святитель Иннокентий (Вениаминов), митрополит Московский

LVI. О состоянии Камчатской епархии в 1857 и 1858 годах115

Определением Святейшего Синода, Высочайше утвержденным в 11-й день января 1858, между прочим положено: для большего удобства в управлении Камчатской епархией, учредить в ней два Викариатства: Новоархангельское и Якутское, первое – при первой возможности116, а последнее – по перенесении Епархиальной кафедры на Амур. Но приведение в исполнение таких предположений начнется не ранее 1859 года.

В настоящее время управление Камчатской епархией, так же, как и прежде, производится посредством трех Духовных Правлений: Новоархангельского, Якутского и Камчатского, с той только разницей, что исправление обязанностей Консистории, вышеупомянутым Святейшего Синода перенесено с Новоархангельского пока на Якутское, которое и приняло сию обязанность с 1-го сентября 1858 года.

Личный состав Камчатского Духовного Правления остается прежний: Новоархангельского уменьшился до двух наличных членов; а в Якутском составляют Присутствие семь членов, а именно: два Архимандрита: Ректор семинарии Петр (с октября), и Наместник монастыря – Анатолий; три протоиерея: Евсевий Протопопов, Димитрий Хитров117 (в отсутствии) и Никита Запольский; и два священника: Петр Попов (он же и Казначей), и Александр Преловский. Должность секретаря исправляет столоначальник Феодор Слепцов.

Возложением обязанности Консистории на Якутское Духовное Правление прежде всего и видимее всего устранилось затруднение в выдаче метрических свидетельств пребывающим в Азии, а уполномочием выдачей таковых же свидетельств из Новоархангельского Духовного Правления, не лишены прежнего удобства в получении свидетельств служащие и пребывающие в Америке, из коих большая часть возвращается кругом света, т. е., не заезжая в Якутск.

По доставленным мне ныне журналам из Правлений Новоархангельского и Камчатского и из других сведений видно, что делопроизводство в прошедших двух годах (1856, 1857) текло своим порядком безостановочно; нерешенных дел к 1858 году в Новоархангельском 33, которые все переданы в Якутское Духовное Правление; в Камчатском 6 дел; а в Якутском к 1859 году остается 40 дел.

Денежные суммы, находящиеся в Духовных Правлениях, находились и находятся в целостности, и свидетельство оных производится неупустительно со всей строгостью.

Управление делами Попечительства о бедных духовного звания остается по-прежнему, т. е. посредством трех отделений: Новоархангельского, Камчатского и Якутского, в последнем пока будет сосредоточиваться вся отчетность.

С положением оклада (400 р.) на Якутское отделение, при прежнем окладе (399 р, 15 к.) на Новоархангельское и Камчатское, при значительном капитале Новоархангельскаго (до 16 т. руб. сер.) и немалых, почти постоянных, доходов оного, а также при доходах и других отделений, – Попечительство Камчатской епархии имеет возможность выдавать пособия нуждающимся несравненно больше прежних, ибо не имеется в виду много увеличивать капиталь процентами.

Всех Благочиний в настоящее время 9, а именно: 1 в Америке, 1 в Камчатке, 1 на Амуре и 6 в Якутской области: Градоякутское, два окружных, Вилюйское, Верхоянское и Колымское, и кроме того два помошника Благочинных: в Охотске и Гижиге.

Из 9 Благочинных в прошедшие два года не имели возможности осматривать подчиненные им приходы только двое: Новоархангельский и один из Якутских окружных; первый не имел возможности отлучаться из Новоархангельска, будучи ректором семинарии; другой, протоиерей Хитров находится в Москве; но вместо него некоторые церкви его благочния осматривал товарищ его Запольский.

Все благочинные и помощники их доносят, что нигде не найдено ими никаких замечательных беспорядков, ни между духовенством118 ни в приходах; повсюду мир; похищений в церквах не было нигде никаких.

В прошедшем 1857 году открыто два миссионерских прихода: один на озере Жёссей, а другой на устые реки Зеи, впадающей в Амур, (что ныне город Благовещенск). О чем мной было донесено Святейшему Синоду, от 14 и 19 мая, за №№ 731 и 733.

О пользе открытия сих приходов будет сказано ниже. В нынешнем же 1858 году представлено Святейшему Синоду, чрез г. Обер-Прокурора, об открытии еще 5 или 6 новых приходов.

II. Обозрение епархии

В начале прошедшего 1857 года я обозревал церкви Якутского, Вилюйского и Олекминского округов; а в нынешнем году, на возвратном пути моем из С.-Петербурга119, я осматривал все Амурские церкви, Аянскую, Усть-Майскую и Амгинскую.

Число всех обозренных мной церквей простирается только до 26 и с Амурскими. Но для того, чтобы осмотреть только те церкви, которые я видел в начале 1857 года, надобно проохать не менее 3500 верст.

Имел я намерение с устья Амура отправиться в Петропавловский Порт (где я не быль с 1852 года;) но, за неимением случая, или, сказать прямее, казенных судов, я не мог исполнить сего намерения.

Во всех церквах, кроме трех последних, я отправлял Литургии и говорил приличные поучения.

Самое же торжественное служение мной совершено было 19 мая в нынешнем Благовещенске на Амуре (по случаю заключения трактата между Россией и Китаем, по коему вся левая сторона Амура до Уссури, а оттуда и оба берега остаются за Россией). Служение это состояло в отправлении благодарственного молебствия с коленопреклонением и с провозглашением Многолетий государю императору и всей августейшей фамилии; Всероссийскому воинству, Благоверному и Христолюбивому военачальнику, великому Болярину Н. П. Муравьеву и всем его сподвижникам; и вечной памяти: Государю Императору Николаю I-му и всем живот свой положившим при защищении, укреплении и устроении Амурского края. Молебствие это совершалось пред часовней (но тесноте в ней), в присутствии всего войска и Генерал-Губернатора со всеми бывшими при нем чинами120.

Кроме того, мной было совершено в разное время освящение 4 деревянных храмов при устьях Амура, и заложен храм в Благовещенске, о чем донесено мною Святейшему Синоду за № 781-м и освящено место для храма Святой Софии, близ мыса Джай на Амуре, от Николаевска в расстоянии 335 верст.

О раскольниках же, согласно указу Святейшего Синода, от 24 сентября, за № 1287, будет сказано, особой статьей, ниже.

III. Монастыри

Монастырь в Камчатской епархии, в собственном значении сего слова, находится, как и прежде, только один, в Якутске.

Внутреннее его состояние, с прибытием двух иеромонахов из Глинской пустыни, много улучшилось. Но иеромонах Гавриил (из прежних), о коем было писано в прошедшем отчете, остается по-прежнему под запрещением и под караулом за неудержимое пьянство и привычку к бродяжничеству.

Число монашествующих к 1859 году состоит из 8 лиц, в числе коих: 1 Архимандрит (наместник), 5 иеромонахов (в том числе и вышеупомянутый Гавриил), 1 иеродиакон и 1 монах.

Послушников двое: запрещенный священник Роман Верещагин и исключенец Ясеницкий.

Кроме того, служат в монастыре: один белый священник и белый диакон.

Способы содержания монашествующих остаются прежние – недостаточные. И потому нет никакой возможности увеличивать число монашествующих до числа, положенного штатом.

Новая каменная колокольня в прошедшее лето (1858) возведена до 1/3 всей высоты; но для окончания оной нет денег; и в особенности потому, что настоит необходимость выстроить новые кельи для Настоятеля, вместо погоревших на 24 февраля 1858121. О чем мной было доведено до сведения Святейшего Синода, 29 марта, за № 775.

В конце сентября заложены новые деревянные кельи настоятельские, и к зиме подняты на сажень. Можно надеяться, что к осени 1859 года в них можно будет жить.

IV. Церкви

122

Число церквей, или освященных храмов, к 1859 году состоит 72 с монастырскими, из коих каменных только шесть, и все в г. Якутске, прочие же деревянные.

Молитвенных домов или часовен в 1857 году состояло 101, с того времени построено, и преимущественно в Якутской области, 27; и кроме того строится еще до 10.

Освящено церквей новых: в 1857 году, 1 в Дюпсюнском улусе (Якутского округа), в 1858, в Камчатке 1 и на Амуре 4, а всего 6.

Кроме того, в 1857 году освящен Якутский трехпрестольный собор, заново исправленный. О чем было изложено в прошлом отчете.

Строящихся церквей в настоящее время только две: одна в Америке на острове Уналашке вместо обветшавшей; другая новая в Благовещенске на Амуре, и кроме того, дано разрешение построить новую деревянную церковь в Верхнеколымске, где еще никогда не бывало церкви, и где необходимо иметь оную.

Число церквей (72) на 255 т. весьма недостаточно, тем более, что жители рассеяны на неизмеримом пространстве, но этот недостаток восполняется часовнями или молитвенными домами, в коих совершаются литургии на подвижных Антиминсах, коими снабжены все священники; так что всех богослужебных зданий по всей Камчатской епархии находится до 200, и кроме того вновь строится более 10.

Весьма недостаточно в настоящее время церквей на Амуре, но можно надеяться, что в два, три года и здесь будет довольно богослужебных зданий. И о построении нескольких церквей представлено Св. Синоду, от 20 мая, за № 779.

V. Духовенство

Относительно просвещения духовенства Камчатской епархии могу сказать только, что число священнослужителей, кончивших курс семинарского учения, увеличивается более и более, так, напр., из числа рукоположенных в 1857 году в числе 11 кончивших курс было 8, а в настоящее время из 118 священнослужителей, кончивших курс 44 и 3 человека из среди его отделения.

В 1857 и 1858 годах рукоположено 6 священников и столько же дьяконов. Сана протоиерейского удостоено 4; двое по нахождению на штатных местах, а двое по указу Св. Синода. На причетнические места вновь определено, из исключенцев 12 человек.

Из донесения благочинных видно, что в дни воскресные и праздничные повсюду отправляемы были богослужения и, где можно, читаемы были и поучения. В городе же Якутске, кроме того, в дни торжественные п праздничные своим порядком наблюдались чреды сказывания проповедей, составляемых учившимися священниками.

В Якутских же улусных церквях, по незнанию прихожанами Русского языка, поучения не читаются, так же, как и в других подобных местах. Но многие из священников, знающие местные языки, беседуют со своими прихожанами при важных случаях, напр. пред причастием или исповедью. В этом отношении отличаются Американские священники и миссионеры.

Нравственное состояние духовенства, говоря вообще, весьма непредосудительно. В последние 4–5 лет, не только никто не был под запрещением за какие-либо преступления, но даже не было случая сделать кому-либо замечание. Впрочем, (повторю то же, что прежде говорил) одного из причин безукоризненности духовенства Камчатской епархии есть то, что свободная продажа напитков существует только в городах.

Судимых за проступки был только один священник, повенчавший брак не по надлежащему. Подвергся вновь изысканию один из Камчатских священников, бывших в Тигиле, за то, что истратил на свои надобности деньги, оставшиеся от некомплекта причтов.

Средства и способы к продовольствию духовенства по всей епархии остаются те же. Дело о положении нужного довольства. содержаний духовенству Якутской области, сверх чаяния, министром возвращено еще для пересмотра; и потому опять пересмотрено, пояснено и дополнено тем, что духовенство с положением сих окладов возьмет на себя обучение грамоте детей своих прихожан с вознаграждением за каждого обученного или обученную из процентов тех же окладов.

Средства к содержанию Камчатского духовенства, по причине бывшей воины и неимения в казне транспортных судов, чрезвычайно стеснительны, особенно при отдаленных церквях, н, если бы не было верной надежды, что с будущего 1859 года начнется правильное сообщение Амура с Камчаткой, то необходимо было бы помочь духовенству выдачей единовременных пособий. При настоящих штатах церквей в Камчатской епархии нет большего недостатка в людях для занятия священнослужительских мест; но, когда утвердятся предполагаемые штаты для Якутской области прибавлением 21 причта и для Амура 8–12, тогда будет необходимость в людях; но и тогда. не более 20–30 человек. И затем из других епархий уже не потребуется людей, кроме занятия должностей миссионерских и по управлению епархий, и то на несколько лет.

Отношения духовенства к пастве остаются все те же, что было и в предпрошедшие годы. Надежда на изменение отношений, весьма неблаговидных, духовенства в Якутской области еще не осуществились, т. е. ружные оклады еще не положены, с которыми должны уничтожиться всякие требования и платы за исправление треб.

О деятельности и трудах миссионеров будет сказано ниже. Относительно же прочего духовенства здесь можно сказать только, что перевод некоторых священных книг на Якутский язык в конце 1857 года кончен, и к концу сего года будет кончено и печатание оного. Трудившиеся в сем удостоены приличных наград.

Один из кончивших курс в Новоархангельской семинарии, Иван Надеждин, занимается приведением в порядок своих переводов на Колошенский язык, и в начале наступающего года будет кончено.

VI. Паства

Паства Камчатской епархии, к 1856 году состоявшая не менее 250 т., в течении 1856 и 1857 годов увеличилась рождением более, нежели на 5000, и потому в 1858 году по церковным росписям числится всех православных чад церкви 255078, не считая присоединенных вновь из язычников 609; а с ними не мешке 255700 душ обоего пола.

Относительно состояния благочестия в народе я ничего особенного не могу сказать здесь, как только повторить все то, что я говорил прежде, ибо в течение прошедших двух годов не последовало никаких особенных причин, которые бы могли действовать к утверждению или ослаблению благочестия.

И могу сказать только, что в Американских церквах не исполняющих христианского долга очищения совести, также, как и прежде, можно сказать, не было ни одного, (ибо в 1857 году из 11000, не бывших по нерадению, только 2. И, благодарение Богу, значительно уменьшается число не исполняющих христианского долга и в Якутской области, так что в 1857 году таковых было только 16964, тогда как в 1854 году было 38000, а в 1852 году 41000.

Имеем твердую надежду, что с наступающего года, т. е. когда начнутся в улусных церквях службы и поучения на туземном языке, число нерадящих будет еще, менее. А когда положатся ружные оклады, т. е. когда Якуты не обязаны будут платить священникам за исповедь, тогда, быть может, и совсем не будет нерадящих.

В прошедшем году, сверх разных мелочных пожертвований в пользу церквей, было весьма замечательных три: а) кто-то из С.-Петербурга прислал в пользу Амурских церквей 2000 руб. серебром. б) Гг. золотопромышленники Олекминские, живущие в Иркутске, пожертвовали в пользу Якутского монастыря 2500 руб. серебром, и в) почетные дамы г. Якутска, по случаю возвращения моего в Якутск, пожертвовали 1400 руб. серебром на заведение облачения. О чем мной донесено Св. Синоду, от 12 ноября, за № 823.

Кроме того, г. почетный гражданин Соловьев в 1857 году пожертвовал в Амурские церкви значительное количество утвари, и Якут Гавриил Павлов, награжденный по ходатайству Св. Синода за пожертвования на Предтеченскую церковь, ныне пожертвовал еще, кроме того, на монастырь 500 руб. серебром.

VII. Катехизические поучения

Катехизические поучения в Американских церквах и миссия продолжаются по заведенному порядку; число слушающих постепенно увеличивается, так что, напр. в Уналашкинском приходе, число слушающих бывает до и в том числе не мало возрастных. По в Новоархангельске, где этим занимался протоиерей Литвинцов, ныне выехавший в Иркутск, это дело, до прибытия преемника протоиерею Литвинцову или Викария, должно приостановиться. Но законоучение в Компанейских школах будет продолжаться своим порядком.

В Камчатке эта часть, к сожалению, слабее прежнего, оттого, что в Петропавловске, где так постоянно шло это дело с 1841 года, по случаю войны и переселения жителей в разные места, преподавание Закона прекратилось совсем. И хотя, по окончании войны, жители собрались опять в Петропавловск, но уже гораздо в меньшем количестве, ибо большая часть переселилась на Амур, и настоятель Собора, занимавшийся этим делом более 8 лет, ничего не пишет мне об этом предмете; и потому можно заключить, что он еще не принимался за это дело.

В Охотском округе священники продолжают заниматься этим делом по возможности, кроме самого Охотского, где, с отбытием протоиерея Стефана Попова, остановилось преподавание, и главное потому, что преемник его, священник Михаил Масюков, служивший до того в Ямске с похвалой, здесь не сумел приобрести любовь к себе своих новых прихожан.

На Амуре, до половины прошедшего лета, не было церквей, и потому некуда было собирать детей для слушания поучений. И дело это может начаться не ранее наступающего лета.

Нигде нельзя встретить такой трудности для приведения в исполнение повсеместное и постоянное этого дела, как в Якутской области. и главное потому, что Якуты не живут селениями, а в рассыпную; и оттого ни при одной улусной церкви, нет жителей прихожан, ближе 1–2-3 верст; о бродячих же или кочующих народах говорить нечего; их можно встречать очень редко не на долго; и потому нет никакой возможности собирать детей Якутов или Тунгусов в церковь, или в дом священника для учения их Закону Божию. Остается одно: ждать осуществления предположения нашего (о чем будет сказано в следующей статье) дать возможность и поставить в обязанность причтам принимать к себе детей прихожан для обучения грамоте; с тем откроется возможность обучать их и Закону Божию. Но это будет зависеть от того, будет ли положено ружное содержание духовенству Якутской области или нет.

И затем преподавание катехизических поучений в Якутской области возможно только в городах, и то не во всех, ибо иные только носят название городов, а жителей в них очень немного. Но и в городах, даже в самом Якутске, не может быть постоянное и регулярное занятие сим делом; ибо в зимнее время, в продолжение почти 7 месяцев, по причине морозов, если не все, то весьма многие дети не могут приходить в церковь за неимением обуви и платья, и для занятия сим делом остается не, более 5 месяцев. Но и тут до нынешнего лета при одной из церквей, где начиналось преподавание катехизических уроков, был только один священник, который, до половины лета обыкновенно ездит по приходу для исправления треб между Якутами.

Но так как с прошедшего лета при каждой из Градо-Якутских церквей стало по два священника, то с наступлением тепла начнется в городе Якутске преподавание катехизических поучений и по возможности постоянно123.

VIII. Училища при церквах

Сведений из Америки касательно сего предмета получено только от двух миссионеров: Квихпакского и Нушегакского (Кенайский не занимается этим); из коих видно, что в приходе первого, кроме его самого и причетников, обучением детей грамоте, под его руководством, занимается один из управляющих редутом, и всех учащихся в 1856 году было 18 человек, в числе коих 6 женского пола, из них выбыло 3 и вновь поступила одна. и затем к 1857 году осталось 10 мужского и 7 женского.

У Нушегакского миссионера к 1856 году было 25 учеников, а к 1858 году остается только 8. Причина уменьшения не зависит от миссионера, потому что содержание учеников пищей лежит на нем. Но он, по причине неулова рыбы и долгого неприхода судов из Ситхи, сам с трудом пропитывался. И вообще без прямого содействия Компании в содержании учеников, по крайней мере, пищей, большого числа учеников миссионеров иметь не в состоянии. Почему преосвященному викарию будет поручено войти об этом предмете в ближайшее сношение с местным Губернатором.

В Тауйске и Ямске священники с причетниками продолжают заниматься обучением детей своих прихожан, по возможности средств к содержанию учеников. Число учеников у последнего неизвестно, а у первого 5 человек, из коих двое Тунгусов, и это кажется еще первые из сего народа, впрочем, доброго и набожного, но не соглашающегося по разным причинам отдавать детей своих учиться грамоте. Быть может и это потому только сделалось, что на Тунгусском языке появились переводы.

В Камчатке из 9 приходов этим делом занимаются только в 4-х (приходах). Число всех учащихся простирается до 25.

Если не все, то большая часть из членов причта с охотой занимались бы этим делом, потому что за каждого обученного выдается из казны вознаграждение от 10 до 15 руб. серебром. Но, к сожалению, встречается непреодолимое для них затруднение и именно то же, что и у прочих, т. е. в содержании учеников пищей, в особенности в отдаленных приходах, где прихожане живут рассеянные, родители доставлять пищу учащимся детям большей частью не в состоянии, то по неулову рыбы, то по трудности сообщений и проч.

Предполагается при свидании с Генерал-Губернатором предложить: не найдется ли возможность производить от казны на учеников, детей Камчадалов, хотя бы по 6 пудов муки в год. Тогда можно надеяться, что грамотность между Камчадалами разовьется более.

До сих пор на Амуре за это дело еще не принимались по новости заселения, а для детей служащих в Николаевске есть школы.

Но в прошедшее лето, как мне доносит Амурский благочинный от сентября, он ездил к туземцам, окрещенным им прошедшего лета, между прочим и для того, чтобы склонить их отдать детей своих для обучения; некоторые согласились охотно и обещались доставить их по окончании рыбных промыслов, при которых дети помогают им; но исполнили ли они это свое обещание, еще неизвестно.

В Якутской области, как сказано мной и в прошедших отчетах, кроме двух гражданских училищ в городах Якутске и Олекме, нет никаких учебных заведений ни для Якутов, ни для крестьян, и до сих пор не находилось возможности учредить их по местным обстоятельствам.

Но теперь имеем надежду, что и между Якутами начинает развиваться грамотность, во-первых, с появлением на их языке книг печатных, при чем, без сомнения, возродится в них самих к тому охота. Но главная надежда основывается на предположении нижеследующем:

По случаю возвращения г. министром дела о ружном окладе духовенству Якутской области (начавшееся еще в 1853 году), г. Якутский Губернатор предложил мне, не найдется ли возможность, с положением духовенству ружных окладов, обязать священников обучать детей прихожан грамоте, с некоторым вознаграждением из тех же окладов?

По рассмотрении и соображении всех обстоятельств, касающихся ружного оклада и обучения детей с нашей стороны, я отвечал ему: когда будут положены ружные оклады, (которые здесь должны быть не иначе, как денежные), тогда а) будет предоставлено каждому из членов причта, по примеру Камчатских, принимать к себе детей прихожан, кто сколько может, для обучения чтению и письму на Русском и Якутском языках и Закону Божию, под наблюдением благочинных, и проч.; б) за каждого обученного или обученную будет выдаваться обучившему, так же, как и в Камчатке, единовременно от 15 до 35 руб., смотря по старанию учащего и по тому, на каком содержании были ученики; в) капитал, потребный на таковые вознаграждения, будет составляться: 1) из частных пожертвований по предложению Гражданского начальства; 2) из остатков ружных окладов от некомплекта причтов и 3) из процентов, ежегодно имеющих вычитаться из ружных окладов, применительно к окладам, производимым от казны, на содержание духовенства.

Но так как вычет по 2 коп. с рубля может составить очень незначительную сумму, то можно допустить вычет по 15 коп. с рубля, от чего капитал может составиться в один год до 3280 руб. серебром. Таковой вычет может быть допущен, во-первых, потому, что других источников не предвидится, а, во-вторых, и потому, что вычтенные деньги будут поступать не в посторонние какие-либо руки, но почти тем же самым лицам, с коих будут вычитаемы, только другим более справедливым и полезным образом124.

IX. Разные сведения

Миссий к 1857 году считалось семь: три в Америке: Квихпакская, Нушегакская и Кенайская; две в Азии: Анадырская и Чаунская, и две походных церкви в Якутской области.

Ныне к ним надлежит причислить еще почти четыре: две на Амуре и две отдаленных от Якутских походных церквей: одна на озере Жессей в Томской епархии и одна на Усть-Зее, что ныне Благовещенск на Амуре. И кроме того, три священника занимаются проповедью между язычниками: Гижигинский между туземцами, обитающими на пространстве между Анадыром и Камчаткой; Ситхинский – между Колошами и Удский между Нигидальцами, живущими на верховьях рек Буреи и Амгуни (близ Амура); а всего с походными церквами можно считать 14 миссий.

Прошедший 14-й отчет мой о состоянии епархии заключал в себе действия Квихпакского миссионера по июль 1855 года.

Из полученных мной ныне сведений, (заключающих в себе действия его по июль 1857 года), видно, что миссионер, протоиерей Иаков Нецветов, в конце мая и начале июня 1856 года предпринимал вторичное путешествие на реку Чагелюк, (где он в 1853 году обратил более 200 человек), до того же самого селения Танитан, где было совершено крещение упомянутых обращенных. Но в нынешнее его путешествие то селение было совершенно пусто, ибо жители разъехались на промысел рыбы. Но бывшие невдалеке лишь только узнали о прибытии его, то немедленно, оставя промысел, прибыли к нему в числе человек более 100, между ними большая часть были крещенные, а прочие еще нет. Первым было предложено приготовиться к принятию Святых Таин, и они с охотой согласились, и в свое время исполнили сей долг свой, в числе 71 души. Между тем миссионер занимался проповедованием Слова Божия некрещенным, и они тоже с охотой слушали проповедь и приняли Святое Крещение в числе 62 душ, быв предварительно оглашаемы своими новообращенными собратьями и, в особенности, их старшинами, которые вообще весьма много помогают миссионеру в этом деле.

В 1857 году миссионер, сверх своих обыкновенных занятий, в конце мая и начале июня предпринимал путешествие еще в первый раз вверх по реке Кускоквиму к так, называемым Кольчанам (из числа коих еще в 1846–47 годах было окрещено мирянином около 100 душ). Но к крайнему его сожалению, сверх чаяния, поездка эта была малоуспешна, ибо вместо того, чтобы найти в известном месте большое собрание Кольчан, как-то бывало в прежние годы постоянно, он нашел весьма немногих, потому что все прочие, в большом числе, поднялись вверх по реке для вновь открывшейся торговли с тамошними жителями, получающими товары и даже оружие от Англичан…

Но миссионер был утешен тем, что, во-первых, тоэн или старшина Филипп Хтутанту, крещенный еще в 1843 году миссионером Ильей Петелиным и с тех пор не видавший священника, не только не забыл свои христианские обязанности, но и передавал своим собратьям все, что знал сам, и склонял их к принятию христианства. Почему он (тоэн) крайне сожалел о том, что миссионер не мог видеть всех Кольчан; во-вторых, тем, что все Кольчане, которых он тут видел, некрещенные приняли крещение в числе, 11 душ, а крещенные мирянином в 1847 году, в числе 17, приняли миропомазание, и все до одного приобщились Святых Таин, и четыре пары сочетались браком.

Вообще миссионер отзывается о сих Кольчанах весьма хорошо и полагает за достоверное, что, как говорил ему и тоэн, если бы он нашел здесь собрание, то, наверное, окрестились бы, если не все, то очень многие.

Относительно утверждения в христианстве всех вообще новопросвещенных им, число коих простирается теперь до 2100, миссионер отзывается так: «О благочестии их я особенного ничего не могу сказать; но о немногих, живущих по Квихиаку и Кускоквиму, могу сказать, что они время от времени более утверждаются в вере и делаются приверженнее к христианству, доказывая то исполнением христианских обязанностей и усердием к молитве, как при общественных служениях, так и в домашнем быту; некоторые из них ныне сами начинают служить молебны пред отправлением куда-либо в путь и при других случаях. Что же касается до прочих, то в некоторых, даже вблизи живущих, замечается охлаждение к вере. Причина тому та, что они, находятся часто в отлучке и обращении с язычниками и Шаманами, не перестающими соблазнять крещенных». Посещать же чаще крещенных миссионер, за неимением помощника, не имеет возможности.

В прошедшем 1857 году отправлен к нему новый помощник, иеромонах Феоктист125, прибывший из С.-Петербурга, который в лето нынешнего 1858 года должен прибыть на место.

В миссии сей по июль 1851 года находились здания, кроме церкви, два дома, один для миссионеров, другой для причетников, две кладовые, баня, кузница и поварня и вчерне отстроенная школа для обучения детей туземцев. И все это заведено и устроено своими средствами, почти без пособия Компании, к которой. впрочем, и не было надобности обращаться.

Нушегакский миссионер в 1856 году, при посещении своем одного селения туземцев для исправления треб, имел случай присоединить к церкви 36 человек язычников, (в том числе 4 детей).

Миссионер сей иеромонах Феофил, сверх обыкновенных своих занятий по приходу, по церкви и по училищу, обращает особенную деятельность на истребление шаманства и шаманов, и Господь благословляет его успехами. Шаманы сами приходят к нему с полным раскаянием и объявляют ему все свои тайны.

Замечателен его способ убеждения их. Он читает в церкви и рассказывает дома из Четь-Минеи те случаи, где Святые угодники имели дело с волшебниками иди нечистыми духами, например, из жития Василия Великого, и о обращении Феофила эконома в церкви и проч. И миссионер говорит, что это чрезвычайно занимает туземцев, так что они, при всей своей лености, не скучают стоять в церкви во время таковых чтений (или рассказов толмача) часа по 4.

Но при всем этом; говорит он, на исповеди открываются прибегавшие во время своих болезней к шаманам, по временам приезжающим к крещенным из других мест, где нет еще христианства.

И эта слабость людей есть – один из самых упорных недугов, который то там, то инде проявляется, и который существует даже и в таких народах, где христианство существует многие столетия.

Миссионер путешествовал и летом 1857 года по своему обширному приходу и имел возможность посетить самых дальних на Аляске Угаленцев и Нагвикцев, которых он, к счастью, застал еще всех дома (не разъехавшихся по промыслам). И все они до одного, в числе 716 душ, с усердием исполнили свой долг очищения совести.

Но в то же время он очень болезнует о других своих прихожанах – Киатинцах живущих недалеко от миссии вверх по Нушегаку, которые, несмотря на давность крещения еще очень мало оказывают усердия к церкви и исполнению обязанностей христианских, и явно предпочитают свои древние обычаи – поминать своих родителей игрушками, несогласными с духом христианства.

Кенайский миссионер, игумен Николай, не уступающий в ревности и усердии в исполнении своих обязанностей своим сподвижникам Квихпакскому и Нушегакскому, отличается от них строгостью, требуя от всех своих прихожан жизни доброй, целомудренной, христианской126, и оттого он не мало терпит злословий и наветов, но он говорит: «Знаю я, что меня все злословят от начальствующего до последнего, но мне до того дела нет, я делаю дело Божие, а там говори, кто что хочет, только в глаза говорить не позволю».

С проповедью своей он в прошедшие два года не путешествовал к язычникам из опасения (и весьма небезосновательно) от Колош; и потому ему не привелось ни одного из них присоединить к церкви. Но зато почти всем своим прихожанам, рассеянным на большом пространстве, он доставил возможность исполнить долг свой, путешествуя для сего и по горам, покрытым вечным снегом, и по морю в байдарках.

Среди всех его трудов, забот и лишений Господь чудным образом утешил его в поездку в 1856 году, сохранением его и всех его спутников от явной гибели, и это случилось так: он, имел намерение к Пасхе приехать в Нучек, где, при значительном числе жителей, находится часовня и где он не был уже два года; из миссии своей он отправился довольно рано, но ветры задерживали его. В великий пяток думал он достигнуть своей цели, ибо был от нее на несколько часов езды, и потому, несмотря на ветер, они отправились; но ветер усилился и принудил их пристать на самом неудобном месте, подле утеса, где они едва могли поместиться со своими байдарками. В следующую ночь ветер еще более усилился, прилив воды сделался необыкновенно большой, а с тем вместе и бурун, или прибой моря, которым и унесло все их байдарки со всеми вещами, и они остались, кто в чем и кто с чем был; а между тем лил сильный дождь. По наступлении дня, они пошли отыскивать свои байдарки и вещи по берегу моря, и прежде всего, к удивлению всех, они нашли между каменьями на некоторой глубине наперсный золотой крест миссионера, который был в футляре, а футляр в железном камилавочнике; но ни того, ни другого, ни тогда, ни после, не найдено, а только один крест, раскинутый, как бы надетый, цепочкой на камень, почему и увиден был; (во всяком другом положении его бы нельзя было увидеть). Потом, к немалой радости их, они нашли одну из своих байдарок, впрочем, сильно изломанную. Все принялись починивать ее; иначе не в чем бы было им переехать чрез пролив и дать знать о ce6е. Между тем настала Пасха, и они встретили ее решительно безо всего; пели, что знали наизусть, похристосовались со слезами, а между тем ветер не переставал. Байдарка была исправлена, но ехать было невозможно, по причине сильного волнения. Миссионер уговорил наконец двоих ехать с собой в редут (Нучек), до которого езды оставалось не более 4 часов, и, несмотря на такую погоду, в которую лучшие ездоки не ездят, они отправились и поехали, и Господь сохранил их среди бурунов и сильного сулоя; они приехали в редут, где, по причине сильного буруна, они могли пристать только потому, что жители почти из воды вытащили их с байдаркой. Миссионер печалился не столько о потере байдарок и вещей своих, сколько о потере своей походной церкви и всех церковных вещей, и утвари. Печалились о последнем и жители; ибо они еще на год должны оставаться без исполнения своих христианских обязанностей; но каковы же были их удивление «и радость, когда на завтра вместе со спутниками его привезли и все церковные вещи совершенно целыми и сохранными, так что и вино, бывшее в двух бутылках, сохранилось, тогда как почти все вещи, бывшие в одной байдарке с церковными вещами, погибли, и самая байдарка разбита в дребезги.

Миссионер при сем потерял почти все свои дорожные вещи и двое суток был очень болен от простуды.

По исполнении всего, что здесь от него требовалось, он отправился обратно в миссию и прибыл благополучно.

Анадырский миссионер Никифоров в последние два года начал действовать очень слабо и поездки к устью Анадыра не делал, почему в июле сего 1858 года сделано распоряжение переменить его вторым священником, служащим в Гижиге.

Вместо известного миссионера Аргентова, отправлен в прошедшем 1857 году священник Петр Суворов, который, выехав из Якутска в августе, на место своей резиденции, т. е. в Среднеколымске, мог прибыть только в конце февраля 1858 г.; и тотчас же приступил к своему делу, отправясь в начале марта в Анюйскую крепость, где обыкновенно бывает сборище Чукоч торгующих.

Здесь он, при помощи и содействии главного тоэна Чукоч Андрея Амвраурина и одного набожного Чукча Андрея Яторгина, окрестил из Чукоч 43 человека, в числе коих 9 женского пола.

Приемы и беседы священника показывают, что он понимает дело миссионера.

По возвращении из Анюйска при первом открывшемся случае, он в июне 1858 г. ездил к Большой реке туда, где находится так называемая Чаунская церковь, куда в то же время приезжал и упомянутый тоэн Амвраурин, и которую он нашел в самом расстроенном виде; крыша, потолки, полы и самые стены требуют безотлагательной поправки127. И хотя тоэн вызывался помочь миссионеру в этом деле пожертвованием звериных шкурь, но конечно не скоро он может исполнить это свое обещание; и потому я, на представление священника Суворова, дал ему раз занять из сумм какой-нибудь церкви до 250 руб. и употребить их на поправку церкви, приступив к этому при первой возможности.

Возвращаясь от церкви по берегу моря к устью реки Колымы, он встретил Чукоч в разных местах до 300 душ обоего пола, в числе коих 173 человека, крещенных прежде, и он еще присоединил к ним 49. Тут же он окрестил одного Коряка из Анадырска, которого он очень хвалить за его усердие к вере. Но в то же время из преждекрещенных Чукоч он нашел 29 человек таких, которые не помнят своих Русских имен, данных им при крещении.

Кроме того, он огласил еще до 70 Чукоч Чаунских; но крестить их он еще не рассудил по причине их склонности к прежним обычаям. Они, как говорит миссионер, всю ночь прошаманили, призывая особым диким пением и игрой на бубнах Злого Духа, который бы им показал Русского Бога!!!

О действиях старшего миссионера, протоиерея Гавриила Вениаминова, частью доставлены были мной сведения еще миссионеры. в январе 1858, заключающееся в путевом его журнале (из которого краткое известие напечатано в Духовной Беседе).

Разные и немалые затруднения и неудобства, впрочем, неизбежные при первом заселении нового края, не позволяли протоиерею исполнить данное им в 1854 году обещание Нигидальцам, обитающим по Амгуни, (впадающей в Амур в 120 верстах выше Николаевска), посетить их жилища в 1856 году и даже в минувшем 1858 году он мог видеть из них весьма немногих. Только в 1857 году летом он имел возможность, и то не в удобное время, побывать на р. Амгуни и подняться по ней верст 60. Ехать же далее, как ему мной было сказано, он, при всем своем желании не мог, по причине наставшей поры запасания рыбы, которая идет в реку в известное и очень недолгое время, и которая для жителей составляет главную пищу.

На расстоянии от устья реки Амгуни и до того места, до которого он поднимался, он нашел жителей в четырех местах и имел возможность проповедовать Евангелие только в первых трех. Но так как, по словам его, земля была очень восприимчива и добра, то семя слова с первого раза оказало полное свое действие, так что почти до одного, из слышавших оное, согласились принять христианство и крещение; и он в эту поездку в первых трех местах имел утешение окрестить 154 души.

В заключении донесения своего ко мне протоиерей пишет, что он более и более убеждался в том, что Самогирцы (жители самого устья реки Амгуни) и Нигидальцы или Неидальцы, обитающие по самой Амгуни, – народ кроткий, ласковый, гостеприимный, честный и, следовательно, добрый. И потому можно надеяться, при помощи Божией, они будут добрыми христианами.

В минувшем 1858 году, как сказано выше и в статье VIII об училищах, протоиерей имел возможность видеть только некоторых из крещенных им в 1857 году Самогирцев и убедить некоторых из них отдать детей своих учиться грамоте, но еще неизвестно, исполнили ли они свое обещание.

Второй Амурский миссионер священник Громов, которому поручено проповедовать слово Божие преимущественно Гилякам и другим, живущим по Амуру, между Мариинском и Николаевском, в прошедшем 1857 и в минувшем 1858 посещал некоторые селения туземцев с этой целью, но не везде имел возможность беседовать с ними за неимением толмача. Впрочем, он в течение прошедшей зимы 1857 –1858 присоединишь к церкви 9 человек, из коих 4 сами явились к нему с просьбой окрестить их.

Удский священник Логинов в 1857 и 1858 годах делал обыкновенные свои поездки на Бурукан, а в 1857 и на Бурею и Силимжу для исправления треб между Тунгусами, собирающимися туда в известное время. В путешествие свое на Бурею он заезжал в одно местечко на устье реки Ассеиньи, живут крещенные Нигидальцы или Неидадьцы и нашел, что они живут непротивно принятой ими новой вере, и тут же присоединил к стаду Христову еще 4 человека, пришедших сюда с Амгуни, а всего в течение двух лет окрещено им 5 человек Нигидадьцев.

Гижигинский помощник благочинного, священник Лев Попов, (которому, между прочим, поручено проповедовать слово Божие туземцам, живущим на пространстве между Анадыром и Камчаткой), в прошедшем 1857 году, с марта по ноябрь, делал разные поездки, первую в Анадырск, для обозрения тамошней паствы, часовни и дел Анадырского миссионера. Часовню он нашел в исправности и чистоте, а миссионера действующим слабо и даже лениво. Едучи туда и обратно, он везде, только находил или встречал туземцев, вступал с ними в беседы, предлагая, между прочим, и слово Божие. Некоторые отвечали, что еже ли старшины их окрестятся, то будут креститься и они, другие только слушали. Более всего пробыл он в Каменском селении, (в том самом, через которое и я проезжал трижды во время моих поездок по Камчатке), в вершине Пенжинской губы. Долго и много он говорил с ними, и все охотно слушали его беседы и даже не противоречили, как бывало прежде, но креститься изъявил желание только один – Петр. И это еще первенец из этого народа смелого, строгого упорного. Имел намерение священник отслужить даже литургию для приобщения новокрещенного. Желали этого и самые жители (которые на обряд крещения смотрели внимательно, без малейшего шума и беспорядка); так что они с охотой выложили для этого из снега в роде часовни, но переменившаяся погода не позволила.

Судя по всему, тому, что говорили туземцы миссионеру, которого они обыкновенно называют Анапедь (отец), и как поступали с ним и смотрели на его священнодействия, можно надеяться, что рано иди поздно, и эти Коряки будут принадлежать Христовой церкви.

Но за то ближайшие к Гижике Коряки, Паренцы остаются еще глухи к проповеди. Во время духовной беседы с ними, которую они начали было слушать со вниманием; когда священник сказал о вечных муках, ожидающих упорных грешников и неверных, то один старик сказал ему: «дай время подумать, у меня есть дети», и лишь только он успел выговорить это, как вдруг из толпы выходить на средину молодой мужчина и закричал на старика: «ты должен быть примером для нас молодых, а ты испугался того, что нас будут жечь после смерти; пусть хоть теперь жгут, но мы креститься не будем»; и криком своим разогнал всех.

Весной и в летнее время священник ездил в разные места для исправления треб между Тунгусами, этими добрыми, простыми и послушными овцами стада Христова.

Миссионер, зная, что более или менее, но есть между ними шаманы и шаманки, он в одном месте перед началом литургии (после проскомидии) велел подойти к себе поближе всем Тунгусам и Тунгускам и, когда они это сделали, он сказал им повелительным голосом: «кто из вас шаман или шаманка, идите ко мне», и тотчас подошли к нему 7 мужчин и 2 женщины. Он спросил их: «хотите ли вы оставить шаманство?» Все молчали. «Если не хотите, то отойдите от меня дальше, дальше, дальше. Вы не мои, я пред Богом отрекусь от вас и проч.». И все они пали на колена и стали просить прощения и помолиться о них Богу, чтобы Он простил им их грехи, и обещались более не шаманить, только говорили: «не прогоняй нас». И все были прощены, разрешены и допущены к причастию Святых Таин. После же литургии они сами принесли свои бубны с принадлежащими к ним инструментами и сожгли при всех.

Ситхинский протоиерей Петр Литвинцев, занимавшийся обращением Колош и ныне выехавший в Иркутск, донес мне о Колошах следующее: Колоши, крещенные, живущие вблизи Новоархангельска, по духовному своему состоянию в последнее время, если и не могли показать ничего особенного, то по мере духовного своего разумения они остаются безукоризненными в отношении исполнения христианских обязанностей. Некрещенные же из них не мешают братьям своим христианам в делах веры, и сами, при всем беспокойном своем характере, не уклоняются от слушания Евангельского учения, немалое число из них не только не отказывается от крещения, но и просят его; а если число окрещенных из них в последние три года (т. е. со времени войны) очень ограничено, то это зависело не от них самих, а от недостатка средств к вразумлению их. Храм их во время войны был разорен, и, во избежание опасности, со стороны их ни в какое другое место не дозволялось собирать их, а равно и посещать их жилища.... По исправлению же и обновлении храма их, западные двери, коими они обыкновенно прежде входили в церковь, уже более не отворялись, и Колош пропускали в храм через рынок под караулом и не более как 15–20 человек, что постоянно оскорбляло их, (и что, конечно, после войны с ними считалось необходимой предосторожностью). Самое же главное то, что после войны не было ни одного толкового переводчика, да и бестолкового можно было иметь не всегда128.

Несомненно то, заключает протоиерей, что если у Колош будет постоянный миссионер, знающий язык их, или даже имеющий при себе благонамеренного и толкового переводчика; то они не замедлят принять учение Евангельское.

При Якутских походных церквах положено 4 священника и предполагалось, при учреждении оных, двум только из них находиться в разъездах постоянно, чередуясь между собой. Но со времени пребывания моего в Якутске, т. е. с 1854 года они, можно сказать, все до одного, благодаря их усердию и ревности, каждогодно были в разъездах, как это можно видеть в прошедших моих отчетах.

В настоящее время один из них, протоиерей Димитрий Хитров, находится в Москве, занимаясь печатанием Якутских книг, которое, впрочем, по его донесениям должно окончиться в конце минувшего 1858, а он должен возвратиться в Якутск в первой половине 1859.

Протоиерей Никита Запольский в начале 1858 года делал поездку к Завилюйским Тунгусам, для исправления между ними треб, вперед и обратно проехав не менее 2500 верст. Во время сей поездки он исповедал более 500 человек, браков совершено 8, окрещено младенцев 60 и отпето 12.

В наступающем 1859 году предполагается сделать еще поездку к Тунгусам, а в октябре опять предпринять второе путешествие через Алдан и Темпен на реку Зею, потому что Зейский священник, о коем будет сказано ниже, не имел и не имеет возможности ни видеть, ни посетить Зейских Тунгусов.

Открытие миссионерского прихода при озере Жессей (в Томской епархии), как об этом сказано было мной в 13 отчете, куда отправлен был в начале 1857 года священник походной церкви Николай Попов, (как о том мной было донесено Святейшему Синоду, от 14 мая, 1857, за № 731), по милости Божией, принесло уже не малый плод. Священник, по прибытии своем к озеру Жессей 4 июня, прежде всего занялся исправлением треб между крещенными Тунгусами. В ноябре же месяце он имел возможность сделать поездку к юго-западу по направлению к Туруханску к живущим там некрещенным Тунгусам означенного округа, для проповеди слова Божия, и с первого раза, без всяких прекословий, окрестилось несколько семейств, в числе более 100 человек, а всего же присоединено им к церкви 178 душ, в числе коих 48 детей и две девяностолетние старухи.

На местные способы к прожитию миссионер не жалуется. Но досдача хлеба и провизии из Вилюйска за 2000 верст, по местам совершенно пустым, чрезвычайно затруднительна. Времени для переезда в один конец надобно употребить не мене 2-х месяцев. Так он в первый раз. отправляясь из Вилюйска 3 апреля, на место прибыль 4 июня, а оттуда отправляясь налегке 8 февраля, в Вилюйск приехал 20 марта, но самому лучшему пути и при благоприятных обстоятельствах.

Открытие второго миссионерского прихода (о чем мной было донесено Святейшему Синоду, от 19 мая 1857 года, за № 733) также принесло немалую пользу, но только иным образом, как об этом будем сказано ниже.

Главная цель открытия сего прихода была та, чтобы дать возможность исполнять свои христианские обязанности своевременно Тунгусам Якутской области, кочующим по притокам реки Зеи и которые, как сказано мной в предпрошедшем отчете 13, не видали священника от 12 до 20 лет сряду, и к которым ездил и опять собирается ехать протоиерей Запольский.

С этой целью и отправлен был один из священников Якутской походной церкви Адександр Сизых чрез Иркутск с тем, чтобы он, имея постоянное пребывание на Усть-Зее (гд было несколько жителей из наших казаков), путешествовал оттуда по реке Зее для исправления треб между означенными Тунгусами. Священник Сизых, отправляясь из Якутска 26 марта, на место свое прибыл 29 июля 1857.

Но в это самое время последовало заселение левой стороны реки Амура нашими казаками и солдатами от Устьстрелочного караула до Хинганскаго хребта на расстоянии около 1000 верст, и главным пунктом управления избрано было начальством то же самое место, где должен был поселиться священник, т. е. на Усть-Зее; а почему и цель, для которой он был послан, должна была измениться, т. е. вместо того, чтобы исправлять требы между Тунгусами, он должен был исправлять и исправлял между новыми поселенцами, и в течение зимы и весны 1858 года он приобщил Святых Таин 1235 человек обоего пола и, между прочим, окрестил 8 казаков ламайской веры, каковых на Амуре очень не мало; но они вообще отказываются от принятия христианства под тем предлогом, что отступление от обычаев предков их не прибавить им счастья служить так верно, как они ныне служат129.

Проживая на Усть-Зее (что ныне город Благовещенск), священник в праздничные и воскресные дни отправлял обычные служения в тамошней часовне (очень небольшой, построенной первыми поселенцами казаками в 1856 году).

По сим причинам священник Сизых не имел никакой возможности не только исправлять требы между Тунгусами, для которых он быль послан, но даже н видеть их. И потому то предполагается опять послать к ним из Якутска особого священника.

Во время поездки своей к казакам, живущим вниз и вверх по Амуру, священник виделся и с Манджурами и с Манеграми; последние то же, что наши Тунгусы и, как кочующие, живут в бедности; а первые, занимаясь хлебопашеством, живут достаточно, а некоторые (вероятно торгами) живут даже богато.

Ни тем, ни другим священник предложения о принятии христианской веры еще не делал, да и не смел делать, ибо только 1-го июня сего года Китайское Правительство дало таковое право всем христианским миссионерам, но священник говорит, что Манджуры, живущие вблизи нынешнего Благовещенска и изредка посещавшие наших, бессознательно кланялись нашим иконам и изъявляли желание слышать о нашей вере; но не было переводчика.

В предыдущем отчете моем сказано было мной, что к Куридьцам послан был иеромонах Арефа, который в течение двух лет имел возможность видеть всех и каждого из них.

В минувшем 1858 году опять тот-же иеромонах Арефа отправлен к ним и с той же целью, т. е. чтобы увидеть всех и каждого и доставить им возможность исполнить все обязанности христианские. И известно, что в июне прибыл на остров Шумшу (один из Курильских). О дальнейших же его действиях известий можно ожидать не ранее августа 1859.

Из сказанного выше о миссиях и миссионерах видно, что в последней половине 1856, в течение 1857 и первой половине 1858 года по Камчатской епархии присоединено к нашей церкви всего:


Язычников:
в Америке
В Квихпакской миссии 90 – Нушегакской 39
в Камчатке
В Гижиге Коряк 1 Олюторцев 6
На озере Жессей (Томск. епар.)
Тунгусов 178
На Амуре
Нигидальцев 59
Самогирцев и Гиляков 108
Ламансой веры 11
В Чаунской миссии
Чукоч 116
А всего 608

Кроме того, в Камчатке:

Из Лютеран – один.

В Якутской области:

Раскольников – двое.

По канцелярии Преосвященного в 1857 п 1858 годах входящих бумаг всех было 1113. Кроме 60 прошений из разных епархий от духовных лиц, просящихся на службу в Камчатской епархии (по случаю распубликования положения и выдаче пособий едущим туда), из которых только при 3-х были приложены свидетельства, данные от семинарий, а все прочие не представили никаких бумаг, т. е. ни аттестатов, ни послужных списков, ни одобрений своего ближайшего Начальства130.

В числе входящих бумаг – указов и отношений г. Обер-Прокурора 272, и из них у Преосвященного остается только два указа (22 февраля и 28 августа 1858) о мерах к сокращению переписки131.

Исходящих бумаг от имени Преосвященного в 1857 и 58 годах было всего 438, в том числе донесений Святейшему Синоду и отношений к г. Обер-Прокурору 134 и распорядительных до 70.

X. Об Оспопрививании

Во исполнение указа Святейшего Синода от 21 сентября 1856 года, касательно содействия со стороны духовенства к распространению оспопрививания, мной было предписано от 4 февраля 1857 собрать сведения от всех причтов по всей епархии: в каком состоянии находится оспопрививание в каждом приходе? Что может сделать и делает духовенство для распространения сей общеполезной меры? И какие средства для сего ему нужны?

На сие предписание еще нет донесения от Американских церквей и миссий; а из донесений, полученных мной, видно: а) в Камчатке эта часть идет весьма удовлетворительно, как со стороны гражданской, так и со стороны духовенства; доказательством тому может служить то, что с ноября 1856 и по Май 1857 года оспа привита была 697 из 818 детей и не привито осталось 121, впрочем, более потому, чтобы подновлять материю. Делом этим занимались особые лекарские ученики и сам окружной врач. б) И в других местах по Якутской области занимаются этим делом тоже лекарские ученики, избираемые из самих жителей; но успех прививания зависит сколько от старания прививающих, столько же и от того, имеется ли оспенная материя.

Но говоря вообще, между Якутами и другими оседлыми жителями, при внимательном действии Якутского оспенного комитета, дело идет довольно удовлетворительно.

Но что касается до Тунгусов и других бродячих туземцев Колымских и Охотских, то оспопрививание между ними очень мало распространяется, чему препятствует главное их образ жизни.

Некоторые из тамошних священников представили мне свои мнения об успешнейшем ходе этого дела, которые мной и переданы на рассмотрение оспенного комитета чрез члена оного с духовной стороны.

XI. О раскольниках

Ни в Америке, ни в Камчатке, ни в Охотском округе, благодарение Богу, раскольников нет никаких. Они находятся только в Якутской области и появились на Амуре, те и другие из-за Байкала. Но и в Якутской области они находятся почти в одном только месте – по Аянскому тракту и несколько около города.

Число всех раскольников в Камчатской епархии с женами и детьми не превышает 555. До 50 из них поселились на Амуре; а из прочих самое большое количество живет в новоустроенном в 1857 – 1858 годах особом селении по реке Амге, выше Амгинского селения (нашего православного, где есть церковь и 3 священника) верстах в 15.

Но слышно и нет причины подозревать раскольников в совращении наших в их секту; да кажется и нет им никакой выгоды совращать наших православных. Напротив того, из числа их обратилось к православию безусловно 5 душ в 1854 и в прошедшем 1857 одна девица, вышедшая замуж за православного; и в том же году обратился один из ссыльных безпоповщинской секты.

Живущие по Аянскому тракту и в новом селении вообще очень приветливы лично ко мне и к священникам; так что всякий из домохозяев, которых я имел случай видеть, желал принять меня у себя в доме; и все, у кого я был, с видимым радушием принимали и угощали своими огородными произведениями, и при отбытии нашем снабжали нас на дорогу, кто чем мог. Многие даже из почетных, кланялись мне до земли. Некоторые из них с доверенностью обращаются ко мне со своими нуждами за пособием или советом. Но при всем том кажется нет никакой надежды на полное и искреннее их обращение к православной церкви, по крайней мере, дотоле, пока не обратятся Забайкальские и особенно Московские их со6paтья. Они, как говорят, считают меня тем, чем я есть, и готовы с радостью принять от меня священника; но с тем (как и везде), чтобы он после того не подходил ко мне на благословение и проч.

И посему в настоящее время я, пользуясь таковым их ко мне расположением, одно имею ближайшей целью: убеждать их в том, чтобы они никогда и, особенно, умирая, не заклинали своих детей оставаться в их в их вере, а предоставляли бы им на их собственную волю. Не знаю, искренно или притворно, но все те, с коими мне, случалось говорить об этом, давали мне в том слово.

XII. Общий взгляд на состояние епархии

Состояние Камчатской епархии, благодарение Господу, говоря вообще, видимо улучшается во всех отношениях.

Число богослужебных зданий, в которых совершаются и литургии увеличилось почти четвертой частью, так, например, в 1854 году их было 156, а к 1859 году состоит до 200, и большей частью в Якутской области, т. е. там, того требовала необходимость,

В духовенстве число кончивших курс также увеличивается и отчасти самое поведение его возвышается; и в числе оного есть немало таких, которые с видимым усердием и ревностью исполняют свои обязанности; есть несколько и таких, кои сверх обыкновенных своих обязанностей, занимались и занимаются особенными служениями на пользу церкви, т. е. или преподаванием катехизических поучений или обучением детей прихожан грамоте и проч.

Паства год от году постепенно увеличивается числом – рождением и присоединением из язычников, так, например, к 1854 году она состояла из 237992 душ обоего пола, к 1858 году состоит не менее, как из 255700. Но и самый дух благочестия в народе если не возрастает видимо, то и не видно того. чтобы где-либо он видимо упадал между давнообращенными. Напротив того, судя по числу не исповедавшихся, постепенно уменьшающемуся, видно, что число исполняющих христианские обязанности становится более и более.

Состояние катехизических поучений хотя далеко неудовлетворительно, точно так же, как и обучение грамоте детей прихожан, впрочем, большей частью, особенно в последнем отношении, по причинам, не зависящим от духовенства; но при всем том, то и другое, по мере возможности, мало по малу усиливается и в особенности по приходам Американских церквей и миссий.

Миссии наши, благодарение Господу, можно сказать, все находятся в возможно удовлетворительном состоянии. Конечно, при этом же самом числе миссионеров, успехи обращения могли бы быть гораздо более. Но, во-первых, успехи не всегда зависят от действия миссионеров, а, во-вторых, средства их и обстоятельства местные весьма много препятствуют успехам. Но, без сомнения, так угодно Господу; иначе, если бы для всех и каждого из язычников, живущих вблизи нас, приспело время обращения на путь истины, то Господь не укоснил бы отвратить все препятствия и открыть средства к усилению действий миссионеров.

Особенно же важное улучшение состояния Камчатской епархии последовало и последует от новых положений, как то: учреждения двух викарианств, перенесения исправления обязанностей консистории от одного правления на другое и точное определение прав и преимуществ, служащим в Камчатской епархии. К приведению в исполнение первого учреждения лишь только приступлено; второе приведено в исполнение, и польза этого оказалась при первом же разе, а последнее учреждение возбудило желание служить в Камчатской епархии, можно сказать, повсюду, так, что по январь 1859 года поступило ко мне прошений более чем от 60 человек, о принятии их на службу. И вероятно число желающих не ограничится этим.

Но главнейшее из всех улучшений Камчатской епархии, последовавшее в последние три, четыре года, есть без сомнения то, что в минувшем 1858 году, по милости Святейшего Синода, приведено в окончательное исполнение дело о переводе нескольких священных книг на Якутский язык напечатанием их. И в наступившем году мы, и все Якуты, и другие, говорящие сим языком, будут иметь утешение слышать на своем родном языке Слово Божие и самые службы; и, следовательно, с тем вместе более или менее, но непременно будет очищаться, укрепляться и возвышаться вера и благочестие говорящих сим языком, а таковых не менее 200 т.

Это событие или 1858 год составит эпоху в истории не только Камчатской епархии, но и более, ибо и самый краткий историк церковный заметит об этом в своем сказании.

Слава и благодарение Господу Богу! Честь и слава, и спасение тем, кого Господь избрал быть орудием и споспешником этого дела.

Конец второй книги.

* * *

115

О состоянии Камчатской епархии было представлено Архиепископом Иннокентием в Св. Синод следующее донесение от 8 января 1859 г. из г. Якутска:

При сем честь имею представить Святейшему Правительствующему Синоду отчет (15) о состоянии Камчатской епархии за 1857 и 1858 годы.

Причина же, почему мной не было представлено особого отчета за 1857 год, та, что я в начале минувшего 1858 года, находясь в С.-Петербурге, имел при себе весьма немногие сведения о состоянии только некоторых церквей, и потому не мог представить надлежащего отчета. В Якутске же прибыл только 2 сентября, т.е. тогда, когда уже наступило время помышлять об отчете за истекающий год. И притом донесение из Америки и сведения за 1857 и даже за 1856 год мной получены только в ноябре 1858 года. (Дело Архива Св. Синода 1859 г. №1921.)

Ив. Б.

116

Относительно назначения Викария в Новоархангельск писаной мной г. Обер-Прокурору от 17 сентября. Прим. Автора.

117

Ныне Преосвященный Дионисий Епископ Уфимский и Мензелинский, автор грамматики Якутского языка, составленной для руководства при обучении Якутов грамоте. В 1857 году он был командирован Преосвященным Иннокентием, как знаток Якутского языка, в Петербург и Москву для редакции печатаемых на Якутском языке священно-церковных книг. Ив. Б.

118

Кроме одного священника, бывшего в Тигиле, который своевольно истратил на свои надобности деньги, оставшиеся от некомплекта причта. Производится взыскание. Прим. Автора.

119

Куда он был вызван для присутствия в Святейшем Синоде. См. книгу «Иннокентий, Митрополит Московский и Коломенский». Стр. 413–421. Ив. Б.

120

См. книгу Иннокентий, Митрополит Московский и Коломенский». Стр. 422–424. Ив. Б.

1

Записка эта была первоначально представлена Высокопреосвященным Иннокентием (тогда еще в сане священника) в 1839 году, т. е. в тод первого его приезда в С.-Петербург с острова Ситхи, Обер-Прокурору Св. Синода графу Н. А. Протасову в рукописи; а затем в 1840 году была напечатана в Журн. Мин., Народн, Просвящ. (т. ХХVI. №6) и обратила на себя внимание ученого миpa.

121

Разбирая вновь полученные от достоуважаемой Екатерины Ивановны Вениаминовой бумаги Митрополита Иннокентия, нам попался сверток документов с собственноручной подписью Владыки: «мои собственные бумаги, спасшиеся от пожара, бывшего в Якутске 185 года». По рассмотрении сего свертка, мы вышли заключающиеся в нем документы чрезвычайно интересными: это целое самостоятельное сочинение (в письмах) нашего Камчатского и Алеутского Апостола, написанное на обыкновенной писчей бумаге, под заглавием: «О цели существования человека на земле и о средствах к достижению оной»; но к величайшему нашему прискорбию, воспроизвести его в печати нет никакой возможности, так как края листов кругом совершенно обгорели, так что листы этого сочинения приняли овальный вид. Тут невольно вспомнить слова нашего излюбленного Иерарха, сказанные им в то время, когда нам пришла мысль собирать материалы для его жизнеописания. Он добродушно ответил нам на это: «не беспокойтесь, для чего все это надо? биография моя давно уже частью сгорела, а частью потонула в морях и реках, следовательно, не судьба быть ей в печати. А если вы так интересуетесь мной, то прочтите мои письма в Творениях Святых Отцов к Митрополиту Филарету, хотя он, должен Вам заметить, значительно сокращены им по неизвестной мне причине, остальное же, право, пустяки. Что же касается до ваших замечаний, относительно виденного вами моего портрета, отвечаю вам: «Если он только носит образ человека, то и слава Богу, больше ничего не требуется.» – Какая подумаешь скромность этого подвижника веры Христовой; а между тем иностранцы, в особенности Англичане и Американцы, почтительно преклонялись пред его величавой личностью и даже воспевали его в стихах. Вот как характеризует его священник Кельш, в одном из своих посланий к нему, которое не вошло в наше издание 1883 года под заглавием «Иннокентий, Митрополит Московский и Коломенский по его сочинениям, письмам и рассказам современников», так как оно получено было нами после выхода в свет книги нашей:

«…………….. В стране пустынной и суровой,

Бродя по тундрам и лесам,

Ты говорил слова Христовы

Непросвещенным дикарям.

Ты твердо шел путем из терний

В своих Апостольских трудах,

И засиял снег невечерний

На Алеутских островах……………..»

Подлинник вышеупомянутой обгоревшей рукописи принесен нами в дар библиотеке Странноприимного в Москве Дома Графа Шереметьева, где рукопись эта хранится в витрине, в память того, что Преосвященный Иннокентий в первый приезд свой в Москву из Америки в 1840 году, бывши в то время еще протоиереем, обозревал этот Дом и расписался в книге, (заведенной для всех посещающих) так: «Протоиерей Иоанн Вениаминов Американских церквей Благочинный и миссионер 1840 г. мая 26 дня, и закончил по-Алеутски «Кáмга тƔккƔ Ɣнáлгам Камгам Ɣльня́гам». Что сие изречение выражает, мы, по незнанию Алеутского языка, к крайнему сожалению нашему сказать не можем. Ив. Б.

122

Во свидетельство об успехах неусыпных миссионерских трудов преосвященного Иннокентия Камчатского и о состоянии церквей, основанных им в стране дикарей, приводим следующую выдержку из письма инспектора Новоархангельской семинарии иеромонаха Вонифатия к Иннокентию, Архиепископу Херсонскому (Православный Собеседник. Казань. 1855 г. стр. 212–213): «…если сообразить все неудобства и затруднения в здешнем краю к успешному влиянию на туземцев и все препятствия к тому физические и нравственные, то, по истине, надобно еще удивляться нравственному состоянию диких и успехам миссий. Но более всего в этом случае достоин удивления сам Высокопреосвященных наш. Все это плоды единственно его неусыпных трудов и молитв. Его стараниям, усилиям, бдительности и попечительности нет конца и меры. За то и церкви, воздвигнутые им, находятся в вожделенном состоянии. Они безбедно могут существовать теми скудными средствами, кои сбережены его умением, расчетностью и предусмотрительностью. При всем том поприще его многотрудной деятельности не ограничилось Русской Америкой, морями и Камчаткой; он простер сапог свой и жезл свой даже и на азиатский матрик, именно на Якутскую область, которая жалчайшим состоянием своим обратила его внимание на себя. Он уверен, что эта область будет присоединена к его епархии». Нужно заметить, что присоединение Якутской области к Камчатской епархии было одним из главных желаний и забот преосвященного Иннокентия; оно действительно и осуществилось, к великому его утешению, 26 июля 1852 года. «Таков нам подобаше Архиеерей» – замечает о. Вонифатий в том же письме – «от природы крепкого и плотного сложения, высокого роста, он, несмотря на свои лета, украшенный сединами, бодр, жив, весел, добр, ласков, прост, но в то же время и сильно стог; неутомимо деятелен и чрезвычайно опытен по жизни и по духу. Одним словом – Святитель»). Ив. Б.

123

Все вышеозначеные причины, препятствующие или останавливающие дело преподавания катехизических поучений, как они не уважительны, но он отнюдь не первый и не главный, а можно сказать только десятые-официальные-бумажные. Главных причин тому только две: одна и первая заключается в самих священниках, а другая зависит от родителей. Скажем прежде о последней.

Самая большая часть нынешних родителей воспитаны без особенного учения Закону Божию и, доживая уже почти свой век, они не видят от того для себя никаких невыгод или вреда; тоже они видели и на своих отцах и праотцах; и потому многие из них не в состоянии ни понять своей обязаноости обучать детей Закону Божию, ни видеть пользы от этого. Следовательно, на продолжение им посылать детей своих в известное время в церковь нарочно для слушания поучений, они смотрят совсем не так, как следует; и потому можно ли ожидать от них, чтобы они пеклись об этом со всей тщательностью? При лучших обстоятельствах, они, пожалуй, будут посылать своих детей, но при первой встрече затруднений, нужд и проч., готовы забыть или изменить это – как дело совершенно безразличное.

Самая же главная причина, я сказал, заключается в самих священниках, и это действительно так.

Нынешнее духовенство самой большей частью, к исполнению своих пастырских обязанностей побуждается не чувством своего долга, не заповедями и не примером Апостолов и Великого Пастыреначальника и даже не узаконениями и не общими предписаниями своего ближнего начальства, или лучше сказать страхом взыскания или наказания за неисполнение, или общим примером своих собратий. Что делают все, того нельзя не делать безнаказанно, а что делают некоторые, и по своей охоте, то можно и не делать, если нет к тому особенных побуждений или собственного желания, и тем более, что за невыполнение, взысканий не бывает и не положено. А так как преподавание катехизических поучений не есть обязательно для всех и каждого из священников, и уклонение от сей обязанности не влечет за собой какого взыскания, а тем менее изыскания; а потому этим делом занимаются только некоторые и то самой большей частью по каким*либо особым побуждениям, напр. по личному предположению или просьбе самого Преосвященного, или чаяния награды; а так как для получения наград есть много других путей и гораздо легчайших, Преосвященные же не все и каждый могут предлагать или просить, а тем менее наблюдать за исполнением; то ленивые или не желающие заняться сим делом всегда найдут причины отговариваться или оправдываться в исполнении самых просьб Преосвященного.

Как же помочь всем этому? Вторая причина (зависящая от родителей) может уничтожиться даже сама собой при уничтожении или ослаблении первой. Доказательство тому я отчасти видел и вижу на опыте. Когда я, живя в Ситхе (и имея более свободного времени от дел служебных, нежели поручные мне священники), занимался сам преподаванием катехизических поучений; то многие из ваших православных родителей очень мало заботились о том, чтобы дети их ходили к слушанию поучений моих; надобно было делать напоминания; но в то же время (нельзя не отдать справедливости) некоторые почетные дамы лютеранского исповедания с удивительной заботливостью наблюдали за исполнением этого живших у них в услужении девушек нашего исповедания. Они не только посылали их благовременно, но почти каждый раз, по возвращении их домой, спрашивали, о чем им было говорено. Это доказывает, что они, будучи сами научены или учены Закону Божию, понимают необходимость и пользу научать тому и своих домочадцев. Тоже самое начинает оказываться ныне и в ваших православных матерях, имевших случай катехизического поучения. Они, как видно, по крайней мере, также поняли то, что надобно учить детей Закону Божию и вероятно от этого-то в Америке и стало увеличиваться число слушающих. Судя поэтому, можно заключить или, по крайней мере, надеяться, что со временем родители будут содействовать священникам, даже и без влияния светской власти. А если то можно испросить у высшего правительства, то это по мнению моему, разве только то, чтобы оно признало и утвердило власть и право священников везде и всегда делать замечания и выговор детям всех званий за явное нарушение того, что им преподано в церкви.

Как возбудить в священниках охоту заниматься сим делом? вопрос чрезвычайно важный.

Конечно самый лучший и благонадежнейший способ к тому – давать духовным воспитание духовное, отнюдь не ограничиваясь преподаванием одних наук, хотя бы и самых избранных… Но, Бог знает, когда это будет!.. Да и будет ли когда-нибудь по грехам нашим!!!... А между тем настоит видимая необходимость заняться обучением народа Закону Божию… Итак, какие же затем остаются способы и средства к возбуждению священников к исполнению этой важнейшей и крайне необходимейшей обязанности!

Подвергать взысканию не исполняющих? Мера, конечно, справедливая и довольно действительная. Но прежде надобно эту обязанность поставить на ту же степень обязанности, на какой стоит, напр. требоисправление и отправление служб в дни высокоторжественные и праздничные, и, следовательно, надобно возложить ее на всех и каждого из священников. Но на деле окажется, что тут тотчас явятся исключения, не говоря уже о придворном духовенстве, прежде всего отзовутся от исполнения этого столичные священники тем, что дети их прихожан, и обоего пола, обучаются в училищах, и, следовательно, слушают Закон Божий. За ними – военного ведомства, а там станут находить уважительные причины и городские священники. И, следовательно, эта обязанность падет только на сельских. Конечно, им-то преимущественно и надлежит заниматься этим делом. Но исключения из правил, как бы они ни были уважительны и официальны, весьма много ослабляют силу предписаний во всех отношениях. Следовательно, эта мера отрицательно действительная, и потому столь же полезная, как и все подобные.

Поощрять наградами? Да! эта мера или этот способ по духу нынешнего времени есть самый действительнейший и лучший из всех. Но так как награды даются и не за исполнение этой обязанности, и притом нельзя ли учредить какого-либо особенного знака отличия, напр. подобного магистерскому кресту, который давался бы именно только занимающимся преподаванием катехизических поучений детям и никому другому. Еще лучше бы было, если бы нашлась возможность, с пожалованием сего знака, соединить непременно производство некоторой пенсии из капитала сельского духовенства, назначенному для пособий оному. Эта пенсия, по мнению моему, будет самая лучшая и справедливейшая мера пособия, между прочим, и потому, что довольство духовенства и преимущественно сельского, весьма много зависит от состояния благочестия в народе. Поднимется степень благочестия и набожности в народе, улучшиться с тем вместе и состояние духовенства без всяких понуждений и внушений, и оттого менее потребуется пособий нуждающимся. А благочестие и набожность в народе непременно поднимутся, когда везде или, по крайней мере, во многих местах будут постоянно заниматься преподаванием катехизических поучений. Выдача же пенсий заставить многих заниматься по силам своим преподаванием катехизических поучений. И потому этот знак отличия можно разделить на степени, так чтобы высшей степени присвоить большую пенсию, а низшей – меньшую. Примеч. автора.

124

Пока на этом и остановилось дело о положении ружных окладов и обучении грамоте детей Якутов. К допущению особого налога на Якутов и других, г. министр находит важные и небезосновательные затруднения; но когда он, между прочим, увидит, что с положением сих окладов может начаться и самое просвещение, тогда, быть может, и согласится. Прим. Автора.

125

Но к крайнему, сожалению, судя по некоторым слишком свободным его поступкам в Ситхе и по духу его можно заключить, что едва ли от него будет польза для миссии… и если бы я знал хотя половину того, что я слышал об нем, то и не послал бы его в миссию, впрочем, в нем особенно замечательно то, что он каждую литургию плачет!!! Дай Бог, чтобы неодобрительные его действия и поступки были только следствием молодости и неопытности. Прим. Автора.

126

Так, например, в одном месте, где Русские и иностранцы живут распутно, он не хотел разобраться из байдарок дотоле, пока по его настоянию не были прогнаны невенчанные девки туземки. И только тогда он разобрался с церковью и исполнил, что от него требовалось. Прим. Автора.

127

И не удивительно, что так скоро требуется поправка церкви: лес, из которого она построена, собрав выходной с моря; постройка шла скоро и людьми не совсем опытными. Лучших средств и нельзя найти в тамошнем месте. Прим. Автора.

128

Наш же собственный переводчик, Иван Надеждин, ученик семинарии, во время войны был заподозрен начальством и потому удален из Ситхи навсегда. Прим. Автора.

129

Стоит замечания, что подобные мнения имеют и жители-туземцы Алтайских гор. См. стран. 5. «Исторические сведения о Алтайской миссии Московского священника Лаврова». Прим. Автора.

130

По всем сим прошениям будет вписано в Консистории, дабы они объявили предведомственным им просителям, если они хотят в Камчатской епархии, то представили бы свои формулярные списки и одобрения ближайших своих начальств, иначе прошения их останутся без последствий. Прим. Автора.

131

Указы сии остаются затем, что при настоящем порядке делопроизводства по Духовным Правлениям не предвидится ничего такого, что бы требовало сокращения, кроме ограничения числа ведомостей о суммах, обращающихся в Духовных Правлениях. Но такое сокращение для одной епархии не может быть сделано. А если оно будет допущено везде, то само собой распространяться и на Камчатскую епархию. Прим. Автора.



Источник: Творения Иннокентия, митрополита Московского / Собр. Иваном Барсуковым. Кн. 1-3. - Москва : Синод. тип., 1886-1888. / Кн. 2. - 1887. - 492 с.

Вам может быть интересно:

1. Письма к монашествующим. Отделение 2. Письма к монахиням. [Часть 3] преподобный Макарий Оптинский (Иванов)

2. Творения Иннокентия митрополита Московского. Книга третья святитель Иннокентий (Вениаминов), митрополит Московский

3. Современное русское сектантство: (очерки, статьи и исследования) Дмитрий Иванович Скворцов

4. Митрополиты древней Руси (X–XVI века) – Чудотворец митрополит Пётр (1308–1326) архимандрит Макарий (Веретенников)

5. Исламоведение. 1. Аравия, колыбель ислама Николай Петрович Остроумов

6. Книга бытия моего. Том V епископ Порфирий (Успенский)

7. Преосвященный Кирилл Наумов, епископ Мелитопольский, бывший настоятель Русской духовной миссии в Иерусалиме: Очерк из истории сношений России с православным Востоком протоиерей Фёдор Титов

8. Проповеди протоиерей Димитрий Смирнов

9. Путешествие по святым местам русским. Часть 2 Андрей Николаевич Муравьёв

10. Мои дневники. Выпуск 5 архимандрит Никон (Рождественский)

Комментарии для сайта Cackle