12-е число

– Пр. Онуфрия Великого.

– Пр. Петра Афонского.

– Пр. отца нашего Арсения Коневского.

– Свв. Иоанна, Андрея, Иракламвона и Феофила в Египте.

– (Пр. Зинона. Пр. Иулиана, игумена Константинопольского. Св. Иоанна воина. Преставление пр. Онуфрия Мальского. Память пр. Онуфрия и Авксентия Вологодских. Преставление пр. Стефана Озерского или Комельского. Пр. Вассиана и Ионы Соловецких).

Пр. Онуфрий принадлежал к числу самых строгих подвижников православного Востока, за что и получил название Великого. Время его жизни относится к IV веку. Первоначально он подвизался в Фиванде в монастырь Ерите, близь Гермополя. Этот монастырь состоял из ста человек братии. Все они имели общую пищу и одежду и мирно проводили своё постническое житие. С детского возраста жил здесь пр. Онуфрий. Слышанные им от братии рассказы о пустынной строгой жизни пророка Илии и Иоанна Предтечи воспламеняли воображение Онуфрия.

Но не имея представления о достоинстве отшельнической жизни, Онуфрий спросил св. отцов: «более ли имеют значение пред Богом те, которые живут в пустыне, в сравнении с вами?»

«Они большие против нас, – отвечали ему отцы. – Мы каждый день видимся друг с другом, на радость себе совершаем соборно церковное пение, можем всегда утолить голод и жажду. Если кто заболеет, ему прислуживают другие. Да и в иных случаях каждый из нас может найти себе утешение в других. Но живущие в пустыне лишены всего этого. Случится ли с кем-либо из них какая печаль некому его утешить. Приключится болезнь – некому помочь. Часто в минуты голода нечем бывает его утолить, во время жажды негде бывает взять воды. Да и вообще труд пустынножителей больше, нежели наш. Они более работают Господу, чем мы; предаются большему посту, терпят часто голод, жажду, переносят полуденный зной и ночной холод».

Так описали св. отцы пр. Онуфрию жизнь пустынников.

Эта отчуждённая жизнь, исполненная лишений и бедствий, настолько показалась привлекательной для пр. Онуфрия, что он сам решился испытать её. И вот ночью, взяв немного хлеба, Онуфрий оставил монастырь и пошёл в пустыню. При входе в неё, ему показался луч света и Онуфрий испугался, так что хотел было бежать снова в монастырь. Но луч света приблизился к нему и послышался голос:

«Не бойся, потому что я Ангел твой, с самого дня рождения твоего я приставлен от Бога хранить тебя, постоянно хожу с тобой и ныне, по повелению Господа, веду тебя в эту пустыню, будь совершен и смирен сердцем пред Господом, служи Ему с радостью, и я не отступлю от тебя».

Долго шёл пр. Онуфрий по пустыне, углубляясь внутрь её всё более и более. Но вот пред ним показалась пещера. Приняв её за человеческое жилище, преподобный подошёл к её входу, сказал обычное у иноков «благослови!» И увидел пред собой старца. Внушительный вид этого старца, его лицо, просветлённое благодатью Божией, настолько поразили Онуфрия, что он упал к его ногам, полный благоговения и глубочайшего уважения к нему.

Но старец тотчас же поднял Онуфрия, поцеловал его и сказал: «ты ли брат Онуфрий, споспешник мне о Господь? Войди в моё жилище! Бог да будет тебе помощником, ты же оставайся верен избранному тобой служению, совершая добрые дела в страхе Божием». Много дней провёл Онуфрий в пещере старца, изучая его жизнь. Старец научил его уставу иноческой жизни в пустыне и когда увидел, что Онуфрий достаточно подготовился к перенесению трудной пустынной жизни, повёл его вглубь пустыни. Четыре дня и четыре ночи шли отшельники и только на пятый день остановились перед небольшой пещерой.

«Вот место, которое уготовал тебе Господь для жительства», – сказал тогда старец Онуфрию.

Пробыв в продолжение тридцати дней с Онуфрием, старец удалился снова в свою пещеру. Каждый год потом он навещал Онуфрия. Но придя однажды к преподобному старец скончался. Сильно скорбел о смерти своего наставника пр. Онуфрий и, горько плача о нём, похоронил его тело подле своего жилища.

Много трудов перенёс пр. Онуфрий, живя в пустыне, много скорбей и лишений претерпел он. Часто мучил его голод, нередко томила его жестокая жажда, и он не знал, чем утишить свои страдания. Только травы пустыни несколько подкрепляли его тело, да небесная роса немного утоляла его жажду. Много переносил преподобный страданий от дневного зноя и ночного холода. Эти лишения и невзгоды были так часты, что пр. Онуфрий «многажды отчаялся живота своего и мнил себе уже при смерти быти»¹³⁰. Только один промысел Божий хранил от смерти преподобного во всех этих случаях, подавая ему всё необходимое для насущных потребностей и поддержания жизни. Господь посылал к нему Ангела, который, обыкновенно, и приносил ему немного хлеба и воды для подкрепления его тела. Так продолжалось целых тридцать лет. Затем Господь даровал ему новое утешение: подле вертепа преподобного заструился небольшой источник чистой и прохладной воды, выросло финиковое дерево о двенадцати ветвях, и каждая ветвь приносила ему плоды помесячно. Это особенное промышление Божие о св. Онуфрии продолжалось до самой его кончины. Преподобный всё время жил в недоступном и неизвестном никому уединении. Но когда приспело время его кончины, Бог послал к нему инока св. Пафнутия.

Этому иноку Онуфрий поведал о своих трудах и подвигах. На долю же св. Пафнутия выпало и погребение великого пустынника. Рассказав св. Пафнутию о своей жизни, Онуфрий повёл его к своему жилищу. Здесь Пафнутий близь пещеры увидел финиковое дерево и источник воды. После молитвы св. отцы сели и продолжали благочестивую беседу. Вечером они увидели пред собой хлеб и воду, которыми и подкрепили своё немощное тело.

Пришло утро следующего дня, и лицо пр. Онуфрия покрылось мертвенной бледностью. Это испугало св. Пафнутия, но пр. Онуфрий ободрил его, сказав: «Господь, по милосердию Своему, послал тебя ко мне, чтобы похоронить тело моё, ибо сегодня я кончу временное житие и перейду ко Христу для бесконечной жизни; когда же ты возвратишься в Египет, то поминай меня».

Св. Пафнутий желал сам поселиться в пещере пр. Онуфрия, о чём и возвестил ему. Но Онуфрий воспрепятствовал этому:

«Не затем ты, – говорил Онуфрий, – послан Господом в эту пустыню, чтобы поселиться в ней, но, чтобы увидеть рабов Божиих, возвратиться и поведать о жизни их братиям, на пользу слышащих и во славу Христа Господа нашего. Иди в Египет, в свой монастырь и поведай братиям всё, что ты видел и слышал».

Благословив св. Пафнутия и простившись с ним, пр. Онуфрий стал на молитву. Слёзы неудержимо падали из его глаз, глубокие воздыхания колыхали его старческую грудь. Долго так молился св. Онуфрий; наконец, воскликнул: «в руце твои, Господи, предаю дух мой!»

С этими словами преподобный лёг на землю и скончался. Небесный свет осиял святого, как бы в знаменование, что его душа с великим дерзновением восходит ко Господу. Отодрав подшивку со своей одежды, св. Пафнутий прикрыл тело усопшего, потом, найдя огромный камень наподобие гроба, Пафнутий положил в него тело св. Онуфрия и закрыл его мелкими камушками. Не желая расстаться с местом великих подвигов св. Онуфрия, Пафнутий начал молиться Господу, дабы Он сподобил его жить на этом месте. Затем он хотел войти в пещеру; но она вдруг распалась, сокрушилось финиковое дерево и иссяк источник воды. Пафнутий понял, что Господу не угодно, чтобы он остался жить в пещере пр. Онуфрия, помолился Господу Богу и отправился в Египет¹³¹.

Св. Пётр родился в Константинополе, но кто были его родители неизвестно. По званию своему Пётр был схоларий, т. е. военный сановник, служивший в такой схоле, воины которой должны были днём и ночью оставаться в царском дворце. Звание схолария не вполне удовлетворяло Петра, и в нём нередко пробуждалась решимость переменить воинские одежды на одежды инока. В 667 году Петру пришлось участвовать в войне с Агарянами в Сирии, и он был взят в плен и отведён в крепость Самару, построенную у реки Евфрата. Будучи посажен в темницу и окован тяжёлыми железными оковами, Пётр вспомнил о своём обещании отречься от мира и сделаться монахом. Ему казалось, что как бы за невыполнение этого обещания, Господь и попустил на него плен со всеми теми невзгодами и притеснениями, которые обыкновенно приходится терпеть пленникам. И вот Пётр горячо молится Господу о своём освобождении и решается вместе с получением свободы постричься в иноки. Несколько лет Пётр оставался в темнице, и эти годы заключения не прошли для него бесследно. Он на столько преуспел в благочестивой, угодной Богу, жизни, что сподобился видения святых Николая чудотворца и Симеона Богоприимца, которые и возвестили ему о его будущем освобождении. Действительно, лет через девять после заключения для Петра пробил час свободы. Император Константин Погонат в 676 году заключил мир с Халифом, устроен был размен пленных, и вместе со многими другими получил свободу и Пётр. Очень может быть, что родители Петра хотя и жили в Константинополе, но любили Рим – по уважению к папам. Эго уважение унаследовал и Пётр, почему и решился после освобождения отправиться в Рим, где и принял иночество от тогдашнего папы Агафона. Пробыв в Риме четыре года. Пётр отправился на гору Афон. К этому времени строго-воздержная иноческая жизнь св. Петра на столько усовершила его духовные силы, что он уже имел дар чудотворений, что и проявилось во время морского пути.

Корабль, на котором плыл св. Пётр, однажды остановился у берега подле одного селения с тем, чтобы испечь здесь хлебы. Пришлось печь хлебы в доме, где у хозяина сын и другие домашние были нездоровы. Когда же хозяин узнал, что на корабле находится монах Пётр, то попросил пригласить его к себе. Св. Пётр вошёл к больным, благословил их, и они, получив исцеление, горячо благодарили его.

Во время этого же морского пути св. Петру в сновидении явилась Божия Матерь со св. Николаем чудотворцем и возвестила, что Афонская гора с этого времени будет постоянным жилищем монахов. После такого видения св. Пётр с радостью поселился на Афоне, прибыв туда в 681 году. Местом жительства св. Петра была пещера близ поднебесной выси Афона.

Целых 53 года подвизался св. Пётр на утёсистых высотах горы Афона и был одним из величайших подвижников. Ревность по вере, как у апостола Петра, нелицемерная любовь, неуклонная надежда, истинное терпение, совершенное смирение, умиление и всегдашний плач, кротость, умерщвление плоти, бесстрастие, телесная и душевная чистота, безмолвие и зрение Бога – вот те добродетели, которыми был украшен св. Пётр, как об этом читается в посвящённой ему службе. Кончина св. Петра последовала в 734 году. Как одна капля – явился на Афонской горе св. Пётр и воспарил оттуда в небесную обитель, оставив по себе монастыри. Много монастырей устроилось на Афоне, во время многолетнего подвижничества там св. Петра, с 681 года по 734.

Таковы были монастыри: Кастамониз, Дахиар, Фтери-Филофей, Климентов, Афо и другие. И св. Пётр, хотя и любил уединение, однако уже в своё время служил образцом святого жития для многих афонитов. Он был для них путеводным светом, а если и удалялся в горы, то лишь для того, чтобы свободнее парить умом к небесному престолу. И скончавшись, св. Пётр часто напоминал о себе афонским инокам, побуждая их к подражанию его высокой жизни, когда, перенесённые в обитель Климента, мощи св. Петра источали исцеления недужным монахам и окрестным мирянам.

Вероятно, в царствование лютого иконоборца и истребителя святых мощей – Константина Копронима (741–775 г.), св. мощи Петра были скрыты под спудом в той же обители Климента. Сто сорок шесть лет находились в таком положении мощи св. Петра. Самая обитель Климента опустела с 830 года. Но прошло пятьдесят лет и снова возвратились некоторые из прежних иноков в обитель Климента. Им было известно по преданию о мощах св. Петра, и они открыли их, так как эти мощи источали благоуханное миро. С согласия Карейских старцев, мощи св. Петра перенесли в тамошний храм Богоматери, в котором обычно бывали ежегодные собрания всех исихастов. Сначала св. мощи были поставлены в притворе этого храма, а потом через семь дней, в которые служили подле мощей всенощные бдения с песнопениями, мощи св. Петра перенесли в самый храм, к его правой стороне, и повив чистой плащаницей с алоем, смирной и другими благовонными мастями, чествовали их, потому что они врачевали все болезни. Известный творец канонов Иосиф написал службу новоявленному чудотворцу Петру Афонскому, которую и совершали в Карейском храме, при чём присутствовали богомольцы даже из мирских близких и отдалённых селений.

В 969 году, по случаю стеснений на Афоне, безмолвники Климентовой обители взяли мощи св. Петра из Карейского Богородичного храма и увезли их во фракийское селение Фотоками, где и отдали епископу того места за 100 золотых монет. Здесь св. мощи источали многие чудеса, которые и видел монах Николай, жизнеописатель святого¹³².

Кто были родители Арсения, и когда он родился – неизвестно. Известно только, что он происходил из Великого Новгорода. Можно ещё предполагать, что Арсений воспитывался в благочестивой и трудолюбивой семье, где и приучился соблюдать свято душевную и телесную чистоту и приобрёл искусство выковывать медные сосуды. Любя всем сердцем Господа и горя желанием спасения, он удалился в обитель на Лисьей горе, невдалеке от Новгорода, где в 1379 году и был пострижен в иночество с именем Арсения. Здесь инок усердно и тщательно выполнял разные послушания, возлагаемые на него, и своими суровыми подвижническими трудами приобрёл себе уважение от всей братии. Прошло 11 лет, и ревностный инок покинул Лисью обитель.

В 1384 году в Новгород пришло несколько афонских иноков. Св. гора привлекала к себе Арсения, и он решился посетить её. Долго игумен не соглашался расстаться с доблестным иноком, но, наконец, уступил его слёзным мольбам, и Арсений вместе с афонскими иноками благополучно прибыл на св. гору.

Поселившись здесь в некоторой обители, Арсений, начиная от рубки дров и печения хлебов, прошёл по порядку все монастырские службы. Всякое поручение русский инок выполнял с чрезвычайных тщанием и кротостью. Но вот стало известным игумену Иоанну, что Арсений искусен в ковке сосудов из меди, и Арсению была почти исключительно поручена эта работа. Св. инок трудился безмездно не только для своей обители, но многие и другие афонские обители приносили ему медь, и он всем охотно выполнял делаемые ему заказы. Арсений усердно трудился над ковкой сосудов в продолжение всего дня, а ночью становился на молитву и уделял только малую часть её на отдых, будучи крепок и мужественен. Чтобы удобнее было удовлетворять нужды афонских старцев, Арсений, с благословения своего игумена, решился обойти все святогорские обители. Три года обходил Афон Арсений, трудясь на пользу монастырей и ради своего душевного спасения. Стосковавшись по родине и возымев намерение устроить обитель во славу Божией Матери, Арсений покинул Афонскую гору. На прощание игумен Иоанн дал преподобному устав общежития и икону Божией Матери¹³³.

В 1393 году Арсений возвратился в Новгород и открыл архиепископу Иоанну II о своём намерении соорудить обитель, на что получил от святителя архипастырское соизволение. Посетив затем Лисий монастырь и приняв благословение от своего игумена, Арсений отправился странствовать по холодному северу. Отправившись по реке Волхову, Арсений на пути посетил Валаамский монастырь. Многолюдство братии этого монастыря скоро наскучило преподобному, и он ушёл в уединённое место на остров Коневец в Ладожском озере (в 180 вёрстах от С.-Петербурга). Чтобы осмотреть более отдалённые острова, Арсений поплыл далее по Ладожскому озеру, но был застигнут бурей и пристал по реке Вуоксу к Городинскому погосту (в настоящее время г. Кексгольм); буря прекратилась, Арсений сел на челнок и направился на северо-запад озера, но волны снова взбушевались и поднявшийся сильный ветер пригнал лодку Арсения к Коневскому острову. Видя в этом высшее указание на основание здесь обители, преподобный взошёл на высокую гору, водрузил там крест и поставил себе небольшую келью. Много невзгод и лишений вытерпел св. подвижник на холодном и диком острове, живя в уединении и подкрепляя свои душевные силы постом и молитвой. Жизнь святого инока была в высшей степени полезна для береговых жителей, которые пользовались островом для конского пастбища. Познакомившись с одним рыбаком Филиппом, преподобный узнал от него, что есть на острове большой утёс, называемый конь-камень, который в древности был почитаем язычниками за некоторое божество и которому ежегодно приносили в жертву коня, чтобы в целости оставался их скот; от этого и остров прозван Коневским. С тех пор сохранился обычай у прибрежных жителей перевозить свой скот на пустынный остров, где свободно мог пастись целое лето, без всякого страха от плотоядных зверей, ибо их там не было. Рыбак указал и самый камень, наводящий ужас на прибрежных жителей и считаемый ими за живое существо. Это был обыкновенный большой камень, который уж ни в каком случае не имел нужды в том коне, какого приносили ему в жертву. Принесённый в жертву конь обыкновенно погибал от голода в какой-нибудь трущобе, и его обладатели напрасно думали, что он благосклонно принят в жертву духами. Целую ночь Арсений провёл в молитве, прося Господа, чтобы Он отогнал демонскую силу с острова и вразумил суеверных. На другой день, взяв афонскую икону Богоматери, преподобный отправился к камню, с молитвой окропил его св. водой, и демонская сила в виде воронов – отлетела в большую губу на Выборгский берег, отчего это место и до настоящего времени называется Чёртова Лахта.

Между тем слава о святом подвижнике уже распространилась по окрестностям. Собрались к нему ученики, и он в небольшой бухте на юго-западном берегу острова построил во имя Рождества Богородицы деревянную церковь, кельи и ограду, положив таким образом начало Коневскому монастырю.

Прошло несколько времени, и Арсений снова отправился на Афон испросить молитв и благословения для основанной им обители. В его отсутствие в обители случилась большая скудость и нищета, братия сначала переносила недостаток, но потом упала духом, и многие хотели уже оставить обитель. Тогда старец Иоаким, взойдя на высоту острова, горячо молился Господу избавить братию от бедствий. Во сне явилась старцу Богоматерь и сказала:

«Не скорби, старче, но скажи братии, чтобы не расходилась с места сего, так как скоро будет к вам сам Арсений, с обилием всего нужного для обители».

Действительно, в скором времени преподобный возвратился и привёз с собой на двух судах богатые запасы всего нужного для обители. На высоте же, где молился Иоаким, поставлен был крест, а впоследствии были устроены часовня и скит.

Нередко Коневскую обитель посещали Новгородцы, посещали её и высокие духовные лица, как-то сам Новгородский архипастырь Евфимий¹³⁴. Прежде архипастырь был игуменом Лисьего монастыря и под его руководством восходил Арсений по степеням духовного совершенства. Питая к ревностному подвижнику искреннюю привязанность, Евфимий, теперь уже в сане святительском, решился посетить обитель, устроенную его прежним учеником. Он несколько дней пробыл в ней, даровал ей богатую милостыню, а самому Арсению подарил в знак духовной дружбы свой клобук. Это посещение владыки было радостным событием для коневских иноков, и они, в честь его, тот залив, где встречали и провожали святителя, назвали Владычной лахтой¹³⁵.

В 1421 году сделалось сильное наводнение на Коневском острове и смыло некоторые постройки обители. Опасаясь на будущее время ещё большого несчастия, Арсений решился перенести обитель на более удобное место. Архиепископ Евфимий одобрил намерения Арсения и много помогал ему при устроении новой обители. Местом для этой обители выбрано то самое, где она существует и в настоящее время. Здесь была выстроена каменная церковь во имя Рождества Богородицы, сооружены деревянные кельи, и всё это было обнесено оградой.

Ещё более после этого стали посещать обитель благочестивые Новгородцы, доставляя ей средства к пропитанию, причём особенно богато одарил милостыней новгородский боярин Михаил Кобылка.

Всех благочестивых посетителей Арсений радушно принимал в своей келье и, следуя правилам гостеприимства, не отпускал без угощения. Это смущало некоторых из братий, и прозорливый старец Симон, чтобы устранить соблазн, сказал Арсению, что бесы радуются, когда он угощает мирян в своей келье. Преподобный внял словам старца и стал предлагать угощение посетителям не иначе, как в братской трапезе.

В заботах и трудах по устроению монастыря, в суровых подвигах иночества, пр. Арсений достиг глубокой старости. Перед своей кончиной он созвал свою братию, преподал ей отеческое наставление, поставил к игумена Иоанна и на руках любящей братии 12 июня 1444 году предал дух свой Господу. Братия со слезами похоронила тело св. Арсения под церковной папертью, где впоследствии устроен придел во имя св. Онуфрия.

Почитание пр. Арсения началось вскоре после его кончины. Ещё больше прославился преподобный, когда стали совершаться им различные знамения и чудеса. Так в осеннее время, однажды, старец Моисей отправился на озеро с монастырскими рыбаками для ловли рыбы. На обратном пути их застигла буря. В это время озеро было уже покрыто ранним льдом, под которым и предстояла опасность рыбакам быть потопленными. Испуганные ловцы обратились с просьбой о помощи к пр. Арсению. Явился чудный старец, осенил их мантией, и лодка благополучно пристала к берегу.

В другой раз пр. Арсений явился одному новгородскому старцу, который был лишён зрения и повелел идти в Коневский монастырь на поклонение Богоматери. Старец исполнил повеление преподобного и прозрел.

Точно также получил исцеление при гробе св. Арсения коневский инок Леонтий, расслабленный всеми членами.

Св. Арсений и в последующее время не оставлял находящихся в несчастье. В 1573 году попал в плен к шведам некто Афанасий. Чудный голос сказал ему: «если хочешь получить свободу, возьми с собой образ Спасителя, найденный здесь».

Уплыв на лодке по морю, Афанасий вместе с другим пленником заснул. Оба они увидели во сне пр. Арсения, который им сказал: «встаньте! по морю плывёт змий». Действительно, пробудившись, пленники увидали немецкое судно и вовремя успели избегнуть опасности.

Помогая бедствующим и страждущим, пр. Арсений после своей кончины не оставил и созданную им обитель, которая, по его ходатайству пред Господом, существует и до настоящего времени.

В 1842 году игумен Коневского монастыря Амфилохий устроил преподобному серебряную раку. На её крышке, сверху, вычеканено изображение угодника, представляющее, его усопшим. Преподобный представлен в облачении священника, а на главе его изображён венец с надписью: «Святой Боже»¹³⁶.

Онуфрий Мальский, по рукописным святцам, называется новым чудотворцем. В Малах, в 4 вёрстах от Изборска и в 56-ти от Пскова, он основал обитель в честь Рождества Богородицы. Скончался преподобный 12 июня 1592 года. В 1764 году Мальская обитель упразднена, и храм обращён в приходской. В этом храме и почивают мощи пр. Онуфрия под спудом, причём к этому же храму пристроен придел в честь имени преподобного¹³⁷.

Жизнь и подвиги препп. Онуфрия и Авксентия остались неизвестны. По рукописному описанию святых Вологодских, препп. отцы Онуфрий и Авксентий, иже в Перцовой пустыни, быша в 7007 (1499) г. В этом, именно, году преподобные основали в 35 вёрстах от Вологды пустынь с храмом Св. Троицы, где первыми и поселились они в этой, тогда крайне безмолвной и необитаемой лесной, местности, терпеливо совершая всякого рода иноческие подвиги. Основанная преподобными обитель в 1588 году была приписана к Корнилиеву монастырю. В 1764 году была совсем упразднена и сделана приходским храмом, где и покоятся под спудом мощи препп. Онуфрия и Авксентия¹³⁸.

Свв. Иоанн, Андрей, Ирокламвон и Феофил подвизались в Египте в 4 веке.

Монастырь пр. Иулиана, игумена, по греческим минеям, был в Ливе в Дагазовых. Лива была константинопольское предместье со стороны Фракии. Имя своё оно получило от Лива, сановника при Льве мудром¹³⁹. Этот сановник построил храм Богородицы в Марсодагаре¹⁴⁰.

Пр. Стефан происходил от благочестивых и знатных родителей. Его отец находился на службе у князей Бородатых, – отросли князей ярославских. Готовя своего сына в придворные, отец Стефана дал ему приличное образование. Однако Стефан не чувствовал расположения к придворной службе, но увлекаясь рассказами о строгой подвижнической жизни пр. Дионисия¹⁴¹ и его иноков, тайно оставил родительский дом и принял иночество в Глушицком монастыре.

Прошло несколько лет, и инок Стефан, с соизволения игумена, отправился странствовать по северным пустыням. В Тихвинской обители преподобный остановился, но многочисленность богомольцев, посещавших эту обитель с целью поклонения чудотворной иконе Божией Матери, нарушала уединение Стефана и побудила его искать безмолвия в родных вологодских пределах. При истоке реки Камецы, на восточном берегу Камельского озера, в 35 вёрстах к югу от г. Вологды, преподобный остановился. На этом месте, окружённом болотами и дремучими лесами, построил он келью и часовню для двух икон – Божией Матери и свят. Николая, взятых им из Тихвинской обители и стал подвизаться, незнаемый людьми и ве́домый Одному только Богу. Много невзгод и лишений претерпел св. Стефан, живя в безлюдном месте.

Он принёс с собой незначительный запас хлеба, почему летом и питался растениями. Терпел преподобный и от людей: грубый рыболов, боясь, что отшельник завладеет рыбной ловлей на озере, осыпал его бранью и оскорблениями и всеми силами старался досадить и заставить его уйти отсюда, возмущая его святую жизнь пением неприличных песен.

Когда хлеб у преподобного истощился, то ему грозил голод. Но Господь не оставил отшельника Своей помощью. Спустя два года, его встретили два зверолова и по-братски разделили с ним свой запас продовольствия. Они же указали Стефану тропу, которая вела к белозерской дороге и деревням, что давало ему возможность, в случае крайней нужды, получить помощь в близлежащих селениях. Звероловы и впоследствии не оставляли преподобного своим посещением и рассказали другим о его месте жительства.

Не засоряемый суетными мирскими попечениями и очищаемый подвигами самоотречения, дух преподобного стал способен и к созерцанию мира духовного. Однажды, в летнюю ночь, Стефан молился в своей часовне пред иконами Божией Матери и Святителя Николая. Вдруг чудный свет озарил место молитвы и, взамен изображений на иконе, как живые, предстали пред Стефаном Богоматерь и угодник Божий Николай. Неизъяснимые глубокие чувства взволновали душу Стефана, и он упал перед великим явлением. Между тем святитель Николай умолял пречистую Деву благословить место это для обители, и Матерь Божия сказала отшельнику, чтобы он соорудил храм в честь св. Николая и сам стал во главе вновь устроенной обители, после чего видение исчезло.

Действительно, вскоре подле пр. Стефана стали собираться иноки и селились вблизи его кельи. Явилась нужда в храме, и Стефан вместе с одним из иноков отправился в Москву к митрополиту за благословением на построение храма и обители. Митрополит Даниил, зная о высоких достоинствах Стефана, с любовью встретил его, поселил в одной из своих келий и представил его великому князю Василию Иоанновичу. Св. Стефан был посвящён в сан священника и потом поставлен игуменом во вновь устрояемую обитель.

Получив от митрополита благословенную грамоту и всю нужную утварь, а от великого князя грамоту на зе́мли и угодья для содержания братии, св. Стефан отправился к своей братии и с радостью был встречен ею. Приступлено было к построению обители, которая и окончена была в 1534 году.

Достигнув глубокой старости, постоянно проводя время в иноческих подвигах, преподобный скончался. Перед смертью он, при помощи своих учеников, облачился в погребальные ризы и, приведённый братией в церковь, принял Св. Тайны, после чего снова возвратился в свою келью и лёг на одр. Со следующим днём не стало уже преподобного. Это произошло 12 июня 1542 года.

Уже вскоре после кончины св. Стефана, благочестивые люди видели над его могилой горящие свечи. Ознаменовалась святость Стефана и другими чудесами. Однажды по торговым делам плыл озером вологодский купец Гавриил, поднялась буря, и волны грозили затопить лодку. Ужас объял Гавриила, и он прибегнул с просьбой о помощи к Богу. Молился Гавриил многим угодникам Божиим, призывал на помощь и св. Стефана. Вдруг в его лодке на корме появился светолепный старец и сказал: «не бойся сын смирения! Внял Господь твоей молитве и послал меня избавить тебя от потопления!»

Ещё более испугался Гавриил видения и спросил явившегося: «кто ты?»

«Разве ты забыл, сколько милостыни подавал в обитель святителя Николая, что на озере Камельском, и мне, её смиренному строителю, Стефану?» – ответил старец и скрылся. После этого буря утихла, и Гавриил благополучно достиг берега.

В 1542 году татары разорили обитель св. Стефана и сожгли церковь, но братия впоследствии собралась снова и построила новую деревянную церковь уже на гробе св. Стефана. На гробнице камельского праведника, по свежей памяти, было написано его изображение, точно также поставлен был и другой образ святого в новоустроенном храме.

По подлиннику: «Стефан святой, иже на озере строитель Николы Чудотворца, надсед, брода с малой сединой».

Прошло два столетия, и деревянная церковь обветшала. И вот в 1753 году воздвигнута была на её месте новая каменная, в два этажа. Верхний этаж был посвящён в честь Тихвинской иконы Божией Матери и св. Николая, а нижний – в честь св. Стефана, здесь же под спудом почивают и его мощи.

В 1764 году монастырь был упразднён, но указом Св. Синода от 30 апреля 1860 года снова восстановлен и обращён в женскую обитель, которая была приписана к вологодскому Успенскому девичьему монастырю. Ежегодно в день памяти святого Стефана, 12 июня, и до настоящего времени в его обители бывает громадное стечение богомольцев¹⁴².

Весна духовная, воссиявшая, благодаря Савватию и Зосиме, в стране лютого холода, на островах Соловецких, породила много живых и прекрасных цветков, благоухающих святой и праведной жизнью. К числу таких живых, прославленных Богом цветков, принадлежат и препп. Вассиан и Иона. Они подвизались в Соловецкой обители при св. игумене Филиппе. К сожалению, подробности иноческой жизни Соловецких угодников остаются для нас неизвестными, хотя, судя по нетлению их, можно несомненно сказать, что они достигли высокой степени совершенства. Во время постройки соборного храма в 1561 году св. Филипп послал Вассиана и Иону за извёсткой на твёрдую землю. При впадении Двины в Белое море, когда суда возвращались в Соловецкий монастырь, поднялась буря, и волна поглотила Вассиана и Иону. Затем тела утонувших были выброшены на восточный берег Унской губы, их нашли крестьяне Унского посада и похоронили. Вскоре преподобные явились во сне старцу Сергиевой обители Мамонту, который управлял соляными варницами в Унском посаде, и он воздвиг часовню над могилой потопленных.

Затем подле часовни в келье поселился отшельник. Стали приходить сюда и селиться другие иноки, стали при мощах святых совершаться и чудеса. Инок Ефрем, построив храм, отправился за антиминсом в Вологду, был убит ляхами, и, только спустя пять лет, храм был освящён в честь Преображения Господня, и образовалась Пертоминская обитель. Преподобные Вассиан и Иона не оставляли своим покровительством вновь устроенную обитель. В этой обители однажды чувствовался сильный недостаток в корме, нужным для скота. Более всех прискорбно было это для послушника Никиты, который горячо просил помощи у Господа.

Ночью Никите явились пр. Вассиан и Иона и сказали: «ты призывал нас, но нас не было в обители: мы промышляли сено для скота, Бог посылает тебе довольно сена, не скорби; скажи братии: сено куплено и пусть пошлют в ближние поселения».

Действительно, братия послали в Унскую волость и купили почти 90 возов за самую дешёвую цену, по 6 денежек за воз.

В 1691 году в Пертомской обители был выстроен каменный храм в честь Успения Божией Матери, где и почивают под спудом мощи преподобных Вассиана и Ионы. В эту обитель приплыл Пётр I, спасаясь от бури, которая застигла его на пути из Соловецкой обители в Архангельск.

Прожив здесь три дня, царь сам своими руками устроил огромный крест с голландской надписью: «сей крест поставил капитан Пётр в лето 1697».

Взяв его на свои плечи, Пётр I отправился на берег, где и водрузил его на память потомству¹⁴³.