Февраль

Святой Трифон жил в селении Кампсада, во Фригийской стране. Он с юных лет преисполнился Божественной благодати и получил от Бога дар чудотворения. Однажды на полях кампсадийцев появилось великое множество насекомых, пожиравших пшеницу, что грозило несчастным жителям разорением и голодом. Тогда Трифон, жалея их, помолился Господу и заклял насекомых Христовым именем, чтобы они удалились на дикие растения и не уничтожали посевов. И вот бессловесные твари послушались заклинания и ушли с полей. С тех пор этим заклинанием многократно пользовались христиане и по вере получали желаемое.

У римского императора Гордиана была дочь, одержимая злым духом, который её мучил и бросал в воду и в огонь. Врачи, разумеется, не могли ей ничем помочь, но вот по велению Божию сам бес провещал из девицы: «Никто меня не может выгнать отсюда, кроме отрока Трифона». Когда Трифона разыскали в его селении и повели в Рим, диавол, узнав об этом, за три дня до прихода святого стал вопить: «Не могу здесь больше жить, потому что приближается Трифон», – и вышел из девицы.

Отец её, император Гордиан, был очень доволен и приветливо встретил святого. При этом он умолял Трифона показать ему диавола воочию, и тот согласился. После шести дней поста и молитвы Трифон получил от Бога ещё большую власть над нечистыми духами. На седьмой день рано утром император пришёл к нему со своими советниками, и Трифон, исполненный Духа Святого, сказал, обращаясь к диаволу: «Тебе говорю, дух нечистый, во имя Господа моего Иисуса Христа, явись воочию находящимся здесь, покажи им свой мерзкий и бесстыдный образ и яви немощь свою». И тотчас диавол предстал перед всеми в виде чёрного пса с огненными глазами, который голову волочил по земле.

Тогда царь и его свита ужаснулись, и многие уверовали во Христа и крестились.

После смерти императора Гордиана воцарился злой Декий и устроил жестокое гонение на христиан. Трифона схватили и после многих мучений осудили на смерть. Душа мученика отлетела ко Господу, а тело погребли верующие в его родной деревне Кампсаде.

По прошествии многих столетий в Москве произошло следующее. У царя Иоанна Грозного по какой-то оплошности сокольника боярина Трифона Патрикеева улетел любимый кречет. Царь приказал этому сокольнику во что бы то ни стало разыскать кречета в три дня, угрожая в противном случае смертью. Боярин стал усердно молиться мученику Трифону, своему небесному покровителю, и вот когда, изъездив весь лес, он усталый заснул под деревом, явился ему мученик Трифон и вручил пропавшего сокола. Проснулся боярин и видит: на руке его сидит царский кречет. Он отвёз его Иоанну Грозному, а в благодарность за спасение своей жизни выстроил церковь во имя мученика Трифона, действующую и в наше время.

Эта икона прославилась в Молдавии, в Сокольском Румынском монастыре. При монастыре была духовная семинария. Однажды, когда в семинарской церкви закончилась литургия, Матерь Божия на иконе заплакала. Пономарь, увидавший слезы, сказал об этом священнику, и священник с церковнослужителями поспешили к иконе. На лике Божией Матери ясно были видны следы слёз. Ректор семинарии епископ Филарет вынул икону из киота, вытер её полотенцем и опять поставил на место. Все вышли из храма и заперли дверь на ключ.

Вечером семинаристы и наставники пришли в церковь и увидели, что из глаз Богоматери на иконе текут слёзы. Весть о чудесном событии разлетелась по всей Румынии, и многие христиане стали приходить поклониться чудотворному образу, по-прежнему источавшему слёзы.

Во время Крымской войны в Молдавии находилась австрийская армия. Главнокомандующий, генерал Паар, послал своего полковника посмотреть чудотворную «плачущую» икону. Полковник зажёг свечу и начал рассматривать образ Божией Матери. И вдруг на глазах Богородицы заблестели слёзы. В ужасе полковник отпрянул от образа и воскликнул: «Плачет! Это великое чудо! Отцы, молитесь Богу!»

Епископ Романский Мелхиседек, когда увидел, что Матерь Божия плачет, сказал, что будет несчастье. И действительно, Матерь Божия Своими слезами предвозвестила, что скоро закроют духовную семинарию, разгонят монахов и упразднят Сокольский монастырь.

Священномученик Николай родился в семье сельского псаломщика. Будучи подростком, остался круглым сиротой и поэтому получил духовное образование за казённый счёт. Преподавал в духовной семинарии, женился, принял священный сан, нёс послушание духовника семинарии. Последним местом его служения был город Симферополь в Крыму (сейчас территория Украины).

В Симферополе отец Николай встретил революцию, пережил захват власти безбожниками-большевиками, правление генерала Врангеля, последние бои между белыми и красными и уход Добровольческой армии из Крыма.

Один из сыновей протоиерея Николая был офицером Белой армии, но он по какой-то причине не уехал вместе с генералом Врангелем, а остался в Симферополе. Ему пришлось скрываться, потому что красные не только арестовывали всех попавших им в руки белогвардейцев, но и устраивали над ними бессудные расправы. Молодой офицер попытался пробраться в Севастополь, к Чёрному морю, но вскоре был схвачен большевиками и расстрелян.

В 1922 году отец Николай был арестован за якобы сопротивление изъятию церковных ценностей. Большевики действительно в то время под предлогом помощи голодающим грабили храмы Божии. Но активно сопротивляться им пытался по большей части сам православный народ. Духовенство, понимая, что сопротивление бесполезно, зачастую даже уговаривало людей воздерживаться от слишком энергичного противодействия грабителям, чтобы избавить православных от злой мести безбожников. Но одной из целей ограбления храмов как раз и было истребление духовенства. Поэтому при изъятии из храмов церковных ценностей арестовывали по большей части священнослужителей. Так и в Крыму было арестовано почти всё духовенство. Отца Николая приговорили к трём годам заключения в тюрьме, но через девять месяцев отпустили на свободу. Он опять стал служить в церкви.

В 1933 году протоиерея Николая вновь арестовали, несколько месяцев продержали в заключении, потом присудили к штрафу и выпустили. Он снова вернулся к своему священническому служению.

В 1937 году последовал новый, уже последний арест, и через два месяца ни в чём не повинный священномученик Николай был по приговору тройки НКВД расстрелян.

На восьмой день по Рождестве Христовом дали Ему имя Иисус, наречённое ещё прежде ангелом. А на сороковой день принесли Иисуса в Иерусалим, чтобы посвятить Его Господу.

Тогда был в Иерусалиме человек, именем Симеон. Он был муж праведный и благочестивый, чающий утешения Израилева, и Дух Святой был на нём. Ему было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня.

И пришёл он по вдохновению в храм. И когда родители принесли Младенца Иисуса, чтобы совершить над Ним законный обряд, он взял Его на руки, благословил Бога и сказал: «Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему с миром, ибо видели очи мои спасение Твоё, которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля».

Иосиф же и Матерь Его дивились сказанному о Нём. И благословил их Симеон, и сказал Марии, Матери Его: «Вот, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий. И Тебе Самой оружие пройдёт душу, да откроются помышления многих сердец».

Тут была Анна, пророчица, вдова лет восьмидесяти четырёх, которая не отходила от храма, постом и молитвою служа Богу день и ночь. И она в то время, подошедши, славила Господа и говорила о Нём всем, ожидавшим избавления в Иерусалиме.

И когда они совершили всё по закону Господню, возвратились в Галилею, в город свой Назарет. Младенец же возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия была на Нём.

По свидетельству Божественного Евангелия, старец Симеон был человек праведный и благочестивый, ожидавший утешения Израилева, и Дух Святой был на нём. Ему было возвещено от Бога о приближающемся пришествии в мир Мессии (Христа). Древние историки так повествуют о получении Симеоном этого извещения.

Птоломей, царь египетский, повелел перевести Библию с еврейского языка на греческий. Для этого были выбраны 70 толковников, учёнейших иудейских мужей, среди коих был и Симеон, человек мудрый и хорошо знавший Священное Писание. Переводя книгу пророка Исайи, он усомнился в возможности рождества Христова от Пречистой Девы Марии. И явился ему ангел Господень и сказал: «Имей веру пророчеству Исайи, и ты сам увидишь исполнение его, ибо ты не вкусишь смерти, прежде чем не увидишь родившегося от Девы Христа».

Уверовав в ангельские и пророческие слова, Симеон терпеливо ожидал пришествия в мир Спасителя. Он жил праведно и непорочно, уклоняясь от всякого зла и непрестанно пребывая в храме Божием. Там Симеон молился Богу, да помилует Он мир Свой и избавит людей от вселукавого диавола.

Когда в сороковой день по рождестве Своём Господь наш Иисус Христос принесён был Богородицею в храм, Симеон встретил их там и, видя Пресвятую Деву, осенённую небесным светом и сияющую Божественными лучами, приступил к Ней со страхом и радостью, принял на руки Богомладенца и сказал: «Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему с миром, ибо видели очи мои спасение Твоё, которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля».

После этого он пророчествовал о страданиях Христовых и распятии Его, о Богородице, что душу Её пронзит оружие печали и скорби, когда Она увидит Сына Своего висящим на кресте.

По преданию, праведный Симеон прожил 360 лет, так как Богу было угодно продлить его дни, чтобы старец дожил до ожидаемого всей тварью времени, когда родился от Девы Сын Божий, Ему же слава вовеки. Аминь.

Святой Власий жил в Кесарии Каппадокийской и был пастухом. Когда наступило гонение и разыскивали христиан, он, услышав об этом, добровольно отдался в руки мучителей, которые растянули его и били воловьими жилами. Но Бог исцелил его от ран.

Тогда, не поверив и чуду, правитель повелел бросить святого в котёл с кипящей водой. К изумлению всех присутствовавших, мученик остался невредимым и, стоя в кипятке, разговаривал с окружающим его народом, ибо явились ангелы Божии и хранили святого. Вслед за этим по приказу правителя к мученику пришли воины, чтобы вынуть его из котла, но, увидев Власия поющим вместе с ангелами, уверовали во Христа. Тогда правитель послал других воинов, но и те, придя, сделались христианами.

Наконец он сам явился на место мучения и увидел святого, веселящегося в котле с кипятком. Он подумал, что вода остыла, и умыл в ней своё лицо, но так сильно обжёгся, что умер. Обратив своими чудесами ко Христу многих язычников, святой Власий помолился Богу и предал Ему свою святую душу. Бывшие при кончине мученика видели голубя, летающего над телом его. А пастушеский жезл Власия, будучи воткнут в землю, вырос в огромное дерево, покрывшее своими ветвями алтарь церкви, построенной над мощами святого.

Равноапостольный святитель Николай родился в семье бедного сельского диакона. Потеряв мать в пятилетнем возрасте, он провёл юность в нужде и лишениях, что выработало в нём удивительную силу воли и целеустремлённость. Эти качества очень помогли святителю впоследствии, когда, блестяще закончив семинарию и Санкт-Петербургскую духовную академию, он вступил на своё жизненное поприще просветителя Японии.

Двадцати четырёх лет от роду он принял монашество и священство и по велению сердца, с благословения священноначалия отправился в далёкую Японию, имея в душе заветное желание обратить японцев ко Христу.

В своём служении отец Николай вынужден был преодолеть очень большие трудности: в Японии под страхом смертной казни была запрещена проповедь христианства; японцы вообще очень недоверчиво, а то и враждебно относились к иноземцам; японский язык всегда был одним из самых трудных для изучения иностранцами.

Но отец Николай не только сам изучил японский язык, но и перевёл на него богослужебные книги. Он создал Русскую духовную миссию и при ней семинарию и женское училище, построил великолепный храм Воскресения Христова в Токио. Он привёл к вере множество японцев, из которых вышли священники и проповедники Японской Православной Церкви.

Одним из первых японцев, обращённых святителем Николаем в православие, был Савабе. Он был жрецом-язычником, пользовался уважением окружающих и жил в полном довольстве. Однажды Савабе зашёл к отцу Николаю нарочно, затем, чтобы высказать своё презрение и ненависть к христианской вере. Начав разговор резко и насмешливо, он в продолжение беседы делался всё задумчивее. На следующий день Савабе пришёл снова, а в конце разговора попросил начать обучать его христианскому вероучению.

Спустя год Савабе привёл к отцу Николаю своего друга, врача Сакаи. Ещё через год к ним присоединился врач Урано. Много позже, при крещении, они получили имена апостолов: Павел, Иаков, Иоанн. В 1875 году Павел Савабе был рукоположен во священника, а Иоанн Сакаи – во диакона. В 1880 году отец Николай был рукоположен и стал первым епископом Токийским.

Равноапостольный Николай оставил потомкам 184 церкви, 276 приходских общин, ещё одного (кроме себя) епископа, 34 священника, 8 диаконов, 115 проповедников. Общее число православных верующих достигло при нём 34110 человек. Не было человека в Японии, после императора, который пользовался бы в стране такою известностью.

Святитель Николай тридцать два года управлял созданной им епархией, а затем мирно отошёл ко Господу, оплакиваемый десятками тысяч православных японцев.

Святой равноапостольный Николай почитается и в Японии, и в России как великий праведник и особый молитвенник перед Богом. Мощи его покоятся на кладбище в Токио.

Мученик Михаил родился в 1875 году в подмосковном посёлке Дрезна. Отец его был владельцем чайной, человеком состоятельным и при этом глубоко верующим. Он был постоянным прихожанином местного храма и содержал в нём церковный хор. После смерти отца Михаил стал хозяином чайной и продолжал содержать хор, которым сам и руководил.

После революции чайную у него отобрали, и Михаил стал работать сторожем на фабрике. В храме же он остался певчим и председателем ревизионной комиссии.

В 1937 году усилились гонения на Русскую Православную Церковь, и Михаила как активного участника приходской жизни арестовали. После недолгого следствия тройка НКВД приговорила ни в чём не повинного человека к десяти годам заключения в концлагере. Но уже через три месяца после приговора мученик Михаил предал свою святую душу в руки Божии.

Преподобный Николай был учеником и сострадальцем преподобного Феодора Студита (его память 11 ноября / 24 ноября). Когда злочестивый царь Лев стал хулить святые иконы и велел их выбрасывать из домов и храмов и уничтожать, многие преподобные отцы и святители встали на защиту иконопочитания, готовые пострадать за истину даже до смерти. Среди этих подвижников и страдальцев просияли и Феодор Студит, и ближайший его ученик Николай. Многие годы провели они вместе в темницах и в изгнании, претерпели издевательства и побои, но не отступили от правого учения и старались всеми силами защищать и распространять его.

По смерти злочестивого Льва они вышли из заключения и мирно прожили несколько времени, пока преподобный Феодор Студит не преставился ко Христу. Но вскоре после смерти Феодора снова начались гонения на святые иконы, и блаженному Николаю вновь пришлось много лет скитаться, переходя с места на место. Наконец гонения кончились, и святой патриарх Мефодий поставил Николая игуменом Студийского монастыря в Константинополе.

И снова ему пришлось претерпеть гонения за правду Христову. Николай обличил царя в грубейших нарушениях заповедей Божиих и за это был изгнан из обители, а затем посажен в темницу на два года, пока царь-беззаконник не умер. И снова Николай стал игуменом Студийского монастыря. Много претерпел преподобный исповедник Николай страданий за правду Божию, и Господь даровал своему угоднику и ревнителю силу чудотворения и власть исцелять недуги.

Перед смертью, когда вся братия обступила постель его, Николай их спросил: «Братия, в чём вы сейчас имеете недостаток?» Они, удивившись такому вопросу, ответили: «Не имеем пшеницы». Блаженный сказал им на это: «Бог, питавший Израиля в пустыне, не оставит и вас: в третий день по моей кончине Он даст вам пшеницы в изобилии». Так и случилось. На третий же день по кончине святого в монастырь прибыл корабль с пшеницей, присланный царём Василием.

Молитвами преподобного Николая исповедника, игумена Студийского, да сподобимся и мы жизни вечной в Царстве Господа нашего Иисуса Христа. Аминь.

Ещё отроком преподобный Кирилл ощутил неодолимое желание стать монахом. Тайно оставив родительский дом, он ушёл на реку Обнору, в обитель преподобного Корнилия Комельского, о которой слышал от отца и матери. По дороге Кирилл встретил старца, украшенного сединами, который пошёл вместе с ним и, немного не доходя до обители, дал ему духовное наставление, много помолился о нём и сказал: «Иди, чадо, к блаженному Корнилию, а я буду его просить принять тебя в иноки». После этого старец благословил юношу и стал невидим.

Преподобный Корнилий с любовью принял Кирилла и, провидя в нём избранный сосуд Духа Святого, постриг его в иноки. С той минуты он предал всего себя в руки Божии и с усердием взялся за монашеские труды. Он работал в пекарне, поварне и на других самых чёрных работах; молился Кирилл непрестанно и во всём безусловно слушался своего духовного наставника.

Наконец с благословения Корнилия Кирилл вышел на отшельнический подвиг. Он отправился на север и ходил там по пустынным лесам, питаясь корнями и травами, непрестанно молясь и прося Господа указать ему место для постоянного жительства.

По небесному указанию блаженный Кирилл отправился на Белоозеро, а затем пошёл к Тихвинскому монастырю, где усердно в течение трёх дней взывал к Богу и Матери Божией. Она ему явилась во сне и велела идти к Новому озеру. Там на острове Красном увидел Кирилл огненный столп на том месте, где теперь стоит монастырь, и из этого познал волю Божию.

Перебравшись на остров, Кирилл поселился там в шалаше под высокой елью. Здесь явился ему во сне ангел Господень и сказал, что это место уготовано ему от Бога. Во время пребывания на острове преподобный подвизался в посте и молитвах, терпя многие напасти и скорби от бесов и злых людей. Постепенно вокруг него собралась многочисленная братия, и устроился Новоезерский монастырь.

Достигнув глубокой старости, преподобный Кирилл получил от Господа дарования прозорливости и чудотворения. Перед кончиной он предсказал приближение великих бедствий для Русской земли, нашествие на неё поляков и в дальнейшем освобождение. Причастившись Святых Тайн и оградив себя крестным знамением, святой Кирилл предал душу Господу. По прошествии более ста лет его мощи были обретены нетленными и положены в церкви, где они, источая чудеса, почивали до последних времён.

Священномученик Мефодий (в святом крещении Михаил) родился в семье бедного сельского псаломщика, человека очень благочестивого и глубоко верующего, оказавшего этим большое влияние на своего сына, будущего святителя-мученика.

По окончании семинарии Михаил женился и принял священный сан, но вскоре его жена умерла, и Михаил решил всего себя посвятить служению Господу. Он поступил в Казанскую духовную академию и принял монашество.

Окончив учёбу в академии, отец Мефодий нёс различные церковные послушания: преподавал и был ректором в духовной семинарии, много проповедовал, был миссионером. В 1913 году он был посвящён в сан епископа и стал викарием (помощником правящего архиерея) Омской епархии.

После захвата власти большевиками в России началась Гражданская война, в некоторых местах крестьяне восставали против советского режима. В 1921 году вспыхнуло крупное крестьянское восстание в Западной Сибири. Повстанцы захватили несколько больших городов, везде безжалостно расправляясь с коммунистами и их семьями.

На восстание и жестокость большевики ответили удвоенной жестокостью. Их карательные отряды сотнями без разбора расстреливали жителей захваченных сёл и городов, сжигали дотла целые деревни.

Когда красные заняли город Петропавловск, владыка, совершив Божественную литургию, вышел из храма к народу, чтобы сказать слово примирения. И тотчас же прямо перед храмом большевики насмерть закололи его штыками, а в одну из штыковых ран вонзили священномученику Мефодию крест.

Священномученик Евстафий родился в семье сельского диакона, окончил духовную семинарию, женился и стал священником.

Прихожане полюбили отца Евстафия за ревностное служение, доброту и бескорыстие. Даже во время гонений от безбожников в храме отца Евстафия сохранялся хороший хор, так что по праздникам на правом и левом клиросах пело по восемь человек.

В декабре 1927 года власти арестовали священника, однако уже в январе следующего года выпустили, потому что не нашли за ним никакой вины.

Но ровно через десять лет он был арестован снова. Шёл 1938 год. Тут уже НКВД и вовсе никакой вины не искал. Руководители страны того времени планировали, сколько людей им нужно расстрелять, а сколько посадить в концлагеря. Этот план они направляли в НКВД, где исполнители действовали со страху, зная, что если они не выполнят план, то их самих расстреляют.

Поэтому сотрудники НКВД, нисколько не заботясь об истине, сами составляли протоколы допросов обвиняемых и обманом или угрозами заставляли людей подписывать ложные признания в тяжких преступлениях против государства. Если обвиняемые не соглашались себя оговорить, их жестоко избивали. Многие люди не выдерживали пыток и подписывали ложные протоколы.

Но отец Евстафий не признал себя виновным и не подписал протокол, в котором была описана его «контрреволюционная деятельность». Чтобы вынудить у него самооговор, его держали зимой в холодном сарае без верхней одежды и не кормили. От холода и голода священник заболел, и, когда его вывели из сарая, чтобы везти в тюрьму в Москву, он был едва живым. Проводить своего духовного отца вышло всё село.

Это были проводы в последний путь, потому что тройка НКВД приговорила ни в чём не повинного священномученика Евстафия к расстрелу.

Священномученик Иоанн родился в семье сельского священника и благодаря отличным способностям и прилежанию окончил сначала семинарию, а затем Московскую духовную академию.

Несколько лет после этого он преподавал в той же академии, стал профессором богословия, принял священный сан, служил и продолжал преподавать в разных учебных заведениях Москвы.

В 1917 году отец Иоанн был членом Поместного Собора от Московской епархии и принимал активное участие в его работе.

В 1922 году протоиерей Иоанн был арестован по надуманным обвинениям и осуждён на высылку за границу. Но потом власти передумали и дали ему три года тюрьмы, а через месяц вновь изменили решение и выпустили на свободу. И отец Иоанн стал опять служить в московских храмах.

В 1933 году его снова арестовали и вместе с ним тринадцать человек. Все они обвинялись в том, что, собираясь для бесед на религиозные темы, занимались антисоветской пропагандой (последнее было ложью). Отца Иоанна приговорили к трём годам ссылки в Северный край, по окончании которой он вновь вернулся к священному служению в Москве.

В январе 1938 года опять последовал арест, и после скорого и неправого следствия тройка НКВД приговорила священномученика Иоанна к расстрелу.

Священномученик Николай родился в семье офицера, за участие в сражениях награждённого двумя орденами. Отец был убит революционерами-террористами в 1898 году. Причём сами террористы впоследствии признались, что убили его без всякой вины.

В начале XX века в народе, особенно в среде интеллигенции, настолько распространилось безбожие, что даже многие дети священнослужителей по малодушию отказывались принимать священный сан. Но Николай, будучи человеком глубоко верующим и благородным, решил всего себя посвятить на служение Богу и поступил в духовную семинарию.

По окончании учёбы он женился и принял сан. У них с женой Еленой родилось трое мальчиков и три девочки. Служил отец Николай в Кубанской области на Северном Кавказе.

Во время Гражданской войны его станица бывала занята то красными, то белыми, но отец Николай всегда говорил то, что думал, и при любой власти с амвона говорил народу, что гражданская война – это самоубийство нации.

После утверждения на Кубани советской власти начались гонения на Церковь. Местные начальники, однако, с большим уважением относились к отцу Николаю и не раз тайно предупреждали его о готовящемся аресте, советуя уехать на время из села. Но мужественный исповедник веры Христовой не оставлял места своего служения и по-прежнему бесстрашно говорил в проповедях о гибельности безбожия, о поругании православной России. Народ со слезами слушал искреннее слово своего пастыря.

В 1930 году отца Николая посадили на два года в лагерь. За это время умерла от голода его жена Елена. Голод в некогда плодородной Кубанской области в то время был такой, что люди съели не только весь скот, но даже и собак, и кошек.

Выйдя из лагеря, отец Николай переехал с семьёй в Белоруссию и стал там настоятелем храма. В Белоруссии тогда тоже был ужасный голод, и семья спаслась от смерти только благодаря помощи одной верующей женщины, директора маслозавода, которая давала им по бидону молока в день, за которым дети отца Николая шли семь километров.

В селе, где служил отец Николай, он создал крепкую общину, на службы ходило очень много людей. Храм они содержали в идеальном порядке – это был дом Божий, куда люди шли на праздник. Несмотря на больные ноги и порок сердца, протоиерей Николай был готов по первому зову прийти в любое место своего обширного прихода, чтобы причастить или соборовать больного. Никогда он не отказывал в помощи нуждающимся, порой отказывая своей семье в необходимом. Но родные поддерживали отца Николая в его добрых делах.

У него были замечательные певческие способности, и отцу Николаю не раз предлагали оставить священное служение и стать артистом музыкального театра, чтобы избежать гонений от безбожников. Но священник всегда отказывался от подобных предложений, говоря, что он взял свой крест и донесёт его до конца.

Вечером 25 января 1938 года вся семья сидела в комнате после богослужения. Было темно, горела лишь одна свеча, топилась печь, на которой готовился ужин, напротив неё расположились дети. Отец Николай помешивал кочергой угли в печи и рассказывал детям что-то весёлое. Вдруг раздался громкий стук в дверь, она распахнулась, и в комнату вошёл вооружённый сотрудник НКВД.

«Дети, это всё!» – сказал отец Николай и сразу стал сосредоточенным и серьёзным. Уходя, он тепло и ласково попрощался со всеми – уже навсегда. Хотя стоял январь и было холодно, он взял одну только телогрейку, предчувствуя, что вещи ему уже не понадобятся. И действительно, меньше, чем через месяц, священномученик Николай был расстрелян по приговору тройки НКВД, и душа его обрела вечный радостный покой в Царстве Небесном.

Священномученик Алексий происходил из крестьян. С юности возлюбив Бога и Церковь, он поступил в духовную семинарию, по окончании которой принял священный сан.

Отец Алексий очень ревностно относился к богослужению и сердечно любил своих прихожан. Так это было и в Нижегородской епархии, где он прослужил около двенадцати лет, и в Московской епархии, где он прослужил с 1931 по 1938 год до своей мученической кончины.

С появлением на приходе доброго пастыря многие сельчане, которые раньше не ходили в храм, стали постоянными прихожанами, молодёжь начала венчаться в церкви, люди стали крестить младенцев, для крещения и венчания приезжали даже из других мест. Священник Алексий безбоязненно призывал народ хранить веру в Бога, не пропускать церковных служб по праздникам, жить по заповедям Божиим.

Эти-то благие дела больше всего и раздражали безбожников. К тому же наступил 1938 год – время массовых убийств верующих, да и не только верующих. Руководимый коммунистами народ буквально пожирал сам себя, потому что расстреливались и отправлялись на муки в концлагеря сотни тысяч людей, не совершивших никаких преступлений.

Следствие длилось один день, и тройка НКВД приговорила священномученика Алексия к расстрелу.

Священномученик Николай был старшим сыном многодетного бедного чиновника. Он окончил духовную семинарию, женился на глубоко верующей девице Анне и стал школьным учителем.

В семье Николая и Анны родилось восемь детей, но четверо умерли в младенчестве. Анна была слабого здоровья, материально жить было тяжело, однако трудности скрашивались единством супругов в православной вере.

Незадолго до Октябрьской революции Николай принял священный сан и стал настоятелем в одном из подмосковных храмов. Он был ревностным пастырем: следил за благочинием в приходе и благоукрашением храма, настаивал, чтобы пономари читали за службой ясно и понятно.

Отец Николай всегда старался помнить о Боге. Когда ему было тяжело на душе или возникали трудные жизненные обстоятельства, он шёл в храм Божий и служил там молебен с акафистом преподобному Сергию Радонежскому или Серафиму Саровскому.

Как и многим другим священнослужителям в тот период, ему пришлось пережить много огорчений от советской власти. А в 1938 году протоиерей Николай Поспелов сподобился мученического венца.

Когда сотрудники НКВД пришли, чтобы его арестовать, и сделали обыск в доме, священник, его супруга и сын встали помолиться. После молитвы отец Николай благословил жену и сказал ей: «Поручаю тебя святому Архистратигу Михаилу». Матушка Анна, прощаясь с мужем, заплакала и сказала: «Иди страдать за Христа».

Следствие длилось один день, и тройка НКВД приговорила священномученика Николая к расстрелу.

Священномученик Димитрий был сыном сельского псаломщика и просфорницы. Во время его учёбы в семинарии отец умер, и мать упросила сына, как единственного кормильца, вернуться домой, так как на её иждивении оставались три дочери. Димитрию пришлось несколько лет прослужить псаломщиком, потом он женился и был рукоположен во диакона. Это было в 1925 году.

Через четыре года отца Димитрия отправили в ссылку на пять лет. Во время ссылки он был рукоположен в священника. После ссылки отец Димитрий возвратился в родные места и продолжил священническое служение.

Жить приходилось очень бедно, потому что прихожане зачастую не только не могли что-нибудь пожертвовать священнику, но сами прибегали к нему за помощью. Отец Димитрий никогда никому не отказывал в требах. Поскольку люди детей крестили, но в крёстные идти боялись из-за гонений от безбожников, крёстными почти для трети села стали дети священника.

Летом 1937 года, когда гонения на Церковь усилились, сотрудники НКВД стали собирать материал на отца Димитрия. Нашлись, как обычно, лжесвидетели. Власти стали вызывать священника на «беседы», уговаривали его отречься от сана и выступить с антицерковной лекцией в клубе, обещая в таком случае не арестовывать его. Супруга отца Димитрия тоже уговаривала его снять с себя священный сан ради детей, которым, как детям священника, мешали получить образование. Но отец Димитрий не поддавался ни на какие уговоры.

Наконец его арестовали, да перед этим ещё под видом налога отобрали все деньги. Матушка очень убивалась, потому что осталась с детьми совсем без средств к существованию, но по милости Божией жители села пожалели семью своего верного пастыря и поддержали её деньгами, так что их на первое время хватило.

Священномученик Димитрий был расстрелян по приговору тройки НКВД на полигоне в Бутово под Москвой.

Преподобномученик Серафим родился в семье богатого ярославского купца и в крещении был наречён Владимиром. Он получил хорошее домашнее воспитание и образование, отлично играл на фортепиано, по окончании гимназии намеревался поступать в Петроградский университет.

В то же время Владимир был постоянным прихожанином Свято-Троицкой Александро-Невской лавры в Петрограде, имел там духовного отца иеросхимонаха Серафима и учился у него молитве и борьбе со страстями.

В 1919 году, когда старец умер, Владимир подал прошение о принятии в монастырь и был зачислен послушником. Через год его постригли в монашество с именем Серафим и рукоположили во иеродиакона.

Летом 1922 года при поддержке большевиков в Церкви возник обновленческий раскол. Когда обновленцы захватили власть в Александро-Невской лавре, отец Серафим ушёл из ставшего раскольничьим монастыря и служил в сохранивших верность Церкви приходских храмах до тех пор, пока в 1928 году в лавре не восстановилось православие.

Но гонения на Церковь в нашей стране продолжались, и в 1936 году был закрыт последний храм на территории Александро-Невской лавры. Отца Серафима вызвали в НКВД в качестве свидетеля и предложили дать ложные показания против других людей. Отец Серафим категорически отказался от этого, и следователь велел ему в трёхдневный срок уехать из города.

Отец Серафим стал служить в подмосковном Клину, но в 1938 году был по надуманному обвинению арестован и по приговору тройки НКВД расстрелян.

Мученик Димитрий был сыном псаломщика храма Иоанна Предтечи в одном из сёл Московской области. Окончив два класса духовного училища, он после смерти отца стал псаломщиком в родном храме. За добродетельную жизнь Димитрий пользовался большим уважением прихожан.

После революции начались гонения от богоборческой власти, и Димитрия стали предупреждать об аресте. Ему предлагали оставить церковное служение и идти работать в сельсовет, но он от этого отказался, не желая предательством Церкви покупать себе жизнь.

В 1936 году власти приняли решение снести храм Иоанна Предтечи, но духовенство и прихожане не хотели с этим примириться без борьбы, и священник со старостой поехали в Москву в Патриархию за советом. Что им могли посоветовать в Патриархии? Сказали, что хлопотать бесполезно. Тогда староста спросила, нет ли какой-нибудь возможности хотя бы отсрочить закрытие храма, который все прихожане любят и не хотят терять. Видя их решимость, сотрудники Патриархии посоветовали подать ходатайство во ВЦИК.

Ожидание ответа из ВЦИКа действительно дало верующим возможность ещё несколько месяцев служить в своей церкви. Но в мае 1937 года пришёл отрицательный ответ. Несмотря на протесты многих прихожан, церковь была всё же закрыта, колокола сброшены, мраморное распятие разбито, иконы и церковные книги сожжены. Ограда церковного кладбища и все памятники разбиты и уничтожены. На месте храма была установлена парашютная вышка, со временем пришедшая в негодность и заброшенная.

Через некоторое время все священники храма, староста и псаломщик Димитрий были арестованы. Димитрий держался на допросах мужественно – никого не оклеветал. Тройка НКВД приговорила его к десяти годам заключения в концлагере, но мученик Димитрий умер там, не прожив и полугода.

Мученик Василий родился в Москве в семье кузнеца Сергея Иванова и по окончании школы стал по примеру отца кузнецом. Кузница их была довольно большой, в ней постоянно работало около десяти человек. Кроме того, Василию Сергеевичу принадлежал доходный дом из двадцати четырёх квартир, поэтому его семья была состоятельной.

Но не материальный достаток был главным для Василия Сергеевича, а спасение души. И во времена материального достатка, и после революции, когда он лишился большей части собственности и сам стал простым наёмным рабочим-кузнецом, Василий Сергеевич оставался верующим христианином. Несмотря на жестокие гонения, которые развернула против Церкви богоборческая власть, Василий Сергеевич не побоялся стать старостой храма. Кроме того, он продолжал поддерживать связи со своими знакомыми, высланными, крестьянами и, чем мог, помогал им.

В 1932 году всё это было вменено ему в вину. Василия Сергеевича арестовали, правда, приговор был вынесен по тем временам мягкий: тройка ОГПУ приговорила его к трём годам ссылки условно. Однако не прошло и шести лет, как Василия Сергеевича арестовали вновь. Вины за ним и на этот раз никакой не было, но тройка ОГПУ приговорила мученика Василия к расстрелу.

Его житие смотри под 9 сентября / 22 сентября.

Во дни злого царя Декия, при правителе Сицилии Кинтиане в сицилийском городе Панорме (ныне Палермо) жила юная христианка Агафия. Узнав о безбожном повелении Декия мучить и убивать христиан, она воспылала ревностью о Господе Иисусе и начала готовиться к страданию за Него.

Агафия была знатного рода, владела большими богатствами, и жадный правитель Кинтиан захотел отобрать их. Для этого он придумал или заставить её отречься от Христа и жениться на ней, или за твёрдое исповедание убить её и опять-таки овладеть её имением. Он послал за Агафией солдат, и она, усердно помолившись Господу, пошла вместе с воинами в Катану, где её уже ждал Кинтиан. Он несколько дней всеми способами старался убедить святую отречься от Иисуса Христа, но ни уговоры, ни соблазны, ни угрозы – ничто не поколебало её. Тогда юную невесту Христову повесили на дереве и стали жестоко бить, нанося глубокие раны, а потом заключили в мрачную и смрадную темницу. Но ночью святой мученице явился апостол Петр в образе благолепного старца и исцелил её.

Наутро безумный Кинтиан снова повелел мучить святую, но вдруг в городе началось землетрясение, и многие жители стали требовать, чтобы Агафию отпустили, ибо видели в землетрясении Божий гнев за мучение невинной девицы. Кинтиан, испугавшись народного возмущения, повелел отвести её в темницу, и там она, усердно помолившись, мирно отошла ко Христу.

А жестокий и сребролюбивый Кинтиан погиб злой смертью. Отправившись за имуществом мученицы в Панорм, он переплывал через реку на пароме. Вдруг на него напали лошади, и одна ему изгрызла лицо, а другая избила ногами и в конце концов сбросила в реку, и Кинтиан утонул.

Слава о святой Агафии распространилась повсюду, и над её мощами была построена церковь. На гроб же Агафии положили то рубище, в котором, несмотря на богатство, ходила святая, в память о её смирении. По прошествии недолгого времени началось извержение вулкана Этны, находящегося близ Катаны. Огненная лава рекой вытекала из кратера и, всё сжигая, затопляла окрестности. В ужасе жители Катаны, верные и неверные, собрались возле храма святой Агафии, взяли её одежду и встали против огня, устремлявшегося на город, и этой одеждой, как бы щитом, действительно защитились от пламени, которое отступило и погасло. Видя это дивное чудо, верные прославили Бога и святую мученицу Агафию, спасшую их город своим заступлением перед Господом Иисусом Христом, Ему же слава вовеки. Аминь.

При царях Диоклетиане и Максимиане, гонителях христиан, в городе Аназарве жила христианка Феодулия. Её привели на суд к правителю Пелагию, и она твёрдо и смело исповедала Единого Истинного Бога, Господа Иисуса Христа. Тогда её повесили за волосы и стали обжигать раскалёнными железными крючьями, но святая, исполненная благодати, не чувствовала боли и сказала: «Видишь, правитель, что я не чувствую мук, и ты побеждён мною». Правитель отвечал ей на это: «Боги наши милостивы и знают, что ты обратишься к ним, поэтому они устранили от тебя боль». – «Где же твои боги, которые щадят меня? – сказала святая. – Покажи мне их, чтобы я им воздала честь».

Пелагий, услышав это, очень обрадовался и велел отвести Феодулию в храм умершего злочестивого императора Адриана, которого язычники тоже почитали как бога. Но святая, помолившись Христу, дунула на статую Адриана, и она тотчас разбилась. «Пойди и помоги своему богу, – сказала она Пелагию, – ибо он упал и разбился». Правителя объял ужас, не столько от виденного чуда, сколько от грозящего наказания за разбитого идола. И он упросил Феодулию снова сделать статую целой, обещая уверовать во Христа. Святая помолилась Богу, и идол на глазах у всех восстановился из кусков, но лукавый Пелагий не исполнил своего обещания и с ещё большею ревностью стал мучить святую.

Её бросили в сильно разожжённую печь, но она оттуда вышла невредимой. Потом Феодулию положили на огромную сковороду и стали жарить, поливая расплавленной смолой, воском и маслом. Но сковорода вдруг разорвалась на куски, которые вместе с искрами и пламенем разлетелись в разные стороны и убили многих язычников, в том числе и злого Пелагия, а святая осталась невредимой.

Многие при виде чуда уверовали во Христа, но оставшиеся упорные язычники схватили уверовавших и вместе с Феодулией бросили в разожжённую печь. Там они все, помолившись, преставились в бесконечную жизнь, где, увенчанные венцом победы, радуются со всеми святыми, прославляя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

В городе Волхове недалеко от Орла некогда находилась икона Божией Матери, именуемая «Взыскание погибших». Однажды, в день Крещения Господня, крестьянин Феодот Обухов ехал из Волхова, и в пути его настигла ужасная пурга с сильным морозом. Лошади потеряли дорогу и встали у оврага. Крестьянин продрог и, не видя средств ко спасению, выпряг лошадь и привязал к саням, а сам укутался, лёг в сани и стал засыпать, сознавая, что совсем замерзает.

В эти страшные предсмертные минуты Феод от обратился с молитвой к Божией Матери и дал Ей обет заказать список с иконы «Взыскание погибших», находившейся в Георгиевском храме города Волхова. И молитва его была услышана: в соседнем селении, под окном одного крестьянина вдруг послышался голос: «Возьмите!» Крестьянин вышел на двор и увидел в санях своего друга Феодота Обухова. По выздоровлении Феодот немедленно выполнил обещание, данное им Богоматери, и с того времени икона «Взыскание погибших» стала почитаться православным народом.

В московском храме Воскресения Словущего в Брюсовском переулке тоже есть чтимая икона «Взыскание погибших». Верующие девушки-невесты молятся перед нею о том, чтобы брак их был благодатным. К Богородице, Взысканию погибших, обращаются люди с мольбой об избавлении от греховных привычек. Матери молятся перед этой иконой о погибающих детях. И Царица Небесная всем ниспосылает по вере их помощь и заступление.

Преподобный Варсонофий родился в Египте и от юности возлюбил иноческую жизнь. Потом он пришёл в Палестину и там поселился при обители аввы Серида, затворившись для безмолвия в келье. Ему приносили три хлеба в неделю, но часто он и их не съедал, ибо преподобный от сладости благодати забывал о телесной пище. И что ещё более удивительно, он мог бы и всю жизнь пробыть без еды, питья и одежды, ибо пищей, и питием, и одеянием его был Святой Дух.

Постепенно Варсонофий очистил своё сердце от всех страстей и обрел мир помыслов. Он умер греху и сподобился быть живой церковью и жилищем Святого Духа. Преподобный поистине был смирен и считал себя хуже всех людей. За это Господь даровал ему духовное рассуждение, пророчество и прозорливость, чтобы видеть далёкое как близкое и будущее – как настоящее. Знал он также по благодати и сердечные настроения приходивших к нему людей и давал им ответы, сообразуясь не со словами их, но с мыслями и тайными чувствами.

Любовь его ко Христу горела подобно сильному пламени, поэтому святой Варсонофий истинно любил и людей и молился день и ночь Богу, чтобы Он всех братий монастыря сделал богоносными и поселился в них. И не тщетна была молитва его, многие ученики Варсонофия сами стали великими святыми, каковы преподобные Иоанн Пророк, Серид, Дорофей и Досифей.

Молитвы великого Варсонофия восходили к Богу, как молнии и как солнечные лучи, так что ими веселился Отец, радовался Сын, услаждался Святой Дух, и во всех полезных прошениях они бывали услышаны.

Ради такого переизбытка любви к ближнему дана была Варсонофию Богом сила разрешать грехи, хотя он и не был священником. Души некоторых умирающих преподобный предавал Святой Троице и при восхождении их на небо защищал от демонских нападений. Он пришёл в такую меру любви, какая была у апостола Павла и прежде у пророка Моисея, и он так молился Христу о духовных чадах своих: «Владыка! Или вместе со мною введи и чад моих в Царство Твоё, или изгладь и меня из Книги Твоей».

Святой Дух восхищал Варсонофия на небеса и давал ему видеть неизреченные блага и тайны Царствия Божия. Бог творил через него великие чудеса: исцелял неизлечимые болезни, изгонял бесов, заключал и отверзал небеса, как было при Илии Пророке.

Не только душа и ум Варсонофия были проникнуты и освещены благодатью, но и тело его, и вещи получали Божественную силу и благодать. Даже имя Варсонофия Великого, мысленно призываемое, помогало призывавшим его.

Но такие великие дарования были воспитаны в нем ужасными искушениями и болезнями. Однако он никому не открыл этих искушений, потому что никто из его современников не вынес бы даже рассказа о них.

Пятьдесят лет никто, кроме аввы Серида, не видел преподобного Варсонофия, ибо он заключил себя в маленькой келье, как во гробе. Когда же архиерей Евстохий повелел подкопать его келью, оттуда вышел огонь и едва не попалил всех там бывших.

Преподобный Иоанн Пророк был учеником и духовным сыном великого Варсонофия. Проводил он такую же безмолвную жизнь и сподобился тех же дарований Духа, что и по Боге отец его, особенно же прозорливости и пророчества, почему его и прозвали Пророком.

Когда умер авва Серид, Иоанн предсказал, что и сам тотчас преставится, но поставленный после Серида игуменом Елиан упросил Иоанна Пророка подождать две недели, чтобы поучиться у него управлению братией и монастырём. Иоанн согласился, а по прошествии двух недель простился со всеми иноками и мирно преставился ко Христу.

Таково было житие богоносных отцов Варсонофия и Иоанна, таковы сверхъестественные небесные дарования, полученные ими от Бога. И ныне, восшед на небеса, они наслаждаются высочайшим блаженством, зря лицом к лицу Господа, Которого они от души возлюбили, и озаряются светом неизреченным Трисолнечного Божества.

Во дни злого императора Максимиана в городе Кизике жила юная девица христианка Фавста. Она была великой подвижницей и поэтому стала известной далеко за пределами родного города. Слух о ней достиг даже самого императора, и Максимиан послал в Кизик первого своего жреца Евиласия, чтобы он или обратил святую деву в язычество, или до смерти замучил её.

Евиласий велел повесить Фавсту на дерево и безжалостно бить её. Святая же, возведя очи к небу, стала молиться Богу. И когда она молилась, вдруг блеснула столь ужасная молния, что многих убила. Тогда Евиласий повелел перепилить мученицу пилой, но Господь охранял её, и, сколько ни старались мучители, они даже не оцарапали её тела. Пробовали сжечь Фавсту, но огонь не вредил ей и даже не обжигал её. Видя, что ничто не вредит святой деве и даже не причиняет ей боли, Евиласий уверовал во Христа.

Об этом немедленно донесли императору, и он послал в Кизик своего приближенного Максима, чтобы мучить и Фавсту, и Евиласия. Когда мучили Евиласия, Фавста молилась Богу о нём, и Господь сохранил его в правом исповедании. Тогда Фавсту отдали на съедение диким зверям, но голодные хищники кланялись святой мученице и лизали ей ноги. После этого Евиласия и Фавсту бросили в котёл с кипящей смолой, но мученики, стоя в том котле, как в месте прекрасном и прохладном, воспевали и славословили Бога. Тогда огонь сам собою погас, и котёл остыл.

И вдруг благодать Божия коснулась сердца Максима, и он воскликнул: «Господи Боже сил! Яви на мне, недостойном рабе Твоём Свою благость и скоро умилосердись надо мною, дабы через меня Ты ещё более прославился!»

И как только он это сказал, разверзлись небеса и в них явился Христос со святыми ангелами и архангелами и со всеми святыми; сияющими, как свет. Видя это страшное и ужасное явление, Максим возопил громким голосом: «Господи, прими и меня, как принял раба Твоего Евиласия, и не помяни беззаконий моих».

И он тотчас же подбежал к котлу, осенил себя крестным знамением и сказал: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа – и я с вами».

И вошёл в котёл. Тогда с неба раздался голос: «Приидите ко Мне, все трудящиеся в подвиге и страдающие за имя Моё, и Я упокою вас во Царствии Моём Небесном».

Святые, услыхав этот голос, исполнились неизреченной радости и, благодаря Бога, предали Ему в мире свои души.

Hыне чествуемые святые мученики пострадали в Кесарии Каппадокийской при игемоне Саприкии. Непорочную невесту Христову Дорофею сначала жестоко мучили, а потом отвели к двум женщинам, Христине и Каллисте, сёстрам между собой. Эти женщины, будучи христианками, были некогда взяты на суд и из страха отверглись Христа. К ним направили святую Дорофею, чтобы она научилась у них отступничеству. Но вышло наоборот, ибо, убеждённые Дорофеей, сёстры сами захотели покаяться и спросили её: «Раз уж мы погибли, отрекшись от Христа, то как можем снова умилостивить Его?»

На это им Дорофея ответила: «Вы только обратитесь к Нему от всей души с покаянием, и Он, без сомнения, простит вас».

Тогда Каллиста и Христина, падши к ногам святой, заплакали и стали просить её помолиться о них милосердному Богу, чтобы Он принял их покаяние и простил.

Саприкий же, когда узнал о благой решимости бывших отступниц, исполнился великой ярости и повелел сжечь их заживо.

И так святые Каллиста и Христина страдальчески скончались в покаянии, приняв от Христа вместе с прощением и венец победы.

После этого Дорофею ещё много мучили и осудили на смерть. По пути к месту казни один из советников игемона Феофил, человек учёный, издеваясь, сказал ей: «Послушай, невеста Христова, пошли мне из рая Жениха твоего яблоко и розовых цветов».

Но святая ему вдруг ответила: «Я действительно сделаю это».

И послал Господь ангела Своего в виде юного и прекрасного отрока, держащего на чистом плате три яблока и три розы. Мученица попросила его отнести всё это Феофилу и склонила под меч свою святую главу.

Ангел же явился Феофилу и сказал: «По обещанию своему святая дева Дорофея послала тебе всё это из рая Жениха своего».

Увидев цветы и яблоки и взяв их в руки, Феофил воскликнул: «Христос есть истинный Бог, и нет в Нём ни единой неправды!»

За это его много мучили и в конце концов осудили на смерть. Мученик же, выслушав смертный приговор, сказал: «Благодарю тебя, Христе Боже мой!»

Будучи усечён мечом, он венчался венцом мученичества и вселился в Небесное Царство Отца, и Сына, и Святого Духа навеки. Аминь.

Эти мученицы были родными сёстрами, а Ликарион был их младшим братом. Марфа и Мария, пребывая в девстве, старались лишь об угождении Господу и горели желанием умереть за Него. Однажды, когда мимо их дома проходил воевода-язычник, девушки отворили дверь и воскликнули, обращаясь к нему: «Мы – христианки!» Воевода услышал эти слова, но не обратил на них внимания и прошёл мимо. Тогда сёстры опять закричали вслед ему: «Мы – христианки!»

На это им воевода ответил: «Я прощаю вам ради юности вашей. Мне было бы неприятно умертвить вас». На это святая Марфа воскликнула: «О воевода! Мученическая смерть не есть смерть, но жизнь!» Он, услышав это, сильно разгневался и велел взять святую деву. Тогда вышла из дому и Мария и сказала: «Что сказала сестра моя, то же скажу и я». Потом вышел из дому и маленький мальчик Ликарион, брат святых мучениц, и воскликнул: «Что сказали Марфа и Мария, то же говорю и я, ибо я – христианин».

И повелел воевода повесить всех троих на крестах. Здесь же стояла и мать их и говорила: «Спасайтесь, дети мои возлюбленные, и примите венец от Христа». И Мария сказала ей: «Да спасёшься и ты, матерь наша, ибо принесла нас Христу».

После этого Марфа и Мария были пронзены копьями на крестах, а Ликариону отрубили голову.

Священномученик Василий родился в 1895 году в Москве в семье чиновника Дворцового управления и доводился родственником известному архиепископу Анастасию (Грибановскому). С юных лет он возлюбил душой пастырское служение и для лучшей подготовки к нему по окончании Московской духовной семинарии в 1916 году поступил в Московскую духовную академию.

Но произошла Октябрьская революция, и все духовные учебные заведения были закрыты пришедшими к власти безбожниками. В 1919 году Василий женился и через два года принял священный сан, стал настоятелем Никольского храма у Соломенной Сторожки в Москве, неподалёку от Петровско-Разумовской академии (ныне Московская сельскохозяйственная академия им. Тимирязева).

Многие преподаватели этой академии были прихожанами храма. Когда большевики запретили преподавание в школах Закона Божия и закрыли академический храм, группа профессоров и преподавателей Петровско-Разумовской академии попросили отца Василия заняться религиозно-нравственным воспитанием их детей.

Отец Василий живо откликнулся на эту просьбу, и вскоре в приходе возник молодёжный хор. Кроме того, настоятель учил юношей и девушек церковной службе, разбирал основные вопросы вероучения, ходил с ними на концерты классической музыки, читал и обсуждал литературные произведения. Для маленьких детей в доме отца Василия проводились запрещённые тогда большевиками рождественские ёлки. Отец Василий был прекрасным проповедником, он говорил живо и убеждённо, часто выступая против безверия.

В октябре 1928 года священника Василия Надеждина арестовали за организацию кружка христианской молодёжи. Год тянулось следствие, и наконец его приговорили к трём годам заключения в концлагере. Там отец Василий заболел тифом и скончался. Незадолго перед этим он сподобился причастия Святых Христовых Тайн. Последние его слова были: «Господи, спаси благочестивыя и услыши ны».

Незадолго до болезни отец Василий отправил жене последнее письмо, в котором писал: «Да будет воля Божия! Мы дождёмся радостного свидания в светлом Царстве любви и радости, где уже никто не сможет разлучить нас, и ты расскажешь мне о том, как прожила жизнь без меня, как ты сумела по-христиански воспитать наших детей, как ты сумела внушить им ужас и отвращение к мрачному безбожному мировоззрению и запечатлеть в их сердцах светлый образ Христа».

Сын благочестивого диакона, Парфений с детских лет полюбил церковную службу и, внимательно слушая в храме Священное Писание и усердно молясь, исполнился Божественной благодати. Ещё будучи юношей, он стал изгонять бесов из людей и творить многие чудеса, и слава о нём распространялась между людьми. Услышал о Парфении и епископ Филипп, и поставил его во пресвитера. Тогда благодать умножилась во святом, и он стал исцелять уже всякие болезни именем Господа Иисуса Христа.

Как-то он встретил человека с выколотым глазом. Больной глаз висел на щеке, и человек тот, страдая и плача, поддерживал его рукой. Парфений взял выколотый глаз в руку, вложил его в своё место и промыл водой, и через три дня больной совершенно исцелел. В другой раз некая женщина, страдающая тяжёлой и неизлечимой болезнью, пришла к святому и просила у него исцеления. Парфений осенил её крестным знамением, и она сразу стала здорова.

Узнав о подобных чудесах, архиепископ той области Ахиллий поставил святого Парфения епископом в город Лампсак. Жители Лампсака в большинстве своём были язычниками, и Парфений стал их увещевать, обличать и умолять, указывая им истинный путь, подтверждая свои слова многими чудотворениями и исцелениями. Постепенно лампсакийцы начали познавать Христа и в конце концов разрушили идольские храмы и воздвигли посреди города большую и красивую церковь.

Однажды ко святому пришёл бесноватый, и Парфений уже собирался избавить его от злого духа. Но бес неожиданно стал пререкаться со святителем и спрашивать, куда же его изгонит Парфений: не в свиное ли стадо? «Нет, я укажу тебе человека, в котором ты можешь обитать, только из этого выйди», – ответил святой.

Когда же диавол попросил показать ему этого человека, Парфений сказал: «Это я, войди и обитай во мне». – «Увы мне! – воскликнул бес. – Если ты и из постороннего человека изгоняешь меня, то какого же зла ты мне не сделаешь, если я вселюсь в тебя? И как я войду в живой дом Божий?» Сказав это, бес удалился в пустынные и непроходимые места.

Без счёта исцелив болящих и изгнав из людей множество демонов, Парфений несколько раз даже воскрешал мёртвых. Он имел дарования пророчества и прозрения, и ничто для него не было сокрыто в человеческих душах, поэтому он многих грешников обратил ко Христу, обличив их в тайных беззакониях и призвав к покаянию. Однажды по молитве Парфения Господь даровал дождь некоей местности и этим избавил жителей от голодной смерти.

Когда праведный святитель Парфений преставился к жизни вечной, от гроба его продолжали подаваться исцеления благодатию Господа нашего Иисуса Христа, дивного во святых. Аминь.

Преподобный Лука Элладский с детства был великим постником и подвижником и за это сподобился от Бога великого дарования молитвы. Однажды его мать Евфросиния тайно заглянула в комнату, когда он молился, и увидела, что юный Лука умом устремился к Богу, а телом стоит на воздухе, вовсе не касаясь земли. Это было знамением великой благодати, осенившей преподобного отрока.

Наконец с благословения своей матери, истинной христианки, Лука удалился из дома на некую приморскую гору и, устроив себе малую келью, стал безмолвствовать в ней ради Христа. Его подвиги ещё умножились: днём Лука трудился в саду, сердцем непрестанно молясь, а ночи посвящал молитве со многими земными поклонами. Ел он очень мало и почти не спал.

Видя такую ревность, Господь умножил в Луке духовные дарования. Он сделался чудотворцем и повелевал дикими зверями, во сне ему являлись ангелы. Лука предсказал нападение на Грецию болгарского войска, он был прозорливцем и пророком, и ему были открыты тайны человеческого сердца. Он часто обличал грешников, во множестве приходивших к нему, в их тайных грехах и этим обращал к покаянию. Лука изгонял бесов из людей и молитвой исцелял болящих.

Сам он был незлобив и кроток, и готов был положить душу за ближнего, но Господь сурово наказывал тех, кто обижал святого. Так, когда один иерей ударил Луку рукой по щеке, его тотчас постигло беснование, от которого, по Божией воле, он не смог освободиться до смерти. Однажды неразумные люди украли у преподобного какую-то вещь и, когда он обличил их, не захотели покаяться. Тогда он сказал им: «Если эта вещь у вас, то Господь вам воздаст, как Он захочет». И вор тотчас же упал мёртвым, а сообщники покаялись.

За семь лет до своей блаженной кончины преподобный Лука стал игуменом маленького монастыря и мудро руководил братией в их подвигах ради Христа. Он преставился со словами: «В руки Твои, Господи, предаю дух мой».

От гроба великого подвижника истекло благоуханное миро, и мажущиеся им исцелялись по молитвам святого Луки, силою же Господа нашего Иисуса Христа, Ему же со Отцом и Святым Духом слава вовеки. Аминь.

При царе Диоклетиане, гонителе христиан, в Никомидии было замучено множество исповедников истинной веры и среди них пять царских сановников: Васе, Евсевий, Евтихий, Василид и Петр со своими жёнами. Тогда все их домашние и слуги, рабы и свободные, поразмыслив между собой, решили: «Вот господа наши, владевшие нами в мире сем, пострадали за истинную веру и вселились в Царство Небесное. Почему же и нам не последовать за ними? Пойдём к императору и скажем ему: «Мы – христиане и желаем вместе с нашими господами получить в будущей жизни венец нетленный»».

Их было – мужчин, женщин и детей – 1003 человека, и все они встали перед судилищем нечестивого мучителя Диоклетиана и единодушно воскликнули: «Мы – христиане и последуем отцам и господам нашим, за Христа излившим свою кровь, бесам же не повинуемся и бездушным идолам не поклоняемся».

Царь сначала прельщал их ласковыми словами, уговаривая отречься от Бога. Но, видя их непреклонность в исповедании Иисуса Христа, повелел своим воинам окружить христиан и с угрозой потребовал от них принести жертвы идолам. Когда же они вновь единодушно и твёрдо исповедали истинную веру, Диоклетиан разъярился и отдал приказание воинам умертвить святых. Воины, как дикие звери, напали на них и всех перебили, не пощадив даже малых детей. Так тысяча три святых мученика доблестно совершили свой подвиг и с радостью преставились к жизни вечной – Христу. Аминь.

Святой Феодор был воином римской армии, человеком храбрым и мужественным. Он жил в городе Евхаиты, тайно исповедуя веру в Иисуса Христа, ибо то было время жесточайших гонений. В окрестностях Евхаит было поле, на котором в глубокой впадине поселился огромный змей. Когда он выходил из своего логова, земля в этом месте потрясалась; выйдя же, прожорливое чудовище нападало на людей и животных и многих таким образом погубило. Феодор, услышав об этом, помолился Богу и сказал сам себе: «Пойду и избавлю моё отечество от этой напасти силой Господа Иисуса Христа».

Он сел на коня и поехал в поле и, приблизившись к жилищу змея, сказал ему: «Повелеваю тебе именем Господа нашего Иисуса Христа, пострадавшего за род человеческий: выйди из логовища своего и приползи ко мне». Змей, услышав голос святого, зашевелился, и земля на том месте потряслась. Феодор же осенил себя крестным знамением и убил выползшего змея мечом. После этого он, благодаря Бога, возвратился в свой полк. Тогда многие жители Евхаит уверовали во Христа и крестились.

Весть о подвиге святого Феодора донеслась до самого императора, и тот наградил его за храбрость, назначив воеводой (стратилатом) города Гераклеи. Награждая его, царь не знал, что Феодор – христианин, а тот, проживая в Гераклее, проповедовал Истинного Бога, и в короткое время уверовали во Христа и крестились почти все гераклейцы.

Скоро об этом донесли императору Ликинию, и он сам поехал к Феодору со свитой и множеством воинов. Накануне приезда императора, ночью, когда Феодор молился, ему было такое явление: он увидел себя в храме, крыша храма отверзлась, и оттуда воссиял свет небесный и послышался голос: «Дерзай, Феодор! Я с тобою». Император вступил в Гераклею, но святой не захотел сразу исповедовать перед ним Христа: когда Ликиний потребовал, чтобы Феодор принёс жертвы идолам, он ответил согласием и только попросил дать ему этих идолов до утра.

Император разрешил, и Феодор, унеся домой золотые и серебряные статуи, раздробил их на части и раздал эти куски нищим.

Узнав об этом, Ликиний страшно разгневался и предал Феодора на мучения. Его били воловьими жилами по спине и по животу, потом били оловянными прутьями, строгали железными когтями и жгли свечами. Потом Феодора на пять дней поместили связанного в темницу и морили голодом, а затем пригвоздили ко кресту, как когда-то нашего Господа и Спасителя. Тело мученика было так истерзано, что все думали, что он скоро умрёт, и оставили его висеть на кресте. Но ночью ангел Господень освободил и полностью исцелил святого.

Когда утром ко кресту пришли воины, чтобы взять тело Феодора, они встретили его самого, сидящего на земле и поющего хвалы Богу. Тогда эти воины – семьдесят солдат и два сотника – уверовали во Христа. Император послал 300 воинов во главе со своим наместником Сикстом перебить всех уверовавших. Но сбежалось много народа, и все единодушно стали исповедовать: «Един есть Бог христиан, и нет иного, кроме Него!»

В народе начался мятеж, наместника Сикста и ещё нескольких язычников убили. Но Феодор громко сказал: «Возлюбленные, перестаньте! Господь наш Иисус Христос, вися на кресте, удерживал ангелов, чтобы они не отомстили роду человеческому».

Христиане послушались Феодора и, когда пришёл посланный Ликинием воин, не убили его, как хотели, ибо святой мученик Феодор сказал им: «Братия и отцы! Мне теперь подобает отойти ко Господу моему».

Он перекрестился и преклонил под меч свою голову. Его с почестями погребли в Евхаитах, и от мощей мученика совершилось много чудес, во славу Христа Бога нашего. Аминь.

Семьдесят лет находились иудеи в плену вавилонском, но вот Кир, царь персидский, освободил их и отправил на родину, в Палестину, возвратив им и священные сосуды, захваченные прежде Навуходоносором при разрушении храма. В седьмой месяц по возвращении иудеи восстановили жертвенник из груды развалин, а затем приступили к строительству храма. Но хотя многие благочестивые люди делали большие пожертвования, строительство стало затягиваться и даже остановилось на время из-за происков злых людей – разбойников и язычников. Для поднятия религиозного чувства в Израиле нужны были особенно сильные духом мужи. Таких мужей Господь и воздвиг в лице Своих пророков Аггея и Захарии.

Захария был сыном священника и сам – священником. Бог избрал и призвал его ещё юношей на пророческое служение, и вместе с пророком Аггеем он, проповедуя, добился того, что иудеи перестали унывать и излишне заботиться о своих нуждах и с усердием принялись строить храм.

Сохранилась и входит в Священное Писание книга пророка Захарии, содержащая много пророчеств о судьбах еврейского народа и всего мира, и главное – о Христе. Он даже предсказал вход Господень в Иерусалим на молодой ослице и то, что Христа продадут за 30 сребреников.

Святой пророк Божий Захария дожил до глубокой старости и был похоронен близ Иерусалима, рядом с пророком Аггеем.

Его житие смотри под 26 ноября / 9 декабря.

В городе Антиохии жили два друга – священник Саприкий и мирянин Никифор, любившие друг друга о Господе. Но диавол позавидовал их нелицемерной любви и посеял между ними вражду.

И вражда эта так разгорелась, что если они даже встречались на улице, то бежали в разные стороны, ослеплённые бесовской злобой. И так они оба – Саприкий и Никифор, забыв о законе Христовом, устремились к вечной погибели.

Но со временем мирянин Никифор раскаялся в своей злобе на иерея Саприкия и стал просить у него прощения. Трижды он присылал к нему своих друзей и соседей, считая себя грешным и недостойным приблизиться к оскорблённому им священнику, и трижды Саприкий отказывался от примирения. Наконец Никифор решился и сам пал к ногам своего бывшего друга со словами: «Прости меня, отец, Господа ради прости!»

Но Саприкий опять не захотел примириться со смиренным Никифором, ибо сатана овладел его сердцем.

В то время было страшное гонение на христиан, и Саприкия привели на судилище. Правитель потребовал от него принести жертвы идолам, но Саприкий мужественно ответил: «О правитель! Мы – христиане. Наш Царь – Господь Иисус Христос. Он – Единый, Истинный Бог, Творец земли и моря. Боги же ваши – бесы. Да погибнут они! Боги ваши – творения рук человеческих!»

Его долго и жестоко мучили, но Саприкий и в страдании говорил начальнику: «Ты имеешь власть над моим телом, но не над душою. Господь мой Иисус Христос, создавший мою душу, Он Единый имеет над нею власть».

Видя непреклонность Саприкия, его осудили на смерть. Но когда уже палач вёл его на место казни, Никифор, услыхав об этом, прибежал и пал ниц перед Саприкием, со слезами взывая: «О мученик Христов! Прости, прости меня! Я согрешил пред тобою!» Но Саприкий, ослеплённый злобой, вновь отрёкся от примирения. Долго его упрашивал блаженный Никифор, но тщетно. И тогда сила Божия и благодать отступили от безумного священника, и Саприкий внезапно пал духом и отрёкся от Господа Иисуса Христа. «О брат мой возлюбленный, – воскликнул Никифор, – не делай этого! Не теряй венца небесного, который ты сплёл многими страданиями! Вот уже Небесный Владыка готовится явиться тебе и вознаградить вечной радостью за временные страдания и смерть». Но возненавидевший ближнего и за это оставленный Богом, Саприкий продолжал отрекаться. Тогда, укрепляемый Духом Святым, Никифор обратился к язычникам и сказал: «Я – христианин! Я верую в Господа Иисуса Христа и не принесу жертвы идолам. Я приму казнь вместо Саприкия».

Тогда по приказу правителя отступника освободили, а Никифору отрубили голову. С ликованием его чистая душа отлетела ко Господу и со всеми святыми мучениками предстала престолу Божию, Ему же держава и слава, честь и поклонение вовеки. Аминь.

Во дни римского императора Севера, гонителя христиан, в городе Магнезии, в Греции, жил святой епископ Харалампий. За мужественное исповедание Христа неверные схватили святителя и предали жестоким мучениям. По приказу игемона Лукиана и военачальника Лукия Харалампия истерзали железными когтями и содрали с него всю кожу с головы до ног. Святой же благодарил своих мучителей с искренней любовью, отчего воины, строгавшие его тело, пришли в ужас, уверовали во Христа, и им тотчас отрубили головы.

Тогда сам военачальник Лукий взял палаческие орудия и принялся было далее мучить Харалампия, но невидимая сила Божия отсекла ему руки до локтей, и они, прилипнув к телу мученика, повисли на нём. Лукий пал на землю, взывая к игемону о помощи, и тот, подойдя ко святому, плюнул ему в лицо. В то же мгновение голова Лукиана неестественно обернулась назад и так и осталась.

Множество видевших эти чудеса язычников уверовали во Христа и просили святого простить их неразумных начальников и исцелить. И Господь, по молитве Харалампия, исцелил Лукиана и Лукия, и самого святителя. При этом Лукий уверовал в Господа и крестился, а игемон Лукиан прекратил гонения на верных, но сам не уверовал и поехал к императору Северу для совета.

Тотчас были посланы 300 воинов, чтобы мучить святого Харалампия и привести на допрос к Северу. Воины вбили в тело мученика длинный гвоздь, бороду привязали к верёвке, а верёвку – к лошади, и так его всю дорогу влачили по земле и представили на суд императора. Север велел поджаривать мученика на костре, но тот остался совершенно невредим.

Тогда царь стал с ним спорить о вере и велел привести бесноватого, чтобы Харалампий показал на нём силу Божию, и святитель изгнал демона. Потом на глазах царя он воскресил мёртвого. Однако злой Север не хотел верить во Христа и стал ещё больше богохульствовать, он даже выстрелил из лука в небо, изрыгая безумные и гордые слова против Бога.

И разгневался Бог: земля потряслась, засверкали молнии и загремел гром, а царь был невидимой силой поднят от земли и повис в воздухе. Тогда Север стал просить у святителя прощения, обещая покаяться и прославить имя Христово. По молитве Харалампия он вернулся в нормальное положение и сперва возблагодарил Бога, но потом вновь озлобился и после новых мучений осудил святого на смерть.

С радостью приблизился Харалампий к месту казни и сказал: «Благодарю Тебя, Господи Боже, что Ты так милостив и щедр ко мне. Ты, Иисусе, поразивший врагов, пленивший ад и исцелявший смертные болезни, помяни меня, Господи Боже мой, во Царствии Твоём».

Когда он так молился, разверзлись небеса, и к мученику со множеством святых ангелов сошёл сам Господь и сказал: «Приди, Харалампий, так много пострадавший за Меня».

После этого Господь взошёл на небеса, окружённый Своими ангелами, а за Ним последовала душа священномученика Харалампия. Аминь.

Преподобный Прохор был иноком Киево-Печерской обители и имел столь великое воздержание, что не ел обыкновенного хлеба, а делал себе хлеб сам из горькой травы лебеды, за что его прозвали Лебедником. Пил же он одну только воду. Видя терпение святого, Господь претворял для него горечь хлеба, приготовленного из лебеды, в приятное услаждение, и угодник Божий проводил все дни своей жизни не в печали и скудости, а в радости.

В то время был голод на Руси, и Прохор стал делать из лебеды хлеб и кормил этим хлебом голодных. И вкус горького лебедного хлеба всем казался очень приятным ради его святого благословения. Если же кто-нибудь тайно, без благословения, брал этот хлеб, он оказывался чёрным, как земля, и очень горьким.

Потом наступило время, когда стало не хватать соли, а без соли всякая пища очень невкусна. Видя это бедствие, Прохор собрал в свою келью много золы и, помолившись Богу, стал давать её всем нуждающимся в соли. И зола эта в келье святого действительно превратилась в соль. И чем больше он её раздавал, тем больше её становилось, и скоро все жители Киева стали приходить к преподобному за солью. Он давал её без всякой платы, и люди благодарили Бога и Его святого угодника.

Об этом донесли жадному князю Святополку, и он повелел своим слугам отобрать у преподобного соль. Но когда её привезли на княжеский двор, она на глазах у всех неожиданно превратилась в пыль и так и оставалась пылью, пока её не выбросили вон. И тогда она снова стала солью, и жители, благодаря Бога, приходили и брали её.

Видя это великое чудо, Святополк пришёл в ужас и покаялся. Он просил у преподобного прощения, с тех пор изменил свою жизнь и сделался усердным почитателем Богородицы и святых Феодосия и Антония Печерских. Когда преподобный Прохор преставился, Святополк на своих плечах отнёс его тело в пещеру и уложил в гроб, где оно почивает нетленным и поныне.

Священномученик Петр был сыном крестьянина, образование получил в городском училище и до революции работал на небольших канцелярских должностях в Минской губернии, в Белоруссии. Священный сан он принял уже во время гонений, в 1921 году.

В январе 1930 года отец Петр был арестован ОГПУ, и ему были предъявлены ложные обвинения. В то же время активисты-безбожники провели в селе, где он служил, собрание, на котором постановили: «Ликвидировать наравне со всеми кулаками и попа Грудинского за его антисоветскую деятельность».

Супруга священника Ирина впала в отчаяние и писала ему в тюрьму, уговаривая отречься от священного сана. Но отец Петр хотя и жалел жену и не осуждал её, но в вере проявил твёрдость. Он ответил ей: «Отречься от веры во Христа, Который составляет смысл всей моей жизни, от Которого я видел столько благодеяний, и оставить Его в то время, когда я приближаюсь к могиле?! Я не могу и не сделаю этого даже ради тебя, которую всегда любил и люблю».

Чуть больше месяца длилось следствие, и ни в чём не повинный священномученик Петр был приговорён ОГПУ к расстрелу.

Священномученик Валериан родился в 1897 году в Белоруссии в семье сельского священника. Духовную семинарию он окончить не успел, так как в 1918 году большевики её закрыли. Тогда Валериан поступил учиться на юридический факультет Белорусского государственного университета. Но в 1923 году умер его отец, и Валериан решил всего себя посвятить на служение Господу. Он принял священный сан и поступил на место покойного отца.

Отец Валериан был добрым человеком, ревностным священником и прекрасным проповедником. За время его служения немало людей, ранее поколебавшихся в вере, вернулось в Православную Церковь.

Когда в конце 20-х годов началось создание колхозов, а вместе с этим усилилась пропаганда безбожия, отец Валериан выступил против создания антирелигиозных кружков и заявил, что не будет отпевать тех крестьян, кто войдёт в эти кружки, так как в них разыгрываются кощунственные антицерковные спектакли.

Отец Валериан был арестован в январе 1930 года, из тюрьмы он написал супруге Домнике Игнатьевне: «Мне для сохранения жизни предложили отречься от Бога и от священнического сана. Я отказался. Как ты справишься одна с детками?»

В ответ она написала ему: «Не отрекайся ни от Бога, ни от священнического сана. Мне поможет Господь».

Ни в чём не повинного отца Валериана приговорили к расстрелу. Вместе с ним на казнь вели ещё двоих человек, один из них был священником. Перед расстрелом священникам ещё раз предложили отречься от веры в Бога и от сана. После того как они отвергли это предложение, им приказали собственноручно вырыть себе могилу, а затем расстреляли.

Власий был епископом Севастии Каппадокийской при царе Диоклетиане, гонителе христиан. Он, как и большинство верных, скрывался от мучителей в горах. Святой вовсе не боялся мучений и даже их желал, но при этом смиренно ожидал Божественного призвания. Он жил на пустынной горе Аргосе, в пещере, в посте и безмолвии непрестанно молясь ко Христу.

К нему ежедневно приходили дикие звери и кротко ожидали, пока Власий, окончив молитву, не выйдет и не благословит их. Многие больные животные получили от него чудесное исцеление через возложение святых рук.

Однажды его встретили воины, посланные севастийским игемоном разыскивать в горах христиан, и велели идти с ними в город. Святой этому очень обрадовался, ибо ему трижды за прошедшую ночь являлся Христос, призывая на мученический подвиг. По дороге из пустыни в город святитель совершил много чудес, исцеляя людей и животных. Когда он уже подходил к Севастии, к ногам его припала бедная вдова и, плача, пожаловалась, что волк похитил у неё поросёнка, единственное её достояние. Святой улыбнулся и утешил женщину, а в сердце попросил Бога, и вот волк прибежал из леса и вернул вдове поросёнка, нимало не повреждённого.

В Севастии по приказу игемона святителя жестоко избили и отвели в темницу. Тогда та вдова, поражённая мужеством, с каким Власий претерпевал страдания за Христа, заколола своего поросёнка и лучшие части принесла ему. Власий, видя искренность женщины, возблагодарив Бога, вкусил от принесённой пищи, благословил вдову и сказал: «Таким образом совершай каждый год мою память – тогда ничто из нужного в доме твоём не оскудеет. Если же и кто другой уподобится тебе и будет поминать меня, то и он тоже получит в изобилии дары Божии, и благословение Господне пребудет на нём во всё время жизни его».

На следующий день Власия вывели из темницы и опять стали мучить. Видя непоколебимость святого, игемон спросил: «Неужели, если я прикажу бросить тебя в озеро, твой Христос поможет тебе?»

И велел отвести святителя к озеру и утопить. Но Власий осенил воды знамением креста и пошёл по ним, как посуху. Дойдя до середины озера, Власий сел на воду, как будто на землю, и сказал собравшимся на берегу язычникам: «Если вы имеете богов, то покажите их силу: идите и вы по воде».

Тогда несколько десятков мужей призвали имена своих ложных богов и вступили в озеро. И тотчас же совершился суд Божий, ибо все они разом потонули. Ангел же Господень, сойдя с небес к святому, сказал ему: «Исполненный Божией благодати архиерей, сойди с воды и восприими венец, уготованный тебе от Бога».

Святой сошёл на землю, и лицо его сияло, как солнце. Он сам явился к игемону, ибо воины пришли в ужас, и строго укорил его за неверие. Нечестивый же игемон осудил священномученика Власия на смерть. И вот с неба сошло облако на святого, и послышался глас Христов: «Все прошения твои исполню, возлюбленный мой подвижник».

После этого палач отрубил ему голову. Некая благочестивая женщина погребла его святые мощи, и от гроба священномученика Власия подавались исцеления болящим, во славу Господа Иисуса Христа. Аминь.

Преподобный и богоносный отец наш Димитрий происходил из Переяславля Залесского от благочестивых родителей.

С юных лет преподобный научился чтению божественных книг и, превосходя многих сверстников разумом, особенно выделялся среди всех своим смиренномудрием, которое всегда хранил в сердце. Изучив Священное Писание – Ветхий и Новый Заветы, он часто размышлял о будущем веке, о Божием суде, о Царстве Небесном, о радости праведных и о воздаянии каждому по делам его. Поэтому он вскоре познал суетность мира и, исполнившись страха Божия, ушёл в монастырь.

Там, усердно подвизаясь в добродетельной жизни, Димитрий упражнялся в молитве, отличаясь чистотой, крайним смирением и духовной любовью ко всем. Он достиг совершенства в добродетелях и был рукоположен в пресвитера.

В то время преподобный Димитрий познакомился с Сергием Радонежским и часто посещал его для духовных бесед о том, как руководить общежитием иноков. Наставленный Сергием, он устроил монашескую обитель на берегу Переяславского озера и сделался её настоятелем. К нему стали стекаться иноки и миряне, и Димитрий с любовью принимал их, со смирением уча основам иночества и постригая в монахи. Братия во всём повиновалась святому с охотой, как ангелу Божию.

Слава о великом подвижнике быстро распространялась, многие стали почитать его и хвалить в лицо. Поэтому преподобный Димитрий, не любивший славы человеческой, ушёл из монастыря в пределы вологодские и там основал новую обитель, существующую и в наше время.

В этом Спасо-Прилуцком монастыре блаженный Димитрий по-прежнему являлся для братии примером во всём. Он питался только просфоркой с тёплой водой, зимой и летом носил одну и ту же одежду, но о нуждах каждого инока и всей обители пёкся неустанно. Усердием преподобного Димитрия в обители была воздвигнута церковь Всемилостивого Спаса, в которой и погребли тело святого по преставлении. У гроба его совершались различные исцеления и чудеса, во славу единого в Троице Бога, Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Святой мученик Георгий Софийский родился около пятисот лет назад в благочестивой христианской семье, в Македонии, в то время захваченной турками. Турки отбирали самых сильных и красивых юношей, заставляли их принимать мусульманство и делали из них янычар – султанских гвардейцев.

Георгий был красив и молод и, опасаясь такой горькой и постыдной для христиан участи, переехал из родной Македонии в Софию, нынешнюю столицу Болгарии. Там он поселился в доме священника Петра и, руководимый этим добрым наставником, утвердился в вере и любви ко Христу. Нравом он был прост и смирен, никогда не смеялся, не празднословил, никому не льстил, никому ни в чем не завидовал. Жизнь его текла тихо и мирно: в молитве, послушании и труде.

Но турки и в Софии обратили внимание на прекрасного юношу и прислали к нему своего книжника, чтобы тот уговорил Георгия сделаться мусульманином. Однако святой отрок отвечал книжнику с верой и убеждённостью и силой Святого Духа посрамил его нечистое мудрование. Книжник удалился озлобленный и донёс своему начальству, что Георгий не только не обратился в магометанство, но способен сотни мусульман обратить ко Христу и этим представляет опасность для Турции.

Тогда святого юношу взяли и бросили в темницу. Но священник, у которого жил Георгий, упросил начальника стражников отпустить его ненадолго домой. Там он обнял своего воспитанника и воскликнул: «Оставайся твёрдым до конца! Мученикам слава во вселенной и на последнем Суде!» – «Боюсь, как бы меня не стали пытать огнём», – отвечал святой Георгий. «А ты подумай о том, что страшнее огня. И что значат временные страдания перед жизнью вечной?»

Укрепив его такими словами, священник отпустил Георгия обратно в темницу. Его трижды приводили на суд, и он трижды на угрозы и ласки магометан с твёрдостью отвечал, что исповедует только Христа, Сына Божия, возвещённого пророками, и не признает Магомета. Тогда турки стали требовать: «Сжечь его!» – и в ярости бросились на Георгия, избили, а потом развели огромный костёр и бросили в него мученика.

В то время священник Петр и все софийские христиане молились за него, а один из христиан тайно, переодевшись турком, последовал за толпой мучителей и видел происходившее. Когда огонь сжёг верёвку, связывающую руки Георгия, святой перекрестился и воскликнул: «Господи Иисусе Христе, в руки Твои предаю дух мой!» Тогда один турок, разъярившись, ударил его по голове, и мученик упал бездыханным.

Как ни старались мусульмане сжечь его тело, оно так и осталось не повреждённым огнём, хотя дрова сгорели. И ночью христиане взяли мощи святого мученика Георгия и похоронили их в церкви. Блаженному страстотерпцу от рождения было только 18 лет.

Повествование об этой иконе смотри под 13 октября / 26 октября.

Его житие смотри под 5 октября / 18 октября.

Один благочестивый вдовец по имени Евгений жил со своей единственной дочерью Марией и воспитал её в Божиих заповедях. Когда она выросла, Евгений решил удалиться куда-нибудь в монастырь, а дочери оставить своё имение. Но Мария стала со слезами просить отца не бросать её, а взять с собой. Евгений возразил ей: «Мария, ведь ты женского пола, а я иду в мужской монастырь».

Но она ему на это сказала: «Отец, я остригу мои волосы и оденусь в мужскую одежду, и никто не узнает, что я женщина». Тогда святой Евгений обрадовался, сделал всё, как задумала Мария, и, раздав своё имение нищим, вступил в монастырь вместе с дочерью, переменившей своё имя Мария на мужское Марин.

Она день ото дня преуспевала в добродетели, отличаясь послушанием, смирением и стремлением ко всё большим подвигам воздержания и молитвы. Спустя несколько времени преподобный Евгений преставился ко Христу. Святая же Мария с тех пор ещё более стала удручать своё тело постом и великими трудами и преуспела настолько, что Бог даровал ей власть над злыми духами. К ней начали приводить бесноватых, и святая, возлагая на них руки, молитвой изгоняла демонов.

Но диавол, озлобившись на Марию, воздвиг на неё через неразумных людей сильнейшую брань. Она была оклеветана и изгнана из монастыря и три года провела у ворот его, питаясь подаянием, терпя холод и зной, и многие другие лишения. Наконец монахи сжалились над мнимым преступником и приняли Марию обратно.

По прошествии нескольких лет она умерла, и тогда-то все убедились в её невиновности и узнали, что инок Марин был в действительности женского пола. А та, что оклеветала святую, была наказана от Бога лютым беснованием. Когда же она перед всеми созналась во лжи и припала к гробу Марии, беснование отошло от неё. Все, видевшие это чудо, прославили милостивого Бога и Его святую угодницу, которая неведомо для всех подвизалась даже до смерти и терпела ради Царства Небесного. Аминь.

Мартиниан восемнадцати лет отрёкся от мирской суеты, всё оставил и ушёл на пустынную гору, решившись до конца своих дней пребывать в безмолвии и молитве. Двадцать пять лет он прожил как бестелесный ангел и сподобился за это от Бога дара исцелений. Многие больные стали приходить к нему и по молитвам святого выздоравливали от различных недугов, и многие бесноватые получали свободу от мучивших их демонов. Также и другие чудеса Бог творил по молитвам Своего угодника. День ото дня Мартиниан всё более преуспевал в своих подвигах, слава о его добродетельной жизни распространилась, и люди из разных стран приходили к нему ради пользы душевной.

За это на него стал сильно восставать диавол. Однажды он в образе огромного змея приблизился к келье святого и начал её подкапывать, чтобы испугать преподобного. Но Мартиниан без страха и смущения, окончив молитвенное правило, выглянул в окно и сказал тому змею: «Твои козни нисколько не пугают меня, ибо Господь мой Иисус Христос помогает мне. Он разрушит все твои замыслы и посрамит твою силу». Услышав это, диавол превратился из змея в мрачный вихрь и исчез со стыдом.

Но злоба его на Мартиниана увеличилась ещё более, и он подослал к святому одну женщину грешницу, которая стала уговаривать святого нарушить обеты монашества и сделаться её мужем. Диавол же, со своей стороны, навевал ему нечистые мысли и желания. Но Господь сохранил раба Своего и укрепил его в добром намерении. Преподобный развёл огонь и встал в него босыми ногами, а выйдя, сказал себе: «Что? Хорош ли сей временный огонь? Приятно ли сие мучение? Если можешь ты его вытерпеть, тогда и нарушай монашеские обеты. Ведь этот огонь временный и может быть погашен водой, и в нём есть и свет. Адский же огонь не имеет никакой светлости и не может быть ничем угашен».

Видя подвиг святого Мартиниана, женщина покаялась и по благословению преподобного ушла в монастырь. Там она усиленно подвизалась во всяком воздержании и молитве. Когда же приблизилось время отшествия её ко Господу, блаженная – её звали Зоя – просила у Бога извещения, принято ли её покаяние. И Бог во знаменование прощения дал ей дар исцеления различных недугов. Спустя немного времени Зоя с миром преставилась ко Христу.

Преподобный Мартиниан исцелился от своих ожогов только через семь месяцев и решил переселиться в более уединённое место. Он договорился с одним корабельщиком, и тот отвёз его на высокую пустынную скалу, стоящую посреди моря и невидимую с берега. Он остался жить на скале под открытым небом, терпеливо перенося холод и зной. Два или три раза в год корабельщик привозил ему хлеб и воду и ветки для плетения корзин.

Но лукавый диавол и здесь не хотел отстать от святого и однажды ночью поднял на море сильную бурю и воздвиг над скалой преподобного большую волну, готовую захлестнуть его. При этом диавол взывал: «Теперь потоплю тебя, Мартиниан!» Но святой не смутился и не испугался, а начал молиться Богу, и буря кончилась.

Тогда диавол навёл на него новое искушение. Потопил в море корабль и погубил всех плывших на нём, кроме одной девицы Фотинии. Ей диавол помог на доске добраться до скалы преподобного, надеясь, что, увидев девицу, Мартиниан соблазнится и нарушит монашеские обеты. Но великий подвижник Христов снова посрамил диавола. Вытащив Фотинию на берег и дав ей благочестивое наставление, сам он тотчас бросился в море и поплыл, возложив всю надежду на Бога.

И надежда не посрамила его: Богом посланы были два дельфина и вынесли его на большую землю. После этого Мартиниан два года подвизался как странник, не имея никакого имущества и никакого жилища, и наконец преставился к жизни вечной – Христу и с честью был погребён одним благочестивым епископом.

Святая же девица Фотиния подвизалась на скале шесть лет и с миром предала Господу свою чистую душу. Аминь.

Называемый в миру Стефаном Неманей, Симеон был прославленным сербским царём. Он объединил большую часть сербских земель в независимое и сильное государство и много потрудился, защищая народ от влияния еретиков и раскольников. Он устроил большое количество монастырей, а на берегу реки Студеницы воздвиг великолепную церковь в честь Пречистой Божией Матери, выложив её внутри сверху донизу мрамором и украсив золотом. Имея великое сострадание к бедным, Стефан постепенно расточил на них все личные средства. Тогда по взаимному уговору Стефан со своей супругой Анной разошлись по монастырям, а управление государством отец передал сыну.

Прибыв на святую гору Афон, блаженный при помощи своего другого сына, святого Саввы (см. 12 января / 25 января), возобновил запустевший монастырь Хиландарь и стал подвизаться в нём. Научившись страху Божию и неуклонно исполняя правила иноческой жизни относительно молитвы и поста, Симеон достиг бесстрастия и сделался великим подвижником. В обитель его сошлось со временем много иноков из разных стран, и для многих из них он был наставником и руководителем на пути к спасению. Прожив так благочестиво свою жизнь, преподобный Симеон в глубокой старости с радостью и светлой надеждой на вечное блаженство отошёл ко Господу.

От мощей великого старца стало истекать чудотворное миро, и тогда святитель Савва Сербский перенёс их на родину и положил в Богородицкой церкви на Студенице, некогда с такою любовью построенной святым Симеоном. И до последних времён благочестивые христиане брали миро из раки преподобного, помазывались им при разных болезнях и по вере получали исцеление.

Священномученик Сильвестр родился на Украине в семье сельского диакона и в крещении был назван Иустином. Он окончил Киевскую духовную семинарию, затем академию, проявив во время учёбы замечательные способности. Большую пользу в постижении богословской премудрости и – главное – в нравственном возрастании принесло Иустину близкое знакомство с профессором Киевской духовной академии архимандритом Сильвестром (впоследствии – епископом и ректором академии). Тот был не только крупным учёным, но и аскетом-подвижником, бессребреником, имевшим твёрдый и решительный, но при этом чрезвычайно добрый характер.

Ещё будучи студентом академии, Иустин обратил внимание на чрезвычайное распространение на Украине сектантов-штундистов, которые хотя и исповедовали веру в Святую Троицу, но отвергали Церковь Божию. Поэтому, вовлекая в своё сообщество православных, они лишали их животворного общения с Телом Христовым, которое и есть Церковь Божия.

Глубоко скорбя о погибели многих людей, крещёных, но отрёкшихся от своей Матери-Церкви, Иустин решил стать миссионером, борцом за души православных против губящих их сектантских волков. Действовал он очень успешно, потому что хорошо знал учение и быт сектантов и всей душой болел об их возвращении на спасительный церковный путь.

Три года он был миссионером-мирянином, а потом принял священный сан и продолжил уже в новом качестве борьбу с сектантством. Кроме того, он читал лекции для интеллигенции, писал книги о православной вере, преподавал в Полтавской духовной семинарии и был епархиальным наблюдателем церковных школ Полтавской епархии. В школах и преподаватели, и дети очень его любили. Их покоряли богатство знаний отца Иустина и простая дружелюбность в общении.

В 1911 году он был пострижен в монашество с именем Сильвестр и рукоположен в епископа. Несмотря на умножившиеся служебные обязанности, владыка ещё умножил свои молитвенные подвиги, четыре раза в неделю служа литургию.

В 1915 году владыка Сильвестр был назначен епископом Омским и Павлодарским. Там он продолжал ревностно служить Богу и ближним.

Тем временем произошла революция, и начались гонения на Церковь. Общаясь с людьми, настроенными против Церкви, епископ Сильвестр относился к ним отечески и старался, насколько это было возможно, возвратить их в православие.

Однажды ему пришлось ехать в солдатском вагоне, в котором среди прочих было несколько безбожников-агитаторов. Они стали укорять солдат за то, что те впустили в вагон священнослужителей (с владыкой был диакон). Но епископ Сильвестр добрым и умным словом так подействовал на солдат, что агитаторам пришлось удалиться из вагона, а солдаты не только стали молиться вместе с владыкой, но и многие перестали сквернословить.

В феврале 1918 года на архиерейский дом напал отряд революционных матросов, и епископ Сильвестр был арестован. Но народ так любил своего владыку, что несколько дней в Омске шли непрекращающиеся волнения – люди требовали освободить архипастыря. Поэтому большевики сочли за лучшее выпустить владыку из-под ареста.

Вскоре началась Гражданская война. Омск был занят Белой армией адмирала Колчака, на какое-то время восстановилась нормальная церковная жизнь, но потом вновь вернулись красные. Архиепископ Сильвестр мог бы уйти из города вместе с отступающей Белой армией, но он твёрдо решил не оставлять свою страдающую паству и своих собратьев священников.

Захватив город, большевики сразу же арестовали архиерея и два месяца пытали, требуя, чтобы он публично раскаялся в своей христианской деятельности. Ничего не добившись, они прибили священномученику Сильвестру руки к полу гвоздями и до смерти искололи его раскалёнными шомполами.

Ныне мощи священномученика Сильвестра располагаются в нижнем пределе Омского Успенского собора, в так называемой пещерной церкви.

Священномученик Иоанн в молодости имел слабую веру. Он работал приказчиком в известной в начале XX века фирме булочника Филиппова и был заражён революционными настроениями. Во время смуты 1905 года он даже состоял членом Союза булочников, которым руководила тогда партия социалистов-революционеров (эсеров).

Но потом Господь вразумил Иоанна, он увидел ложность безбожных революционных идеалов и познал, что истинный путь всякого человека – это путь исполнения заповедей Божиих (путь внутрь своего сердца ко Христу) и что только через это может реально улучшаться и внешняя жизнь людей.

Иоанн оставил светскую работу, поступил в храм псаломщиком, затем экстерном окончил духовную семинарию и в апреле 1917 года был рукоположен в священника.

В 1925 году он был назначен настоятелем Троицкого храма в большом подмосковном селе Протопопово. Храм был построен в конце XIX века на средства благочестивых жителей села. Основным жертвователем и попечителем строительства стал купец Андрей Павлович Салтыков, имевший пароходство, баржи на Оке и свою торговлю.

Зять его Иван Леонтьевич Летников помогал Андрею Павловичу по церковным делам. Со временем он сам стал лесопромышленником и хозяином лесопильного завода, который после Октябрьской революции передал государству. Иван Леонтьевич был бессменным старостой Троицкого храма до своего ареста в 1929 году.

Большинство жителей села Протопопово были верующими. Когда по праздникам священник с молебном обходил село, из двухсот семидесяти домов только в двух его не принимали. В одном из этих домов жил коммунист, директор избы-читальни, а в другом коммунистка Клавдия с матерью Ольгой.

Сама Ольга раньше была прихожанкой храма, но под давлением дочери, боявшейся, что верующая мать помешает её партийной карьере, перестала ходить в церковь и пускать в свой дом священника.

На Пасху 1928 года, когда отец Иоанн обходил дома жителей с молебном, Ольга опять отказалась от молебна. Через несколько минут после того, как священник с иконами прошёл мимо её дома, Ольга вышла на улицу, и вдруг её разбил паралич, от которого она через полтора года скончалась. Многочисленные родственники Ольги хотели похоронить её по православному обряду, но Клавдия решительно этому воспротивилась. Тогда родственники схватили Клавдию и не отпускали до тех пор, пока отец Иоанн не завершил чин отпевания.

Об этих событиях стало известно ОГПУ, и отец Иоанн был арестован, и с ним староста Троицкого храма Иван Леонтьевич Летников. Ивана Леонтьевича присудили к ссылке на три года в Северный край, где он и скончался как исповедник веры Христовой. А отец Иоанн отсидел срок в концлагере, вышел из него и возвратился к священному служению.

Он был вновь арестован в 1938 году и через десять дней после ареста расстрелян по приговору тройки НКВД на полигоне в Бутово под Москвой.

Священномученик Зосима был сыном сельского диакона. Благодаря отличным способностям и усердию к учёбе он окончил Московскую духовную академию. Имея прекрасный слух и певческие данные, Зосима в студенческие годы управлял академическим хором.

Глубокая духовная настроенность молодого человека побуждала его искать наставления во внутренней молитвенной жизни у духовно опытных людей, поэтому он часто посещал старцев Зосимовой пустыни и пользовался их советами. В марте 1918 года он принял священный сан и был направлен на службу в село Подосиновец Вологодской епархии.

Сам вологодский, отец Зосима хорошо знал жизнь местных крестьян, занимавшихся хлебопашеством и возделыванием льна, из которого ткали полотно и шили одежду. Поселившись в селе Подосиновец, он целиком посвятил себя пастырству: усердно совершал богослужения, проповедовал, воспитывал в христианской вере детей.

Отец Зосима посещал больных в отдалённых селениях прихода; устраивал воскресные беседы, просто и доступно объясняя истины веры; приходил на помощь всем нуждающимся. Он взял на воспитание тринадцатилетнюю сироту, дочку утонувшего помора. На Рождество в доме священника всегда устраивалась ёлка для приходских детей, пелись рождественские песнопения и детские песни.

Однажды по его молитве Бог совершил чудо. Сын отца Зосимы упал из окна второго этажа на землю, ребёнок впал в забытьё, а отец Зосима стал усердно молиться, и мальчик проснулся вполне здоровым.

Отец Зосима был характера общительного, легко сближался с людьми и церковными, и мирскими, и простыми, и образованными. Но при этом он всегда оставался истинным священником, и интерес к различным сторонам жизни не заглушал в нём внутренней молитвенной настроенности.

В 1926 году отец Зосима в одной из проповедей призвал прихожан оказать помощь сиротам, мать которых умерла, а отец, священнослужитель, был сослан. За это доброе дело ОГПУ самого отца Зосиму отправило в ссылку на три года.

После ссылки он возвратился к священному служению. Но в 1938 году по ложному обвинению священномученик Зосима был вновь арестован и по приговору тройки НКВД расстрелян на полигоне в Бутово под Москвой.

Священномученик Василий был сыном крестьянина, но душа его стремилась к церковному служению, и Василий ушёл из дому.

Он побывал на послушании в разных монастырях, восемь лет был певчим в Московском Свято-Даниловом монастыре, потом был экономом в архиерейском доме, псаломщиком в духовной семинарии в Ташкенте, во время Первой мировой войны служил псаломщиком при полковой походной церкви. Уже после Октябрьской революции, когда начались гонения на Церковь, Василий женился и принял сан диакона.

В 1929 году начались голодные времена, вызванные насильственной коллективизацией, и диакону Василию, чтобы прокормить семью, пришлось подрабатывать. Как крестьянский сын, он был обучен многим работам с детства и мог бы легко устроиться и прокормиться, если бы прекратил диаконское служение. Но когда ему это предложили, отец Василий сказал, что посвятил себя церковному служению в соответствии со своими убеждениями и с этого пути никогда не свернёт.

Осенью 1937 года отец Василий был рукоположен в священника, но послужить ему не пришлось и пяти месяцев, в феврале 1938 года он был арестован сотрудниками НКВД. Во время обыска они ничего в его доме не нашли, так как у священника и было только несколько богослужебных книг да ноты церковных песнопений.

Супруга предложила ему одеться для тюрьмы в светскую одежду, но отец Василий на это сказал: «Нет, я пойду в рясе. Я этому посвятил всю свою жизнь». Через десять дней он был расстрелян на полигоне в Бутово под Москвой.

Их житие смотри под 20 сентября / 3 октября.

Авксентий был вельможей при дворе византийского императора Феодосия, занимая важную должность. Но презрев все прелести мира и его суету, он постригся в монахи и, усиленно подвизаясь в воздержании и молитве, скоро сподобился от Бога власти над нечистыми духами и стал их изгонять из людей. За это святого Авксентия стали многие восхвалять, и он, не любя человеческой славы, ушёл из Константинополя на пустынную гору Оксия, которую после этого стали называть Авксентиевой.

Со временем люди узнали о святом старце и стали приходить к нему: одни, чтобы получить исцеление, другие ради душевной пользы. Они выстроили Авксентию келью на самой вершине горы, и подвижник, заключившись в ней, через маленькое оконце беседовал с приходящими.

Однажды к нему пришла ослепшая женщина и стала просить исцелений. На это преподобный сказал, обращаясь ко всему народу: «Я немощный человек, как и вы, но если вы веруете, что Господь, исцеливший слепого от рождения, смилуется и над этой женщиной, то с усердием помолимся о ней Богу».

Когда все помолились, святой прикоснулся к очам её со словами: «Исцеляет тебя Иисус Христос, Свет истинный». И тотчас прозрела та женщина, и все прославили Бога.

В другой раз к нему пришли двое людей и привезли на тележке своего расслабленного сына. Припав к преподобному с плачем, они говорили: «Нашего сына постигло расслабление по множеству грехов наших».

Тогда Авксентий спросил их: «Веруете ли, что Бог может через меня грешного исцелить вашего сына?» Они же отвечали: «Воистину ты – ангел, ниспосланный на спасение наше, и мы верим, что Богу всё возможно». На это преподобный сказал: «По вере вашей да будет вам». И, взяв освящённый елей, Авксентий помазал им всё тело расслабленного, и он тотчас поднялся на ноги совершенно здоровым.

К нему приводили бесноватых из разных стран, и все они получали избавление от нечистых духов по молитвам святого Авксентия. Такую великую силу и власть над бесами даровал ему Бог.

Достигнув глубокой старости, преподобный отец наш Авксентий мирно отошёл ко Христу.

Преподобный Исаакий подвизался в Киево-Печерском монастыре под руководством святого Антония. Он был великим подвижником: носил на себе колючую, жёсткую и неудобную одежду, ел одну просфору в день, да и то не всегда, воду пил в небольшом количестве.

По благословению святого Антония Исаакий затворился в тесной пещере и молился там Богу со слезами семь лет, никогда даже не ложась на постель; спал он сидя и очень немного.

Но диавол, ненавидя добродетель, а особенно молитвенное безмолвие, обольстил Исаакия и чуть было совсем не погубил его. Однажды, когда он, утомившись, погасил свечу и присел отдохнуть, внезапно пещеру озарил сильный свет и подвижнику явились два беса в образе прекрасных юношей. Лица их сияли, как солнце, и они сказали: «Исаакий! Мы – ангелы, а вот к тебе идёт Христос с небесными силами».

Поднявшись, Исаакий увидел множество светящихся бесов, один же среди них сиял больше других, и от лица его исходили лучи. Тогда бесы сказали преподобному: «Исаакий! Вот Христос! Пади перед ним и поклонись ему».

Не поняв бесовской хитрости и забыв перекреститься и помолиться, Исаакий поклонился этому бесу, как бы Христу. Тотчас бесы подняли великий крик: «Исаакий! Ты теперь наш!»

И действительно, получив над ним власть, бесы стали мучить несчастного и, оставив его едва живым, исчезли.

Преподобный Антоний, а затем Феодосий долго и самоотверженно выхаживали своего ученика, пострадавшего от козней лукавого и своей оплошности. Исаакий был расслаблен умом и телом, ничего не говорил и не слышал, и не мог ни сидеть, ни стоять, ни даже перевернуться на другую сторону, но лежал только на одном боку, так что часто под ним заводились черви. Преподобный Феодосий своими руками омывал и оправлял его.

Удивительно, что в течение двух лет Исаакий ничего не ел и не пил и всё-таки оставался живым. Только через два года на третий он начал по молитвам Феодосия медленно поправляться и уже после преставления Феодосия, при игумене преподобном Стефане стал опять подвизаться и бороться с диаволом.

Со временем он пришёл в ещё большую меру, чем был до своего падения, и сподобился от Господа многих духовных дарований. Бесы не могли уже ему ничем повредить и со страхом бежали от святого. Наконец преподобный Исаакий преставился ко Христу, и нетленные мощи его доныне открыто почивают в Киево-Печерском монастыре.

Священномученик Онисим был сыном деревенского псаломщика и в крещении был назван Михаилом. По окончании духовной семинарии он несколько лет пробыл псаломщиком, а 1904 году был рукоположен в сан священника и отправлен с войсками на Русско-японскую войну.

Отец Михаил не скрывал своего отношения к этой войне, что смысл её непонятен для народа и это приведёт к дурным последствиям. Начальство, узнав о высказываемых им взглядах, перевело его в тыловую воинскую часть. Но когда в 1914 году Россия вступила в Первую мировую войну, эта часть отправилась на фронт, и отец Михаил прошёл с ней уже всю войну.

В 1918 году он приехал с фронта в Нижний Новгород. В это время началась Гражданская война, отца Михаила призвали в Красную армию, и он прослужил в ней на различных ответственных тыловых должностях до 1920 года. Какие причины побуждали отца Михаила к советской службе, неизвестно, но из его последующей жизни ясно, что он отнюдь не был предателем Церкви.

В 1920 году он обратился к правящему архиерею с просьбой о назначении на место и вернулся к священному служению на приходе. Когда возник обновленческий раскол, отец Михаил усердно противодействовал ему. Кроме того, заботясь о самообразовании и о повышении уровня знаний собратьев священников, отец Михаил создал кружок, состоявший из небольшого числа священнослужителей. За это он и другие участники кружка были арестованы в феврале 1925 года. Поскольку большевики не придавали этому делу большого значения, они выпустили священников из-под ареста, взяв подписку о невыезде, так как следствие не было закончено.

Буквально на следующий день митрополит Нижегородский Сергий (будущий патриарх) постриг протоиерея Михаила в монашество с именем Онисим и рукоположил в сан епископа.

Ровно через год следствие было закончено, и епископа Онисима по приговору ОГПУ выслали из Нижнего Новгорода в расположенный неподалёку город Воткинск. Там он прослужил до 1928 года, когда был вновь осуждён ОГПУ, но теперь на три года заключения в Соловецком концлагере. Из концлагеря по окончании срока его переправили в ссылку в Архангельск.

По выходе из ссылки епископ Онисим был назначен правящим архиереем Тульской епархии. Нести своё служение ему было чрезвычайно сложно, потому что советские власти под любыми предлогами закрывали храмы. Епископ Онисим, однако, всеми силами старался поддержать ещё остававшихся на свободе священников и, если храм закрывался, и священник оказывался без места, назначал его на службу в ещё действующий храм, даже когда в этом не было, по-видимому, необходимости. Давал он места и священнослужителям, возвращавшимся из мест заключения.

Владыка часто служил и за каждым богослужением произносил проповеди. Он и священников призывал к этому, хотя власти запрещали проповедовать. Но владыка понимал, что проповедь оставалась тогда последней возможностью сообщать погружающемуся во тьму невежества народу истины веры.

В 1935 году епископа Онисима и большинство других священников Тульской епархии арестовали. Владыку приговорили к пяти годам ссылки на Север. Но ещё не кончилась ссылка, как наступили страшные гонения 1937–1938 годов. Ни в чём не повинный священномученик Онисим был расстрелян по приговору тройки НКВД.

Онисим был рабом одного христианина знатного рода – Филимона, впоследствии тоже ставшего апостолом. Провинившись перед Филимоном, Онисим, боясь наказания, убежал от своего хозяина в Рим и там встретился с апостолом Павлом, услышал от него благовестие о Христе, крестился и много послужил ему. Затем Павел направил Онисима с посланием к Филимону, и тот с радостью отпустил своего бывшего раба, а теперь во Христе брата, на свободу и, согласно с желанием апостола Павла, снова проводил Онисима в Рим.

Там он был поставлен во епископа и по кончине святых апостолов Петра и Павла отправился проповедовать Христа в Испанию, Грецию и Азию, был наконец схвачен язычниками и мучим за исповедание Христа.

Его привели в Рим, к епарху Тертиллу, который заключил Онисима в темницу на 18 дней. К нему приходили верные и приводили с собой язычников, которые, слыша слово апостола, обращались к истинной вере. После этого святого апостола сослали в заточение в Путиолы (город в Италии), где он тоже благовествовал о Христе. Об этом донесли епарху, и по приказу Тертилла Онисима били палками до тех пор, пока не переломали многие кости, а затем отсекли ему голову.

Одна женщина из царского рода взяла святое тело апостола, положила в серебряную раку и усердно чтила память его. Этим она заслужила себе память у Господа в Царстве Небесном по молитвам святого апостола Онисима, чего и нас да сподобит Господь Иисус Христос, Коему слава вовеки. Аминь.

Священномученики Михаил и Иоанн служили в одном храме в селе Малокрасноярка в Сибири. Оба они происходили из крестьянских семей.

Михаил, окончив сельскую школу, уехал учиться в Москву и стал преподавателем русского языка и литературы. Уже после Октябрьской революции он ощутил призвание всего себя посвятить служению Господу и в 1918 году принял священный сан.

Это было со стороны отца Михаила настоящим подвигом, потому что уже началась Гражданская война и он сам видел, как ненавидели большевики Церковь Божию и как жестоко поступали со всеми, кто был им не по духу.

Однажды на глазах отца Михаила красногвардейцы въехали в храм на лошадях и поломали там всё, что могли. В селе Малокрасноярка красногвардейцы захватили местного купца. Этот купец не захотел скрываться от них, говоря: «Зачем я буду бежать из своего родного села!» Но красногвардейцы отрубили ему голову на глазах жены и детей.

Видя такие ужасы, отец Михаил, однако, не испугался грозящих ему страданий и смерти и не пренебрёг Божиим призванием – остался священником.

Отец Михаил был очень добрым и милостивым пастырем. Сам имея большую семью, он всё же, когда совершал требы для бедных людей, отказывался от их пожертвований. А то, что жертвовали ему люди побогаче, он зачастую раздавал беднякам.

Священномученик Иоанн окончил учительскую семинарию и до Октябрьской революции был инспектором народных училищ.

В этой должности он оставался до 1922 года, когда решил принять священный сан. В 1928 году он стал вторым священником в Богоявленской церкви села Малокрасноярки, где настоятелем был священник Михаил.

После Божественной литургии на праздник Рождества Христова 7 января 1930 года отец Иоанн сказал горячую проповедь, в которой призывал прихожан посылать своих детей в церковь, учить их молиться Богу и не слушать атеистов. На него донесли в ОГПУ. Начались допросы крестьян.

За два дня до ареста священников супруга отца Михаила стала уговаривать его уехать в Москву, где у него были знакомые, обещавшие помочь ему найти светскую работу и жильё. Но отец Михаил сказал ей: «Нет, Евфросиния, я никуда не уеду, я дал присягу. Как я могу изменить Богу и народу? Никогда! Я знаю, что иду на верную смерть, но такова воля Божия! А ты детей всех вырастишь и с Божией помощью воспитаешь, никого не растеряешь».

Священников Михаила и Иоанна арестовали вскоре после праздника Рождества, и тройка ОГПУ приговорила их к расстрелу, а семьи – к высылке на Север.

Уже после приговора отцу Михаилу дали свидание с дочерью Анной. Видя, что отец плачет, она спросила его:

– Папа, что ты плачешь?

– Мне очень тяжело, потому что вас так много, и вы остаётесь одни.

Следующей ночью Анна увидела во сне, как Божия Матерь причащает из золотой чаши отца Михаила. Это было то самое время, когда священники Михаил и Иоанн были расстреляны и приняли от Бога мученические венцы.

Святой Маруф был епископом города Тагрита, стоящего на границе православной Греции и языческой Персии. Своей проповедью он многих язычников обратил ко Христу, ходатайствовал за христиан перед персидскими царями и всюду старался установить мир. Дважды греческий император посылал его к Издегерду, персидскому царю, чтобы заключить мир между царствами, и Маруф своим благочестием и умом приобрёл у Издегерда полное уважение. Но персидским языческим жрецам, магам, это очень не нравилось, и они решили погубить святого епископа.

Особенно озлобились маги после того, как Маруф исцелил Издегерда от опасной болезни головы, которую сами они не могли исцелить. И вот однажды, когда царь по обыкновению вошёл в капище для поклонения огню, он услышал голос: «Вон царя! Нечестива любовь его к христианскому епископу». Издегерд испугался, потому что решил, что это говорил языческий бог, и сначала хотел удалить от себя Маруфа. Но обман вскоре открылся, и маги, пытавшиеся обмануть царя, были казнены.

После этого между персами-огнепоклонниками стала быстро распространяться христианская вера. А когда по молитве святителя исцелился от беснования сын Издегерда, царь сам чуть не крестился и позволил во всей Персии свободно исповедовать христианскую веру. Пользуясь таким расположением царя Издегерда, Маруф много проповедовал в Персии, восстанавливал храмы, разрушенные во время гонений, и благоустраивал церковную жизнь. Тогда же он собрал мощи святых мучеников, убитых при царе Сапоре, ненавидевшем христиан, и похоронил их в городе Тагрите, где и сам мирно скончался.

Святитель Макарий родился в бедной семье сельского причётника и в крещении получил имя Михаил. Благочестивые родители воспитывали своих детей в христианской строгости, благочестии и нелицемерной любви.

Во время учёбы в Тобольской духовной семинарии Михаил всё свободное время посвящал чтению Священного Писания, житий святых, творений святителя Тихона Задонского и преподобного Ефрема Сирина и других церковных книг. Кроме семинарии и храма, Михаил нигде не бывал.

Семинарию он блестяще окончил и мог бы продолжить учёбу в духовной академии, но в сердце молодого человека уже сложилось отчётливое желание идти к людям, не знающим истинного Бога, и проповедовать им Христа. Это было призвание свыше, и действительно, Михаил стал настоящим апостолом Алтая.

В своём служении молодой миссионер встретился с большими трудностями. Приходилось путешествовать и пешком, и на лошади, и в лодке, в любую погоду: и в дождь, и в снег, и в метель. Жить приходилось среди чужих людей, часто впроголодь, не имея необходимой одежды.

Первые годы Михаил посвятил изучению языка алтайцев. Дело шло очень трудно. Тогда он стал усиленно молиться Матери Божией и вскоре чудесным образом овладел новым языком. Молодой проповедник всё своё время проводил в далёких аилах (селениях алтайцев), проповедуя истинную веру. И труды его принесли великий плод.

Рукоположенный со временем в священный сан и постриженный с именем Макарий, он привёл к вере Христовой множество людей. И это при том, что алтайцы были суеверны, на религию смотрели только с точки зрения практической пользы. Трудно было таким людям открывать духовную высоту истинной веры. Чаще всего к миссионеру обращались в состоянии тяжёлой болезни, выражая готовность креститься, если он исцелит их.

Поэтому милостивый Господь, снисходя к духовной немощи тогдашних алтайцев, нередко совершал чудесные исцеления по молитвам отца Макария. Делу обращения алтайцев много способствовало обаяние светлой личности миссионера, в любых погодных условиях спешившего на помощь страждущему.

Известен случай, когда отец Макарий высосал смертельный для человека яд из ноги мальчика, укушенного змеёй. Проводник его, местный житель, предостерёг его: «Если тебе попадёт яд, ты умрёшь». Но отец Макарий спас мальчика и остался жив. Это происходило в присутствии родственников, в том числе отца мальчика, встретившего сначала появление миссионера в этих местах со злобными угрозами. Они никогда не видели проявления столь жертвенной любви.

Однажды отец Макарий только закончил праздничную службу в церкви, как ему сообщили, что в одном из селений часть жителей возмутилась и пошла с кольями на другую. Многие были уже тяжело ранены, были и убитые. Как ни отговаривали отца Макария, указывая ему на явную опасность его появления среди разъярённых людей, он остался непреклонен и немедленно отправился разнимать обезумевших от злобы людей.

Его появление поразило дерущихся своей неожиданностью и вначале даже как будто ещё более озлобило. Слова увещания не действовали.

– Зачем он здесь? – закричал предводитель одной из сторон и ударил отца Макария.

Отец Макарий упал, но быстро поднялся и продолжал говорить. Его бесстрашная проповедь покорила обе враждующие стороны. За минуту до этого дикие и полные гнева, алтайцы теперь окружили его, целовали ему руки и просили у него прощения.

Огромное значение для просвещения алтайцев имели сделанные отцом Макарием переводы на алтайский язык текстов Священного Писания, необходимых богослужебных и некоторых других духовных книг.

Проповедь и крещение обратившихся были только первым этапом утверждения православия на Алтае. Дальнейшая работа требовала просвещения и обучения началам христианства новообращённых. Необходимо было организовать на Алтае церковные школы, чтобы просвещённые Христовой истиной алтайцы стали сознательными чадами Православной Церкви. И благодаря усердию отца Макария к просвещению алтайцев это было сделано.

Ученики руководимой отцом Макарием школы сеяли семена христианской веры в окрестных аилах, куда являлись для чтения по-алтайски назидательных рассказов, бесед и пения церковных молитв. Отец Макарий привлекал учащихся к переводческой деятельности. В результате появилась целая библиотека христианской литературы: переводной и оригинальной, печатной и рукописной.

Священноначалие обратило внимание на ревность к церковному делу и замечательные таланты отца Макария и стало назначать его на различные высокие послушания. Со временем он был посвящён в сан епископа, был даже митрополитом Московским и Коломенским.

С Московской кафедры он был изгнан в революционном 1917 году и последние годы жизни провёл на покое в Николо-Угрешском монастыре. Позже в знак признания его великих заслуг в деле просвещения жителей Алтая верой Христовой Святейший Патриарх Тихон утвердил святителя Макария в звании митрополита Алтайского. Но это осталось лишь почётным званием, владыке было уже за восемьдесят, и он не мог так далеко ехать.

Болезни святитель Макарий переносил просто и без ропота. Он считал их полезными для подготовки души к переходу от временной жизни в вечность, а к этому владыка по смирению считал себя ещё неготовым. Нередко он говорил: «Не готов я. Какой ответ дам Богу, что отвечу, чем оправдаюсь? Добрых дел не имею, а всё сделанное не моё».

Сохранились записи святого владыки о бывших ему духовных видениях: «6 апреля 1920 г. Был в сонном видении в раю. Красота его была не столько для зрения, сколько в ощущении какой-то сладости для вкуса. Трудно пересказать эту сладость, её приятно ощущать». «6 июня 1920 г. Успокоительный сон. Виделся пришедший ко мне Спаситель в человеческом виде, держащий в руке хартию, – как бы свидетельство, даваемое Им мне. Содержание почти забыто, но для души моей оно было отрадно. Суть его заключалась в том, что всё совершающееся со мной Ему ведомо, допущено для моего же блага. По пробуждении чувствовал отраду. Очень жаль, что подробности забыл».

Однажды, уже во время предсмертной болезни, владыка рассказал сон, который видел, когда начал только служить в миссии в звании церковного служителя. «Вижу, – говорил он, – будто нахожусь в алтаре, где у горнего места стоит плащаница с изображением распятого Христа. Вдруг Спаситель поднимается и идёт к северной стороне. Я говорю: «Господи, и я пойду за Тобой!” Спаситель отвечает: «Иди”. Я повторяю снова: «Господи, и я пойду за Тобой!” – «Иди”, – последовал ответ, но неотчётливый, и я дерзнул в третий раз сказать: «Господи, и я пойду за Тобой!” – «Иди”, – ответил уже ясно Спаситель, посмотрев на меня».

Святитель Макарий мирно отошёл ко Господу.

Священномученик Павел родился в Подмосковье в семье священника и с юных лет решил посвятить себя священному служению. Он окончил Московскую духовную семинарию, женился и принял священный сан. У отца Павла с матушкой Клавдией впоследствии родилось четверо детей.

Священник Павел понимал важность правильного духовного образования народа и поэтому позаботился выстроить в селе здание церковно-приходской школы на деньги местного благотворителя. Сам же отец Павел и преподавал в этой школе Закон Божий. За долгую, усердную и беспорочную службу он был возведён в сан протоиерея и назначен благочинным.

В 1929 году местная богоборческая власть запретила священнику служить на Пасху молебны в деревнях, которые входили в его приход. Но батюшке было очень жаль своих духовных чад, которые по указанию большевиков должны были на Пасху остаться совсем без богослужений. Поэтому он решился, несмотря ни на какие запреты, совершить во всех деревнях своего прихода крестные ходы.

За это он был арестован и осуждён на шесть месяцев принудительных работ. Храм закрыли. После отбытия наказания у семьи отца Павла отобрали дом и почти всё имущество. Но народ очень любил своего доброго пастыря и открыто проявлял недовольство его несправедливым ограблением. Жители собрали подписи в защиту отца Павла, требуя его возвращения в село и открытия храма. На тот момент власти уступили крестьянам, и на Пасху 1930 года батюшка служил в своей церкви.

Однако безбожники отступили только на время. Не прошло и трёх месяцев, как отца Павла с матушкой Клавдией арестовали и по приговору тройки ОГПУ на три года сослали в Казахстан. По возвращении из ссылки он снова стал служить в храме, прослужил три года, и начались гонения 1937 года. Протоиерей Павел был осуждён тройкой НКВД на десять лет заключения в концлагере. Но условия жизни в концлагере были таковы, что отец Павел умер там меньше, чем через три месяца после приговора.

Его житие смотри под 5 октября / 18 октября.

Его житие смотри под 10 декабря / 23 декабря.

Святой великомученик Феодор был посажен в темницу за исповедание Христа, и судья приказал не кормить и не поить Феодора, чтобы он умер в мучениях. Но ночью ему явился Господь Иисус Христос и сказал: «Дерзай, Феодор, Я с тобой; не принимай пищи или питья земного, ибо для тебя уготована жизнь вечная со Мной на небесах».

Утешенный видением, Феодор начал воспевать духовные песни. И явилось множество ангелов, и вторило ему. Темничные сторожа, услыхав это пение, заглянули в окно и увидели мужей в белых ризах, поющих вместе со святым Феодором. Извещённый обо всём игемон Публий подумал, что это христиане, хотя видел, что двери на запоре и к Феодору никто не входил. Но когда он со стражниками ворвался в темницу, то нашёл там только связанного Феодора.

Утром святого вывели на судилище и строгали его тело железными когтями, пока не обнажились кости. А затем мужественного исповедника Христова обложили дровами и подожгли. И внезапно сошёл Святой Дух и посреди пламени дал прохладу святому страстотерпцу, который, воспевая и славя Бога, в мире предал Ему дух свой.

По прошествии многих лет при царе Иулиане Отступнике было снова гонение на христиан. Злочестивый царь приказал на всех константинопольских рынках все продукты обрызгивать идоло-жертвенной кровью, желая таким образом невольно приобщить христиан к идолопоклонству. Это началось в понедельник первой седмицы Великого поста. Но накануне явился константинопольскому патриарху Евдоксию святой великомученик Феодор, рассказал о кознях царя и сказал, чтобы верные питались варёными зёрнами, смешанными с мёдом, пока не пройдёт искушение. Христиане так и поступили, а в субботу первой седмицы Великого поста устроили празднование святому великомученику Феодору Тирону, которое совершается в этот день и в наше время.

Преподобный Варнава был сыном крепостных крестьян, последним, седьмым ребёнком в семье. В крещении он получил имя Василий. Религиозным воспитанием будущий святой старец был обязан матери; многие годы спустя он сам постриг её в монашество.

По свидетельству матери, мальчик трижды избежал гибели благодаря помощи Божией: один раз он попал под колёса экипажа и остался жив, другой раз маленьким упал с печки и не пострадал и однажды был исцелён от болезни явившимся ему ангелом. В детстве Василий был весел и приветлив, но с наступлением отрочества стал серьёзным и избегал шумных игр.

Двадцати лет от роду Василий поступил послушником в Троице-Сергиеву лавру и стал учиться духовной жизни у подвизавшихся в ней и в её Гефсиманском скиту старцев. Со временем он был пострижен в монашество с именем Варнава и рукоположен в священный сан.

По годам будучи совсем молодым, отец Варнава настолько преуспел в борьбе со страстями и в молитве, что вскоре сам стал руководить на пути ко спасению людьми, которые обращались к нему за советами и молитвенной помощью. Он стал духовным основателем женского монастыря в честь Иверской иконы Богоматери и духовным отцом его насельниц.

Со временем отец Варнава обрёл великие духовные дарования рассудительности и прозорливости и сделался духовником братии всего Гефсиманского скита.

Но не только монашествующие, а и миряне, образованные люди и простой народ обращались к преподобному Варнаве; ежедневно он принимал от пятисот до тысячи человек, приезжавших со всей России.

Люди отмечали особую духовную трезвость, мягкость и осторожность в том, как отец Варнава наставлял обращавшихся к нему. По молитвам подвижника разрешались семейные неурядицы, происходило множество исцелений от телесных болезней. Старец вёл обширную переписку с духовными детьми, причём часто отвечал на письма, не распечатывая их, что было явным чудом.

Преподобный Варнава предсказал гонения и возрождение Русской Церкви в XX веке: «Преследования против веры будут постоянно увеличиваться. Неслыханные доныне горе и мрак охватят всех и вся, и храмы будут закрыты. Но когда уже невмоготу станет терпеть, то наступит освобождение... Храмы опять будут воздвигаться. Перед концом будет расцвет».

В начале 1906 года старец тяжело заболел, он в последний раз посетил Иверскую обитель, благословил и дал наставление каждой сестре. Скончался преподобный, принимая народ, исповедовав в этот день более четырёхсот человек.

Мощи преподобного Варнавы почивают в Гефсиманском скиту Троице-Сергиевой лавры, а боковой придел одного из храмов скита освящён в его честь.

В то время, когда святой Лев был Римским патриархом (папой), дикий азиатский народ гунны захватил значительную часть Европы и готовился овладеть Италией и опустошить её огнём и мечом. Видя, что никто не может противиться грозным завоевателям, папа Лев стал усердно молиться Богу, призывая на помощь святых апостолов Петра и Павла. Укрепившись молитвой, святитель отправился прямо к предводителю гуннов, жестокому Атилле, готовый, если Богу угодно, положить за ближних душу свою. Мудрым и боговдохновенным словом папа Лев успокоил свирепого Атиллу, и этот грозный и неукротимый воитель смиренно и мягко внимал Божию угоднику, удивляясь его архиерейскому величию и ужасаясь пред святостью, сияющей в его лице. Атилла исполнил все прошения Льва и отвёл свои войска от границы Италии.

Когда гунны стали спрашивать Атиллу, почему он так поступил, он сказал им: «Я видел двух ангелоподобных мужей, стоявших по обе стороны папы Льва (это были святые апостолы Петр и Павел). В руках они держали обнажённые мечи и грозили мне смертью, если я не послушаюсь Божия архиерея».

Когда Божиим попущением возникла монофизитская ересь (лжеучение, будто бы Христос не был совершенным человеком), для защиты истинной веры состоялся Четвёртый Вселенский собор в городе Халкидоне. Папа Лев сам не смог принять в нём участие, но прислал замечательное послание, в котором защищал православие. Однако прежде чем отправить его, папа Лев положил своё послание на гроб святого апостола Петра и молитвенно воззвал к нему: «Если я как человек в чём-нибудь ошибся и что-нибудь не пояснил, ты, которому от Господа Иисуса Христа поручена Церковь, сам исправь это».

Сорок дней он так молился и постился, и явился ему апостол Петр, и сказал: «Прочитал и исправил». Лев раскрыл своё послание и нашёл его исправленным рукой апостола.

Достигнув глубокой старости и приблизившись к окончанию своей земной жизни, святитель стал усиленно, со слезами молиться Богу о прощении грехов, и снова ему явился апостол Петр и возвестил, что молитва его услышана и принята Богом. Тогда, приготовившись, как должно, к исходу, святой Лев, папа Римский, предал свою душу в руки Божии и присоединился к лику прежде почивших святителей и с ними предстоит перед престолом Христа Бога нашего, славимого и покланяемого со Отцом и Святым Духом вовеки. Аминь.

Святой Агапит ещё юношей стал иноком одного из каппадокийских монастырей и так ревностно подвизался в посте, бодрствовании и молитве, что у всех вызывал удивление. Он носил одежду из древесной коры, питался иногда по 80 дней золой вместо хлеба, отказывался от сна и, почитая и называя всех иноков своими господами, всячески служил им, чем мог. За такие подвиги Бог сподобил Агапита благодати чудотворения. Молитвой он однажды умертвил змея, а потом исцелил одну девицу, страдавшую от тяжкого недуга. Многие больные выздоравливали при одном появлении святого.

В то время император Ликиний начал гнать христиан. Агапита приговорили к смерти и пронзили копьём, но Господь сохранил ему жизнь. А вскоре во всей Римской империи воцарился равноапостольный Константин, и святой исповедник Агапит возвратился в свою обитель.

По прошествии некоторого времени Божиим изволением и по выбору духовенства и народа Агапита поставили епископом города Синады. И тогда благодатные дарования в нём дивно умножились. Однажды пришёл к нему епископ города Силандеи и сказал, что река, протекающая близ города, ежегодно так сильно разливается, что затопляет поля и портит посевы. Тогда Агапит помолился Богу, и течение реки обратилось в другую сторону.

Окончив свою благочестивую жизнь, святитель Агапит Исповедник в глубокой старости почил о Господе и Спасителе нашем Иисусе Христе.

Архипп был учеником и сподвижником апостола Павла, а Филимон и жена его Апфия были знатными жителями города Колоссы. Уверовав во Христа, святые супруги сделали из своего дома храм Божий, в который колосские верующие стали сходиться для богослужения.

Потом Филимон был поставлен в епископа, чтобы помогать апостолам в благовестии народам Христа Спасителя, и причислен к лику семидесяти апостолов. А Апфия в своём доме в Колоссах усердно служила день и ночь Господу молитвой и постом. Она с радостью принимала путешествующих благовестников Христовых и давала пристанище им, а также всем нищим, убогим и странникам, так что дом её был не только церковью, но и странноприимницей, и больницей.

Однажды, когда Архипп и Филимон были в Колоссах и вместе со всеми верующими возносили свои молитвы Господу, вдруг напали на них язычники и разогнали христиан, а многих убили или избили до полусмерти. Архиппа же, Филимона и Апфию взяли и привели к градоначальнику, который их осудил на мучения и смерть.

После многих побоев святых закопали в землю по бёдра и стали забрасывать камнями. Так скончались апостол Филимон и его святая супруга Апфия. А Архиппа еле живого оставили на поругание неразумным подросткам, которые собрались во множестве с ножами и терзали ими апостола Христова, пока он не отошёл к Богу.

Досифей был родственником одного богатого воеводы и жил в большой неге и роскоши. В детстве крещёный, он никогда не слыхал слова Божия. Но однажды пришлось ему быть в святом Иерусалиме, и, гуляя по Гефсимании, он увидел изображение Страшного суда. Со вниманием и удивлением рассматривал его Досифей, и вдруг ему явилась Богородица (а он думал, что это обычная женщина) и стала рассказывать о наказании за грехи. Юноша изумился этим повествованием, ибо ранее ничего не знал о Суде, и воскликнул: «Госпожа! Что мне делать, чтобы спастись?» Она отвечала ему: «Постись, не ешь мяса, молись часто и избавишься от мук».

Сказав так, она стала невидима. А Досифей умилился и с тех пор хранил заповеди, данные ему Богоматерью. Воины, бывшие с Досифеем, видя его благонравное житие, посоветовали ему стать монахом. А он, и не слышав ничего о монашестве, сказал им: «Ведите меня, куда знаете; я не знаю, куда идти». И воины отвели его в монастырь аввы Серида.

В той обители было много великих подвижников, пребывавших в безмолвии, из коих превосходнее всех были два старца – Варсонофий Великий и его ученик Иоанн Пророк, прозванный так за дар прозорливости, который он имел от Бога. Жил там и святой Дорофей, который предал себя в полное послушание старцам и беседовал с Варсонофием через авву Серида, авве же Иоанну Пророку сподобился и послужить.

Старцы благословили преподобного Дорофея быть начальником монастырской больницы и послали к нему в подчинение Досифея. Когда же Дорофей усомнился, что сможет духовно руководить им, Варсонофий благословил его через авву Серида: «Прими сего юношу, ибо через тебя Бог спасёт его».

Тогда Дорофей с радостью принял Досифея и стал им руководить о Господе. Молодой инок быстро освоился с монастырским уставом и стал жить, как и вся благоговейная братия. Особенных же внешних подвигов он не нёс: ел и спал не меньше, чем все, и никто не считал его за кого-то великого.

Но велик был сокровенный подвиг преподобного Досифея, ибо он совершенно отсёк свою волю перед духовным отцом и беспрекословно его всегда во всём слушался. Сердце его до последних глубин было открыто для аввы Дорофея, и он более всего боялся поступить в чём-нибудь по своей воле, а не по совету отца. Никогда он не обижался и не роптал на него, хотя Дорофей бывал строг. И во всём: и в большом, и в малом – Досифей оказывал равно великое послушание преподобному авве Дорофею. Молитва его была непрестанной. Досифей всегда говорил: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Сыне Божий, помоги мне», – и так он постоянно помнил о Боге.

Вскоре юный монах заболел неизлечимой болезнью, но не изменил послушания и до смерти был готов отсекать свою волю перед по Боге отцом. Когда же страдания Досифея усилились, и он уже не мог сам ходить, не мог и молиться, а только постоянно помнил о Боге, тогда он попросил великого Варсонофия: «Отпусти меня из сей жизни, более не могу терпеть». Но старец ему отвечал: «Терпи, чадо, ибо близка милость Божия».

Через несколько дней Досифей вновь воззвал к Варсонофию: «Владыка мой, не могу больше жить». Тогда старец ответил ему: «Иди, чадо, с миром, предстань Святой Троице и молись о нас».

Так благодаря великому послушанию и полному отсечению своей воли перед святыми старцами Досифей, прожив в монастыре только пять лет, пришёл в совершенную меру и вселился в Небесные Обители.

Во дни злого императора Иулиана Отступника были взяты на мучения два антиохийских священника, Евгений и Макарий. Их повесили вниз головой и окуривали зловонным дымом, а потом положили обнажёнными на раскалённый железный лист. Но святые, хранимые Божественной благодатью, оставались невредимыми, причём лица их сияли радостью.

Мучители не лишили их жизни, а сослали в Аравийскую пустыню, в оазис Оасим. Там святые поселились вдвоём на пустынной горе. Местные жители сказали им: «Братия, уйдите из этого места, ибо неподалёку отсюда обитает свирепый змей, пожирающий всех, кто близко подходит к нему».

Но святые попросили показать им пещеру, в которой скрывалось чудовище, и, приблизившись к ней, поклонились и помолились Богу. И внезапно прогремел гром, и с неба снизошла молния и поразила змея, над пещерой же бурным и зловонным вихрем поднялась пыль. Все видевшие это чудо язычники уверовали во Христа. А святые Евгений и Макарий вошли в бывшую змеиную пещеру и провели в ней без пищи и питья 30 дней, питаемые Божественной благодатью.

Наконец они услышали голос, сказавший им: «Рабы истинного Бога и Спасителя Иисуса Христа, подойдите к камню, который находится вблизи вас». Святые исполнили повеление, и когда подошли к камню, то сперва увидели в нём свет, а потом камень распался на две части, и из него в изобилии потекла вода.

Находясь в пещере, Евгений и Макарий молились о том, чтобы Господь сподобил их умереть в одно время, и услышана была их молитва: они вместе отошли ко Господу, благодаря и славя Его.

Преподобный Феодор родился почти триста лет назад в семье потомственного русского дворянина и в крещении был назван Иоанном. Получив доброе христианское воспитание, он семнадцати лет от роду начал службу в лейб-гвардии Преображенском полку в Санкт-Петербурге. Юноша служил усердно и благодаря хорошим способностям успешно продвигался по службе.

Многие из товарищей Иоанна вели распущенную жизнь, и это могло бы повредить его нравственности. Но однажды, когда Иоанн был в шумном собрании гвардейцев, в самый разгар веселого застолья один из молодых людей, бывший до того совершенно здоров и весел, внезапно упал замертво. Этот ужасный случай имел такое потрясающее влияние на душу Иоанна, что он тогда же положил твёрдое намерение оставить всё мирское ради спасения души.

Наскоро собравшись, Иоанн выехал из Санкт-Петербурга и в заранее приготовленной нищенской одежде ушёл на берега Северной Двины в поморские леса. Там молодой подвижник (ему было тогда двадцать шесть лет) нашёл в чаще опустелую келью и жил в ней три года в молитвах, посте и всяком злострадании. Пищу самую скудную, едва только избавляющую от голодной смерти, доставляли ему окрестные боголюбивые жители.

Но ещё через год Иоанна разыскали и, как незаконно оставившего военную службу, арестовали. Поскольку он был знатного рода и служил в лейб-гвардейском полку, Иоанна пожелала видеть сама императрица Елисавета Петровна.

– Зачем ты ушел из моего полка? – спросила императрица.

– Для удобства спасения души моей, – со смирением, но и с твёрдостью отвечал Иоанн.

Императрица Елисавета Петровна поверила в искренность молодого подвижника и позволила ему вступить в монашеское звание, но повелела остаться в Санкт-Петербурге, в Александро-Невском монастыре, где он через год был пострижен в монашество с именем Феодор.

Монах Феодор ревностно подвизался в молитве, воздержании, терпении и смирении. Многие из петербуржцев, желающих богоугодно жить в мире, и даже из гвардейских бывших сослуживцев начали вскоре приходить к отцу Феодору, усердно прося от него наставлений ко спасению. Преподобный с любовью принимал всех, помня слова Спасителя: «Приходящего ко Мне не изгоню вон».

Отец Феодор учил духовных чад терпеть находящие скорби ради Бога с радостью и благодарением; пищу и питие употреблять умеренно и не роскошествовать; платье носить не худое, но и не щеголеватое. В праздничные дни для душеспасительного собеседования и чтения святоотеческих книг сходиться к одному из более сведущих и образованных учеников его, а для решения недоумений приходить в обитель к отцу Феодору. Дано было всем духовным чадам и молитвенное правило, необходимое для спасительного жития.

Со временем по просьбе отца Феодора он был переведён в Саровскую пустынь, куда вслед за ним переехали и несколько его духовных сыновей. Духовные же дочери преподобного поселились неподалёку от Саровской пустыни и со временем составили Алексеевскую общину, в которой жили в строгом следовании уставу, данному отцом Феодором. Все они были дворянского происхождения, но решили посвятить себя целиком на служение Богу.

По прошествии нескольких лет преподобный Феодор был рукоположен в священный сан и назначен настоятелем Санаксарского монастыря. Обитель эта пришла в то время в большой упадок и нуждалась в восстановлении. Иеромонах Феодор переехал в неё со своими учениками и с Божией помощью вскоре привёл Санаксарский монастырь в порядок.

Когда преподобный совершал Божественную литургию, то видно было на нём как бы дивное знамение Божие: лицо сияло необычною красотою и во весь тот день пребывал он особенно радостным, что выражалось ярким румянцем на его щеках.

Но настоятелем преподобный Феодор был твёрдым и строгим. В церкви он требовал раздельного неспешного чтения – так, чтобы и простым людям было понятно. Богослужения получались очень продолжительными, но при внятном чтении молящиеся чувствовали в себе особую силу и усердие и не скучали от долготы службы. Пища предлагалась самая простая, необходимая только для поддержания немощной плоти. Спиртное было строго запрещено.

Старец завёл в обители самую первую и прочную основу иночества: личное духовное руководительство братии и полное и чистосердечное с их стороны откровение помыслов. Если кто обуреваем был помыслами – днём или ночью, – всякий мог немедленно идти к настоятелю: двери кельи старца всегда были открыты для его духовных чад. Отец Феодор отечески выслушивал инока и, успокаивая его, говорил с ним хоть час или два, и отпускал от себя, лишь когда помысл и искушение вражие исчезали – и умирялась душа. Братия признавались, что по выходе от старца чувствовали в совести своей такую свободу и мир, что как бы забывали всё земное! Поэтому-то многие из учеников отца Феодора почитали себя воистину блаженными, находясь в послушании у него.

К такому настоятелю и мудрому учителю естественно стремились жаждущие спасения и доброй подвижнической жизни. Вскоре собралось в Санаксарской обители до двадцати человек братии, а потом ещё больше.

Но один человек оклеветал преподобного Феодора перед императрицей (тогда уже Екатериной II), и старца сослали на Соловки. При этом ему разрешили взять с собой собственное имущество в сундуках. Но имущества, кроме рясы и зимней одежды, у настоятеля Санаксарского монастыря не оказалось никакого.

Девять лет прожил преподобный в Соловецком монастыре, от холодного климата и разных лишений совершенно изнемог, но потом клевета раскрылась, и отец Феодор был возвращён в Санаксарский монастырь, где по прошествии нескольких лет мирно преставился ко Господу.

Святой Лев был исполнен милости и любви, заботился о сиротах и вдовах, нищих, больных и странниках, питая и одевая их за счёт церковных имений, и молитвой исцелял их недуги. Он был добрым отцом для своих духовных детей, но для бесов и их служителей был страшен, как лев для волков.

Во дни его в Катане был великий волшебник Илиодор, совершавший с помощью бесов много преступлений и многих соблазнявший на грехи своими наваждениями. За это его дважды осуждали на смерть, но Илиодор оба раза избежал наказания, становясь вдруг невидимым для судей и оказываясь дома в Катане. Часто убеждал его святой Лев оставить волшебство и преступления и обратиться к Богу, но тщетно. Нечестивец не только не исправился, но даже задумал посмеяться над святителем Львом.

Он явился в праздничный день в церковь во время Божественной литургии и своим волшебством привёл верующих в такое состояние, что одни из них стали громко топать ногами, другие бессмысленно хохотать, а третьи неудержимо гневаться. Илиодор же грозился, что он и самого епископа с причтом заставит, прекратив службу, безумно скакать и плясать.

Но святой, уразумев помышления волшебника, преклонил колени у престола Божия и, усердно помолившись, вышел из алтаря, охватил Илиодора за шею своим архиерейским омофором и вывел его из церкви на площадь. Затем он повелел народу принести много дров и разжечь сильный огонь, а затем вошёл в костёр, по-прежнему держа чародея связанным своим омофором. И стоял святитель в огне до тех пор, пока злой волшебник весь не сгорел, а потом возвратился в церковь и докончил Божественную службу.

Это необыкновенное чудо всех привело в ужас, ибо не только святой Лев, простояв столько времени в огне, не опалился сам, но даже и одежда его нисколько не пострадала.

Весть о чуде дошла до Константинополя, и цари Лев и Константин призвали к себе святителя Льва и, низко ему кланяясь, просили помолиться за них. Святой же, входя в царскую палату, нёс в одежде горящие угли, и одежда его не опалялась. Много и других чудес сотворил сей великий угодник Божий: слепым подавал прозрение, больным – исцеление, изгонял из людей бесов, сокрушил своей молитвой идольское капище и словом ниспроверг идолов.

Наконец в старости он преставился ко Христу. В это самое время одна женщина, болевшая много лет и уже отчаявшаяся получить исцеление от врачей, пришла к нему в Катану из другой области и, входя в городские ворота, узнала, что святой Лев только что скончался. Исполнившись глубокой скорби, эта женщина пошла посмотреть на новопреставленного и, лишь только коснулась одра его, получила вдруг совершенное исцеление, ибо мощи святителя Льва стали источать благовонное и многоцелебное миро во славу Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа.

Преподобный Корнилий родился во Пскове, в семье благочестивых бояр. Они научили своего сына молитве и любви к ближнему ещё в детстве, а когда он немного подрос, отдали его на воспитание в Псковский Мирожский монастырь. Там монахи обучали отроков чтению и письму, искусству книгописания и писанию святых икон. Свободное же от занятий время мальчики проводили в молитве и труде, руководимые духовными старцами. Закончив обучение, Корнилий возвратился в родительский дом, но в сердце уже твёрдо решил стать монахом.

Вскоре он постригся в маленьком тогда, затерянном среди лесов Печерском монастыре. Ведя строгую подвижническую жизнь, Корнилий возрастал духовно и, со временем придя в совершенную меру, сделался настоятелем обители. При нём она выросла и расцвела: число иноков увеличилось от 15 до 200 человек, построено было несколько храмов и надёжные каменные стены. Таким образом, Печерский монастырь стал ещё и важной крепостью, защищающей Россию от внешних врагов.

Исполненный благодатных дарований, преподобный Корнилий был не только устроителем внешних дел своего монастыря, но – главное – великим молитвенником и имел от Бога дар рассуждения. К нему приходило множество людей, монахов и мирян, богатых и бедных, и каждый получал полезное наставление или утешение. Многие из живших поблизости язычников, видя чудеса, совершавшиеся по молитвам святого, и слыша его духовную проповедь, обращались ко Христу и крестились.

Но враг человеческого рода сатана научил злых людей оклеветать преподобного Корнилия перед Иоанном Грозным. И вот, когда царь приехал в обитель и игумен Корнилий вышел ему навстречу с крестом, Иоанн выхватил меч и отсёк преподобному голову. Тотчас гнев отступил от него, царь раскаялся и, взяв тело святого Корнилия, на руках понёс его в монастырь, к храму Успения Божией Матери. Дорожка, по которой шёл царь, обагрившаяся кровью Корнилия, была названа «кровавым путём», и её до сих пор можно видеть в Псково-Печерской обители, действующей и в наши дни.

Мощи преподобномученика были положены в пещере, где они, почивая открыто, сохранялись нетленными 120 лет и прославились чудесными исцелениями.

Священномученик Николай родился в семье священника Василия Розова. Из троих сыновей отца Василия один, Николай, стал священником, а двое других, Константин и Михаил, – диаконами. Причём Константин прославился на всю Россию как патриарший архидиакон Константин Розов.

Но, к сожалению, священник Василий и архидиакон Константин имели пристрастие к спиртному, с которым не могли справиться. Видя такое тяжкое, болезненное и греховное состояние своих близких, отец Николай стал принципиальным противником пьянства. Ни дома, когда приходили к священнику гости, ни в гостях при отце Николае никогда за трапезой не подавали спиртного. Он был деятельным участником общества трезвости и написал книгу против пьянства.

В 1935 году он был сослан вместе с женой в Уфу на пять лет, но не прошло и трёх лет, как отца Николая вновь без всякой вины арестовали и по приговору тройки НКВД расстреляли.

Преподобный Тимофей был учеником блаженного Феоктиста, настоятеля монастыря, расположенного в одном пустынном месте, называемом Символы. Тимофей с юных лет посвятил себя иноческим подвигам воздержания во всём, бдения, поста и молитвы. Совершенно умертвив в себе греховные страсти и достигнув совершенства в добродетелях, Тимофей стал живым храмом Духа Святого и воспринял дар исцеления и власть над нечистыми духами. По его молитвам совершалось много чудес: люди излечивались от тяжких и неизлечимых врачами болезней, бесноватые получали свободу от демонов.

Впоследствии преподобный Тимофей стал отшельником и долгие годы скитался по горам и пустыням, всегда пребывая с Господом, в непрестанной молитве проливая обильные слёзы, освежая ими свою душу, как росой. Так достиг он старости и преставился ко Христу.

Родители святого Георгия Феодор и Мигефуса жили в городе Кромне, в Пафлагонии, на берегу Чёрного моря. Они были очень благочестивы и, не имея детей, усердно молились Богу о рождении ребёнка. И молитва их была услышана уже в старости. Голос с неба возвестил им о даровании сына, нарёк имя будущему младенцу и предсказал, что он будет архиереем.

И действительно, родился мальчик и был назван Георгием. Он показывал блестящие успехи в духовных и в светских науках, и родители, видя это, славили Бога. Закончив образование и придя в совершенный возраст, Георгий оставил своё отечество и ушёл в горы, желая до конца своих дней пребывать в безмолвии и молитвенном единении с Богом и нимало не помышляя о предсказанных ему ещё до рождения сане и власти епископа. Ему встретился один святой старец, постриг в иноки и стал руководить в пустынническом житии. По кончине своего наставника Георгий поселился поблизости от города Амастриды и предался ещё более суровому постническому подвигу.

Сам он не любил и не искал славы человеческой, но Господь прославил его, и скоро благочестивая жизнь преподобного стала известна во всей той стране. Поэтому, когда умер амастридский епископ, жители единодушно избрали и поставили в архиерея Георгия. И сбылось наконец всё то, что некогда предсказал Господь его благочестивым родителям.

Он был ревностным наставником христиан в Божественном учении, защитником вдов и сирот и кормителем нищих; при этом святитель Георгий умножил и церковное богатство. Он для всех был образцом богоугодной жизни и сподобился от Господа дара чудотворения. Прожив так до глубокой старости, святитель Георгий с миром преставился ко Христу, Которому да будет слава ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Священномученик Григорий был родом из крестьян и образование получил в сельской школе, а остальное дополнилось самообразованием и церковным воспитанием, полученным в благочестивой семье. Душа его стремилась к церковному служению, поэтому он устроился псаломщиком в сельский храм Астраханской области.

Когда же в стране произошла Октябрьская революция, Григорий твёрдо решил посвятить жизнь Церкви и стал готовиться к принятию священного сана. В 1921 году он был рукоположен и через некоторое время назначен настоятелем храма в честь Рудненской иконы Богоматери села Началово, в котором и прослужил до мученической кончины.

Отец Григорий был ревностным пастырем и проповедником, усиленно старавшимся об истинном просвещении народа. Собрав много духовных книг, он давал читать их прихожанам, так что в доме у него создалась настоящая библиотека.

Во многом благодаря усердию пастыря среди жителей села было немало людей, имевших крепкую веру и готовых за неё постоять. Когда в начале 1930 года власти устроили собрание, на котором предложили сдать церковные колокола в металлолом, народ решительно воспротивился этому. Тогда секретарь местной ячейки большевистской партии написал на отца Григория ложный донос, что тот будто бы агитирует против советской власти.

По этому доносу священник и с ним несколько крестьян были арестованы. Служба в храме прекратилась. Тогда жители пригласили для совершения богослужения другого священника, но власти под надуманным предлогом арестовали и его, и членов церковного совета. Народ возмутился, собралась толпа человек в триста, в основном женщин, и стала требовать освобождения арестованных. ОГПУ решило в этот раз не упорствовать и отпустить приглашённого священника и членов церковного совета. Отца же Григория и арестованных с ним вместе крестьян не отпустили.

Через неделю местные власти наметили новое злое дело: выселение всех зажиточных крестьян и духовенства и разграбление их имущества. Но жители села были против этого. Причём бедные крестьяне тоже не захотели наживаться на горе своих соседей. Народ стал собираться у сельсовета, кто-то ударил в набат, сбежались люди со всего села, и начался настоящий мятеж против советской власти и коммунистов. Восставшими было убито шесть человек, десять ранено, здание сельсовета было разгромлено, все документы уничтожены.

Наутро в село прибыл отряд красноармейцев, и восстание было сразу подавлено, несколько десятков человек было арестовано. Следствие длилось всего несколько дней, и тройка ОГПУ приговорила четырнадцать человек, в том числе и ни в чём не повинного священномученика Григория, к расстрелу.

Мученица Ольга (Ольга Семёновна Кошелева) была родом из крестьян, а замужем была за рабочим кожевенной фабрики Андреем Кошелевым, жила вместе с мужем и детьми в Москве неподалёку от храма Успения Пресвятой Богородицы в Гончарах и была много лет прихожанкой этого храма.

Это и послужило основанием для её ареста по доносу тайного осведомителя НКВД. Ольга Семёновна держалась на допросах прямо и без всякого лукавства. Отрицая обвинения в контрреволюционной деятельности, Ольга Семёновна тем не менее на вопрос следователя, говорила ли она о гонениях советской власти на Церковь, ответила: «Да, я это говорила; и сейчас, видя, как безвинно арестовали меня, ещё раз говорю, что советская власть безвинно арестовывает духовенство и верующих. Церкви без согласия на то верующих закрываются, что является гонением на религию и духовенство».

Следователь вызвал свидетелей, но они против его ожидания не стали клеветать на Ольгу Семёновну. Тогда сотрудники НКВД и без свидетельских показаний только по одному доносу тайного осведомителя решили осудить ни в чём не повинную благочестивую христианку. Однако не успели, мученица Ольга скончалась в Таганской тюрьме 6 марта 1939 года.

Маврикий был начальником небольшого отряда из семидесяти воинов в Апамии Сирийской, и все они были христианами.

Когда римский император Максимиан, объезжая свои владения, прибыл в Апамию, идольские жрецы донесли ему на Маврикия и других воинов, что они христиане. Император призвал их на судилище и потребовал отречения от Христа, но святые продолжали твёрдо исповедовать истинного Бога и сказали Максимиану: «Царь, быть воином у тебя – дело суетное и преходящее, честь же твоя – бесчестие, ибо ты забыл Бога, давшего тебе царскую власть, и в безумии своём почитаешь богами бездушных идолов, хотя они не приносят тебе никакой пользы и не знают, почитает ли их кто-нибудь или бесчестит».

Император ужасно разгневался, но ему было жалко лишиться сразу стольких воинов, и он заключил их в темницу на три дня, чтобы они там подумали и, может быть, убоявшись мучений, подчинились царскому требованию и отреклись от Христа. Но святые, выйдя из темницы, сказали Максимиану: «Мы никогда не отступим от Бога нашего и не станем поклоняться твоим бесам. Будучи осуждены на временную смерть, мы тем избавляемся от вечного осуждения».

Тогда царь повелел их бить воловьими жилами до тех пор, пока тела мучеников не сделались кровавым месивом, но Господь их невидимо укреплял и облегчал им страдания, так что воины Христовы нимало не изнемогали в своём исповедании. Тогда император велел развести огромный костёр и бросить туда христиан, но святые опередили мучителей и сами поспешили в огонь и ходили посреди пламени невредимыми, укоряя язычников и понося их богов.

После этого император со своими советниками стал придумывать, как бы ему погубить святых воинов. Наконец они придумали следующее. Отвели мучеников на болото, раздели, обмазали мёдом их тела, привязали к деревьям и так оставили. Тогда множество мух, комаров и слепней устремились на святых. Они, словно густое облако, окружили их и больно кусали, и жалили. Величайшее мучение святые терпели десять дней и десять ночей, потом предали Господу свои души и сподобились венцов вечной славы в Царстве Небесном. Аминь.

Преподобный Варадат удалился для безмолвия на одну высокую гору и безвыходно стал жить в келье, сделав её себе сам. Он нарочно устроил келью так, что она по размерам была меньше его роста, и поэтому он стоял в ней сгорбившись, а лежал согнувшись. Окон в этой келье не было, а была только дверь, да и ту преподобный всегда держал на запоре, чтобы оградить себя от возможных посетителей. Для проникновения же внутрь дневного света Варадат сделал в стенах большие дыры, и поэтому никогда не имел защиты ни от дождя, ни от солнечного зноя.

В таком тесном и неудобном помещении Варадат прожил много лет, но Антиохийский патриарх Феодорит всё-таки уговорил его выйти из кельи. И тогда удивительный подвижник стал носить одежду из сшитых кож, которая с ног до головы покрывала всё его тело, и лишь около рта и носа в ней были сделаны отверстия для дыхания. Не имея возможности ходить в такой одежде, преподобный постоянно стоял на ногах с воздетыми к небу руками и прославлял Бога. Таким образом, и выйдя из кельи, он всё равно остался в затворе, только ещё более трудном.

Наконец, когда преподобный Варадат ради вечной награды, обещанной терпеливым и мужественным подвижникам, умертвил в себе все нечистые страсти, тогда он мирно отошёл ко Господу и принял от Него вечный покой.

В феврале 1918 года в городе Солигаличе Костромской губернии произошло народное возмущение против захвативших власть большевиков. Через неделю для подавления восстания в город прибыл большой отряд красногвардейцев-карателей, которые без всякого разбирательства схватили и приговорили к расстрелу не сколько десятков человек.

Хотели они убить и священника Василия Ильинского, о котором им было известно, что он служил в женском Богородице-Феодоровском монастыре неподалёку от Солигалича и противился ограблению обители большевиками. Но когда каратели приехали в монастырь, вместо отца Василия к ним вышел его родной отец, тоже священник, Владимир Ильинский.

Отцу Владимиру было в то время уже восемьдесят пять лет, он давно жил на покое в Солигаличе и никакого отношения к восстанию не имел, но он решил пожертвовать своей жизнью ради сына. Карателям же было всё равно, кого убивать, и они вместе с другими расстреляли и священномученика Владимира.

Всех казнённых каратели беспорядочно свалили в яму и категорически отказались выдать родственникам тела для христианского погребения. Позже на месте братской могилы верующие установили крест и ограду, но в 1930 году безбожники и их снесли. Крест на могиле мучеников был восстановлен только в 1996 году.

Преподобномученик Филарет был родом из крестьян, но, от юности имея горячее желание послужить Христу, он оставил мирскую жизнь и семнадцати лет от роду ушёл в монастырь, со временем сподобившись и священнического сана.

Главной святыней обители, в которой подвизался отец Филарет, была икона Богоматери «Споручница грешных», с которой монастырская братия издавна, по обычаю, совершала крестные ходы по окрестным сёлам и деревням. При большевиках эта традиция вскоре прекратилась, да и сам монастырь был закрыт.

Однако отец Филарет сохранил чтимый образ и через некоторое время возобновил любимый народом крестный ход, на который даже при советской власти сходилось по несколько тысяч богомольцев и десятки священников.

Удивительно, что так продолжалось даже до 1930 года, когда ОГПУ обратило внимание на столь явное народное почитание святой иконы. За отцом Филаретом было установлено усиленное наблюдение. Он чувствовал это и, зная, что повсюду идут аресты духовенства, монахов, мирян, предупреждал прихожан и паломников, что близится время его ареста. Сам он загодя приготовился к этому, и у него всегда висел на стене мешочек с бельём. Наконец игумен Филарет был арестован и осуждён на пять лет заключения в концлагере, срок он отбывал на строительстве Беломорско-Балтийского канала.

Выйдя из заключения в 1936 году, отец Филарет не мог найти себе место для службы, потому что ему в этом препятствовали власти, но он постоянно посещал храмы Божии, молился и причащался Святых Христовых Тайн. Через три года игумен Филарет был вновь арестован и вновь осуждён к заключению в концлагере. Но на этот раз он из лагеря уже не вышел. Священномученик Филарет преставился ко Господу, и тело его погребли в безвестной могиле, а его душа упокоилась со святыми до дня всеобщего радостного воскресения.

Святого Поликарпа, сироту, воспитывала одна благочестивая вдова, христианка Каллиста. Взять его на воспитание ей в видении повелел ангел Господень, и мальчик ещё в детстве исполнился благодати.

Однажды его приёмная мать надолго отлучилась из дома и оставила блаженного Поликарпа наблюдать за всем хозяйством и имуществом. Но он, будучи очень щедрым и милостивым, всё раздал нищим, и когда Каллиста, вернувшись, узнала об этом, то огорчилась. Однако ещё прежде её прибытия святой юноша попросил Бога, и Господь наполнил кладовые Каллисты множеством сокровищ, так что она не только не обеднела, но даже стала богаче, чем была.

В то время ещё были живы апостолы Павел и Иоанн Богослов, они полюбили Поликарпа, и он сделался их учеником и сподвижником. А после смерти святителя Вукола Поликарпа поставили в епископа Смирнского. При этом архиереи, посвящавшие его, удостоились ужасных видений. Церковь озарил Божественный свет, и белая голубица, сверкая, как молния, летала вокруг головы Поликарпа. Сам же он, когда преклонил колени для посвящения, увидел перед собою ноги Иисуса Христа, Который незримо для других там присутствовал.

Исполненный Божественной благодати, Поликарп творил много чудес. Однажды, когда он, путешествуя, остался со своим диаконом ночевать в гостинице, в полночь его разбудил ангел и сказал: «Встань и выйди немедленно из этого дома, ибо он скоро разрушится, так как люди, живущие в нём, переполнили меру беззаконий». И как только святитель с диаконом вышли из гостиницы, это крепкое на вид каменное здание вдруг разрушилось и погребло под обломками злочестивых обитателей.

Поликарп имел власть над нечистыми духами и молитвой исцелял болящих. Однажды, когда в городе Смирне вспыхнул пожар и огонь уже охватил большую часть домов, святитель помолился Богу, и бедствие немедленно прекратилось. В другой раз, во время засухи, по молитве святого Господь даровал дождь на землю, и в тот год урожай был даже лучше, чем в прошлые.

Он мученически скончался в дни римского императора Марка Аврелия, знаменитого философа, но безумного язычника и гонителя христиан. Поликарпа приговорили к сожжению на костре, но пламя чудесным образом не коснулось его, а точно надутые паруса разошлось во все стороны и сомкнулось над его головой. Святой же стоял посреди огня, нимало не опаляемый, и при этом вокруг разносилось неземное благоухание. Но язычники, видевшие чудо, оставались бесчувственными и, громко крича, требовали убиения святителя. Тогда воин длинным копьём пронзил его и убил. При этом из раны истекло так много крови, что она совершенно залила костёр, и все удивились.

Так священномученик Поликарп, живший и умерший ради Христа, преставился в Царство Небесное на вечную радость. Аминь.

В миру преподобный Поликарп был князем Петром Ивановичем Борятинским и прославился как воин и общественный деятель. Он пережил тяжёлые годы царствования Иоанна Грозного, а при царе Борисе Годунове оставил мирскую суету и стал иноком с именем Поликарп.

Он ступил на прискорбный и тяжкий путь – путь смирения и отсечения своей воли. Трудно было бывшему князю привыкать к монашеской пище и выстаивать церковные службы. Но он мужественно переносил всё и, полностью отрешившись от своей мирской знатности, работал на огороде и в пекарне, носил воду и рубил дрова. Одевался он зимой и летом в сапоги и заплатанную рясу с подрясником, спал на узкой скамье с деревянным изголовьем, одеяла же совсем не имел. Многие неразумные из иноков издевались над святым Поликарпом, но он кротко и терпеливо переносил поношения, не давая проявляться гневу, и со временем в нём совсем умерла раздражительность.

Тогда преподобный Поликарп построил Спасский Брянский монастырь и сделался его настоятелем. По благословению старцев, без совета которых он и раньше ничего не делал, он ввёл в этой новой обители строгий общежительный устав и своим усердием привлёк много иноков и богомольцев. Став игуменом, святой Поликарп нимало не ослабил своих подвигов: по-прежнему мало ел и спал, но, как и всегда, ходил на все службы. Келья его была больше похожа на землянку, чем на настоятельские покои; со всеми он обращался по-братски, как простой монах.

Он скончался в глубокой старости и был погребён у порога Преображенского собора Брянского монастыря, как он сам завещал. От мощей преподобного Поликарпа совершались чудесные исцеления.

Священномученик Николай был сыном священника, окончил духовную семинарию, работал сельским учителем, потом женился, принял священный сан и стал служить в селе Завидово в Тверской области.

Прихожане очень полюбили его за доброту и отзывчивость к чужому горю, к чужой нужде. Даже когда богоборческая власть отобрала у него лошадь, он в любую погоду шёл пешком (иногда за двадцать пять километров), чтобы причастить больного.

Своих детей он тоже воспитывал в деятельном добре – и словом, и добрым примером. Бывало, отец Николай выйдет утром косить сено и, увидев одинокую старушку, скажет детям: «Давайте, ребята, поможем ей. Она не управится». И они шли и помогали.

Когда приходили нищие, священник всегда приглашал их за стол. Эту любовь к нищим усвоили и дети, и, бывало, завидев нищего, они брали что-нибудь из дома и бежали, чтобы подать. А отец Николай говорил: «Что ж, можно было и больше подать. Ещё что-нибудь взять».

Но советские власти не только ничем не помогали доброму и многодетному батюшке, а всячески обременяли его непосильными налогами, которые увеличивали с каждым годом. При этом они его всё время уговаривали отречься от священства, обещая за это облегчить для него налоговое бремя. Но отец Николай всегда отвечал им одно и то же: «Никогда не уйду из храма и не сниму сан».

Пытались они сделать из отца Николая и лжесвидетеля, уговаривая дать ложные показания против другого священника. Отец Николай не пошёл на это тяжкое преступление и грех.

Наконец налоги на него стали так велики, что он уже не смог заплатить их. За это батюшку осудили на один год концлагеря. Отбыв срок, он снова стал служить в храме. И так прошло ещё три года.

Отец Николай был опять арестован. Прощаясь с супругой, он уговаривал её не унывать, не отступаться от Церкви и веры и никогда, ни при каких условиях не сдаваться. Протоиерей Николай был невинно осуждён тройкой НКВД к расстрелу и принял мученическую кончину от рук безбожников.

Житие Иоанна Предтечи смотри под 7 января / 20 января.

Когда по приказу злочестивого царя Ирода святому Иоанну Предтече отрубили голову, жена Ирода Иродиада взяла её к себе. Она люто ненавидела Иоанна за то, что он смело обличал её беззакония, и поэтому злобно надругалась над его святой главой и не позволила похоронить её вместе с телом, боясь, что Иоанн воскреснет и снова станет обличать её.

Ученики Иоанна Крестителя тайно взяли тело его и похоронили, а голову Иродиада глубоко закопала в нечистом месте у себя во дворе. Оттуда её извлекла блаженная Иоанна, последовательница Христа, и, вложив в глиняный сосуд, погребла на горе Елеонской, в одном из поместий Ирода.

Спустя много времени некто Иннокентий, человек богатый и знатный, уверовал во Христа и, купив тот участок земли, построил на нём себе келью и стал иноком. Однажды ему потребовалось вырыть яму вблизи своей кельи, и по Божию смотрению он обрёл честную главу святого Иоанна Предтечи и с большим благоговением стал хранить её у себя. Незадолго до своей кончины Иннокентий вновь зарыл её в землю, боясь, чтобы после него со святыней не поступили бесчестно. И опять она на многие годы скрылась от глаз христиан.

При равноапостольных царях Константине и матери его Елене, когда по благоволению Божию в Иерусалиме обретались и восстанавливались многие святыни, была снова обретена и глава Иоанна Крестителя. Он явился во сне двум монахам, и они по его указанию извлекли из земли сосуд с головой святого Предтечи. Эти иноки были нерадивы и беспечно отдали великую святыню какому-то горшечнику. Но сам этот горшечник оказался добрым христианином и с благоговением сохранил её у себя, ежедневно возжигал перед ней свечи и лампады, и кадил перед ней фимиамом, молился и старался поступать по Божиим заповедям. Перед смертью горшечник передал главу Иоанна Предтечи своей сестре, и так она долгое время передавалась из рук в руки, пока не попала к некоему еретику, который зарыл её в землю в одной пещере.

Но в этой пещере по Божиему смотрению поселились два благочестивых инока и устроили монастырь. Одному из них, именем Маркелл, было во сне видение от Бога: большая церковь, а в ней Иоанн Предтеча, множество ангелов и святых, подходящих к нему под благословение. Маркелл также подошёл к нему со страхом и трепетом, поклонился в землю и коснулся его святых ног. Иоанн же обнял Маркелла и дал ему сосуд, наполненный мёдом, со словами: «Прими благословение».

После этого Маркелл проснулся, а ночью на шестой день кто-то снова разбудил его, и был голос Иоанна Крестителя: «Вот, я дарован вам. Встань и следуй за звездой, которая пойдёт перед тобой, и тогда обретёшь меня».

Трепеща, Маркелл сел на постели и в дверях увидел звезду. Он последовал за ней, и звезда его привела в ту пещеру, где была закопана голова святого Иоанна Предтечи. Послали за архиереем, и он, отслужив литургию и причастившись Животворящих Тайн, торжественно извлёк из земли сосуд с великой святыней. Слух об этом распространился повсюду, и многие стали приходить, чтобы приложиться к главе Иоанна и помазаться истекавшим из неё миром, и по вере получали исцеления и исполнение благих прошений.

Во время иконоборческой ереси голова Иоанна Крестителя была скрыта от еретиков в городе Команы и, положенная в серебряный сосуд, погребена в земле. А затем её опять обрели и перенесли в Константинополь, откуда она по частям постепенно была разнесена в разные страны в монашеские обители.

Инок Киево-Печерской обители Еразм, имея большое имение, рассудил, что не подобает монаху владеть земными сокровищами, и употребил своё богатство на украшение церкви. Он отделал серебром и золотом много икон и, молясь перед ними и с верой взирая на них, украшал свою душу – этот нерукотворный храм – серебром и золотом добродетелей, то есть чистотой и любовью. Но случилось с Еразмом великое искушение, ибо, пока он был богат, многие уважали и почитали его, и хвалили за те пожертвования, которые он делал на церковь, а когда он всё своё имение истратил и сделался бедняком, на него перестали обращать внимание. Тогда бесы стали внушать ему, что он за своё доброе дело не получил воздаяния от Бога. И Еразм, приняв эти помыслы, впал в отчаяние, стал жить нерадиво и вовсе перестал заботиться о спасении своей души.

Но вот однажды он заболел, и так тяжело, что семь дней лежал с закрытыми глазами, не говоря ничего, и лишь по дыханию можно было видеть, что он ещё жив. Думая, что он умирает, вся братия собралась к нему и с ужасом говорила: «Горе, горе душе этого брата, он жил во грехах и лености, ныне же душа его видит страшное видение, мятётся и не может выйти из тела».

Но вдруг преподобный Еразм поднялся и сказал инокам: «Истинно слово ваше, братия! Я грешен и не покаялся, но вот по молитвам преподобных отцов наших Антония и Феодосия Матерь Божия вспомнила обо мне, явилась мне и сказала: «Еразм! Как ты украсил Мою церковь иконами, так и Я тебя украшу и возвеличу в Царствии Сына Моего. Встань, покайся в своих грехах, и на третий день Я возьму тебя к Себе за то, что ты так возлюбил благолепие дома Моего». Сказав это, Еразм исповедал перед всеми свои грехи, ничего не утаивая и не стыдясь, и действительно на третий день с радостью предал свою душу Господу и Пресвятой Его Матери, как Она сама о том предсказала.

По молитвам святого Еразма да поможет Господь и всем, украшающим святые церкви, получить вечное блаженство в будущей жизни со Христом Иисусом, Господом нашим, Которому слава с Богом Отцом и Святым Духом ныне, и присно, и во веки веков.

Тарасий был важным сановником при царском дворе, мужем благочестивым и мудрым. Он тайно почитал святые иконы и, когда его призвали на патриаршество, потребовал, чтобы был созван вселенский собор для осуждения иконоборческой ереси. Только при этом условии блаженный Тарасий соглашался занять Константинопольскую кафедру. И действительно, собор был созван, и на нём было восстановлено почитание святых икон и мощей угодников Божиих, тогда как раньше их выбрасывали из храмов и сжигали.

Тарасий, когда ещё был царедворцем, по духу уже был иноком, приняв же на себя патриаршество, он умножил свои подвиги воздержания. Спал он очень мало и все ночи простаивал на молитве, никогда не снимал с себя одежды, строго постился. При этом он был исполнен смирения, непрестанно молился и так, пламенея духом, сделался ангелом во плоти.

К нищим и убогим он был милостив, кормил голодных, одевал раздетых, устраивал больницы и нередко сам ухаживал за немощными и страждущими. Он мудро управлял Церковью, был заступником обиженных, помощником находившихся в бедах и великим поборником правды. Когда царь Константин Порфирородный прогнал свою верную и законную супругу Марию, внучку праведного Филарета Милостивого, и решил ещё раз жениться, патриарх не благословил ему этого, хотя и навлёк на себя царский гнев.

С самого дня своего посвящения святитель Тарасий ежедневно совершал Божественную Литургию, и только когда приблизилось время его блаженной кончины, и он изнемог, тогда только святой патриарх оставил свой великий подвиг ежедневного служения.

Он мирно преставился ко Христу, и все люди: простецы и вельможи, миряне и духовенство, бедные и богатые, а особенно нищие, убогие, сироты и вдовы – неутешно скорбели о нём. Тело святителя Тарасия погребли в устроенном им же монастыре, на берегу пролива Босфор, и от гроба его многие получали исцеления.

Порфирий был сыном богатых родителей, родом из Фесалоник. В возрасте 25 лет он оставил своих родных и имущество, удалился в египетскую пустыню Скит и стал иноком. Прожив там под руководством святых отцов несколько лет, Порфирий посетил Иерусалим, поклонился Животворящему Кресту и Гробу Господню и ушёл в заиорданскую пустыню. Он поселился в уединённой пещере, усиленно подвизался в посте и непрестанной молитве.

По прошествии пяти лет святой заболел. С помощью одного из знакомых с великим трудом добрался до Иерусалима и там, несмотря на болезнь, ежедневно обходил Святые места. Наконец его недуг так усилился, что Порфирий, уже не в силах терпеть, пошёл на святую гору Голгофу и лёг там как бы в исступлении. И явился ему Христос, пригвождённый к кресту, и рядом со Христом – благоразумный разбойник, также на кресте. И Порфирий стал взывать, говоря: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!»

Спаситель же сказал разбойнику: «Сойди со креста и исцели его от телесной болезни, как Я тебя исцелил от душевной».

Тогда благоразумный разбойник сошёл с креста, обнял и поцеловал Порфирия, поднял его с земли, и после этого преподобный очнулся совершенно здоровым.

По прошествии трёх лет в городе Газе умер епископ Эней, и митрополиту той области Иоанну Кесарийскому следовало избрать достойного мужа для посвящения. Блаженный Иоанн и все его клирики наложили на себя строгий пост и стали с усердием молить Бога указать им достойного и способного человека. И было митрополиту Иоанну видение от Господа, чтобы поставить святого Порфирия епископом Газским.

Этот город был городом язычников, в нём была лишь одна, да и то маленькая, христианская церковь. Язычниками были и начальники города, и большинство граждан; они много обижали христиан, часто били их, обременяли непосильными поборами и излишними общественными работами; христиане же всё это мужественно терпели, уповая на милость Божию.

За свои духовные подвиги и смирение святитель Порфирий получил от Бога силу чудотворения. По молитвам его во время засухи и грозящего голода Господь послал дождь. Ученик святого Порфирия Варух, избитый язычниками почти до смерти, выздоровел в одну ночь, ибо его духовный отец со слезами, неотступно просил о том Господа. Много и других чудес совершил угодник Божий Порфирий, и, видя их, многие язычники, несколько сотен человек, обратились к Иисусу Христу.

Но большая часть жителей Газы продолжала поклоняться идолам, и они всё более жестоко обращались с христианами, так что, видя бедствия верных и растущие беззакония язычников, Порфирий поехал в Константинополь и с помощью святителя Иоанна Златоустого, бывшего тогда патриархом, умолил императора Аркадия заступиться за христиан. По указу благочестивого царя идольские капища в Газе и сами идолы были уничтожены, и всё городское управление было вручено верным.

Прослужив в архиерейском сане 25 лет, блаженный епископ Порфирий мирно отошёл ко Христу и вселился в Обители Небесные.

Священномученик Петр происходил из бедной крестьянской семьи, но с детства полюбив богослужение, окончил курсы для подготовки псаломщиков и диаконов и стал псаломщиком в сельском храме. Ещё учась на курсах, он познакомился со своей будущей супругой Анной Ивановной, дочерью сельского кузнеца, которая, однако, благодаря прекрасным способностям и любви к учению получила образование и работала учительницей в одной из бедных деревушек. Молодые люди поженились и мирно жили при храме, в котором Пётр был псаломщиком.

Но совершилась Октябрьская революция, и началась Гражданская война. Село, где жили Пётр и Анна, несколько раз переходило от красных к белым и от белых к красным, причём и те и другие жестоко расправлялись с теми, кто сотрудничал с их противниками. Убивали людей обычно без всякого суда по одному подозрению. Пётр и Анна многих тогда укрыли и спасли от смерти.

Во время последнего отступления белых вместе с ними ушёл и служивший в селе священник, и жители уговорили Петра принять священный сан. Ему было тогда всего двадцать два года, и сначала он по смирению отказывался, считая себя недостаточно опытным. Но, кроме Петра, служить в храме было некому, поэтому он счёл для себя невозможным отказаться и в 1919 году был рукоположен.

Отец Петр стал ревностным пастырем. Народ полюбил его за глубокую веру и нелицемерное благочестие, а ещё за то, что он был для крестьян «своим»: и происходил из крестьян, и продолжал заниматься крестьянским трудом (иначе семья не могла бы прокормиться).

Но жить многодетной семье отца Петра было невыносимо тяжело. Комсомольцы-активисты сожгли дом священника. Когда местные жители выделили ему другое место для жилья, коммунисты выгнали его и оттуда. Едва удалось односельчанам добиться от властей не отнимать у отца Петра небольшой участок земли, на котором он смог построить себе дом.

Как и других священнослужителей, власти «душили» отца Петра налогами. Семья продавала для уплаты налогов последнее, прихожане собирали деньги, но этого всё равно не хватало. Когда председатель сельсовета пришёл отбирать у семьи единственную корову-кормилицу, матушка упала в обморок.

В конце 20-х годов гонения на Церковь в СССР усилились, местные коммунисты, комсомольцы и активисты на собрании постановили: церковь в селе закрыть. Верующие, узнав об этом, взволновались и пытались противиться закрытию храма. Отец Петр призывал их к этому.

Все чувствовали, что дело идёт к аресту священника. Даже местные коммунисты, сочувствовавшие уважаемому на селе отцу Петру, уговаривали его куда-нибудь скрыться, не раз вызывали для уговоров в сельсовет, но он считал для себя невозможным оставить священное служение и прихожан.

В те дни супруга умоляла отца Петра ради детей – их было пятеро от полугода до восьми лет – уехать на родину в другое село. Отец Петр не смог устоять и уже начал собирать вещи, но перед отъездом он пошёл к двум жившим в селе монахиням, которые спросили его: «А как же мы, батюшка?» После этого вопроса отец Петр твёрдо сказал матушке Анне: «Нюра, я не поеду».

Через несколько дней он был арестован. Никакой вины за отцом Петром не нашлось, это было доказано на суде. Матушка и прихожане писали ходатайства, чтобы батюшку отпустили. Матушке даже удалось встретиться с судьёй, но он ей сказал прямо: «Если мы вашего отпустим, то надо партийных засадить, потому что они ложь написали. Мы же не можем этого сделать – священника освободить, а партийных людей засадить». И по приговору тройки ОГПУ священномученик Петр был расстрелян.

Сколько страданий перенесла матушка Анна Ивановна, оставшаяся одна с пятью детьми на руках и без всяких средств к существованию, сведений не сохранилось. Но в её бумагах после кончины была найдена написанная её рукой молитва, которой она молилась после ареста мужа: «Благодарю Тебя, Господи Боже, за всё: за жизнь, за невзгоды, прожитые мною, за разлуку с любимым мужем (священником) моим, за муки и радость – за всё Тебя, Боже, благодарю».

Вначале XX века славился своей духовной жизнью Павло-Обнорский монастырь, настоятелем которого был архимандрит Никон. У отца Никона было много духовных детей, в основном девушек и женщин. Многие из них тяготели к монашеству, к строгому отвержению своеволия ради воли Божией, к воздержанию и посту. Поэтому архимандрит Никон задумал устроить в селе Захарьево неподалёку от Павло-Обнорского монастыря монашескую общину, в которой могли бы подвизаться его духовные дочери.

Но то время было для устройства монашеской общины самое неудачное, потому что уже совершилась Октябрьская революция и начались жестокие гонения на Церковь, а на монастыри – в особенности.

И всё-таки монашескую общину создать удалось. Отец Никон и его духовные дочери «замаскировали» её под советскую сельскохозяйственную коммуну. Они думали, что власть большевиков и гонения на Церковь скоро кончатся, и надеялись какое-то время вводить в заблуждение врагов Церкви, а когда обстановка изменится к лучшему, начать обыкновенную монашескую жизнь.

Одной из насельниц этой «коммуны», тайного монастыря, была монахиня Анна (Благовещенская), дочь священника, работавшая учительницей и одновременно исполнявшая послушание псаломщицы в храме. По благословению своего духовного отца архимандрита Никона она оставила всё и ушла в Захарьевскую общину.

Однако к концу 20-х годов в ОГПУ поняли, что Захарьевская община – в ней тогда было уже больше ста насельниц – на самом деле никакая не коммуна, а большой тайный монастырь. И тогда начались аресты сестёр. Среди первых была схвачена и монахиня Анна. На допросах она никого не выдала. Приговорили её к трём годам заключения в концлагере.

Отбыв срок, монахиня Анна стала псаломщицей в одном из храмов. Но вскоре она сподобилась от Господа мученического венца: её вновь арестовали и по приговору тройки НКВД расстреляли.

Удивительно, что большевикам так и не удалось до конца уничтожить Захарьевскую общину. Около сорока сестёр под разными предлогами в ней оставались и продолжали монашеский образ жизни. Хотя деревенские жители полностью разграбили общину, оставшимся матушкам удалось постепенно выкупить всё своё имущество, и Захарьевская община в составе нескольких сестёр просуществовала до конца XX века, когда прекратила своё существование сама советская власть.

Презрев мирскую суету, преподобный Фалалей всё оставил и пришёл в монастырь Саввы Освященного, где он несколько лет подвизался во всяком воздержании, послушании, смирении и молитве, достиг наконец совершенства в добродетелях и был даже посвящён во пресвитера. После этого святой Фалалей удалился из монастыря на безмолвие.

Для жительства он избрал себе одно древнее языческое кладбище, при котором было полуразрушенное, заброшенное капище. В этом капище с давних времён обитало множество демонов, нередко нападавших на людей и животных и считавших себя владельцами того места.

Преподобный поставил себе палатку и жил в ней, сурово постясь и молясь день и ночь. Бесы, возмущённые этим, стали яростно нападать на святого, но он ограждал себя крестным знамением и молитвой и бодро стоял, как храбрый и непобедимый воин, попирая немощную силу злых духов. Наконец они, не в силах терпеть непрестанного призывания имени Божия, со стыдом убежали и более уже не дерзали докучать преподобному.

Он же с тех пор усугубил свои подвиги, построив такую малую келью, что не мог в ней не только стоять, но даже и сидеть нормально. Сидя в ней, Фалалей был вынужден голову пригибать к коленям, и в такой тесноте он провёл 10 лет.

Однажды его посетил епископ Феодорит и спросил: почему он избрал себе столь жестокое житие? Фалалей ему на это ответил: «Я великий грешник. Веруя, что в будущей жизни меня ожидают великие мучения, я избрал себе добровольно столь маленькую келью, надеясь, что этими временными и небольшими стеснениями я избавлюсь от вечных мук».

Бог даровал преподобному и силу чудотворения. Он молитвой исцелял людей и скотину, и поэтому многие стали приходить к святому и прославили его по всей округе. Тогда и язычники, слыша об удивительных чудесах, поколебались в своём зловерии и в конце концов все обратились ко Христу.

В замечательной книге святителя Софрония, называемой «Лимонарь», о святом Фалалее написано, что он никогда не переставал плакать и часто говорил посещавшим его инокам: «Это время дал нам, братия, Бог на покаяние, и если мы его погубим, то за это будем строго судимы».

Преподобный Фалалей мирно скончался, пробыв в иночестве шестьдесят лет.

Преподобный Тит был иеромонахом Киево-Печерского монастыря. В том же монастыре жил иеродиакон Евагрий. Великая и нелицемерная любовь соединяла этих двух иноков, так что все дивились их единодушию и взаимной любви.

Но ненавидящий всякое добро диавол посеял между ними вражду. Долгое время они пребывали в таком греховном мраке, что даже дерзали совершать Божественную службу и причащаться Святых Христовых Тайн, не примирившись друг с другом, не испросив друг у друга прощения. Много раз просила их братия примириться, но они и слушать не хотели.

Наконец Тит сильно заболел и уже не думал остаться в живых. Тогда он стал горько плакать о своём прегрешении и смиренно послал сказать Евагрию: «Прости меня, брат, ради Господа, за то, что я оскорбил тебя гневом своим».

Но тот не только не простил Тита, а даже стал проклинать его. Братия, видя, что Тит уже умирает, силой привела к нему Евагрия, чтобы он примирился с братом. Но Евагрий сказал: «Я не хочу примирения с ним: ни в сем веке, ни в будущем».

Сказав так, он вырвался из рук братии и вдруг упал мёртвым. И тотчас блаженный Тит встал совершенно здоровым, как будто никогда не болел. Все стали спрашивать его, что бы это значило. И Тит рассказал: «Во время болезни я, ещё одержимый гневом, увидел, как ангелы отступили от меня. Они рыдали о гибели моей души, а бесы радовались, что я имею гнев на брата своего. Потому-то я и начал просить вас, чтобы вы пошли и испросили мне у брата моего прощение. Когда вы привели его ко мне, и я поклонился ему, а он отвернулся от меня, я увидел одного грозного ангела с пламенным копьём, коим он ударил непростившего меня, и тот упал мёртвым. Тот же ангел подал мне руку, поднял меня, и вот я выздоровел».

Устрашённые рассказом, иноки много плакали об умершем Евагрии; сами стали особенно стараться избегать гнева, прощая друг другу все обиды. А преподобный Тит стяжал совершенное безгневие и любовь Христову, Ему же слава вовеки. Аминь.

Святой Василий жил в царствование Льва Исаврянина, иконоборца. Оставив мир с его соблазнами, он поступил в монастырь и добродетельно проводил иноческое житие. Когда было гонение на почитание святых икон, святой Василий мужественно сопротивлялся иконоборцам. За это он был взят и предан многим мучениям, но, несмотря на то, Василий отвергал еретическое учение иконоборцев и стоял за истину до пролития крови. Его строгали по всему телу железными орудиями, а потом заключили в темницу, где он томился долгое время, до смерти нечестивого царя.

По смерти мучителя преподобный Василий был отпущен вместе с другими исповедниками и жил, как и прежде, в постнических трудах, многих обращая к православной вере и наставляя на добродетельное житие. После нескольких лет богоугодной жизни он сподобился блаженной кончины и с молитвой, благодарением и несказанной радостью отошёл ко Господу, Которого возлюбил с раннего детства.

Преподобные Марина и Кира были родом из Сирии и происходили от знатных родителей. Но достигнув совершенного возраста, они пренебрегли своей знатностью, оставили родной город и, огородив себе небольшой уголок земли, начали подвизаться под открытым небом.

Прославляя в душе своей Бога, преподобные всё время пребывали в молчании и прерывали его через каждые пятьдесят дней только на один день. На теле своём под широкими иноческими одеждами святые носили очень тяжёлые железные цепи и с необыкновенным терпением переносили голод и происходящие от него страдания. В течение трёх лет подряд они принимали пищу только один раз через сорок дней. Отправившись однажды на поклонение Гробу Господню, они не принимали никакой пищи до тех пор, пока не совершили поклонения. Также и возвращаясь назад, они прошли весь свой путь, ничего не вкушая. Такой же подвиг совершили они и тогда, когда предприняли путешествие в храм святой мученицы Феклы. Прославившись такой подвижнической жизнью, эти святые жёны перешли наконец к вечной жизни, которой так желали.

Блаженный Николай зимой и летом ходил в ветхой одежде, почти нагой, с терпением перенося и морозы, и летнюю жару. Жил он в келье под соборной колокольней, мало заботясь о пропитании тела, но обильно питая свою душу непрестанной молитвой. За внешне безумными поступками и бессмысленными словами блаженный Николай скрывал разум духовный и великую Божию благодать. Он имел дарования чудотворения и пророчества и святому Никандру Псковскому предсказал ожидающие того испытания в пустыне.

Когда царь Иоанн Грозный, разгромив Новгород и перебив почти всех новгородцев, приближался к Пскову, жители не знали, что делать, защищаться или бежать. Святой же Николай посоветовал встретить грозного царя хлебом с солью. Все псковичи вышли на улицы, и каждая семья встречала царя хлебом с солью у своего дома. Это смягчило Иоанна, и он решил город разграбить, но не убивать жителей.

Николай же, увещавший царя «покушать хлеба-соли, а не христианской крови», не советовал ему грабить город, говоря, что иначе «ему не на чем будет бежать из Пскова». Не поверивший пророчеству, царь уже приказал снимать колокол с Троицкого собора, как вдруг ему сообщили, что пал его лучший конь. Блаженный Николай угостил царя куском сырого мяса; на это Иоанн Грозный сказал, что он христианин и не ест мяса в Великий пост. «Ты делаешь ещё хуже, – возразил Николай, – питаешься плотью и кровью человеческой (то есть убиваешь невинных), забывая не только пост, но и Бога».

Испугавшись обличений святого и сбывшегося пророчества о коне, царь со всем своим войском уехал из города.

Псковичи так любили и почитали блаженного Николая, что, когда он скончался, его мощи погребли под соборным храмом, где обычно погребали лишь князей и архиереев. И ныне они почивают в кафедральном соборе города Пскова во имя Пресвятой Троицы.

Преподобный Иоанн был родом из Палестины. Восемнадцати лет он крестился, принял монашество и особенно стал подвизаться в посте. За свою добродетельную жизнь он был поставлен в архиепископа Дамасского, но, немного времени пробыв на кафедре, заметил, что обязанности его высокого положения трудно совместимы с иноческими подвигами. Поэтому Иоанн тайно удалился из Дамаска и, придя в Александрию, изменил своё имя на имя Варсонофий, чтобы его никто не узнал.

Оттуда Иоанн-Варсонофий отправился как убогий странник на Нитрийскую гору, поклонился игумену бывшего там монастыря и просил, чтобы тот принял его для услуг братии. Игумен согласился и дал ему монашеское одеяние. Святой стал ревностно служить инокам по целым дням, а все ночи простаивал на молитве. Ранним утром он собирал из всех келий сосуды и шёл с ними на реку. Почерпнув воды, он приносил её и ставил сосуды с водой возле келий.

Один из монахов, человек малоумный, сильно досаждал святому: то давал ему насмешливые прозвища, то обливал помоями. Узнав об этом, игумен призвал к себе этого инока, чтобы наказать. Но святой Иоанн Варсонофий с плачем вступился за своего обидчика, подражая в милосердии Господу Иисусу Христу.

По прошествии некоторого времени Иоанна узнал преподобный Феодор Нитрийский, и тогда он оставил гору и удалился в Египет. Там он написал много душеполезных книг и с миром отошёл ко Христу, Коему со Отцом и Святым Духом честь и слава вовеки. Аминь.