архиепископ Феофан (Прокопович)

IX. Физическое воспитание и материальная обстановка школы

Начну с материальной обстановки. Здание школы было описано в главе «Хутор Воздвиженск».

Одежду воспитанников составляют нижнее белье из полосатого морозовского кретона, верхнего платья из темно-серого черкасина в форме блузы, с таким же кушаком на твердой основе и высоких сапог (ботфорты).

Летом, на работах, в жаркое время, когда самая работа дозволяет, воспитанники работают босиком в одном белье, как изображено на приложенном рисунке.

Изображенная на рисунке большая соломенная шляпа (бриль) имеется почти у каждого воспитанника и почти каждым сделана для себя самостоятельно. Искусство плетения этих шляп было принесено в нашу школу Полтавцами из Переяславского уезда и настолько несложно, что вступающие в нашу школу дети быстро научаются от товарищей плести, а потом и сшивать шляпу. Плетется она из свежей, спелой соломы длинною тесьмою, постепенно наматывающейся на дощечку с двумя выемками на концах. Для шляпы средней величины требуется соломенная тесьма длиною сажень в 16; опытный мастер может сделать это в один день. Гораздо труднее, сшивая эту тесьму, придать шляпе изящную форму, но и в этом отношении работы многих воспитанников вполне удовлетворительны. Теперь входит в обычай плести шляпы с очень широкими полями, что дает возможность, приподымая и опуская их с той или другой стороны, придавать шляпе самые разнообразные формы по требованиям минуты.

В воскресные и праздничные дни воспитанники одеты как изображено на прилагаемом рисунке. Значок школы, на околыше черной суконной фуражки, изображает в венке из колосьев ржи и овса, герб Черниговской губернии: одноглавый орел с большим крестом и под ним перекрещивающиеся коса, грабли и серп с буквами «В. С.-Х. Ш.» между ними.

Для защиты от пыли и дождя, а весною и осенью и от холода имеются куртки серого солдатского сукна на подкладке из серого коленкора.

Для поздней осени, когда при уборке корнеплодов воспитанникам старших классов приходится по целым дням стоять на холодном ветре или под дождем, им выдаются более теплые козачки, сделанные из того же материала как и куртки.

Зимою воспитанники носят дубленые овчинные полушубки и вязанные мерлушкою на вате шапки, причем в сапоги, вместо полотняных оберток, надеваются суконки.

На каждого воспитанника полагается по 4 пары белья, по 6 носовых платков, по 2 пары сапог, по 2 куртки и по 2 блузы. Белье и сапоги возобновляются по мере надобности, а блузы шьются ежегодно новые, частью к Рождеству, частью к Пасхе и к 4 августу.

При выходе из школы воспитанник получает в полную собственность платье и белье последнего срока заготовления, причем он может взять полушубок или козачку по выбору и, кроме того, ему выдается новая блуза из черного суконного трико, его собственная фотография и недорогие часы с цепочкою фабрики Павла Буре, с выгравированною на крышке датою выпуска.

Спят воспитанники на деревянных кроватях, выкрашенных зеленою краскою, с сенниками вместо тюфяков; сенники эти сделаны из пестрядины или парусины в виде мешка, набиваемого сеном, которое переменяется по мере надобности. Простыни и наволочки из бумажного полотна переменяются раз в две недели. Одеяла сделаны из серого солдатского сукна на цветной подкладке. Подушки дозволяется иметь собственные.

Носильное белье переменяется каждую неделю, причем летом, во время работ, воспитанники обязаны переменять белье на ночь ежедневно.

Обедают воспитанники на деревянных откидных столах, описанных в I главе, без скатертей, из общих металлических, эмалированных мисок, употребляя исключительно простые деревянные ложки. Воду пьют из металлических, эмалированных чашек.

Пища в школе такова. Утром, летом в 8, а зимою в 7 часов завтрак, состоящий из одного блюда: различные супы, холодец, картофель, галушки, горох или квашенная капуста. В праздники чай с молоком и черным хлебом. В 12 часов обед из двух блюд: борща с говядиною или с рыбой и какой-либо каши с свиным салом или коровьим маслом, иногда каша заменяется каким-либо другим простым блюдом, киселями, сладкими блинчиками или постными оладьями. Только в редкие праздники дается более дорогостоящее жаркое. Летом, в рабочее время, в 4 часа по полудни дается легкая закуска (полудник), состоящий обыкновенно из огурцов с солью, черного хлеба с квасом или простокваши. В 7 часов вечера ужин из двух блюд: борща или другого супа и каши с молоком или творогу.

Летом, когда работы происходят на дальнем расстоянии от школы, завтрак, обед и полудник возят им на поле дежурные товарищи.

При школе состоит эконом из бывших воспитанников, фельдшер, сапожник, портной, прачка, 2 кухаря, истопник и водовоз. Все остальные работы по школе исполняются самими воспитанниками. Каждый из них должен сам, ежедневно, убрать свою койку, вычистить платье и сапоги; дежурные, назначаемые ежедневно в количестве четырех, по одному из каждого класса, кроме старшего специального, должны, вставши раньше всех, убрать комнаты, приготовить столовую, услуживать товарищам во время еды, заботиться о том, чтобы вода была вовремя заготовлена в уборной и столовой и во всей школе поддерживать чистоту; на их же обязанности лежит получить провизию на следующий день. Зимою воспитанники, по очереди, партиями рубят дрова, счищают снег с крыши и расчищают от снега дороги вблизи школы.

На обязанности фельдшера лежит, кроме лечения больных, определение может или нет воспитанник при легком нездоровье идти на ту или другую работу. Ежемесячно он же подает мне, как попечителю, ведомость о заболеваниях и продолжительности лечения; кроме того он ведет в особой книге подробные записи о ходе болезни и лечении.

За все время существования школы, санитарное положение её не оставляло желать ничего лучшего. Смертных случаев был только один, и то ребенок умер скоропостижно, играя на льду, от органического недостатка, внушавшего опасения возможности этого исхода задолго до катастрофы.

Даже в тех случаях, когда кругом свирепствовали эпидемии, в нашей школе были только единичные случаи заболевания или их совсем не было. Из тяжких болезней, за все время существования школы, были только: два случая тифа и один случай дифтерита в тяжелой форме, во всех трех случаях исход болезни был благоприятный.

Летом каждую субботу, а зимою в две недели раз, воспитанники ходят в баню.

В рабочее время воспитанники, находясь целый день в движении на открытом воздухе, ни в какой другой гимнастике не нуждаются, да и слишком утомлены, возвращаясь домой, чтобы она была возможна. Другое дело зимою, дети по целым часам сидят неподвижно на уроках и за подготовлением их, тут гимнастика становится несомненно полезна и они делают гимнастику, чередуясь через день попеременно три старших и два младших класса вместе, от 11½ до 12½ часов, между уроками и обедами. Кроме того, при наступлении сумерек, пока в школе зажигают лампы, все воспитанники, за исключением дежурных и рубщиков дров, в течение получаса, вместо прогулки, занимаются под руководством учителя гимнастики маршировкой на открытом воздухе.

На гимнастику мы смотрим главным образом как на средство для того, чтобы поддержать физическую бодрость, развить ловкость и изящество движений и дисциплинировать тело, приучив его быстро, ловко и изящно выполнять веления духа.

Есть люди, признающие стремление к внешнему изяществу за нечто греховное, другие – за признак легкомысленной суетности, третьи – за узость мысли и нежелательную роскошь дорогостоящей эстетики. Действительно, если изящную внешность ставят выше душевных качеств и умственной красоты, она становится вредным кумиром, источником комично-мизерной узости мыслей и постыдно несправедливых отношений к ближним; когда под изящною внешностью скрывается умственное и особенно нравственное безобразие, она является гнусною ложью и опасною, по своей заманчивости, маскою. Из этого следует, что не надо успокаиваться на одной внешней изящности, что не надо делать из неё себе кумира и приносить ему человеческие жертвы, из этого не следует, чтобы христианин имел право клеветать на себя и на Бога, скрывая под грубою, неряшливою или угловатою внешностью духовное изящество и гармонию, обязательные для того, кто должен понимать, что не может не быть высшею красотою источник всякой красоты и гармонии, что неприлично верным чадам Этой высшей, вечной Красоты, не желать и в этом быть насколько возможно образом и подобием Божиим. Вдохновение, любовь, разум – все это красота и при наличности всего этого правда будет в соответствующем внешнем изяществе. Если внешняя красота при духовном безобразии есть ложь и обманчивая маска, то внешнее безобразие при духовной красоте есть та же ложь и маска совершенно бесцельная.

На этих азбучных истинах я остановился потому, что предвижу несогласие со мною и возражения по этому вопросу со стороны представителей самых противоположных лагерей и хочу доказать, что действую в этом вопросе, не увлекаясь привычками роскоши эстетика-барича, а и силу глубокого убеждения желательности и высшей правды внешнего изящества для всякого сознательно верующего христианина, в том числе и для воспитанника христианской школы и для члена христианского Трудового Братства.

И мы пользуемся всяким удобным случаем, чтобы указать детям на то, что в их внешности нарушает красоту и может быть исправлено при доброй воле; обращаем внимание на неряшливость прически и платья, на распущенность выражения лица и манер.

Не могу сказать, чтобы в этом отношении были достигнуты желательные результаты. Виною тому отчасти укоренившиеся привычки самой не эстетичной разнузданности и постыдного равнодушия к изяществу нашего простонародия, отчасти и то, что до сих пор внимание наше было сосредоточено преимущественно на духовной жизни воспитанников. Тем не менее, по общему отзыву лиц, посещавших нашу школу, воспитанники наши и в этом отношении производят самое благоприятное впечатление, вызывая даже лестное для них удивление тех, кто знаком с обычным выражением лиц, манерами и всем внешним обликом большинства крестьянских детей.

Как следствие духовного перерождения человека, естественно получается и внешнее преображение всего его существа, придающее небывалую красоту и взору, и всему выражению лица, сообщающее инстинкты изящества, оказывающие могучее воздействие на изящество всего внешнего человека.

Теперь, когда дух школы достаточно окреп для того, чтобы часть внимания нашего могло быть уделено на это дело, в то время как прежде оно было без остатка поглощено ревнивым углублением во внутреннего человека, мы постараемся помочь отсталым и распущенным отделаться от рутины дурных привычек и совладать с собою, смахнув с себя пыль «старого человека».

Н. Неплюев

Комментарии для сайта Cackle