Если подвижник находится в состоянии обожения, он не может из него выйти по собственной воле. Собственной воли у него вообще в таком состоянии нет. Он находится тогда "в теле или вне тела, Бог весть". Это, кстати, характерный признак молитвы обожения -- отсутствие ощущения собственного тела (и вообще окружающего мира).
Прп. Каллист Ангеликуд:
-----------------------------
"Премного более чем чудесного совершается в тех царских дворах. [Это и] огонь, орошающий влагой и возвращающий к жизни, и движущий в сердце стрекала любви, и вода живая и говорящая, и источающая струи вечной жизни. [Это] и воздух благоуханный, и Дух, подающий жизнь, и свет трисветлый единого сияния, — простой, надсущностный.
Поэтому, созерцая и наслаждаясь таковым, они расстались с дольним и соединились с горним, презрели видимое и всецело стали принадлежать умопостигаемому, миновали преходящее и встали с пребывающим [вечно]. Они лежат на постели, но странствуют в горнем [мире]. Тело связывает их узами и влечет к земле, но указует Дух, и узы разрешаются, пожигаемые огнем. И тотчас [человек] избавлен, и мгновенно воспаряет превыше небес, изумляясь своей стремительности.
[Такие люди] стали единовидными взиранием на единовидного Бога. Они отрешились от всего единственновидным созерцанием Бога. Они ведо́мы от славы к еще большей славе Духа, и переходят от богатства к богатству еще большему, и наслаждаются неизреченными [вещами].
Они сказали себе: «О, богатство славы и наслаждения!» А между тем, узрев больше прежнего, они изумились, и им показались, будто они лишены всего, стали нагими и нищими. Они застыли, или, точнее сказать, разинули рот от восхищения, и радость охватила их сердце.
Они становятся спутниками и собеседниками Царя сил и [вступают] в хор Ангелов. Они поражены излиянием столь великой благодати, премного радуются оному несказанному наследию и невыразимому человеколюбию.
Таковы, насколько я понимаю, «благородные от востоков солнца», во Христе Иисусе Господе нашем".
-------------------
Здесь, кстати, присутствует одно из довольно-таки многочисленных описаний у отцов опыта обожения-созерцания. И какие-то элементы собственного опыта или описания чужого опыта надо сравнивать, на предмет их истинности, с такими, отеческими, описаниями. И вообще элементы собственного опыта стараться переводить на такой, отеческий, язык, чтобы можно было понимать и отцов, и друг друга, и со всеми ними разговаривать на едином отеческом языке.