Собор в честь Святой Живоначальной Троицы: История » Сайт священника Константина Пархоменко
Азбука веры » священник Константин Пархоменко » Мой любимый собор
  виньетка  
Распечатать Система Orphus

Собор в честь Святой Живоначальной Троицы: История

(6 голосов: 5 из 5)

священник Константин Пархоменко


Собор в честь Святой Живоначальной Троицы: История

Классическая фотография собора с открытки 1980-х годов.
В это время в соборе еще находился склад.





Каждый петербуржец знает величественный белоснежный собор с синими куполами,
что находится сразу за Фонтанкой, на Измайловском проспекте. В годы большевистского
режима оскверненный: ободранный, затопленный, сегодня возрождающийся,
украшаемый, этот Собор поистине является символом государства нашего Российского.

…Солнечным теплым днем 13 мая 1828 года звон колоколов города возвестил
о том, что в Петербурге дoлжно быть новому собору. Митрополитом Петербургским
и Новгородским Серафимом, в присутствии Императрицы Марии Феодоровны,
наследника цесаревича Александра Николаевича (будущего Императора Александра
II), был торжественно заложен новый храм. Самый большой православный храм
в России, один из самых величественных и прекрасных соборов Православной
Церкви.

Троицкий собор лейб-гвардии Измайловского полка. Картина
кисти А.Н. Раковича. 1835. Так выглядел собор в год открытия.



Собор возводился в честь Святой Живоначальной Троицы, и строился он для
императорского полка, на поле боя не знавшего поражений, – лейб-гвардии
Измайловского полка.



История полка и полковой церкви

Сам полк был сформирован Высочайшим указом Императрицы Анны Иоанновны
22 сентября 1730 года и был третьим после Преображенского и Семеновского
полков. Наречен полк был по месту жительства Императрицы – селу Измайловскому,
недалеко от Москвы.

По штату в то время полк состоял из 2381 человека, через год был увеличен.
17 февраля 1731 года полк был приведен под присягу, получил знамена и
был благословлен на службу Богу, царю и Отечеству.

Одною из первых забот нового полка была постройка церкви. Так как полк
постоянных квартир не имел, было решено построить церковь малую, походную.
Сооружение церкви-палатки было поручено поручику Савелову, причем указано
было ему не мешкать, а поторапливаться: «Извольте приложить старание,
чтобы строение церкви по возможности скорее окончено было» и «о строении
той церкви извольте приложить свое прилежное старание, дабы оная построена
была самым добрым мастерством».

В августе 1731 года полк был переведен в Петербург и определен на постой
сперва на Петербургской (ныне Петроградской) стороне, затем – на Адмиралтейском
острове, возле церкви Вознесения.

Своей церкви полк не имел, так что солдатам и офицерам приходилось посещать
другие приходы. В то время Петербург строился, со всей России съезжались
желающие получить гражданство в стольном граде Петровом, храмов не хватало.
Документы того времени показывают, что солдаты, посещая переполненные
храмы, стоят на улице, и в дождь, и в стужу, и часто, приходя на службу,
службы той и не «сподобляются слушать».

В сентябре 1732 года в Петербург была доставлена походная церковь, на
лугу у речки Фонтанки собрана и освящена. Но и теперь церковь стояла лишь
летом. На зиму, с заморозками, ее разбирали.

В 1737 году, 27 января, батальон полка отправился в поход под Очаково.
В полковом приказе от 24 января предписывалось собрать и уложить полковую
церковь с необходимою богослужебной утварью и облачением для совершения
богослужений в военном походе. Вместе с солдатами отправился в поход и
полковой священник.

Церковь-палатка измайловцев стала общей для всех гвардейских батальонов.
После славной Ставучанской победы и взятия Хотина (16–18 августа 1739
года) все военные трофеи были принесены и сложены подле церкви. Тотчас
были отслужены торжественная Литургия и благодарственный молебен.

Из похода батальон вернулся три года спустя. Увенчанные славою победителей,
возвращающиеся к женам, детям, но утомленные тяжелым походом, потерявшие
многих друзей, измайловцы были обрадованы, узнав, что произошло за время
их отсутствия: Императрица даровала им земли и средства для постройки
постоянных помещений для нужд полка.

Еще до их возвращения, в 1739 году, началось возведение жилых домов
– не казарм, но отдельных и добротных деревянных домов для семей офицеров
и солдат. Теперь же полк получил во владение земли за Фонтанкою, сразу
после Вознесенской улицы.

В те времена по этой реке, представлявшей собой неглубокий болотный
ручей, проходила пограничная черта города. За Фонтанкою среди густого
леса находились заброшенные еще в допетровское время деревни, в развалинах
домов то там, то здесь мигал огонь – тут прятались разбойники. Проезжать
теми местами было небезопасно, могли напасть, покалечить, а то и убить.

И вот в этих местах Императрица определила квартироваться полку. Ему
надлежало привести прилегающую территорию в порядок и взять на себя защиту
границы города в этих местах от лихих людей.

Получив землю, полк построил чрез Фонтанку крепкий деревянный мост,
проложил «Першпективу» (главную улицу), ныне Измайловский проспект, и
приступил к постройке Измайловской слободы.

Измайловская деревня была готова к 1743 году. Полк поселился в добротных
деревянных домах, которые были поставлены по обе стороны теперешнего Измайловского
проспекта. Ряд домов составлял улицу, сами же улицы назывались по номерам
роты – 1-я Рота, 2-я Рота и так далее. (сегодня 1-я Красноармейская, 2-я
и т.д., до 13-й)

Там же была устроена и деревянная постоянная (а не только летняя палатка)
церковь для измайловцев. Однако церковь оказалось недостаточно просторной.
Можно себе представить, какая теснота была в маленьком деревянном храме,
если, по донесению майора Нащокина, в Измайловском полку тогда было до
5 тысяч человек солдат и офицеров (не считая членов их семей). Полковой
священник А. Михайлов в рапорте сообщал, что «как во всей церкви, так
наипаче в алтаре над самым престолом, где Св. Тайны совершаются, великая
бывает капель от многолюдного собрания».

В конце 1752 года полк подал Императрице Елисавете Петровне всеподданнейшую
просьбу начать строительство новой церкви. Императрица изъявила свое согласие
и при этом указала «учиненный полковой церкви план, купно с фасадом, прислать
к ней в Москву».

Необходимые планы и расчеты были сделаны, и в 1754 году строительство
большой деревянной церкви началось. По указанию обер-архитектора Растрелли
фундамент под деревянную церковь делали с таким расчетом, чтобы позже
на нем можно было возвести каменную церковь.

Церковь была построена на том самом месте, где ныне стоит Собор. Строительство
продолжалось два года, и 1 июня 1756 года храм был освящен.

Императрица при этом не присутствовала, но прислала в подарок собственноручно
вышитые ею воздухи (священные покрывала на потир и дискос)
и богатые серебряно-вызолоченные священные сосуды…

В 1777 году церковь пережила серьезное испытание – страшное петербургское
наводнение.

Очевидцы и наблюдатели писали, что наводнение началось с сильного ветра,
переросшего в бурю. Буря переворачивала торговые будки, валила фонари,
ломала деревья. Лошади не могли идти против сильного ветра и путник, застигнутый
бурей, не мог передвигаться по городу. Оставалось одно: закрепить ставни,
сидеть по домам, теплить лампадки и молиться.

Ночью с 9-го на 10-е ноября Нева стала быстро набухать. К 4-5 утра Нева
повсеместно вышла из берегов, а к 6 утра вода поднялась до отметки 310
сантиметров и залила большую часть города. Лишь Литейная часть и Выборгская
сторона были недоступны разбушевавшейся стихии.

Огромный вред был принесен Летнему саду. Погибли все фонтаны, с корнем
были вырваны многие деревья. Многие деревянные дома в Петербурге сорвало
с фундамента и унесло в море.

От такого наводнения город не мог оправиться несколько лет.

Церковь измайловцев была полностью затоплена, однако потом, по мере
сил, ее реставрировали.

Но еще большее наводнение произошло несколько десятилетий спустя, и
вот оно-то оказалось для ветхой церкви катастрофичным. Это случилось 7
ноября 1824 года. Буря, длившаяся два дня накануне, сильный, ураганный
ветер – все это привело к тому, что вода поднялась до 375 см над ординаром.
По другим сообщениям – до 411 см.

Пушкин, бывший свидетелем этого стихийного бедствия, в поэме «Медный
всадник»: писал так:

Погода пуще свирепела,

Нева вздувалась и ревела,

Котлом клокоча и клубясь,

И вдруг как зверь остервенясь,

На город кинулась…

Многие деревянные постройки были разрушены, люди спасались от воды,
залезая на крыши, но дома сложенные из бревен разваливались. Пенистая
ледяная вода выливалась через край набережных со всех рек и каналов, била
фонтанами из люков.

Были размыты и городские кладбища. Вперемежку с трупами лошадей, с огромными
деревьями, какими-то тюками с товарами плыли гробы и могильные кресты.
Больше половины Петербурга было покрыто водой.

Очевидец наводнения Грибоедов рассказывал: «Все изломанное в щепки неслось,
влеклось неудержимым, неотразимым стремлением… Невский проспект был превращен
в бурный пролив».

Это наводнение принесло городу и населению Петербурга большие убытки.
Было полностью разрушено 462 дома, повреждено около 4 тысяч. Погибло 3600
голов скота, утонуло до 600 человек.

На веку церкви Св. Троицы это было второе наводнение.

Вода, доходившая до половины высоты Престола, перебила все окна, разломала
ограду, амвон, пол храма, замочила ризницу.

Размокшие стены угрожали обвалиться, полы и потолки подгнили, рамы на
куполах и внизу были настолько дряхлы, что не могли держать стекол, которые
вываливались на головы молящимся.

Высочайшим Императорским повелением в 1827 году было принято решение
прежний храм разобрать и для Измайловского полка построить новый храм,
гораздо более внушительных размеров.

Этот собор окажется самым большим из всех православных русских соборов.

 

Собор в честь Святой Живоначальной Троицы

13 мая 1828 года, в день Святой Троицы, началось возведение Собора.
Руководить строительством поручили известному архитектору Василию Петровичу
Стасову, человеку, тогда уже немолодому (59 лет) и заслуженному.

Курировать строительство взялся лично Император Николай I, причем, посетив
стройку в сентябре 1828 года, для ускорения работ Император приказал выдать
всем строителям по 1-му серебряному рублю.

Сам Император был шефом полка с ранней юности, с 1800 года, а с 1818
года и до времени восшествия на Российский престол он и действительно
начальствует Измайловским полком. Этим объясняется то, что Император с
таким искренним вниманием и заинтересованностью отнесся к идее построить
в Петербурге для измайловцев новый великолепный каменный храм, храм на
века.

Император пожелал, чтобы новая каменная церковь «по подражанию деревянной
была бы в три предела: главный – во имя Св. Троицы, южный – Марии Магдалины,
северный – Иоанна Воина».

Первый камень новосооружаемого собора положила Императрица Мария Феодоровна.
Закладка происходила после Божественной литургии, которую совершал духовник
Императорской Семьи протопресвитер П. В. Креницкий. Молебен перед закладкой
первого камня совершил митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Серафим.
На торжестве присутствовал только один батальон, два других в это время
находились в Турецком походе.

Работы шли быстро. Под капитальный фундамент храма было вбито 5500 свай,
началось возведение стен. В 1830 году стены довели до куполов, через два
года закончили купола и поставили кресты. Уже весной 1832 года, через
4 года после начала строительства, купола были выкрашены и на них были
нанесены золотые звезды.

Первоначально архитектор Стасов предложил сделать светло-зеленые купола,
с вызолоченными главками, однако Император отклонил это предложение и
указал свой цвет: светло-синий, такого цвета были воротники мундиров солдат
Семеновского полка.

После окраски куполов несколько дней все улицы вокруг собора поливали
водой, по прилегающим улицам было запрещено всякое конное движение: боялись,
что пыль сядет на свежевыкрашенные купола и те потускнеют.

Собор был почти закончен, как в ночь на 23 февраля 1834 года буря сорвала
золоченый крест и швырнула его на землю. Крест разбился. Страшный грохот
разбудил местных жителей: то сорвало почти всю медную кровлю с собора.

До выяснения обстоятельств архитектор Стасов был посажен под арест;
на место аварии утром приехал Император…

Через год строительство собора было окончено. На колокольню, устроенную
в самом соборе, в одной из четырех малых главок, подняли колокола, больший
из которых весил 8 тонн.

Наступил рассвет 25 мая 1835 года.

Удивительный белый собор виден за 20 км от города, к собору тянутся
кареты, извозчики, парадно построены офицеры и солдаты, в толпе – их нарядные
родственники, богомольцы, просто горожане.

День освящения собора был ярким и теплым, тысячи людей запрудили прилегающие
улицы, примостились на крышах домов. Торжественное освящение возглавил
знаменитый богослов и церковный деятель митрополит Московский Филарет
(Дроздов), как его называли – Филарет Мудрейший, ныне прославленный в
лике святых.

Перенесение турецких знамен в Троицкий собор Измайловского
полка. 22 июля 1877. Гравюра И. Матюшина по рисунку А. Бальдингера. 1877.



Внешне храм удивлял масштабностью и строгой красотой.

Внутреннее убранство храма поражало стилевым единством и изяществом.
Светлый, просторный храм, ничего лишнего. Белоснежные стены, по которым
пущен золотой узор, двадцать четыре колонны под белый мрамор, колонны
украшены лепниной тонкой работы; везде это благородное сочетание цветов:
белого и золотого.

Над Престолом возвышается сень, ее венчает крест и надпись, сделанная
славянским шрифтом: СИМ ЗНАМЕНИЕМ ПОБЕДИШИ. Над крестом в виде голубя
парит Дух Святой.

Знак креста и слова, помещенные прямо над алтарем, так, чтобы на них
падал взор молящегося, – напоминание о славной победе одержанной св. Императором
Константином над врагами.

…Было это в последних числах октября 312 года. К Риму приближался военный
отряд.

В то время Рим был захвачен жестоким и властолюбивым человеком Максенцием.
Не в силах терпеть его тиранию и жадность, римляне обращаются к императору
Константину с просьбой взять Рим, освободить город от мучителя.

Осенью 312 года Константин двинул свои войска в Рим. На стороне Максенция
были испытанные легионы преторианцев, у Константина – войско, меньшее
в несколько раз.

Максенций не сомневался, что победа достанется ему. Он проконсультировался
с прорицательницами, принес положенные жертвы языческим богам.

Константин меньше рассчитывал на победу, однако накануне сражение произошло
нечто весьма необычайное. Император Константин, тогда еще язычник, увидел
на небе изображение креста с надписью «In hoc vinces», что в переводе
с латинского означает: «Сим победишь», «этим знаком одержишь победу».

Биограф и друг императора Константина, церковный историк Евсевий Кесарийский,
приводит слова самого Константина и описывает случившееся так «Около полудня,
когда день склонялся к вечеру (по-нашему, около 3 часов дня), Император
увидел выше солнца знамение креста с надписью: “In hoc vinces”. Ужас объял
его и свиту. Ночью явился ему Христос с крестом же и повелел сделать подобие
креста и с этим знамением выступить против своих врагов. Утром Константин
рассказал свой сон друзьям, призвал художников и повелел им сделать это
изображение».

Со знаменами, на которых был начертан крест, Константин на рассвете
вступил в бой.

Битва была тяжелой. Сам Максенций в это время давал в цирке представления
по поводу своего дня рождения. В город проникают известия о битве солдат
Максенция с Константином. Народ приходит в возбуждение, Максенций слышит,
как за его спиной говорят о победе Константина. Он бросается к себе во
дворец и приказывает нескольким сенаторам взглянуть в Сивиллины книги
и посмотреть, кто там победит. Хитрые сенаторы убеждают тирана, что Сивиллины
книги однозначно уверяют: в этой битве погибнет враг римлян, победит же
друг римлян.

Ободренный Максенций хочет увидеть, как погибнет его враг, и является
на поле боя. Он появляется там, когда битва заканчивается. Войска Максенция
бегут, сам тиран, сдавленный остатками своих войск, падает в Тибр и тонет.
День его смерти станет для римлян национальным торжеством.

28 октября Константин входит в Рим. Одним из первых его указов было
дарование свободы христианам, знак которых – крест – помог ему одержать
победу над врагами.

С тех пор знак креста и надпись In hoc vinces (Сим победиши) являются
символом воина-христианина.

Соборный протодиакон отец Сергий контролирует работы
по реставрации Креста Господня, находящегося под куполом собора.

 

И в новом воинском соборе крест и надпись установлены прямо перед взором
молящегося. Эта идея принадлежала самому Императору Николаю I.

Храм имел три придела, то есть, три алтаря. Вдоль стен хранились военные
трофеи: около сотни турецких, английских и французских знамен, отбитых
у неприятеля, множество флагов, штандартов, значков, ключей от городов,
взятых Измайловским полком: Никополя, Плевны, Шипки, у Горного Дубняка,
Челок, Перваз-Бахри, Баязета, Карса и др. В стены были вмурованы памятные
мраморные доски с именами геройски погибших на войне и умерших от ран
офицеров полка.

В Соборе ранее находилось множество ценных икон, утвари, книг, священных
сосудов, частиц мощей великих угодников Божьих. На деревянных аналоях
под стеклом помещались мундиры Августейших шефов полка: Императоров Александра
I, Николая I, Александра II.

Позже, во время Первой мировой войны (1914–1917), в подвале собора была
устроена усыпальница для офицеров и солдат, погибших на поле брани.

Несмотря на то, что Собор был воинским, двери его были открыты для каждого
богомольца. Сюда приходили сами русские воины, их матери, невесты, жены,
дети… Величественный и большой, но удивительно изящный храм посещался
многими известными деятелями культуры и искусства, а многие из них были
прихожанами собора. Из последних можно упомянуть Федора Михайловича Достоевского,
который в 1867 году здесь и венчался. В 1894 году в соборе отпевали А.
Г. Рубинштейна.

После революции храм не избежал общей участи русских храмов. Его, правда,
не взорвали, не уничтожили, однако осквернили и разорили. Было принято
решение о сносе Собора, причем его материал предполагалось использовать
для постройки цирка, однако потом власти решили, что Собор сносить и не
стоит, можно просто превратить его во что-то другое, не напоминающее о
религии: например… в крематорий… Но началась война, стало не до этого…

В 60-е годы Собор реставрировали.

8 сентября 1990 года собор был передан Церкви. Сегодня трудно представить,
что испытывали прихожане и духовенство, получив храм с разломанным полом,
закопченными и ободранными до голого кирпича стенами, с подвалами, затопленными
водой…

В первые годы во время богослужения над головами верующих летали голуби,
падал снег. Внутри Собора была такая же температура, как и на улице. Священники
надевали облачения на пальто, прихожане молились в перчатках.

Казалось, что собор возродить к жизни невозможно.

Первым настоятелем собора был назначен преподаватель Ленинградской Духовной
академии протоиерей Стефан Дымша (скончался в 1994 году).

Вторым настоятелем стал протоиерей Сергий Чевяга (почил в 1995-м).

В 1996 году указом митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира
настоятелем Собора был назначен протоиерей Геннадий Бартов.

Медленно, но неуклонно продолжалось восстановление собора. Из подвалов
была откачана вода, и там были обустроены трапезная, мастерские, кабинеты,
комната отдыха.

В 1996 году в первый раз за многие десятилетия богослужение в Соборе
возглавил правящий архиерей Петербурга, митрополит Санкт-Петербургский
и Ладожский Владимир.

В 1998 году Собор приобрел колокола. Спустя шестьдесят лет после того,
как храм заставили замолчать, он заговорил вновь, ежедневно колокольным
звоном возвещая, что в храме начинается служба Божия.

К 2003 году стены собора были полностью реставрированы, отштукатурены
и побелены, поставлены основы иконостасов двух малых приделов, написаны
к ним некоторые иконы. Ряд элементов храма отреставрирован полностью,
так, как это было и при освящении – по белой штукатурке пущен золотой
орнамент.

Растет и приход собора. На глазах людей совершается чудо воссоздания
поруганной святыни. Ежедневно, после утреннего богослужения, раздается
звук и гул строительных работ. Но он не мешает молитве, потому что это
голос оживающего и украшающегося храма.

Ну а о том, как живет собор сегодня, читайте в очерке: Собор в честь
Святой Живоначальной Троицы: Сегодня.

 

Часовня

В 1894–1895 годах напротив храма по проекту С.П. Кондратьева была выстроена
в ампирном стиле часовня в память спасения Императорской семьи и Борках
и в память спасения будущего Императора Николая II от рук японского террориста
(1891 год). Белый с золотом иконостас для нее вырезал П.С. Абросимов,
образа написал академик И. А. Тюрин.

Вместе с Собором часовня была передана Церкви. В 1998 году, при благотворительной
помощи «Балтийской Строительной Компании» часовня была отреставрирована.
Сегодня там небольшая мастерская и магазин церковных облачений.



Памятник «Колонна Воинской славы»

Однако внимание богомольцев и патриотов – сыновей и дочерей России до
революции, привлекал не только прекрасный Собор Измайловского полка.

В память о русско-турецкой войне 1877–1878 годов на площади перед алтарем
Собора в 1886 году был воздвигнут Памятник «Колонна Воинской славы», созданный
по проекту академика Гримма.

Много замечательных памятников были сооружены в разных местах необъятной
России в честь победы в войне 1877–1878 годов за освобождение Болгарии
от 500-летнего турецкого ига. В этой войне русские и румынские солдаты
вместе с болгарскими патриотами наголову разбили превосходящие числом
и вооружением войска противника. В результате войны самостоятельность
получили, помимо Болгарии, народы Югославии, Греция и Румыния; была освобождена
Южная Армения и часть Кавказского побережья, в том числе Батуми. За свободу
Болгарии в этой войне, отдали жизнь 200 тысяч славных сыновей многонациональной
России.

В память освободительного подвига братских народов России, Болгарии
и Румынии у Собора Святой Живоначальной Троицы лейб-гвардии Измайловского
полка в Санкт-Петербурге был воздвигнут величественный монумент »Колонна
Воинской славы». Беспримерный в истории подвиг стал символом дружбы болгарского,
румынского и русского народов, скрепленным совместно пролитой кровью в
освободительной борьбе. Позднее русские, болгарские и румынские солдаты
воевали вместе в дни Великой Отечественной войны (1941–1945).

Уникальный, памятник «Колонна Воинской славы» как символ немеркнущей
боевой славы русского солдата был составлен из подлинных трофейных ста
сорока пушек, взятых в боях за освобождение Болгарии. Высота памятника
была 30 метров, венчала его фигурка античной богини победы Ники. Полукругом
у памятника на лафеты были поставлены 10 пушек, также отбитых у неприятеля.

Открытие памятника состоялось 12 октября 1886 года. В этот день Император
Александр III в своем приказе по армии и флоту отметил: «Сегодня свершилось
в Петербурге торжество открытия памятника войны с Турцией 1877–78 годов.
Да пребудет памятник этот на вечные времена воспоминанием о самоотвержении
и доблестях воинов, с помощью Божьей покрывших новой славой Русские знамена
и Русское имя».

Отметим, что памятник замечателен прежде всего именно тем, что он был
адресован не конкретно Измайловскому или какому иному полку, но всему
доблестному русскому воинству!

Памятник органично вписался в архитектурный ансамбль собора и южной
части города. Стал местом проведения воинских праздников и парадов. У
памятника принимали присягу новобранцы, чтили память павших на полях сражений.

В 1930 году памятник «Колонна Воинской славы» был снесен.

Трудами настоятеля Собора, протоиерея Геннадия Бартова, перед властями
города была доказана целесообразность восстановления памятника «Колонна
Славы».

Осенью 2005 года состоялось торжество освящения прекрасного памятника.

  виньетка  
Рейтинг@Mail.ru Карта сайта Обратная связь
Разделы портала