Азбука верыПравославная библиотекасвятитель Афанасий ВеликийКанонические правила Православной Церкви с толкованиями. Правила святых отцов – Послания Афанасия Великого
Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


святитель Афанасий Великий

Канонические правила Православной Церкви с толкованиями
Правила святых отцов – Послания Афанасия Великого

    Послание святаго Афанасия Великаго, архиепископа Александрийскаго к Аммуну монаху Послание святаго Афанасия, архиепископа Александрийскаго, к Руфиниану Святаго Афанасия, архиепископа Александрийскаго, из 39 послания о праздниках  

 

Послание святаго Афанасия Великаго, архиепископа Александрийскаго к Аммуну монаху

   Все творения Божии добры и чисты. Ибо ничего неполезнаго или нечистаго не сотворило Божие Слово. «Христово благоухание есмы... в спасаемых», по апостолу (2Кор. 2:15). Поелику же различны и многообразны суть стрелы диавола, и непорочно мыслящих доводит он до возмущения, отвлекает братий от обыкновеннаго упражнения, всевая в них помышления нечистоты и осквернения: то, по благодати Спасителя нашего, краткими словами, и лукаваго обольщение да отженем, и мысль простейших да утвердим. «Вся убо чиста чистым», нечистых же и совесть осквернится и все (Тит. 1:15). Удивляюсь же ухищрению диавола, что он, будучи развращение и пагуба, влагает, по видимому, помышления чистоты. Но действуемое им есть паче навет, или искушение. Ибо, как и сказал, дабы отвлещи подвижников от обычнаго и спасительнаго попечения, и в сем, как мнится ему, победити их, для сего возбуждает он такую молву, которая не приносит никакой пользы для жизни, а токмо пустые вопрошения и суесловие, которых уклонятися должно. Ибо скажи мне, возлюбленный и благоговейнейший, что имеет греховнаго или нечистаго какое либо естественое извержение, как например, аще бы кто восхотел поставити в вину исхождение мокрот из ноздрей, и плюновение из уст? Можем рещи и о большем сего, о извержениях чревом, которыя необходимы для жизни животнаго. Еще же, аще по Божественному Писанию веруем, яко человек есть дело рук Божиих, то како могло от чистыя силы произыти дело оскверненное, и аще «род Божий есмы», по Божественному Писанию апостольских деяний (Деян. 17:29), то не имеем в себе ничего нечистаго. Ибо тогда токмо мы оскверняемся, когда грех, всякаго смрада худший, соделываем. А когда происходит какое либо естественное невольное извержение, тогда и сему с прочими подвергаемся мы, как выше речено, по необходимости естественной. Но поелику хотящие токмо прекословити справедливым словам, паче же сотворенному от Бога, неправо приводят и слово Евангелия, яко не входящая сквернят человека, но исходящая: то нужно и сию нелепость их (ибо не нареку сего вопрошением) обличити. Во-первых они и Писания, по невежеству своему, яко неутвержденные, превратно употребляют. Разум же Божественнаго Слова есть следующий: когда некие, подобно сим, сомневалися о пище, тогда Сам Господь, разрешил их неведение, или паче, обличая заблуждение, рек: «не входщая... сквернит человека: но исходящая» (Мф. 15:11). Посем прилагает: откуда исходящая — от сердца. Ибо ведает, что тамо суть злыя сокровища скверных помыслов и иных грехов. Сокращеннее же апостол, сему наученный, глаголет: «Брашно... нас не поставит пред Богом» (1Кор. 8:8). Благословно может кто рещи и в настоящем случае: естественное некое извержение не поведет нас к наказанию. Может быть и врачи (да убедятся хотя внешними прекословящие) в защищение сего скажут, что животному даны некие необходимые исходы для отложения излишества влаг, питаемом в каждом у нас члене, каковы суть излишества главы власы, и влажности из главы отделяющияся и исходящее из чрева, такожде и оный избыток в семенных сосудах. И так Боголюбезнейший старче, какой здесь грех пред Богом, когда Сам создавший животное Господь восхотел и сотворил, чтобы сии члены имели таковые исходы? Но нужно предупредить противоречия лукавых. Ибо могут рещи: посему не будет грехом и самое употребление, когда орудия Творцем устроены. Таковых вопрошением заставим умолкнути, глаголя на сие: о каком употребление глаголеши, о законном ли? о том ли, которое Бог позволил, глаголя: «раститеся и множитеся, и наполняйте землю» (Быт. 1:28): о том ли, которое апостол допустил, глаголя: «Честна женитва... и ложе нескверно» (Евр. 13:4)? Или о том, которое бывает между людьми, но происходит тайно и прелюбодейно? Ибо и в других случаях жизни обретаем различие, бывающее по некоторым обстоятельствам, например: не позволительно убивать, но убивать врагов на брани и законно и похвалы достойно. Тако великих почестей сподобляются доблестные в брани, и воздвигаются им столпы, возвещающие превосходные их деяния. Таким образом одно и тоже, смотря по времени, и в некоторых обстоятельствах, не позволительно, а в других обстоятельствах, и благовременно, допускается и позволяется. Такожде разсуждати должно и о телесном совокуплении. Блажен, кто в юности, составя свободную чету, употребляет естество к деторождению, но аще к любострастию: то блудники и прелюбодеи подвергаются казни, возвещенной апостолом (Евр. 13:4). Ибо два пути в жизни относительно сего предмета. Един обыкновенный и и житеский, то есть брак, другий же ангельский и коего нет превосходнее, то есть девство. Аще кто избрал мирский путь, то есть брак: то не подлежит порицанию, но не получит толиких даров, хотя впрочем получит некие, ибо и он приносит плод тридесятикратный. Аще же кто восприял чистый и премирный путь, хотя путь его жесточае и труднее перваго, то таковый приемлет более чудныя дарования: ибо принес плод совершенный, сторичный. Тако нечистыя и лукавыя их вопрошения имеют собственныя решения, Божественными Писаниями древле приготовленныя. И так утверждай, отче, подчиненное тебе стадо апостольскими увещеваниями, евангельскими утешениями, псаломскими советами, глаголя к Господу: «живи мя по слову Твоему» (Пс. 118:25). Слово же его состоит в служении ему от чистаго сердца. Ибо зная сие тот же пророк, как бы себя изъясняя, говорит: «Сердце чисто созижди во мне, Боже» (Пс. 50:12), дабы скверныя помышления не возмущали меня и паки: «и Духом Владычним утверди мя» (Пс. 50:14), дабы, есть ли когда помышления и возмутят меня, мощная некая сила от Тебя исходящая, укрепляла меня, аки некая твердыня. Таковые и подобные советы преподав и ты, глаголи тем, которые медленно покоряются истине: «Научу беззаконныя путем Твоим» (Пс. 50:15), и уповая на Господа, яко убедишь их отступити от таковыя злобы, воспевай: «и нечестивыя к Тебе обратятся». Да престанут злонамеренно вопрашающие от таковаго суетнаго труда, а сомневающиеся по простоте, да утвердятся «Духом Владычним», вы же, которые твердо ведаете истину, содержите оную ненарушимо и непоколебимо, о Христе Исусе Господе нашем, с Ним же Отцу слава и держава, со Святым Духом, во веки веков, аминь.
    Зонара. Сей великий отец, быв спрошен о естественном извержении семени, не нечисто ли оно, отвечал на этот вопрос, что ничто из сотворенного Богом не есть нечисто. Но поелику лукавый всевает, то есть влагает помышления (о нечистоте), и возмущает слабых разумением, то есть простецов, то мы немногими словами с помощию Божьею отженем обольщение лукавого, то есть с надеждою на Бога дадим твердую опору мнению людей простодушных. Святый отец начинает свое слово тем, что приводит место из послания святого Павла к Титу, и говорит, что «вся чиста чистым», нечистым же и совесть оскверняется и все (Тит. 1:15). А это блаженный Павел говорит об иудейской разборчивости в пище, (доказывая), что ничто из того, что создано Богом, по природе своей, не есть нечисто, а для оскверненных нет ничего чистого, так как осквернены их ум и совесть; осквернены же грехом и тем, что мыслят не как должно. Начиная этими словами свое писание, сей великий отец присовокупляет: «удивляюсь ухищрению, то есть обольщению диавола, что он, будучи развращением и пагубою, внушает помышления, кажущиеся чистыми; но то, что делается им, есть навет, то есть тайный обман, а не доказанная истина. Ибо чтобы отвлечь подвижников от обычного и спасительного попечения и, как мнится ему, победить их в этом, он возбуждает такую молву, то есть страшилища, которые производят только пустое беспокойство. «В самом деле, говорит (святый отец), что греховного, или нечистого в естественном извержении (семени)? Это все равно, как если бы кто стал обвинять людей и за прочие отделения, как — то за мокроты из ноздрей, за слюну и за все, что отделяется, то есть извергается и испражняется чревом, выделение чего полезно для жизни». Рассматривает (вопрос) и с другой стороны. Если, говорит, мы веруем, что человек есть дело рук Божьих, то каким образом возможно, чтобы от Бога произошло что-либо нечистое и оскверненное? И если мы род Божий есмы, по Деяниям божественных Апостолов, то не имеем ничего в себе нечистого. Ибо в книге Деяний повествуется, что великий Павел, обращая речь к афинянам, между прочим говорит о Боге: «о Нем бо живем и движемся и есмы, якоже и неции от ваших книжник рекоша: сего бо и род есмы» (Деян. 17:28): так сказано у Арата о Зевсе: но Апостол отнес эту мысль к истинному Богу. Итак, великий Афанасий воспользовался этим для подтверждения своего слова, о том, что если мы Божий род, как сказано в Деяниях, то ничего не имеем оскверненного, или гнусного; мы тогда только оскверняемся, когда грешим; а естественное извержение, бывающее по необходимому требованию природы, не оскверняет. Но так как некоторые, по-видимому, не соглашались с этим и приводили евангельское изречение, в котором говорится: «не входящая... сквернят человека: но исходящая» (Мф. 15:11), то святый отец восстает против такого толкования, и показывает, что противная сторона неправильно понимает сии слова. Именно он говорит, что когда некоторые сомневались о пище, то есть страшились, колебались, как будто она оскверняет употребляющих ее, то Господь, разрешая их сомнение, говорит, что не входящая сквернит, то есть делает мерзким, гнусным, но исходящая, то есть то, что происходит от сердца. И Апостол также говорит: «Брашно... нас не поставит пред Богом» (1Кор. 8:8). Подкрепивши этим свое слово, великий отец продолжает: «но благословно может кто нибудь сказать и в настоящем случае: естественное некое извержение не поведет нас к наказанию. И врачи в защищение сего скажут, что естество выгоняет семя, как излишек; ибо животному даны исходы, дабы посредством их каждый член выделял излишнее. Таковы, говорит, излишества головы — волосы и жидкости, выделяемыя посредством ноздрей и рта; извержения чрева, или целого тела; излишества семенных сосудов — семя. Какой же, говорит, здесь грех, когда выделяется это излишество, как восхотел и устроил Бог, сотворивший человека?» Но чтобы кто не возразил на это, что если, как ты говоришь, извержение семени не есть грех, так как оно совершается естественным образом, то и действительное употребление, то есть совокупление, не должно быть признаваемо за грех, потому что органы, действующие при этом, устроены Богом, (святый отец) спрашивает того, конечно, кто возражает: «о каком употреблении глаголеши, — о законном, или о том, что бывает тайно и прелюбодейно? Ибо законное Бог дозволил, сказав: «раститеся и множитеся» (Быт. 1:28); и великий Павел допустил, говоря: «Честна женитва... и ложе не скверно» (Евр. 13:4); другое же употребление запрещено. Тоже, говорит, найдем и в других случаях жизни. Прежде всего — убивать запрещено, но убивать врагов на войне похвально и достойно великих почестей. Таким образом, одно и тоже в одном случае не позволительно, а в другом позволительно и зависит от различия случаев, лиц и способов. Тоже должно сказать и о совокуплении». В доказательство сего приводит и места из Писания. Затем рассуждает о браке и девстве и говорит, что есть два пути — брак и чистота. Если кто избрал брак, не подлежит порицанию и не будет за это осужден, но он не получит столько даров, сколько тот, кто пожил в девстве; ибо получит, говорит, и он, — потому что и он приносит плод тридесятикратный — за деторождение и воспитание детей, совершаемое в наказании и учении Господни, по Павлу, во Христе глаголющему. Ибо если «честна женитва и ложе не скверно» (Евр. 13:4), то кто целомудренно провел жизнь в супружестве, послужил через деторождение повелению Господа, Который сказал: «раститеся и множитеся» (Быт. 1:28), и понес заботы и труды о рожденных им, чтобы воспитать их в наказании и учении Господни, тот приносит тридцатикратный плод; почему блаженный Павел и говорит, что жены спасутся «чадородия ради» (1Тим. 2:15). Если же кто, говорит (святый отец), восприял чистый и премирный путь, то получит более чудные дарования, потому что этот путь жесток сравнительно с первым и труден (выражение: сравнительно с первым должно разуметь или уже об указанном пути брака, или о начале (девственной жизни): ибо избравший девство вследствие того, что плоть удобопреклонна к наслаждениям и особенно — к наслаждениям совокупления, в начале терпит нужду, когда природа стремится к страсти, и тем более, когда человек молод и цветущ, почему и сказано: «сравнительно с первым»; а когда приклонится к старости, то хотя не погаснет и тогда огнь от страстей, но, по крайней мере, бывает слабее). Сказав это, присовокупляет, что нечистые вопрошения их ранее разрешены божественными Писаниями; убеждает вопросившего утверждать тех, кто находятся у него под властью, и пользуется различными местами Писания; затем, обративши свое слово в молитву, оканчивает послание. Итак, вот что говорит великий Афанасий о естественном извержении семени. А Дионисий Александрийский в послании к Василиду говорит следующее: «все, которым приключилось непроизвольное нощное истечение, да последуют своей совести и да испытают самих себя, находятся ли от сего в сомнении, или нет: подобно как и о пище глаголет Апостол: «аще яст, сомняяйся, осуждается» (Рим. 14:23). И в сем случае всяк приступающий к Богу да имеет благую совесть и благодерзновение по собственному помышлению». Смысл этих слов есть следующий: потерпевший извержение семени должен испытать себя: и если предшествовало какое нибудь страстное возбуждение, вследствие, может быть, нечистого пожелания и похотливого расположения, и таким образом последовало извержение семени, то потерпевший сие не свободен от скверны. Если же ничто такое не предшествовало, и он не осуждает себя за это, так как помысел у него не осквернен, то пусть приступает к святым Тайнам. А некоторые говорят, что Василий Великий потерпевших нечто таковое удаляет от причащения святых Тайн. Ибо сей святый (отец), как написано в его сочинении о подвижничестве, быв спрошен: когда бывает у кого либо обычное и по естеству, должно ли дерзать допускать его к приобщению Тайн? — отвечал: «Апостол учит, что спогребшийся Христу крещением (Рим. 6:4) выше естества и обычая. К этому, с одной стороны, присовокупляет, что «ветхий наш человек с ним распятся, да упразднится тело греховное, яко ктому не работати нам греху» (Рим. 6:6); с другой — заповедует: «Умертвите убо уды ваша, яже на земли: блуд, нечистоту, страсть, похоть злую и лихоимание, еже есть идолослужение, ихже ради грядет гнев Божий на сыны противления» (Кол. 3:5, 6); наконец дает общее определение в словах: те, которые принадлежат Исусу Христу, «плоть распяша со страстьми и похотьми» (Гал. 5:24). Я же узнал, что это совершенство, по благодати Божией, дано и мужам и женам через истинную веру в Господа. Приступать же кому нибудь в нечистоте к святым Тайнам, — это такое дело, страшный суд за которое мы узнаем уже из Ветхого Завета; а если здесь более святыни, то очевидно (и суд) еще страшнее, о чем научает нас Апостол, говоря: «Ядый... и пияй недостоин, суд себе яст и пиет» (1Кор. 11:29). На основании этого ответа, некоторые думают, что Василий Великий извержение семени считает нечистотою. Но это не так; ибо он говорит не об извержении без мечтания, даже и не о том, которое случилось с мечтанием, впрочем, без чувственного возбуждения, или которому не предшествовало пожелание; или хотя и предшествовало, но не утвердилось, а было удалено, когда взяло верх лучшее помышление, так что ни услаждение похотью не произошло, ни помышление не было осквернено. И это для внимательного должно быть понятно из самого писания сего великого отца. Ибо слова Апостола, которым он воспользовался для подтверждения своих слов, упоминают о грехе, нечистоте и злом пожелании; Чем именно он и подтверждает свою мысль, высказанную в словах: «приступать же кому нибудь в нечистоте к святым Тайнам» и прочее. Но никто не может сказать, что Василий Великий назвал нечистотою извержение семени, когда оно бывает бесстыдно: ибо это клевета на плоть; напротив, в гораздо больших местах своих сочинений он любомудрствовал, что тело не есть зло и не начало зла, как думали некоторые. Пусть также никто не подумает, что он говорит противное Афанасию Великому, слова которого все священные отцы уважают по преимуществу. Василий Великий назвал нечистотою, конечно, не извержение семени, а скверное пожелание, в силу которого и совершается грех в мысли через услаждение похотью, и таким образом бывает мечтательное совокупление во сне и извержение семени. Наконец из слов: «я узнал, что это совершенство дано по благодати Божией, и мужам и женам», ясно открывается, что он говорит об извержении семени, бывающем с мечтанием, которому предшествовало страстное возбуждение, и грех в мысли. Ибо совершенство состоит в том, чтобы избегать услаждения похотью и не осквернять ею помысла, а не в том, чтобы не иметь вожделения или, что тоже, не устремлять к тому помысла: это было бы делом природы, или бесчувственности. А не поддаться появившемуся вожделению, не сочетаться с ним помыслом и не совершить греха даже в мысли, это — добродетель и совершенство. И если у кого не бывает извержения семени, это, как дело физическое, не должно быть признаваемо за совершенство; и наоборот, когда бывает, не подлежит обвинению. А я даже думаю, что никто совершенно не избежит естественного извержения, разве только будет совершенно бесчувственным.
    Вальсамон. Это послание, в котором доказывается, что естественное извержение семени, то есть то, которое происходит от болезни, или от непроизвольного и бесстрастного ночного мечтания, не есть нечисто, так мудро и превосходно истолковал превосходительнейший Зонара, что никто не мог бы сделать этого лучше; и потому мне показалось излишним писать здесь что нибудь от себя. Скажем только вкратце, что естественное извержение семени, если оно случилось вследствие непроизвольного ночного мечтания и без предшествовавшего страстного пожелания, совершенно не предосудительно, как говорит и послание святого Дионисия к Василиду, которое помещено выше. Если же предшествовало какое — нибудь страстное возбуждение вследствие, может быть, нечистого вожделения и услаждения похотью, оно нечисто и потерпевший оное должен воздержаться от святых Таинств и подвергнуться врачеванию, по усмотрению своего духовного врача. Ибо так как существуют три способа, посредством которых воюет против нас сатана, — предрасположение, услаждение и совершение, то если ночное мечтание случилось вследствие только предрасположения, мы должны подвергнуться умеренной епитимии; а если вместе с расположением было и дневное услаждение похотью, и за тем уже последовало ночное мечтание и случай извержения, то должны быть наказаны сильнее, согласно священному изречению, которое говорит: «всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф. 5:28). А если так наказывается извержение семени, происходящее от услаждения похотью через ночное мечтание, то тем строжайшей епитимии должно быть подвергнуто извержение посредством малакии, так как оно бывает не во сне и не от грез. Но извержение семени, происходящее от болезни в почках, какова болезнь семяистечения, или болезнь каменная совершенно не подлежит обвинению. Ибо хотя в Моисеевом законе семяточивые признаваемы были за нечестивых, но не с той точки зрения, с какой по нашему закону (люди) признаются чистыми, так что и больные проказою, по древнему, закону были удаляемы как нечистые, а с нами они участвуют в церковных собраниях и молитвах, не встречая в болезни никакого к тому препятствия, напротив, являясь в церкви, как свои. А толкование Зонары не помещено здесь — потому, что оно более относится к изъяснению изречений Писания, а не к каноническому учению. Мы же в настоящем толковании вовсе не заботимся о риторическом сложении, или о красоте слога, или об объяснении изречений Писания, но имеем в виду изучение канонов и законов, и устранение кажущихся противоречий между законами и канонами, оставив в стороне все прочее, как не относящееся к настоящей задаче. Итак, кто хочет найти толкование и изъяснение апостольских изречений и прочих мест, Писания, тот пусть обращается к Зонаре или к другим их толкователям.
    Синопсис. 1. Скажи мне, благоговейнейший, что греховного или нечистого заключает в себе непроизвольное, естественное истечение (семени)? Разве захочет кто поставить в вину то, что отделяется из уст, носа и чрева? Мы тогда только оскверняемся, когда совершаем зловоннейшее дело — грех. А естественное истечение, случающееся непроизвольно есть дело природы, хотя некоторые неразумно и насильственно изъясняют евангельское изречение: «исходящее... сквернит человека» (Мф. 15:11). Но к сему изречению прибавлено; откуда исходящее? — «От сердца», где (имеют место) злые и скверные помыслы (Мф. 15:18, 19).
    2. «Блудников... и прелюбодеев судит Бог» (Евр. 13:4). Женившейся по закону не согрешил, но не получит таких же даров (как пребывающий в девстве): получит и он, принося плод тридесятикратный. А избравший вышемирную жизнь в девстве имеет чудные дары, ибо приносит плод совершенный, плод сторичный.
    Славянская кормчая. 1. Рцы ми, благоговейне, который грех имать, или нечистоту, естественное некое и неизвольное похотения истечение; может ли жалети кто и скорбети о исходящих от ноздрей и от уст, и от чрева износимых. Тогда бо токмо оскверняемся, егда смрадный грех делаем: истечение же естественное внезапу бываемое, естественное дело есть. Аще же неции бессловесно реченое во Евангелии нудяще прилагают глаголющее исходящая оскверняют человека; се же реченое наводит, откуду исходящая сквернят; яко от сердца, идеже суть лукавии и скверни помысли.
    2. «Блудником же, и прелюбодеем судит Бог» (Евр. 13:4). По закону же оженивыйся, несть согрешил, но обаче толиких даров не примет, елико же не оженивыйся Господа ради, примет бо и той принося плод, иже в тридесять. А иже чистое евангельское изволив житие, еже в девстве пребывати, дивна имать дарования, приносит бо совершен плод, иже восто.
   Эта вторая половина сокращенного текста послания святого Афанасия к Аммуну в славянской Кормчей поставлена после ниже следующего послания к Руфиниану.

Послание святаго Афанасия, архиепископа Александрийскаго, к Руфиниану

   Сыну и вожделеннейшему сослужителю, господину Руфиниану, Афанасий о Господе радоватися. Ты пишешь к отцу, как прилично сыну возлюбленному. Приближившагося убо чрез писание, объял я тебя, вожделеннейший мне паче всех, Руфиниане. Мог бы и я тебе, яко сыну, писати к тебе и в начале и в середине и под конец, но удержался, да не по письмам познается общение и свидетельство. Ибо ты мое послание, по реченному в Писании (2Кор. 3:2), знаемое и читаемое в сердце. Тако будучи расположен (верь мне, ей, верь), приглашаю, и убеждаю тебя писати. Ибо делая сие, не мало, но много меня утешаешь. Поелику же благолюбиво и церковно (как и прилично твоему благочестию) вопрошал ты о увлеченных нуждою, но не развращенных зловерием, и желал, чтобы я написал к тебе, что положено о них на соборах и повсюду: то ведай, господине мой вожделеннейший, яко в начале, по прекращении бывшаго насилия [под именем бывшаго насилия святый Афанасий разумеет бывшее угнетение православных от ариан], был собор епископов, сошедшихся от внешних стран; был такожде и у сослужителей, обитающих в Элладе, равным образом и у находящихся в Испании и в Галлии: и постановлено как здесь, так и всюду, чтобы падшим и бывшим предстателями нечестия [под именем нечестия здесь разумеется арианство; под именем падших те, которые отступили к общению с арианами; а под именем предстателей нечестия, те, которые совратясь в арианство, и других привлекали к оному], являти снисхождение кающимся, но не давати им места в клире: а не бывшим самовластными делателями нечестия, но увлеченным нуждою и насилием, давати прощение, и имети им место в клире, наипаче, когда они принесли достойное веры оправдание, и сие учинено, повидимому, с неким благоусмотрением. Ибо таковые утверждали, что они не совращались в нечестие, но дабы некоторые, соделавшись нечестивейшими, не разстроили церквей, почли за лучшее уступити насилию, и понести бремя, нежели погубити народ. Говоря сие, они, и по нашему мнению, говорили достойное приятия: ибо в извинении себя представляли и Аарона, Моисеева брата, который уступил в пустыне преступному требованию народа, но имел извинение в намерении, дабы народ не возвратился в Египет, и не остался в идолослужении. Ибо представлялось вероятным, что пребывая в пустыне, он может престати от нечестия, но вошедши во Египет усилит и возрастит в себе нечестие. По сей причине разрешено допускати таковых в клир, так как прельщенным и насилие претерпевшим дается прощение. Сие объявляю и твоему благоговению, и уповаю, яко и твое благочестие примет постановленное, и не осудит снисхождения согласившихся тако. Удостой же прочитати сие и пред священством, и пред народом тебе подчиненным, дабы и они, зная сие, не сетовали, когда ты тако расположен к таковым. Ибо не было бы прилично мне писати тогда, как твое благоговение может и наше к ним благорасположение возвестити им, и все недостающее восполнити. Благодарение Господу, исполнившему тебя всяким словом и всяким ведением. Кающиеся же, явно да предают анафеме именно Евдоксиево и Евзоиево зловерие. Ибо сии богохульно именуя Слово Божие тварью, обнаружили себя защитниками Ариевой ереси: да исповедают же веру, в Никеи от отцев исповеданную, и, яко никакого инаго собора не предпочитают сему собору. Приветствуй сущее с тобою братство, а сущее с нами о Господе приветствует тебя.
    Зонара. Этот вопрос не о тех, которые принесли жертву идолам и пали, но о тех, которые вступили в общение с еретиками, именно с арианами. Ибо приверженцы ариевой ереси, овладев перешедшими на их сторону императорами Констанцием и Валентом и, вследствие того, получив великую силу, принудили многих присоединиться к их вере. Когда же эти последние стали потом раскаиваться и приходить к православной церкви, Руфиниан (он был епископ) спросил, как должно принимать таковых? На этот вопрос великий Афанасий отвечал, что на бывших по сему делу многих соборах, именно — поместных, решено было, что тем, которые пали и вступили в общение с еретиками и исповедали, что они мыслят одно и тоже с еретиками, и при том были еще предстоятелями нечестия, то есть подвизались и поборали по нем, и старались убеждать (других), что учение их не погрешительно, в случае их раскаяния и обращения в православную церковь, должно давать покаяние и прощение, не предоставляя, однакоже, им места в клире. И хотя бы они были епископами или клириками, (по обращении) уже не могут быть принимаемы на места посвященных, но должны оставаться как миряне. А тем, которые не были самовластными делателями нечестия, то есть которые вступили в общение с еретиками не самовластно, не по добровольному убеждению, но были увлечены нуждою и насилием, то есть по неволе приложились к нечестию и отвлекались от благочестия (ибо как увлекаемый сильным напором воды несется не по собственному произволу, но стремится невольно, так и они были увлечены и приклонились потому, что были побеждены насилием еретиков), постановлено давать прощение, если раскаиваются, и предоставлять им места и в клире. И не потому только оказывается им снисхождение, говорит (святый отец), что они уступили насилию, но и потому, что они предоставляют убедительное оправдание, по которому уступка их еретикам совершилась, по-видимому, благоусмотрительно. Ибо они утверждали, то есть твердо удостоверяли, что не совратились в нечестие, то есть не приняли учения еретиков, но держатся правой веры; а только вступили в общение с еретиками, дабы по изгнании их из церквей не были введены вместо них другие нечестивцы и не расстроили церквей, то есть православных людей. И по этому они предпочли лучше уступить насилию и понести тяжесть епитимии за то, что по видимому преклонились, чем — погубить людей. Итак, по моему мнению, говорит (святый отец), они говорят это убедительно, пользуясь притом примером Аарона, который в то время как Моисей замедлил на горе и народ еврейский требовал богов, уступил преступному требованию народа и дозволил им слить тельца; а сделал это с тою целию, чтобы народ, возвратясь в Египет, не остался в египетском идолослужении, между тем как, находясь в пустыне, они могут отстать от нечестия, а, прибыв в Египет, впали бы в большее нечестие, последуя обычаям египтян. По этим причинам, говорит святый отец, обращающиеся от еретиков принимаются и в клир, а прельщенным и насилие потерпевшим дается прощение. Все это относится к мирянам, которые были обольщены еретиками, или подверглись насилию и приложились к их мнениям, и которым, говорит, если они раскаиваются и обращаются в церковь, дается прощение, и они принимаются и устрояются по правилам святых отцев. А это, говорит, я написал, уповая, что постановленное нами примешь и ты и не осудишь снисхождения согласившихся тако. Смысл же этого таков: ты не осудишь нас за то, что мы собрались с такою целию, то есть чтобы рассудить о вступивших в общение с еретиками, и не скажешь, что мы собрались напрасно, без дела и бесцельно, так как, может быть, ничего дельного не постановили; затем присовокупляет, что должны делать кающиеся, именно: пусть явно, то есть публично в церкви, предают анафеме то и то, и исповедуют определенную в Никее вере и прочее.
    Вальсамон. О вкусивших идоложертвенной пищи и принесших жертвы идолам пространнее рассуждают гангрский собор и правила святого Петра, александрийского архиепископа и мученика. А настоящее послание святого Афанасия говорит о тех, которые вступили в общение с еретиками, и возвращаются в церковь. Именно в послании к вопросившему его Руфиниану святый говорит, что падшие и вступившие в общение с еретиками и бывшие председателями и защитниками нечестия, хотя принимаются в число кающихся, но, будучи клириками, или другим образом посвященными, не удостаиваются священства. А те, которые не властвовали над нечестием, то есть которые не самовластно и не по добровольному убеждению вступили в общение с еретиками, но были насильно привлечены из благочестия в нечестие, если они клирики, удостаиваются прощения и не отчуждаются от клира, — потому в особенности, что утверждают, что они не совращались в нечестие, то есть не принимали учения еретиков, но вступили с ними в общение на том уважительном основании, дабы по изгнании их из церквей не были введены вместо них другие нечестивые и не растлили православных. Итак, по моему мнению, говорит (святый отец), они говорят это убедительно, пользуясь притом примером Аарона, который, когда Моисей замедлил на горе и народ еврейский требовал богов, уступил их преступному требованию и позволил им слить тельца; а сделал это с тою целию, чтобы народ, возвратясь в Египет, не остался в египетском идолослужении. Между тем как, находясь в пустыне, они могут оставить нечестие; а, прибыв в Египет впали бы в большее нечестие, последуя обычаям египтян. И это говорит о посвященных. А мирянам, прельщенным и потерпевшим насилие, дается прощение, и они принимаются и устрояются епископами на основании правил, при чем обязаны предавать проклятию учение еретиков явно, то есть в церкви и исповедовать никейскую православную веру. Заметь из настоящего послания, что иначе наказываются те, которые по насилию только вступили в общение с еретиками, иначе — вступившие в единомыслие с ними и защищавшие нечестие; иначе — самовольно уклонившиеся в нечестие, иначе — вступившие в общение с нечестивыми и идоложертвовавшие, иначе — те, которые по насилию ели идоложертвенное и иначе — потерпевшие насилие и в самом ядении. Вообще такие дела требуют тщательного исследования, и врачуются не легко.
    Синопсис. Об увлеченных нуждою постановлено, чтобы падшим и бывшим во главе нечестия, если они каются, оказывать снисхождение, но не давать места в клире; а увлеченных нуждою и насилием, но не бывшим начальниками нечестия, давать прощение и иметь место в клире, в особенности когда убедительно оправдались, сказав, что они не совращались в нечестие, но предпочли уступить насилию, дабы некоторые, нечестивые, восстав на церковь, не расстроили ее. Ради этого они сделались удобоприемлемыми в клир; а прельщенным и потерпевшим насилие дается прощение.
    Славянская кормчая. Годе бысть, иже нуждею привлечении бывше, отвергошася. Яко аще отвергшеся, и власть некую приемше, помогаху нечестию, аще обратившеся покаются, помиловати их убо, не дати же им места внити в причет. Аще же бедою и нуждею преступивше и не имеша господства никакого от нечестивых, ни сотвориша пакости правоверным, таковых и помилования сподобити: и аще будут достойни, дати им место внити в причет: паче же аще с покорением отвещаша, рекшим к ним, не преложихомся на нечестие, но изволихом приложитися нуждею, да не нечестиви неции противу ставшее, погубят церковь, сего ради убо приемлеми бывше в причет, прельстившимжеся и нужду пострадавшим, помилование дается.

Святаго Афанасия, архиепископа Александрийскаго, из 39 послания о праздниках

   Но поелику упомянул я о еретиках, как о мертвых, о нас же самих, яко имеющих ко спасению Божественныя Писания, и боюся чтобы, как писал к Коринфянам Павел (2Кор. 11:3), некоторые из простодушных не были уклонены от простоты и чистоты, хитростью человеков, и потом не начали внимать иным книгам, так называемым апокрифическим [наименование книг апокрифических, по переводу с греческаго, значит книги сокровенныя; еретики давали сие наименование составляемым ими подложным книгам, дабы лучше уверить, будто оныя не вновь составлены, а токмо не известны были, как сокрываемыя], будучи обмануты единоименностию их с истинными книгами: то потерпите, молю, аще о известном вам, еще и я воспоминаю, ради нужды и пользы церкви. Желая же о сем воспомянути употребляю, для оправдания моего дерзновения, образ словес евангелиста Луки, и реку и я: понеже некие начали слагати себе так именуемыя апокрифическия книги, и смешивати оныя с Богодухновенным Писанием, о котором мы удостоверены, якоже предаша отцам от начала самовидцы и слуги бывшии словесе, изволися и мне, побужденным истинными братиями, и дознавшему сначала по ряду изложити, какия книги приняты в канон, преданы и веруются быти Божественными, дабы каждый обольщенный отверг обольщающих, и каждый пребывший чистым возрадовался о новом предостережении. И так всех книг Ветхаго Завета числом двадесять две: ибо столько же, как я слышал, и букв в употреблении у евреев. По порядку же и по именам оныя суть следущия: во первых Бытие, потом Исход, далее Левит, посем Числа, и наконец Второзаконие; за сими следует Исус Навин, Судии, и потом Руфь; далее по порядку четыре книги Царств, из коих как первая так и вторая считаются за одну книгу, так равно третья и четвертая за одну; после сих Паралипоменон первая и вторая, также считаемыя за одну книгу; далее Ездры первая и вторая так же за одну; после сих книга Псалмов, и потом Притчи, потом Екклесиаст, и Песнь песней. По сих Иов; наконец пророки дванадесять, считаемыя за одну книгу, потом Исайя, Иеремеия, и с ним Варух, Плач и Послание; а по них Иезекииль и Даниил; сии составляют Ветхий Завет. Но должно без укоснения рещи и о книгах Новаго Завета. Оне суть следующия: четыре Евангелия: от Матфея, от Марка, от Луки и от Иоанна; по сих Деяния апостолов, и седмь так именуемых соборных посланий апостолов, как то: Иакова едино, Петра два, потом Иоанна три, и Иуды едино; к ним четыренадесять посланий Павла, которыя пишутся следующим порядком: первое к Римлянам, потом к Коринфянам два, по сих к Галатам, далее к Эфесянам, потом к Филипписиам, к Колоссаям, к Солунянам два, ко Евреем, к Тимофею два, и к Титу едино, и последнее к Филимону едино; и наконец Апокалипсис Иоанна. Сии суть источники спасения, да сущими в оных словесами жаждущий утолит жажду, в сих токмо благовествуется учение благочестия. Никто к сим да не прилагает, ниже да отъемлет от них что либо. О сих Господь посрамляя саддукеев глаголал: «прельщаетеся, не ведуще Писаний, ни силы их» (Мф. 22:29). Иудеев же увещевал: «Испытайте Писания, яко... та суть свидетельствующая о Мне» (Ин. 5:39). Ради больщия же точности, поелику пишу ради нужды, присовокупляю и сие: яко есть, кроме сих, и другия книги, не введенныя в канон, но назначенныя отцами для чтения нововступающим, и желающим огласитися словом благочестия: премудрость Соломонова, премудрость Сирахова, Эсфирь, Иудифь, и Товия, и так именуемое Учение апостолов, и Пастырь. Впрочем, возлюбленные, сверх сих читаемых и оных канонических, нигде не упоминается об апокрифических: но сие есть умышление еретиков, которыя пишут оныя, когда хотят, назначают и прибавляют им время, дабы представляя их, аки бы древния, имети способы к прельщению оными простодушных.
    Зонара. Здесь Афанасий Великий делает исчисление книг Ветхого и Нового Писания, чтобы некоторые по заблуждению не читали и так называемых апокрифических книг, и не получили отсюда вреда, будучи «простодушными», то есть малообразованными и удобообльщаемыми. Прежде (святого Афанасия) исчисляет их и 85-е правило святых Апостолов. Но не во всем настоящее правило согласно с Апостольским правилом; ибо Апостолы исчисляли и Есфирь и Премудрость Сираха и книги Маккавейския, а настоящее правило опустило их. Между книгами Нового Писания божественные Апостолы исчислили и свои постановления, собранные через Климента, а настоящее правило опустило их, но присовокупило Апокалипсис (Иоанна) Богослова. После же исчисления говорит, что есть и другие книги, кроме этих, неканонические, но читаемые, каковы: Премудрость Соломонова и Премудрость Сирахова, Есфирь, Иудифь, Товит, так называемое учение Апостолов и Пастырь. Об учении Апостолов некоторые говорят, что это постановления Апостолов, собранные Климентом, которыя так называемый Шестый собор не позволяет читать, как подложные и испорченные еретиками. А так называемые апокрифические книги, говорит (святый отец), не находятся ни в числе исчисленных книг, ни в числе тех, которые сверх этих назначены для чтения, то есть неканонических. Канонизованными — же назвал святый книги от слова xavwv, которое означает деревянный инструмент, употребляемый мастерами для выравнивания дерева и камня: ибо, наложив этот канон на приготовляемые изделия, при его помощи выравнивают находящиеся на материале кривизны, углубления и возвышения, и таким образом дают стройный вид работе. Тоже самое сделал по отношению к этим книгам разум, как канон, отделив их от неправильных и развращенных, именно: одни из них испытал, одобрил и предложил для чтения благочестивым, другие — отвергнул и запретил читать. Ищи и то, что написано в последнем правиле святых Апостолов.
    Вальсамон. Последнее апостольское правило исчисляет книги Ветхого и Нового Завета, долженствующие быть чтомыми. А здесь святый отец, по-видимому, узнав, что некоторые прельщают простодушных в благочестии, то есть не имеющих никакой задней мысли, ничего выдуманного и хитрого, но совершенно простых, и говорят, что есть и некоторые другие книги, называемые апокрифическими, на самом — же деле — исполненные превратных догматов, написал, какие книги должны быть чтомыми. Не дивись в виду того, что апостольское правило исчисляет некоторые другие книги, но прочти, что написано в толковании на упомянутое апостольское правило.
    Синопсис. Книг Ветхого Завета 22, сколько букв у евреев: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие, Исус, Судьи, Руфь, Царств четыре, в двух книгах, Паралипоменон две, в одной книге, Ездры две, в одной книге, Псалмы, Притчи, 12 Пророков — одна книга, потом — Исаия, Иеремия с Варухом, Плачем и Посланиями, Иезекиль и Даниил. Нового Завета — следующие: Евангелия четыре — Матфея, Марка, Луки, Иоанна, Деяния Апостолов, Соборных апостольских посланий семь: Иакова одно, Петровы два, Иоанновых три, Иуды одно, Павловых четырнадцать, Апокалипсис Иоанна. Книги не канонические, но чтомые: Премудрость Соломонова, Сирах, Есфирь, Иудифь, Товит, так называемое учение Апостолов и Пастырь.
    Славянская кормчая. Ветхого Завета книги двадесяте и двои, елико же в иудеох слов грамоты: Бытие: Исход: Левитик: Числа: Второзаконие: Исус Навин: Судьи: Руфь: Четыре Царства: Паралипоменона двои книги, в единех книгах: Ездры двои в единех книгах: Псалмы: Притчи: Екклесиаст: Песни песнем: Иов: Пророк, дванадесять, книги едины. И потом Исаии, и Иеремии, с Варухом, Плачь и послание пророческо. Иезекиль, и Даниил. Нового же Завета книги, се суть: Евангелия, четыре, Матфеево, Марково, Лукино, Иоанново: Деяния Апостол: Послания соборные святых апостол, 7: Иаковле послание едино. Петрова два: Иоаннова послания три. Июдино едино. Павлова послания, 14. Иоанна Богослова откровение. Иныя же книги яже убо не уставлены в правилах, почитаемы же суть. Премудрость Соломоня. Премудрость Сирахова. Есфирь, Июдифь, Товиа. Нарицаемое учение апостольско, и Пастырь.