преподобный приводил убедительные доказательства в защиту сделанных им исправлений²³⁷. Но справедливых оправданий его не хотели слушать. Не имея возможности отправить исправителя в дальние места России по причине бродящих по всем дорогам поляков и разного рода подозрительных людей, его заключили в Новоспасский монастырь. Здесь преподобного томили в дымной бане и морили голодом. На него была наложена епитимия – класть по 1.000 поклонов в день. Но св. Дионисий клал более этого числа поклонов. В праздники преподобного до обедни вели к митрополиту. Здесь до вечерни он стоял на дворе, палимый зноем и томимый жаждой, и, как великий преступник, в оковах на руках, выносил ругательства и побои от невежественной толпы народа. Преподобный все обиды и страдания переносил с незлобием младенца. Прибывший в 1619 году в Москву иерусалимский патриарх, Феофан, вступился за невинного страдальца. Дионисий был освобождён и возвращён в лавру, где посетил его патриарх Феофан и возложил на него свой клобук. Преподобный в своей жизни был добрым наставником и образцом для братии. Сам усердный к молитве церковной и келейной, он и братию побуждал к тому же. Заботясь о благолепии храмов Божьих, он завёл в лавре разные мастерские для иконописцев, – мастеров серебряных дел и пр.

После высоких подвигов любви к Господу и многих жизненных тревог и бедствий преп. Дионисий мирно скончался 10 мая 1633 года, приняв перед смертью схиму. Сам патриарх Филарет отпевал его тело, нарочито для сего перевезённое из лавры в московский Богоявленский монастырь. Мощи Дионисия почивают под спудом в южном притворе Троицкого собора, на левой стороне. В московской патриаршей библиотеке сохраняется выписка всех неисправностей книжных, найденных Дионисием. Канон преп. Дионисию с подробным жизнеописанием напечатан в 1817 г. в московской Синодальной типографии.

Чудеса, совершённые Дионисием после кончины, свидетельствуют, что усердие его к молитве, кротость, смирение, любовь к ближним и терпение в незаслуженных им страданиях приобрели ему благоволение Отца светов. Вот некоторые из этих чудес: Священник лаврской слободы, Феодор, в день кончины Дионисия сильно печалился о том, что не мог проститься с преподобным. И вот он видит себя во сне на спешном пути к последнему прощанию с Дионисием. Но святой остановил его и сказал:

– Для чего спешишь ты? Те благословения просят, оставаясь здесь; а ты скоро пойдёшь за мной.

Спустя 8 дней, Феодор скончался. Другой священник, по имени также Феодор, из Пушкарской слободы, был болен. Пр. Дионисий явился ему во сне и исцелил его от болезни.

В 1640 г. пр. Дионисий вместе с св. Алексием, митрополитом московским явился пр. Никодиму кожеозерскому с вестью о скорой кончине его.

Пр. Дионисий был роста высокого, статного, с лицом благолепным, с очами весёлыми, с длинной и широкой бородой; с него уже усопшего был снят портрет. Древний портрет, который хранится в лавре, имеет такую надпись: «Образ св. Дионисия, архимандрита троицкого». Житие св. Дионисия было описано его учеником Симоном²³⁸.

В 989 г. Великий князь Владимир, с благословения митрополита Михаила, заложил вблизи своего теремного двора каменную церковь во имя Пресв. Богородицы. Церковь эта строилась 7 лет мастерами, нарочно вызванными из Греции. В 996 г., когда она была окончена и освящена, князь вознёс в ней молитву к Богу, чтобы Он принимал молитвы всех приходящих в новосозданный храм; затем в присутствии митрополита Леонтия и бесчисленного народа изрёк:

– Даю сей церкви Пресв. Богородицы от моего имения и от моих град десятую часть.

Своё завещание князь изложил на бумаге и положил её в самой церкви, которая с того времени стала называться Десятинной. Для служения в церкви, сделавшейся соборной в Киеве, князь избрал знатнейшее тогда духовенство – корсунское.

В день освящения храма он сотворил большой праздник для епископов и бояр и раздал много денег бедным. Этот храм, красноречивый памятник веры и благочестия царственного храмоздателя, сохранился до настоящего времени в своих развалинах. По свидетельству летописей, он был обширен и богато украшен; в нём было много серебра и золота. В память светлого торжества, бывшего по случаю освящения храма, установлено было тогда же праздновать этот день ежегодно 12 мая, подобно тому, как праздновались дни освящения знаменитейших храмов в Греции. И это был, собственно, в русской церкви первый праздник²³⁹.