Буква Μ
Глава 1. О тайнах и о разглашающих тайны
Открывающий тайну ходит с коварством330 (ср. Притч. 11:13). Услышал ты слово – пусть оно умрет с тобою (Сир. 19:10). Немилостив тот, кто не хранит слов, и он не пощадит ни от злострадания, ни от уз (Сир. 13:12). Пред чужим не делай тайного, ибо не знаешь, что оно породит. Не всякому человеку открывай сердце твое (Сир. 8:21–22). Кто надежно хранит слово при себе, тот проживет с великим удовольствием. Услышал ты слово? – говорит [Писание], – пусть оно умрет с тобою. Угаси его, закопай. Не дай ему выйти наружу и даже вовсе шевельнуться. Умертви сказанное, предай его забвению, чтобы уподобиться не слышавшим. Болтуны, выбалтывая то, о чем следует молчать, как бы от зуда в языке изливают в уши недостойное слуха.
Глава 2. О ненависти к пороку и о том, что неугодно Богу
Непристойного не хочет видеть Господь; пред Него не войдет [коварство]. (Иов. 35:13; ср. 13:16)
Ты – Бог, не желающий беззакония; не водворится у Тебя лукавый, и не пребудут… (Пс. 5:5–6)
Ты возненавидел всех, хранящих суетное напрасно (Пс. 30:7).
Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие (Пс. 44:8).
Бог рассыпал кости человекоугодников; постыдились они, ибо Бог уничижил их (Пс. 52:6).
Уничижил Ты всех, отступающих от оправданий Твоих, ибо неправедно помышление их (Пс. 118:118).
Мерзость пред Господом – уста лживые; мерзость пред Господом – помышление неправедное (Притч. 12:22; 15:26).
Кто признает неправедного праведным, а праведного неправедным, тот нечист и мерзок пред Господом (Притч. 17:15).
Господь гордым противится (Притч. 3:34).
Мерзость пред Господом – пути развращенные (Притч. 11:20).
Нечист пред Господом всякий высокосердый (Притч. 16:5).
Я – Господь, любящий правду и ненавидящий неправедно награбленное (Ис. 61:8).
Вы стали Мне в пресыщение, не прощу более грехов ваших. Когда простираете руки ваши ко Мне, Я отвращу от вас очи Мои; и если умножите моление, не услышу вас, ибо руки ваши полны крови (Ис. 1:14–15).
Ненавистна пред Господом и людьми гордость (Сир. 10:7).
Что высоко у людей, то мерзость пред Господом (ср. Лк. 16:15).
Глава 3. О покаянии и исповеди
Иуда сказал: Фамарь оправдана, потому что [PG96.105] я не дал ее Силому, сыну моему. И он больше не познавал ее (Быт. 38:26). Нафан сказал Давиду: так говорит Господь: вот, Я воздвигну на тебя зло, и возьму жен твоих пред глазами твоими, и отдам ближнему твоему, ибо ты сделал это тайно. И сказал Давид Нафану: согрешил я пред Господом. И сказал Нафан: и Господь снял с тебя грех твой (ср. 2Цар. 12:11–13). Когда Ахав умилился пред лицем Господним, и ходил плача, и разодрал одежды свои, и препоясался вретищем по телу своему, и постился, (3Цар. 21:27)
в тот день, когда он поразил Навуфея, сказал Господь Илии: не наведу бедствия во дни Ахава, потому что он умилился пред лицем Моим, но во дни сына его наведу бедствие (3Цар. 21:27–29).
Ты, Господи, по множеству благости Твоей обещал покаяние и прощение грешникам во спасение (Молитва Манассии, 7).
Если бы было и тысяча смертоносных ангелов, ни один из них не уязвит его, если он помыслит в сердце своем обратиться к Господу (Иов. 33:23).
Совлекись скверн и не бойся; забудь труд твой, как прошедшую волну, и не устрашишься; молитва же твоя – как денница (ср. Иов. 11:15–17).
Если обратишься и смиришь себя пред Господом и удалишь неправду от жилища твоего, то Вседержитель будет тебе помощником против врагов и возвратит тебя чистым, как серебро, очищенное огнем; и на путях твоих будет тебе свет, потому что ты смирил себя (ср. Иов. 22:23–29).
Если обратятся от неправды, и послушают, и будут служить, то окончат дни свои в благах (ср. Иов. 36:10–11).
Открывает свои грехи в собрании муж, легко распознаваемый (ср. Притч. 26:26).
Придите, и обратимся к Господу Богу нашему, ибо Он поразил – и исцелит нас; Он ударил – и перевяжет нас; уврачует нас через два дня, и в третий день мы воскреснем и будем жить пред Ним, и познаем, и будем стремиться познать Его (Ос. 6:1–3).
Обратитесь ко Мне всем сердцем вашим, в посте, и плаче, и рыдании (Иоил. 2:12).
И раздирайте сердца ваши, а не одежды ваши, и обратитесь к Господу Богу вашему, ибо Он милостив и щедр, долготерпелив и многомилостив и сожалеет о бедствии (Иоил. 2:13). Обратитесь ко Мне, и Я обращусь к вам, говорит Господь Вседержитель (Зах. 1:3). Омойтесь и будьте чисты; удалите лукавства от душ ваших пред очами Моими; оставьте лукавства ваши. Научитесь делать добро, ищите правосудия, спасайте обижаемого, дайте суд сироте и оправдайте вдову; и [PG96.108] придите, и рассудим, говорит Господь. И если будут грехи ваши как багряное – как снег убелю; если же будут как пурпур – как волну убелю. Если захотите и послушаете Меня, то блага земли вкусите. Если же не захотите и не послушаете Меня, то меч пожрет вас. Ибо уста Господни изрекли это (Ис. 1:16–20). Обратятся к Господу, и Он услышит их и исцелит их (Ис. 19:22). Когда, обратившись, восстенаешь, тогда спасешься (Ис. 30:15). Я есмь изглаждающий грехи твои, и они не помянутся. Ты же вспомни. Говори ты грехи твои первым, чтобы оправдаться (Ис. 43:25–26). Я Бог, и нет иного, кроме Меня; праведного и Спасителя нет, кроме Меня. Обратитесь ко Мне, и спасетесь, [вы,] от края земли (Ис. 45:21–22). Послушайте Меня, погубившие сердце, далекие от правды Моей (Ис. 46:12).
Приблизьтесь к правде Моей; истины и спасения, которое от Меня, Я не замедлю (ср. Ис. 46:13).
Ищите Бога и, когда найдете Его, призовите; а когда Он приблизится к вам, да оставит нечестивый пути свои и беззаконник – замыслы свои, и обратитесь к Господу, и будете помилованы, ибо Он щедро простит грехи ваши (Ис. 55:6–7).
Если исправишь и сделаешь Иерусалим славою на земле, – поклялся Господь славою Своею и крепостью мышцы Своей: не дам более хлеба твоего и пищи твоей врагам твоим, и не будут более сыновья чужие пить вина твоего, над которым ты трудился (Ис. 62:7–8).
Обратитесь ко Мне, дом Израилев, говорит Господь, и не прогневаюсь на вас вовек. Но познай неправду твою, ибо ты нечестиво поступил пред Господом Богом твоим (Иер. 3:12–13).
Иногда изреку Я о народе или о царстве, чтобы искоренить их и погубить; и если обратится народ тот… от зол, которые Я помышлял сделать им (Иер. 18:7–8).
Не убавь ни слова. Может быть, послушают и обратятся каждый от злого пути своего, и Я отменю бедствия, которые повелеваю совершить над ними (Иер. 26:2–3).
Обратись ко Мне, дом Израилев, говорит Господь, и Я не обращу лица Моего против вас, ибо Я милостив, говорит Господь, и не прогневаюсь на вас вовек (Иер. 3:12).
Сделайте лучшими пути ваши и дела ваши, и послушайте гласа Господа, и Господь отменит бедствия, которые изрек на вас (Иер. 26:13). Если беззаконник обратится от всех беззаконий своих, какие сделал, и сохранит все заповеди Мои, и сотворит правду, и милость, и суд, – он сохранил душу свою. И увидел, и отвратился от всех нечестий своих, какие сделал, – жизнью жив будет и не умрет. Все [PG96.109] преступления его не помянутся, но в правде своей жив будет (ср. Иез. 18:21–22, 27–28).
Неужели Я хочу смерти грешника, говорит Господь, а не того, чтобы он обратился от злого пути своего и был жив? (ср. Иез. 18:23) Ты соделал сынов Твоих благонадежными, ибо даешь покаяние во грехах (Прем. 12:19). Не стыдись исповедовать грехи твои (Сир. 4:30). Об умилостивлении не будь безбоязнен, прилагая грехи ко грехам. И не говори: «Милосердие Его велико, Он простит множество грехов моих». Не медли обратиться к Господу и не откладывай со дня на день, ибо внезапно придет гнев Господень, и во время отмщения погибнешь (Сир. 5:5–6, 8–9). Чадо, ты согрешил? Не прибавляй более и о прежних твоих молись (Сир. 21:1). Блаженны плачущие, ибо они утешатся (Мф. 5:4). Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф. 11:28–30). И вспомнил Петр слово, сказанное ему Иисусом: прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. И, выйдя вон, плакал горько (Мф. 26:75). Не здоровые имеют нужду во враче, но больные; пойдите, научитесь, что значит: милости хочу, а не жертвы. Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9:12–13). Какая женщина, имея десять драхм, если потеряет одну драхму, не зажжет свечи и не станет мести комнату и искать тщательно? (Лк. 15:8) У некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение (Лк. 15:11–12).
И по прошествии немногих дней младший сын, собрав все, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил все, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться (Лк. 15:13–14).
И пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он желал наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я погибаю! Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. И встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко от дома, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. А отец его сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на правую руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся (Лк. 15:15–24). [PG96.112]
Печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению (2Кор. 7:10).
Признавайтесь друг пред другом в проступках и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться: много может усиленная молитва праведного (Иак. 5:16).
Если исповедуем грехи наши, то… очистит нас от всякой неправды (ср. 1Ин. 1:9).
Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем ходатая пред Отцем, Иисуса Христа (1Ин. 2:1).
Грехом мы были повреждены – покаянием да уврачуемся331.
Покаяние же без поста бесплодно. Внимай себе, чтобы помощь от врачевания принять соразмерно прегрешению. Грех велик и тяжек? Тебе весьма нужны исповедь, обильнейшие слезы, напряженное бдение, непрестанный пост. Грех легок и терпим? Пусть с ним соразмерится и покаяние. Всего желательнее – вовсе не прикасаться ко злу.
Второе же, как говорится, плавание – сразу после искушения бежать от него, как от укуса ядовитого гада. Если, внезапно захваченный врагом, ты принял в душу нечестивое желание, не останавливайся на грехе. Если же и это с тобой случилось, не укореняйся во зле. Невозможно прикоснуться к добру, не отступив прежде совершенно и не уклонившись от зла. Если множество щедрот Божиих можно исчислить и величие Его милости измерить, тогда, сравнив их с множеством и величием согрешений, пусть отчаивается совершивший грех. Если же грехи, как и естественно, подлежат мере и поддаются счету, а милость Божию измерить и щедроты Его исчислить невозможно, то сейчас время не отчаяния, а познания милости и осуждения грехов, отпущение которых предложено в крови Господней. Если у тебя, брат, остается хоть какая-то надежда на спасение, хоть малая память о Боге, хоть какое-то желание будущих благ, хоть какой-то страх перед наказаниями, уготованными нераскаянным, – скорее отрезвись, возведи очи твои к небу, [PG96.113] приди в себя. Оставь лукавство твое, стряхни с себя окутавшее тебя опьянение. Восстань на того, кто тебя низверг. Вспомни о милосердии Божием: Он врачует елеем и вином. Не отчаивайся в спасении. Вспомни написанное: Разве упавший не встает и отвратившийся не обращается? (Иер. 8:4) Пораженный исцеляется, схваченный зверем остается жив, исповедующийся не отвергается, ибо не хочет Бог смерти грешника, но того, чтобы он обратился и спасся (ср. Иез. 18:23; 33:11). Не впадай в нерадение, словно попав в глубину зол. Сейчас время снисхождения, время долготерпения, время исцеления, время исправления. Ты поскользнулся? Встань. Ты согрешил? Остановись. Не стой на пути грешных (ср. Пс. 1:1), но отскочи прочь. Ибо когда, обратившись, восстенаешь, тогда спасешься (ср. Ис. 30:15).
Ведь от трудов бывает здоровье и от пота – спасение; есть спасение, есть исправление. Дерзай, не отчаивайся. Ныне не закон судит и без милосердия осуждает на смерть, но правит благодать, которая отлагает наказание и ожидает исправления. Еще не затворены двери; слышит Жених; не господствует грех.
[PG96.116] Не рухнула башня силы, брат; не опорочены врачевства обращения; не затворился город убежища332. Не оставайся в глубине зол. Не предавай себя человекоубийце, ибо Господь умеет восставлять низверженных. Пусть никто, живущий во зле, не отчаивается в себе: ведь земледелие изменяет свойства растений, а добродетельное попечение о душе способно одолеть всякие недуги. Не отказ от зла влечет за собой позор, а приверженность ему – погибель. Не отказывайся исповедать свой грех, чтобы здешним стыдом избежать тамошнего, – ведь и он составляет часть тамошнего злострадания. Так ты покажешь, что подлинно возненавидел грех, выставив его на позор и посрамив как достойный поругания. – Бога ничем так не умилостивишь, как злостраданием, и за слезы Он воздает человеколюбием. Ничему так не радуется Бог, как исправлению и спасению человека. Будем сеять в слезах, чтобы пожать в радости. Станем ниневитянами, а не содомлянами. Уврачуем порок, чтобы не погибнуть вместе с ним. Послушаем проповедующего Иону, чтобы не быть потопленными огнем и серой. Если бы гнев Божий был страстью, то можно было бы с полным основанием отчаяться, ибо уже невозможно погасить пламя, которое человек разжег столькими злодеяниями. Но поскольку Божество бесстрастно, то, даже наказывая и карая, Оно делает это не с гневом, а с человеколюбием и великим попечением. Потому надо крепко дерзать и уповать на силу покаяния. Даже если кто явит покаяние не полное, [Бог] не пренебрегает и кратким, недолгим покаянием, но и за него назначает великую награду. Не количеством времени, но расположением души оценивается покаяние.
Кто покаялся в совершенных им тяжких [грехах], тот, даже если не явит покаяния, соразмерного грехам, все же и за это самое получит воздаяние. Когда согрешишь, не отчаивайся в себе, но тотчас беги к восстанию. Не говори себе: «Увы мне, я погиб! Я соблудил, прелюбодействовал, убил». У тебя есть пристань спасения, отражающая грех.
Ибо когда я вижу такого [человека], получившего раны и терзаемого, я тотчас бегу к покаянию и с дерзновением изливаю потоки слез. Многие – и мужчины, и женщины – нередко впадали в тяжкую и неизлечимую болезнь. Пролиты слезы, истощены лекарства, врачебное искусство оказалось бессильно; красота увяла, тело изнемогло. И вот женщина ходит повсюду: «Куда мне пойти? Что мне делать? Деньги я истратила, врачей призывала, лекарства истощились, а болезнь остается, язва не уступает». Часто случалось, что кто-нибудь из навещающих говорил: «И я впадал в такое же страдание, и такой-то или такая-то приложили мне лекарство и избавили меня от болезни». Тогда она просит: «Покажи мне эту женщину». – «Пойди в переулок, спроси такого-то и такую-то». [Здесь же] не нужно ни утомления, ни труда, и не нужно тебе переступать порог: стоя здесь, ты получишь лекарство. Так и Давид, будучи юным, стяжал зрелый плод добродетели. Пришел Самуил к Иессею, богатому сыновьями, с рогом, в котором был святой елей. И что говорит? «Послал меня Бог поставить царем одного из сыновей твоих». Иессей, услышав «царем» и решив, что это достоинство подобает старшему, приводит первенца. Что же пророк? «Отведи его, не благоволил к нему Бог». Приводит второго – и не этот. Третьего – никак; четвертого, пятого… Иссяк весь хор сыновей, а искомый не находился. Говорит ему [Самуил]: «Есть ли у тебя еще?» Устыдился отец. «Есть у меня один, – говорит, – маленький, простой пастушок». Человек уничижает, но Бог увенчивает. Ибо человек смотрит на лицо, а Бог – на сердце (1Цар. 16:7). Разве мы ищем в душе дородства? Мы желаем благородства. [PG96.440]
Не сказал ему Бог: «Пойди, помажь Мне Давида», – чтобы Давид не претерпел того же, что претерпел Иосиф. Ибо как те, узнав искомого царя, злоумышляли [на него], враждовали и продали [его], так было опасение, как бы и эти не сделали того же. Так неведение стало матерью безопасности.
Стоял пророк в недоумении: «Дай мне одного из сыновей твоих». – «Нет у меня, – говорит [Иессей], – разве только малое дитя, что пасет овец» [PG96.117]. Не так увидит человек, как увидит Бог (ср. 1Цар. 16:7). Где те, кто красуется миловидностью лица? Не говори мне о телесной миловидности, но смотри на красоту разума. Ибо что такое красивая женщина, как не гроб повапленный? Если она не целомудренна, а красива, то она – яма, вырытая для других, приготовленный яд. Такая красота и от болезни увядает, и смертью пресекается; красота же души пребывает бессмертной и незапятнанной. И тогда она являет собственную красоту, когда утихнут страсти и ум обретет тишину. Итак, если увидишь красивого мужчину или женщину, не восхищайся: ведь и дубы тянутся ввысь, а плода [для человека] не имеют; виноградная же лоза стелется по земле, а приносит зрелый плод гроздьев. Чего же ты хочешь: иметь лозу или дуб? Ясно, что лозу. Ибо плод дуба, стоящего высоко, – пища диким животным. Что невзрачнее пчелы? И что лучше: пчела или павлин? Убери павлина – и ты ничему не повредил; убери пчелу – и многое придет в расстройство. Итак, пришел Давид, нашелся елей, и он помазывается по избранию Божию, через служение человека. [Самуил] возложил на него рог [с елеем], и рог стал для него вместо порфиры и диадемы. И ушел он, уже владея царством, облеченный не в броню, не в щит и не в копья, но в Божие избрание, которое сильнее всего. Когда же позвала война, дела пришли в смятение и варвары наступали на иудеев, он пошел посмотреть на строй и битву. И видит варвара, вызывающего на единоборство, а никто не осмеливался выскочить вперед и выйти [против него].
Давид же, видя, что враг сверкает [оружием], что война невыносима и многие уже оробели, говорит: Кто этот необрезанный, что поносит ополчение Бога живого? (1Цар. 17:26). А ему говорят: «Откуда у тебя такое безрассудство?» Он же [отвечает]: «Не безрассудство стяжал я, а веру, не гордость, а благочестие. Смотрю не на его рост, а на пустоту его души; не на то, что корабль велик, а на то, что у него нет кормчего. Не боюсь его: ведь он враг Божий». – «На какое оружие ты надеешься, Давид?» – «Не на плотское, – говорит, – а на духовное, ибо оружия наши не плотские, но духовные» (ср. 2Кор. 10:4). Некоторые, услышав это, приводят его к царю, который сидел оробевший и трепещущий. И [Давид] говорит ему: «Отчего поникло лицо господина моего и среди благоденствия признает себя порабощенным? Кто он такой? Не пойти ли мне и не снять ли с него голову?» Что же царь? «Как же ты сможешь? Ты малый отрок, а он воин от юности своей». – «Не смотри, – говорит [Давид], – на видимое, но на умопостигаемое». Что [PG96.120] же? Царь не верит; тогда [Давид] вынужден рассказать о своих подвигах. «Я был малым ребенком, – говорит он, – пас овец отца моего. И когда приходил лев или медведь и уносил овцу из стада, я шел за ними, исторгал [ее] из их пасти и поражал льва и медведя. И этот будет как один из тех зверей». И сказал Саул Давиду: Иди, и Господь с тобою (1Цар. 17:37).
Царь дал ему оружие, но он не мог его носить: Бог не попускал этого, чтобы он победил нагим, чтобы оружие не разделило с ним победу в подвигах и чтобы царь не сказал: «Оружие победило». Он отбрасывает оружие, облекается в веру, выходит нагим, но облаченным в броню веры; выходит пастух, а не воин. Пустил камень – и пал иноплеменник. Победу [Давид] одержал не природной силой тела, а силой веры.
Он взял его меч, отсек ему голову, и исполнилось написанное: в делах рук своих уловлен грешник (Пс. 9:17). Таков этот столь славный и великий муж, о котором Бог говорит: Я обрел Давида, сына Иессеева, мужа по сердцу Моему (ср. Деян. 13:22). О высокая похвала! О свидетельство добродетели! Итак, он одолел зверей, убил Голиафа, задушил льва, осилил медведя; в юности он был убелен сединами, мал телом и высок сердцем; в царском одеянии он явил строгость монашествующих (ибо сиял не жемчугами, а слезами: каждую ночь омою ложе мое, слезами моими омочу постель мою, – говорит он (Пс. 6:7)). Этот столь славный и великий муж стяжал духовную благодать, коснулся свода небес, вкусил помощи свыше, прекратил войны. Он явил против диавола великие и бесчисленные подвиги. И вот после такого целомудрия, такой кротости, такой благопристойности, когда он уже утвердился в царстве, когда победил в бесчисленных войнах, когда покорил народы, – в самый полдень, после обеда, встав с ложа, он прогуливался и увидел моющуюся женщину, красивую и миловидную. Он увидел женщину, моющуюся в верхней комнате, прекрасную жену воина. Увидел – и око окрылилось и приняло стрелу. Пусть слышат те, кто из любопытства высматривает чужое; пусть слышат те, кто без ума от театров, кто говорит: «Смотрим – и нисколько не терпим вреда».
Давид потерпел вред, а ты не терпишь? Тот потерпел вред – и могу ли я поручиться за тебя? Тот, кто имел столь великую благодать Духа, принял стрелу, а ты говоришь, что тебя не пленить? И ведь он видел не блудницу, а женщину целомудренную и благопристойную, и не в театре, а в доме.
А ты смотришь в театре, где сама обстановка терзает душу. И ты не только смотришь, но и слышишь порочные речи, и видишь блудные наряды, и [слышишь] отовсюду диавольские песни. Разум поражается и зрением – тем, что ты увидел, и слухом – тем, что слышишь, и обонянием – тем, что обоняешь. Столько пропастей, столько растлений! И могу ли я [PG96.121] поручиться за тебя, что ты не станешь добычей зверя? Разве ты камень? Разве ты железо? Ты человек, облеченный общей немощью природы. Держишь огонь – и не обжигаешься? Как это может быть? Положи светильник в сено – и сможешь ли ты сказать мне, что сено не горит? Такова и наша природа.
Итак, он увидел ее моющейся, был пленен красотой, принял стрелу, получил рану. Царь послал за ней, она пришла к нему; он совершил беззаконие, исполнил похоть. Потом велит ей уйти в свой дом. Говорю это и вывожу раненого на середину, чтобы вы, обступив его, увидели, как он исцеляется. Ведь и у врача, когда он оперирует, стоят вокруг [ученики], чтобы видеть, как искусством он побеждает болезнь. Тем более когда врачуют пророка, все должны видеть, чтобы мы научились, как нам избавиться от гниения и червей. Тяжек грех: похоть исполнена, грех завершен. Врачующего не было. Женщина зачала. До поры царь думал, что [это] укроется от ее мужа. Ибо хотя он и был пророком, но похоть помрачала его ум. Женщина зачала, прибежала к царю и говорит: «Царь, я погибла».
А он: «Что с тобою?» – «Я беременна, – говорит она. – Плод греха пророс; обвинение ношу во чреве; улика греха возросла; доказательство у меня в самой себе. Если придет и увидит муж мой, что мне сказать?» Помысли, сколь великое зло – грех. Царь страшится воина. Ибо нет иного раба, кроме того, кто творит грех.
Он был облечен диадемой – и боялся поношения? Разве ты не царь? Не у тебя ли власть меча? «Но я совершил тяжкий грех». О мать злополучия! О обличение бесчестия! Что же царь? Прибавляет грех ко греху. Итак, Урия, ее муж, пришел с войны и вошел к царю, и [царь] говорит ему: «Ну что, Урия? Как война?» Тот отвечает: «Хорошо, мы победили». Царь услышал, что воин победил, а сам он был побежден; воин одолел войну, а сам он побежден наслаждением. Будучи в замешательстве, царь не почувствовал победы из-за стыда за поражение, которое потерпел сам. И вот он говорит воину: «Пойди в дом твой, омойся, насладись трапезой и женою твоею». Для чего это? Чтобы прикрыть язву, чтобы ребенка сочли рожденным от него. Но неусыпное око не попустило этого, щадя раненого. Что же воин? «Как же, – говорит, – могу я сделать это? Израиль на войне, верховный военачальник в строю, ковчег завета Господня в стане, а я пойду в дом мой и стану нежиться?» [PG96.124] Когда же он уже не мог прикрыть случившееся, то пишет военачальнику письмо такого содержания: «Возьми Урию и поставь на самое опасное место, чтобы он был убит». И вручает письмо ему самому: обиженный нес меч против самого себя, нес письмо, полное крови. Затем он встал в бой, был убит и пал. Вот второй грех: убийство стало плодом прелюбодеяния.
Это говорю ради грешников и тех, кто сознает за собою много зол, чтобы, слушая, они не отчаивались в своем спасении. Ибо написано: Не убивай, не прелюбодействуй (ср. Исх. 20:13–15). А он преступил эти две первые заповеди: прелюбодействовал, а потом убил обиженного. Тяжела язва, велика рана. И вот когда Урия, отправившись на войну, был убит, тотчас прорвался наружу прикрытый грех.
Тогда наконец пришел к нему Нафан: пророк идет к пророку, хотя Давид и сам был пророком. Почему же он не исцеляет себя сам? Как врачи, заболев, нуждаются в других врачах (ведь недуг вредит искусству), так и здесь: тот пророк, и этот пророк. Только этот лежал не на одре болезни, а пребывал во зле. Ему говорят: «Нафан пророк за дверями». Он отвечает: «Пусть войдет». И вот пророк вошел и видит, что тот восседает в великом блеске и царской надменности. И что он говорит? «У меня тяжба, выслушай меня». О мудрость врача! Он вошел с железом, чтобы рассечь язву, но не показывает его больному, чтобы тот не лишился лечения, и прячет его – не под одеждой, а за рассказом. Войдя, он не сказал сразу: «О беззаконник! О нечестивец! О прелюбодей! О убийца!» Обличение он держал не обнаженным, дерзновение – не без личины, а железо – спрятанным. И говорит: «У меня тяжба, царь». Тот: «Расскажи, в чем тяжба». Был один человек богатый, и было у него много мелкого и крупного скота; а другой человек был бедный, и не было у него ничего, кроме одной овечки, которая ела с его стола, пила из его чаши и спала у него на груди (ср. 2Цар. 12:1–3). Видишь, бедность дает повод к привязанности? Ведь у богатых велика надменность, а у бедных жена бывает служанкой и помощницей, рождает дитя и становится ему матерью и кормилицей. У богатых же не так: родит дитя и отдает его на сторону, и надменность разрывает привязанность.
Мать рождает и не становится кормилицей. Та, что стала матерью, стыдится стать кормилицей. Но Господь не таков: Он и родил нас, и Сам стал нашим кормильцем. Потому Он и напитал нас вместо пищи Своею плотью, и напоил вместо питья Своею кровью. Итак, пришел к тому ближнему странник.
Кто этот странник? Необузданное вожделение, та звероподобная [страсть]. Пришел он и не взял из стад мелкого и крупного скота своего, но послал и похитил ту овечку, что спала на груди у бедняка и ела с его тра [PG96.125] пезы. Что же? Разгневался царь. Он думал, что судит чужую тяжбу, и провозгласил справедливый приговор во всем блеске. Ведь не было тут привязанности, которая помешала бы ему сказать правду: он разгневался невольно и произносит справедливое. Мечом, – говорит, – умрет, и за овечку заплатит вчетверо (ср. 2Цар. 12:5–6). И приказывает он не по закону: закон не велит вору возвращать вчетверо, – он вышел даже за пределы закона. Итак, приговор вынесен, и суд завершен. Пророк сбрасывает личину и говорит: Это ты, царь! (ср. 2Цар. 12:7) Что же он? Согрешил я пред Господом (2Цар. 12:13). Видишь благородство души даже в болезни? Ведь он не сказал пророку: «Несчастный и жалкий! Откуда взявшись и на что положившись, ты так дерзко вошел и, преисполненный безумия и надменности, вздумал столь открыто обличать царя?» Но что говорит царь? Согрешил я пред Господом (2Цар. 12:13). Что же тот? И Господь снял с тебя грех твой (2Цар. 12:13). Быстро покаяние – еще быстрее прощение. Говори ты первый грехи твои, чтобы оправдаться (Ис. 43:26). Делами ты прогневал – словами покайся. Это говорю, чтобы слышали грешники и впавшие в согрешения. Согрешил я пред Господом – и Он простил грех твой (ср. 2Цар. 12:13). Ты сказал: Меч падет на него (ср. 2Цар. 12:5), – но ты не умрешь (2Цар. 12:13). Полюбил блудницу и впал в блуд? Хочешь покаяться? Не прилагай греха ко греху.
Для того Бог и избрал крайние образцы греха, чтобы никто из последующих не отчаивался в своем спасении. Ты нечестив? Помысли о волхвах. Ты хищник? Помысли о мытаре. Ты нечист? Помысли о блуднице. Ты убийца? Поразмысли о разбойнике.
Ты беззаконник? Помысли о Павле: прежде хулитель, а потом благовестник; прежде плевел, а потом пшеница; прежде волк, а потом пастырь; прежде свинец, а потом золото; прежде пират и морской разбойник, а потом кормчий; прежде разорял Церковь, а потом ему вверена Церковь; прежде вырубал виноградники, а потом стал насадителем; прежде разрушал храм, а потом созидал. Ты видел безмерное зло – видел и побеждающую добродетель; видел безумие раба – видел и человеколюбие Владыки. Не говори мне: «Я хулитель, я гонитель, я нечист». У тебя есть примеры на все случаи. В какую хочешь пристань, в ту и прибегай. Хочешь – в Новом [Завете]? Хочешь – в Ветхом? В Новом – Павел, в Ветхом – Давид. Не отговаривайся, не медли. Согрешил? Покайся. Тысячу раз согрешил? Тысячу раз покайся. Эти мази я постоянно накладываю, чтобы унять воспаление: я ведь знаю, как велико отчаяние совести. Стоит над тобою диавол, точит мечи и говорит такие слова: «Всю юность свою ты опозорил; [PG96.128] всю жизнь растратил: сперва – с блудницей, потом грабил, лихоимствовал, лгал, клялся ложно, хулил. Какая надежда на спасение? Ты погиб; так наслаждайся хоть нынешней жизнью». Таковы слова диавола, а мои – противоположны. Ты погиб? Но можешь спастись. Прелюбодействовал? Но можешь освободиться. Пал? Но можешь восстать. Мало твое покаяние? Но велико человеколюбие Владыки. Убил? Но покайся, но одумайся. Прелюбодействовал? [Но исповедуйся. Пал?] Но встань. Изранен? Но исцелись.
И пока ты дышишь, даже если грешишь до последнего дня, на том самом одре, на котором лежишь, испуская дух и готовясь покинуть это зрелище, – и тогда покайся, пока есть время. Теснота времени не стесняет человеколюбия Божия. Не говори мне: «Как и каким образом, весь в язвах и полный ран, я смогу исповедаться в последний день?» Можешь, и вполне можешь. Помолись, сотвори милостыню, оставь по завещанию нищим. Ты уходишь туда, а дело твое остается здесь.
Не говори мне: «Как я спасусь?» Когда действует Бог, не требуй отчета. Когда Он врачует, не отчаивайся. Вот стоит врач, режет, прижигает, прикладывает бесчисленные лекарства, – и ты не говоришь: «Как ты лечишь?», но уступаешь искусству сораба; а человеколюбию Божию не уступаешь? Не говори «как?», а изумляйся. Так спрошу тебя: как спасся разбойник, истощивший всю свою жизнь в убийствах и кровопролитиях? Он подкапывал стены, расхищал имущество, не раскаялся и не покаялся, пока был на земле. Люди его осудили, а Бог увенчал. Не был он господином своей жизни – и стал господином царства. Здешнее потерял, а тамошнее получил. Как, скажи мне? Одним словом. Что он сказал? Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем (ср. Лк. 23:42). И слово возымело силу. Но силу имело не одно слово: человеколюбие Божие, соединившись с покаянием, сделало разбойника гражданином рая. Как? Не знаю; не требуй [объяснить] способ исцеления. «Только избавь меня от недуга», – умоляешь ты врача; а смеешь ли ты спросить: «Как?» Действует Бог. А как прелюбодеи, малакии, мужеложники (ср. 1Кор. 6:9), будучи схвачены, сидят в темницах, но по одному мановению царя отпускаются на волю? Царь – мой сораб. Что в нем? Хотя он и облечен в порфиру, но естеством меня не превосходит. Он со мной одного рода: подает знак – и их отпускают; несколько букв – и осужденный освобожден. Начальник не возражает, тюремщик не противится, власть законов не препятствует: достоинство царя становится освобождением узника.
А Бог, Владыка ангелов и архангелов, если только подаст знак, разве не может спасти? Царь, отпуская, освобождает от наказания, но не от грехов; Бог же отпускает грехи. Он говорит: «Не хочу, чтобы прелюбодей был прелюбодеем», – и слово Его стало делом. «Блудник да не будет блудником», – и слово Его изменило его расположение и притупило грех. И чтобы ты знал: Он сказал: «Хочу – да будет небо», – и [PG96.129] стало небо.
«Хочу, чтобы возникла земля», – и Он осуществил несуществующую. «Хочу, чтобы возникли ангелы», – и сбежался хор ангелов. Умные сущности и тела, которых не было, творит Его слово, – а грехов разрешить не может? Что такое грех пред человеколюбием Владыки? Паутина: дунул ветер – и паутина разорвана; Бог хочет – и грех не уничтожится? Говорю это не для того, чтобы сделать вас беспечнее, но чтобы привести вас к вере в большее ожидание и лучшую надежду. Никогда не отчаивайся в человеке, разве только в том, кто сам отчаялся в себе. Помысли же о пророке, который после благодати Духа, после дерзновения к Богу, после множества добрых дел, после таких побед взывает и говорит: Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей (Пс. 50:3). Я бросился в пучину человеколюбия Владыки. И чего же ты хочешь, скажи мне? Ты слышал пророка, говорящего: Господь снял с меня грех мой (ср. 2Цар. 12:13). Я ищу не только этого: ищу моей красоты, ищу моего дерзновения. По множеству щедрот Твоих изгладь беззаконие мое (Пс. 50:3). Я ищу еще большего – большей светлости, большей чистоты: Многократно омой меня от беззакония моего, и от греха моего очисти меня (Пс. 50:4). Внимательно вслушайся в слово и соберись с силами: милость Божия неизреченна, непостижима, превосходит ум, побеждает рассудок, но нуждается и в том, что от нас. Внимай тому, что говорю: Бог милует, но не просто милует, а говорит: «Дай и ты что-нибудь». Например так: «Ты полон тысяч грехов, несешь бремена прегрешений, Я хочу их облегчить. Подай и ты руку. Не потому, что Я в тебе нуждаюсь, а потому, что хочу, чтобы и ты внес нечто в свое спасение».
Как же спасся разбойник и получил разрешение стольких грехов? Не одной лишь милостью, но и собственной верой. Помяни меня, когда приидешь в Царствие Твое (Лк. 23:42). Что внес Бог в его спасение? Разрешение грехов. Что внес разбойник в собственное спасение? Веру. Какую? Великую, высокую, касающуюся неба.
Почему я так говорю? Иудеи видели, как воскресают мертвые, изгоняются бесы, укрощается море, земля источает воды, рыба приносит статир, звезда ведет волхвов, а вся тварь, горняя и дольняя, служит Ему, как стража, – и после этого распяли Его. Разбойник же ничего этого не видел, а видел Его оплевываемым и поносимым, – и не соблазнился, но исповедал Его Царем. Заметь: он не просто был помилован, но и сам внес нечто. Ибо помилованный должен и сам вносить нечто в собственное спасение. Или опять же: как спасся мытарь, будучи хищником и корыстолюбцем? Христос был рядом и говорит ему: Иди, [PG96.132] следуй за Мною (ср. Мф. 9:9). И он, встав, последовал за Ним. Как разбойник внес слово, так мытарь внес то, что последовал за Ним. Так бывает с больными, которых держат неизлечимые недуги и которым нужны дорогие лекарства. Входит врач и говорит недужному: «Для приготовления лекарства нужно много снадобий». Тот отвечает: «Я беден, у меня их нет». Тогда врач говорит: «Дай мне такое-то и такое-то снадобье, а остальное я дам от себя». То же говорит и Господь: «Дай Мне исповедание, и слезу, и покаяние, а остальное Я дарую тебе от Моего человеколюбия». Смотри, что происходит: если ты вспомнишь грех, Бог его не помнит. Если же ты его забудешь, Бог его помнит. Ибо Он говорит: Я есмь изглаждающий грехи твои, и не помяну; ты же помни (Ис. 43:25–26). Таковы были святые: о своих добрых делах они забывали, а о грехах помнили, – не то что нынешние люди. Эти о грехах забывают, а если сделают что-нибудь доброе, выставляют напоказ, надмеваясь, хвастаясь и гоняясь за похвалой людей.
Сделал добро? Забудь, чтобы о нем сказал Владыка твой. Сделал зло? Помни, чтобы Владыка твой о нем забыл. Уступи Владыке: разве ты говоришь о своих добрых делах так, как говорит о них Владыка? Если скажешь ты, ты их умалишь; если скажет Владыка, Он их возвеличит. О грехах своих говори, чтобы изгладить их.
Но ты стыдишься сказать, что согрешил? Говори о грехах каждый день в своей молитве. Разве я говорю тебе: «Скажи сорабу, который будет тебя укорять»? Скажи Богу, Который их врачует. Неужели, если ты не скажешь, Бог их не знает? Неужели Он хочет узнать о них от тебя? Когда ты их совершал, Он был рядом; когда делал – знал. Ты делал и не стыдился делать. Дел ты не постыдился, а слов, которые тебя оправдывают, стыдишься. Скажи здесь, чтобы не говорить там; скажи и поплачь. Грехи твои записаны в книге. Слезы твои – губка: поплачь – и запись изглаживается; поплачь – и книга там окажется чистой.
Разве блудница пролила кровь? Но она изгладила грехи. Да что я говорю о блуднице, нечистой женщине? Столп Церкви, основание веры, глава лика апостолов, блаженный Петр – разве не отрекся он от Христа и раз, и другой, и третий? Разве он пролил кровь? Он пролил источники слез, омыл и отер грех.
Разве нет у тебя дома книги, куда ты записываешь ежедневные счета? Так имей книгу и в совести и записывай в нее ежедневные грехи. Я разумею вот что: когда ляжешь на ложе и никто тебя не тревожит, прежде чем придет к тебе сон, достань книгу и перебери грехи, говоря себе: «Не согрешил ли я сегодня? Не словом ли? Не делом ли?» К этому призывает пророк: О чем говорите в сердцах ваших, о том на ложах ваших сокрушайтесь (Пс. 4:5).
[PG96.133] Днем у тебя нет досуга: страх перед начальниками, беседы с другими, заботы о делах, попечение о воспитании детей, забота о жене и о столе, и бесчисленные дела отвлекают тебя. Когда же придешь к ложу, в тихую пристань, и никто тебя не тревожит, скажи своему сердцу и душе: «Вот мы и истратили нынешний день, о душа».
Какое добро мы сделали или какое зло совершили? И вспомни о геенне, чтобы прибавить к доброму и истребить злое. Если, лежа на постели, ты вспомнишь свои грехи, поплачь – и сможешь на этой же постели изгладить их. Умоли Бога и так отпусти душу ко сну. Вот отговорка грешников: «Я грешник, – говорит, – и не могу прийти». Раз ты сказал, что грешник, приходи, чтобы стать праведным. Ты праведен? Приходи, чтобы не отпасть от праведности. А кто из людей без греха, скажи мне? Но для того и жертва, и церковь; для того и молитва, и пост. Поскольку ран у души много, найдены и лекарства против них, и для каждой раны души приготовлено подходящее лекарство. У тебя есть церковь, совершаемая жертва, молитвы отцов, подаяние Святого Духа, память мучеников, собрание святых и многое другое подобное, что может призвать тебя от греха к праведности. Ты не пришел на молитву мучеников? Какое же прощение ты получишь, скажи мне? Житейская забота тебя одолела? Тем больше вина. Ты не дал Богу взаймы малого часа, чтобы получить целый день? «Я грешник, – говорит, – и не могу». Потому-то, что ты грешник, и входи. Разве ты не знаешь, что и сами предстоящие жертвеннику пригвождены ко грехам? Ведь они облечены плотью, сплетены с кровью и связаны костями. И сами мы, восседающие на престоле и учащие, опутаны грехами. Но мы не отчаиваемся в человеколюбии Божием и не приписываем Ему никакой бесчеловечности. Ведь все мы люди, сплетенные из тех же стихий. Взирая на человеколюбие Божие, мы не отказываемся от учительства.
И вы, согрешив, подлежите не столь великому обвинению, ведь вы под учителем. Мы же, насколько превосходим вас достоинством, настолько большему подлежим и обвинению. Ибо одно дело – грешить ученику, и другое – учителю.
И то, что сами иереи подпадают греху, произошло по божественному устроению. Ведь если бы они не грешили и не были подвержены житейским страстям, они были бы бесчеловечны и неумолимы к другим. Но для того Он и [PG96.136] устроил, чтобы сами иереи и начальники рабствовали страстям: пусть по тому, что претерпевают сами, они оказывают снисхождение согрешающим. И тем, кому собирался вверить Церковь и народ, Он попустил подпасть греху, чтобы из-за собственных падений они стали человеколюбивы к другим. Ибо если бы сами они не грешили и не были подвержены греху, то не могли бы оказать никакого снисхождения согрешающим, но, увлекаемые бесчеловечием, всех бы вырезали из Церкви. А что это так и я говорю не наугад, – убедимся из самой истории. Петру предстояло получить ключи Царства, вернее, ему и были вверены ключи Царства Небесного, и предстояло ему принять под свое попечение множество народов. Что говорит ему Владыка? Что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах (Мф. 16:19). Петр же был суров и непреклонен. Если бы он обладал еще и безгрешностью, какое снисхождение ждало бы наставляемых им? Но для того божественная благодать и устраивает так, чтобы ненадолго отступить от него и чтобы Петр впал в грех: по тому, что претерпел сам, он должен был стать человеколюбивее к другим.
И смотри, кому Он попускает впасть в грех: Петру, тому верховному из апостолов, непоколебимому основанию, несокрушимой скале, ограде Церкви, безбурной пристани, неколебимой башне; Петру, говорившему Христу: Хотя бы надлежало мне и умереть с Тобою, не оставлю Тебя (ср. Мф. 26:35); Петру, по божественному откровению исповедавшему истину: Ты – Сын Бога Живого (ср. Мф. 16:16). И вот он в ту ночь, в которую был предан Христос, пришел, стал у костра и грелся. И подошла служанка и говорит ему: И ты вчера был с этим Человеком (ср. Мф. 26:69). А Петр: Не знаю Сего Человека (Мф. 26:72). О Петр, это ли все, что ты обещал? Не ты ли только что говорил: Хотя бы надлежало мне и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя (Мф. 26:35)? А теперь отрекаешься и говоришь: Не знаю Сего Человека. Ты еще не видел ни пыток, ни бичей, но, лишь услышав слова ничтожной служанки, пошел на отречение. Отрекаешься, Петр? Еще нет орудий пытки, еще нет ударов, еще нет бичей, еще нет ярости, еще нет наточенных мечей, еще нет грозящих начальников, еще нет смерти, ожидаемой или угрожающей, еще нет темниц, и пропастей, и моря – а ты уже отрекаешься? И снова служанка: Точно и ты был с Ним (ср. Лк. 22:59). А он ей: Не знаю Сего Человека. Кто же говорит с тобой, что ты отрекаешься? Никто из власть имущих, а женщина, вернее даже и не женщина, а привратница, отверженная, пленница, не стоящая никакого внимания. О, бедственное дело! Служанка победила Петра; служанка подошла и смутила веру Петра. Петр-столп не вынес угрозы служанки: она лишь заговорила – и он поколебался. [PG96.440]
Кого ты увидел, о [PG96.137] Петр, что отрекся? Ничтожную, презренную девушку-привратницу! Ее ты увидел – и отрекся? И все же снова, в третий раз: И ты был с Ним? – и опять он отрекся. Тогда Христос, воззрев на него, привел ему на память сказанное.
Он же, уразумев, начал плакать и каяться в грехе, и все же Человеколюбец простил ему грех. Ибо, как Бог, Он видел, что с Петром случилось нечто человеческое. Петр впал в грех, чтобы, помня о собственном согрешении и о прощении Владыки, и сам прощал других ради человеколюбия. Ибо ему было попущено впасть в грех – тому, кому предстояло вверить Церковь, столпу Церквей, пристани веры. Петру, учителю вселенной, попущено было согрешить, чтобы прощение его стало для других основанием человеколюбия. Для чего же я говорю это? Потому что и мы, священники, восседающие на престоле, связаны грехами. Потому священство вверено не ангелу и не архангелу – ведь они безгрешны, – чтобы они не поражали тотчас молниями согрешающих из народа. Напротив, этот престол вверен человеку из людей, который и сам связан грехом и наслаждением, чтобы, приняв согрешающего, он из-за собственных прегрешений становился к нему человеколюбивее. Ибо если бы священником был ангел и к нему привели бы блудника, он бы его погубил, потому что сам этой страсти не подвержен. Если бы власть получил ангел, он бы не наставлял, а тотчас губил. Ибо то, что сам он не таков, приводило бы его в гнев на такого человека. Но для того [священник] – человек, знающий прегрешения и испытавший их на опыте, чтобы он снисходил к приходящим и чтобы Церковь не опустела от гнева. Если есть душа, почерневшая от греха, да не боится; только да кается. Даже если она уже при последнем издыхании и как бы в вечернем часе, да не боится. Только да кается с плачем.
Подражай царю Езекии. Впав в болезнь, он лежал на постели; когда же услышал, как Исаия говорит ему: Сделай завещание о доме твоем, ибо ты умрешь и не будешь жить (4Цар. 20:1; Ис 38:1), – он отвернулся к стене, орошал постель слезами покаяния и тотчас получил пятнадцать лет жизни. Никто да не отчаивается в своем спасении. Ты мытарь? Можешь стать евангелистом. Ты разбойник? Можешь похитить рай.
Из слова об Иосифе. [PG96.440]
Ты волхв? Можешь поклониться Владыке. Нет такого порока, который не разрешался бы покаянием. Для того-то Бог и избрал отборнейших из порочных, чтобы у тебя вовсе не оставалось отговорки. Не говори мне: «Я погиб; и что [PG96.140] еще остается?» У тебя есть Врач, Который выше недуга. У тебя есть Врач, Который исправляет одним лишь хотением, и притом желает [исправить]. Тебя, когда ты не существовал, Он привел [в бытие]; тем более Он может исправить тебя существующего, хотя бы ты и развратился. Не взял ли Он вначале персть от земли и не создал ли человека? Как Он сделал землю плотью? Как – жилы? Как – кости? Как – вены? Как – очи? Как – веки? Как – брови? Как – язык? Как – грудь? Как – руки? Как – ноги? Как – все прочее? Разве не земля лежала в основе? Разве не одно вещество? Но вступило искусство и произвело многообразное творение. Разве можешь ты назвать способ, каким Он очищает грехи? Как огонь, попав в терние, истребляет терние, так тем более воля Божия истребляет наши прегрешения, с корнем исторгает их и согрешившего делает подобным несогрешившему. Не ищи способа, не допытывайся о происходящем, но веруй чуду. Ты согрешил много и тяжко? А кто безгрешен? Довольно для тебя такой жертвы: говори ты первым грехи твои, чтобы оправдаться (Ис. 43:26). Признай, что ты согрешил, – это и есть начало исправления. Опечалься, поникни, пролей слезы: разве иное что пролила блудница? Это были слезы – и она получила разрешение грехов. Плачь заблаговременно, чтобы не плакать там. Ныне кайся, пока можно, и не откладывай покаяния в грехах до того часа, когда для покаяния уже не будет времени. Будем делать добро, пока еще можем.
Если мы потеряем деньги, то можем снова приобрести их; если же потеряем время, другого найти не сможем. Не так безумный любовник любит свою возлюбленную, как Бог – кающуюся душу. Ибо таково человеколюбие Владыки: оно ни от кого из прибегающих не отвращается, но простирает руку.
Нет нужды в долгом времени для желающего спастись: ведь и разбойник спасся не временем, но, лишь уверовав, приобрел неистощимое сокровище Царства. Не отчаивайся и не отступай от молитвы, но приступи, хоть ты и грешник, чтобы прославить Владыку и дать Ему явить Свое человеколюбие в прощении твоих грехов. Ведь если побоишься приступить, ты, насколько от тебя зависит, воспрепятствуешь Его благости и преградишь обилие Его доброты. Он с великой охотой принимает плач кающихся, полезный для восстановления доброй славы и благообразия. И лучше еще до того, как предстать судилищу Христову, освободиться от всякого обвинения и заранее удовлетворить тех, кто будет обвинять. Лучше смыть с себя скверну всякой вины прежде, чем мы впадем в наказания за это [PG96.141] и понесем кару от праведного Судии. Покаяние должно быть скорым, чтобы, пока человек медлит и откладывает, время не выработало в нем дурного навыка к нечестию, а сам он, став превратен умом, не начал считать верх низом. В чем застану вас, в том и буду судить; и об этом всякий раз взывает конец всего. Так что тому, кто прожил жизнь в главном хорошо, но под конец сбился на порок, бесполезны все прежние труды, раз развязка драмы обернулась поражением. А тому, кто прежде жил хуже и беспутнее, но потом покаялся, нужно великое тщание, чтобы временем после покаяния победить многолетнюю порочную жизнь: так и телам, долго страдавшим от болезни, нужны диета и большее внимание.
Возможно, пожалуй, и разом отсечь сроднившиеся с нами страсти, но совершается это силой Божией, человеческим молением, помощью братий, искренним покаянием и непрестанным упражнением333. Хорошо не грешить, но благо и согрешающим каяться, подобно тому как превосходно быть всегда здоровым, но хорошо и оправиться после болезни.
Истинное покаяние – в том, чтобы уже не оказываться повинным в том же самом, но с корнем исторгнуть из души те грехи, за которые человек осудил себя на смерть334. – Подлинно обратиться от грехов значит перестать [грешить] и уже не оглядываться назад. Покаяние в грехах делает ум кающегося чистым. – Бог, принимая нынешнюю добродетель, не помнит прежних грехов. Если кто, упав, не встает, а снова и снова впадает в грех, это свойственно человеку нерадивому и весьма неразумному. – У покаявшихся в нечестии нечестие, как не имеющее места, не обретается: ведь его не было от начала и не будет во век века. – Начало спасения – осуждение самого себя. Согрешающих Бог не тотчас наказывает, но дает время для покаяния, для уврачевания и исправления проступка. – Никто никогда не погиб, прибегнув к действенному врачевству покаяния. Великое дело – вовсе не допускать падений; если же от внезапного нападения врага случится падение, должно прибегнуть к лучшей надежде. Ибо люди склонны переходить и к противоположному. [PG96.144] Духовное учение обыкновенно изгоняет из душ дым, оставленный в них пороком. Демоны желают нашей погибели; но когда мы каемся, они не достигают цели, и исполняется Писание, которое говорит: Желание грешников погибнет (Пс. 111:10). Куда бы ни вошел дух покаяния, там, очевидно, совершается ниспровержение всякого греха и низложение демонов-губителей. Великую силу ко спасению имеет благое раскаяние; будем же непрестанно возделывать его, чтобы спастись и не погибнуть. Немало значит для самых малых подняться даже на одну ступень лествицы добродетелей и, отступив от порока, хотя бы на время оказаться выше него.
Дерзни приступить с плачем к небесному Врачу Иисусу и, обнажив все раны души твоей, моли [Его]. Ибо нет такой раны или страсти, которую не мог бы исцелить Христос, человеколюбивый Бог наш. Спеши истреблять червей ума молитвой, постом и неослабным бдением.
Христос, Царь и Бог, нисколько не отвращается от тех, кто с жаждой устремлен к Нему и из глубины сердца стенает, хотя бы они и были обременены многими грехами. Напротив, Он и принимает их, и очищает, и дарует благодать усыновления, и с течением времени являет их делателями добродетелей. [Давид] сказал: Помилуй меня (Пс. 50:3). Где милость, там нет дознания. Где милость, там не заседает суд. Где милость, там не требуют отчета. Где милость, там спасение без дознания. Где милость, там оправдание даровано. Я ищу только помилования – зачем же ты требуешь от меня отчета? Раз и навсегда прошу милости, спасения без допытываний: Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей (Пс. 50:3). Ты сказал «великой» – скажи и насколько. Не знаю; что она велика – знаю, а постигнуть не могу. Не знаю меры ее величия. Слово не изъясняет, мысль не постигает. Вижу, что плод милости велик. Ибо если бы она не была весьма велика, немногие бы спаслись. Итак, не хочу смерти грешника, но чтобы он обратился и был жив (ср. Иез. 33:11). Некоторые отговариваются – одни браком, другие воинской службой, иные ремеслом, иные рабством, иные бедностью, иные чем-то еще, – будто это препятствия ко спасению. Поэтому я хочу сегодня показать всем вам, что спасению не препятствуют ни богатство, ни бедность, ни воинская служба, ни торговля, ни брак, ни дети, ни ремесла, ни что-либо подобное. Иисус был зван на брак и пошел, и даже дары принес: ведь Он претворил воду в вино. Владыка пришел и прославил брак, а ты бесчестишь его и говоришь, что брак – препятствие ко спасению? Итак, ничто не препятствует благочестию.
Моисей имел жену и детей, а Илия был девственником. Моисей низвел с неба [PG96.145] манну, а Илия – с неба огонь. Моисей привел перепелов, а Илия словом заключил небо. Моисей беседовал с Богом, и Илия тоже удостоился беседы с Богом. Моисей рассек море и провел народ, а Илия был вознесен на небо на огненной колеснице.
Разве одному повредило девство? Разве другому помешала жена? Ты видел Илию – возницу в воздухе; видел Моисея – путника по морю; посмотри же и на Петра, столп Церкви: ведь и он имел жену. А откуда видно, что он имел жену? Докажем это из евангельского свидетельства. Ибо сказано: Господь вошел к теще Петра, а она была больна; и Он коснулся ее, и горячка оставила ее; и она встала и служила Ему (ср. Мф. 8:14–15). Видишь: и Петр имел жену. Итак, пусть никто не отговаривается ни женой, ни детьми, ни воинской службой, ни торговлей, ни ремеслом, ни рабством, ни богатством, ни бедностью. Все это – отговорки и предлоги; это козни диавола. Ты отговариваешься воинской службой и говоришь: «Я воин и не могу спастись». А разве сотник не был воином? И он говорит Иисусу: Я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой (Мф. 8:8). И Иисус, удивившись, говорит: Истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры (Мф. 8:10). Разве воинская служба ему помешала? Но ты можешь сказать: «Я ремесленник». И Павел был ремесленником, а к тому же и грабителем церквей; а после этого стал проповедником и апостолом. Что же? Ты богат? И Авраам был богат, и поверил Богу, и это вменилось ему в праведность (Быт. 15:6), и наречен другом Божиим (Иак. 2:23).
Что еще ты можешь сказать? «Я раб»? Разве ты не читал, как Павел пишет Филимону: Онисима, некогда негодного для тебя, а ныне годного и мне, и тебе в Господе (ср. Флм. 1:10–11)? «Но я царь»? И Давид был царем. Но когда он согрешил и пророк Нафан вошел к нему и обличил его в совершенном им грехе, он исповедал преступление и сказал: Согрешил я пред Господом (2Цар. 12:13). И Нафан, видя скорое покаяние, говорит ему: И Господь снял с тебя грех твой (2Цар. 12:13). Ибо раз покаяние было быстрым, то еще быстрее было и прощение. Но ты скажешь: «Я молод».
Посмотри на Даниила: он заградил уста львам, разорвал дракона, низверг Вила, осудил старцев и спас Сусанну. Но что ты говоришь? «Я невоздержан и горяч телом»? Посмотри на Иосифа, как он явил великое любомудрие и возлюбил целомудрие: разодрав хитон, он не расторг верности, победил бесстыдство египтянки и не исполнил ее похоти. Что же? Ты вдова? Посмотри на сидонянку, которая приняла Илию и послужила ему хлебом и водою. Но ты скажешь: «Я блудница». Посмотри на блудницу Раав, которая укрыла у себя соглядатаев и спасла свой дом. Но ты беден? Посмотри на Лазаря: в какой нищете он пребывал и какое великое любомудрие [PG96.148] и терпение явил. Ты чадолюбив? Таков был и Иов. Был зван и Иисус на брак. Когда Он пришел, Матерь говорит Ему: Вина нет у них (Ин. 2:3). Он говорит Ей: Что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой (Ин. 2:4). Сказав это, Он говорит: Наполните сосуды водою (Ин. 2:7). И они сделали, как Он повелел, а Он, простерши руку Свою, претворил воду в вино. Для чего же Он сказал: Наполните сосуды водою? Неужели Тот, Кто словом сотворил небо, основал землю и все, что в них, Чей взгляд иссушает бездны, пред Кем трепещет и содрогается вся тварь небесная и земная, не мог словом наполнить сосуды? Но Он говорит: Почерпните воды (ср. Ин. 2:8). Если они, говорит, станут отрицать, их обличат руки, которыми они черпали, и плечи, на которых несли. То же Он сделал и при Лазаре.
Когда пришли сестры Лазаря и сказали, что Лазарь умер, Иисус говорит им: Где вы положили его? Говорят Ему: Пойди и посмотри (ср. Ин. 11:34). О новые и дивные дела! Ты сказал, что Лазарь умер, а теперь говоришь: «Где вы положили его?» Ты возвестил о его смерти ученикам Твоим, а места не знаешь? «Но Я говорю это ради Иудеев, потому что они неблагодарны».
Когда Он приблизился ко гробу, то говорит Иудеям: Отнимите камень от гроба (ср. Ин. 11:39). И они отняли. И Иисус воззвал громким голосом: Лазарь! иди вон (Ин. 11:43). Он вышел, обвитый погребальными пеленами. Неужели же Переставляющий горы в сердце морей не мог словом отвалить камень? Неужели Сокрушивший жала смерти, Сломавший врата ада не мог разорвать и уз погребальных одежд? Но Он говорит им: Развяжите его (Ин. 11:44). Для чего? Чтобы, если они станут отрицать, их обличили их же руки и глаза.
Когда человек через подвижничество и доброе житие преуспеет в добродетельной жизни и уже всем известно, что он благочестив и боится Бога, а потом – да не будет335! – впадет в грех, это падение. Ведь он поднялся на высоту небесную и пал на дно ада. Однако если и пав, он не отчается в себе и не низвергнется окончательно в бездну погибели, но, воспрянув, покроет падение греха покаянием и не даст своим лукавым помыслам овладеть собою, – он снова восстанавливается в прежнюю меру. Ибо павший, если не останется в падении, а встанет и примет покаяние, снова восстанавливается в ту же меру. Так и другой пророк говорит: Если, обратившись, восстенаешь, тогда спасешься (Ис. 30:15). И опять другой: Обратись ко Мне (Иер. 3:7). Если ты и пал и низринулся в наслаждение, не отчаивайся в себе, но встань, восстенай о содеянном тобою и обратись ко Мне покаянием, – и Я исправлю твое согрешение. Ибо Я восставляю низ [PG96.149] верженных (ср. Пс. 144:14).
Мы слышали, как Господь говорит: Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас (Мф. 11:28). Я облегчаю ваше бремя. Ибо Я знаю, что вы не можете понести бремени закона, и потому сошел, чтобы взамен ввести для вас благодать и облегчить бремя ваших грехов. Пусть никто – ни волхв, ни мытарь, ни хулитель – не отказывается приступить к покаянию; пусть никто не боится.
Я пришел не судить мир, но спасти мир (Ин. 12:47). Так говорит Господь и увещевает нас; потому не будем нерадивы. Иуда подошел и поцеловал Иисуса, говоря: Радуйся, Равви! (Мф. 26:49) А Господь ему: Для чего ты пришел? (ср. Мф. 26:50) «Для чего я пришел? – говорит. – Подожди, я дам Тебе поцелуй». О поцелуй коварный, исполненный беззакония и погибели, проводник в геенну! Блудница, поцеловав ноги Иисуса, возвратила себе душу и разорвала рукописание грехов; а этот, поцеловав, был изглажен из книги жизни. О любомудрие жены! О неученость ученика! Когда она целовала ноги Господа, радовались ангелы и готовили венец; а когда поцеловал этот, радовались бесы и плели веревку для его петли. О поцелуй, исполненный уксуса и желчи! Радуйся, Равви. Он радуется, а ты, Иуда, скорби, ибо ты изгнан из радости. Иисус сказал Марии: Не плачь, но пойди и скажи братьям Моим и Петру, что Он воскрес из мертвых; и вот, Он предваряет вас в Галилее. Там Его увидите (ср. Ин. 20:17; Мф 28:7; Мк 16:7). Видишь милосердие Владыки? Ничьего другого имени Он не назвал, кроме Петра. Почему? Потому что прочие не говорили: Хотя бы надлежало нам и умереть с Тобою, не отречемся от Тебя (ср. Мф. 26:35). А этот сказал – и отрекся от Меня; и, выйдя вон, плакал горько (Мф. 26:75). Поэтому он будет бояться прийти пред лице Мое, думая, что грех не разрешен; потому Я и сказал: «и Петру», – чтобы он без колебаний вместе с прочими учениками увидел Меня. Скажи Петру: «Нисколько не страшись».
Ибо Я не лишил тебя места славы; Я не поставил тебя ниже прочих; Я не удалил тебя от места славы одесную Меня; Я не дал другому ключей Царства Небесного (ср. Мф. 16:19). Не страшись: что ты связал на земле, то будет связано на небесах (ср. Мф. 16:19). Не бойся, Петр. Я не низвел тебя с престола Моего; Я не лишил тебя Моей благодати. Ибо что Я обещал, то исполню.
На твоей вере, твердой, как камень, Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее (Мф. 16:18). Ты будешь пасти овец Моих, ты будешь кормить агнцев Моих (ср. Ин. 21:15–16); ты стоишь одесную Меня, как военачальник. Не бойся, что отрекся от Меня. Я видел твои слезы и отпустил тебе грех. Хорошо было бы и Иуде, предавшему Меня, если бы он покаялся, а не удавился. Ибо Я Бог кающихся. Для того Я и сошел на землю, чтобы даровать миру покаяние. Мытарям и блудницам Я простил такое множество грехов, а тебе [PG96.152] одного греха не отпущу? Я люблю кающихся. Помни, что Я плакал об Иуде и не хотел, чтобы он погиб. Хорошо было бы ему, когда он бросил сребреники в храме, покаяться, а не удавиться. Но так как он остался нераскаянным, за то и мучится вечно. Я видел твои слезы и отпустил тебе грех. Давиду, совершившему два зла – прелюбодеяние и убийство, – Я простил и возвел его в прежний чин пророчества; а тебе, оставившему дом, и жену, и лодку, одного греха не прощу? Не бойся, Петр: Я Тот, Кто сказал: Радость бывает на небесах об одном грешнике кающемся (ср. Лк. 15:7). Я Тот, Кто сказал: Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас (Мф. 11:28). Хорошо было бы и Иуде, если бы он обратился ко Мне, а не запутался в веревке петли и не погубил себя. Ведь Я и не проклял его, но, как и другим, омыл и ему ноги, и подал ему хлеб, и ни в чем его не упрекнул: не придет ли он как-нибудь к покаянию? Но он не захотел. Потому и мучится вечно.
Ты же, покаявшись, не бойся показаться Мне вместе со всеми. Ради того Я оставил девяносто девять овец и поспешил к одной (ср. Мф. 18:12).
Я не лишил тебя, Петр, благодати: и тень твоя будет исцелять больных, и платки и опоясания через тебя будут изгонять бесов, и прикосновение твоей руки сделает хромого от рождения быстроногим.
Глава 4. О не кающихся
Скрывающий нечестие свое не будет иметь успеха (Притч. 28:13).
Так говорит Господь: разве падающий не встает, или отвратившийся не обращается? Почему этот народ отвратился бесстыдным отвращением, и они утвердились в своем произволении и не захотели обратиться? (Иер. 8:4–5)
Они сделали лица свои тверже камня и не захотели обратиться (Иер. 5:3).
Не говори: «Я согрешил, и что мне было?» Ибо Господь долготерпелив (Сир. 5:4).
Не откладывай до смерти оправдаться (Сир. 18:22).
Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье и ты не был ввергнут в темницу. Истинно говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта (Мф. 5:25–26).
Если грех – добро, человек, храни его до конца336. Если же он вредит делающему, зачем упорствуешь в гибельном? Никто, желая извергнуть желчь, скопившуюся от дурного и невоздержного образа жизни, не собирает ее в себе еще во много раз больше. Подобает очищать то, что причиняет страдание телу, а не делать болезнь сильнее своих сил. Очевидно, корабль выдерживает тяжесть груза лишь до известного предела, [PG96.153] а сверх того погружается [в воду]. Смотри, как бы, сделав грехи большими, чем [может покрыть] прощение, ты не потерпел кораблекрушения прежде желанной пристани. Смотри, как бы, в надежде на искупление собрав себе множество зол, ты не накопил грехов, а прощения так и не получил. Замолчанный порок – скрытая язва в душе. Итак, мы не назвали бы благодетелем того, кто запирает гибельное внутри тела; скорее [назовем таковым] того, кто через боль и разрез извлекает его наружу, чтобы, когда недуг обнаружится, стал ясен способ лечения. Так же очевидно, что скрывать грех – значит содействовать смерти больного.
Ибо жало смерти – грех, говорит [апостол] (1 Кор337. 15:56). Смотри, человек, как бы тебе не раскаяться в злых замыслах тогда, когда от раскаяния не будет уже никакой пользы. Поскольку мы согрешили телом, когда представили члены наши в рабы греху на беззаконие (ср. Рим. 6:19), исповедуемся устами, употребляя тот же самый орган для разрушения греха. Ты злословил? Благослови.
Захватил лишнее? Отдай. Упился? Постись. Возгордился? Смирись. Позавидовал? Утешь. Совершил убийство? Прими мученичество или то, что равносильно мученичеству: изнуряй тело исповеданием, и тогда, после исповеди, ты достоин воспевать Бога на десятиструнной псалтири. Не падение тяжко, а то, что упавший лежит и не встает, но, намеренно коснея во зле и расслабляясь от помыслов отчаяния, прикрывает немощь своего произволения. Многие из согрешающих говорят: «Я полон стыда; как я могу приступить к Богу? Как могу умолить Его?» – страдая диавольским благоговением. Ты лишен дерзновения? Потому и приступи, чтобы стяжать великое дерзновение. Разве с тобою будет примиряться человек? Это Бог, Который больше тебя самого желает избавить тебя от грехов. Не так ты желаешь собственной безопасности, как Он жаждет твоего спасения. Душа, однажды вкусившая греха и пребывающая в бесчувствии, доставляет болезни великое приращение. Ибо как искра, если успеет охватить что-либо, затем пожирает все, так и природа греха: когда она овладеет помыслами души и некому будет ее угасить, она становится тяжелее и неодолимее и, прибавляя все новые грехи, возрастает до большего презрения. Так-то многие, не угасив пламени вначале, часто приходили к великому кораблекрушению. Ибо грех, когда нет того, кто помешал бы ему идти вперед, [PG96.156] подобен коню, который порвал узду и сбросил всадника в пропасть. Трудно возвести душу обратно к тому, от чего она соскользнула во зло; трудно вывести ее из того зла, к которому она привыкла. Если бы ты когда-нибудь захотел укорить себя за беззакония и исцелиться врачевством покаяния, мы, быть может, питали бы о тебе благие надежды.
Но поскольку ты совершенно презрел страх Божий и оплевал саму веру во Христа, лучше было бы тебе не родиться из чрева (ср. Мф. 26:24). Подпасть страстям и уступить им – крайнее рабство, так же как господство над ними – единственная свобода. Боюсь смерти, ибо она горька для меня.
Боюсь геенны, ибо она вечна; боюсь огня, ибо он неугасим; боюсь тартара, ибо он лишен тепла; боюсь тьмы, ибо она лишена света; боюсь червя, ибо он бесконечен; боюсь ангелов, ибо они немилостивы. Увы мне, что я не послушал Тебя, когда Ты взывал и говорил: «О душа, оставь эти скверны и все мерзости предо Мною!» Увы мне, что я растлил храм Твой и огорчил Святого Духа Твоего. Господи, истинны суды Твои: за кратковременное наслаждение грехом я терплю бессмертные муки, за плотское удовольствие предаюсь огню. Праведен суд Божий. Меня учили, а я не внимал; меня увещевали, а я насмехался. Это и подобное ты скажешь, если будешь похищен [смертью] прежде покаяния перед Богом. Человек, или убойся геенны, или стремись к Царству. Братья, какой страх, и трепет, и скорбь предстоит нам увидеть, когда душа разлучается с телом! Ибо приходит к нам воинство и сила противных сил: князья тьмы, мироправители злобы, начала и власти. Они как бы судебным порядком удерживают душу, предъявляя все ее грехи, совершенные в ведении и неведении, от юности до того возраста, в котором ее застигла [смерть]. Итак, обвинители уже стоят. Как ты думаешь, какой трепет испытывает душа в тот час, пока суд над ней не получит решения от праведного Судии? Если окажется, что она жила в нерадении, то услышит тот ужаснейший глас: Да будет взят нечестивый, чтобы не видел славы Господней (Ис. 26:10).
Тогда постигает ее день гнева, день скорби и тесноты, день тьмы и мрака, и она предается во огонь внешний и в огонь вечный, в котором, осужденная, будет мучиться в бесконечные веки.
Глава 5. О пьянствующих
[PG96.157] Сын Адера пил и упивался, он и тридцать два царя, помогавшие ему. И вышли отроки областей, и побежала Сирия (ср. 3Цар. 20:16–20). Не будь винопийцею, ибо всякий пьяница и блудник обнищает (Притч. 23:20–21). Кто услаждается препровождением времени за вином, тот в твердынях своих оставит бесчестие (Притч. 12:11). У кого горе? У кого шум? У кого тяжбы? У кого огорчения и пересуды? У кого раны без причины? У кого багровые глаза? Не у тех ли, кто засиживается за вином? Не у тех ли, кто выискивает, где бывают попойки? Не упивайтесь вином, но беседуйте с людьми праведными. Ибо если на чаши и кубки устремишь глаза свои, то после будешь ходить обнаженнее открытого поля (Притч. 23:29–31). Лучше идти в дом плача, нежели идти в дом пира (Еккл. 7:2). Отрезвитесь, упивающиеся вином, и плачьте, все пьющие вино до опьянения, ибо отнято от уст ваших веселие и радость (Иоил. 1:5). Горе встающим рано утром и гоняющимся за сикерою, остающимся [за нею] до вечера, ибо вино сожжет их! Ибо с цитрою и псалтирью, с тимпанами и свирелями они пьют вино, а на дела Божии не взирают (Ис. 5:11–12). Работник-пьяница не обогатится (Сир. 19:1). Горесть для души – вино многое. Опьянение умножает ярость безрассудного до преткновения, уменьшая силу и нанося раны (Сир. 31:29–30). Великий гнев – жена пьяная (Сир. 26:8). Смотрите за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими и чтобы день тот не постиг вас внезапно (Лк. 21:34).
Ибо он, как сеть, найдет на всех живущих по лицу земли (Лк. 21:35). Как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству (Рим. 13:13). Будем бежать пьянства – этой всенародной блудницы, матери бесстыдства, любительницы смеха, вакханки, готовой на всякий вид непристойности. Ведь ничто доброе не зарождается в душе, помраченной пьянством. Пьянство – добровольный бес, рождающийся в душах от наслаждения. Пьянство – мать порока, противница добродетели: мужественного оно делает трусом, целомудренного – распутным.
Правды оно не знает, рассудительность уничтожает; и как вода враждебна огню, так неумеренность в вине угашает рассудок. Потому я и медлил говорить что-либо против пьянства – не как о малом зле или таком, которое можно оставить без внимания, а потому, что слово не приносит никакой пользы. Ведь если пьяный безумствует и помрачен, то напрасно разглагольствует тот, кто обличает неслышащего. С кем же нам беседовать, если нуждающийся в увещании не слышит сказанного, а целомудренный и трезвый, будучи чист от этой страсти, нисколько не нуждается в помощи слова? Как же [PG96.160] мне поступить с присутствующими, если и слово бесполезно, и молчание безысходно? Оставить попечение? Но нерадение опасно. Заговорить против пьяных? Но мы будем вещать в мертвые уши. Чем ты отличаешься от бессловесных, человек? Не даром ли слова, приняв который от Создателя, ты стал начальником и господином всего творения? Итак, кто через пьянство лишает себя разума, приложился к скотам несмысленным и уподобился им (Пс. 48:13, 21). Более того, я сказал бы, что пьяные неразумнее даже скотов. Ведь у всех четвероногих и зверей влечение к совокуплению упорядочено, а те, чья душа одержима пьянством и тело наполнено противоестественным жаром, во всякое время и во всякий час влекутся к нечистым и непристойным соитиям. И не только этим [пьянство] делает их неразумными: оно и расстройством чувств являет пьяного худшим всякого скота.
Ибо какое животное так обманывается зрением и слухом, как пьяный? Разве не бывает, что они не узнают домашних, а к чужим часто подбегают, как к знакомым? Разве не перепрыгивают они часто через тени, словно через канавы и овраги? Уши их наполнены шумом и гулом, как будто волнуется море; земля, кажется им, встает дыбом, а горы бегут вокруг. Они то смеются без удержу, то мучаются и плачут безутешно.
То они дерзки и бесстрашны, то боязливы и робки. Сон у них тяжелый, непробудный, страшный и поистине соседствующий со смертью, а бодрствование бесчувственнее сна. Жизнь для них – сновидение: не имея ни одежды, ни пищи на завтра, они в опьянении царствуют, начальствуют над войсками, строят города и раздают богатства. Такими мечтаниями и таким обманом наполняет их сердца кипящее в них вино. Других же увлекает в противоположные страсти: они безнадежны, унылы, удручены, слезливы, боязливы и пугливы. Бесноватый достоин жалости, а пьяный, страдая тем же, недостоин и жалости, ибо борется с добровольным бесом. У кого горе? У кого шум? У кого огорчения и пересуды? У кого раны без причины? У кого багровые глаза? Не у тех ли, кто засиживается за вином и высматривает, где бывают попойки? (Притч. 23:29–30) «Горе» – восклицание плачевное; а плача достойны пьяные, потому что пьяницы Царства Божия не наследуют (1Кор. 6:10). Шум – от смятения, которое вино производит в помыслах, а огорчения – от горьких последствий наслаждения питьем. Ведь у них связываются ноги, связываются и руки от мокрот, которые [PG96.161] посылает им опьянение; а еще прежде этих страданий, в самое время питья, на них нападают недуги, свойственные больным горячкой. Ибо когда мозговые оболочки наполняются чадом, который поднимается от испаряющегося вина, голову поражают нестерпимые боли. Не в силах держаться прямо на плечах, она падает то в одну, то в другую сторону, соскальзывая с позвонков.
Но кто скажет это пораженным вином? Ведь у них тяжела голова от похмелья, они дремлют, зевают, видят все как в тумане, их тошнит. Потому они не слушают учителей, которые отовсюду взывают к ним: Не упивайтесь вином, от которого бывает распутство (Еф. 5:18). Отсюда дрожь и слабость: от неумеренности в вине у них прерывается дыхание, а когда нервы расслабляются, все тело охватывает трясение.
Зачем ты навлекаешь на себя проклятие Каина, всю жизнь трепеща и скитаясь (ср. Быт. 4:12, 14)? Доколе вино? Доколе опьянение? Ты рискуешь наконец стать грязью вместо человека: так всецело ты смешался с вином и сгнил вместе с ним от ежедневного похмелья, издавая запах вина, да еще испорченного. Раб убегает от господина, который его бьет, а ты остаешься при вине, которое каждый день бьет тебя по голове. Наилучшая мера употребления вина – потребность тела. Если же ты выйдешь за ее пределы, то назавтра придешь с тяжелой головой, зевая, с головокружением, издавая запах прокисшего вина. Все тебе будет казаться кружащимся, все колеблющимся. Горе тем, кто дурно пользуется добрым. Не порицай вино, а [порицай] тех, кто пьет сверх меры. Глубоко море, но ныряльщик спускается настолько, насколько может и подняться. Если же он погрузится сверх меры, то, не в силах выплыть, быстро тонет. Виновато не море, а ненасытное желание ныряльщика; так и с вином: виновато не вино, а тот, кто употребляет его сверх меры. Жалкое зрелище для христианских очей: мужа в расцвете лет, крепкого телом, украшающего воинские списки, несут домой на носилках, и он не может ни стоять прямо, ни ступать собственными ногами. Муж, который должен быть страшен врагам, становится посмешищем для детей на площади: он повержен без железа, убит без врагов. Воин в самом цвете лет стал жертвой вина и готов претерпеть от врагов все, что им угодно. Опьянение – гибель рассудка, истощение сил, безвременная старость, скорая смерть.
Ибо что иное пьяные, как не идолы язычников? Глаза имеют, и не видят; уши имеют, и не слышат (ср. Пс. 113:13–14); руки расслаблены, ноги омертвели. Кто это замыслил? Кто виновник [PG96.164] этих зол? Кто растворил вам зелье безумия? Человек, ты превратил пиршество в битву. Ты выпроваживаешь юношей, которых ведут под руки, как раненых с войны. Ты умертвил вином цвет юности.
Ты зовешь [юношу] на обед как друга, а выпроваживаешь мертвецом, угасив вином его жизнь. Когда они, казалось бы, уже пресытились вином, тогда-то и начинают пить, и пьют по-скотски. Ибо, когда попойка уже в разгаре, к ним входит некий юноша с большой чашей охлажденного вина и, став посредине, через изогнутые трубки поровну разливает вино сотрапезникам, чтобы они распутничали вместе в равной доле и никто не превзошел другого в питье. Нагнись к своему жалкому чреву и узнай величину принимающего сосуда: вместимость его – одна котила. Смотри не на кувшин, [ожидая,] когда опорожнишь его, а на свое чрево: оно давно уже наполнено. Поэтому горе встающим рано утром и гоняющимся за сикерою, остающимся до вечера и проводящим весь день в пьянстве, ибо вино сожжет их (ср. Ис. 5:11). Ведь жар от вина, проникая в плоть, становится растопкой для раскаленных стрел врага. Вино потопляет рассудок и ум, а страсти и удовольствия, словно рой пчел, возбуждает. Какая колесница с конями несется так беспорядочно, сбросив возничего? Какой корабль без кормчего, носимый волнами как придется, не безопаснее пьяного? Вследствие таких зол мужчины и женщины, составив общие хороводы и предав души винному бесу, взаимно уязвляли друг друга остриями страстей. Смех с обеих сторон, срамные песни, блудные телодвижения, возбуждающие к распутству. Скажи мне, ты смеешься, когда надлежит плакать и стенать о содеянном? Поешь песни блудницы, отбросив псалмы и гимны, которым был научен?
Ты переступаешь ногами, исступленно скачешь и пляшешь непотребные пляски, тогда как надлежит преклонять колена в поклонах. Кого мне оплакивать? Девиц, не знавших брака, или тех, кто несет ярмо супружества? Ибо одни вернулись, уже не имея девства, а другие не принесли мужьям назад целомудрия.
Ведь если некоторые, может быть, и избежали греха телом, то душой, во всяком случае, приняли растление. То же пусть будет сказано мною и о мужчинах. Худо смотрел – худо и был увиден. Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5:28). Если даже случайные встречи таят такую опасность для тех, кто с любопытством высматривает, то что сказать о встречах нарочитых? На них идут, чтобы видеть женщин, бесчинствующих во хмелю, принимающих сладострастные позы и поющих расслабляющие песни. А такие песни, даже только услышанные, способны разжечь в распутных всякое неистовство сладострастия. Что скажут эти люди, чем оправдаются? Разве не для того они и смотрели, чтобы разжечь в себе вожделения? Итак, по неотвратимому приговору Господа [PG96.165] они подлежат суду за прелюбодеяние. Как примет нас Пятидесятница, если так поругана Пасха? В Пятидесятницу совершилось явное и всем известное пришествие Святого Духа, а ты, опередив ее, сделал себя жилищем враждебного духа и стал храмом идолов вместо того, чтобы стать храмом Божиим через вселение Святого Духа. Ты навлек на себя проклятие пророка, сказавшего от лица Божия: Обращу праздники их в плач (ср. Ам. 8:10). Как вы будете управлять слугами, если сами, словно невольники, рабствуете безрассудным и вредным похотям? Как будете вразумлять детей, сами живя невразумленно и беспорядочно? Что же, так мне и оставить вас в этом? Но страшусь. Пост да уврачует пьянство, псалом – срамную песнь; слеза да станет врачевством от смеха; вместо пляски да преклоняется колено; вместо рукоплесканий да ударяется грудь; вместо нарядной одежды – смирение. А сверх всего да искупит тебя от греха милостыня.
Ибо выкуп за человека – собственное его богатство (ср. Притч. 13:8). Пьянство не вмещает Господа и прогоняет Духа Святого. Ведь как дым прогоняет пчел, так похмелье прогоняет духовные дарования. Пьянство есть начало безбожия, потому что помрачает владычественную часть [души], которой по преимуществу и познается Бог.
Постящегося Господь принимает внутрь священных оград, а того, кто в похмелье, не допускает, как скверного и нечестивого338. Ведь если ты придешь завтра, распространяя запах вина, да еще и прокисшего, – как мне счесть похмелье постом? Не о том рассуждай, что ты не влил в себя несмешанного вина только что, а о том, что ты не очистился от вина. Куда мне тебя причислить – к пьяным или к постящимся? Пьянство оспаривает тебя, словно раба. Уже первый день поста не будет тебе засчитан, потому что в тебе остались остатки хмеля. Если ты приходишь к посту пьяным, какая тебе польза? Ведь если пьянство закрывает тебе Царство, какой тебе еще прок от поста? У живущих в пьянстве и распутстве день еще прежде ночи обращается во тьму – не оттого, что гаснет солнце, а оттого, что их разум помрачается пьянством. Разве ты не знаешь, что тот, кто во хмелю оскорбляет рабов Божиих, согрешает против Самого Христа и делает себя повинным вечной муке? Какую пользу принесет тот, кто берется вразумлять пьяного? Если ты повинуешься божественному апостолу, который ясно взывает: Пьяницы никак не достигнут Царства Небесного (ср. 1Кор. 6:10), – беги проклятого пьянства.
Глава 6. О ненавидящих труд, ленивых, нерадивых и пренебрегающих
[PG96.440] Пойди к муравью, ленивец, и поревнуй, посмотрев на пути его, и стань мудрее его. Ибо у него нет нивы, нет и понуждающего, и не под господином он, а летом заготовляет пищу и во время жатвы делает большой запас. Пойди к пчеле и узнай, как она трудолюбива и как почтенно ее дело: ее трудами для здоровья пользуются и цари, и простолюдины. Она вожделенна для всех и славна, хотя и немощна силой. Доколе, ленивец, будешь лежать? Когда же восстанешь от сна? Немного поспишь, немного посидишь, немного подремлешь, немного, сложив руки, обнимешь грудь. И придет к тебе, как добрый скороход, бедность, и нужда – как худой путник (Притч. 6:6–11). Душа праздного будет голодать (Притч. 19:15). Ленивые скудеют богатством (Притч. 11:16). Ленивец, когда его поносят, не стыдится, равно как и тот, кто берет взаймы хлеб во время жатвы (Притч. 20:4). Отговаривается и говорит ленивый: лев на дорогах, а на площадях убийцы (Притч. 22:13). Одевается в разодранное и в рубище всякий сонливый (Притч. 23:21). Как дверь поворачивается на петле, так ленивый на постели своей. Ленивец, спрятав руку в пазуху, не может донести ее до рта (Притч. 26:14–15). Пути пренебрегающего – в погибели (ср. Притч. 13:15). В лености унизится самомнение, и при праздности рук стенает дом (ср. Еккл. 10:18). Не будь скор языком и ленив и нерадив в делах твоих (Сир. 4:33). Многому злу научила праздность (Сир. 33:28). Подошел и получивший один талант и сказал: господин! я знал тебя, что ты человек жестокий, жнешь, где не сеял, и собираешь, где не рассыпал, и, убоявшись, пошел и скрыл талант твой в земле; (Мф. 25:24–25)
Соломона. Его же. Его же. Его же. Святого Василия. Из Евангелия от Матфея.
вот тебе твое. Господин же его сказал ему в ответ: лукавый раб и ленивый! если ты видел, что я человек жестокий, жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал, то надлежало тебе отдать серебро мое торгующим, и я, придя, получил бы мое с прибылью (Мф. 25:25–27).
Итак, возьмите у него талант и дайте имеющему десять талантов, ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет; а негодного раба выбросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов (Мф. 25:28–30). Когда я был у вас, то завещевал вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь. Ибо слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно, ничего [PG96.169] не делают, а суетятся. Таковых увещеваем и убеждаем Господом Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб (ср. 2Фес. 3:10–12).
Праздность – причина злодеяния339.
Это недуг, свойственный праздной и нерадивой душе: видеть сны, когда тело бодрствует. Кто в пору сева сидел дома или спал, а с наступлением жатвы наполнил пазуху снопами? Кто собирал виноград с виноградника, который не насаждал? Плоды принадлежат тем, чьи и труды. Почести и венцы – потрудившимся. Кто увенчает того, кто даже не разделся для схватки с противником? Ведь, по [слову] апостола, должно не только победить, но и законно подвизаться (ср. 2Тим. 2:5). Какой устроитель состязаний столь безрассуден, что удостоит равных венцов и победителя, и того, кто вовсе не подвизался? Какой полководец когда-либо призывал к разделу добычи наравне с победителями и тех, кто даже не появлялся на поле битвы? Доброе не добро, когда совершается не добрым образом.
Глава 7. О ненависти, и вражде, и разделении, и о тех, кто затевает ссоры
Расточи народы, желающие войн (Пс. 67:31). Мужи кровей и коварства не доживут до половины дней своих (Пс. 54:24). О оставившие пути прямые, чтобы ходить путями тьмы, веселящиеся о зле и радующиеся злому развращению! (Притч. 2:13–14) Куда войдет дерзость, там и бесчестие (Притч. 11:2). Злой делает зло, когда сойдется с праведником (Притч. 11:15). Муж гневливый затевает ссоры (Притч. 15:18). Муж лукавый рассылает зло и разлучает друзей (Притч. 16:28). Всякий злой возбуждает споры; Господь же пошлет на него ангела немилостивого. Любящий грех радуется ссорам (Притч. 17:11, 19). Не злорадствуй и не вступай в ссору поспешно, чтобы не раскаяться под конец (ср. Притч. 25:8). Железо острит железо, а муж раздражает лицо другого (Притч. 27:17). Кто разожжет злобу, погибнет от нее. Истреблены будут творящие беззаконие во зле и словом вводящие людей в грех (Ис. 29:20–21). Они сыны безумные и неразумные: мудры на то, чтобы делать зло, а делать добро не познали (Иер. 4:22). [PG96.172] Муж грешный возмутит друзей и между живущими в мире посеет клевету (Сир. 28:9). Прежде огня – пар из печи; так прежде кровопролития – поношения (Сир. 22:24). Удержись от ссоры, и уменьшишь грех. Поспешная распря разжигает кровь (Сир. 28:8, 11). Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит (Мф. 12:25). По причине умножения беззакония во многих охладеет любовь (Мф. 24:12). Смущающий вас, кто бы он ни был, понесет на себе осуждение (Гал. 5:10). Где зависть и сварливость, там неустройство и все худое (Иак. 3:16). «Оскудела любовь – корень заповедей». – В злых состязаниях победивший несчастнее, ибо уходит, унося большую долю греха. Лучше потерпеть поражение честно, нежели победить рискованно и беззаконно. – Знай меру во вражде, а в благорасположении меры не знай.
И увидел Господь, что умножились злобы людей на земле, и всякий помышляет в сердце своем прилежно о злом во все дни; и Бог принял к сердцу, что сотворил человека на земле. И сказал Бог: «Сотру человека, которого Я сотворил, с лица земли, от человека до скота; ибо Я принял к сердцу, что сотворил человека» (Быт. 6:5–7).
И было слово Господне к Самуилу: «Я раскаялся, что помазал Саула в царя, ибо он отступил от Меня и слов Моих не соблюл». И опечалился Самуил, и взывал к Господу всю ночь. И Самуил больше не видел Саула до дня смерти своей; и Господь раскаялся, что воцарил Саула над Израилем (1Цар. 15:10–11, 35).
Увидел Господь, что они в скорби (Пс. 105:44).
И оделись во вретища люди и скот, и усердно возопили к Богу; и обратился каждый от злого пути своего и от неправды, что в руках их, говоря: «Кто знает, не раскается ли Бог, и не отвратится ли от ярости гнева Своего, и мы не погибнем?» И увидел Бог дела их, что они обратились от злых путей своих, и раскаялся Бог о том зле, которое сказал сделать им, и не сделал (Иона. 3:8–10).
Иногда изреку о народе или о царстве, чтобы искоренить и погубить их; но если обратится тот народ от всех злых дел своих, то и Я раскаюсь о тех бедствиях, которые помышлял сделать ему (Иер. 18:7–8).
И иногда изреку о народе [PG96.173] и о царстве, чтобы созидать и насаждать; но если они будут делать злое предо Мною, то и Я раскаюсь о том добре, которое сказал сделать им (Иер. 18:9–10).
Глава 9. О братоненавидении
[1] Братья, увидев, что отец любил его больше всех сыновей своих, возненавидели его и не говорили с ним ничего мирного. И сказали друг другу: вот, идет тот сновидец. Пойдем, убьем его и бросим в один из рвов, и скажем, что лютый зверь съел его; и увидим, что будет из его снов (Быт. 37:4, 19–20).
[2] Авимелех нанял людей пустых и робких, и они пошли за ним; и вошел он в дом отца своего в Ефрафу, и убил братьев своих, сынов Иероваала, семьдесят человек на одном камне; и остался Иоафам, младший сын Иероваала, потому что скрылся (Суд. 9:4–5).
[3] Иеффай Галаадитянин был человек сильный; он был сын блудницы, которая родила Иеффая Галааду. И жена Галаада родила ему сыновей; и когда сыновья этой жены выросли, они выгнали Иеффая и сказали ему: не наследуешь ты в доме отца нашего, потому что ты сын другой женщины. И бежал Иеффай от братьев своих, и поселился в земле Тов; и собирались к Иеффаю праздные люди и ходили с ним (Суд. 11:1–3).
[4] Не один ли Бог сотворил вас? Не один ли Отец у всех нас? Почему же каждый из вас оставляет брата своего? (Мал. 2:10) [PG96.440]
[5] Всякий, кто ненавидит бедного брата, далек от дружбы (Притч. 19:7).
[6] Старший сын его был на поле; и, возвращаясь, услышал пение и ликование и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое? Они же сказали ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым. Он осердился и не хотел войти (Лк. 15:25–28).
Отец же его, выйдя, звал его. Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими (Лк. 15:28–29).
А когда этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка. Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и все мое твое; а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся (Лк. 15:30–32). Кто говорит: „я люблю Бога“, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца (1Ин. 4:20; 3:15).
Глава 10. О монахах и подвижничестве их
Господь сберегает спасение для поступающих право; возвеселятся безмолвствующие на земле (Притч. 2:7; ср. Пс 36:11).
Сын мой! если ты приступаешь служить Господу, приготовь душу твою к искушению; направь сердце твое и терпи (Сир. 2:1).
Не озирайся по улицам города (Сир. 9:7).
Среди братьев начальствующий над ними в чести (Сир. 10:20).
Не бойся, малое стадо, ибо Отец благоволил дать вам Царство (Лк. 12:32).
Никто, возложивший руку свою на плуг и обернувшийся назад, не благонадежен для Царствия (Лк. 9:62).
Кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее, дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним, говоря: этот человек начал строить и не мог окончить? Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами? Иначе, пока тот еще далеко, он пошлет к нему посольство просить о мире. Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником (Лк. 14:28–33).
Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть (Лк. 16:13).
Не можете служить Богу и маммоне (Лк. 16:13). Истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или родителей, или братьев, или жену, или детей для Царствия Божия, и не получил бы гораздо более в сие время, и в век будущий жизни вечной (Лк. 18:29–30). Бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду. Так бегите, чтобы получить. Все подвижники воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы – нетленного (1Кор. 9:24–25). Братия возлюбленные, будьте тверды, непоколебимы, всегда преуспевайте в деле Господнем, зная, что труд ваш не тщетен пред Господом (1Кор. 15:58). Братия, укрепляйтесь Господом и могуществом силы Его (Еф. 6:10).
Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных. Для сего приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в [PG96.177] день злый и, все преодолев, устоять. Итак станьте, препоясав чресла ваши истиною и облекшись в броню праведности, и обув ноги в готовность благовествовать мир; а паче всего возьмите щит веры, которым возможете угасить все раскаленные стрелы лукавого; и шлем спасения возьмите, и меч духовный, который есть слово Божие (Еф. 6:11–17). Никакой воин не связывает себя делами житейскими, чтобы угодить военачальнику. Если же кто и подвизается, не увенчивается, если незаконно будет подвизаться (2Тим. 2:4–5). Наблюдайте за собою, чтобы вам не потерять того, над чем вы трудились, но чтобы получить полную награду (2Ин 8).
Доброму борцу, однажды вышедшему на поприще благочестия, должно мужественно переносить удары противников в надежде на славу венцов340. Ведь и в гимнастических состязаниях те, кто в палестрах приучил себя к трудам, не сжимаются от боли удара, но смело идут на противников, ради желания быть провозглашенными [победителями] пренебрегая минутной болью. Подвижничество благочестия я сравнил бы с лестницей – с той лестницей, которую видел некогда блаженный Иаков: нижние [ступени] ее близки к земле и низменны, а верхние восходят уже до самого неба.
Итак, вступающим в добродетельную жизнь должно ставить ногу на первые ступени и оттуда всегда восходить на следующую, пока через разумное преуспеяние они не поднимутся на высоту, достижимую для человеческой природы. Как первый шаг по лестнице – удаление от земли, так и в жительстве по Богу начало преуспеяния – отделение от зла.
Кто намерен истинно последовать Богу, тот должен разрешиться от уз пристрастия к жизни. Достигается же это совершенным удалением и забвением прежних обычаев. Ведь если мы не отчуждим себя и от плотского родства, и от житейского общения и не перейдем через подвижничество как бы в иной мир, по слову сказавшего: Наше же жительство – на небесах (Флп. 3:20), – то невозможно нам достигнуть цели – угождения Богу, ибо Господь решительно сказал: Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником (Лк. 14:33). Душа, взирающая на множество беззаконников, во-первых, не находит времени ощутить собственные грехи и сокрушить себя покаянием о прегрешениях, а сравнивая себя с худшими, еще и приобретает некое мнимое представление о своей праведности. Затем шум и заботы, которые обычно порождает жизнь среди людей, отвлекают ее от [PG96.180] более достойной памяти о Боге, и она не только лишается радости и веселия о Боге, но и привыкает к совершенному презрению и забвению судов Его. Большего зла и пагубнейшей страсти, чем эта, не может быть. Отречение, как показало слово, есть разрешение от уз этой вещественной и временной жизни и переселение в небесное жительство. Воздержанием мы называем не непременно совершенный отказ от пищи – ведь это насильственное разрушение жизни, – а [воздержание], направленное к истреблению страстей. Воздержание есть уничтожение греха, отчуждение от страстей, умерщвление тела вплоть до самих естественных влечений и пожеланий, начало духовной жизни, ходатай вечных благ, истребляющее в самом себе жало наслаждения.
Цель благочестия должно считать не предлогом к праздности и не бегством от труда, а поводом к подвигу, к большим трудам и к терпению в скорбях341.
Так мы становимся храмом Божиим: когда память [о Боге] не прерывается земными заботами и ум не возмущается неожиданными страстями, но боголюбец, избегая всего, удаляется к Богу и, отгоняя то, что призывает нас к пороку, пребывает в занятиях, ведущих к добродетели342. От трудов – здоровье, от потов – спасение. Ничего лишнего; но, сбросив все бремя суетной жизни и здешних трудов, снаряжай себя скорее к небу, словом [Божиим] сделав драгоценную душу твердой, как камень. Плоть да обуздывается и как должно укрощается. Видишь ли ты этих неимущих, бездомных, почти бесплотных и бескровных и тем приближающихся к Богу? Этих не умывающих ног и спящих на земле? Они внизу – и выше дольнего, среди людей – и выше человеческого; связаны – и свободны, удерживаемы – и неудержимы. У них нет ничего в мире – и все превыше мира. Жизнь у них двойная: одна презираемая, другая вожделенная. Через умерщвление они бессмертны, через отрешение соединены с Богом; они вне [страстного] влечения – и с божественной и бесстрастной любовью. Им принадлежит источник света и уже теперь – его отблески; их удел – ангельские псалмопения, всенощное стояние и пребывание у Бога ума, прежде времени восхищаемого [туда]; их удел – очищение и непрестанное очищение, и они не знают меры восхождения. Должно упражняться и подвизаться [PG96.181] в безупречной жизни и не оставлять неисполненным ничего из того, что угодно Богу. Прекрасно подвижничество с соразмерностью и истинным ведением. Воздержному подобает избегать и толпы, чтобы ум его был неразвлечен, а сердце невозмутимо: ведь в толпе великое смятение.
Не спящим и нерадивым принадлежит Царство Божие, но употребляющие усилие восхищают его (Мф343. 11:12). Ибо только это насилие прекрасно – сделать насилие Богу и восхитить у Бога жизнь. А Он, узнав таких насильников, вернее же – крепко держащихся [за Него], уступил и поддался. Ибо Бог радуется, когда бывает так побежден.
Разве борцы состязаются одетыми344? Нагими выводит их на ристалище закон состязаний, будь то жара или холод. Если же кто из них откажется обнажиться, тот отказался и от состязания. Нагой убежит в тот день (Ам. 2:16). Потому Приточник и говорил умастителю: Сними с него одежду, ибо он прошел (Притч. 27:13), то есть вступил в состязание. И бороться должно нагим, а лучше сказать – не только нагим, но и умащенным. Ибо нагота делает борца неуловимым для противника, а елей, даже если его когда-нибудь схватят, позволяет выскользнуть из захвата. Потому борцы и стараются посыпать противников землей, чтобы пылью придать шероховатость гладкому от елея телу и тем сделать их удобными для захвата. Добродетельный нуждается в малом, ибо стоит на рубеже бессмертного и смертного естества: нуждается он из-за смертного тела, но не во многом – из-за души, стремящейся к бессмертию.
Глава 11. О наставляемых; и о том, что им должно прилежно и усердно приступать к учениям, и не избегать трудности обучения, но вопрошать и учиться у знающих
Спроси отца твоего, и он возвестит тебе, старцев твоих, и они скажут тебе (Втор. 32:7). Сын мой! да не постигнет тебя злой совет, оставляющий наставление юности (Притч. 2:16–17). Неразумному, вопрошающему о мудрости, мудрость вменится (Притч. 17:28). Примите учение, а не серебро, и знание – более, нежели испытанное золото (Притч. 8:10). Приобретай мудрость, приобретай разум; не забывай, чтобы она дала главе твоей венец благодатей (Притч. 4:5, 9). Возжелайте, и будете научены (Прем. 6:11). [PG96.184] Сын мой! приложи сердце твое к учению (Притч. 23:12). Сын мой! от юности твоей избирай учение, и как пашущий и сеющий приступай к нему и ожидай добрых плодов его; ибо, немного потрудившись в возделывании его, ты скоро будешь есть плоды его. Как сурова мудрость для невежд! И неразумный не пребудет в ней. Исследуй ее, и она откроется тебе, и, овладев ею, не оставляй ее, ибо напоследок найдешь в ней покой, и она обратится тебе в радость. И оковы ее будут для тебя крепкою защитою, и цепи ее – славною одеждою, ибо золотое украшение на ней. Если хочешь, сын мой, то научишься, и если приложишь душу твою, то будешь разумен (ср. Сир. 6:18–32).
Искать и расспрашивать ради научения – дело весьма полезное345. Кто алчет и жаждет знания и [желает] узнать то, чего не знает, тот, оставив прочие заботы, спешит слушать и днем и ночью стережет двери домов мудрых. Знать, что не знаешь, – [признак] мудрости, как и знать, что поступил неправедно, – [признак] праведности.
Глава 12. О переходящих и переселяющихся с места на место
Выходящему и входящему нет мира от скорби (Зах. 8:10). Худая жизнь – из дома в дом; и где бы он ни поселился, не откроет уст (Сир. 29:27).
Глава.
Глава 13. О наемнике и о лишающих платы
Плата наемнику не должна ночевать у тебя до утра (Лев. 19:13).
Не обижай платы бедного и нуждающегося из братьев твоих или из пришельцев; в тот же день отдай плату его, чтобы солнце не зашло над ним, ибо он беден и на нее возлагает надежду; и да не возопиет он на тебя ко Господу, и будет на тебе грех (Втор. 24:14–15).
Строящий дом свой не по правде и горницы свои не по суду даром пользуется трудом ближнего своего и платы им не отдаст (ср. Иер. 22:13).
Проливает кровь лишающий наемника платы его (Сир. 34:22).
Не обижай раба, работающего верно, ни наемника, отдающего душу свою (Сир. 7:20).
Воздаяние делающему вменяется не по милости, но по долгу (Рим. 4:4).
Вот, плата, удержанная вами у работников, пожавших поля ваши, вопиет, и вопли жнецов дошли до слуха Господа Саваофа (Иак. 5:4).
Глава 14. О суетно трудящихся
Впустую и суетно трудился он над богатством, от которого не вкусит (Иов. 20:18).
Но напрасно мятется всякий человек живущий (ср. Пс. 38:6–7).
Сеющий худое пожнет злое; суету дел своих совершит (ср. Притч. 22:8).
Гоняющиеся за суетным скудоумны (Притч. 12:11).
Суетны все, кто делает любезное сердцу своему, что не принесет им пользы (Ис. 44:9).
Я сказал: напрасно Я трудился, на суетное и ни на что отдал силу Мою (Ис. 49:4).
Надеются на суетное и говорят пустое; ибо зачинают страдание и рождают суетное, и ткут паутину (ср. Ис. 59:4–5).
Склеивающий черепок – поучающий глупого (Сир. 22:7).
Один строит, а другой разрушает: что пользы им, кроме трудов? Один молится, а другой проклинает: чей голос услышит Владыка? (Сир. 34:23–24)
Носящие воду решетом и льющие в дырявую бочку346.
* * *
Примечания
свт. Иоанн Златоуст, Беседа 3 о статуях (помета Миня: «S. Chrysost. orat. 3, De stat.»); Филон (помета Миня: «Philonis.»)
свт. Василий Великий, Беседа о посте (помета Миня: «S. Basil. Hom. de jejun.»)
свт. Василий Великий, Послание к другому падшему монаху (помета Миня: «Ejusd. ad alium monach. lapsum»); Василий Великий, Беседа 5 на Шестоднев (помета Миня: «Ejusd. hom. 5 in Hexaem.»); свт. Григорий Богослов, Слово при прибытии 150 епископов (помета Миня: «S. Greg. Naz. Orat. advent. CL episc.»); он же, Слово на Крещение (помета Миня: «Ejusd. in Bapt.»); он же, Слово на Святые Светы (помета Миня: «Ejusd. in SS. Lumina»); он же, Слово о бедствии от града (помета Миня: «Ejusd. in plag. grand.»); свт. Иоанн Златоуст, К падшему Феодору, кн. 1, гл. 3 (помета Миня: «S. Chrysost. in Theod. laps. lib. 1, cap. 3»)
Климент (помета Миня: «S. Clement.»); пресв. Климент Александрийский, Педагог, кн. 1, гл. 9 (помета Миня: «S. Clem. Alex. lib. i Paedag., cap. 9.»)
пресв. Климент Александрийский, Какой богач спасется? (Quis dives salvetur), § 39 (помета Миня: «Ejusd. Quis dives salv. § 39»); Дидим (помета Миня: «Didymi.»); прп. Нил Синайский (помета Миня: «S. Nili.»)
еп. Евсевий (помета Миня: «Eusebii.»; сочинение не названо)
свт. Василий Великий (помета Миня: «S. Basilii.»; сочинение не названо)
свт. Василий Великий (помета Миня: «Ejusd.»; сочинение не названо)
свт. Василий Великий, Беседа 2 о посте (помета Миня: «Ejusd. Hom. 2 De jejun.»); свт. Иоанн Златоуст (помета Миня: «S. Chrysost.»; сочинение не названо); прп. Нил Синайский (помета Миня: «S. Nili.»; сочинение не названо)
свт. Василий Великий, Беседа на слова «Внимай себе» (помета Миня: «S. Basil. hom. in illud: Attende tibi.»)
свт. Василий Великий, Беседа о благодарении (помета Миня: «S. Basil. Hom. de grat. act.»); Василий Великий, Беседа на Пс. 1 (помета Миня: «Ejusd. in Psal. 1»)
свт. Василий Великий, Правила, пространно изложенные, вопрос 37 (помета Миня: «Ibid. art. 37.»)
свт. Василий Великий, Письмо 1 (помета Миня: «Ejusd. epist. 1.»); свт. Григорий Богослов, Стихотворение об уединении (помета Миня: «S. Greg. Naz. carm. De secession.»); он же, Первое обличительное слово на Юлиана (помета Миня: «Ejusd. invect. 1 in Julian.»); свт. Кирилл (помета Миня: «S. Cyrilli»; сочинение не названо); свт. Афанасий Великий (помета Миня: «S. Athan.»; сочинение не названо)
пресв. Климент Александрийский, Какой богач спасется? (помета Миня: «S. Clem. Alex. Quis div. sit salv.»)
прп. Нил Синайский (помета Миня: «S. Nili.»; сочинение не названо); Филон (помета Миня: «Philonis.»; сочинение не названо; ему принадлежит последняя фраза о добродетельном)
Филон (помета Миня: «Philonis.»; сочинение не названо)
свт. Василий Великий (помета Миня: «S. Basilii.»; сочинение не названо)