Глава 7. Мартин Лютер
Исследование глав 7–11, книги «Великая борьба»
За несколько дней до смерти Лютер написал:
«Никто не может понять Вергилия в «Буколиках», если он не был пять лет пастухом. Никто не может понять Вергилия в «Георгиках», если он не был пять лет землепашцем. Я полагаю, никто не может понять Цицерона в его письмах, если не был двадцать лет государственным деятелем в какой-нибудь замечательной стране. Пусть знают, что никто не может разобраться в Священном писании, если он не был направлен Церковью, вместе с пророками – Илией и Елисеем, Иоанном Крестителем, с Христом и апостолами».129
Множество (нео)протестантов воспринимают М. Лютера великим светилом Реформации, через которого Бог провозгласил некие «великие истины», который создал «истинную церковь» (из которой, однако, впоследствии вышли многочисленные новые «истинные» сообщества, у которых были свои «истинные» учителя и учения). В их числе известное нам сообщество Адвентистов седьмого дня, соосновательницей которого была «вестница» адвентизма – Эллен Уайт.
Мартин Лютер резко осуждал и называл сектами всевозможные религиозные сообщества, которые не приняли его учения и не последовали за ним, но создали свои самочинные сообщества, на основании своего толкования Священного Писания. Несмотря на это, Э. Уайт считает Лютера предшественником адвентизма и превозносит его личность и труды; в книге «Великая борьба» ему посвящены четыре главы130.
Две таких разных истории
Мы, конечно, помним утверждение Э. Уайт о том, что её книга «Великая борьба» была написана под вдохновением Святого Духа. Она утверждала, что в многочисленных видениях ей показывались события и откровения, которые она впоследствии записывала. Однако, в 70-х годах XX века руководство The White Estate поручило Рональду Грейбиллу проанализировать главу о Мартине Лютере в книге «Великая борьба» 1911 года издания. Результат его исследования был следующим: «В истории миссис Уайт не обозначено ни одного объективного исторического факта, который она не могла бы почерпнуть из литературных источников, на которые опиралась, за исключением одной детали … [её] историческое повествование основывалось на работах историков, но не на видениях»131. Грейбилл также установил, о чём я уже писал ранее, что Э. Уайт копировала в основном историю по версии д'Обинье, составленную Чарльзом Адамсом для юных читателей.
Итак, сравним две истории. О родителях М. Лютера Э. Уайт пишет следующее:
«Отец Лютера был человеком решительным, прямым и честным; он обладал очень твёрдым характером, отличался живым и развитым умом. Он сохранял верность своему долгу, невзирая на последствия. Здравый смысл побуждал его с недоверием смотреть на монахов. Он был крайне недоволен поступком Лютера, который без его согласия поступил в монастырь, и прошло два года, прежде чем он примирился со своим сыном, но и тогда его взгляды оставались прежними. Родители Лютера обращали особое внимание на воспитание и образование своих детей. Они старались наставлять их в познании Бога и развивать у них христианские добродетели. Часто в присутствии сына отец молился о том, чтобы Мартин всегда помнил о Боге и служил распространению Его истины. Эти родители использовали любую возможность для нравственного и умственного развития своих детей, насколько это позволяла им тяжёлая трудовая жизнь. В своей решительности и твёрдости они порой слишком усердствовали, но сам реформатор находил, что, хотя родители иногда и ошибались, однако их воспитание заслуживало скорее одобрения, нежели порицания».132
Как видим, описание родителей М. Лютера Э. Уайт даёт в предельно сдержанных красках, подбирая такие слова, подтверждающие исключительно положительное их влияние на становление характера будущего реформатора. Но так ли было на самом деле? «Детство реформатора протекло, таким образом, среди материальных лишений, в суровой трудовой обстановке. Но ещё более, чем эти лишения, повлияло на его характер то суровое воспитание, которое дали ему родители. Ганс Лютер [отец Мартина Лютера, прим. Б.Д.] представлял из себя тип настоящего немецкого крестьянина – прямого, откровенного, энергичного и страшно упрямого. Более развитый, чем большинство людей его круга, он, несмотря на свою глубокую религиозность, был чужд суевериям окружающей среды; монахов он прямо ненавидел. Зато мать Лютера, по свидетельству современников, обладая всеми качествами доброй и благочестивой матери семейства, была крайне суеверна и такого же крутого нрава, как и отец. К воспитанию своих детей оба супруга относились очень серьёзно. ... Маленький Мартин рано обнаружил блестящие способности, так что отец из всех сыновей предназначал его одного к учёному званию. ... Несмотря, однако, на эту заботливость родителей, мальчику, как мы уже сказали, жилось далеко не весело. Из-за сурового характера родителей, не допускавших проявлений нежных чувств, в связи с тогдашней системой воспитания, в которой главную роль играли частые телесные наказания, мальчик жил в вечном страхе. От природы пылкий и несколько упрямый, он проявлял иногда дурные наклонности, которые родители старались искоренить не иначе как мерами строгости. Лютер сам рассказывает, что мать из-за какого-то ореха избила его однажды до крови. В другой раз отец его наказал так сильно, что мальчик бежал из дома и долго не мог потом привыкнуть к отцу и опять полюбить его. “Родители мои, – говорит Лютер, – держали меня сурово, отчего я и сделался робким. Их строгость и суровая жизнь, которую я вёл с ними, были причиною того, что я впоследствии ушёл в монастырь и сделался монахом. Побуждения их были прекрасны; но они не умели различать особенностей характера, с которыми всегда должны быть соразмеряемы и наказания”. ... Религиозность родителей придала этому миру религиозную окраску. Но религия не доставляла мальчику никакой отрады. В этом отношении на Лютере сказалось влияние матери. Христос казался ему грозным неумолимым судьёй, при одном имени которого мальчик бледнел от страха. “Я постоянно был занят мыслью, – рассказывает Лютер о своём детстве, – сколько мне нужно совершить добрых дел, чтобы умилостивить Христа, от которого, как от неумолимого судьи, как мне говорила мать, многие убегали в монастырь”».133
Сравнивая эти два повествования, видим, что реальная история расходится с версией Э. Уайт, об этом говорят и другие источники о жизни реформатора.
Другой пример искажения биографии Лютера в интерпретации Э. Уайт касается причины принятия монашества.
«Однажды, просматривая книги в университетской библиотеке, Лютер обнаружил латинскую Библию. ... Со смешанным чувством благоговения и изумления он перелистывал священные страницы; с бьющимся сердцем, трепеща, читал он слова жизни... Ангелы небесные окружали его, и лучи света, исходящие от престола Божьего, открыли ему сокровища истины. Он всегда боялся оскорбить Бога, а теперь, как никогда раньше, глубоко осознал своё греховное состояние. Твёрдое желание получить прощение грехов и обрести мир с Богом побудило его поступить в монастырь».134
Вопреки этому «вдохновенному» рассказу мы имеем рассказ самого Лютера об обещании стать монахом. Лютер писал в «Застольных беседах» 1539 года о том, как на пути в университет его застал страшный ураган. И во время страшных вспышек молний и грома он в ужасе закричал, обращаясь к св. Анне: «Помоги, святая Анна, я стану монахом!». Вскоре, по свидетельству историка Ричарда Мариуса135, он пожалел, что дал такое обещание Богу. Об этом случае в своей книге «На сём стою» пишет и Рональд Х. Бейнтон, специалист по истории Реформации и, возможно, самый известный биограф Мартина Лютера: «Непосредственным поводом для его решения уйти в монастырь стала неожиданная встреча со смертью в тот знойный июльский день 1505 года. Было ему в то время двадцать один год, учился он в Эрфуртском университете. На пути в университет после визита к родителям внезапно его поразила молния. Тот миг стал развязкой драмы его существования. Был Бог всемогущий, Христос непостижимый, и все ухмыляющиеся демоны, выскакивающие из своих укрытий в пруду и лесу, чтобы с злобными ухмылками схватить его за вихры и утащить в ад. Неудивительно, что он взывал к своей святой покровительнице, святой Анне: “Святая Анна, помоги мне! Я стану монахом!”»136.
Итак, не вследствие изучения Библии М. Лютер решил уйти в монастырь и стать монахом, а по причине страха неминуемой смерти.
М. Лютер и «лестница Пилата»
Э. Уайт так описывает опыт Лютера, связанный с «лестницей Пилата»: «Однажды, когда Лютер благоговейно на коленях поднимался по ней, вдруг громоподобный голос произнёс: «Праведный верою жив будет» (Рим.1:17). Он вскочил на ноги и с ужасом и стыдом поспешно удалился. И с тех пор эти слова библейского текста всегда звучали в его душе»137.
Однако, в своём сочинении «Труды Мартина Лютера», т.51, Лютер не писал о «громоподобном голосе». Он предпринял подъем по лестнице на коленях, желая вызволить душу своего деда из чистилища. Но, поднявшись и встав с колен, задал себе вопрос: «Кто может знать, так ли это?»138. Это подтверждает и Роланд Бейнтон: «На коленях он поднимался на лестнице Пилата, повторяя Pater Noster на каждой ступеньке и целуя её в надежде избавить душу от чистилища. Лютер сожалел, что его отец с матерью ещё не умерли и не пребывают в чистилище, чтобы он мог протянуть им руку помощи. Не имея такой возможности, он исполнился решимости освободить из чистилища дедушку Гейне. Все выше и выше карабкался он по лестнице, с поцелуем и Pater Noster на каждой ступени. Достигнув вершины, Лютер распрямился и произнёс – нет, не те слова, которые приписывает ему легенда: «Праведные верою жить будут», – нет, много ему ещё предстоит пережить, прежде чем он придёт к этому убеждению. В действительности же он воскликнул: “Кто знает, так ли это?”».139
Вопреки другому утверждению Э. Уайт о том, что «когда он отвернулся от Рима, то «отвернулся» от него всем сердцем, и с того времени началось его удаление от папской церкви, пока наконец он окончательно не порвал всякую связь с ней»140, историки свидетельствуют об обратном. Так, Мартин Брехт, ведущий лютеранский учёный, написавший его биографию, отмечает: «...в Риме он был богат благодатью, и благодаря этому преобладало положительное впечатление. Только позже появилась критическая и полностью негативная оценка римского опыта. Но даже тогда он не стал бы их отрицать»141.
Не было никакого голоса с неба в Риме, не было и абсолютного отвержения католицизма. Заданный Лютером самому себе вопрос наверху лестницы и его новое понимание Рим.1:17 никак не связаны. По словам Лютера, лишь в 1518–1519 гг., то есть, на десять лет позже, он сравнил слова «праведный верою жив будет» (Рим.1:17) с «открытыми вратами в рай»142. Э. Уайт соединила события разных лет, поместила их в один временной промежуток для усиления эмоционального воздействия на читателя, позаимствовав вымышленные слова из книги д’Обинье о голосе с неба!
К такому недобросовестному отношению к фактам автор часто добавляет приём смещения акцентов. Так о внутреннем конфликте Лютера Э. Уайт цитировала его слова Лютера из книги д’Обинье:
«“Я и в самом деле был благочестивым монахом, – говорил он впоследствии, – и исполнял предписания ордена точнее, чем это можно себе представить. И если бы кто-либо из монахов своими подвигами мог бы заслужить Царство Небесное, то я, без сомнения, имел бы на это право... Если бы такое положение продлилось ещё немного времени, то я довёл бы себя до могилы”143»144.
В следующем абзаце она делает следующий вывод:
«Когда Лютеру стало казаться, что уже все потеряно, Бог послал ему друга и помощника. Благочестивый Штаупиц помог Лютеру понять Слово Божье; отвлёк его внимание от самого себя, помог освободиться от гнетущего сознания вины за нарушение Закона Божьего и направил его взор на Иисуса».145
Из слов Лютера ясно, что его угнетало нарушения «предписаний ордена», а не «закона Божьего», но цель комментария Э. Уайт снова продвинуть тему закона, декалога и, в частности, субботы как краеугольного камня в вопросе спасения, отсюда и ее собственная интерпретация.
Индульгенции, добрые дела и оправдание по вере
Известно, что всевозможные вымыслы и искажения приходят, когда, первоначальный смысл того или иного явления в сознании людей утерян. Так произошло и с индульгенциями – неопротестанты трактуют их как обещание папы римского к прощению всех грехов и освобождению душ умерших из чистилища. Вот что пишет об индульгенциях частности, Э. Уайт:
«Католическая церковь вела торговлю благодатью Божьей. ... Под предлогом сбора средств для постройки храма святого Петра в Риме папой была открыта всенародная продажа индульгенций; грехи прощались за деньги. ... Но то, что должно было послужить величию Рима, нанесло его могуществу и великолепию самый сокрушительный удар. Действия папства привели к появлению его самых решительных и сильных врагов...
Чиновник по имени Тецель, руководивший продажей индульгенций в Германии, был ранее уличён в самых низких преступлениях против общества и Закона Божьего, но избежал заслуженного наказания, более того, ему поручили осуществлять корыстолюбивые и бессовестные замыслы папства. С неподражаемым бесстыдством он рассказывал самые невероятные басни о чудесах, стремясь прельстить невежественный и суеверный народ. Если бы Слово Божье было доступно людям, то их нельзя было бы обмануть так легко. Библию потому и скрывали от народа, чтобы держать его под контролем римской церкви и умножать власть и богатство её высокомерных вождей146.
Впереди Тецеля, вступавшего в город, шёл глашатай, восклицавший: “Благодать Божья и святого отца теперь у ваших ворот”147. ... Он объяснял, что индульгенции отпускают их обладателю грехи, которые тот совершает как в настоящем, так и в будущем, и что даже «нет необходимости в раскаянии”148. Более того, он уверял своих слушателей, что индульгенции обладают силой спасать не только живых, но и умерших, и “стоит только деньгам зазвенеть в его ящике, как душа вылетает из чистилища и попадает на небо”149».150
Итак, по утверждению Э. Уайт и процитированных ею протестантских авторов, читатель начинает думать, что под благовидным предлогом постройки собора ап. Петра паписты продают бумажки с обещанием отпущения грехов, как живых, так и мёртвых христиан. При этом они обманом вымогают деньги не на постройку собора, а ради личного обогащения.
Отвергая151 пагубную идею индульгенций как лжеучение католиков, все же стоит разобраться, как было на самом деле.
Что такое индульгенция?
Индульгенция (лат. indulgentia от лат. indulgeo – милость, снисходительность) – в Римско-католической церкви освобождение от наказания (кары) за грехи, в которых грешник уже покаялся и вины, которая уже прощена в таинстве исповеди. Индульгенция могла выступать в качестве замены церковной епитимьи152.153 Например, после исповедания определённого греха католический священник налагал на кающегося заведомо неисполнимую епитимью, которую человек по физической немощи никак не мог исполнить, скажем, большое количество земных поклонов или весьма строгий пост. И, чтобы исполнить физически неисполнимую епитимью или частично «исполнить» её, и была нужна индульгенция. Человек платил в казну церкви определённую сумму и таким образом «закрывал» вопрос наложенной ему епитимьи. Но покаяние и исповедь не отменялась, как о том заявляют неопротестанты. Деньги же от индульгенций действительно поступали на постройку собора ап. Петра.
По католическому учению епитимья необходима для удовлетворения правосудию Божию за грехи человек. Удовлетворение можно принести либо самостоятельно, выполнив требования епитимьи, наложенной священником, либо через других, подразумевая жертву Христа и Его святых. Второй путь намного совершеннее первого, т.к. «по учению латинской Церкви, удовлетворения, совершенные Иисусом Христом, далеко превосходят наказания, заслуженные грехами людей, и весьма многие из Святых принесли Богу удовлетворение, гораздо большее того наказания, которого заслуживали их грехи. Эти преизобилующие удовлетворения составляют у латинян так называемую духовную сокровищницу Церкви, из которой, по их мнению, законный предстоятель может брать потребную часть и усвоять её кающимся, под условием совершения добрых дел, им предписанных».154 Епитимья по сути и была теми «добрыми делами», которые ожидались от кающегося грешника. Таким образом и индульгенция становилась таким же «добрым делом». Она не была отпущением грехом, но заменяла епитимью, временное наказание за грех.
«Известно, что полная индульгенция, дарованная буллою римского папы Льва X от 13-го сентября 1517 года верующим 25-ти церковных областей, которые вместе с покаянием, сокрушением и исповедью, должны были способствовать своими пожертвованиями к окончанию базилики св. Петра в Риме».155
Именно против учения католицизма о таких «добрых делах» и выступал М. Лютер, когда говорил о важности оправдания верой! Впоследствии первоначальная суть его учения, осуждающего индульгенции как добрые дела была протестантами забыта и, как следствие, искажена.
Только в эпоху Возрождения индульгенция стала пониматься как средство отпущения грехов (совершенных или будущих) за деньги, независимо от того, исповедовался ли человек или нет, и именно в такой интерпретации его подхватил неопротестантизм, хотя католические богословы это понимание однозначно отвергают.156
В 1567 году папа Пий V полностью запретил предоставление индульгенций за деньги и иные пожертвования.157
Но как же чиновник Тецель, торговавший благодатью Божией? К сожалению, Тецель был из тех, кто своего не упустит. В любом самом благом деле, связанном с финансами, найдётся человек с грязной душой и липкими руками, для кого все средства хороши, если они приносят хороший доход. Рекламируя возможность «купить благодать», можно получить больше денег, при том, что проверить, сколько средств было собрано, и сколько сборщик взял на свои нужды, невозможно.
В комментируемом отрывке Э. Уайт также заявляет, что Библия сама по себе спасает людей от обмана. Отнюдь! Пример всего протестантизма и неопротестантизма показывает обратное. Мы видим, что и многочисленные харизматические секты, проповедующие «евангелие процветания», опираются на отдельные тексты Писания, и многие общины адвентистов и пятидесятников постоянно собирают деньги от верующих, аргументируя это ветхозаветным учением об обязательной десятине, которое в Новом Завете отменено. Известно об огромном количестве злоупотреблений в самочинных собраниях, когда большая часть собранных денег идёт на личное обогащение служителей и разного рода сомнительные проекты. Это наглядно показывает, что использование Писания в отрыве от учения Церкви всегда приводит к ложным учениям, основанных на изменчивых умствованиях грешных людей.
Учение Церкви об исхождении Духа Святого и исповедание М. Лютера
В 1910 году был издан первый серьёзный труд Николая Дмитриевича Терентьева «Лютеранская вероисповедная система по символическим книгам лютеранства». В ней он приводит цитату из писем Лютера к Цвингли. Вот одна из цитат: «Если мир ещё долго будет существовать, то я возвещаю, что при различных толкованиях Писания, которые находятся у нас, не остаётся другого средства поддержать единство веры, как принять решения Соборов и прибегнуть под защиту церковной власти»158.
Говоря об учении Лютера, важно знать, во что он верил. В частности, он унаследовал от католиков еретическое учение «филиокве» ( с латинского – «и от Сына») – добавление к тексту Никео-Константинопольского символа веры, сделанное в VII веке Западной (Римской) церковью в догмате о Троице – об исхождении Святого Духа не только от Бога-Отца, но «от Отца и Сына», хотя в Писании сказано: «Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне» (Ин.15:26); «Утешитель же, Дух Святой, Которого пошлёт Отец во имя Моё, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Ин.14:26).
Константинопольский Собор 1484 г. торжественным образом принял следующее определение об исхождении Святого Духа:
«Поэтому мы душой и помышлением веруем, а языком проповедуем и исповедуем, что всемогущий и Святой Дух оным неизреченным и вечным прохождением (πρόοδον), по слову Господню, исходит (ἐκπορεύεται) от Бога и Отца, то есть единственно из Отеческой ипостаси по сущности Его, причём Сын совершенно ничего не привносит в исхождение Святого Духа и не посредствует в нем, чтобы не мыслилось в Троице двух причин или двух начал в Нетварном Божестве, поскольку рождать и изводить – это свойство не сущности, но ипостаси, причём только Отеческой. Таким образом, мы ведаем, что единый источник и причина (αἰτία) Тех, Что от Него, – это Бог-Отец <…> А от тех, кто об исхождении Святого Духа иначе мыслит, или проповедует, или вопреки истине держится этого мнения и пустословно провозглашает его, мы отвращаемся как от еретиков и предаём анафеме».159
Ересь «филиокве» стала одной из основных причин отпадения Рима от Единой Апостольской Церкви. Вслед за Лютером практически все протестанты и неопротестанты приняли эту ересь, она стала частью их лжеучений. Так, в вероучительной книге адвентистов «В начале было Слово», в разделе о Духе Святом говорится: «Посланный Отцом и Сыном, чтобы всегда быть с детьми Божьими…».160
Отношение М. Лютера к Писанию
В своих сочинениях Э. Уайт называет Лютера «защитником истины», описывает, что «Ангелы небесные окружали его, и лучи света, исходящие от престола Божьего, открыли ему сокровища истины»161. В книге «Духовные дары» она пишет: «Я видела, что Лютер был пылким и ревностным, бесстрашным и смелым в осуждении греха и отстаивании истины»162 .
Однако, реальный Лютер весьма далёк от Лютера, придуманного Э. Уайт. В своём сочинении «Застольные беседы» Лютер так писал о Христе: «Христос совершил прелюбодеяние, во-первых, с женщиной у колодца, о которой нам рассказывает святой Иоанн. Разве не все вокруг Него говорили: “Что Он делает с ней?” Во-вторых, с Марией Магдалиной, а в-третьих, с прелюбодейкой, которую Он так легко отпустил»163; «Таким образом, даже Христос, который был таким праведным, должно быть, был виновен в прелюбодеянии до того, как умер».164
Как видно из его памфлетов и записок, Лютер не стеснялся в выражениях, говоря о библейских персонажах, подвергал сомнению не только отдельных людей, упомянутых в Библии, но и целые книги, отрицая их богодухновенность. Думаю, не секрет для адвентистов, что послание Иакова особенно не нравилось отцу Реформации, и он называл его «соломенным посланием», намекая, что в нём нет живительной силы Духа Божьего и оно годится разве для сожжения. «Нужно исключить это Послание из университетской программы, потому что оно пустое. В нём нет ни слова о Христе, у него нет даже имени, если не считать одного упоминания в начале. Думаю, что оно было написано евреем, который слышал о христианах, но не присоединился к ним».165
Подобным образом он воспринимал и книгу Откровение. «Что касается этой книги Откровения Иоанна, я предоставляю каждому возможность составить собственное мнение. В этой книге мне не хватает многих вещей, и это заставляет меня считать её не апостольской и не пророческой... Я ни в коем случае не стану утверждать, что она была написана Святым Духом..., предполагается, что благословенны те, кто хранит то, что написано в этой книге, но никто не знает, что это такое, не говоря уже о том, чтобы хранить это... Мой дух не может смириться с этой книгой... В ней нет ни учения, ни знания о Христе... Многие пытались её прочесть. Но до сегодняшнего дня они не обращали на него внимания, особенно потому, что некоторые из древних отцов церкви считали, что это не работа святого апостола Иоанна... Мы, со своей стороны, разделяем это сомнение».166
В этом выражении виден дух Лютера, дух бунтовщика, который меряет глубины откровений Духа Божьего своим ограниченным, грешным, мятежным умом! И этот принцип – составлять своё собственное мнение о божественных откровениях, – всевозможные последователи Лютера усвоили на «отлично». Мир полон людьми, которые основывают своё принятие или непринятие библейских откровений исключительно на своём разуме. Таковые создают всё новые и новые учения, утверждая, что источником их учений является Священное Писание. Не стала исключением и организация АСД.
Лютер. Священное Писание и Священное Предание
Э. Уайт пишет о М. Лютере: «Ревностный, пламенный и преданный, не знающий другого страха, кроме Божьего, не признающий иного основания для веры, кроме Священного Писания, Лютер явился тем человеком, через кого Бог совершил великую работу по преобразованию церкви и просвещению мира».167
И это тоже неправда. М. Лютер, несмотря на свои метания между Писанием и Преданием в течение своей реформаторской деятельности к концу жизни был вынужден признать несомненную значимость Священного Предания. Он выступал против католических искажений и установлений, которые противоречили Священному Писанию, не отрицая важности истории, традиции и опыта Церкви.
Неопротестанты, в отличие от своего вдохновителя, полностью отвергли историю и духовный опыт Церкви как Тела Христова, выраженный в трудах святых отцов, толкованиях священных текстов, соборных постановлениях Единой Церкви первого тысячелетия. Поставив во главу угла принцип «Sola Scripture», а вернее, свои толкования Писания, лишившись Духа и оставив букву, наплодили многочисленные ереси.
Если бы принцип «Sola Scripture» был верен, то после Лютера не появилось бы множество всевозможных религиозных групп с различными противоречащими друг другу учениями, каждое из которых подтверждает свои ереси библейскими текстами. Проблема протестантизма в том, что им изначально была воспринята и усилена ложная предпосылка. А если начало ложное, то последующее истинным быть не может. Апостол так выразил эту мысль: «Если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви» (Рим.11:16).168
Вначале М. Лютер желал только исправить проблемы, имевшие место в Католической церкви. Он не выдвигал тезиса о том, что Церковь пала, и, значит, необходимо создать «новую церковь», как это делают адвентисты. Тема не менее, начав отделять Св. Писание от Св. Предания, толкуя Священное Писание по – своему, Лютер «дал зелёный свет» для создания всевозможных сект, в которых каждый мог толковать Писание как ему угодно.
Если по утверждению неопротестантов Св. Писание «объясняет само себя» и нет нужды в Св. Предании, то, почему самому М. Лютеру потребовалось написать 119 томов своих сочинений, содержащих почти 80 000 страниц – проповедей, лекций, трактатов, объясняющих/толкующих Св. Писание, а также 15 томов его перевода Библии на немецкий язык и ещё 18 томов писем богословского содержания? Почему, если Писание «толкует само себя», Э. Уайт потребовалось написать, пусть и с помощью плагиата, 4600 различных статей, 24 книги, более 2000 брошюр, 6000 рукописей, массу проповедей, дневников, писем, что в совокупности составило более 100 000 страниц?
Само наличие таких сочинений обличает ложную доктрину протестантизма «Sola Scriptura», иначе М. Лютеру и Э. Уайт не пришлось бы написать десятки тысяч страниц комментариев, объяснений и полемики для своих последователей. По сути, отвергнув Церковь и ее учение, протестантизм и неопротестантизм придумывали, формулировали и аргументировали свои лжеучения, создавая собственные «предания», которые потом передавались от создателей-лжеучителей к их самодеятельным общинам.
Подобное к подобному. О ложном смирении
«Хотя Лютер в этой работе был руководим Духом Божьим, ему предстояла самая суровая борьба».169
«Он был избавлен от гордости и самоуверенности, к которым так часто приводит успех».170
Обращаясь к высказываниям М. Лютера, можно видеть не смиренного и скромного христианина, а высокомерного и гордого протестантского папу. Читая его грубые, порой непристойные памфлеты и комментарии, убеждаешься, что не Божественный Дух руководил им, но собственный плотской ум, несмотря на многочисленные утверждения, что именно Бог вдохновляет его.
В своих сочинениях171 он писал: «Когда я гневаюсь, я выражаю не свой гнев, а гнев Божий»; «Они будут уважать наше учение, которое есть слово Божье, произнесённое Святым Духом через наши уста»; «За тысячу лет Бог не одарил ни одного епископа такими великими дарами, как меня»; «Бог назначил меня правителем всей Германии, и я смело заявляю, что, когда вы подчиняетесь мне, вы, без сомнения, подчиняетесь не мне, а Христу»; «Тот, кто не повинуется мне, презирает не меня, а Христа» «Я верю, что мы – последний глашатай, возвещающий о пришествии Христа». «То, чему я учу и о чём пишу, останется верным, даже если весь мир рухнет из-за этого»; «Тот, кто отвергает моё учение, не может спастись»; «Никто не должен восставать против меня».
Конечно, подобное восприятие себя божественным глашатаем не появилось сразу, но это закономерный итог гордой воли, дерзнувшей «реформировать» христианскую веру. Такое же самовосприятие можно наблюдать и у Э. Уайт, провозгласившей себя Божьей вестницей. Так, Дж. Найт в своей книге «Общаясь с Еленой Уайт» пишет, что «Эллен Уайт никогда не сомневалась в Божественном характере своего особого призвания. Относительно своего первого видения в декабре 1844 года она смело заявила, что “Дух Святой сошёл” на неё и дал видение (см. Ранние произведения, с. 14). Относительно второго видения Эллен сказала следующее: “Господь… велел мне идти и рассказывать другим то, что Он открыл мне” (Очерки жизни Елены Уайт, с. 69)»172. И далее Дж. Найт продолжает: «3 октября 1904 года в Батл-Крике перед аудиторией в две с половиной тысяч человек Елена Уайт заявила, что она не притязает на звание пророчицы. ... в июле 1906 года Елена Уайт опубликовала дополнительное объяснение своего спорного высказывания. “…Я не имею никаких притязаний, кроме одного: я призвана Богом быть Господней вестницей; Он призвал меня в юности быть Его вестницей, принимать Его слово и нести ясную и определённую весть во имя Господа Иисуса. Ещё давно в моей юности меня спрашивали несколько раз: пророчица ли ты? Я всегда отвечала, что являюсь Божьей вестницей. Я знаю, что многие называют меня пророчицей, но я не притязаю на это звание”. С другой стороны, она заметила: “Если другие называют меня пророчицей, что ж, я не спорю с ними” (Избранные вести, т. 1, с. 31, 32, 34)»173.
Именно этот гордый дух протеста объединяет Лютера и всех его последователей, включая Э. Уайт. Из истории Яна Гуса и Иеронима можно видеть, что они не столько протестовали против Римско-католической церкви как таковой, но против существовавших в ней злоупотреблений, против грехов в ней. Более того и Ян Гус, и Иероним в поисках истины убедились в истинности Православной Церкви. Лютер же, познакомившись с Православием, не принял его, но пошёл своим путём, придумал новое учение и увлёк в созданное им сообщество множество людей. Но Церковь нельзя создать заново, Дух Божий всегда с тем собранием, которое создал Христос. И, если человек послушен Духу Святому, если всем сердцем ищет истину, то Бог укажет ему верную дорогу, обязательно приведёт его в Свою Церковь.
Мартин Лютер не был избавлен «от гордости и самоуверенности», иначе будучи монахом не попрал бы свои обеты, никогда не совершил бы свою безумную «реформацию», приведшую к гибели сотен тысяч людей. Именно он, провозгласив право объяснять боговдохновенные тексты самочинно – это ли не гордость и самоуверенность? А потом по тем же причинам начал преследовать тех, кто не согласен с его толкованиями.
Все (нео)протестанты вслед за Лютером понимают и толкуют священные тексты Библии своим умом, утверждая, что так им открывает Бог по их молитве. Э. Уайт приводит следующую цитату:
«Лютер писал, обращаясь к своему единомышленнику: “Мы не добьёмся понимания Священного Писания ни усиленными занятиями, ни напряжением своего интеллекта. Твоя первая обязанность – начинать с молитвы, умоляя Бога, чтобы Он в Своей великой милости открыл тебе истинный смысл Своего Слова. Ибо единственным толкователем Слова Божьего является Сам Автор этого Слова, и Он Сам так сказал: 'И будут все научены Богом’. Не надейся достигнуть чего-либо собственными усилиями; не полагайся на свой ум; полагайся только на Господа и на влияние Его Духа. Поверь мне как человеку, пережившему все это на личном опыте”174».175
И далее: «Для борьбы с силами зла недостаточно человеческой мудрости и разума. Если враги Лютера ссылались на обычаи и традиции или же на постановления и авторитет папы, то реформатор обращался к Библии и только к Библии».176
Сегодня мы видим, как члены различных самочинных собраний обращаются к Библии и только к Библии, имеют разные вероучения, существенно отличающиеся друг от друга. Почему?
И как получилось, что католический монах, давший обет Богу, знавший, что Церковь имеет на протяжении своей истории множество святых Божьих учителей, не обратился к ним, не стал искать истину в первом тысячелетии неразделенной единой Церкви, а решил самостоятельно «реформировать» христианскую веру.
Писание говорит, что «никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым» (2Пет.1:20–21).
Апостол Пётр пишет, что в посланиях апостола Павла «есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутверждённые, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания» (2Пет.3:15–16).
Несмотря на эти предупреждения, Лютер самонадеянно утверждал, что им руководит Дух Святой, якобы объяснявший ему смыслы священных текстов, но на самом деле он был самозванцем.
Слова о надежде на Господа хороши, но они не ограждают самочинников от заблуждений. Отвергнув Церковь, человек неминуемо попадает в сеть самости, в которой враг крутит его разумом как захочет. Оттого и толкования одного и того же человека разнятся в разное время его жизни. И как быть уверенным, в какой период жизни толкование его вдохновлено Богом и, значит, верно? К выводу о ненадёжности человеческого разума пришла и Э. Уайт, но к верному решению обратиться к Церкви для верного понимания Писания она, как и Мартин Лютер, так и не пришла.
«Вместо того, чтобы учиться тайнам христианского богословия в творениях св. отцов Церкви, Лютер хотел непосредственно своим собственным умом проникнуть в сии Божественные таинства. Для этого он с большим усердием читал св. Библию. Некоторые из умных монахов, предохраняя учёного собрата своего от горделивой самонадеянности, говорили ему, что Библию читали и все еретики. Лютер не слушал советников. Читая день и ночь, он усердно молился, изнурял себя постом и даже бичеванием, и был постоянно печален и мрачен. Даже служение Литургии ему, принявшему сан священника, не сообщало утешения. Тогда Библию у него отняли. Духовник его старый монах старался утешить Лютера в непрестанной скорби его о грехах своих надеждою на милосердие Спасителя и Господа нашего Иисуса Христа. Несмотря на эти утешения, душу Мартина обуревали мысли до того страшные и ужасные, что он был близок к отчаянию. Другим утешителем явился к нему генерал-викарий ордена Августинцев в Мейсене и Турингии Иоанн Штаупитц. Но и этот добрый человек, советовавший молодому монаху не смущаться много мыслями о своей греховности, мало помог больной душе. Раз Лютер на несколько дней заперся в келье, не ел, не пил, и впал в такую тоску, что дошёл до совершенного изнеможения. Монахи разломали двери у его кельи и только звуками музыки могли привести его в сознание».177
Такое состояние Лютера напоминает беснование царя Саула, которого в чувство мог приводить лишь Давид, играя успокаивающую царя музыку.
«Тем не менее Лютер не до конца разочаровался в учении католицизма. Но, сравнивая святые истины с папским учением и постановлениями, он приходил в изумление. “Я читаю, – писал он, – папские указы и... не знаю – является ли папа самим антихристом или же его апостолом – настолько Христос оболган и распят в его документах”178».179
Воспротивившись злоупотреблениям папства, Лютер устроил революцию. Вместе с грязной водой он «выплеснул» и «ребёнка».
«Публичным объявлением реформатор созвал студентов и 10 декабря 1520 года, в девять часов утра, сопровождаемый толпою студентов и самых докторов Виттенбергского университета, вышел к Элстерским воротам сего города. Здесь воздвигли и зажгли костёр; Лютер собственноручно бросил в огонь сочинения о правах Папы, в том числе и каноническое право всей вселенской Церкви, сочинения своих противников и папскую буллу. Бросая в огонь буллу, он промолвил; «так как преогорчил ты святого Божия человека, то и тебя да преогорчит и да сожжёт огонь вечный»: Это был решительный шаг к отпадению Лютера не только от Римской, но и от самой вселенской Церкви, с которою связующим звеном служат ещё для Рима каноны Апостолов, Соборов и святых Отцов. Но беда совершалась не для одной добровольно отпадавшей от церкви личности реформатора. От пламени Лютерова костра должен был возгореться факел страшных междоусобных войн в западной Европе первоначально за веру, потом за самое устройство государственной жизни. В реформации церковной, задуманной Лютером, полагались семена для революций государств западной Европы. ...
Между тем в Виттенберге и по всей Германии не замедлили обнаружиться последствия Лютерова учения, неблагоприятные не для церкви одной, а и для государственной жизни. ... Крестьяне под христианской свободой, ο которой проповедовал Лютер, говоря, что не должно стеснять христиан в их верованиях и насиловать их совесть, – разумели освобождение от податей и барщины. Сначала они поступали умеренно и обращались к реформатору и другу его Меланхтону со своими жалобами на помещиков. Но постановлений их не послушали. Повсеместно во Франкони, Шваби, Турингии возникли мятежи, везде шатались, грабя и опустошая, многочисленные шайки мужиков. Они не щадили ни замков, ни церквей, ни монастырей; каждого попадавшегося рыцаря и дворянина разъярённые крестьяне сажали на кол или обезглавливали. Лютер, который по первым слухам о церковных неустройствах в Виттенберге, оставил Вартбург и прибыл в Виттенберг, говорил много против новых учителей и бунтовщиков. Кроме того, он написал сочинение «против мужиков, убийц и разбойников». Крестьяне ничему не внимали. Тогда реформатор стал давать князьям и дворянам советы убивать крестьян как бешеных собак. ...
В Турингии во главе возмутившихся крестьян стал Фома Мюнцер, ученик Лютеров, который, будучи прежде священником в г. Цвикау, выгнан был отсюда за мятежные речи. Мюнцер хвалился особенными откровениями180 от Бога, посредством которых сущность христианской свободы сделались ему будто бы яснее, чем Лютеру. Он проповедовал народу, что по Божественному ему откровению надлежит основать новое христианское царство, в котором должно господствовать полное равенство и все имущества должны сделаться общими, не нужно ни государя, ни начальства, ни дворян, ни духовенства. Мятеж, возбуждённый Мюнцером, скоро был усмирён, но некоторые из приверженцев Мюнцера спаслись в Голландии. Здесь они нашли себе сообщников и всех присоединившихся к их общине стали перекрещивать на том основании, что крещение де младенцев не действительно, так как младенцы ничего не понимают; а в Священном Писании крестить младенцев не предписано. Так образовалась существующая доселе секта анабаптистов или перекрещенцев. Некоторые из анабаптистов перебрались в Вестфалию и, поселившись здесь в городе Мюнстере, произвели большие возмущения, которые были подавлены только в 1562 г.181 Один из немецких историков (Грубе), описывая означенные нами события в связи с реформой Лютеровой, замечает при сём: “тут открылось, как легко переступить законную меру, как скоро может перейти реформа к революции”182».183
Но, Э. Уайт, как и все наследники М. Лютера, продолжают настаивать на исключительно миролюбивом учении родоначальника протестантизма, представляя реформацию, – которую невозможно назвать иначе, как восстанием, революцией приведшей и продолжающей приводить к гибели множество душ человеческих, – как нечто положительное, великое и богоугодное.
«Реформация не окончилась, как многие предполагают, со смертью Лютера. Она должна продолжаться до окончания истории мира. Лютер совершил великую работу, распространяя свет, дарованный ему Богом, однако, это был не весь свет, в котором нуждался мир. С того времени и до наших дней со страниц Священного Писания постоянно исходит свет, помогающий открывать истину».184
Великая ложь адвентизма! В этом учении постоянно смешивается истина с ложью. К грязи реформации пришивают ярлык «Священное Писание» и выдают это за нечто чистое и ценное. Апостол ясно сказал, что Церковь уже получила «веру, однажды преданную святым» (Иуд.1:3). Вера выражается или заключается во вполне конкретном учении, которое сохранялось и сохраняется Церковью с самого её начала и до наших дней. Утверждать, что реформация, утопившая в страданиях и крови тысячи людей – это «великая работа» от Бога, значит клеветать на Бога. Утверждать, что Бог что-то не открыл миру из того, что важно для наследования спасения, значит представить Бога лживым, обманувшим через апостола Иуду всю Церковь и всех, входивших в неё. «Церковь Бога живаго, [есть] столп и утверждение истины» (1Тим.3:15). В лоне этой Церкви, Теле Христовом, Которому дан Дух Святой навсегда, имеющей полноту учения о спасении, родились священные тексты Нового Завета, которые святые Божии мужи, поставленные Богом, толковали и объясняли членам Церкви на протяжении непрерывной ее истории. Но те, кто не приложился к этой Церкви, этого не понимают.
Все протестанты и неопротестанты любят повторять на разные лады следующие слова Лютера:
«Я согласен ... от всего сердца, чтобы каждый – от императора до самого скромного христианина – читал и критиковал мои труды, но только при условии: делать это во свете Слова Божьего. Людям не остаётся ничего другого, как только повиноваться Священному Писанию. Я сам всецело предан ему, и бесполезно принуждать мою совесть».185
Повиноваться Священному Писанию в толковании Церкви Христовой – это одно, а быть «всецело преданным» собственной интерпретации священных текстов – это совсем другое.
Однако, Священное Писание всегда обличает недобросовестных толкователей. Истина гармонично согласует все священные тексты, ереси всегда характеризуются изъятием одних текстов и педалированием других. Мы покажем далее, что учение адвентизма совершенно не соответствует Священному Писанию и надеемся, что, если адвентисты действительно ему верны, то отвергнут ложь адвентизма и обратятся к истине, придут в Православную Церковь, станут на путь спасения.
Должны ли мы подражать Мартину Лютеру?
Посмотрим, насколько пример отца реформации актуален для тех, кто желает быть верным Богу. В 1883 году на страницах издания «Знамения времени» пророчица адвентизма провозгласила:
«Благодаря божественной милости, даровавшей миру таких людей, как Мартин Лютер и его соратников, мы получили свободу поклоняться Богу в соответствии с велениями нашей совести. Мы, живущие на пороге конца времён, должны подражать благородному примеру великого реформатора. Подобно Лютеру, мы должны стремиться к глубокому и всестороннему познанию слова Божьего. Нашей высшей целью должно быть твёрдое, как скала, положение, когда твердыни истины подвергаются нападкам со стороны неверующего мира и безбожной церкви. В грядущем конфликте тысячи людей будут призваны подражать стойкости и мужеству Лютера»186.
А вот что она писала в своём творении187, предшествовавшем книге «Великая борьба» :
«The elector saw that there was a general breaking down of the moral restraints of society. A great work of reform was needed. The complicated and expensive arrangements to restrain and punish crime would be unnecessary if men but acknowledged and obeyed the requirements of God and the dictates of an enlightened conscience. He saw that Luther was laboring to secure this object, and he secretly rejoiced that a better influence was making itself felt in the church»; «Курфюрст увидел, что происходит общее разрушение моральных устоев общества. Требовалась масштабная реформа. Сложные и дорогостоящие механизмы сдерживания и наказания преступлений были бы излишними, если бы люди признавали и подчинялись требованиям Бога и велениям просвещённой совести. Он видел, что Лютер прилагает усилия для достижения этой цели, и втайне радовался тому, что в церкви начинает ощущаться его положительное влияние»188.
Однако, согласно многочисленным историческим свидетельствам, Лютер стал разрушителем многих моральных устоев – отказавшись от монашеских обетов, он женился на монахине; не считал грехами пьянство и обжорство, был грубияном и насмешником. Мы знаем из Священного Писания, что, когда Дух Божий овладевает сердцем человека, тот ревностно противостоит своим личным грехам и не оправдывает их. А какой пример нам подаёт отец Реформации?
М. Лютер и честность
На страницах Писания мы находим примеры лжи, сказанной или сделанной ради спасения посторонних людей (напр., см. Ис.Нав.2). Вот что писал об этом блаженный Августин: «Воистину всякая ложь неправедна. Соответственно, когда нам предлагают примеры лжи из Священного Писания, то таковые либо не являют собой случаев лжи, а лишь ошибочно представляются таковыми в силу неверного понимания; либо если они всё же представляют собой случаи лжи, то уже не являются образцом для подражания, поскольку никак не могут быть праведными. Что же до обращения Господа с повивальными бабками евреек и с Раав, блудницей из Иерихона, то Он не от того хорошо обошёлся с ними, что те солгали, а оттого, что они были милостивы к людям Господа. Следовательно, вовсе не обман их был вознаграждён, но человеколюбивая доброжелательность, их добрые намерения и дела, а вовсе не нечестие лжи»189.
Однако, М. Лютер учил, что ложь, нечестность в определённых ситуациях, не связанных с упомянутым выше принципом, не есть грех, но добродетель.
Так, находясь в противостоянии с папой и его прелатами, М. Лютер утверждал, что для достижения нужных целей все средства хороши. «Я считаю допустимым всё, что направлено против обмана и порочности папского антихриста»190. Это «допустимо всё» сродни таким же всевозможным средствам, использовавшимися папистами для борьбы с несогласными с учением католицизма. Так, чем М. Лютер отличался по своей сути от папистов?
Секретарь М. Лютера Макс Ланц цитирует его слова о безопасности лжи ради «христианских церквей» написанные в письме и опубликованном в сборнике «Переписка ландграфа Филиппа Гессенского с Буцером», т.1: «Какой вред может быть от того, что человек солгал во имя благого дела и ради христианских церквей?»191, и далее «Ложь в случае необходимости, для удобства или в качестве оправдания – такая ложь не будет противоречить Богу; Он был готов взять на Себя такую ложь»192.
В своих сочинениях Лютер не смущаясь называет ложь – добродетелью. «Ложь – это добродетель, если она используется для того, чтобы обуздать ярость дьявола, или если она служит чести, жизни и благополучию ближних. ... Ложь во спасение ошибочно называют ложью... её можно назвать христианским и братским милосердием».193 Упомянутый выше биограф Лютера, Питер Вернер, по всей видимости был прав, когда написал, что «общий вывод таков, что Лютер был человеком, для которого идея истины ради истины вообще ничего не значила»194.
Имеют ли значения поступки христианина?
Из трудов Лютера можно увидеть, что нередко он призывал своих последователей поступать правильно. Однако, противореча самому себе он так же писал: «Ты ничего не должен Богу, кроме веры и исповеди. Во всём остальном Он позволяет тебе делать всё, что ты пожелаешь. Ты можешь поступать так, как тебе заблагорассудится, без всякого угрызения совести»195. «Тело не имеет ничего общего с Богом. В этом отношении человек может согрешить не против Бога, а только против ближнего своего».196 Возвысив учение об оправдании на небывалую высоту Лютер, по свидетельству биографа Питер Вернера, утверждал, что «то, что мы делаем и то, как мы поступаем, не имеет ни малейшего значения. Важно лишь то, во что мы верим»197.
Утверждая, что «неважно, что делают люди; важно только то, во что они верят», что «вера отменяет все грехи», а также, что «порой необходимо совершить какой-нибудь грех из ненависти и презрения к Дьяволу»198 Лютер, по сути, открыл врагу Бога ворота в умы и души человеческие. Не происходит ли и нынешнее неуважительное отношение (нео)протестантов к святым Божиим подвижникам от отца Реформации, утверждавшего, что «сами апостолы были грешниками, да, настоящими негодяями… Я верю, что пророки тоже часто грешили»199 . По всей видимости, Лютер приписывал святым мужам нравственные пороки, свойственные ему самому.
Лютер и свобода совести
Как мы помним, Э. Уайт утверждала, что именно Бог дал миру таких людей, как М. Лютер, которые научили «поклоняться Богу в соответствии с велениями нашей совести»200. Но сам Лютер, как и история, говорят об обратном. Известны случаи обезглавливания анабаптистов201 непосредственно с одобрения М. Лютера, «который считал их героизм перед лицом смерти доказательством одержимости дьяволом»202. Так же не секрет, что Лютер был крайним антисемитом. Вот что Лютер говорил на тему возможного крещения еврея: «Если бы мне пришлось крестить еврея, я бы отвёл его на мост через Эльбу, повесил ему на шею камень и столкнул его в воду со словами: “Я крещу тебя во имя Авраама”»203. Якобы переживание за распятие Христа побуждало Лютера писать следующие слова: «Мы должны отомстить евреям и убить их». Он призывал своих последователей «заставлять их [евреев] работать и обращаться с ними со всей строгостью, как это делал Моисей в пустыне, когда он убил 3000 из них»204.
Надо отдать должное тем весьма немногим протестантам, кто не воспринимал «вдохновенные» советы отца Реформации и критиковал его. Одним из таких был Генрих Буллингер – швейцарский реформатор, друг и последователь У. Цвингли, который заявил, что «все должны быть возмущены жестоким и самонадеянным нравом этого человека [Лютера]. Потомки будут считать, что Лютер был не просто человеком, а человеком, которым управляла преступная страсть»205.
Помимо этих высказываний М. Лютер выдавал крайне неприятные слуху (нео)протестанта заявления о женщинах, крестьянах, которых сам же поднял на восстание, а позже советовал убивать и «перерезать глотки» им, как «бешеным собакам». Как и иудеи древности взяли проклятие на себя за убийство Иисуса Христа, так и Лютер принял на себя кровь убитых в Крестьянской войне, провозгласив: «Это я, Мартин Лютер, убил всех крестьян во время восстания, потому что я приказал их казнить. Вся их кровь на моих плечах. Но я возлагаю её на Господа нашего, который повелел мне так говорить»206. Это ли не сумасшествие отступника? И такому человеку призваны подражать (нео)протестанты!
Прочие «горячие» высказывания М. Лютера
Сочинения Лютера показывают его совершенно иным, нежели его представляют себе всевозможные его последователи. Ниже привожу высказывания Лютера на разные темы, оставленные им в его многочисленных сочинениях.
М. Лютер и алкоголь
Лютер не раз признавался, что он любит хорошо выпить. Будучи в Вартбурге он писал: «Я здесь бездельничаю и пьянствую»207. В 1532 году он записал: «Мы едим и пьём, чтобы убить себя, мы едим и пьём до последнего фартинга», а в 1540 году он заявил: «Бог должен считать пьянство незначительным грехом, маленьким ежедневным грехом. Мы действительно не можем с этим справиться. ... До сих пор пьянство мешало мне писать или читать что-то внятное. Живя с мужчинами, я был вынужден жить так же, как они. ... Если у меня есть банка пива, то я хочу и бочонок. ... Я всего лишь человек, склонный поддаваться влиянию общества, пьянству и плотским утехам. ... Во мне нет того, что необходимо для воздержания».208
Если у Лютера не было ничего для воздержания, а, главное, желания, то как он может быть примером для подражания? Как он может быть вместилищем, глашатаем Духа Божьего? Ап. Павел недвусмысленно писал, что пьяницы «Царства Божьего не наследуют» (см. Гал.5:21). Судя же по словам самого Лютера и по свидетельству его современников, Лютер «был склонен к чрезмерному употреблению алкоголя»209, т.е. он был пьяницей. Это подтверждают его слова «Вот уже почти месяц, как меня мучают не только шумы, но и настоящий грохот в голове, возможно, из-за вина, а возможно, из-за козней Сатаны». «У меня болит горло, как никогда раньше; возможно, крепкое вино усилило воспаление, а может, это проделки Сатаны».
Лютер о женщинах
«Хотя женщины стыдятся в этом признаваться, однако Писание и опыт доказывают, что нет ни одной из многих тысяч, кому Бог даровал бы благодать целомудрия».210 Следуя сумасбродному учению Лютера адвентистам следует признать ложь о том, что Мария, Матерь Иисуса Христа и до брака была не целомудренна, т.е. ложь, которую распространяли задолго до лжеца-реформатора иудеи времён Христа. Думаю, именно такое отношение монаха-отступника Лютера к женщинам породило неприятие Богоматери протестантами всех мастей. Помимо этого, священный брачный союз между мужчиной и женщиной Лютер не признавал таковым, называя его «мирским делом». Т.е. он учил, что Бога в этом союзе нет.
«Слово и дело Божье совершенно ясны, а именно: что женщины созданы либо для того, чтобы быть жёнами, либо для того, чтобы быть проститутками»211. Так, после изнасилования монахинь, произошедшего в ночь на Великую субботу 1523 года, Лютер называет гражданина Коппе, организовавшего это преступление, «святым и благословенным разбойником». Такое отношение Лютера к женщинам понятно, т.к. в апреле 1525 году Лютер назвал себя «известным любовником», у которого было «три жены», но он «совершенно не намеревался жениться». Тем не менее, в начале лета того же года он внезапно решил жениться на Екатерине фон Бора объяснив свой поступок так: «Я женился, чтобы насолить дьяволу».
Несмотря на действие смертной казни за двоежёнство, в декабре 1539 года Лютер дал ландграфу Филиппу Гессенскому письменное разрешение взять вторую жену. Когда эта новость распространилась, Лютер написал: «Какой вред может причинить человек, если он скажет хорошую, похотливую ложь ради достойного дела и ради христианских церквей? Лгать по необходимости, из соображений удобства или в качестве оправдания – такая ложь не будет против Бога; Он был готов взять такую ложь на Себя».
Янссен так охарактеризовал отношение Лютера к браку: «Лютер не просто лишил брак его сакраментального характера, но и объявил его чисто внешним плотским союзом, не имеющим никакого отношения к религии и церкви»212.
К женщинам он относился как к машине по рождению детей. «Не имеет никакого значения, если они устанут и изнемогут от деторождения. Пусть рожают детей до самой смерти, для этого они и созданы».213
Ниже приведу высказывания Лютера на разные темы
1) «Я больше доверяю своей жене и своим ученикам, чем Христу».
2) «Бог часто ведёт себя как безумец… Бог парализует стариков и ослепляет молодых, и таким образом остаётся господином… Я смотрю на Бога не лучше, чем на негодяя». Не остаётся сомнений, что бог Лютера – сатана.
3) «Неважно, что люди делают; важно только то, во что они верят».
4) «Иногда необходимо совершить какой-то грех из ненависти и презрения к дьяволу».
5) «Вы должны сказать: мои грехи – не мои, они вовсе не во мне. Это грехи другого, это грехи Христа, и это не моё дело».
6) «Христианство – это не что иное, как постоянное упражнение в ощущении, что у вас нет греха, хотя вы грешите, но ваши грехи возложены на Христа».
7) «Будьте грешником и грешите смело, но верьте ещё смелее».
8) «Сами апостолы были грешниками, да, настоящими негодяями».
9) «Я редко молюсь… Моя непокорная плоть сжигает меня пожирающим пламенем. Короче говоря, я, который должен быть добычей только духа, пожираю своё сердце плотью, похотью, ленью, бездельем и сонливостью».
10) «Вы ничего не должны Богу, кроме веры и исповедания. Во всём остальном Он позволяет вам делать всё, что вам угодно. Вы можете делать, как вам угодно, без всякой опасности для совести».
11) «Поскольку брак и супружеская клятва – это мирское дело, мы, духовенство и служители Церкви, не имеем ничего, что могли бы предписывать или постановлять по этому поводу, но должны позволить каждому городу… следовать своим собственным обычаям и традициям».
12) «Несмотря на всё хорошее, что я говорю о супружеской жизни, я не позволю природе признать, что в ней нет греха… ни один супружеский долг никогда не исполняется без греха».
13) «Супружеский долг никогда не исполняется без греха. Супружеский акт – это грех, ничем не отличающийся от прелюбодеяния и блуда».
14) «Не запрещено, чтобы у мужчины было более одной жены».
15) «Ложь служения ошибочно называется ложью… её можно назвать христианской и братской любовью».
16) «Мы считаем всё допустимым против обмана и разврата папского антихриста».
Перед Крестьянской войной, которую Лютер сам спровоцировал своими проповедями, он так писал о князьях:
17) «Бог предал князей извращённому разуму и намерен положить им конец… Все, что могли делать князья, – это грабить и угнетать народ, взимая налог за налогом и пошлину за пошлиной… Князья – величайшие глупцы и худшие негодяи на земле. Народ больше не может и не будет терпеть вашу тиранию и вашу самонадеянность».
В период войны он написал следующее:
18) «Убить крестьянина – это не убийство; это помощь в тушении пожара. Никаких полумер! Раздавите их! Перережьте им глотки! Пронзите их! Не оставляйте камня на камне! Убить крестьянина – значит уничтожить бешеного пса! ... Наши князья в этих обстоятельствах должны считать себя служителями божественного гнева, который повелевает им наказывать таких негодяев. Князь, который этого не сделает, совершит глубокий грех против Бога. Он потерпит неудачу в своей миссии. Князь, который в таких обстоятельствах избежит кровопролития, станет ответственным за убийства и все дальнейшие преступления, которые могут совершить эти низкие свиньи. Речь больше не идёт о терпимости, терпении, жалости. Настал час гнева и меча; час милосердия прошёл».
19) «Я не буду запрещать правителям, способным на это, наказывать и убивать крестьян, не предложив им предварительно условий, даже если Евангелие этого не допускает».
20) «Если они [князья] говорят, что я очень жесток и безжалостен, то пусть милосердие будет проклято. Пусть кто может, тот заколет, задушит и убьёт их [восставших крестьян], как бешеных собак».
В 1526 году Лютер писал:
21) «Они [князья] должны избивать, бить, душить, вешать, сжигать, обезглавливать и пытать, чтобы внушать страх и держать народ под контролем».
Позже, в 1535 году, будучи на вершине своего могущественного влияния Лютер призывал правителей преследовать и убивать анабаптистов говоря, что «главное, что требовалось для защиты народа от дьяволов, которые учили устами анабаптистских пророков, заключалось в принуждении простых людей мечом и законом… закон со своими наказаниями господствует над ними так же, как диких зверей держат под контролем цепи и прутья…». Неудивительно, что многие анабаптисты были обезглавлены с явного одобрения Лютера.
22) «Нельзя медлить на войне – это по-христиански и проявление любви. Нужно перерезать глотки врагам, грабить их, сжигать, делать всё, что может им навредить, пока не победишь их. ... Только идиот утверждает, что душить и грабить – это не по-христиански, и что это не проявление любви».
Двойные стандарты Лютера:
23) «Как христианин, человек должен терпеть всё и никому не сопротивляться. Как член государства, тот же человек должен грабить, убивать и сражаться с радостью, пока жив».
24) «Это я, Мартин Лютер, убил всех крестьян во время восстания, ибо я приказал их убить. Вся их кровь на моих плечах. Но я возлагаю её на Господа Бога нашего, который повелел мне говорить так».214
25) «Мы должны проводить чёткое различие между справедливостью на земле и справедливостью Божьей… что касается земной справедливости, нам не нужно руководствоваться Священным Писанием».
26) «Со времён апостолов ни один врач или книжник, ни один богослов или юрист не подтверждал, не наставлял и не утешал совесть светских сословий так хорошо и ясно, как я».
Таким образом Лютер показал, что он – цензура, в нём заключена вся истина. В период его влияния ничто не могло быть опубликовано, без предварительно согласования с Лютером. Он также убедил курфюрста Саксонии построить тюрьму, предназначавшуюся для служителей и проповедников, чьё поведение или высказывания он считал предосудительными.
О евреях:
27) «Невозможно учить или перевоспитывать евреев… Если бы Бог обещал мне только того Мессию, на которого надеются евреи, я бы предпочёл быть свиньёй, а не человеком».
28) «Мы должны отомстить евреям и убить их».
29) «Евреи заслуживают того, чтобы их повесили на виселице в семь раз выше, чем обычных воров».215
30) «Ярость действует как стимулятор для всего моего существа. Она обостряет мой ум, останавливает атаки дьявола и изгоняет заботы. Никогда я не пишу и не говорю лучше, чем, когда я в ярости. Если я хочу хорошо сочинять, писать, молиться и проповедовать, мне нужно быть в ярости».
Молитва Лютера, если её вообще можно назвать молитвой к Богу, была таковой:
31) «Если я больше не могу молиться, я могу хотя бы проклинать. Я больше не буду говорить: “Да святится имя Твоё”, а буду говорить: “Проклятие, проклятие и позор на имя папы”. Я больше не буду говорить: “Да приидет Царствие Твоё”, но буду повторять: “Проклятие и позор папству, я посылаю его на погибель”. Да, я так молюсь, и делаю это каждый день моей жизни от всего сердца!».
Такое отношение Лютера к папству во многом объясняет патологическое враждебное отношение Э. Уайт, а следом за ней и всех адвентистов, к католицизму. При этом на грехи и моральное уродство самого Лютера закрываются глаза, он возвеличивается как герой борьбы с папством.
32) «Святого Августина или святого Амвросия нельзя сравнивать со мной… Они должны уважать моё учение, которое есть Слово Божие, произнесённое Святым Духом через наши уста…216 За тысячу лет Бог не одаривал ни одного епископа такими великими дарами, как меня… Бог назначил меня для всей немецкой земли, и я смело ручаюсь и заявляю, что, повинуясь мне, вы, несомненно, повинуетесь не мне, а Христу… Я верю, что мы – последняя труба, которая прозвучит перед пришествием Христа… То, чему я учу и что пишу, остаётся истинным, даже если весь мир рухнет из-за этого… Кто отвергает моё учение, тот не может быть спасён… Никто не должен восставать против меня».
Не находите ли, что эти слова отца Реформации крайне близки к высказываниям матери адвентизма Э. Уайт?
33) «Я знаю, что не соблюдаю то, чему учу», – признал однажды Лютер.
Итак, согласуется ли жизнь Лютера с тем, чему учили апостолы? Бог ли дал ему право учить? Неизвестно ни одного сверхъестественного проявления Божьего одобрения деятельности Лютера. Никто его не посылал на проповедь, никак его учение не согласуется с тем, что передали апостолы своим ученикам, а те – своим ученикам. Он не вернулся к вере единой Церкви Христовой, и, отказавшись от католических искажений не пришел к истине, а выдумал собственную веру. Неужели он для вас достойный и благородный пример для подражания?
Пожар реформации
Итак, Лютер зажёг не факел, а пожар Реформации, которая, набирая силу, приведёт ко страшным последствиям – появилось несчётное количество самодеятельных толкователей, опровергающих друг друга и считавших самозванцами всех, кроме себя. Э. Уайт тоже отмечает этот факт: «несколько человек, захваченные происходившим в христианском мире религиозным подъёмом, вообразили, что им даны особые откровения Неба, и объявили, что Господь поручил им довершить дело Реформы, начатое Лютером. В действительности же они лишь губили все начинания Лютера. Ими был отвергнут один из основополагающих принципов Реформации, гласящий, что Слово Божье является единственным правилом веры и жизни. Вместо этого безошибочного путеводителя они обратились к изменчивому и ненадёжному критерию – своим чувствам и впечатлениям. Устранив великое мерило истины и заблуждения, они дали возможность сатане управлять ходом их мыслей»217. Но она не объясняет, по каким же критериям можно определить, чьё толкование верное? История (нео)протестантизма показывает, что всякий, у кого хорошо подвешен язык может объявить себя пророком и Ангелом Божьим!
И, если Лютер по свидетельству современников ещё настолько боялся «необдуманных нововведений, что воздерживался от конкретных действий в соответствии со своим учением»218, то его последователь, учитель греческого языка Филипп Меланхтон уже смело менял религиозную практику. «Монахи и монахини уходили из монастырей, женились и выходили замуж. Богослужение упрощалось, и немецкий язык заменял латинский. Службы за мёртвых отменялись, как и дни поста и воздержания. Меланхтон начал совершать обряд причащения “под обоими видами”, то есть давать прихожанам не только хлеб, но и чашу.
Сначала Лютер поддерживал эти изменения. Но вскоре он засомневался в обоснованности тех крайностей, которые наблюдались в Виттенберге. Когда Карлштадт и его последователи начали срывать иконы святых в церквах, Лютер призвал их к терпимости».219
Цепная реакция ереси привела к закономерному итогу. Отделившаяся от единства Римская церковь ввела ложные учения и духовно деградировала; люди, восставшие против злоупотреблений, не вернулись к истинной вере, а просто отвергли её и создали своё новое учение – осудив одни ереси, создали другие.
Но Церковь, однажды получив веру через святых (см. Иуд.1:3), живёт Божественным откровением и передаёт неизменное учение через учителей, поставленных Богом по непрерывной преемственности с апостолами. Только Церковь имеет ключ к правильному пониманию Священного Писания, к ней должны приложиться люди, чтобы прийти ко спасению, войти в Царство Небесное.
Говоря о чувствах и впечатлениях Э. Уайт, пишет: «И когда все стали руководствоваться этим обманным и ошибочным правилом, сатане открылся свободный доступ к сознанию людей»220. К сожалению, «свободный доступ к сознанию людей» сатана имеет к тем, кто находится в противоборстве с Церковью, основанной Христом, является членом самочинного собрания, исповедует ереси, кто не имеет доступа к церковным таинствам, в которых христианин получает благодать Духа Святого. Без этой благодати человек открыт духам злобы поднебесной, обольщению и самообману. Выбирая тексты Библии и толкуя их по-своему, можно создать сотни ложных учений, небиблейский принцип «sola Scripture» открывает путь многочисленным фантазиям грешного разума, чем сатана активно пользуется, чтобы погубить человека. Здесь уместно вспомнить о У. Миллере, который в своём «свободном» исследовании Библии создал ошибочное учение, от которого отказался впоследствии, но которое подхватили и объяснили по-новому его последователи.
Так, по наущению сатаны, рождаются все новые и новые лжецеркви, чтобы бороться с Церковью Христовой, хулить её и увлекать как можно больше людей в погибель.
Так и Э. Уайт, с одной стороны, декларирует своё единоличное превосходство в способности понимать Писание («я наделена способностью понимать Слово Божье»221), «скромно» называет свои сочинения «малым светом»222, «духом пророчества»223. С другой стороны, с возмущением обличает других свободолюбивых толкователей Писания, провозгласивших себя пророками: «один из этих пророков, утверждал, что им руководит сам ангел Гавриил. К нему присоединился некий студент, бросивший свои занятия и заявлявший, что Господь наделил его необходимой мудростью для истолкования Своего Слова. А к ним, в свою очередь, примкнули другие люди, имевшие естественную склонность к фанатизму. Деятельность этих энтузиастов произвела немало шума»224.
Чем же эти пророки хуже Э. Уайт, почему они не могли беседовать с Ангелами, гулять со Христом по Раю, видеть «небесные обители», получить от Бога способность понимать Писание? Так что снова возникает вопрос – как понять, кто из них действительно послан Богом?
Такой разброд и шатание происходит от полного непонимания, что такое Церковь Христова, водимая Духом Святым. Это Богочеловеческий организм, соединяющий земное (живых верующих) и небесное (Ангелов и усопших верующих, духом предстоящих перед Христом) под Главой Христа. Только в ограде этого Тела возможно появление людей с особыми дарами, а все, кто вне её, лжепророки.
Христос сказал: «Моё учение – не Моё, но Пославшего Меня; кто хочет творить волю Его, тот узнает о сём учении, от Бога ли оно, или Я Сам от Себя говорю» (Ин.7:16, 17). После Своего вознесения учение, полученное Им от Отца Христос передал Церкви Своей, и учение это также стали именовать апостольским: «И они постоянно пребывали в учении Апостолов…» (Деян.2:42).
Апостол Павел писал: «Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь ещё говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема» (Гал.1:8, 9).
«Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, [т.е. уже было определённое учение, полученное апостолами от Христа и переданное ими Церкви] и уклоняйтесь от них; ибо такие [люди] служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных (Рим.16:17–18).
Лютер произвёл разделение, придумал новое учение, и потому совесть его всегда была неспокойна: «Размышляя о последствиях своей работы, он [Лютер] часто приходил в трепет и однажды заметил: “Я согласился бы десять раз умереть, нежели узнать, что моё учение принесло вред хотя бы одному человеку, пусть самому простому и тёмному. Впрочем, такого, конечно, не может быть, потому что моё учение и есть суть самого Евангелия”225»226.
Все лжеучителя утверждают, что их учения – суть самого Евангелия, но все эти учения не апостольские, а их собственные, еретические, ведущие людей в вечную погибель.
Вопросы для размышления:
1. Лютер требует, чтобы папа или прелат доказали его заблуждения «на основе Священного Писания». На каком основании сам Лютер решил, что именно Писание – единственный мерило веры? Почему эта посылка сама не проверяется по Писанию, в тексте ведь упоминается и церковное предание?
2. Лютер, по словам Э. Уайт, пишет, что «единственным толкователем Слова Божьего является Сам Автор этого Слова». Практически это означает откровение через внутренний опыт. Каков критерий истины, если два человека, искренне молящихся о руководстве Духа, приходят к разным толкованиям?
3. Утверждение «папа – антихрист и его престол – престол дьявола» приводится как неизбежный вывод из реформации. Какой текст Писания делает такую идентификацию обязательной или же это риторическая эскалация?
4. Лютер произносит знаменитые слова «На том стою и не могу иначе». Ни в одном протоколе сейма они не зафиксированы; они появляются в более поздних публикациях. Как к этой фразе должен относиться историк?
5. Является ли Мартин Лютер примером христианина?
6. Знакомы ли адвентисты с тем, как Церковь боролась с ересью «филиокве»? Знают ли они Символ веры и учение о Троице Единой Соборной Апостольской Церкви?
7. Официальный догмат о Троице был принят Генеральной Конференцией АСД только в 1980 г. Как это позднее признание соотносится с принципом «sola Scriptura» и с ранними заявлениями о том, что адвентисты «всегда верили в Троицу», если ранние тексты лидеров движения прямо противоречили тринитарному догмату?
* * *
Примечания
D. Martin Luthers Werke: Kritische Gesamtausgabe. Weimar, 1883.
Несмотря на то, что Э. Уайт утверждала, что именно Бог вдохновлял её на написание «Великой борьбы» и, что всё описанное было ей показано в видениях, не сложно увидеть, что она в очередной раз написала неправду. Бóльшая часть глав про М. Лютера – плагиат, т.к. информация для них была взята из книги д’Обинье «История реформации», книга 2, глава 2. Об этом уже упомянуто в главе, посвящённой Дж. Уиклифу. О том, что М. Лютер признавал Священное Предание, вопреки заявлению Э. Уайт об обратном, мы поговорим в исследуемой теме. К тому же, приводимые Э. Уайт «исторические» свидетельства о М. Лютере порой явно расходятся с действительной историей.
Ronald Graybill, “Ellen G. White’s Account of Martin Luther’s Experience from Worms to Wartburg,” 5–6 (unpublished) as cited by Donald McAdams, Ellen White & the Historians, 181.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 82.
Мартин Лютер, его жизнь и реформаторская деятельность / Б.Д. Порозовская. – СПб. : Фонд «Лютеран. Наследие», 2000. – 175 с. I. Детство и годы учения.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 83.
См. Richard Marius, Martin Luther: A Christian Between God and Death, Harvard University Press, 1999, p. 43.
Roland H. Bainton, Here I Stand: The Life of Martin Luther, Abingdon Press, 1950, 25.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 85.
Werke von Martin Luther, bond 51/ Works of Martin Luther, volume 51. См. так же
Бейнтон, Роланд На сём стою. Жизнь Мартина Лютера / Роланд Бейнтон ; [пер. с англ. Ю. Я. Скрипникова]. – 2-е изд., исправлен. ; Заокский : Источник жизни, 2018. – 416 с. Стр. 35. ISBN 978–5-00126–007–3. Об этом же пишет и Ричард Мариус в своём труде «Martin Luther: A Christian Between God and Death», Harvard University Press, 1999, p. 83.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 85.
Martin Brecht, Martin Luther: His Road to Reformation (1483–1521), 104.
См. обсуждение Мартина Брехта в его биографии, раздел VI, глава «Внутренний поворотный момент – открытие в исправительном учреждении».
D'Aubigne, b. 2, ch. 3.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 84.
Там же.
D'Aubigne, b. 3, ch. 1.
Там же.
Там же.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 86.
Причины, по которым невозможно принимать учение об индульгенциях привожу в Приложении 11.
Согласно Катехизису Католической церкви, после отпущения грехов человек должен сделать ещё что-то, чтобы исправить свою вину. За грехи он должен принести «удовлетворение» или «умилостивление», которые также называются «епитимией». При этом епитимия, налагаемая духовником, должна искать духовного блага кающегося и в максимальной степени соответствовать тяжести и природе содеянных грехов. Она может состоять в молитве, в приношении, в делах милосердия, в служении ближнему, в добровольных лишениях, в жертвах.
В Православной Церкви епитимья́ (от греч. ἐπιτιμία, ἐπιτίμιον – наказание) – это определённая мера воздействия, накладываемая на кающегося грешника в целях улучшения его духовно-нравственного состояния, рассматриваемая в православном богословии с двух сторон: 1) как наказание (может, например, состоять в запрете на определённый срок причащения св. Христовых Тайн и пр.); 2) как мера духовно-воспитательного характера (может выражаться в назначении ему дополнительного или более строго поста, дополнительного чтения молитв, дополнительных поклонов, совершения определённых дел добра и т. п.).
Наказания за нравственные преступления применялись в Церкви с апостольской эпохи. Апостол Павел лично отлучил на время коринфского кровосмесника (1Кор.5:1–5) и предписывал «не сообщаться с тем, кто, называясь братом, остаётся блудником, или лихоимцем, или идолослужителем, или злоречивым, или пьяницею, или хищником; с таким даже и не есть вместе» (1Кор.5:11).
Самое строгое церковное наказание – великое отлучение (анафема), – предполагает исключение преступившего из общения с Церковью и налагалось только за тяжкие преступления.
Малое отлучение было связано в древней Церкви с публичным покаянием и налагалось исключительно епископом за нравственные и дисциплинарные преступления. Практика тайной исповеди и наложения епитимий священником-духовником с тайным исполнением епитимьи распространилась в Церкви позже, не ранее середины первого тысячелетия.
Подробнее см. о. Г. Церох, А. Горелов. Индульгенция. Католическая энциклопедия, том II, издательство Францисканцев, 2005 год.
Протоиерей Тарасий Серединский. Об индульгенциях. Санкт-Петербург, в типографии Я.В. Писарева и К°. Караванная, д. Шиловского, № 24. 1860г. Печатать позволяется с тем, чтобы по отпечатанию представлено было в цензурный комитет узаконенное число экземпляров. Декабря 10-го дня 1859 года. Цензор Архимандрит Макарий. Полный текст см. в Приложении 12.
Там же.
См., напр. Watter’s Kirchenrecht. § 287 n. VII. Bonn. 1846.
М. С. Иванов, Е. В. Казбекова, В. В. Тюшагин. Индульгенция // Православная энциклопедия. – М., 2009. – Т. XXII : Икона – Иннокентий. – С. 632–645.
Мартин Лютер. «Избранные произведения».
Томос Константинопольского собора 1484 г., с торжественным осуждением униатского Ферраро-Флорентийского собора. Перевод Петра Пашкова.
В начале было Слово... : Пер. с англ.– Заокский: «Источник жизни», 1993.– 432 с. ISBN 5–86847–006–0. Стр. 66.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 83.
Ellen G. White, Spiritual Gifts, Vol. 1 (1858), page 122.
D. Martin Luther, Table Talk, 1472.
D. Martin Luther. Wiener 2, 107.
Op. cit. Tvedtnes note #10. «Preserved Smith, «The Methods of Reformation Interpreters of the Bible», Biblical World 38/4 (October 1911): 242».
Op. cit. Tvedtnes note #11. «Jaroslav J. Pelikan (ed.) and George V. Schick (transl.), Luther's Works (Philadelphia: Fortress and Concordia, 1960), 35:398–400. See also C. W. Jacobs, Holman's Edition of Luther's Works, 6:488–489.»
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 82.
Проблемы принципа «Sola Scripture» ёмко и аргументированно показаны в брошюре священника Джона Уайтфорда «Только одно Писание?». Читать/скачать её можно с моего Яндекс Диска https://disk.yandex.ru/i/LGPoWNm0Jq2UYw с сайта Библеокс https://res.bibleox.com/s/page_pdfs/68e70ec4205184ec278d59e3.pdf или читать в Приложении 14 этой книги.
Там же. Стр. 89.
Там же. Стр. 115.
D. Martin Luthers Werke, Weimar 1883–1929, Weimarer Ausgabe. E.61, 422. W15, 27. W18, 401.
Джордж Р. Найт. Общаясь с Еленой Уайт. Представление Елены о самой себе как о Божьей вестнице. Эл. источник https://soteria.ru/s842/15/ Дата обращения, 03.01.2026 г.
Там же.
D'Aubigne, b. 3, ch. 7.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 90.
Там же.
Согласно ли с Евангелием действовал и учил Лютер. / Соч. прот. Киево-Соф. Каф. Собора магистра богословия Н.И. Флоринского – Изд. 6-е, Афонского Русского Пантелеймонова монастыря. – Москва : Типо-литография И. Ефимова, 1896. – VI, 166, II
D'Aubigne, b. 5, ch. 1.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 95.
Всякий лжепророк поступает подобным образом. И по сути, и по духу Мюнцера можно назвать предшественником Э. Уайт.
В том же XVI веке один Голландский римско-католический священник Меннон преобразовал эту секту и сообщил ей более умеренный характер: последователи его, или Меннониты отрицают крещение младенцев, присягу и военную службу. Меннонитов в наше время много, особенно в Америке. Есть Меннониты и в России.
Очерки из истории народных сказаний. Новая история, стран. 113.
Согласно ли с Евангелием действовал и учил Лютер. / Соч. прот. Киево-Соф. Каф. Собора магистра богословия Н.И. Флоринского – Изд. 6-е, Афонского Русского Пантелеймонова монастыря. – Москва: Типо-литография И. Ефимова, 1896. – VI, 166, II
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 101.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 113. D'Aubigne, b. 7, ch. 10.
Ellen G. White, The Signs of the Times, July 26, 1883, par. 18.
В серию «Дух пророчества» были включены четыре книги. Последняя книга серии называлась «Великое противостояние Христа и Сатаны».
Ellen G. White, The Spirit of Prophecy, vol. 4, р.114.3. Позже, эти же абзацы будут опубликованы в книге «Великая борьба», см. Ellen G. White, The Great Controversy (1911), pp. 138–139. В издании книги в русском переводе 2022 г. этот абзац переведён так: «Фридрих видел плачевное состояние нравственности в обществе. Огромная нужда в реформе была очевидна. Он понимал, что, если бы люди исполняли требования Божьи и поступали в согласии со своей совестью, очищенной истиной, тогда не пришлось бы тратить большие средства на борьбу с преступностью. Он видел, что труды Лютера направлены именно к этой благородной цели, и втайне радовался тому, что в Церкви повеял свежий ветер перемен» – Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 94.
Блж. Августин Аврелий, «Против лжи».
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 31. Автор цитируемой книги, Питер Винер, не католик, был профессором университета и христианином немецкого происхождения. Электронный источник https://web.archive.org/web/20170615030942/http://www.tentmaker.org/books/MartinLuther-HitlersSpiritualAncestor.html#preface Дата обращения 02.01.2026г.
Lenz M. Briefwechsel, vol. 1, p. 373.
Там же, стр. 375.
D. Martin Luthers Werke, Weimar 1883–1929, Weimarer Ausgabe.
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 33.
Grisar, Hartmann, «Luther», vol. iv, p. 145. Электронный источник https://archive.org/details/grisarsluther04grisuoft/page/144/mode/2up Дата обращения, 02.01.2026 г.
D. Martin Luthers Werke, Weimar 1883–1929, Weimarer Ausgabe, v. 12, p. 131.
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 23.
Там же, стр. 23, 24.
Там же.
Ellen G. White, The Signs of the Times, July 26, 1883, par. 18.
Анабаптисты или перекрещенцы (от др.-греч. ἀνα- – приставка со значением «опять, вновь» и βαπτίζω – «крещение», то есть «вновь крещёные») – название участников радикального религиозного движения эпохи Реформации (XVI век), в основном, в Германии, Швейцарии, Нидерландах, полученное ими от своих противников. Анабаптисты были, по сути, лютеранами левого толка.
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 41.
Grisar, Hartmann, «Luther», vol. v, p. 413. Электронный источник https://archive.org/details/grisarsluther04grisuoft/page/144/mode/2up Дата обращения, 02.01.2026 г.
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 51.
Там же.
Там же, стр. 35–37. См. также D. Martin Luthers Werke. E59, 284.
Dr. Martin Luthers Briefwechsel. Hrsg. von L. Enders. III, р.154. Bde., Fr. am M. – Stuttgart, 1884–1907.
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 25–26. D. Martin Luthers Werke 9, 215, 13
Th. Brieger: «Aleander and Luther», pp. 170, 307
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 29.
D. Martin Luthers Werke 12, 94.
Janssen: «History ofthe German People», Volume 16, page 137
Peter F. Wiener, «Martin Luther – Hitler's Spiritual Ancestor», p. 29. «D. Martin Luther. Е20, 84».
Душа Лютера была ослеплена «богом века сего» (см. 2Кор.4:4). Враг Бога и человека говорил в его проповедях, ведя к гибели многих и многих людей. Сегодня же, укрывая такие террористические высказывания отца Реформации дьявол представляет его борцом за истину, тем самым продолжая губить простодушных людей, слепо верящих идее Лютера о возможности спастись вне Церкви.
Напоминает желание Амана, упоминаемого в книге Есфирь, 5:14. Лютер составил свой собственный свод антисемитских законов, состоящий из 7 пунктов, которые были более жестокими, чем законы Адольфа Гитлера. Лютер был «хорошим» наставником для А. Гитлера сказавшего: «Я настаиваю на том, что рано или поздно – как только мы придём к власти – христианство будет побеждено, и возникнет немецкая церковь, без Папы Римского и без Библии. И Лютер, если бы он мог быть с нами, благословил бы нас». «Речи Гитлера» под редакцией профессора Н. Х. Бейнса (Оксфорд, 1942), стр. 369).
Вообще, вся эта цитата очень напоминает заявление Э. Уайт написавшей: «всё, написанное мной, – истина, где нет ни одной ошибочной фразы». См. Письмо 329а, 1905 г. Также см. Избранные вести т.3 Стр.52.2. Электронный источник, официальный сайт АСД, Ellen G. White Writings Website https://m.egwwritings.org/ru/book/1783.216#250 Дата обращения 09.07.2025.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 126.
Гонсалес, Хусто. «История христианства», т.2. «Десятилетие неопределённости».
Там же.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 127.
Э. Уайт, Избранные вести, т.1. Раздел 25. Основание нашей веры. Стр. ориг. 207.
Например, в Ревью энд Геральд, от 20 января 1903 года.
Ellen G. White. Loma Linda Messages, p.191. TEACH Services, Inc., 2004.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 126.
J. H. Merle D’Aubigne History of the Reformation. V.9, ch.1.
Уайт, Эллен. Великая борьба / [Пер. с англ. Поспехина И.]. Заокский: Источник жизни, 2022. – 480 с. Стр. 128.
