31-е число

– Св. священномуч. Ипатия, еп. Гангрского.

– Преп. Ипатия, игумена в Руфианах.

– Пр. Аполлония, пустынника Египетского.

– Св. священномуч. Авды, епископа, и Вениамина, диакона.

– Преставление св. Ионы, митрополита Киевского и всея России.

– Св. праведного Иосифа прекрасного, сына патр. Иакова.

– Явление Иверской иконы Пресвятой Богородицы.

– (Преп. Акакия исповедника, еп. Мелитинского. Муч. Менандра. Преп. Власия из города Аммория. 38 муч. 9 мучеников с Авдой и мног. других)

Св. Ипатий был епископом гангрским в Пафлагонии³⁰³. Как ревностный защитник православия, он участвовал на первом вселенском соборе в Никее³⁰⁴, на котором, вместе с прочими отцами собора, дерзновенно обличал в ереси Ария и его сторонников. За свою богоугодную и святую жизнь Ипатий получил от Бога дар чудотворения. Он исцелял всякие болезни и прогонял из людей бесов. В одном селении превратил горькую воду в сладкую, в другом извёл источник тёплой воды для исцеления больных и много творил других чудес.

Строгим обличением ересей святитель так сильно вооружил против себя еретиков, что они решились убить его и ожидали только к тому удобного случая. Случай этот скоро представился. Святитель, бывший по своим делам в Царьграде, возвращался оттуда домой пустынными местами. Еретики, об этом предуведомленные, засели в одном скрытном месте и когда завидели Ипатия, то бросились на него с палками, избили его до смерти и скрыли в соломе. Во время мучений незлобивый святитель, подобно первомученику Стефану, молился за врагов своих Богу, да не поставит Он им сего во грех. Убийцы избегли суда человеческого, но не избегли суда Божия, который не замедлил совершиться над ними. Они все впали в тяжкую болезнь. Болезнь заставила их раскаяться в своём грехе и просить помилования у погибшего святителя. При его гробе все они получили исцеление. Тело св. муч. Ипатия вскоре было найдено верующими, отнесено было в город Гангр и погребено с подобающей честью. Св. Ипатий скончался около 326 года³⁰⁵.

В Костроме в честь этого святого находится знаменитый монастырь, который по значительному количеству данных ему угодий, рыбных ловель и земель считался лаврой. Он в древние времена привлекал к себе многих благочестивых чтителей не только из бояр и вельмож, но и из князей и царей. Так в 1382 г. в этом монастыре молился московский великий князь Димитрий Иоаннович Донской с супругой и детьми, когда собирал войска для отражения от пределов России Тохтамыша; в 1409 г. в. князь Василий Дмитриевич, после нашествия на Россию Эдигея, молился с своим семейством в Ипат. монастыре и после 1409 г. не раз посещал эту обитель; в ней дважды был³⁰⁶ в. князь Василий Васильевич. С начала 17 в., т. е. со времени избрания Михаила Феодоровича на царство, эта обитель, ставшая колыбелью Царственного дома Романовых, сделалась особенно известной в России, и щедрыми её благотворителями были цари Михаил Феодорович и Алексей Михайлович. С открытием в Костроме епархии³⁰⁷ Ипатьев. монастырь склонялся к упадку, и древняя его слава впала в забытие. В 1834 г. посетил Кострому государь император Николай Павлович. Он, как глубокий знаток церк. древностей, обратил своё внимание на Ипатьевский монастырь, и его щедротами эта древняя и славная обитель была возобновлена³⁰⁸.

Св. Ипатий родился во Фригии около 366 г. от благородных и благочестивых родителей и получил хорошее образование. На 18-м году жизни, наказанный однажды отцом своим, он ушёл во Фракию, где сначала пас стада у одного человека, потом поселился у пресвитера, который научил его пению псалмов. Через два года после бегства из дома родительского, преп. Ипатий вместе с воином Ионой основал монастырь во Фракии и там стал подвизаться. Найденный своим отцом, он оставил обитель, поселился в опустевшей и заросшей обители Руфина, в предместье Халкидона, и собрал там иноков. Строгая, подвижническая жизнь пр. Ипатия приобрела ему уважение всей братии, и он единодушно был избран настоятелем возобновлённой им Руфинской обители. В продолжении 40 лет он мудро управлял обителью, творил много чудес и скончался 80-летним старцем, около 446 года. Пред своей смертью преподобный предсказал своему отечеству великие бедствия, – опустошительный град, страшное землетрясение, нападение Аттилы, и предсказания его в точности исполнились³⁰⁹.

Преподобный Аполлоний подвизался в Фиваидской пустыне (в Египте) и основал там обитель, в которую собралось братии до 500 ч. Скончался около 395 г.³¹⁰

Св. Авда, епископ г. Сузы (в Персии), усечён мечом за сожжение огненоклоннического капища³¹¹. Диакон Вениамин пострадал в Персии же, спустя три года после смерти Авды за ревность в проповедовании евангелия³¹².

Св. Иона родился в погосте Одноушеве, который так назван по фамилии отца его, Феодора Одноуша, и существует доныне близ Солигалича, уездного города Костромской губернии. Двенадцати лет Иона постригся в одном из галичских монастырей, а через несколько времени перешёл он в московский Симонов монастырь. В это время, по свидетельству преп. Иосифа, жили в монастыре великие старцы – Варфоломей эконом, Иоанн златый и Игнатий иконописец, которые ревновали о сохранении в обители первоначальных её уставов и порядков, и за всякое отступление от них смело говорили правду самим настоятелям, хотя немало терпели за это скорбей и гонений. Под руководством таких-то наставников и ревнителей благочестия жил в Симонове св. Иона. Он проходил здесь разные послушания, подвизаясь в непрестанных трудах, суровом посте, молитве и чтении слова Божия. Сохранился рассказ, что однажды, когда Иона нёс послушание в пекарне, митрополит Фотий, при посещении Симонова монастыря, зашёл в эту пекарню и увидел Иону глубоко спавшим от усталости. Архипастырь не велел будить хлебопёка и, заметив, что он держал свою правую руку на голове «согбену, яко благословляше ей», сказал своим спутникам:

– Знайте, дети, сей инок будет великим святителем земли Русской и многих неверных обратит к истинному Богу и сделается пастырем и учителем самому царствующему граду – Москве.

Половина из этих предсказаний скоро же исполнилась. Строгая, подвижническая жизнь св. Ионы, основательное знание св. писания и учения церкви обратили на него внимание Фотия, который и возвёл его в сан епископа рязанского и муромского. В обширной рязанской епархии, заключавшей тогда и некоторые части нынешних тамбовской и воронежской епархий, было много язычников и магометан. Прибыв на кафедру, святитель с апостольской ревностью начал действовать и проповедовать слово Божие среди неверующих и многих из них обратил к Богу и просветил св. крещением. По смерти св. Фотия³¹³, собор и в. князь поручили Ионе управлять делами митрополии, и он начал действовать, как «наречённый на святейшую митрополию русскую». Bсе признавали его достойным высокого звания, все желали ему сего звания, однако нескоро пришло время, когда св. Иона стал митрополитом. В 1433 году смоленский епископ Герасим побывал в Царьграде и возвратился оттуда митрополитом на Русскую землю. Но он жил недолго³¹⁴. По смерти Герасима, вел. кн. Василий послал в Царьград Иону для поставления в митрополита. Но там уже назначен и посвящён был Исидор, а Ионе Константинопольский собор сказал только:

– Ты благословляешься быть митрополитом после Исидора, если с последним случится смерть, или что-либо другое.

Великий князь принял Исидора с подобающей честью и дозволил ему ехать во Флоренцию по делу соединения церквей. Исидор изменил православью и, по возвращении в Москву, старался ввести учение западной церкви и в России, за что собором русских иерархов предан был суду. вел. князь приготовил было³¹⁵ послов и грамоту к императору о том, чтобы отныне разрешено было собором русских иерархов избирать и поставлять митрополита в России, но слухи об изменах православью в Царьграде заставили воротить послов с дороги. Между тем отечество наше постигли великие бедствия, которые надолго отодвинули исполнение решения о митрополите. В 1446 г. в. князь Василий, захваченный князем Дмитрием Шемякой, был ослеплён и послан в заточение в Углич. Престол великокняжеский стал добычей злодейства. Не довольствуясь сим, Шемяка желал иметь в своих руках и детей Василия, которые были скрываемы в Муроме. Для сего Шемяка вызвал в Москву рязанского епископа Иону; коварным обещанием своих милостей детям несчастного отца, Шемяка убеждал благосердого пастыря отправиться в Муром и взять оттуда на «свою эпитрахиль»³¹⁶ малолетних князей. Hе подозревая злых намерений, св. Иона доставил их Шемяке, а этот заставил его же самого отвести их в Углич к отцу в заточение. По воле Шемяки св. Иона после этого остался жить в Москве, на митрополичьем дворе. Он остался в Москве, но для того, чтобы быть всегдашним обличителем беззаконного князя и ходатаем Василия; святитель часто говорил Димитрию:

– Ты поступил несправедливо и меня ввёл в грех и стыд. Тебе бы следовало выпустить князя на свободу, a то и детей засадил с ним в неволю. Ты мне дал своё правое слово, и сделал меня обманщиком. Какой вред может причинить тебе князь, лишённый зрения с своими детьми? Если ты ещё сомневаешься в том, возьми с него клятву, при свидетельстве нашем епископском.

Вскоре обстоятельства переменились. Великий князь Василий Васильевич, пользуясь усердием преданных ему людей, снова занял престол великокняжеский³¹⁷, беззаконно у него отнятый. Утвердившись на престоле, вел. князь начал помышлять о поставлении митрополита. Из Константинополя доброго ожидать было нечего; так как в России известно было, что там в соборном Софийском храме и придворной церкви поминают папу. Посему собор русских святителей, на основании 1 апостольского правила и 4 правила Никейского собора, по примеру времён Ярослава и Изяслава, поставил Иону в митрополита киевского и всея Руси³¹⁸.

Первой заботой нового митрополита было пресечь смуты и кровопролития, причиняемые Шемякой и его мятежными друзьями. Для чего окружной грамотой святитель призывал всех, увлечённых на сторону Димитрия, обратиться к своему долгу, искать прощения у вел. князя, не губить душ своих пролитием крови христианской, в противном же случае угрожал затворить для них храмы Божии. Шемяка продолжал волновать Россию. Святитель лично, вместе с собором епископов, отправился к Шемяке, чтобы устыдить мятежника. Шемяка было усмирился; но, явившись в Новгород, и там опять поднял волнение против вел. князя. Святитель и туда посылал грамоты и увещания новгородцам.

Ревностный помощник великому князю в борьбе против врагов внутренних, св. Иона всячески старался содействовать ему и против внешних врагов – монголов, которые часто вторгались в пределы московского княжества. Для успешного отражения их набегов, необходима была помощь других русских князей. И вот св. Иона, для возбуждения их к этому, писал к ним свои пастырские грамоты, отправлял послов, а иногда убеждал местных епископов ходатайствовать о помощи пред своими князьями. Ещё более св. Иона подкреплял оружие вел. князя своими пламенными молитвами. Так в 1451 г. вторгнулся в Россию ногайский царевич Мозовша. В. князь Василий, намереваясь собрать как можно более войска для отражения врага, вверил охранение Москвы митрополиту и боярам и выехал из неё. Неприятель зажёг посады московские. Сильный ветер гнал на кремль облака дыма, и угрожал ему пожаром. Тогда добрый пастырь со всем освящённым собором, при бесчисленном стечении народа, совершил по стенам города крестный ход, и ветер внезапно утих. Во время хода стрелы татарские свистали и искали своих жертв, и один инок Чудова монастыря, Антоний, уважаемый святителем за святость жизни, пал пред его глазами, успев только сказать, что Господь ради молитв святительских спасёт свой град. Ночью предсказание это исполнилось: враги послышали великий шум и стук как бы приближающегося к Москве войска и бежали от Москвы. Надежды святителя на Господа были так твёрды, что он обещал вел. князю вслух всех близкую независимость России от татар: «Не будут, говорил он, русские князья ходить в орду нечестивую на поклон».

Как добрый пастырь и заботливый отец, святитель старался насаждать в пастве своей искреннее благочестие и искоренять дурные привычки. Это он делал увещаниями, пастырскими распоряжениями, и помощию гражданской власти. Доныне издано до 35 его посланий и чин поставления епископа. Эти послания служат драгоценным памятником его ревности по вере и благочестью. Одни из этих посланий относятся к охранению гражданского покоя России, другие к охранению православия от насилий папизма, – третьи утешают скорбящих или вразумляют невнимательных к себе; иные охраняют порядок внутреннего церковного управления.

В тяжкие времена для церкви и отечества жил святитель! Много сделал он, при своей пастырской мудрости и ревности, для той и для другого; но не успел сделать всего, чего так пламенно желал, – не успел предотвратить разделения русской митрополии. Половина древних русских епархий находилась в странах не русского государя, а литовского и польского. Литовский великий князь и вместе король польский не мог без опасений смотреть на подчинение своих подданных иноземному первосвятителю, действовавшему под влиянием своего великого князя, часто неприязненного Литве и Польше; не мог признавать духовную власть русского митрополита, потому что сам был другого исповедания – римского, враждебного православью. Папа, римский первосвященник, сильно досадовал на то, что св. Ионе отданы были в ведение литовские епархии и никак не хотел расстаться с мечтой о власти своей над Россией. Он несколько раз просил польского короля Казимира решительнее действовать в пользу католичества. Казимир, исполняя волю папы, вопреки всем усилиям московского вел. князя и митрополита, отнял у последнего все литовско-польские православные епархии и подчинил их ученику Исидора, Григорию, поставленному в митрополита России в Риме³¹⁹. Такое разделение продолжалось, к собственному несчастью Малороссии и Литвы, более двух сот лет.

Готовый к исходу из сей жизни, св. Иона, по совету великого князя и согласия прочих епископов, назначил себе преемника, старшего из епископов по служению, Феодосия ростовского, написав на имя его благословенную грамоту и положив её за своей подписью и печатью на престоле в Успенском соборе. Это необычайное избрание Феодосия было сделано с тем намерением, чтобы церковь русская, в тяжком стеснении её от папы, не оставалась без верховного пастыря.

О своей кончине св. Иона предызвещён был от Бога. В то же время для засвидетельствования его богоугодной жизни пред людьми, она была открыта ключарю Успенского собора, пресвитеру Иакову. Блаженная кончина святителя последовала 31 марта 1461 г. Память св. Ионы осталась священной для церкви. Hе прошло и года после его кончины, как духовный друг его, св. Иона, архиепископ новгородский, поручил образованному иноку Пахомию написать канон в честь св. Ионы митрополита. Через 11 лет, при постройке вновь Успенского собора, мощи его обретены нетленными и явление их сопровождалось многими чудесами.

Древний жизнеописатель выставляет несколько примеров чудесной силы Божией, действовавшей в святителе ещё при жизни его.

Ключнику Пимену поручено было поить бедняков мёдом в известные дни. Одна вдова просила у него питья от своей болезни. Пимен с гневом сказал:

– Ступай прочь, – ещё не время.

Святитель, узнав о том, сказал Пимену:

– Знаешь ли ты, какую вдовицу оскорбил ты? Бог посылает тебе за то смерть; – иди, покайся.

И приказал постричь его в схиму, после чего тот умер.

Своему слуге св. Иона поручил раздать бедным значительную сумму денег. Слуга часть их утаил. Одна бедная вдова пришла к святителю с жалобой, что ей ничего не дано. Святитель спросил слугу, почему ей ничего не дано? Тот отвечал, что ей давали несколько раз деньги. Святитель сказал слуге:

– Ты крадёшь и лжёшь, за это умрёшь.

В тот же час слуга заболел и умер. Малолетняя дочь вел. князя Василия, Анна, была при смерти. Почти бездыханную принесли её в келью святителя. Молитвы его возвратили болящей здравие и силы³²⁰.

У патриарха Иакова было 12 сыновей. Из них он более всех любил Иосифа, старшего сына Рахили, за его кротость и благочестие и оказывал ему преимущество пред другими сыновьями, которые иногда оскорбляли Иакова своим своеволием. Иосифу он сшил нарядную разноцветную одежду. Это сильно не понравилось братьям и возбудило в них зависть к Иосифу. Эта зависть скоро перешла в ненависть, особенно после того, как он рассказал им свой сон:

– Послушайте, что я видел во сне, говорил Иосиф, вот мы вяжем в поле снопы; мой сноп поднялся и стал прямо, а ваши снопы стали кругом и поклонились моему снопу.

Братья рассердились. Им показалось, что Иосиф мечтает о первенстве так сильно, что даже во сне видит его.

– Неужели ты будешь властвовать над нами? – говорили они ему.

Вскоре Иосиф при отце рассказал братьям другой сон:

– Мне снилось, – говорил он, – что солнце, луна и одиннадцать звёзд покланяются мне.

Понятно, что братья ещё более после этого возненавидели Иосифа. Эта ненависть и страх, чтобы он, младший брат, не стал выше их, привели братьев к тому, что они решились погубить его, и только ждали удобного случая. И случай этот скоро представился. Однажды братья Иосифа отправились пасти стада в Сихем. Отец же их вместе с Иосифом и юным сыном Вениамином оставался в Хевроне. Не получая долго известий о детях, Иаков начал беспокоиться и сказал Иосифу:

– Поди, сходи к братьям твоим, посмотри, всё ли благополучно у них, и принеси мне известие.

Иосиф пошёл к братьям и нашёл их в Дофане (на севере от Сихема). Увидев его издали, братья сказали друг другу:

– Вот идёт сновидец. Пойдём, убьём его... и тогда увидим, что будет из его снов.

Но старший из них, Рувим, отклонил их от такого кровавого умысла и сказал:

– Крови не проливайте. Лучше бросим его в какой-нибудь ров в этой пустыне.

Это он говорил для того, чтобы после спасти Иосифа. Братья поступили согласно желанию Рувима. Они сняли с Иосифа разноцветную одежду и бросили его в пустой колодезь. Потом сели есть хлеб; Рувим же в это время отлучился от них. Во время трапезы они увидели, что идёт караван измаильтян. Тогда Иуда сказал братьям:

– Что пользы, если мы убьём брата и скроем кровь его? Продадим его лучше измаильтянам, а руки наши да не будут на нём; ибо он брат наш.

Совет Иуды понравился братьям. Когда купцы подошли к братьям, они продали им Иосифа за 20 сребреников³²¹ Между тем Рувим, имевший намерение тайно от братьев возвратить Иосифа к отцу, не нашедши брата в колодезе, очень опечалился и от печали разодрал свои одежды. Впрочем, скорбь его происходила не из любви к проданному брату, a из опасения гнева отеческого, ибо и он с прочими братьями согласился на обман против отца. Они закололи козла, вымазали кровью его одежду Иосифа, послали её к отцу и велели сказать:

– Мы нашли её в поле, не Иосифа ли эта одежда?

Иаков тотчас же узнал её и сказал:

– Да, эта одежда сына моего; хищный зверь съел его.

И горько, неутешно плакал старец о любимом сыне. Собрались было сыновья утешить его, но он не хотел утешиться и сказал:

– С печалью сойду к сыну моему в Шеол³²².

Измаильтяне, прибыв в Египет, продали Иосифа одному из первых вельмож царя египетского, Пентефрию (иначе Потифару). Господь был с Иосифом, и он был успешен в делах своих. Пентефрий полюбил Иосифа, сделал его управителем всего своего имения, и Бог благословил дом Пентефрия ради Иосифа. К несчастью, злая жена Пентефриева разгневалась на Иосифа за то, что он не согласился обманывать с ней мужа, и оклеветала его. Пентефрий посадил Иосифа в темницу, как преступника. Но Бог и в темнице был с Иосифом: начальник темничный, видя честность и мудрость Иосифа, полюбил его и поручил ему смотреть за всеми узниками. В это время фараон³²³ разгневался на виночерпия своего и хлебодара и посадил их в ту же темницу, где заключён был и Иосиф. Через несколько времени виночерпию и хлебодару виделись сны. Виночерпий видел во сне виноградную лозу, на которой было три ветви с плодами, он сорвал плоды, сок из них выжимал в царскую чашу и подносил её царю. Хлебодару снилось будто он несёт на голове три корзины; в верхней были царские хлебы, но их клевали хищные птицы. Иосиф, выслушав эти сны, сказал виночерпию, что он через три дня получит прежнюю должность, и просил его в дни счастия вспомнить о нём; а хлебодару предсказал, что он через три дня будет повешен, и птицы будут клевать его тело. Предсказания эти исполнились во всей точности. Виночерпий, получив прежнее место, позабыл об Иосифе, но Бог не забыл его.

Спустя дна года по освобождении виночерпия из темницы, фараону приснилось, будто он стоял на берегу Нила, и вот выходят из реки семь коров красивых и тучных; вслед за ними из той же реки вышли семь тощих коров, которые съели коров жирных, а сами от этого не пополнели. Фараон проснулся. Потом опять заснул и увидел, будто из одного стебля вышло семь колосьев полных; после них выросло семь колосьев тощих, пустых, которыми и были съедены первые колосья. Встревоженный такими снами, фараон поутру призвал египетских жрецов и толкователей, но никто из них не мог объяснить снов царю. Тогда виночерпий вспомнил об Иосифе и всё рассказал о нём царю; фараон немедленно велел представить его к себе. Выслушав сны фараона, Иосиф сказал, что семь полных коров и полных колосьев означают семь лет плодородия в Египте, а семь тощих коров и сухих колосьев означают семь лет голодных, в течение которых весь избыток от плодоносных лет истребится. Затем Иосиф дал царю совет, чтобы особые надзиратели в урожайные годы сделали запасы хлеба, которых достало бы на семь лет неурожайных. Истолкование снов и совет Иосифа понравились фараону. Он сказал Иосифу:

– Когда Бог всё сие открыл тебе, то нет мудрее и разумнее тебя. Ты будешь над домом моим и по твоему слову будут поступать все мои подданные; одним престолом я буду выше тебя.

После сего он дал Иосифу перстень с своей руки, одел его в виссонные одежды, возложил ему на шею золотую цепь и повелел везти его в великолепной колеснице по городу. Глашатай должен был идти пред колесницей и провозглашать ο новом достоинстве Иосифа. Не довольствуясь сим, фараон женил Иосифа на Асенефе, дочери верховного илиопольского жреца, знатнейшего сановника в государстве, и дал ему новое имя Псонфоманих, что значит на египетском языке: «спаситель современного поколения». Так наградил Господь Иосифа за его прежние страдания! Иосифу в то время было тридцать лет от роду. Ему и поручено было заготовить хлеб на голодные годы.

Всё предсказанное Иосифом исполнилось. Наступили годы необыкновенного урожая, в продолжение которых Иосиф сделал огромные запасы хлеба. Наступили затем и годы неурожайные; Иосиф открыл житницы и стал продавать хлеб. Голод распространился и в земле Ханаанской. Иаков, услышав, что в Египте продают хлеб, послал туда сыновей своих, кроме Вениамина, купить хлеба. Но в Египте хлеб иностранцам продавался только с разрешения самого Иосифа, потому братья его должны были явиться к нему лично. Представ пред ним, они поклонились ему до земли. Иосиф тотчас узнал их и невольно тут вспомнил о пророческих снах своей юности. Братья же его не узнали, потому что он возмужал и говорил с ними по-египетски через переводчика. Иосиф на этот раз не открылся братьям своим, но, желая испытать, исправились ли они, сказал им:

– Мне кажется, что вы соглядатаи и пришли из разных сторон только осмотреть нашу землю.

Братья оправдывались пред Иосифом тем, что они дети одного отца, который остался в Ханаане с меньшим сыном, что всех их было двенадцать братьев, но одного не стало. Несмотря на это оправдание, Иосиф заключил их в темницу; но на третий день призвал их к себе и сказал:

– Если вы точно люди неподозрительные, то один из вас пусть останется под стражей, а вы подите, отвезите хлеб домой; брата же меньшего приведите ко мне, чтобы оправдались слова ваши, иначе не являйтесь ко мне.

Неожиданное несчастие сильно поразило братьев Иосифовых.

– Видно мы наказываемся за грех против нашего брата Иосифа, – говорили они друг другу, – мы видели, как он страдал душой, видели его слёзы и не послушали его моления, за то и постигло нас это горе.

– Не говорил ли я вам, – сказал Рувим, – не грешите против отрока? но вы не послушали; вот теперь кровь его и взыскивается с нас.

Так говоря, братья думали, что Иосиф не понимает их слов. Он, услышав разговор их, ушёл в другую комнату и плакал. Он забыл всё зло, которое они ему некогда причинили, как только заметил в них признаки раскаяния. Но желая ещё более удостовериться в искренности их раскаяния, он приказал связать Симеона и посадить его в темницу, а прочим братьям выдать хлеб и скрытно положить в их мешки уплаченные ими деньги за хлеб. Возвратившись домой, братья Иосифовы с горестью рассказали отцу всё, что с ними случилось. Изумление и ужас их ещё более усилились, когда они, высыпая хлеб, нашли в мешках свои деньги. Престарелый Иаков в сильной скорби сказал своим сыновьям:

– Вы отняли у меня детей. Иосифа нет, Симеона нет; и Вениамина взять хотите! Не отпущу его в Египет.

На это Рувим отвечал:

– Убей моих двух сыновей, если я не приведу его к тебе; отдай его на мои руки.

Но Иаков сказал:

– Не пойдёт мой сын с вами, потому что брат его умер, и он один остался.

Прошёл год, голод не прекращался, а хлеб, привезённый из Египта, весь вышел. Иаков опять посылает детей своих в Египет; но дети не соглашаются отправиться без Вениамина. Долго не решался отец отпустить своего любимого сына. Наконец, согласился. Отпуская детей своих, Иаков приказал им отвезти правителю Египта в подарок лучших произведений земли Ханаанской и возвратить деньги, найденные в мешках. Иосиф принял братьев ласково и спросил:

– Здоров ли ваш отец?

Братья отвечали:

– Здоров раб твой, отец наш, – и при этом поклонились ему до земли. Потом представили они Иосифу свои дары и то серебро, которое нашли в своих мешках; но Иосиф сказал:

– Будьте спокойны. Бог ваш дал вам клад, а серебро ваше я получил.

Затем всех их угостил богатым столом, за которым особенно ласково обходился с Вениамином; но и тут не открылся им. Он ещё раз хотел испытать их. Для этого приказал домоправителю своему наполнить мешки братьев хлебом, а в мешок Вениамина, кроме того, тихонько положить свою серебряную чашу. Всё это было сделано, и Иосиф отпустил братьев со всей лаской. Но как только они вышли за город, управитель Иосифа догнал их и сказал, что они украли у его господина серебряную чашу. Сыновья Иакова знали, что они не виноваты в воровстве, и потому смело отвечали управителю:

– Если у кого из рабов твоих найдётся чаша, тому смерть; а мы все будем рабами господину твоему.

Обыскали мешки, и чаша нашлась в мешке Вениамина. В сильной горести братья должны были возвратиться к Иосифу и пали пред ним на землю.

– Что это вы сделали? – грозно спросил их Иосиф.

– Что нам сказать? Чем оправдаться? – отвечал ему Иуда. – Это Бог взыскивает с нас за один грех. Вот мы все за то будем рабами твоими.

Но Иосиф отвечал:

– Сохрани Бог, чтобы я это сделал. Только тот, у кого нашлась моя чаша, будет моим рабом, а вы подите с миром к отцу вашему.

Тогда Иуда подошёл к нему и сказал:

– Господин мой! Когда отец наш увидит, что мы возвратились без меньшего брата, то умрёт с горя. Я обязался пред ним отвечать за отрока. Позволь мне вместо него остаться рабом, а он пусть идёт с братьями.

Тогда Иосиф увидел, что братья его совершенно исправились, и не мог более удерживаться, чтобы не открыться. Он приказал всем посторонним удалиться, и, оставшись наедине с братьями своими, горько заплакал и сказал:

– Я Иосиф. Жив ли ещё отец мой?

От страха они не могли выговорить ни слова; но он старался их успокоить и говорил:

– Не печальтесь о том, что вы меня продали сюда. Это Сам Бог послал меня сюда, чтобы сохранить жизнь вашу. Скажите отцу о всей славе моей в Египте и приведите его сюда; остаётся ещё пять лет, в которые не будут ни орать, ни жать.

После сего Иосиф пал на шею Вениамину, обнимал его и плакал. Потом перецеловал всех братьев своих и обнимал их со слезами.

Дошёл и до фараона слух, что пришли братья Иосифа; это приятно было царю и вельможам, потому что Иосифа все любили. Царь приказал ему пригласить отца и братьев в Египет на жительство. По повелению царя Иосиф дал братьям дары для отца, колесницы для переселения и путевой запас.

Когда дети Иакова прибыли из Египта в землю Ханаанскую и рассказали отцу всё случившееся с ними, Иаков сначала не поверил им. Но, увидев царские колесницы, он ожил духом и радостно сказал:

– Довольно! ещё жив сын мой Иосиф, пойду и увижу его, пока не умер.

Но наперёд он хотел узнать об этом волю Божию; для чего отправился в Вирсавию и принёс там жертву Богу. Господь сказал ему:

– Без боязни иди в Египет; там я произведу от тебя народ великий и выведу обратно.

После сего Иаков спокойно отправился в Египет со всем своим семейством, скотом и имуществом. Иосиф с величайшей радостью встретил отца, представил его фараону и, по соизволению царскому, поселил его в лучшей части земли Египетской, – в земле Гесем. Иосиф снабжал хлебом весь дом Иакова.

Иаков прожил в Египте 17 лет. Почувствовав приближение смерти, он призвал Иосифа с детьми и благословил их. Затем он призвал всех сыновей своих и, благословляя их, предсказал судьбу их потомства. При этом благословлении он передал права первородства четвёртому сыну – Иуде. Затем завещал похоронить себя вместе с Авраамом и Исааком и мирно скончался. Иосиф исполнил завещание отца. По обычаю египетскому, он велел врачам набальзамировать тело своего отца и, после 70 дней плача, торжественно перенёс его в землю Ханаанскую и похоронил его там в пещере Махпельской.

Возвратившись в Египет, Иосиф прожил там до глубокой старости³²⁴ и во всё это время не переставал любить своих братьев и доставлять им всё нужное. Умирая, он завещал им, чтобы израильтяне, при переселении своём в землю Ханаанскую, взяли с собой кости его. Братья поклялись ему в этом, и он умер спокойно около 1700 г. до Р.Х. Тело его было набальзамировано и погребено в Египте³²⁵.

По случаю явления сей иконы на Афоне, 31 марта, празднование ей совершается по примеру афонского Иверского монастыря во вторник на святой неделе. В сей день совершается празднование и в Молчановской Софрониевской пустыни чудотворной Иверской иконе Богоматери, принесённой в сию обитель в 1713 году³²⁶.

Об Иверской иконе Богоматери см. в февр. кн. под числом 12.

Преп. Акакий исповедник, еп. мелитинский, жил при Декии.

Муч. Менандра влачили по камням. Преп. Власий был из малоазийского города Аммория, во Фригии. 38 мучч. были усечены мечом при Иулиане³²⁷.