Праздничные дни прошли, началась рабочая неделя - в 1938 году 3 января пришлось на понедельник. Так что сегодня память трёх расстрелянных епископов. Год снова один и тот же, теперь 38-й, но это продолжение всё того же Большого террора. Рассказ будет достаточно длинным, но без этого не обойтись, слишком многое заслуживает внимания.
Священномученик епископ Белевский Никита (Прибытков)
Житие этого архиерея, размещённое на сайте, в основном рассказывает о его последнем аресте и мученической кончине. Поэтому кое-что можно добавить.
Помимо приведённой в житии даты рождения - 1859 год - некоторые источники указывают на 1857 год. Отец Николая Прибыткова служил пономарем, впоследствии стал свяшенником. Предположительно, младшим братом будущего епископа был Прибытков Семен Григорьевич, также ставший священником и расстрелянный в августе 1937 года.
Окончив Барнаульское духовное училище, некоторое время служил псаломщиком в Томской губернии. Затем поступил в духовную семинарию (скорее всего, также Томскую). По окончании в 1884 году был рукоположен во диакона к церкви села Мартыново (Алтайский край Томской губернии). В 1888 году рукоположен во священника.
12 марта 1896 года стал настоятелем Никольского храма села Жуланиха. В мае того же года открыл при храме приходское попечительство. Много проповедовал, истово и благоговейно совершал богослужения, пользовался уважением и любовью прихожан. С 1910 года служил священником в Бийском Тихвинском женском монастыре.
После смерти жены и детей принял монашество. Даты пострига разнятся от 1914 до 1918 года. Продолжал служение на прежнем месте. К 1920 году возведен в сан игумена. В 1921 или 1922 году архиепископом Бийским Иннокентием (Соколовым) возведен в сан архимандрита.
В январе 1924 года поставлен во епископа Кузнецкого, викария Томской епархии. Хиротонию в Москве совершил Патриарх Тихон. В конце 1924 года назначен епископом Бийским, викарием Алтайской епархии.
БД ПСТБИ: "Во время обновленческого раскола епископ Никита возглавил "тихоновские" приходы. Фактически он управлял тихоновскими приходами Бийской епархии с 1924г., но лишь к 1927г. епископу Никите удалось добиться регистрации епархиального управления.
Епископу приходилось исполнять свой архипастырский долг в тяжелых условиях. Владыка Никита не раз испытывал на себе откровенно неуважительное отношение к себе властей. Из заявления Владыки Никиты Бийскому окружному прокурору: "Полученной мною 22 сего ноября повесткой я вызываюсь на 25 сего ноября в с.Коробейниково в качестве свидетеля в нарсуд 5-го участка. Не имея возможности вследствие распутицы прибыть за 150 верст к названному сроку, при моем возрасте 74 года, чувствуя общее недомогание тела и опасаясь вследствие этого возможности заболеть в пути, прошу Вашего распоряжения снять допрос с меня по нужному для нарсуда 5-го участка делу в Бийске, месте моего жительства".
Органы ОГПУ следили за каждым его шагом, каждым словом. 23 января 1931г. он пригласил на день рождения несколько бийских священников с женами. На следующий же день всем участникам скромного застолья, в том числе имениннику, чекисты устроили допрос: не носило ли "сборище" антисоветского характера, не велось ли там антисоветской агитации? Их с трудом удалось убедить, что о политике речи не было.
Чекисты усмотрели контрреволюцию и в том, что в храмах ежегодно, в первое воскресенье Петровского поста, праздновалась память всех святых, в земле Российской просиявших, поскольку в их числе есть князья и цари... При обыске у Владыки Никиты нашли меморандум местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Нижегородского Сергия и ответ на него представителя Правительства Смидовича. В меморандуме митрополит Сергий изложил Правительству ряд просьб и предложений по поддержанию хотя бы мало-мальски сносных условий церковной жизни "тихоновцев":
- не приравнивать духовенство к нетрудовому элементу;
- не закрывать детям духовенства доступ в школы и вузы;
- членов церковных советов не приравнивать к кулакам;
- при решении вопроса о закрытии храма принимать во внимание голос прихожан;
- разрешить открытие богословских курсов (обновленцы имели Духовные Академии);
- разрешить издание журнала при Патриархии;
- в новой Конституции не ухудшать положения верующих в СССР.
Ответ Смидовича был туманным, но все же давал какие-то надежды. В "органах" объявили оба документа "контрреволюционными" на том основании, что они "не имеют официального характера и предназначены для возбуждения недовольства Советской властью у священнослужителей и верующих". После ареста Владыки эти найденные у него документы послужили одним из главных пунктов его обвинения.
При обыске у Владыки Никиты нашли список из 71 фамилии, лишь у некоторых были указаны имя и отчество. Список не имел названия. Владыка, похоже, заполнял его постепенно, день за днем. Чекисты разобрались, что это список лиц, взятых "по линии ОГПУ" и включили его в "дело", как еще одно доказательство недовольства епископа Советской властью. В настоящее время [2003г.] установлено, что среди тех 38 человек из списка, у кого указаны имя, отчество или хотя бы инициалы, 34 — священнослужители Бийской епархии, из них 16 расстреляны, остальные были приговорены к различным срокам лагерей.
Был арестован и этапирован в Барнаульскую тюрьму. "В анкете, заполненной со слов епископа Никиты, сказано, что он "вдов, братья и дети все умерли". Однако в справочной книге Томской епархии за 1911г. значатся три священника Прибытковых: Василий, Семен и Михаил Григорьевичи. Вполне вероятно, что это его братья. Там же назван и священник Николай Николаевич Прибытков 1882г. рождения. Скорее всего это его сын. Не назвал же их по очень простой причине: чтобы спасти от ареста."
Одновременно с арестом епископа Никиты чекисты произвели аресты "активных церковников" в количестве 25 человек из окрестных сел. Кроме того в Бийске были арестованы священники И.А.Веселовский, Т.А.Смородинов и секретарь владыки Никиты И.К.Соколов, сын архиепископа Иннокентия. Арестованные вряд ли знали о существовании друг друга, но по ходу "следствия" их искусственно объединили в "контрреволюционную организацию церковников", а во главе ее поставили Преосвященного Никиту.
Владыку допрашивали 8 раз. После изнурительных допросов он "признался" в том, что он руководил вымышленной чекистами к/р организацией церковников. Вот строка из его признания: "Хотя я и невиновен, но руководство контрреволюционной организацией я принимаю на себя". 4 мая 1931г. во время еще одного из допросов Владыка Никита сказал: "Признание свое я мотивирую тем, чтобы скорее закончилось следствие".
Из осужденных по этому делу 29 человек один человек был приговорен к расстрелу, остальные к различным срокам заключения, а епископ Никита - к 5 годам ссылки."
Ссылку отбывал в Туруханском крае. В апреле 1933 по ходатайству ПП ОГПУ по Западно-Сибирскому краю епископ Никита был со спецконвоем доставлен в Новосибирск, где на него было заведено новое следственное дело.
13 июня 1933 тройкой при ПП ОГПУ по Западно-Сибирскому краю был осуждён как «инициатор и руководитель Алтайского филиала к/р повстанческой организации церковников», и приговорен к 5 годам ИТЛ с заменой ссылкой на тот же срок в Нарымский край ввиду преклонного возраста. Из 46 священнослужителей, проходивших с ним по делу, 24 были расстреляны, остальные были приговорены к различным срокам лагерей и ссылок.
Вторую ссылку отбыл не до конца, а может быть, и не начинал её. Комиссия по разгрузке мест заключения освободила его по причине глубокой старости, хотя этому и пытались противодействовать органы ОГПУ.
В житии на сайте далее указано, что он был назначен "епископом Мамалыжским". Это ошибка, по-видимому перекочевавшая из справочника митр. Мануила (Лемешевского). Правильный титул: епископ Малмыжский Сарапульской епархии, от названия г. Малмыж Кировской обл.
Дальнейшие события хорошо освещены в житии. Можно лишь добавить текст предъявленного епископу Никите обвинения: "является организатором и руководителем подпольного монастыря при Казацкой церкви Тихоновской ориентации, систематически давал установку монашескому элементу и духовенству о проведении к/р деятельности среди населения и распространении явно провокационных слухов о сошествии на землю антихриста, приближающейся войне и гибели существующего строя".
3 января 1938 года вместе с епископом Никитой были расстреляны еще 18 представителей духовенства и врач. Тела погребены в Тесницком лесу.
Епископ Пугачёвский Стефан (Виноградов)
Василий Илларионович Виноградов родился в 1866 году в Серпуховском уезде Московской губернии в семье священника. В 1889 году окончил Московскую Духовную Семинарию.
С 15 января 1890 года до рукоположения был учителем в селе Соколово Звенигородского уезда Московская губернии, расположенном в 60 верстах от Москвы. 26 сентября 1892 года рукоположён в сан иерея. Священствовал в маленьком приходе села Соколово много лет. Рано овдовел. Сумел привлечь внимание московских благотворителей, храм благоукрасил, устроил в своем приходе богадельню для окружающих сёл и сам трудился своими руками на поле, питая нищую братию.
25 сентября 1926 года рукоположён в сан епископа Оршанского, викария Могилёвской епархии. С 10 ноября 1927 года епископ Малоярославецкий, викарий Калужской епархии. В 1927 году подвергался аресту, но вскоре был освобождён.
20 ноября 1929 года назначен епископом Сухиническим, викарием Калужской епархии.
6 февраля 1930 года приехал навестить внука в село Соколово Московский района Московская области. Там он произнёс проповедь о защите веры, что было расценено властями как выпад против советской власти. Был арестован и помещен в Бутырскую тюрьму, где содержался до 30 марта 1930 года. После того как было получено сообщение из Сухинического ОГПУ о том, что он «является руководителем ликвидированной Сухиническим ОГПУ к/р организации» и проходит по делу этой организации, владыку Стефана отправили в Мещёвск, где он с 31 марта по август 1930 года содержался в местной тюрьме во время следствия.
БД ПСТБИ: "Епископ Стефан проходил по сфабрикованному делу, суть которого была изложена в обвинительном заключении: "В городе Мосальске Сухиничского округа на протяжении ряда лет под руководством епископа "Стефана", протоиерея Полянского, быв.царского прокурора Орлова, благочинного Покровского и быв.председателя Союза Русского Народа Чернышева существовала к/р организация из махрового черносотенного элемента [далее перечисляются проходившие по делу]. На основе чего участники к/р организации были арестованы и заключены под стражу.
В 1925г. в июле месяце в Мосальском соборе проходил съезд церковников быв. Мосальского и Спас-Деменского уездов. На этом съезде присутствовали все члены организации. В силу чего деятельность съезда была к/р направления, благодаря влиянию организации, на съезде было решено вокруг церквей из среды верующих создать крепкое ядро и повсеместно вести борьбу с гонениями соввласти на церковь и религию, для этой же цели — сплочение рядов верующих — прикрепить членов организации... Епископ "Стефан" — Виноградов Василий неоднократно подвергавшийся аресту за к/р деятельность, прибыл в г.Мосальск в феврале 1929г., в честь прибытия Стефана в дому Чернышева был устроен парадный обед, на котором присутствовали... Чернышев во время обеда делал информацию о работе церковного совета и указал, основное ядро этого совета здесь за столом. По докладу Чернышева высказался епископ Стефан: "в состав церковного совета надо подбирать людей стойких и близких нам"...
Епископ Стефан, прибыв в Мосальск, сгруппировал вокруг себя весь черносотенный элемент и стал во главе организации... В 1929г. епископ Стефан в селе Васильевском призывал крепко держаться за веру Христову, в этом духе воспитывать своих детей и отвлекать от большевистской программы ведущей к безбожию... В соборе после службы говорил: "О необходимости объединения вокруг церкви, не поддаваться влиянию этой власти антихриста и всем врагам церкви давать дружный отпор... внушал населению не слушать коммунистов, бороться за религию, запрещал отдавать родителям детей в пионеры...
В 1929г. в период хлебозаготовок, когда был поставлен вопрос об использовании мосальского собора временно под ссыпку хлеба, организация решила собор не отдавать и спровоцировать на это верующих по опыту 1922г. на бунт против соввласти. Перед закрытием, в соборе было проведено нелегальное собрание, где обсуждались меры противодействия. По домам верующих были направлены агитаторы с призывом защиты Божьего храма, в последнюю службу епископ Стефан, так и Полянский в своих выступлениях по вопросу об изъятии собора говорили, что соввласть в своих выступлениях надругается над религией и издевается над чувствами верующих.
Епископ Стефан прибыв в Мосальск поставил себе задачей активизировать деятельность церковников, направить ее на борьбу с советской властью. Пользуясь авторитетом и популярностью приезжающие к нему с докладами духовенство сознательно толкал на путь контрреволюции [цитируется с сохранением стиля источника]: "Соввласть есть власть насилия над религией... она стремиться взять церкви под клубы, чтобы воспитать молодежь в большевистcком духе, и под ссыпку хлеба, мы, духовенство, ни в коем случае не должны допустить до этого...
Епископ Стефан поставил себе задачей направить деятельность духовенства Сухиничского района на борьбу с советской властью, в начале 1930г. разослал по церквам тихоновской ориентации строго секретную директиву специальными нарочными, в которой немедленно предлагал духовенству повести работу среди верующих по открытию уже закрытых церквей. Такая директива Стефана в феврале 1930 года была вручена диакону Любуньской церкви Титову. На основе этой директивы отдельные служители религиозного культа повели работу среди верующих провоцируя их на почве религиозного дурмана на бунт против советской власти..."
Епископ Стефан, опровергая предъявленные обвинения показал, что "будучи у себя на родине в селе Соколово Московского округа агитации не вел, руководителем к/р организации не являлся, указаний благочинному Покровскому создать тройки не давал, при изъятии Мосальского собора никаких мер противодействия не производил, так же как не давал установок духовенству к/р направления вредить советской власти на каждом шагу, в своем доме никаких собраний не проводил".
Несмотря на это, епископу Стефану, Орлову Василию Васильевичу, протоиереям Покровскому и Полянскому, старосте Мосальского собора Чернышеву Ивану Петровичу было предъявлено обвинение в том, "что являясь идеологами и непосредственными руководителями к/р организации, активно вели работу, направленную на борьбу с соввластью, и проводимыми ее хозяйственно-политическими мероприятиями. Используя в к/р целях религиозные предрассудки масс, идеологически обрабатывали их в а/с направлении, толкая на путь открытых действий против существующих порядков. Вели работу по подготовке восстания против соввласти и а/с агитацию"
21 августа 1930 года по обвинению в том, что он якобы являлся «активным участником нелегальной контрреволюционной церковническо-кулацкой повстанческой организации» был приговорён к пяти годам ИТЛ с заменой высылкой через ПП ОГПУ в Северный край на тот же срок."
С 1930 года в ссылке в Северном крае, на реке Печоре. Вероятно, был освобождён досрочно, поскольку с 1931 года указывается как епископ Рославльский, викарий Смоленской епархии.
С 3 июля 1935 года епископ Пугачёвский, викарий Саратовской епархии. В декабре 1935 года был арестован. 18 мая 1936 года приговорён к 7 годам ИТЛ. В мае 1936 года был тяжело болен. Отбывал наказание в Томской ИТК-2. 4 декабря 1937 года, находясь в колонии, был арестован. Приговорён к высшей мере наказания. Расстрелян 3 января 1938 года.
Епископ Омский Фотий (Пурлевский)
Александр Александрович Пурлевский родился в 1881 году в Житомире в семье мелкопоместного дворянина, статского советника. В семье было пятеро своих детей и трое воспитанников-сирот. Один из братьев - архиепископ Никон (Пурлевский), его нам придётся вспоминать 9 января. Вся семья была очень религиозна, особенно бабушка Мария Ивановна, которая происходила из крепостных крестьян. Бабушка жила в отдельном флигеле родового имения Пурлевское под Житомиром и оказала большое влияние на мировоззрение внуков.
По окончании сельскохозяйственного училища стал агрономом. Затем учился в духовной семинарии, а потом в Киевской духовной академии, которую окончил со степенью кандидата богословия в 1910 году. В том же году женился на дочери протоиерея села Плешкани Ольге Федоровне Виговской. 4 ноября 1910 года был рукоположен во священника и назначен преподавателем в Волынскую духовную семинарию, преподавал также Закон Божий в женской гимназии.
7 июня 1911 года был переведен помощником смотрителя в Кременецкое духовное училище. С того же года - инспектор Волынского епархиального женского училища. В этот период у Пурлевских родилось три дочери: Анастасия (1911), Варвара (1913) и Мария (1915).
С 1919 года служил в Екатерининском кафедральном соборе города Екатеринодара (ныне Краснодар). Дважды имел возможность эмигрировать с Белой армией, но отказался. Приехав в Екатеринодар, семья поселилась в частном доме, который остался от родственников. Зимой их выселили прямо на улицу и они были вынуждены поселиться в общественной кухне. В 1920 году на Кубань хлынули голодающие Поволжья. Отец Александр страдал, видя умирающих от голода, и свою порцию хлеба зачастую отдавал голодным детям. Для облегчения положения семьи матушка Ольга поступила на работу воспитателем в детский дом.
В начале 1921 года стал соборным ключарём и семья переехала в сторожку при Екатерининском соборе. После того, как о. Александр отказался сотрудничать с обновленцами, его предупредили об аресте, и он ночью покинул город. Семью выселили из сторожки - их приютил на подворье Ильинской церкви ее настоятель о. Александр Маков. В сентябре того же года о. Александр вернулся в Краснодар и стал служить в Ильинской церкви вместе с отцом Маковым.
16 декабря 1922 года был арестован вместе с отцом Александром Маковым в Краснодаре. Девять месяцев они просидели в одной камере. За активную борьбу с обновленчеством в 1923 году были сосланы в Среднюю Азию. В ссылке оказался в городе Джизаке, где продолжал деятельно бороться с обновленчеством.
В конце ноября 1924 года вместе с отцом Александром Маковым вернулся из ссылки в Краснодар. Пока все храмы были захвачены обновленцами, богослужения совершались в надежных домах по ночам под страхом ареста. Летом 1925 года стали служить в Георгиевском храме. В 1926 года был назначен благочинным.
В ночь с 1 на 2 марта 1927 года вместе с отцом Александром Маковым был арестован. В том же году был приговорён к трём годам ссылки в Уральскую область. Сначала просидели в Краснодарской тюрьме четыре месяца, а в июле их выслали по этапу. В Краснодаре остались без средств к существованию смертельно больная матушка Ольга и трое девочек.
В 1930 году овдовел. Хоронил матушку Ольгу архиепископ Феофил (Богоявленский). На похоронах он сказал: "У Бога сирот нет!" и выделил детям небольшое пособие, на которое они могли просуществовать. Летом того года был освобожден с разрешением выбрать место для поселения. Выбрал Самару, но ОГПУ не разрешило проживание в городе, и в июле он уехал в село Борское Самарской области. Там его закрепили на проживание в течение 3-х лет без права выезда за пределы района. В августе 1933 года окончился срок ссылки и он поехал в Краснодар, но там на третий день его пребывания ему предложили покинуть город в 24 часа под угрозой ареста.
6 сентября 1933 года был пострижен в монашество архиепископом Рязанским священномучеником Иувеналием в Рязани. Служил иеромонахом в Рязанской епархии на должности приходского священника до 1935 года.
21 сентября 1935 года также архиепископом Иувеналием был хиротонисан во епископа Читинского и Забайкальского. Стал, тем самым, одним из последних архиереев, рукоположенных в 30-е годы. В 1935 году были рукоположены 4 епископа, в 1936 - 2, в 1937-1939 гг. епископских хиротоний не было вообще.
31 марта 1936 года был переведен на Семипалатинскую кафедру. С октября того же года - епископ Сергачский, викарий Горьковской епархии. Проживал в Сергаче Горьковской области. В июле 1937 года был вызван в Москву и назначен на Омскую кафедру. Пробыл в Омске не более 2-х недель.
1 августа того же года был арестован в Омске и перевезен в Горький (ныне Нижний Новгород). По обвинению в "контрреволюционной деятельности," как "руководитель контрреволюционной террористической организации, агент иностранной разведки" тройкой при УНКВД СССР 17 декабря того года был приговорён к расстрелу. Содержался в Горьковской тюрьме 5 месяцев - вплоть до расстрела - без теплой одежды, продуктовых передач, потеряв связь с внешним миром, как заживо погребенный, подвергаясь пыткам. 3 января 1938 года был расстрелян в тюрьме.
Священномученик епископ Белевский Никита (Прибытков)
Житие этого архиерея, размещённое на сайте, в основном рассказывает о его последнем аресте и мученической кончине. Поэтому кое-что можно добавить.
Помимо приведённой в житии даты рождения - 1859 год - некоторые источники указывают на 1857 год. Отец Николая Прибыткова служил пономарем, впоследствии стал свяшенником. Предположительно, младшим братом будущего епископа был Прибытков Семен Григорьевич, также ставший священником и расстрелянный в августе 1937 года.
Окончив Барнаульское духовное училище, некоторое время служил псаломщиком в Томской губернии. Затем поступил в духовную семинарию (скорее всего, также Томскую). По окончании в 1884 году был рукоположен во диакона к церкви села Мартыново (Алтайский край Томской губернии). В 1888 году рукоположен во священника.
12 марта 1896 года стал настоятелем Никольского храма села Жуланиха. В мае того же года открыл при храме приходское попечительство. Много проповедовал, истово и благоговейно совершал богослужения, пользовался уважением и любовью прихожан. С 1910 года служил священником в Бийском Тихвинском женском монастыре.
После смерти жены и детей принял монашество. Даты пострига разнятся от 1914 до 1918 года. Продолжал служение на прежнем месте. К 1920 году возведен в сан игумена. В 1921 или 1922 году архиепископом Бийским Иннокентием (Соколовым) возведен в сан архимандрита.
В январе 1924 года поставлен во епископа Кузнецкого, викария Томской епархии. Хиротонию в Москве совершил Патриарх Тихон. В конце 1924 года назначен епископом Бийским, викарием Алтайской епархии.
БД ПСТБИ: "Во время обновленческого раскола епископ Никита возглавил "тихоновские" приходы. Фактически он управлял тихоновскими приходами Бийской епархии с 1924г., но лишь к 1927г. епископу Никите удалось добиться регистрации епархиального управления.
Епископу приходилось исполнять свой архипастырский долг в тяжелых условиях. Владыка Никита не раз испытывал на себе откровенно неуважительное отношение к себе властей. Из заявления Владыки Никиты Бийскому окружному прокурору: "Полученной мною 22 сего ноября повесткой я вызываюсь на 25 сего ноября в с.Коробейниково в качестве свидетеля в нарсуд 5-го участка. Не имея возможности вследствие распутицы прибыть за 150 верст к названному сроку, при моем возрасте 74 года, чувствуя общее недомогание тела и опасаясь вследствие этого возможности заболеть в пути, прошу Вашего распоряжения снять допрос с меня по нужному для нарсуда 5-го участка делу в Бийске, месте моего жительства".
Органы ОГПУ следили за каждым его шагом, каждым словом. 23 января 1931г. он пригласил на день рождения несколько бийских священников с женами. На следующий же день всем участникам скромного застолья, в том числе имениннику, чекисты устроили допрос: не носило ли "сборище" антисоветского характера, не велось ли там антисоветской агитации? Их с трудом удалось убедить, что о политике речи не было.
Чекисты усмотрели контрреволюцию и в том, что в храмах ежегодно, в первое воскресенье Петровского поста, праздновалась память всех святых, в земле Российской просиявших, поскольку в их числе есть князья и цари... При обыске у Владыки Никиты нашли меморандум местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Нижегородского Сергия и ответ на него представителя Правительства Смидовича. В меморандуме митрополит Сергий изложил Правительству ряд просьб и предложений по поддержанию хотя бы мало-мальски сносных условий церковной жизни "тихоновцев":
- не приравнивать духовенство к нетрудовому элементу;
- не закрывать детям духовенства доступ в школы и вузы;
- членов церковных советов не приравнивать к кулакам;
- при решении вопроса о закрытии храма принимать во внимание голос прихожан;
- разрешить открытие богословских курсов (обновленцы имели Духовные Академии);
- разрешить издание журнала при Патриархии;
- в новой Конституции не ухудшать положения верующих в СССР.
Ответ Смидовича был туманным, но все же давал какие-то надежды. В "органах" объявили оба документа "контрреволюционными" на том основании, что они "не имеют официального характера и предназначены для возбуждения недовольства Советской властью у священнослужителей и верующих". После ареста Владыки эти найденные у него документы послужили одним из главных пунктов его обвинения.
При обыске у Владыки Никиты нашли список из 71 фамилии, лишь у некоторых были указаны имя и отчество. Список не имел названия. Владыка, похоже, заполнял его постепенно, день за днем. Чекисты разобрались, что это список лиц, взятых "по линии ОГПУ" и включили его в "дело", как еще одно доказательство недовольства епископа Советской властью. В настоящее время [2003г.] установлено, что среди тех 38 человек из списка, у кого указаны имя, отчество или хотя бы инициалы, 34 — священнослужители Бийской епархии, из них 16 расстреляны, остальные были приговорены к различным срокам лагерей.
Был арестован и этапирован в Барнаульскую тюрьму. "В анкете, заполненной со слов епископа Никиты, сказано, что он "вдов, братья и дети все умерли". Однако в справочной книге Томской епархии за 1911г. значатся три священника Прибытковых: Василий, Семен и Михаил Григорьевичи. Вполне вероятно, что это его братья. Там же назван и священник Николай Николаевич Прибытков 1882г. рождения. Скорее всего это его сын. Не назвал же их по очень простой причине: чтобы спасти от ареста."
Одновременно с арестом епископа Никиты чекисты произвели аресты "активных церковников" в количестве 25 человек из окрестных сел. Кроме того в Бийске были арестованы священники И.А.Веселовский, Т.А.Смородинов и секретарь владыки Никиты И.К.Соколов, сын архиепископа Иннокентия. Арестованные вряд ли знали о существовании друг друга, но по ходу "следствия" их искусственно объединили в "контрреволюционную организацию церковников", а во главе ее поставили Преосвященного Никиту.
Владыку допрашивали 8 раз. После изнурительных допросов он "признался" в том, что он руководил вымышленной чекистами к/р организацией церковников. Вот строка из его признания: "Хотя я и невиновен, но руководство контрреволюционной организацией я принимаю на себя". 4 мая 1931г. во время еще одного из допросов Владыка Никита сказал: "Признание свое я мотивирую тем, чтобы скорее закончилось следствие".
Из осужденных по этому делу 29 человек один человек был приговорен к расстрелу, остальные к различным срокам заключения, а епископ Никита - к 5 годам ссылки."
Ссылку отбывал в Туруханском крае. В апреле 1933 по ходатайству ПП ОГПУ по Западно-Сибирскому краю епископ Никита был со спецконвоем доставлен в Новосибирск, где на него было заведено новое следственное дело.
13 июня 1933 тройкой при ПП ОГПУ по Западно-Сибирскому краю был осуждён как «инициатор и руководитель Алтайского филиала к/р повстанческой организации церковников», и приговорен к 5 годам ИТЛ с заменой ссылкой на тот же срок в Нарымский край ввиду преклонного возраста. Из 46 священнослужителей, проходивших с ним по делу, 24 были расстреляны, остальные были приговорены к различным срокам лагерей и ссылок.
Вторую ссылку отбыл не до конца, а может быть, и не начинал её. Комиссия по разгрузке мест заключения освободила его по причине глубокой старости, хотя этому и пытались противодействовать органы ОГПУ.
В житии на сайте далее указано, что он был назначен "епископом Мамалыжским". Это ошибка, по-видимому перекочевавшая из справочника митр. Мануила (Лемешевского). Правильный титул: епископ Малмыжский Сарапульской епархии, от названия г. Малмыж Кировской обл.
Дальнейшие события хорошо освещены в житии. Можно лишь добавить текст предъявленного епископу Никите обвинения: "является организатором и руководителем подпольного монастыря при Казацкой церкви Тихоновской ориентации, систематически давал установку монашескому элементу и духовенству о проведении к/р деятельности среди населения и распространении явно провокационных слухов о сошествии на землю антихриста, приближающейся войне и гибели существующего строя".
3 января 1938 года вместе с епископом Никитой были расстреляны еще 18 представителей духовенства и врач. Тела погребены в Тесницком лесу.
Епископ Пугачёвский Стефан (Виноградов)
Василий Илларионович Виноградов родился в 1866 году в Серпуховском уезде Московской губернии в семье священника. В 1889 году окончил Московскую Духовную Семинарию.
С 15 января 1890 года до рукоположения был учителем в селе Соколово Звенигородского уезда Московская губернии, расположенном в 60 верстах от Москвы. 26 сентября 1892 года рукоположён в сан иерея. Священствовал в маленьком приходе села Соколово много лет. Рано овдовел. Сумел привлечь внимание московских благотворителей, храм благоукрасил, устроил в своем приходе богадельню для окружающих сёл и сам трудился своими руками на поле, питая нищую братию.
25 сентября 1926 года рукоположён в сан епископа Оршанского, викария Могилёвской епархии. С 10 ноября 1927 года епископ Малоярославецкий, викарий Калужской епархии. В 1927 году подвергался аресту, но вскоре был освобождён.
20 ноября 1929 года назначен епископом Сухиническим, викарием Калужской епархии.
6 февраля 1930 года приехал навестить внука в село Соколово Московский района Московская области. Там он произнёс проповедь о защите веры, что было расценено властями как выпад против советской власти. Был арестован и помещен в Бутырскую тюрьму, где содержался до 30 марта 1930 года. После того как было получено сообщение из Сухинического ОГПУ о том, что он «является руководителем ликвидированной Сухиническим ОГПУ к/р организации» и проходит по делу этой организации, владыку Стефана отправили в Мещёвск, где он с 31 марта по август 1930 года содержался в местной тюрьме во время следствия.
БД ПСТБИ: "Епископ Стефан проходил по сфабрикованному делу, суть которого была изложена в обвинительном заключении: "В городе Мосальске Сухиничского округа на протяжении ряда лет под руководством епископа "Стефана", протоиерея Полянского, быв.царского прокурора Орлова, благочинного Покровского и быв.председателя Союза Русского Народа Чернышева существовала к/р организация из махрового черносотенного элемента [далее перечисляются проходившие по делу]. На основе чего участники к/р организации были арестованы и заключены под стражу.
В 1925г. в июле месяце в Мосальском соборе проходил съезд церковников быв. Мосальского и Спас-Деменского уездов. На этом съезде присутствовали все члены организации. В силу чего деятельность съезда была к/р направления, благодаря влиянию организации, на съезде было решено вокруг церквей из среды верующих создать крепкое ядро и повсеместно вести борьбу с гонениями соввласти на церковь и религию, для этой же цели — сплочение рядов верующих — прикрепить членов организации... Епископ "Стефан" — Виноградов Василий неоднократно подвергавшийся аресту за к/р деятельность, прибыл в г.Мосальск в феврале 1929г., в честь прибытия Стефана в дому Чернышева был устроен парадный обед, на котором присутствовали... Чернышев во время обеда делал информацию о работе церковного совета и указал, основное ядро этого совета здесь за столом. По докладу Чернышева высказался епископ Стефан: "в состав церковного совета надо подбирать людей стойких и близких нам"...
Епископ Стефан, прибыв в Мосальск, сгруппировал вокруг себя весь черносотенный элемент и стал во главе организации... В 1929г. епископ Стефан в селе Васильевском призывал крепко держаться за веру Христову, в этом духе воспитывать своих детей и отвлекать от большевистской программы ведущей к безбожию... В соборе после службы говорил: "О необходимости объединения вокруг церкви, не поддаваться влиянию этой власти антихриста и всем врагам церкви давать дружный отпор... внушал населению не слушать коммунистов, бороться за религию, запрещал отдавать родителям детей в пионеры...
В 1929г. в период хлебозаготовок, когда был поставлен вопрос об использовании мосальского собора временно под ссыпку хлеба, организация решила собор не отдавать и спровоцировать на это верующих по опыту 1922г. на бунт против соввласти. Перед закрытием, в соборе было проведено нелегальное собрание, где обсуждались меры противодействия. По домам верующих были направлены агитаторы с призывом защиты Божьего храма, в последнюю службу епископ Стефан, так и Полянский в своих выступлениях по вопросу об изъятии собора говорили, что соввласть в своих выступлениях надругается над религией и издевается над чувствами верующих.
Епископ Стефан прибыв в Мосальск поставил себе задачей активизировать деятельность церковников, направить ее на борьбу с советской властью. Пользуясь авторитетом и популярностью приезжающие к нему с докладами духовенство сознательно толкал на путь контрреволюции [цитируется с сохранением стиля источника]: "Соввласть есть власть насилия над религией... она стремиться взять церкви под клубы, чтобы воспитать молодежь в большевистcком духе, и под ссыпку хлеба, мы, духовенство, ни в коем случае не должны допустить до этого...
Епископ Стефан поставил себе задачей направить деятельность духовенства Сухиничского района на борьбу с советской властью, в начале 1930г. разослал по церквам тихоновской ориентации строго секретную директиву специальными нарочными, в которой немедленно предлагал духовенству повести работу среди верующих по открытию уже закрытых церквей. Такая директива Стефана в феврале 1930 года была вручена диакону Любуньской церкви Титову. На основе этой директивы отдельные служители религиозного культа повели работу среди верующих провоцируя их на почве религиозного дурмана на бунт против советской власти..."
Епископ Стефан, опровергая предъявленные обвинения показал, что "будучи у себя на родине в селе Соколово Московского округа агитации не вел, руководителем к/р организации не являлся, указаний благочинному Покровскому создать тройки не давал, при изъятии Мосальского собора никаких мер противодействия не производил, так же как не давал установок духовенству к/р направления вредить советской власти на каждом шагу, в своем доме никаких собраний не проводил".
Несмотря на это, епископу Стефану, Орлову Василию Васильевичу, протоиереям Покровскому и Полянскому, старосте Мосальского собора Чернышеву Ивану Петровичу было предъявлено обвинение в том, "что являясь идеологами и непосредственными руководителями к/р организации, активно вели работу, направленную на борьбу с соввластью, и проводимыми ее хозяйственно-политическими мероприятиями. Используя в к/р целях религиозные предрассудки масс, идеологически обрабатывали их в а/с направлении, толкая на путь открытых действий против существующих порядков. Вели работу по подготовке восстания против соввласти и а/с агитацию"
21 августа 1930 года по обвинению в том, что он якобы являлся «активным участником нелегальной контрреволюционной церковническо-кулацкой повстанческой организации» был приговорён к пяти годам ИТЛ с заменой высылкой через ПП ОГПУ в Северный край на тот же срок."
С 1930 года в ссылке в Северном крае, на реке Печоре. Вероятно, был освобождён досрочно, поскольку с 1931 года указывается как епископ Рославльский, викарий Смоленской епархии.
С 3 июля 1935 года епископ Пугачёвский, викарий Саратовской епархии. В декабре 1935 года был арестован. 18 мая 1936 года приговорён к 7 годам ИТЛ. В мае 1936 года был тяжело болен. Отбывал наказание в Томской ИТК-2. 4 декабря 1937 года, находясь в колонии, был арестован. Приговорён к высшей мере наказания. Расстрелян 3 января 1938 года.
Епископ Омский Фотий (Пурлевский)
Александр Александрович Пурлевский родился в 1881 году в Житомире в семье мелкопоместного дворянина, статского советника. В семье было пятеро своих детей и трое воспитанников-сирот. Один из братьев - архиепископ Никон (Пурлевский), его нам придётся вспоминать 9 января. Вся семья была очень религиозна, особенно бабушка Мария Ивановна, которая происходила из крепостных крестьян. Бабушка жила в отдельном флигеле родового имения Пурлевское под Житомиром и оказала большое влияние на мировоззрение внуков.
По окончании сельскохозяйственного училища стал агрономом. Затем учился в духовной семинарии, а потом в Киевской духовной академии, которую окончил со степенью кандидата богословия в 1910 году. В том же году женился на дочери протоиерея села Плешкани Ольге Федоровне Виговской. 4 ноября 1910 года был рукоположен во священника и назначен преподавателем в Волынскую духовную семинарию, преподавал также Закон Божий в женской гимназии.
7 июня 1911 года был переведен помощником смотрителя в Кременецкое духовное училище. С того же года - инспектор Волынского епархиального женского училища. В этот период у Пурлевских родилось три дочери: Анастасия (1911), Варвара (1913) и Мария (1915).
С 1919 года служил в Екатерининском кафедральном соборе города Екатеринодара (ныне Краснодар). Дважды имел возможность эмигрировать с Белой армией, но отказался. Приехав в Екатеринодар, семья поселилась в частном доме, который остался от родственников. Зимой их выселили прямо на улицу и они были вынуждены поселиться в общественной кухне. В 1920 году на Кубань хлынули голодающие Поволжья. Отец Александр страдал, видя умирающих от голода, и свою порцию хлеба зачастую отдавал голодным детям. Для облегчения положения семьи матушка Ольга поступила на работу воспитателем в детский дом.
В начале 1921 года стал соборным ключарём и семья переехала в сторожку при Екатерининском соборе. После того, как о. Александр отказался сотрудничать с обновленцами, его предупредили об аресте, и он ночью покинул город. Семью выселили из сторожки - их приютил на подворье Ильинской церкви ее настоятель о. Александр Маков. В сентябре того же года о. Александр вернулся в Краснодар и стал служить в Ильинской церкви вместе с отцом Маковым.
16 декабря 1922 года был арестован вместе с отцом Александром Маковым в Краснодаре. Девять месяцев они просидели в одной камере. За активную борьбу с обновленчеством в 1923 году были сосланы в Среднюю Азию. В ссылке оказался в городе Джизаке, где продолжал деятельно бороться с обновленчеством.
В конце ноября 1924 года вместе с отцом Александром Маковым вернулся из ссылки в Краснодар. Пока все храмы были захвачены обновленцами, богослужения совершались в надежных домах по ночам под страхом ареста. Летом 1925 года стали служить в Георгиевском храме. В 1926 года был назначен благочинным.
В ночь с 1 на 2 марта 1927 года вместе с отцом Александром Маковым был арестован. В том же году был приговорён к трём годам ссылки в Уральскую область. Сначала просидели в Краснодарской тюрьме четыре месяца, а в июле их выслали по этапу. В Краснодаре остались без средств к существованию смертельно больная матушка Ольга и трое девочек.
В 1930 году овдовел. Хоронил матушку Ольгу архиепископ Феофил (Богоявленский). На похоронах он сказал: "У Бога сирот нет!" и выделил детям небольшое пособие, на которое они могли просуществовать. Летом того года был освобожден с разрешением выбрать место для поселения. Выбрал Самару, но ОГПУ не разрешило проживание в городе, и в июле он уехал в село Борское Самарской области. Там его закрепили на проживание в течение 3-х лет без права выезда за пределы района. В августе 1933 года окончился срок ссылки и он поехал в Краснодар, но там на третий день его пребывания ему предложили покинуть город в 24 часа под угрозой ареста.
6 сентября 1933 года был пострижен в монашество архиепископом Рязанским священномучеником Иувеналием в Рязани. Служил иеромонахом в Рязанской епархии на должности приходского священника до 1935 года.
21 сентября 1935 года также архиепископом Иувеналием был хиротонисан во епископа Читинского и Забайкальского. Стал, тем самым, одним из последних архиереев, рукоположенных в 30-е годы. В 1935 году были рукоположены 4 епископа, в 1936 - 2, в 1937-1939 гг. епископских хиротоний не было вообще.
31 марта 1936 года был переведен на Семипалатинскую кафедру. С октября того же года - епископ Сергачский, викарий Горьковской епархии. Проживал в Сергаче Горьковской области. В июле 1937 года был вызван в Москву и назначен на Омскую кафедру. Пробыл в Омске не более 2-х недель.
1 августа того же года был арестован в Омске и перевезен в Горький (ныне Нижний Новгород). По обвинению в "контрреволюционной деятельности," как "руководитель контрреволюционной террористической организации, агент иностранной разведки" тройкой при УНКВД СССР 17 декабря того года был приговорён к расстрелу. Содержался в Горьковской тюрьме 5 месяцев - вплоть до расстрела - без теплой одежды, продуктовых передач, потеряв связь с внешним миром, как заживо погребенный, подвергаясь пыткам. 3 января 1938 года был расстрелян в тюрьме.
