Как складывался чин чтения Евангелия на Литургии

Об исто­рии чина и о том, что две тра­ди­ции чтения Еван­ге­лия: лицом к алтарю и лицом к народу — могут быть равно при­ем­лемы, — про­то­и­е­рей Вла­ди­мир Хулап, заве­ду­ю­щий кафед­рой цер­ковно-прак­ти­че­ских дис­ци­плин Санкт-Петер­бург­ской духов­ной ака­де­мии наук, доктор тео­ло­гии.

— Для того чтобы быть услы­шан­ным, гово­ря­щий обра­ща­ется лицом к своей ауди­то­рии. Это не только аку­сти­че­ски облег­чает пони­ма­ние про­из­но­си­мого, но и обес­пе­чи­вает лучший кон­такт со слу­ша­те­лями. Нередко оратор для этого нахо­дится на особом воз­вы­ше­нии: про­фес­сор читает лекцию с воз­вы­ше­ния кафедры, доклад­чик под­ни­ма­ется на три­буну.

Уже в Ветхом Завете мы видим, что именно так посту­пает Ездра, уча Закону вер­нув­шихся из Вави­лон­ского плена иудеев: «И принес свя­щен­ник Ездра закон пред собра­ние мужчин и женщин… и читал из него на пло­щади… пред муж­чи­нами и жен­щи­нами и всеми, кото­рые могли пони­мать; и уши всего народа были при­к­ло­нены к книге закона. Книж­ник Ездра стоял на дере­вян­ном воз­вы­ше­нии, кото­рое для сего сде­лали… И открыл Ездра книгу пред гла­зами всего народа, потому что он стоял выше всего народа. И когда он открыл ее, весь народ встал… И читали из книги, из закона Божия, внятно, и при­со­еди­няли тол­ко­ва­ние, и народ пони­мал про­чи­тан­ное» (Неем. 8: 2–5, 7). Воз­можно, именно так читал и тол­ко­вал книгу про­рока Исайи в Наза­рет­ской сина­гоге Хри­стос, когда «глаза всех были устрем­лены на Него» (Лк. 4: 20).

«Вера от слы­ша­ния, а слы­ша­ние от Слова Божия» (Рим. 10: 17). Слово — важ­ней­ший способ лич­ност­ной ком­му­ни­ка­ции, поэтому в хри­сти­ан­стве слово бла­го­вест­вия (откро­ве­ние Бога) и слово молитвы (ответ чело­века) явля­ются основ­ными бого­слу­жеб­ными эле­мен­тами. Однако бого­слу­жеб­ное слово служит не просто для пере­дачи инфор­ма­ции. Оно дей­стви­тельно есть со-обще­ние, то есть глу­бин­ная при­част­ность: Слово Христа откры­вает сущ­ность Бога, поз­во­ляет нам стать участ­ни­ками бого­слу­жеб­ного диа­лога и литур­ги­че­ского бого­об­ще­ния. Мы встре­ча­емся со Хри­стом, не только вкушая Его Тело и Кровь, но и в откро­ве­нии Его спа­си­тель­ного Слова — в чтении Свя­щен­ного Писа­ния. Именно поэтому един­ствен­ная книга, кото­рая нахо­дится на пре­столе, это Еван­ге­лие, види­мым обра­зом пред­став­ля­ю­щее нам вопло­щен­ное Слово Божие, Христа.

Уже в III-IV веках появ­ля­ются сви­де­тель­ства о суще­ство­ва­нии осо­бого места для чтения Еван­ге­лия в хри­сти­ан­ском храме. В раз­лич­ных литур­ги­че­ских тра­ди­циях и в разные эпохи оно могло рас­по­ла­гаться в алтар­ной части, в центре храма, сбоку у стены или на колонне и т. д. Напри­мер, т. н. «Апо­столь­ские поста­нов­ле­ния» (конец IV века) ясно пред­пи­сы­вают: «В сере­дине же чтец, став на неко­то­ром воз­вы­ше­нии, пусть читает книги». Рас­по­ло­же­ние места опре­де­ляло направ­ле­ние читав­шего Еван­ге­лие: он мог делать это лицом к народу, к алтарю, полу­обер­нув­шись к народу (чтобы не стоять спиной к епи­скопу). В Сирии на такой пло­щадке (вима), нахо­див­шейся в центре храма, нахо­ди­лись места для клира, поэтому именно здесь про­хо­дила вся Литур­гия Слова. А в запад­ных храмах нередко было даже два спе­ци­аль­ных места по бокам алтар­ной части: с одного читали Апо­стол, с дру­гого — Еван­ге­лие.

В Визан­тии такое место полу­чило назва­ние «амвон» (греч. «воз­вы­ше­ние»). Оно рас­по­ла­га­лось в центре храма и обычно имело форму высо­кого (1–2 метра) цилин­дра, полу­круга или вось­ми­уголь­ника, на кото­рый чита­ю­щий под­ни­мался по сту­пе­ням неболь­шой лест­ницы. Тем самым Еван­ге­лие воз­гла­ша­лось в центре общины, диакон читал его лицом к алтарю, будучи окру­жен веру­ю­щими. Это не только обес­пе­чи­вало пре­крас­ное вос­при­я­тие свя­щен­ного текста, но голос Христа звучал посреди общины Его уче­ни­ков, види­мым обра­зом под­твер­ждая обе­то­ва­ние о том, что «где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я посреди них» (Мф. 18: 20). Тем самым види­мым цен­тром Литур­гии Слова был амвон, а Евха­ри­сти­че­ской литур­гии — пре­стол, веру­ю­щие же вку­шали как от тра­пезы Слова, так и от тра­пезы Тела и Крови Хри­сто­вых. Свя­ти­тель Герман Кон­стан­ти­но­поль­ский (VIII век) сим­во­ли­че­ски назы­вал амвон «обра­зом камня у свя­того гроба, на кото­ром, отва­лив его от входа, воссел ангел при двери гроба, воз­ве­щая миро­но­си­цам вос­кре­се­ние Гос­пода». Эта прак­тика чтения Еван­ге­лия в центре храма сохра­ня­ется до сих пор в архи­ерей­ском бого­слу­же­нии — про­то­ди­а­кон читает его на неболь­шом помо­сте, назы­ва­ю­щемся архи­ерей­ским амво­ном.

Однако суще­ство­вали и другие тра­ди­ции. Так, в день Пасхи Кон­стан­ти­но­поль­ский пат­ри­арх читал Еван­ге­лие с гор­него места (воз­вы­шен­ный трон в алтар­ной апсиде), т. е. лицом к народу. О таком обычае напо­ми­нает нам сего­дня чтение свя­щен­ни­ком Еван­ге­лия лицом к народу на пас­халь­ной вечерне, особо пред­пи­сан­ное уста­вом.

С тече­нием вре­мени амвон в при­ход­ских храмах транс­фор­ми­ро­вался в при­мы­ка­ю­щий к солее полу­круг­лый выступ, и ситу­а­ция изме­ни­лась. Диакон ока­зался чита­ю­щим Еван­ге­лие уже не в центре собра­ния веру­ю­щих, а спиной к ним. Если же свя­щен­ник служит без диа­кона, то он вообще читает Еван­ге­лие в алтаре, на пре­столе, будучи к тому же отго­ро­жен­ным от моля­щихся ико­но­ста­сом. Про­по­ведь, кото­рая также посте­пенно исчезла со своего тра­ди­ци­он­ного места (после Еван­ге­лия) и пере­ме­сти­лась в самый конец службы, лишила Литур­гию Слова еще одного суще­ственно эле­мента. Неуди­ви­тельно, что для многих самым глав­ным в первой части Боже­ствен­ной литур­гии сейчас явля­ется чтение поми­наль­ных запи­сок, а тексты Писа­ния вос­при­ни­ма­ются как нечто мало­по­нят­ное (осо­бенно Апо­стол), трудно вос­при­ни­ма­е­мое аку­сти­че­ски и иногда содер­жа­тельно пере­гру­жен­ное (два-три чтения подряд). Да и сама манера чтения неко­то­рых диа­ко­нов, к сожа­ле­нию, скорее затем­няем смысл чита­е­мого, а не спо­соб­ствует его пони­ма­нию.

В начале XX века вопрос о воз­мож­но­сти чтения Еван­ге­лия лицом к народу не только обсуж­дался в цер­ков­ной печати, но эту прак­тику начали вво­дить в целом ряде при­хо­дов. Именно поэтому на Помест­ном соборе 1917–1918 годов в числе обсуж­дав­шихся «Мер к упо­ря­до­че­нию бого­слу­же­ния» было ука­зано: «Всякое бого­слу­жеб­ное чтение должно совер­шаться на сре­дине храма, на особом воз­вы­ше­нии. Чтение Еван­ге­лия допус­ка­ется лицом к народу». Однако данный эле­мент стал одной из харак­тер­ных бого­слу­жеб­ных осо­бен­но­стей неко­то­рых обнов­лен­че­ских групп, поэтому в ходе борьбы с обнов­лен­че­ством Место­блю­сти­тель мит­ро­по­лит Петр (Полян­ский) вклю­чил его в 1925 году в число «сму­ща­ю­щих совесть веру­ю­щих нов­шеств», кото­рых необ­хо­димо было избе­гать в то непро­стое время.

Однако в совре­мен­ной прак­тике ряда помест­ных Пра­во­слав­ных Церк­вей диакон читает Еван­ге­лие на амвоне лицом к народу, и это имеет свою внут­рен­нюю логику. Еван­ге­лие — это голос Божий, обра­щен­ный к нам, а наши молитвы — ответ на Его призыв. Такое пони­ма­ние опре­де­ляет раз­лич­ное поло­же­ние диа­кона во время чтения Еван­ге­лия (лицом к веру­ю­щим) и про­из­не­се­ния екте­ний (лицом к алтарю). Ана­ло­гич­ным обра­зом про­по­ведь — акту­а­ли­за­ция веч­ного Еван­ге­лия в совре­мен­ных усло­виях — про­из­но­сится лицом к людям, к кото­рым она обра­щена.

В России сейчас тоже появ­ля­ются при­ходы, где Еван­ге­лие на Литур­гии чита­ется лицом к народу, и эта прак­тика орга­ни­че­ски впи­сы­ва­ется в ход бого­слу­же­ния (осо­бенно если за чте­нием сразу же сле­дует про­по­ведь). Конечно, данную тра­ди­цию не нужно насильно вво­дить в каче­стве обще­обя­за­тель­ной, но и не сле­дует обви­нять в «обнов­лен­че­стве» тех свя­щен­ни­ков, на при­хо­дах кото­рых эта прак­тика уже суще­ствует. Ведь Еван­ге­лие, напри­мер, чита­ется у нас лицом к народу во время молебна, и это не вызы­вает ника­кого сму­ще­ния.

Некто ост­ро­умно заме­тил, что в Церкви есть книги «чита­е­мые» и «почи­та­е­мые» — к сожа­ле­нию, Еван­ге­лие для многих отно­сится к числу послед­них. К нему нужно не просто при­кла­ды­ваться на все­нощ­ном бдении, но необ­хо­димо осо­знать, что содер­жа­щийся в нем голос Спа­си­теля обра­щен лично к нам. Только в этом случае Слово Божие, согласно причте о сея­теле, пустит корни в нашем сердце, вырас­тет и при­не­сет плод как в нашей жизни.

Есть ли кано­ни­че­ские пре­пят­ствия для чтения Еван­ге­лия лицом к народу?

Отве­чает про­то­и­е­рей Вла­ди­слав Цыпин, заве­ду­ю­щего кафед­рой цер­ковно-прак­ти­че­ских дис­ци­плин Мос­ков­ской духов­ной ака­де­мии, доктор цер­ков­ной исто­рии:

— Кано­ни­че­ских пред­пи­са­ний, обос­но­вы­ва­ю­щих поло­же­ние чтеца во время бого­слу­же­ния, нет. Чтение Еван­ге­лия лицом к алтарю есть некая дань тра­ди­ции и свя­зано с вос­при­я­тием Писа­ния как неотъ­ем­ле­мой части бого­слу­же­ния и молитвы. Ведь и молитвы свя­щен­ника перед чте­нием Еван­ге­лия, име­ю­щие нази­да­тель­ный харак­тер, чита­ются лицом к алтарю. Конечно, если вос­при­ни­мать Еван­ге­лие именно как про­по­ведь и нази­да­ние для веру­ю­щих, то уместно его читать лицом к моля­щимся. Но, по край­ней мере, сейчас, такое поло­же­ние чтеца вос­при­ни­ма­ется как воль­ность, поскольку оно не соот­вет­ствует при­выч­ному бого­слу­жеб­ному порядку.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки