святитель Григорий Богослов

Имена

Опять и уже не раз повторяешь ты (еретик) нам: «не известен по Писанию». Хотя доказано, что Дух Святой не есть странность и нововведение, но был известен и открыт как древним, так и новым, и доказано уже многими из рассуждавших об этом предмете, притом людьми, которые занимались Божественным Писанием не слегка и не поверхностно, но сквозь букву проникали во внутреннее, удостоились видеть сокровенную красоту и озарились Светом ведения, однако же, и я покажу это как бы мимоходом, и (насколько можно) стараясь не подать мысли, что берусь за лишний труд и щедр более надлежащего, когда могу строить на чужом основании. Если же побуждением к хуле и причиной чрезмерного языкоболия и нечестия служит для тебя то, что в Писании Дух не весьма ясно именуется Богом и не так часто упоминается, как сперва Отец, а потом Сын, я излечу тебя от этой болезни, полюбомудрствовав с тобой несколько об именуемых и именах, особенно соображаясь с употреблением Писания.

Из именуемого – чего-то нет, но сказано в Писании; другое есть, но не сказано; а чего-то нет и не сказано, другое же есть и сказано. Потребуешь у меня на это доказательств? – готов представить по Писанию: Бог спит (см. Пс. 43, 24), пробуждается (см. Дан. 9, 14), гневается (см. Втор. 11, 17), ходит и престолом имеет Херувимов (см. Ис. 37, 16). Но когда Он имел немощи? И слыхал ли ты, что Бог есть тело? Здесь представлено то, чего нет. Ибо, соразмеряясь со своим понятием, и Божие назвали мы именами, взятыми с себя самих. Когда Бог, по причинам, Ему самому известным, прекращает Свое попечение и как бы не заботится о нас, это значит – Он «спит»; потому что наш сон есть подобная бездейственность и беспечность. Когда, наоборот, вдруг начинает благодетельствовать, значит – Он

«пробуждается», потому что пробуждение есть минование сна, так же как внимательное воззрение есть минование отвращения. Он наказывает, а мы сделали из этого – «гневается», потому что у нас наказание бывает по гневу. Он действует то здесь, то там, а по-нашему – Он «ходит»; потому что хождение есть движение от одного к другому. Он упокоивается и как бы обитает во святых Силах, мы назвали это «сидением», и «сидением на престоле», что также свойственно нам. А Божество ни в чем так не упокоивается, как во Святых. Быстрое движение названо у нас «летанием», смотрение наименовано «лицом», даяние и приятие – «рукой». А также всякая другая Божия сила и всякое другое Божие действие изображены у нас чем-либо, взятым с телесного. И, с другой стороны, откуда взял ты слова: нерожденное и безначальное – эти твердыни твои; откуда и мы берем слово: бессмертное? Укажи мне их буквально; иначе или твои отвергнем, а свое изгладим, потому что их нет в Писании, и тогда с уничтожением имен пропал и ты от своих предположений, погибла и эта стена прибежища, на которую ты надеялся; или, очевидно, что, хотя и не сказано этого в Писании, однако же оно взято из слов, то же в себе заключающих... Из каких же именно? От начала дней Я (Ис. 43, 13), и Я последний (Ис. 44, 6), прежде Меня не было Бога и после Меня не будет (Ис. 43, 10); ибо Мое есть всецело, оно не началось и не прекратится. Держась этого, поскольку ничего нет прежде Бога и Он не имеет причины, которая бы Ему предшествовала, наименовал ты Его «безначальным» и «нерожденным», а поскольку Он не перестанет быть, – бессмертным и негибнущим. Таковы и такого свойства первых два случая. Чего же нет и не сказано? Того, что Бог зол, что шар четырехуголен, что прошедшее настало, что человек не сложен.

Ибо знавал ли ты человека, который бы дошел до такого расстройства в уме, что осмелился бы помыслить или произнести что-нибудь подобное? Остается показать, что есть и сказано: Бог, человек, Ангел, суд, суета, – то есть подобные твоим умозаключения, извращение веры, упразднение таинства.

А если такая разница между именами и именуемыми, для чего ты так много раболепствуешь букве и предаешься иудейской мудрости, гоняясь за слогами и оставляя вещь? Если ты скажешь: дважды пять и дважды семь, а я из сказанного выведу: десять и четырнадцать, – или, если животное разумное и смертное заменю словом «человек», то неужели подумаешь, что говорю вздор? Да и как это, если говорю твое же? Ибо слова эти не столько принадлежат мне, который произносит их, сколько тебе, который заставляет произнести. Поэтому, как здесь смотрел я не столько на сказанное, сколько на понимаемое, так не преминул бы выговорить и другое что-нибудь, если б нашлось хотя не сказанное или неясно сказанное, но подразумеваемое в Писании, и не побоялся бы тебя – охотника спорить об именах (1).


Источник: Симфония по творениям святителя Григория Богослова / [ред.-сост.: Т. Н. Терещенко]. - Москва : Даръ, 2008. - 608 с. - (Духовное наследие).; ISBN 978-5-485-00194-0

Комментарии для сайта Cackle