праведный Иоанн Кронштадтский (Сергиев)

Апрель

7 апреля 1866 г.

Благодарю Тебя, Господи Иисусе, сподвигшего меня ныне неосужденно причаститися пречистых и животворящих Тайн при соборном служении литургии в Успенской церкви и молебен благодарственный за спасение жизни царя10 простоять пред народом и людьми именитыми и сановниками с великим спокойствием, дерзновением, святынею Твоею, с молитвою веры; потом потребить Святые Тайны с великою верою и паки в мир душевных сил. Благодарю Тебя, яко даровал еси мне благодать провести шестой класс с благородною важностью и властью и проговорить хорошо урок к следующему классу.

Слава Тайнам Твоим, Христе, – и еще скажу: слава Тайнам Твоим. Слава простоте веры во Святые Тайны Твои! О пребожественные, о, предейственные, пресильные, всемогущие Тайны, слава вам. Слава Тебе, Господи!

Я зло, мерзость греховная, а ближний – образ Божий, потому я должен всячески уничижать себя пред всеми по достоянию, да некогда восставится и во мне падший образ Божий. Увы мне, окаянному, Господи! Чтити всякого человека по достоянию, наипаче же родителей, настоятеля моего, братию даруй мне, Господи! Смирение, уничижение себя есть величие наше! Блажен, кто так мудрствует и так делает!

Не других чуждаться, презирать я должен, а себя, себя одного, живущего во мне греха и дьявола, виновника и началовождя всякого греха. Умудри меня, Господи!

Берегись крайне пресыщения: оно бывает причиною крайнего развращения сердца, измены Богу и ближнему. Кем овладевает всего удобнее дьявол? Пресыщенным. Враг, вооружая нас иногда внутреннею злобою против родителей, вооружает нас чрез то против Самого Виновника нашего бытия – Бога, даровавшего нам жизнь чрез них; вооружая против человека вообще, тоже вооружает против Бога, потому что человек есть образ Божий; мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего (1Ин. 4, 21). Но почитая и любя родителей и ближнего вообще, мы почитаем и любим Бога, Создателя Своего, и самих себя, потому что все мы – одно во едином Боге, от Которого все произошли и по образу Коего все сотворены. Мы все братья, члены одного тела, одушевляемого единым духом Божиим, возглавляемого единою Главою – Христом, один дух любви, кротости, смирения, незлобия, послушания, чистоты, святыни, мира, свободы должен быть во всех нас, еже буди по благодати Господа нашего Иисуса Христа и действию Духа Святого, по благоволению Бога и Отца.

Чрез возвышение крестьянина государем в дворянина вдруг Господь вразумляет меня, что всякий простой и необразованный человек не хуже дворянина, когда он делает дела, достойные человека и христианина. Но во Христе мы все дворяне, потому что водворены Господом в уповании на небе и всем нам уготовляются обители небесные.

Священник по воле Божией и по духу Православной Церкви должен всех людей горячо любить, о всех заботиться, о всех болеть душой, наподобие матери, болезнующей о чадах своих, за всех усердно и непрестанно молиться; знать по возможности духовные нужды и недуги всех, ко всем поспешать на многоразличную помощь и утешение, всем быть готовым дать приличный совет. Оттого мы и отцами называемся. Где в нас дух любви?

Иллюминация по случаю спасения царя от смерти. Хорошо. А еще было бы лучше, если бы собрали деньги на бедных, да уприютили их, накормили, одели.

Молитва Господня. О, как она возвышенна, каких чувств, каких дел требует она от нас!

Ты думаешь: много требует от тебя Господь? Очень немногого: обходись ежедневно кротко, ласково со всеми домашними и со всеми, встречающимися и говорящими с тобою или приходящими к тебе, ешь-пей всегда умеренно, без пресыщения, бегай роскоши в одежде, обстановке жилища, удовольствиях, подавай бедным милостыню, веруй в Господа, люби Его и святые Его заповеди – и ты угодишь Богу и спасешься.

Ни на волос не верь ни в чем своему ветхому человеку: не верь ни глазу, ни уху, ни вкусу, ни аппетиту, ни обонянию, ни осязанию, ни уму, ни чувству (сердцу) или желанию, – всё ложь, гордыня, злоба, зависть, жадность, всё похоть плоти и очей и гордость житейская (1Ин. 2, 16). А новый человек весь истина, и он отвращается всех похотей и гордости, он искренно смирен пред всеми, потому что знает, что такое человек.

Враждующий всуе на ближнего есть непременно вместе и враг Божий, ибо человек – образ Божий: например, если не чтишь родителей – не чтишь Самого Бога, озлобляешься на кого-либо – озлобляешься и против Бога, – так тесно Бог соединился с человеками чрез водружение в нас Своего образа и особенно чрез воплощение и облечение в наше смешение.

Что значит веровать в Церковь? А вот что: видишь бедного, просящего милостыню, – признай в нем сердечно своего собрата, члена Христова, и подай ему милостыню с тою уверенностью, что Сам Христос в лице его принимает ее, и ты будешь верующий в Церковь. Гость пришел к тебе – прими его опять как член Христов, с ласкою, побеседуй с ним искренно на пользу души его, угости его с радушием, и ты будешь верующим в Церковь. Видишь священника – признай от души, что это пастырь словесного11 стада Христова, от Самого Иисуса Христа поставленный духовно рождать и воспитывать людей для вечной жизни; смотри на него как на образ Самого Христа, веруй, что на нем почивает благодать Святого Духа и власть учить, совершать Таинства и руководить верующих к животу вечному; веруй в право его благословения (исходящее от Самого Иисуса Христа) и принимай его как Христово благословение; с уважением и покорностью слушай его, когда он поучает, наставляет, обличает; Таинства принимай от него как от Самого Христа, духовные наказания принимай как от Самого Бога; чти в святителе образ Пастыреначальника Христа, признавай, что чрез него после апостолов исходит на верных благодать священства и вся благодать Христова; повинуйся ему, как Самому Христу, взирай на него как на апостола, как на полного преемника Его власти, а на священников и диаконов как на помощников с благодатными правами, – и ты будешь верующий в Церковь. Далее: признай от души, что Пресвятая Дева Богородица есть Начальница мысленного наздания12 церковного, что всегда с нами как Матерь во едином дому Божием (Церкви); видит, слышит нас, печется, промышляет о нас, особенно о нашем духовном преспеянии и спасении; как Царица царствует над нами, обличает, судит, наказует нас, вообще принимает деятельнейшее участие в нашей духовной жизни, особенно в жизни тех, кои Ее ведают, в Нее веруют, благоговейно Ее почитают. Далее признавай, что все святые – старшие братья наши во едином дому Отца Небесного, которые с земли перешли на небо, и всегда они в Боге с нами, и постоянно нас учат, руководят к жизни вечной посредством составленных ими церковных служб, Таинств, обрядов, поучений, установлений церковных, например постов, праздников, и, так сказать, вместе с нами служат, поют, говорят, поучают, помогают нам в разных искушениях и скорбях, и призывай их, как живущих с тобою под одним кровом, в одной комнате, прославляй, благодари их, беседуй с ними, как с живыми, – и ты будешь веровать в Церковь. Стремись сам к водворению в небесных обителях, коих достигли святые, – очищай себя непрестанно от всякой скверны плоти и духа, призывая усердно и непрестанно Господа Иисуса Христа и [принимая] Таинства Церкви в очищение, подкрепление и руководство, – и ты будешь веровать в Церковь. Еще когда ты веруешь, что умершие наши праотцы, деды, отцы, матери, родственники, друзья, знакомые, все христиане православные живы и по смерти душами и, смотря по делам своим на земле, мучатся или предвкушают будущее блаженство, и молишься за них Богу, следуя за служителями алтаря, и молитва твоя имеет силу у Бога в надежде, что Бог услышит молитву твою за них и сможет помиловать их, – то опять ты веруешь в Церковь, потому что и умершие суть члены Церкви. Если ты молишься и за живых христиан и прочих людей и веруешь, что молитва твоя за них тоже не бесплодна у Бога, то ты верующий в Церковь. Если ты наблюдаешь времена праздников и постов, времена очищения грехов и причащения Святых Тайн и участвуешь в них всей душой своей с верою и благоговением, то ты верующий в Церковь. Вот что значит веровать в Церковь. Если ты на земле живешь жизнью церковного или стараешься жить жизнью небожителей – свято, в мире, то ты веруешь в Церковь.

Чего нам завидовать друг другу? Все мы равно по образу Божию, в общую нашу природу облекся Господь, всем равно дает Себя в пищу и питье, все мы равно чада Божии и говорим все равно – Отче наш... А земные блага – все прах ничтожный. У всех одно чудное, величайшее, совершеннейшее, неистощимое богатство, и живот, и сладость, и честь, и слава – Господь Бог.

8 апреля.

Господи! Благодарю Тебя, яко и ныне сподобил мя еси причаститися пречистых Твоих Тайн, по безмерному Твоему благоутробию, в мир душевных моих сил. Но пищею тленною я, окаянный, часто уничтожаю плоды принятия пищи нетленной.

Как лукаво дьявол подступает к сердцу и овладевает им во время самой службы церковной: во время проскомидии производит в сердце пристрастие к просфире, если мягкая и румяная; если черствая и неуклюжая, производит озлобление на просфирню за ее пренебрежение не к Богу, а ко мне; или производит страстное желание риз блестящих, или жаление, когда порядочную ризу берут в приход, и озлобление на протоиерея за то, что не дает их, жалеет и заставляет служить в плохих; или опять производит жаление толстой свечи, если она сильно пылает пред образом. Как победить его в этом случае? – Живым, твердым убеждением, что един Господь есть жизнь и сокровище нашего сердца: когда чрез такое убеждение Господь вселится в сердце, враг мгновенно отбегает, и в сердце водворяется тишина. Но как лукавый не запинает? И злобою на кого-либо, иногда нечистым помыслом, иногда жалением просфиры для кого- либо, особенно поданной без ведома моего, и прочее.

Каждый день Господь отъемлет греховное растление сердца моего чрез причащение Святых Его Тайн, и я, окаянный, каждый почти день растлеваю опять свое сердце чрез что? Чрез жадность к пище и питью, многоядение и многопитие. Где же разум? Кроме того, когда Господь так часто отъемлет от меня грехи мои, их же несть числа, я сам, окаянный, взыскателен к другим, не терплю в других зла, особенно обид мне, не терплю погрешностей людских, то есть подчиненных мне людей. Зачем я забываю свои немощи?

Непрестанно, нещадно, несумнительно презирать себя, своего ветхого человека, не обращать внимания на его различные беснования и уважать нового человека, Христова, вместе с ветхим живущего и от ветхого гонимого, попираемого, озлобляемого; всех уважать, ко всем быть кротким, снисходительным, терпеливым и долготерпеливым, потому что видим, как к нам Господь долготерпелив, видим, какая бездна зла в нас самих гнездится, какая геенна, готовая поглотить нас навеки, но сдерживаемая долготерпеливым Человеколюбцем, а ведь ближний всякий – другой я: себе желаем снисхождения – и к нему тоже должно снисходить ради его немощи, природной, греховной испорченности.

Ни йоты не уступай врагу из Божьего и церковного слова, ни йоты не уступай ему из заповедей Божиих, то есть старайся не согрешать ни одним помыслом, движением сердца (йота, черта [Мф. 5, 18] – символ простоты).

На проскомидии совершаются великие события из жизни Спасителя: Его рождение, страдание, смерть нас ради, и, кроме того, воспоминается вся Церковь, – с величайшим вниманием и благоговением совершай ее, устраняйся от всего земного.

Если несколько несогласно поет чтец, или остановку сделает, или не на том месте где надо сделает, или не на тот глас, на который надо, – не обращать на это внимания, но покрывать снисхождением любви, ибо дьявол ищет обратить в повод к злобе все преткновения священноцерковно-служителей, а когда ты сам претыкаешься, то наводит уныние или пренебрежение даже к важным погрешностям. Не верь ему в том и говори: не твое тут дело, чуждый дух. Мы своему Господу стоим или падаем [Рим. 14, 4] и твою злобу о имени Господни попираем. Полно тебе нас морочить.

Сами не хотим терпеть от других ни малейшего зла, обиды, взгляда сурового, гордого взимания чего-либо маловажного у нас, не хотим терпеть в других никаких неровностей, шероховатостей обращения, а сами полны всяких неправостей, неровностей, шероховатостей характера. Но отчего мы сами другим не доброжелательствуем, даже желаем зла, когда себе считаем в праве ждать от других добра, хотя бы и сделали что для них недоброе? Почему не желаем всякого добра не благоприятствующим нам, когда себе желаем добра и от самих не благоприятствующих нам? – Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас [Мф 5, 44], и если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? [Лк. 6, 32]. Христианин на то поставлен, чтобы терпеть шероховатости, неправости других и желать всем добра.

Если меня не любят домашние за худые качества сердца моего, то не любят по справедливости, а не всуе и не потому, что они злы, – а если я на кого враждую, то враждую по причине худых качеств моего сердца. Итак, увы мне, грешному!

Когда мы больше обыкновенного поедим и попьем, то назавтра или в тот же день чувствуем себя пленниками лукавого. Если неумеренность в обыкновенной пище и питье (не хмельном) делает нас пленниками дьявол, то что сказать о пьянстве? Какие пленники дьявола винопийцы! Как они жалки! О, как нужно христианину воздержание! От невоздержания всякое зло, всякая страсть происходит: и гордость, и злоба, и зависть, и скупость, и любостяжание, и блуд, и татьба, и леность, и неверие, и непочтение, и непокорность и пр.

Когда я очищу в себе ветхий квас и буду новым смешением (1Кор. 5, 7)? Когда не будет во мне злобы и лукавства? Когда буду воздержен?

Делайте не брашно гиблющее [рус.: старайтесь не о пище тленной] [Ин. 6, 27], сказал Господь, а я всё гоняюсь за брашном гиблющим13, поколику жаден к пище и питью, хотя почти ежедневно вкушаю Тело и Кровь Божию – это нетленное брашно.

Чем больше и лакомее ешь-пьешь, тем более увеличивается гордыня, злоба, зависть, рвение, скупость, сребролюбие, леность и всякое зло. И поделом нам это, ибо ни во что вменяем Божественное брашно, предаваясь с жадностью чувственным наслаждениям, которые должно презирать.

Отчего я нетерпелив и зол, когда другие говорят против меня иногда и правду или хотя и неправду? Оттого, что я духа Христова не имею, еще не научился кротости и смирению, еще ветхого человека и живущего в нем дьявола не совлекся, не очистил ветхого кваса, да буду ново смешение. Господи! Очисти, просвети и спаси меня. Даждь мне, Господи, терпение, великодушие и кротость. Даждь мне благодушно выслушивать противоречия мне моих ближних и внимать спокойно голосу истины и обличения, равно как спокойно выслушивать несправедливые укоризны, порицания, ругательства.

Христиане к тому призваны, чтобы побеждать зло добром в себе и в других: злобу – благостью, гордость – смирением, скупость – щедростью, зависть и недоброжелательство – доброжелательством и старанием угодить ближнему, грубость – ласковостью, жадность – воздержанием, любостяжание – милостынею, уныние – благодушием, отчаяние – упованием, блуд – чистотою, хулу – благословением, ропот – благодарностью за всё, приятное и скорбное, сомнение и неверие – непоколебимою и простосердечною верою, лукавство – простотою, леность – трудолюбием, равнодушие к богопротивным обычаям мирским – ревностью к обличению и искоренению их.

Больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни, говорит премудрый [Притч. 4, 23]. Всячески храни сердце твое от страстей, чтоб не приразилась к нему злоба, или гордость, или зависть, или скупость, или блуд или не отягчало бы оно невоздержанием и пьянством, или леностью и пр.

Во время литургии враг всячески старается погасить светильник сердца нашего, чтобы затмить для нас и великое дело искупления, чтобы сделать нас равнодушными, бесчувственными к бесконечно великим благодеяниям Господа, явленным нам, недостойным, в пришествии, страдании, смерти и воскресении Его. Тут враг усиливается связать наш ум и сердце или житейскими сластями, пристрастием к ним сердца, или озлоблением на ближнего, или смущением и пр. Но вера разрушает его козни.

Не смотри на лицо человека и не суди, не цени человека по лицу его, например генерала по генеральству его, полковника и вообще офицера по внешнему, мирскому достоинству, по образованию и по статности его, купца по богатству его, по одежде его или по уму его: для Бога всё это внешность и весьма мало или вовсе не имеет у Бога цены; равно не цени человека по низкому званию, по грубости лица, речи, манер его, одежды его, по бедности его, ибо всё это внешнее, и часто недостаток в этой внешности сопровождается богатством внутреннего – богатством веры, простоты, кротости, смирения, любви к Богу и ближнему. Зри на всякого как на человека, как на созданного по образу Божию, как на член Христов и на то, кто больше приблизился к идеалу образа Божия и члена Христова. А известно, что между простыми людьми, младенцами по душе, гораздо больше таковых, чем между знатными и учеными, в которых господствует часто гордость и высокомерие. Что один ум без доброго и любящего Бога и ближнего сердца? – Ничто, как и Апостол сказал (1Кор. 13). И сами образованные люди ищут в других и в своей же ученой братии доброго сердца как сокровища, а ученость, многознание почти ни во что ставят, особенно если она не имеет в соседстве доброго сердца, доброй жизни. Ибо знания все приобретаем для жизни, для исправления сердца и нравов, для того, чтобы сделать жизнь нашу более удобною и покойною, чтоб удобнее достигать общей цели нашей жизни – вечности блаженной и средств к ней – добрых дел. И вот то, чего умные и ученые не имеют при всей своей учености и чего так усердно ищут и часто не находят в своей ученой братии, находится с избытком в простых людях – крестьянах, солдатах, купцах, мещанах, в духовном сословии, и особенно в нижних его членах – мужеска и женска пола. Ибо там обитает простота, добросердечие, искренность, незлобие, терпение, самопожертвование для блага ближнего, искренняя вера и благочестие.

Всякое естество ангельское удивися великому Твоего вочеловечения делу: неприступного бо яко Бога, зряше всем приступнаго Человека14, а мы, человеки, равнодушны стали к этому великому делу искупления и нерадим о своем изменении, которое заповедал Господь и для коего дал все силы и средства, не поступаем по Евангелию, в церковь не ходим, в театр охотнее идем – на идолов древних язычников смотреть.

Кто угождает чрез меру людям, кто пристрастен к земному, временному – к деньгам, пище-питью, одеждам и пр., тот служит твари паче Творца и тяжко согрешает, ибо всех и всё соделал и всё подает Бог, и к Нему единому, всех благ Подателю, надо прилепляться всем сердцем, да всё изобильно подаст: сия вся приложатся вам [Мф. 6, 33], или да благодушно переносим Его ради лишения земных благ.

Многие желают богатства, а не думают о том, будут ли они им пользоваться согласно с волею Божиею, не отступят ли из-за богатства сердца их от Бога, от любви к ближнему и не сделается ли причиною погибели их вечной и временной?

Чтишь ли ты, христианин, как должно, одушевленный, чистейший, всезлатой кивот Божества – Деву Богородицу? Дышишь ли хвалой Ей, благодарением, прошением? Чтишь ли одушевляемые храмы Божества по вселению в них Господа, как в чистых образах и сосудах Своих, именно святых Ангелов и святых человеков?

Господь Иисус Христос не жалеет делить между нами плоть и кровь Свою, являя в этом непрестанно горячую любовь Свою к нам и внушая нам любить друг друга, как Он возлюбил нас, – мы ли пожалеем разделять с ближним нашим, членом Христовым, хлеб-соль, деньги, одежды наши для выражения взаимной любви и общения из даров же любви Господа к нам, ибо что мы имеем, чего бы мы не приняли от Господа? Итак, если мы всё даром получили от Господа, то отчего жалеем даром подавать нуждающимся и гостям, промыслительно приходящим к нам, то есть по манию Промысла, для испытания нашей любви? Да не имеем ни малейшего пристрастия к земным благам тленным, ибо высочайшее наше благо – Господь, всего Себя нам даровавший, пред Коим всё ничто. Да имеем любовь между собою, по заповеди Спаса нашего [Ин. 13, 34 и др.], ибо любовь взаимная есть жизнь наша и исполнение закона. Мгновенно да отражаем движение негодования и вражды к ближнему. Всё да обращаем в повод любви взаимной, из всего извлечем выгоду любви, как дьявол усиливается всё обратить, все житейские наши отношения в повод к вражде, гордости и высокомерию, зависти, скупости, любостяжанию и пр. Не истинно ли сор все земные блага сравнительно с небесными? Не засоривают ли, не омрачают ли, не отягощают ли они нашего сердца, как сор? А между тем как легко сердцу от благ небесных, например от молитвы, от причастия Святых Тайн?

9 апреля 1866 г.

Какого нищего – больного, горемыку я сегодня видел: он был вдвоем с женою и в ожидании переправиться в Рамбов15 сидел у стенки каменной гранитной. Вот бедность! Какие больные, гнойные глаза! Какой нарыв над левым, вытекшим и закрывшимся глазом! Какое худое рубище! А жена-то бедная почти с голою грудью! Тоже в рубище. О, бедность! Бедность! О, самолюбие наше! Я подал им 1 рубль 10 копеек серебром.

За благодать, дарованную мне ныне в служении литургии (Неделя о мироносицах, 9 апреля) благодарю Тебя, Господи, и за причащение Святых Твоих Тайн в мир душевных моих сил. Благодарю Тебя, Господи, за дерзновение и громогласие, дарованные Тобою моему убожеству. Но, увы мне грешному, неискусному в делании добрых дел – в кротости, смирении, незлобии, терпении! Когда жена после обеда стала в присутствии сестры своей Анны говорить мне о том, чтобы я отдавал ей большую часть и гимназического жалования, а у себя имел самую малую часть, и сестра с сердцем стала настаивать на том и укорять в подаянии нищим – я не выдержал и рассердился на ту и другую, а они рассердились на меня. И я, чтоб не вышло большей вражды и ссоры, ушел из дома прогуляться. Но в душе помирился с ними, и потом, встретившись с ними на улице, ибо и они отправились гулять, я предложил им мир. И мы помирились.

Вразумление от Бога. Пришедши с прогулки, я раскрыл Евангелие, и мне выпало следующее место из Деяний: яко овча на заколение ведеся, и яко агнец пред стрегущим его безгласен, тако не отверзает уст Своих. Во смирении Его суд Его взятся: род же Его кто исповесть [рус.: от уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит]? [Ис. 53, 7 – 8]. Явно Господь научает меня кротости и незлобию относительно домашних и всех, с кем встречаюсь по товариществу или по священству, и об охотной отдаче своей собственности другим, без всякого прекословия. Господь – образ кротости и незлобия для всех нас, носящих имя Его. Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе [Флп. 2, 5]. Иначе зачем мы и называемся христианами?

Господь наш Иисус Христос отдал беспрекословно на оплевание, биение, заушение и распятие пречистое тело Свое и не озлоблялся ни на одного злодея, но был кроток и незлобив, чтобы научить нас беспрекословно и без озлобления попускать другим брать нашу собственность, наши яства и напитки, наши сласти, раздавать наши деньги и одежды нуждающимся или похитителям нашего имущества, терпеть обиды, ругательства, клеветы, насмешки, побои, оплевания, заушения и пр. Если мы христиане, то да учимся жить по Христову примеру.

Как о многих из нас надо сказать: да вы и сами не умеете жить и не умеете жить с своими домашними или обращаться с товарищами, подчиненными, учениками, бедными, родственниками, оттого у вас и неприятности, ссоры, оттого вам жизнь в тягость, оттого у вас разлад, ничто не споро, не успешно, – надо уметь жить с людьми, надо приспособляться к их характерам, надо уметь угождать им (не страстям их, впрочем, а во благое, к созданию или назиданию), то есть лучше сказать, побеждать добром всякое зло, не воздавать за зло злом, но всё делать с кротостью и незлобием и с благоразумною рассудительностью. Люди то же, что больные, – нравственно больны они: вот тут-то и умей ладить, потрафлять этим больным, переноси без раздражения их капризы, вспышки страстей, например злобы, гордости и высокомерия, жадности, скупости, страсти к деньгам, к нарядным одеждам, к развлечениям различным; если обличаешь, обличай без желчи, с любовью, со святою ревностью о спасении их душ; дай им понять, что они чрез известную страсть или пристрастие губят души свои; приведи их искусно к сознанию высокости звания христианина и обязанностей, неизбежно соединенных с этим именем; внуши, что христианская вера требует непременно изменения, исправления, обновления сердца: кто во Христе, тот новая тварь (2Кор. 5, 17), отложения ветхого человека и облечения в нового, мудрствования о горнем, а не о земном, любви взаимной, терпения и долготерпения, кротости, смирения, воздержания в пище и питье, чистоты и целомудрия, нелюбостяжательности, покорности и пр. Дай им понять, что они живут совсем не так, как должно по учению Иисуса Христа и апостолов, что им предстоит большой труд в жизни, на который они должны обратить самое строгое внимание, тем более усиленное, что доселе они им пренебрегали.

Во Христе нет мужеского пола, ни женского [Гал. 3, 28], все мы равны, одноправны. Мужчины должны уважать женщин, женщины – мужчин.

Ты по образу Божию, ты царь – побеждай воюющие в тебе и в других страсти при помощи Господа, сильного в брани; побеждай плоть свою, мятежную рабу души, да сподобишься наследовать уготованное тебе, как созданному по образу Божию, Царство от сложения мира. Будь любовь – и побеждай злобу, будь кроток и смирен – и побеждай гордыню и раздражительность, любостяжательность – щедростью, сластолюбие – постом, своеволие и упрямство – послушанием. Познай свое достоинство и поддержи его.

Ко всем немощам матери снисходи и не относись к ней с презрением сердца, очей и языка; дома, как сын, будь всегда ниже ее. На слова не обращай внимания, что неловко и [подскажет], – не в словах сила, в сердце: слово часто ветер. В простоте сердца смотри на слова матери, простой женщины, как на слова младенца, ибо простые люди – младенцы, и безумно было бы озлобляться на них за простоту и немощь, грубость и безыскусственность их слова. Если и не к месту, не кстати что скажет – не презри ее, ибо сами часто не кстати, праздно говорим, и ничего себе. Да и не в словах сила. На самые простые, по-видимому, и неуместные слова ее отвечай в простоте и незлобии как на разумные и уместные: этого требует почтение к матери. Помни, как она слушала твой бессмысленный лепет, младенческий, невинный. Так и ты сердечно всегда чти матерь, и ничто да не будет поводом к ниспровержению должного почтения к ней: ни грубость и простота, ни некоторые слабости сердца и воли и немощи ума и слова, – всё покрывай любовью, не замечай. Одно знай, что она – мать твоя, кормилица твоя, носило твое, печальница твоя. Будь всегда к ней как можно ласков.

Как просто, легко у простых людей делается всё то, что у нас, ученых, делается как-то хитро и с трудом, с помощью многих книг. Разумею жизнь, дела добрые! Сколько я исписал книг, а всё не искусен еще в том, в чем искусна простая женщина, мать моя: в простоте сердца, в кротости, смирении, послушании и пр.

Не забудь: себя хуже всех, грешнее, глупее, ниже считай; себя презирай, а других уважай, всех лучше себя считай и не лицемерно как-нибудь, а в самой вещи, искренно.

Безыскусственные, неграциозные слова, манера матери ничего не значит, а вот что много значит: простое, доброе, кроткое, любящее сердце, – она истинно, неотпадно меня любила и любит и доказала свою любовь самым делом, возрастив и отчасти воспитав меня, не жалея для меня, бывшего малым, ничего – ни покоя, ни здоровья, ни состояния, состояния скудного. Так и во всяком человеке цени его душу, сердце, а не слова да манеры, да нежность кожи лица и пр. Это – ничто, листочки, и то подкрашенные. Не на лица зряще имейте веру [Иак. 2, 1].

Для чего, говоришь, одни и те же молитвы часто повторяются, одни и те же молитвы, например: Господи, помилуй; Святый Боже; Пресвятая Троице; Отче наш; Слава Отцу и Сыну и Святому Духу; Аллилуйя; Иже на всякое время. 1) Потому что верующей и любящей Бога душе эти молитвы приносят отраду, успокоение, мир пренебесный, сладость, жизнь, ибо имя Божие – одно имя Божие, которое часто слышится в этих молитвах, есть жизнь, мир, сладость душевная. 2) Потому что имя Божие есть духовный воздух для души: она должна непрестанно дышать им, в противном случае тлетворный воздух страстей проникнет неизбежно в сердце, и душа будет в возмущении, омрачении, тесноте. А разве это жизнь? Итак, говори чаще про себя эти молитвы, от души, искренно, и ты почувствуешь сам, какою отрадою, миром, сладостью разольются они по душе, как бальзам, как нектар небесный, – а в церкви не ленись со вниманием следовать искренно за чтецом.

Служи своим домашним, присным, питая и одевая их, и не только не тяготись этим, но с удовольствием и всегдашнею охотою это делай, как бы питая и одевая Самого Христа (а ведь они – члены Его) и как бы не ты делаешь им угодное, а они тебе. Зло, неровности, капризы, упрямство, непослушание терпи и с любовью исправляй, если можешь; если не можешь, оставь, – и Бог всех исправить не может: воля всякому дана.

Табак – пустяк, легко перенести [его] без вражды: [не уймешь] курить. Не то люди переносят, – от тебя Бог не то перенес и переносит, а ты такого маленького, легонького креста не хочешь понести. Гости ходят есть-пить, опять не стоит думать, – Бог подаст на долю всех. Только в любви да живем.

Замечая нехристианскую, рассеянную, порочную жизнь христиан, чаще напоминай им о обязанностях христианских и, обличая пасомых, говори: так ли живут дети Божии, овцы словесного стада Христова, призванные к наследию Небесного Царствия? Такие ли нравы, дела заповедал им Иисус Христос, Сын Божий, Царь и Судия всего мира, имеющий всякую власть на небеси и на земли? Так ли живут и жить должны христиане, кои ежедневно слышат: верую в Господа Иисуса Христа, паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, егоже Царствию не будет конца, и: чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века?16 Так ли готовятся встретить Грядущего судити всю вселенную? Так ли ожидают воскресения мертвых и жизни будущего века? Разве все будут помилованы и не будет части шуией17, разве не будет сказано от Судии стоящим ошуюю: идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный дьяволу и аггелом его [Мф. 25, 41]? И разве не пойдут в муку вечную? Но дьявол ослепляет разумы и сердца неверных, внушая неверие и нечувствие будущих ужасов суда и мук вечных! Кому же верить? Самой ли Истине или лжецу, мечтателю, противнику? Итак, скажи в заключение, истрезвитесь, братия, и убойтесь Суда Страшного.

Ходи непрестанно пред лицом Божиим, памятуя, что Он видит все твои помышления, намерения, страстования, слова, дела. Убойся суда Его. За всякое слово праздное ответ [Мф. 12, 36].

Да знаменается18 на нас свет лица Твоего19. Когда мы усердно, искренно молимся Богу, когда бываем кротки, смиренны, послушны, ласковы, когда творим заповеди Божии, причащаемся достойно по благодати Божией Святых Тайн Тела и Крови Христовой, тогда знаменается на нас светлица Божия; видали ли вы, как светлы лица людей благочестивых, какой небесный свет на их лице, какое спокойствие, какая любезность? Но видали ли вы, как мрачны, неприятны, отвратительны лица людей, преданных порокам – нечистоте, пьянству, злобе, гордости, зависти, скупости и пр.? Этот мрак от начальника мрака сатаны, гнездящегося в их сердцах и поучающего их непрестанно творить волю свою. Блаженны те, на коих светится еще в этой жизни свет лица Божия: они увидят в этом свете по скончании земного поприща свет лица Божия неприступный. Несчастны те, на лицах коих и ныне уже распростерт мрак сатанинский, – если не покаются, они ввержены будут во тьму кромешную, там будет плач и скрежет зубов [Мф. 8, 12].

Вот беда моя: имея в сердце своем, мысленном оке, мысленное бревно – множество грубых страстей, я хочу вынимать сучки из очесе брата своего, даже отца своего, матери своей, начальника. Горе мне грешному, непрестанно содержимому страстями, злому, гордому, презорливому20, нетерпеливому, завистливому, скупому, упрямому, своенравному, рассеянному, ленивому, любостяжательному, земнолюбцу, блудному, хульному, малодушному, жадному, алчному, сластолюбивому, пресыщенному, ленивому, лицемерному, лицеприятному, жестокосердому. За множество грехов моих я должен терпеть всё неприятное для плоти, которая из-за разных приятностей беснуется, пресыщенная дарами Божиими; пост всегдашний надо держать, да плоть постом усмирится, молитву в сердце и на устах иметь. О, какая бездна зла во мне! Но в бездне греховней валяяся, неисследную милосердия Твоего призываю бездну: от тли, Боже, мя возведи21. Господи! Помилуй мя, яко прилежит мне непрестанно помысл на лукавая от юности моей [Быт. 8,21]. Господи! Ты делаешь во мне небо чрез причащение пречистых Твоих Тайн, а я делаю из себя опять ад. Увы мне, окаянному! Как я доселе не совлекся ветхого, гордого, злого, земнолюбивого человека, как не презираю землю и все блага ее и не облекся в нового, кроткого, смиренного, неболюбивого. Будь князем, царем над собою, ибо ты – образ Божий, ты – царь, и тебе обещано царство, если покоришь плоть духу, свою волю – воле Божией.

10 апреля 1866.

Благодарю Тебя, милосердый Господи, за отъятие грехов моих по молитве моей, и за умирение сердца моего, и за просвещение лица моего. (Помилуй мя, Боже... читал, и: Господи, Боже наш, покаянием оставление...22)

Где есть другой человек, там враг старается поселить вражду к нему, ибо Господь говорит: люби ближнего, как себя, а враг говорит: враждуй против ближнего – и крепко нудит враждовать против него.

Сами по себе мы, грешные, кал смрадный, а святые – благоуханный фимиам или кипарис; мы как ночь мрачные, а они как день светлые, будучи сынами дня (1Фес. 5,8); мы – мрак, они – солнце. Как же нам пред ними не благоговеть, не удивляться, не подражать, не чтить их, тем паче что они – вечное жилище Пресвятой Троицы? Достойно и праведно чтим святых и празднество в честь их совершаем, да прославим в них и чрез них Бога, и да молитвами их сподобимся прощения грехов, и возбудимся к подражанию им.

Ужели Божественный Спаситель наш не знал, что говорил, когда поучал народ любить врагов, благословлять клянущих, добро творить ненавидящим нас [Мф. 5, 44], что мы не слушаемся Его Божественных спасительных наставлений и делаем по-своему – на врагов сердимся, ругателей ругаем, на злых злимся, на досадителей досадуем, ненавидящим нас стараемся делать зло? Если ты истинный христианин, то из единого послушания Божественному Искупителю, запечатлевшему все Свои повеления смертью за нас, должен делать то, что Им заповедано, хотя заповеданное и неприятно твоему растленному сердцу. Итак, оскорбил кто тебя – не сердись на него, но помолись за него, по слову Господа: молитесь за творящих вам обиду, не надувайся на него, но поговори с ним ласково, а если не захочет, отстань от него, но без сердца. Поступая так и подобным образом, будешь истинный ученик Христов, ибо Христос молился за Своих распинателей, как Стефан за убийц своих.

Во время молитвы надо сознавать важность тех прошений, благодарений, славословий, которые содержатся в молитвах, и живо сознавать и чувствовать действительность того душевного состояния своего, в котором представляют оное молитвы, чувствовать свою бедность, свое окаянство, нищету, слепоту и наготу и источать слезы покаяния. Тогда со слезами выйдут скверны сердечные, и в душе воссияет свет и водворится глубокий мир, ибо Господь, Царь мира, вселится в сердце. Желать всем сердцем надо тех благ, коих испрашиваем.

Надо вседушевно ценить безмерное снисхождение к нам Сына Божия, сшедшего с небес и воплотившегося нашего ради спасения, и выше всякого дела на земле поставлять свое спасение и других и заботиться о нем, ибо Сам Сын Божий поставляет его выше всего. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его... Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное [Мф. 6, 33; 3, 2]. Спасайтесь от рода сего развращенного [Деян. 2, 40]. Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее [Мф. 18, 11].

Благодарю Тебя, Господи, за благополучное препровождение двух классов (седьмого и пятого) 11 апреля.

Благодарю Тя, Господи, яко двукратно спасл еси мя именем Твоим по молитве моей в квартире рабы Твоей Марии Матф.

Благодарю Тя, яко молитвами Предтечи Твоего вечернюю молитву искреннюю мне даровал еси и слезы покаяния и исповедания, – за всё благодарю Тебя. Благодарю Тя, яко злобу от Мене отъял еси.

Непрестанно зрю ко Господу и к Пречистой Богородице, ибо Господь с Пречистою Своею Материю – источник спасения, света, мира, свободы, радости духовной, дерзновения, силы, чистоты и святыни, словом, истинной жизни.

Фимиам означает, что мы должны быть благоуханием Богу по кротости, смирению, незлобию, благости сердца, чистоте, послушанию.

Старайся вседушно, всеусердно исполнять заповеди Христовы относительно Бога, ближнего и себя; если другие не исполняют заповеди Божией относительно тебя, хотя ты относительно их исполняешь по силе своей, то предоставь их Богу, Праведному Судии. Сами себе, друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим.

Если тебя обижают другие как-либо и чувствуешь возмущение сердца и озлобление на обижающих, немедленно скажи себе: не я обижаю, меня обижают – благодарю Тебя, Господи! Не попусти мне кого-либо изобидеть, а меня, по грехам моим, пусть обижают. Ты и защитник мой, Ты и всех благ податель.

Мы обижаемся часто тогда, когда ближние берут наше достояние – пищу, деньги и пр. Но это больше жадность наша: мы сами себя обижаем. Туне23 приясте, туне и отдадим [Мф. 10, 8].

Ты опять забыл Христову кротость, что озлобляешься на нищих мальчиков за их назойливость! Ничем не раздражайся, всё с кротостью переноси, отвергнись себя и всего своего имения ради наследия неисследованного богатства Христова. Нищего мальчика за его назойливость я толкнул так, что тот упал. Согрешил пред Богом и пред Ангелами и всеми святыми! Господи! Помилуй мя! Прости мне, Владычице, все святые Ангелы и святые человеки и все человечество! (Незлобие мальчика! Так я должен быть незлобив.)

Что причиною нашей ярости на нищих? Сластолюбие наше, жадность наша, изнеженность, пресыщение. Христианская любовь, видя нищих, милосердует, сострадает и с радостью отдает не только избытки, но и от недостатка, лишь бы [почили] бедные; она не знает озлобления и раздражительности.

Чем книги покупать, лучше бедным давать: книги святые учат милосердию. Подавая милостыню охотно, ты достигаешь цели, для которой покупаешь святые книги, для которой они и составлены, ибо книги духовные преимущественно учат милосердию к ближнему, кротости, смирению, незлобию, терпению, воздержанию.

Ты Тело Христово принимаешь, а что это Тело? – Кротость, смирение, незлобие, нелюбостяжание, доброжелательство всем, молитва за всех. А что эта Кровь? Это крепкая ко всем любовь. Таков ли ты, причастник?

Кто много и сладко ест-пьет, много денег собирает и имеет и жаден до них, кто много стяжания имеет, тот от Бога отдаляется; кто постится, не имеет денег или знает им истинную цену и сообразно с нею употребляет, кто не прилепляется к земному имению, тот к Богу прилепляется и в Нем всё обретает.

Голоден ты или не одет когда ходил, что ты унываешь и досадуешь на приходящих гостей? Но ты этого не можешь сказать. Итак, ты безумствуешь. А о родных твоих промышляет Господь, да и на их долю пошлет и посылает.

Как плод сладкий, возрастила тебя мати твоя – буди же ей в сладость. За горечи воспитания достойно и праведно ей видеть от тебя сладость на старости, сладость любви и почтения, за сладость сосцов, воздоивших тебя, – сладость пищи и питья, сладость беседы. О, злонравие моего сердца! Какой я недостойный сын у матери! Странно и дико! Сам наслаждаюсь, сколько хочу и с жадностью, другим – жалею, когда сладко пьют чай. Чудак! Доколе за сластями пищи и питья гоняться? Доколе безумствовать?

12 апреля 1866.

Благодарю Тебя, Господи, за непреткновенное служение соборне литургии. За изглаголание царственных особ, заамвонной молитвы, причащение животворящих Тайн в огнь животворящий; впрочем, после лукавое сомнение отчасти омрачило мою душу – отмоет ли Господь Своею Кровию тяжкий грех мой, что я мальчика нищего с досадою толкнул и он упал? На молебне препобедил сомнение сие и умиротворился. Господь разбойника на кресте простил.

Благодарю Тя, яко и ныне вечером помиловал еси мя по молитве моей.

Каково помолишься, таково и спишь: хорошо, от души помолился – хорошо, мирно и спишь; не искренно, не от души – и спишь плохо, беспокойно.

Все мы нуждаемся во взаимных услугах: мы – в помощи святых, в их молитвах, ближние – в нас, и все взаимно.

Не ешь никогда с жадностью: с жадностью съеденный хлеб остном24 станет в душе, мира и дерзновения пред Богом лишит.

Какой смиренный тесть мой, какая смиренная мать моя! Полдела мне с такими родителями! Учиться у них надо.

У всякого человека грех его остном в душе его стоит. Трудно тебе идти против рожна [Деян. 26, 14].

Если все дары, все сладости – Божии, то как можем мы иметь столько дерзости, чтобы жалеть их кому-либо, особенно присным своим? Вся покорил ecu под нозе его (человека) [Евр. 2, 8]. О, жадность! О, пресыщение! Щедрый всех благ Подателю, помилуй нас! Просвети нас, умудри нас, утверди нас располагать сердца наши по заповедям Твоим! Даруй нам благодать быть простыми25, щедрыми, непристрастными к сластям, воздержными!

Всё внимание обращай на ежедневную домашнюю жизнь – на свои ежедневные помышления, страсти, привычки; смотри, как ходишь посреде дому своего – в незлобии или в злобе сердечной [Пс. 100, 2], в щедрости или скупости, в доброжелательстве или зависти и зложелательстве, в трудах или лености, в самособранности или рассеянности, в собирании ли сокровищ Царства Небесного, то есть добродетелей, или земных сокровищ – денег и пр. Много значит домашняя жизнь: тут, в доме своем, мы все как на ладони, без притворства, со всеми своими слабостями и страстями и со всеми добродетелями, если они в нас есть и не увяли совсем от удушливого зноя страстей. На домашнюю жизнь надо обращать самое серьезное внимание: от ней зависит успех или неудача наша в общественной жизни, в служении Богу и отечеству; от нравственного развития или упадка домашней жизни мы бываем или добрыми слугами Господу Богу и земному царю и земному отечеству, или худыми. Весьма важно соблюдать дома следующие добродетели: 1) кротость, смирение и незлобие; 2) терпение; 3) воздержание.

Когда идешь с простым человеком или простым отцом или матерью, а сам ты высок по сану, например иерей, чиновник или офицер в высоком чине, то, чтобы не стыдиться простоты и грубости лица, речи и манер простого человека, держи в сердце слова Апостола: имейте веру в Иисуса Христа нашего Господа славы, не взирая на лица [Иак. 2, 1].

Когда видишь человека, своего или чужого, без всякой основательной причины на тебя ярящегося, поносящего тебя (ругающего), уничижающего, называющего тебя прямо или косвенно дураком или глупым, невежественным, грубым и пр., не возмущайся и не ярись сам, но смирись в душе и поблагодари Господа, что Он посылает тебе случай показать смирение, незлобие, терпение – эти самонужнейшие добродетели, которыми мы скудны, и помолись внутренно за обидящего, хотя бы он был из числа ядущих туне хлеб твой, да вспомни, что мы без Бога не можем творити ничесоже, не можем быть добрыми, смиренными, не ругателями, ибо быть добрым, смиренным, ласковым есть благодать Божия, что и сам ты без Бога не можешь быть добр, ласков, простосердечен, смирен и часто увлекаешься гордостью, злобою, жадностью, скупостью, – признай общую язву и, если яриться хочешь, ярись на грех и на виновника его дьявола, непрестанно обольщающего наши умы и сердца и подстрекающего к взаимной вражде, злобе, зависти, осуждению, ругательству, сквернословию, объядению, пиянству, сребролюбию, упрямству и пр. Господи! Отпусти им, говори, не ведят бо, что творят, и сам я часто не ведаю, что творю. Мы больные, омраченные, сумасшедшие бываем в страсти, ибо грех – безумие, ложь, мечта души, бред горячечный, болезнь, умопомешательство, величайшего сострадания, а не озлобления достойное; грех – страдание, язва, колючее терние, меч, бритва, обоюдоострый нож.

13 апреля.

Благодарю Тя, Господи, яко козни вражии во время чая надо мною сокрушил еси, и мечту змиину отгнал еси, и от жаления сластей дорогому отцу освободил еси. Слава Тебе! Брось думать, что ты хозяин, обладатель [даров] Господа, – все, не ты один.

Никакого зла ни на кого не имей и не подозревай никого в злобе. Побеждай всякое зло добром [Рим. 12, 21]; на зло злом не отвечай никогда, не давай ни под каким видом торжествовать злу в себе и в других. Имей мудрость, смирение и терпение и над всем сим – любовь.

Наблюдай, чтоб мать твоя была у тебя без печали.

Бесконечная любовь Божия к человеку – образу Божию: сотворив землю и небо со всеми их благами, отдал их человеку как ничто, как прах – и что еще? О, неизреченное снисхождение! Бог Себя Самого, Свое тело и кровь отдал в пищу и питье человеку, грешной и неблагодарной твари Своей. А бесконечная правда Божия для невнимательных, неблагодарных и презирающих непрестанно эту любовь Божию приготовила вечные муки ада со всеми их ужасами. Теперь, если Сам Бог всю землю с ее благами отдал во власть, в пользование человеку и Себя Самого отдал нам – то какое безумие жалеть чего-либо для человека из этих благ, удерживать эти блага у себя и только для себя (ибо что есть наше – не всё ли Божие?), а иногда даже и не для себя и не для других! Но какое зло – лишать людей Царствия Небесного посредством ли задержания их в невежестве или посредством совращения их в раскол и ересь и пр.! Потому пастыри должны неленостно учить народ, должны бодрствовать на страже спасения людей. Горе пастырям нерадивым! Ибо враг не дремлет. Но сохрани и спаси, Боже, люди Твоя благодатию Твоею, молитвами Пречистой Богородицы, предстательством честных небесных сил бесплотных, честнаго, славного Пророка и Предтечи и Крестителя Иоанна и всех святых.

Всякого человека глубоко уважай, и самого простого, необразованного, ибо естество человеческое обожено, особенно христиане, и христиане православные, которые все члены Христовы и в них Христос. Среди нас и в нас непрестанно обращается, ходит Сам Господь Бог Иисус Христос, и честь, и любовь, помощь, воздаваемые человеку-христианину, воздаются Самому Христу. Вот почему и говорит Господь в Евангелии: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне [Мф. 25, 35 – 40]. Таким образом, чтишь ли ты отца-матерь или духовного отца, государя словом и делом, целуешь ли руку их – ты чтишь Самого Христа Бога, целуешь руку как бы Самого Христа; оказываешь ли ласку всегдашнюю ближнему, уважение, чинишь ли какую помощь ему: подаешь ли алчущему пищу, жаждущему питье, худо одетому одежду, даешь ли бескровному кров, ночлег – ты делаешь это Самому Христу, ибо всяческая и во всех Христос как в образах Своих, как в членах своих [Кол. 3, 11]; утешаешь ли печального, наставляешь ли невежду, обращаешь ли кого на путь истины и добродетели с пути нечестия и порока – делаешь это Самому Христу услугу и получишь от Него воздаяние. Вот почему от христианина требуется смирение пред всеми, кротость и незлобие, любезность ко всем, послушание, воздержание, чистота, потому то есть, что в нас и среди нас и с нами непрестанно Христос Бог находится, и если мы презираем ближнего – презираем Самого Христа в лице его; озлобляемся ли – озлобляемся на Христа, жестокосерды ли мы к ближнему – жестокосерды ко Христу, оскверняем ли уды свои – оскверняем уды Христовы, оказываем ли родителям и начальствующим грубость и непослушание – оказываем это Самому Христу. О Господи! Научи нас жить всегда по воле Твоей, вложи в нас страх Твой, память Твоего вездеприсутствия, память о смерти, о воскресении и суде, о муке вечной и жизни нескончаемой.

Даешь ли новорожденному младенцу молитву – вспомни о духовном рождении и о словах Спаса Христа: должно вам родиться свыше [Ин. 3, 7], и: рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух [Ин. 3,6], и спроси себя: родился ли ты свыше? Не тот же ли ты ветхий, плотской человек? Не те же ли в тебе страсти, что и не в возрожденных? Воздохни об этом пред Господом и начни немедленно исправлять себя с помощью Божией. Постарайся быть кротким, смиренным, уважительным, послушным, воздержным, целомудренным. Совершаешь ли крещение младенцев или возрастных – опять спрашивай себя: возродился ли я от духа? Отложил ли ветхого человека, облекся ли в нового? Почему не облекся? Почему во мне господствуют такие и такие страсти? Как я учу других вере, упованию, заповедям Божиим, а сам в жизни своей не осуществляю Божественного учения и заповедей? Зачем противоречие себе?

Ты ученым себя величаешь, ведущим все тайны природы, весь разум, но суетна эта ученость, если ты невоздержен, горд, раздражителен, зол, ленив, [...], блудник. Вот ученость наша христианская: если ты веруешь в Господа Иисуса Христа – ты ученый, если кроток и смирен – ты ученый; если любишь богослужение – ты ученый, если нет – невежда, если любишь вообще молиться – ты ученый, если нет – невежда; если любишь слово Божие – ученый, если нет – невежда, если любишь книги только светские – невежда, хотя и много знаешь; если воздержен, если соблюдаешь среды и пятки и не угождаешь в эти дни чреву своему – ты ученый, если соблюдаешь и другие посты, упражняясь в распинании своей плоти со страстьми и похотьми, – ты ученый; если день ото дня совлекаешься ветхого человека – злобы, гордости, своенравия, упрямства, похоти плотской, чревоугодия, невоздержания, блуда, похоти очей: любостяжания и сребролюбия, страсти к нарядным одеждам, к нарядной квартире, вещелюбия, и облекаешься в нового, обновляемого по образу создания Своего, – то ты ученый. Если нет этой спасительной перемены – ты невежда при всей своей учености, при всем благородстве своего земного происхождения, при всех чинах и отличиях. Если ты мужествен в напастях, искушениях, бедах – ты ученый, если нет – невежда; если ревнитель правды – ты ученый, если нет, если равнодушно смотришь на неправду людскую – ты невежда; если нищелюбец – ты ученый, если сребролюбец – невежда; если трудолюбив – ты ученый, если ленивец – невежда; если почитаешь родителей, пастырей, государя, начальников, наставников, воспитателей – ты ученый, если непочтителен, груб, своенравен – невежда; если ласков ко всем – ты ученый, если груб – невежда, ибо внешняя ученость без исправления сердца и жизни ничего не значит – труд потерянный. Кто во Христе, тот новая тварь (2Кор. 5, 17). Если ты щедр – ты ученый, если скуп – невежда; если презираешь деньги и лакомый стол – ты ученый, если имеешь страсть к деньгам и к лакомым кушаньям – ты невежда; если горняя мудрствуешь – ты ученый, если земная – невежда; если не ешь рано – ты ученый, если рано – невежда; если презираешь и всё плотское и уважаешь всё духовное, священное, небесное – то ты ученый, если напротив – ты горький невежда, ибо где радение о плоти и плотском, там нерадение о душе и о духовном, небесном, там даже презрение к духовному – а в духовном вся сила.

Когда мы не исправляемся от слова Божия, от заповедей Божиих и от людей, тогда Господь побуждает нас к исправлению посредством искушений от демонов, от скорбей, напастей, бед и болезней. Дьявол против воли своей направляет нашу жизнь к Богу, ибо мы, ясно ощущая и видя, как худо работать ему, обращаемся к Богу, у Коего покой, пространство, свет.

Мои труды Церкви и отечеству: 1) недостойные, неусердные, 2) они приносят великую пользу мне самому, 3) вознаграждаются с большим избытком, потому всё, что я получаю – туне получаю, единственно по великой милости Божией, начальства и прихожан моих, и потому всякого, ко мне приходящего, я должен угощать радушно, ибо не моя собственность, общая. Человек бесконечно выше стоит всего вещественного как образ Божий, как царь всего.

Не привыкай к человеку в худую сторону, то есть к унижению его, но смотри на него всегда одинаково, как на собрата, сочлена, как на образ Божий, на член Христов. Всяческая и во всех Христос [Кол. 3, 11].

Ни единого человека, самого грубого и необразованного, не презирай и не думай презирать, ибо во всяком светится образ Божий, по коему он сотворен; всякий – член Христов, и в вере безумно зреть на лица: пред верою, пред Богом все равны; внешние преимущества происхождения, воспитания, образования, житейских заслуг без внутренних добродетелей – пред Богом ничтожны. Пред Ним драгоценно сердце кроткое и смиренное, простосердечие, незлобие, вера, упование, любовь к Богу и ближнему. Человек зрит на лице, Бог же зрит на сердце (1Цар. 16, 7).

На себя враждовать, когда вражда на ближнего зарождается в сердце, а не на ближнего, себя обвинять, порицать, называть грех свой, злобу свою мечтою, безумием, нелепостью.

Излишнее, суетное попечение о плоти – о дородстве, румянстве, свежести, красоте, о довольстве ввергает душу во многие страсти: в суетность, тщеславие, гордость, сребролюбие, скупость, раздражительность. Воздух нехорош – беда, испортил кто воздух – беда; пища нехороша – беда, денег мало, недостает на хорошие кушанья, одежды, украшения квартиры, на мебель, посуду, разные принадлежности – беда; ест-пьет кто наши сласти – беда, другой что наше берет кто – беда; теряем – беда, огонь истребляет – беда. Потому лучше презирать плоть и всё плотское как временное и тленное и прилежать о душе бессмертной26. Тогда как мы были бы спокойны! Как любили бы Бога и ближнего!

Пресвятая Владычице моя Богородице... отжени от Мене, смиренного и окаяннаго раба Твоего, уныние, забвение, неразумие, нерадение, и вся скверная, лукавая и хульная помышления от окаяннаго моего сердца и от помраченного ума моего27. Всё это зло каждый внимательный к себе чувствует в себе, ибо верно слово Спасителя: от сердца исходят помышления злая, прелюбодеяния, любодеяния, хула, гордыня, око лукаво, татьбы, лжесвидетельства [Мф. 15, 19]; равно сердце наше склонно к унынию, забвению своих обязанностей к Богу и ближнему, к нерадению о угождении Богу и спасении души и об исполнении дел, возложенных на нас Богом и общественным доверием, склонно также к неразумию или к вольному безумию; как часто разумные люди делают безумные дела, например предаются гордости, надменности, раздражительности, зависти, скупости, ленивы бывают к молитве домашней и общественной, предаются вольномыслию или чревоугодию, пьянству, нечистоте и прочим грехам и впадают таким образом добровольно в бездну неразумия! Но всего чаще стужают28 верующему скверные, лукавые и хульные помышления, и особенно во время молитвы: то есть когда вооружаешься против ветхого человека, тогда и он на тебя вооружается всею своею мерзостию, всеми страстями своими, которые до тех пор (до противоборства им) бывают в нас как бы в усыплении. Не надо унывать от этого зла, гнездящегося в сердце, но в уповании на Бога крепче молиться, чтобы Он Сам Своею благодатию иссушил в нас потоки многоразличных скверн; надоискренно признавать сердце свое окаянным, растленным, а ум свой омраченным и не верить себе самому, а взирать на Бога и веровать всем сердцем слову Его святому и писаниям богомудрых отец; надо отвергнуться и себя и всего своего имения, то есть ветхого человека, своего самолюбия, гордости, вражды, зависти, любостяжания, скупости, чревоугодия, пьянства, лености, своеволия и упрямства и пр., – и всего внешнего имения, считая всё Божиим. О, какая тяжкая и неудобоисцельная болезнь – самолюбие наше, эта страсть Божие добро считать своим и возмущаться духом, когда ближние берут его у нас (и лишь незначительную часть, ничтожную часть), и враждовать на них из-за праха, из-за тлена, из-за того, что есть земля, тогда как нет ничего дороже любви. Нужно дать себе твердое слово ни на кого ни из-за чего не враждовать, но сохранять всегда любовь к ближнему, хотя бы он нас обижал, поносил, лишал нашей собственности и пр. Да будет у нас всё общее, ибо все мы – Божии, и всё – Божие, а Бог не оскудеет во веки. Надо нещадно переламывать себя ежедневно. Глупое сердце! Ведь пресыщена плоть, не надо пищи и питья, а всё алчет и жаждет и ближнему жалеет, как пес или кот, и на ближнего лает, огрызается, бросается. Ну точно псарня злая окаянное наше сердце, гнездо разбойников мысленных – страстей.

Когда берут и употребляют другие наше достояние – наши сласти или отнимают как-либо наши деньги или другую нашу собственность, к роскоши более, чем к нужде служащую, – не скорби, а радуйся и говори в себе: слава Богу, что у тебя, беснующаяся плоть моя, отнимают то, чем ты сильна и усиливаешься более и более, что увеличивает твое безумие, твое беснование, твою гордыню, твою вражду на Бога и на ближнего, что повергает тебя в духовное опьянение, омрачение, томление, тесноту. В самом деле, как безумна, зла, бесновата плоть наша! Каждый день я сыт всеми дарами, сладостями Божиими и ни в чем недостатка не терплю, а пришел ближний, часто приходящий, есть и пить моих будто бы сладостей – смущаюсь и жалею, досадую, враждую, скорблю! О, беснование вольное! А ведь сласти – роскошь: я легко могу обойтись без них; притом они вредны для моего духа и тела: для духа, потому что по немощи своей душа пристращается к ним, для тела, потому что тело расслабевает от них. Итак, радуйся, когда берут твое, потому что берут у души твоей нож обоюдоострый, которым она поражает себя саму; берут то, чрез что змий вливает яд свой в душу твою. Чем меньше имеешь, тем лучше. А главное, Бог не оставит, Попечитель прелюбящий, премудрый, всемогущий, всеведущий, всеправедный, – к Нему взирай, на Него уповай. О, как земное имение и земные сласти прельщают нас, как прилепляется к ним сердце и от Бога отвращается! Настоящие идолы сердца сласти, да деньги, да одежды наши.

Неизменно, постоянно уважай в человеке образ Божий и, смиряясь, будь кроток пред каждым человеком, особенно пред домашними или родственниками, к которым мы привыкаем и с которыми зазнаемся. Живи в неизменной любви со всеми, презирай страсти и виновника их презирай.

Дал слово не озлобляться на ближнего – держи его с помощью благодати Божией, непрестанно внемли себе.

Умер – и всё осталось, и всё твое уже не твое и ничего не возьмешь с собою. Явно, что, имея пищу и одежду, должно благодарить Бога и быть довольным. Лучшее и драгоценнейшее имение наше, которое неотменно мы должны стяжать – это любовь к Богу и ближнему. Всего лишись, но это стяжи. Это имение с нами за могилу пойдет, а здешнее останется здесь. Побеждай себя.

Брата своего тем паче люби, что он безумие сердца твоего – самолюбие, земнолюбие, сластолюбие, вещепристрастие, скупость, гордость, злобу – наружу выводит, и ты имеешь случай познать себя и исправиться. Благодарным должен быть больной тому врачу, который скрывающуюся внутри его болезнь выводит наружу и таким образом не попускает ей растлить всё тело его, а, выгнав ее наружу, излечивает ее. Так и мы должны [быть] благодарны тем людям, которые намеренно или ненамеренно обнаруживают наши страсти и, делая их для нас явными, побуждают тем нас к исправлению, к духовному врачеванию; хотя и прискорбно такое обнаружение, да делать нечего: грех есть застарелая и самая злокачественная болезнь – без боли, и тяжкой боли, его нельзя выгнать из сердца, в котором он сильно пустил свои корни. Истинно мудрый человек не боится этих тяжких страстей, потому что они ведут к жизни вечной, к присносущному29 покою, к вечному созерцанию неизреченной доброты лица Господня.

Как ни подумаешь, а к тому придешь, что всё земное – все сласти, одежды, деньги, все вещи надо поистине за сор считать и ни к чему не прилепляться сердцем, а Господа единого иметь в сердце и любить Его паче всего, да ближнего любить неизменно. Кто пристрастен к земным, ежедневно употребляемым благам, кто жалеет их ближнему, тот не может любить Бога и ближнего. А это беда из бед, несчастие из несчастий!

Ты, быв младенцем, сосцы матери сосал, беспокоил ее днем и ночью, труды ей делал, одевала она тебя, кормила-поила, но ты не благодарил ее тогда и не мог, и не воздал ей ничем, ибо бессознателен был, – благодари же всеусердно теперь, со всем смирением и любовью, в простоте сердца, воздавай ей теперь щедро – так Бог велит. Чти отца и матерь твою [Исх. 20, 12], взаим воздавай родителям, говорит Апостол, сие есть угодно пред Богом (1Пет. 2, 20).

О, дьявол презлобный и прегордый! Против матери вооружает, против брата кроткого и смиренного и добросердечного вооружает! Но мужайся и крепись, душа моя, против наветника!

Слыша от матери или кого-либо вопросы о вере или о чем-либо обыкновенном, что ты и большая часть людей давно знают и что изобличает глубокое невежество матери или других людей, не огорчайся на мать свою или других людей, но с кротостью, терпением и ласкою скажи им, в чем дело, да вспомни, что и сам ты был некогда невеждою, а потом Господь дал тебе чрез наставников дар ведать истины Божии, учение, Таинства и обряды Церкви или погрешности и заблуждения человеческие для того, чтобы и ты был учителем невежд. Ибо все мы во тьме невежества ходим, омраченные страстями, и часто не вемы, камо идем, яко тьма греховная ослепила очи наши (1Ин. 2, 11). Но невежество сердца, как гордость, злоба, нетерпение, зависть, скупость, своенравие, – горше невежества ума. Если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится (1Кор. 13, 3 – 8).

(Хорошо есть яблоки крымские для освежения и очищения желудка.)

[Нельзя] очень низко ценить прислугу, равноправную тебе по праву Божию, жалея им сахару: они также цари земли, и пред ними такой же прах все сласти, все драгоценности земные, и они по образу Божию, и за них Христос умер, и им нетленная жизнь обещана, если поведут себя хорошо. Считай их равными себе, а все земные блага считай равными сору, да по достоянию оценишь будущие нетленные блага, будущие нетленные сладости. Горняя мудрствуй, люби, цени, а не земная; о земном не мудрствуй, земного не люби, не цени, яко временное, малоценное, ничтожное, тернистое, бодущее, отревающее от Бога и от ближнего. С радостью отдавай, уступай для потребления людям всё земное, да приидет, да дастся тебе за презрение земного небесное. Сам же как можно меньше потребляй сладостей земных, да не загрубеет от них сердце, да не прилепится к ним, не полюбит их и не свяжется ими. И то много связывается оно сластями, пленяется ими непрестанно. Время уже прилепиться всецело к Богу.

Ветхий наш человек так вот и ищет иногда повода к вражде, брани и ругательству и придирается ко всякому слову неровному, недоброму слову, взгляду, выражению лица, иногда только мнимо недоброму; всё иногда обстоит благополучно, так нет, человек как бы наскучивает благополучием и ищет злополучия, наскучивает миром, так ищет беспокойства, наскучивает спокойствием и ищет томления, наскучивает свободою духа – ищет неволи, рабства дьяволу; наскучивает пространством – ищет тесноты. Чудовище, страшилище ветхий человек! Волнуется, надмевается, озлобляется, завидует, скупится не знать из-за чего!

Помни непрестанно, что Бог непрестанно зрит на наше сердце.

Не на свою только плоть надо обращать блага земные, ибо она многострастна, но на вспоможение бедным и вообще на служение ближним и на храмы Божии, ибо чрез это исполняться будет заповедь о любви к Богу и ближним.

Отвергаюся тебя, чрево, за то, что ты отвергаешь любовь к Богу и ближнему и меня лишить тщишься вечного живота.

Отвергаюсь тебя, зрение, за то, что ты лукаво на всех и на всё смотришь и тщишься лишить меня лицезрения славы Божией, которое вечно. Отвергаюсь тебя, слух, за то, что ты лукаво слышишь многое, многое и хочешь лишить меня слышания неизреченных слов, ихже не леть есть человеку глаголати (2Кор. 12, 4).

К посечению, гниению назначено тело – не суета ли, не мечта ли беспокоиться о нем чрезмерно, услаждать его, питать его, роскошно одевать его, воспитывать в нем страсти и ускорять его разрушение?

Знай себя, свои грехи рассматривай, взвешивай, оплакивай, а не собрата своего: каждый понесет свое бремя [Гал. 6, 5]. Дьявол из-за злобы ищет того, чтобы ты подозревал брата в каких-либо грехах, например расхищении частной или церковной казны, и осуждал его за какие-либо действия, по-видимому неуместные; дьявол отвлекает твое внимание от тебя самого, от твоих грехов, чтоб ты не видел их, не исправлялся от них и, напротив, увеличивал их злобою, гордостью, завистью и пр. Помни, что грех всякий – острый остен для того человека, который делает оный: всякий грех, в котором мы не раскаялись, в собственное наше недро возвратится. Довольно с нас своих грехов, к чему еще чужую тяжесть на себя взваливать! – Молись за всех, доброжелательствуй всем.

Отнюдь не возносись ни над кем, но всем будь слугою, ко всем услужлив, ласков, любезен; не возносись, особенно над старшими тебя по службе товарищами – протоиереями и священниками и ставь себя всегда ниже их, ибо высшее образование твое сравнительно с ними есть нечто внешнее и налагает на тебя только большие обязанности сравнительно с ними. От всякого, кому дано много, много и потребуется [Лк. 12, 48].

Если ругает кто тебя в лицо или заочно, не возмущайся духом и не отвечай ругательством на ругательство или досадою и озлоблением, но спокойным духом прими это и помолись за ругателя и пожелай ему от души всякого добра и милости Божией. Этим победишь ругателя и переменишь его расположение к тебе сердечное и спасешь его душу от смерти.

Если видишь гордящегося пред тобою, намеренно унижающего тебя и подстрекающего тебя к раздражению – не замечай его гордости и спокойно делай свое дело и этим посрамишь его гордость. Не забудь и за него помолиться – и исцелишь его.

Благодарю, славлю и величаю Тя, Господи, яко единою благостью, милостью Твоею существует и стоит твердо и не разрушается, не исчезает мир сеи, как по единой благости и милости и силе Твоей сотворен он, ибо Тебе стоит восхотеть, чтоб его не было, и ничего не будет, – но Ты этого не хощешь. Благодарю, славлю и величаю Тя, яко и аз грешный по единой милости Твоей прожил прошедшие дни и живу доселе и, несмотря на множество грехов моих, доселе еще не погиб. Благодарю Тебя, яко рождаеши (твориши), воспитываеши, храниши, к вечной стезе наставляеши всех людей по единой милости Своей. Не погуби нас, Владыко всеблагий, со беззакониями нашими.

Вси, удаляющий себе от Тебе погибнут [Пс. 72, 27]. Нынешние люди, так называемы образованные (суетные, суемудрые), говорят, что для человека не нужна ни Церковь, ни богослужение, ни Таинства, ни молитва вообще и что это существует не для них, а для простого народа; по их мнению, неправильно сказал Господь: создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее [Мф. 16, 18], они считают, что Церковь уже одолена и ни во что вменена! О суемудрые, буии30 и слепии! Вы, удаляющие себя от Церкви, а вместе и от Бога, погибаете, ни во что вменяя свое спасение, а Церковь стоит и будет стоять на незыблемом основании; Церковь останется навеки не одоленною, а вы уже одолены исконным человекоубийцею, и он живых влечет вас в ад. О слепцы! Театр для вас нужен, а Церковь не нужна; клубы для вас нужны, а Церковь не нужна; вкусные обеды для вас нужны, а литургия, за которою преподается истинный хлеб, хлеб жизни вечной, для вас не нужна! Псы вы, господа образованные, не люди.

У святых поелику душа нетленна, и тело нетленно. И мертвии востану нетлении.

Изъятый из просфоры Агнец есть истинный хлеб жизни, а просфиры – шелуха: не прельщаться ими, не жалеть их, не огорчаться из-за них ни на кого, равно как и из-за обыкновенного хлеба.

Пища обыкновенная, употребляемая в умеренном количестве, питает, укрепляет и ободряет, но в излишестве – расслабляет и растлевает дух и тело.

Приходит к Нему прокаженный и, умоляя Его и падая пред Ним на колени, говорит Ему: если хочешь, можешь меня очистить. Иисус, умилосердившись над ним, простер руку, коснулся его и сказал ему: хочу, очистись [Мк. 1, 40 – 41]. Я этот прокаженный. Меня ежедневно Господь исцеляет хотением и прикосновением Своим животворящим по молитве моей. Слава Тебе, Христе Боже.

Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, за чудеса милости и силы Твоей, невидимо на мне бывшие во время литургии и молебна, яко изъял мя еси от лютыя злобы бесовския и лица моего не посрамил еси, но премирное и превеличественное состояние мне даровал еси во время молебствия о царе нашем в присутствии множества именитых людей. 17 апреля 1866 г.

Благодарю, яко во очищение согрешений сподобил мя еси причаститися Святых Твоих Тайн.

Жалуешься людям на ближнего своего, во зло употребившего даяние твое, что он провел, обманул тебя. А сам зачем во зло употребляешь дары Господни, зачем лжешь Господу своему? Не суди, да не осужден будешь [Мф. 7, 1]. Судом, каким судишь другого, осуждаешь себя [Рим. 2, 1].

Господи! Благодарю Тебя за дар мудрования духовного, егоже мне даровал еси во время благопотребно за столом во время чая: плотской, ветхий человек мой пожалел было сластей для отца (в чае), и язва и утеснение уже находили на душу мою, но сея я сказал в сердце моем, что всё земное, как сор, всё покорено под ноги человеку, – и я победил, и не посрамился, и мир мой ко мне возвратился, и дерзновение мое к Тебе не отпало от меня. О сем благодарю Тебя. Ты всё видишь. Но от малого даруй мне прейти и к великому ради славы имени Твоего, даруй мне благодать быть победителем и в великих делах о имени Твоем, в державе крепости Твоея. Апреля 17, 1866. Воскресение.

Злоба дьявольская вооружается и на поющих не на клиросе в церкви (подпевающих), и на просфирню, доставляющую нехорошие просфиры, и на приходящих к нам часто гостей: на кого и из-за чего не бросится окаянный и, по-видимому, из-за благовидных предлогов – из-за гармонии внешней и из-за обиды, будто бы нам причиняемой, и похищения собственности нищих и нашей! Но всё – мечта, ничему не верить и любить ближнего неизменно, как себя, ибо все человеки – образы Божии, все чада Божии (христиане) и члены Христа Господа. Ни из-за чего ни на кого не озлобляться. А то злоба бесовская, пожалуй, созреет.

Не по плоти ходящих, но по духу [Рим. 8, 4]. Если ты кроток, смирен, незлобив, терпелив, воздержен, целомудрен, простосердечен (не лукав), то ходишь по духу; если зол, раздражителен, горд, высокомерен, презорлив, невоздержен, блудник, лукав и пр., то ходишь по плоти; если щедр к бедным – ходишь по духу, если скуп – по плоти; если сребролюбив – по плоти, если презираешь деньги – по духу; если веруешь, уповаешь получить будущие блага и готовишься к жизни будущего века, если живешь в любви к Богу и ближнему, то ходишь по духу; если не живешь верою, упованием и любовью – по плоти. Нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу [Рим. 8, 1].

При встрече с нищими, которым мы часто подаем милостыню, надо всегда сочувствовать и сострадать к ним, а не озлобляться на них и не презирать их, как это нам обычно, и милостыню подавать не со рвением, досадою и неохотою, а спокойно, в духе веры и любви, как Самому Господу: доброхотно дающего любит Бог (2Кор. 9, 7). Особенно остерегаться должно, как бы не презреть и не обидеть нищих детей, невинных, незлобивых, простодушных, настойчивых в просьбе, ибо Господь сказал: Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного, и: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне [Мф. 18, 10; 25, 40]. Мы должны учиться у детей их вере и упованию твердому, с коим они приступают просить у нас мило-стыни, надеясь получить от нас просимое, их кротости, незлобию, терпению, – с такою смелостью, с такою верою, надеждою, неотступностью мы должны приступать в молитве к Отцу Небесному с упованием получить от Него просимое о имени Господа нашего Иисуса Христа, Который есть неисчерпаемое богатство для верующих в Него, и сокровище неистощимое, и пища крепкая, и питие неисчерпаемое, и дыхание, и живот, и воскресение и паки живот, сила, мир, свобода, свет, отрада, утешение, радость, всякое благо. Никто не должен жалеть своих рублей, лежащих без движения, тогда как чрез них можно алчущих напитать, жаждущих напоить, нагих одеть, не имеющим крова дать кров или дать плату за кров, или не имеющим вида, то есть паспорта, вы́ходить31 или выписать из места их жительства вид на жительство, или больного исцелить, или находящегося в трудных обстоятельствах вывести из его положения, или за несостоятельного должника долг заплатить, или бедного похоронить по обычаю христианскому, или за воспитание бедного дитяти заплатить и тем доставить ему средства к образованию его ума, сердца и воли, или книги священно-духовного содержания купить для неимущих и жаждущих духовного чтения, – и мало ли можно сделать разного добра на деньги или другие сокровища, которые задаром лежат у многих в ящиках и составляют только предмет пристрастия сердца, надеяния сердца, тогда как надежда наша есть един Господь, ведущий прежде прошения нашего, в чем мы имеем нужду, и обещавший в неложном слове Своем, что Он никогда от нас не отступит и никогда нас не оставит [Мф. 6, 8 и др.]. Мы, христиане, должны в употреблении своих сокровищ подражать оборотливым и предприимчивым купцам, которые не позволяют себе держать без движения своих денег, но всё пускают в оборот или отдают для приращения процентами, чтоб получить тем большую прибыль, выгоду. Мы ли, чада света, чада Божии, будем так близоруки, так немудры, нерасчетливы, когда сыны века сего так мудры и расчетливы? И разве делать добро ближнему на наше достояние, на наши деньги, питать, одевать его, просвещать, от пути погибели отводить его с пожертвованием своего достояния не значит отдавать в рост Самому Богу наше достояние, разве не значит делать себе верную и величайшую прибыль, которой мы и вообразить не можем? Доколе же мы будем неразумны ? Доколе пристрастны к этому тлену, праху, который называем деньгами? Доколе у нас это немилосердие, это жестокосердие и прежде всего это сластолюбие, роскошь во всем, начиная со стула, на котором иногда не придется никому сесть и раз в году, до стен своих комнат, которые служат ежедневными обличителями нашей роскоши? Где же наша вера? Где чаяние воскресения мертвых, суда нелицеприятного, жизни будущего века? Где вера в Распятого, заповедавшего нам взаимную любовь, по которой мы не должны щадить для блага ближних, если потребуется, и жизни своей? Где наша взаимная любовь? Где вера в Церковь, как единое тело, коего все мы – и богатые и бедные, и знатные и незнатные – члены? Где попечение друг о друге, как члены тела пекутся друг о друге? Ибо если радуется един уд32, ему сорадуются все, если страждет один – ему состраждут все? Где причина такого неустройства? – В нашем самолюбии, в нашем маловерии, в нашем невнимании к себе, в нашем нерадении о угождении Богу и спасении своей души: так, если бы я веровал в общего всех Отца, пославшего в мир Сына Своего Единородного для спасения его, если бы я был внимателен, благодарен Ему за все Его неисчетно великие дары Его, если бы я заботился о угождении Ему всеми силами моего существа, если бы я ценил, как должно, вечное спасение души моей и моих ближних – стал ли бы я так поступать, стал ли бы я роскошествовать, нежить плоть свою, вселять ее на уповании богатства, сластей, почестей? Осмелился ли бы я быть жестокосердым к ближнему и, тогда как он терпити холод и голод и болезнь и прочие беды, стал ли бы я пышно и изысканно одеваться и позволять себе разные развлечения, удовольствия и разные роскошества, которые стоят мне больших денег и которые в этом случае бросаются точно в печь или в воду? Стал ли бы я, тогда как другой не имеет куска хлеба, покупать дорогой табак или дорогие так называемые сигары или, лучше, угары, эти головешки, или папиросы, и без малейшего зазрения совести курить их и дома и на дороге, с презрением и холодностью гранита встречая попадающуюся нищету и не удостаивая подать ей и один грош и вовсе не думая одеть истинную наготу на свои избытки, которые в щедротах Своих и по милости Своей дают тебе Бог и государь для того, конечно, чтобы не только ты сам был сыт и одет прилично и имел приличный кров, но, как член Церкви и общества, мог уделять от избытков своих и неимущим, которые есть неизбежно везде. Или стал ли бы я истрачивать на обеды, на театры, на гулянья большие деньги, тогда как для моего тела нужна простая и недорогая пища и когда театры и гулянья весьма часто решительно вредны для моей души и даже тела, повергая меня после в расслабление духа и тела, горшую тоску и уныние? Так мы неразумны, непоследовательны, – христианами мы называемся, или Христовыми учениками, чадами, последователями, но по делам мы не христиане, не Христовы. Размыслим, обратимся и пойдем по пути, указанному нам Евангелием. О милосердии поревнуем, самолюбие отвергнем, будем любить себя в теле Церкви как члены Его, а не как отпавшие от тела сучья, особные, безжизненные, бесцельные, коих конец – пожжение.

Не познал я доселе мудрости Господней служить ближнему, например нищему, с радостью, как Самому Господу, и радоваться как находке, как сокровищу всякому случаю послужить ближнему чем-либо. Согрешил я пред Тобою, Господи! Раздражаюсь, досадую, озлобляюсь на часто просящих у меня милостыни. Но как умножились нищие Твои, Господи! Четыре тысячи нищих в одном Кронштадте, – у меня еще немногие просят ежедневно.

Пристрастие сердца к благам земным и излишество в их употреблении, именно пищи-питья, пристрастие к деньгам, одеждам, жилищу и его обстановке и к домашней блестящей утвари, – тлит душу, отягощает, давит, омрачает, лишает свободы, мучит ее, а вместе с нею и тело страдает. Поэтому мудр тот христианин, кто все земные блага презирает и не больше о них усердствует, как и о грязи или прахе земном, который под ногами, и раздает его усердно нуждающимся; который уповает твердо на Господа, что Он никогда не оставит даровать ему этого праха для потреб его тела, и не только для него, но и для всех, сущих в дому его или родственников его неимущих. Впрочем, о родственниках малоимущих он так рассуждает, что им не беда пожить в некоторых недостатках, потому что недостаток учит воздержанию, смирению, терпению, упованию на Бога и потому что достаток во всем бывает причиной охлаждения к Богу и нередко забвения Бога. Известное дело, что богатые часто уповают на богатство, предаются гордости, зависти, любостяжанию, сребролюбию, скупости, многопопечительности, роскоши, рассеянности, нерадят об угождении Богу и спасении души. К единому Богу надо непрестанно прилепляться всем сердцем, источнику живота, всех благ духовных и телесных Подателю. Мне же прилеплятися Богови благо есть, полагати на Господа упование спасения моего [Пс. 72, 28].

19 апреля 1866.

Вторник. Благодарю Тя, Господи, за дух, за силу, за слово, за свет, за дерзновение, мир, свободу, пространство сердца, которые Ты даровал мне ныне во время четвертого и шестого классов гимназии. Благодарю Тебя за прощение грехов моих по молитве покаяния моего в продолжении пути от дому до гимназии и за велию Твою милость, яко не по беззакониям моим твориши мне, ниже по грехом моим воздаеши мне. Но научи меня, Господи, совершенный учителю, совершенной кротости, смирению, незлобию, терпению, воздержанию, милосердию, презрению мира и плоти и похотей ее и горнему мудрствованию.

Ну что было бы, если бы Господь Бог каждый раз, когда ты настойчиво, неотступно просишь Его о своих нуждах, например о прощении грехов и о даровании благодати Его, гневался на тебя и отсылал бы тебя от лица своего нищим, ни с чем? Как безотрадно горько было бы твое положение! Как же ты отсылаешь от себя нищего, который ежедневно просит у тебя милостыни, если и не с пустыми руками, то со скудною милостынею и гневаешься на него, когда он просит тебя еще и еще? Не сам ли ты просишь Господа многократно в один день об одном и том же, когда видишь, чувствуешь, что не получил от Него совершенного дара прощения грехов, мира, свободы, пространства, дерзновения сердца пред Богом и ближними, и перестаешь Его просить тогда, когда получишь от Него вполне всё, чего желаешь? Но каким хочешь видеть к себе Бога, таков сам будь к ближним; как хочешь, чтобы поступал с тобою Бог, так и ты поступай с ближними.

Для чего Господь попустил быть нищим? – Для твоего блага, чтобы ты мог очистить и загладить грехи свои, ибо милостыня очищает всяк грех, чтоб стяжать тебе молитвенников за себя в лице их, чтоб милостивым к тебе сделать Господа твоего, ибо милостивии помилованы будут [Мф. 5, 7].

Для чего Господь попустил быть нищим? Для того же, между прочим, для чего и тебя по твоему желанию не делает вдруг праведником. Бог мог бы сделать всех достаточными, даже богатыми, но тогда произошло бы великое забвение Бога и забвение нищими своих благодетелей, умножилась бы гордость, зависть и пр., как и ты возмечтал бы о себе, если бы Господь сделал тебя вскоре праведником. Но грех смиряет тебя, показуя тебе великую твою немощь, мерзость и непрестанную нужду в Боге и Его благодати, как нищего смиряет нищета и нужда в других людях. Обогати нищих – и многие, многие из них забудут и Бога, и благодетелей своих и погубят души свои в роскоши мира сего: так пагубно богатство и так ослепляет оно очи сердечные! Так оно делает грубым и неблагодарным сердце!

Благодарю Тебя, Господи, яко избавил мя еси во время вечернего чая от злобы моея, скупости моей по молитве моей и умиротворил еси мя. Сластей пожалел.

Мысли на улице во время прогулки при виде восходящей луны. Я всем угождаю вам, говорит Господь: Я сотворил вас по образу и подобию Своему, Я засветил для вас солнце, луну и звезды, Я сотворил для вас землю со всеми плодами, Я разлил воздух для дыхания вашего, Я дал вам огонь для освещения и согревания вашего и варения пищи вашей, дал вам многоразличную пищу сладости, как и многоразличное питие; Я умудрил вас делать многоразличные ткани для одеяния вашего и дал материалы для него, Я дал вам злато, сребро, медь и другие металлы в недрах земных для монеты и изделий ваших; Я собрал вас в благоустроенные общества, Я дал вам царя по сердцу Моему, помазанника Моего, образ Мой на земле; Я дал вам, наконец, Единородного Сына Своего на смерть, отдал Его с Его изволения вам в пищу и питье, Церковь на земле под Его главенством устроил, – вы же что для Меня сделали и делаете? Чем воздаете за все блага Моя? – Забвением Меня, неблагодарностию предо Мною, отвержением Меня, презрением законов Моих. О, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? [Мф. 17, 17].

Имя Тебе Вседержитель, Господи, яко не точию33 небо и землю, но и весь род человеческий и сердца всех держиши в руце Твоей, и жизнь каждого человека, и не токмо каждого человека, но и каждого животного, каждой птицы, рыбы, насекомого, червя пресмыкающегося и незримой глазом инфузории. Слава вседержительству Твоему бесконечному, Господи! Слава всеблагому, премудрому и всемогущему промыслу Твоему, Владыко небеси и земли!

Вседержавный Владыко! Ты и ад весь с сатаною и несметными его полчищами содержиши в руце Твоей, и только по попущению Твоему, для вразумления и наказания нашего, сатана и аггелы его строят над нами козни. Помолимся мы Тебе, Спасителю нашему, во грехах своих, покаемся пред Тобою нелицемерно, и Ты, вразумив нас, отъемлешь от нас врагов наших, глаголя: довлеет вам злодействовать над рабами Моими – они паки принадлежат Мне. Так, Господи, когда благодеяния, милости Твои к нам непрестанные не вразумляют нас, что остается делать? Наказаниями, горечью, теснотою, огнем, нашими же злобами вразумлять нас остается – нас, сластолюбивых, любящих простор, прохладу плотскую, суетную.

Кто прилепляется сердцем к земным сластям и вообще к благам земным, тот отвергается сердцем от Господа и сочетовается с дьяволом.

Сердце твое – храм Божий, не делай его капищем идольским, игралищем страстей. Помни это.

Мир находится в состоянии дремоты, греховного сна. Спит. Будит его Бог войнами, моровыми поветриями, пожарами, бурями сокрушительными.

Кто для меня на свете дороже матери? – Никто. Потому, если на мать и много выходит того и другого – потерпи. Положи для нее всё, что можешь. Потерпи, снизойди к ее немощам.

Видишь ли в ближнем, например товарище, начальнике, какую-либо немощь, духовную страсть, порок – не иначе смотри на нее, как на общую всем нам немощь, страсть, на общий всем порок, а на него – как на образ Божий, хотя и носит он в душе язвы прегрешений, и сохрани к нему любовь, как любишь и себя, несмотря на множество грехов своих, ибо едино тело есмы мнози (1Кор. 10, 17). Да помни, что тебя Господь не заставит нести бремя ближнего, ибо каждый понесет свое бремя [Гал. 6, 5], – нечего тебе и трудиться рассматривать истинное или мнимое бремя брата, да кричать над ним, да озлобляться на брата или злорадоваться и из братнего бремени увеличивать свое бремя греховное. Одно надо и полезно при виде немощи ближнего – молиться усердно за него Господу, как за себя, когда сами бываем в чаду прегрешений и страстей. Если брат спит во грехах и не чувствует, не сознает их и даже услаждается ими и других гонит, притесняет, пред другими величается, то еще более надо об нем молиться, чтобы Господь истрезвил, пробудил его, просветил тьму его. Но смотри, свою злобу первее изми из очесе сердца своего, ибо тьма злобы, зависти, гордыни самому тебе ослепляет очи. Помни непрестанно, что общая наша немощь, общее страстование, – никто не безгрешен. Воздыхай прежде всего о своих грехах, коих многое множество, коим нет числа. А с братом Бог и брат с Богом имеет дело. Смотри, в какой прелести злобы сам ты находишься, когда всё, что ни делает, ни говорит ближний, у тебя вызывает злобу на него. Помни общего врага, общую войну, против нас воздвигнутую, общую беду – вси бо есмы в бедах, общую прелесть, общую сеть, в коих мы находимся. Помни и носи непрестанно в сердце заповедь: люби ближнего, как себя, а о грехах его молись, но не суди его и не озлобляйся на него.

Полно тебе, лукавый человек, думать, будто притворяется брат, что не идет на службу. По-братски пожалей его и пожелай ему мира, здравия и спасения и помолись за него общему всех Отцу и покажи этим, что мы все братья, имеем одного всеблагого Отца и все живем Духом Его. К чему злоба, рвение, тайное злорадство, это беснование? Что если на тебя будут все озлобляться, радоваться о твоей беде? Тебя будут непрестанно подозревать? Но как хочешь, чтоб творили тебе человецы, и ты твори им такожде, чего себе не хочешь – и другим не желай. О, когда мы возненавидим грех, а не брата? Да памятуем, что как у нас, так и ближних один Судия – Бог и да удержимся от суда над братом.

Чем смелее, тем лучше. Вдруг мысленно выше всех стань в церкви при перечислении имен царской фамилии, как иерей Бога вышнего.

Слава милости Твоей, Господи, явленной мне ныне за литургией по причащении, когда я возмог верою при увлечении сомнения, во время класса и пред панихидой в квартире Семеновой. Быстро, державно, чудно явил Ты на мне, Господи, великую силу – благодарю и славлю милость и суд и силу Твою. 20 апреля. Преполовение.

Не малодушествуй. Сыт будешь, всё будет. Мать довольствуй всем, чего хочет.

На кого мне иждивать теперь свое имение, как не на мать, которая прежде и последнее отдавала мне? Так, на мать, потом на жену, тестя и свояченицу. Буду, с помощью Божиею, полагать жизнь за други своя.

Плоть хочет, чтоб нам было побольше, подоходнее да получше, повкуснее, покрасивее, а ближнему что поменьше и не так выгодно, да похуже, побезвкуснее, побезобразнее.

Сами рады у других есть-пить хорошо, сладко – и мы весело, спокойно сидим за чужим столом, беседа льётся рекой. Когда у нас едят-пьют хорошо, сладко, мы часто невеселы и унылы сидим за трапезою, как будто приговоренные к смерти, как будто нас с жизнью разлучают, и слово не идет с языка, и уста заключаются; сами всё себе позволяем – у ближнего готовы отнять последнее удовольствие; сами и дома и в гостях наслаждаемся чем хотим и сколько хотим – ближнему и обычной его меры часто не хотим дать, а стараемся, замышляем, порываемся уменьшить ее. О, злая плоть! Слепая плоть! Завистливая, жадная плоть! Одним ударом всегда разрывай злой узел плоти, страстей – быстро, мгновенно.

21 апреля 1866.

Ранняя обедня от Естафьевых. Благодарю Тебя, премилосердый Владыко мой, Господи Иисусе Христе, яко миром пренебесным ущедрил еси душу мою по принятии Божественных Твоих Тайн и надолго даровал мне мир сей, ибо доселе я обладаю им по милости Твоей (шесть часов вечера). Благодарю Тебя, яко даровал еси мне дерзновение, мир, свет, силу слова в продолжение двух классов гимназии. Благодарю Тебя, яко Тобою силен есмь. Но укрепи меня в воздержании, ибо за воздержание накануне я удостоился этих плодов причащения. Накануне была среда.

Благодарю Тебя, Господи, яко по приходе моем на поминки к Семеновой (генеральше), на которые собралось много знатных людей, Ты вдруг отъял по вере моей в Тебя нелепость от сердца моего, мучившую меня (томившую) и мгновенно мир мне даровал еси, и с миром и светлым лицом сидеть за столом даровал еси, и беседовать разумно с женою и дочерью покойника. За всё благодарю Тебя, Господи! Ты Творец, Бог, Отец, Судия и Спаситель мой, попечитель и хранитель и заступник мой!

Я доселе, окаянный, согрешаю Господу Богу моему сластолюбием, чревоугодием, жадностию, пресыщением. Доколе это? Доколе мне раздражать Господа? Доколе мне обременять себя? Доколе мне есть на ночь, когда это тоже своего рода преспеяние, совершенство греховное, – ты, [дьяволе], хочешь меня уморить временно и вечно чревоугодием, жадностию и пресыщением. Долготерпеливе Господи, преклони меня к покаянию и исправлению! 22 апреля. Утро. Пятница.

Ангельскую песнь вопием Ти, Сильне: Свят, Свят, Свят ecu, Боже, Богородицею помилуй нас34 Ты славословишь с Ангелами, ты один собор, одну Церковь, одну семью Божию с ними составляешь по благодати Господа Иисуса Христа. Ты и жить ангельски должен в постоянном бодрствовании над собою и над душами, вверенными твоему попечению чад духовных; ты непрестанно должен славословить и благодарить Господа; ты должен стремиться к святости, ты должен жить в воздержании и посте. Во всяком смиренномудрии и повиновении и терпении. Да будет это по благодати Господа!

Что я принесу Тебе, Господи, за все блага Твои, имиже непрестанно меня ущедряешь? – Единую веру мою, ибо дел не имам, оправдывающих мя: ничтоже бо благо сотворих пред Тобою. Но и вера моя есть Твой же дар – обаче35 Твоя от Твоих приносяще Тебе приими. Ибо всё

Твое и все мы – Твои. Сего по вере Твоей прошу у Тебя: усвой меня и нас всех совершенно Тебе. Ты совершеннейший Первообраз наш – мы образ неизреченной Твоей славы, аще и язвы носим прегрешений, ущедри же Твое создание, Владыко, и очисти нас Твоим благоутробием и вожделенное отечество подаждь нам, рая паки жителей нас сотворяя; отыми от нас страсти плотские, да плотские похоти вся поправши, духовное жительство пройдем, вся ко благоугождению Твоему и мудрствуя и творя. Господи! Как свойственно Первообразу привлекать, усвоять Себе образы, вселяться и жить в них, так образам Твоим должно быть свойственно стремиться со всею любовию, со всеусердием к Первообразу, прилепляться к Нему! Но се, плоть наша, жадная и сластолюбивая, дебелая, косная, отторгает нас от Тебя. Нам нужен пост, воздержание, а мы страстны до сластей. Укрепи нас к воздержанию.

Что значит быть кротким? Значит не раздражаться на неправедно говорящих, клевещущих, порицающих, впрочем, к кротости же относится и то, когда мы выслушиваем без раздражения и справедливые порицания. Если справедливо обличают, надо исправляться, если несправедливо, те слова считать за ветер, а не обращать на них внимания да делать свое дело или шутками отделываться. Рабу же Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учительным, незлобивым, с кротостью наставлять противников (2Тим. 2, 24 – 25).

Поживем, поживем, да и умрем, да и в могилу повержены будем ближними нашими – вот конец будет. Да проводим же время в покаянии и добродетели. Да живем со страхом.

За своим столом сиди как за чужим, с кротостью, смиренномудрием, благоговением, благодарением, ибо трапеза – Божия; Отец Небесный всех питает и хочет видеть нас всех живущими в любви и смиренномудрии, не много желающими и ищущими, но малым довольными, не завидящими друг другу, но благожелательными, охотно предающими ближним все блага земные и даже жертвующими для них своим спокойствием, силами, способностями и самою жизнью, любовь взаимную, мир и спокойствие выше всего поставляющими, а всё, что нравится и льстит плоти, в ничто вменяющими. За мудрование духа благодарствую Тебе, Господи! За мир душевный – такожде.

От лукавства плоти, растления сердечного происходит то, что по мере продолжительности сопребывания нашего с родственными лицами или чужими по крови, зависящими от нас (то есть, конечно, прежде всего от Бога, как и мы) по насущным потребностям, или по мере частого посещения нас гостями, мы привыкаем к ним, зазнаемся с ними, хладеем к ним и почти ни во что ставим их в иное время, особенно когда сидим за столом; между тем как к сластям и вообще благам земным привыкаем противоположным образом, то есть ценим их больше и больше и прилепляемся к ним сердцем. Надо поэтому всеми силами ратовать против этого превратного направления сердца, наводящего на нас гнев Божий, и всевозможно стараться напрягать мысленное око свое к зрению света истины, зреть непрестанно верою в ближнем живой образ Божий, полновластного обладателя земли и жаление ему чего-либо земного, насущного считать мятежом против Бога, посягательством на беспредельные права Божии, ибо Он полновластный раздаятель даров Своих – Он дает и взимает. Итак, надобно идти против этой лести бесовской, внушающей нам непрестанно ценить как можно больше блага земли и как можно меньше человека, который есть образ Божий и царь, обладатель земли. Хочешь любить и чтить Бога Всеблагодетеля – люби и чти образ Его – человека, члены Его (сочленов). Бодрствуй умом и сердцем, размышляй о чудных делах Божиих, о венце творения – человеке, о образе в нем Божием, о вочеловечении Бога Слова, о обожении человеческой природы, о теле Церкви, или о верующих во Христа, которые суть члены Его под Ним – главою тела Церкви. Стремись к любви, единению, снисходи, терпи, молись, полагай душу свою за други своя.

Ветхого человека (плоть свою многогреховную) считай бесноватым, сумасшедшим, презирай его, не обращай на пего внимания, несомненно, без пощады, решительно, быстро иди всегда против него, делай противное ему – в этом обретешь мир, счастье, благополучие в этой жизни, блаженство по смерти. О воздержании ревнуй. От невоздержания в пище и питье, от сластолюбия плоти все беды в мире. Благо отказывать себе ради Бога и спасения души в сластях, в употреблении мясной пищи, сливок, масла, сладкого чая, пирогов и пр. По мере лишения плоти в плотских удовольствиях, умножаются духовные сокровища и утешения, и наоборот: по мере того как мы больше и больше нежим плоть, питаем ее или роскошно одеваем – тем более иссякают духовные сокровища и утешения духа и тем большие встречают нас скорби. Важное ли, кажется, дело поесть-попить побольше обыкновенного или повкуснее, например поесть сытного, вкусного обеда или напиться побольше обыкновенного чаю, кофе, – между тем в духовной жизни это сильно отражается: она упадает, как барометр от холоду и сырости, обуревается удобно всякими страстями, волнуется, смущается – а от воздержания и поста подымается, просветляется, умиротворяется.

Не осуждай человека-грешника: ты не видишь борьбы его внутренней, покаяния его. Согрешил, но, может быть, тут же покаялся – и простил его Бог, а ты грех сделал, осудив, и не покаялся во грехе своем, вознесся, возгордился над братом, полный сам всяких немощей и грехов. Смирение, самоосуждение нужно. Каждый Богом Самим судится внутренно. Бог судитель праведен, и крепок, и долготерпелив [Пс. 7, 12].

Вот Господь создал меня, из небытия в бытие привел, падшего восстановил чрез Свои страдания и смерть, грешника очистил, Себе усыновил, наследие вечных благ обещал мне; просвещает меня светом Евангелия Своего, Отечески наказует и милует меня, солнцем Своим меня освещает, пищу и питье, сладости мне ежедневно подает, наипаче же пресладчайшее и жртотворящее Свое Брашно – Тело и Кровь Свое подает мне; воздух для дыхания моего пролиял, наипаче же – Духа Своего Святого излиял в меня; одевает меня одеждами красоты, наипаче же внутренно одевает меня Собою, по реченному: елицы36 во Христа крестистеся, во Христа облекостеся [Гал. 3, 27]; в жилище просторном и чистом покоит меня, да и обещал мне вечное, светозарное жилище на небесах; здравием меня препоясует наипаче чрез Святые Таинства и пр. Что я за сие воздам Ему? Чем могу воздать? Не могу воздать ничем, как разве по силе моей соблюдением верности Ему моей чрез исполнение Его заповедей и неизменным, твердым противлением греху и дьяволу.

Надо напротив плотских страстей идти: плоть прилепляется к сластям, любит их – надо их чуждаться, презирать; плоть ненавидит, чуждается человека, который употребляет в излишестве наши сласти, – надо его, напротив, любить 1) как сочлена, сочеловека, 2) за то, что он истребляет наши сласти, к которым мы могли бы прилепиться, коими могли бы пресытиться и отпасть от Бога, 3) за то, что он дает случай трезвиться нашему духу чрез искушение его сластями, отреваться от сластей и волей-неволей презирать их и прилепляться к единому Богу, Который один может наполнить безмерную глубину нашего сердца, успокоить, оживить его. Приидите ко Мне вси... и Аз упокою вы [Мф. 11, 28].

Надо за счастье почитать, что я могу жить для родителей на старости их лет и служить им, да почтив и угодив им, сам восприиму от Господа долголетнюю жизнь.

Смотри: причастик Божественных Тайн, ты должен быть холоден ко всем сластям земным и горяч ко Господу Иисусу Христу и к ближним, коих Он возлюбил до смерти; ты должен быть воздержен и ревнитель поста.

Земную жизнь и земные сласти, как ветхую, грязную тряпку, презирай – поспешай к жизни нетленной, святой, праведной, ее возлюби от всего сердца, к ней стремись всеусильно. Она давно твоя по обетованию, она – наше наследие, а все видимое тленно, преходяще, все влечет ко греху против Бога и ближнего.

Отцу, как Самому Отцу Небесному, ничего не жалей, будь готов жертвовать для него жизнью, как он отдал тебе дочь, место и счастье и имя тебе дал (после Господа Бога), и сообразный с твоим образованием, с твоими способностями, с твоим направлением труд, и священническое место тебе предоставил. Он хозяин в доме, ты – гость.

24 апреля.

Нынешняя ночь (искушение от сластолюбия накануне) дала мне осязательно понять, что за сластями учит нас гоняться, желать их, жаждать их, озлобляться из-за них, когда их берут у нас, – дьявол. Какие виды сластей он ни представляет во сне: и огромные жаровни с пирогами, облитые сверху сахаром, и жаровни с жарким, а в довершение всего представляет какие-нибудь сладострастные виды и твоею же плотью, как господин какой, сделает гнусное сладострастие. Что нужно? Христианину неотменно нужно воздержание и самое умеренное употребление сластей и изредка.

Если слышишь о брате, что он недостойные средства употребляет к обогащению, например неблагородные, недобросовестные сделки по завещаниям или иначе, – не презирай его, но пожалей его и помолись об нем искренно, как о себе, когда тебя искушает та же или другая страсть, ибо все мы среди сетей ходим, всех нас разжигает сатана сребролюбием, сластолюбием, гордынею, злобою, завистью, блудом, раздражительностью, нетерпением, ропотом, своенравием, непослушанием и прочим. Ах, как много значит молитва друг о друге! Как она истрезвляет нас взаимно! Как привлекает взаимно сердца!

Если бы не спасение Твое, Господи, если бы не благостыня Твоя, милующая нас, если бы не роса благодати Твоея, то сгорели бы мы в собственной пещи страстей, истлил бы нас окончательно, измучил бы сатана, и никакой отрады в жизни не видели бы мы. Аще не Господь бы был в нас, никтоже от нас противу возмогл бы вражиим бранем одолети: побеждающий бо от зде возносятся37. Но ныне утешает нас милость Твоя, благодать Твоя, которую Ты стяжал нам страданиями Твоими, кровию Твоею, смертию Твоею за нас. Слава Тебе о сем, Человеколюбче! Но что будет тем христианам, которые не хотят ведать Тебя, заповедей Твоих, учения Твоего? Горе им.

23 апреля.

Господи! Благодарю Тебя, яко раннюю обедню с дерзновением и громогласием, как и молебен водосвятный великомученику Георгию, даровал еси мне отслужити и со дерзновением причаститися.

Благодарю, яко во время всенощной по молитве моей горы грехов моих от сердца моего сдвинул еси и благодать Твою даровал еси мне, и со дерзновением совершил я всенощную и прощение искреннее людям твоим сказал.

Иона пророк поглощен был морским зверем во образ того, что весь род человеческий так поглощен бы был сатаною на веки вечные и унесен бы был им во дно адово на муку вечную. Потому и поет Церковь: из чрева адова избави нас Господь и подаде мирови велию милость38, и еще во образ того, что так ныне часто поглощает нас сатана временно, но что Господь Иисус Христос по милости Своей спасает нас от чрева его. Здесь всякий должен еще видеть урок презирать свое чрево, ибо недаром называется адово вместилище чревом; сатана гнездится во чреве, в чревоугодниках, самолюбцах, пресыщенных, пьяницах. Воздержание, пост, необходимость их. Ныне отвергают.

Хощу всем человеком... спастися и в разум истины приити (1Тим. 2, 4). Значит, грех есть ложь, заблуждение, и жизнь наша проходит во лжи, в заблуждении.

Цель всех наказаний Божиих за грехи та, чтобы мы познали опытно ложь, мечтательность, безумие, нелепость (парадоксальность) греха и возненавидели его как мятеж, непокорение Богу Всетворцу. Дьявол пал непокорением, своенравием. Странное дело! Несмотря на тяжесть наказаний, мы все любим грех: так он глубоко пустил в нас свои корни, так сросся с нашим существом! Отсюда необходимость распинать плоть (ветхого человека), в которой он гнездится.

Если бы тебя спросили, что ты избираешь: кусок грязи или Господа, ужели ты предпочел бы грязь Господу? Но так почти все мы делаем: прилепляемся к земным благам, которые все земля, сор, помет, и оставляем сердцем Господа.

24 апреля.

Благодарю Тебя, Господи, за торжественное служение литургии и неосужденное принятие Божественных Тайн и за проповедание слова Божия своего составления. Благодарю Тебя, яко лесть39 змиину, лесть злобы отгнал еси от меня истиною Твоею: я представил живо, что все – члены Твоего тела, Господи, Ты же Глава наш.

Не забывай, что отец твой протоиерей, некогда был важный человек; за службу его Церкви 35-летнюю почитай, покой, ласкай, грей его, да и тебе благо будет.

Смотря на крест, воображай, что на нем висит Божественный Страдалец, Агнец Божий, вземляй грехи мира, и что на нем еще как бы дымится Божественная кровь, течет по кресту, каплет с него, что эта кровь пролита за тебя.

Отнюдь не должно завидовать ближнему в богатстве его, что оно течет к нему, ибо завидующий обнаруживает чрез то в себе злохудожную, неблагодарную душу, пристрастную к временному и суетному богатству, любящую земное, а не небесное, бездушный прах, а не Бога. Но если мы обратим внимание на состояние духа богатого, то удержимся от зависти: человеку богатому трудно сохраниться от пристрастия к нему: недаром человек, имеющий много денег или другого имущества, называется богатым, то есть имеющим множество богов; действительно, деньги – его боги, сердце его пристрастно к ним, а к Богу холодно и непрестанно нарушает Божии заповеди. Потому сказано: лучше малое праведнику паче богатства грешных много [Пс. 36, 16]. Но кто не скажет, что пристрастие к богатству есть величайшее зло? Кто позавидует человеку, привязанному цепью к золотой горе и чуждому Господа, источника живота? Притом ближнего надо любить, как себя, желать ему всего, чего себе желаешь; но ты желаешь себе богатства, какое он имеет, хотя это и грешное желание: приятно тебе иметь лишнее в запасе – желай же этого и ему. Говоришь: ему некуда девать, он копит его, он смотрит на него, добра не делает. Придет время, рано или поздно, деньги его придут в движение и разойдутся или пропадут, прахом пойдут, как и суть прах, – или тать похитит, или достанутся беспутному человеку, или богобоязненному. Помнить надо, что лучшее, величайшее, неистощимое, святейшее, миротворнейшее богатство наше есть Бог, а Бог почивает в тех сердцах, в коих нет ни малейшей привязанности к земному, кои презирают богатство как самый опасный, прелестный прах, как страшную тлю душ. Надо довольствоваться малым, насущным. Хлеб наш насущный даждь нам днесь. Избытки надо уделять нуждающимся, а нищих всегда много. Ко всему этому надо сказать, что зависть – от дьявола: завидующий носит его в сердце и исполняет волю его; зависть – злоба дьявольская, мечта дьявольская, участниками которой делаемся и мы, мы, созданные для истины и любви, для обладания бесконечными благами Царства Небесного, ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша (1Кор. 2, 9). Кто завидует ближнему в земных благах, тот теряет христианское благородство и душевное богатство, ибо мы чада Божии во Христе Иисусе, – а кто богаче чад Божиих? Не есть ли это одно безмерное благородство и богатство быть чадом Божиим и наследником всех сокровищ Божественных? Кто же столько безумен, что променяет это благородство на рабство земное, на рабство богатству, этому праху бездушному, и еще будет увеселяться этим рабством? О христиане! Христиане! Вот ваше богатство – имя Христово, имя христианина. В этом имени всё, ибо какое наследие обещано христианину и кто не согласится быть нищим здесь, только бы не лишиться обещанных благ?

Завидующий начальнику подчиненный изобличает в себе гордость, потому что хочет наравне с ним быть богатым, получать то же, что он. И богатый, и завидующий богатому, таким образом, оба в заблуждении ума, сердца и воли, оба в ослеплении, оба в греховном сне, оба не трезвы духовно. Надо молиться об них обоих, чтоб Господь пробудил и просветил их.

Вот богатство наше – вера и любовь ко Господу, искреннее благочестие, беспристрастие, равнодушие ко всему земному, ко всем его благам, спокойствие и свобода духа, довольство малым, довольство всеми, довольство своим состоянием, живое упование будущих вечных благ во Христе, благоуспешность, добросовестное исполнение своих обязанностей и мир совести.

Как мне не идти всемерно, нещадно, неукоснительно против себя, против своего сердца, когда он вооружается гордостью, презорством, и злобою, и завистью, и скупостью против искренно любящих меня, против матери, жены, отца? Как мне не возненавидеть душу свою, по слову Спаса моего? О, нелепая плоть моя! О, нелепый ветхий человек, уродливый, извращенный, безобразный, дикий, зверский! А не сласти ли всё действуют?

Надо во всякую минуту уважать и любить всякого человека, всякого необразованного, нищего, ибо уважая человека, уважаем в нем себя, свою природу, чтим Господа, вочеловечившегося нас ради и обожившего наше естество. На лица да не взираем, нелицеприятны да будем.

Простые люди гораздо лучше светских, образованных: в них есть простота веры, чувство религиозное, страх Божий, а в светских, образованных – лукавство, гордость, злоба.

Согрешил я пред Тобою, Господи, прорекнув, обесчестив пред Александром Лебедевым отца протоиерея и старосту Михаила Дмитриевича Семенова, обозвав их ворами и похитителями церковного имущества и протоиерея – дудкою. Если они согрешили – [...] дадут ответ, не я их судия; я сам многогрешен, о своих грехах я должен болезновать, слезы лить. Своих грехов много, едва могу носить – что мне еще чужих касаться? Каждый понесет свое бремя [Гал. 6, 5].

Братию считай за святую и глубоко уважай ее по сану их, разумею отца протоиерея, отца Матфея и диаконов и самых причетников и служителей, ибо по Христу Господу, как члены Его тела, все святы. А грехи их покрывай, если же знаешь какие соблазнительные грехи за ними, воздохни об них с любовью ко Господу и попроси им прощения, вразумления и исправления, да главное сам о себе воздыхай, сам исправляйся. Ибо невозможно, имея у себя во оце бревно, вынимать сучок из ока брата нашего. Только тот, кто сам без греха из нас, может бросать камень законного осуждения в ближнего. А кто из нас без греха? Нечего и осуждать ближнего: на месте ближнего едва ли бы мы не то же сделали, что он. Часто мы осуждаем ближнего, досадуя, зачем не мы на его месте, зачем не мы то делаем, что он, зачем, например, не мы крадем, а он. Всё злоба наша, гордость, зависть. О, окаянные! О, как окрадывает враг души наши! Как льстит нас! Безопаснее всего знать себя и не быть судьями тех, кого не призваны мы судить; безопасное дело – свои грехи познавать да оплакивать, дело свое добросовестно исполнять, ближнего любить, как себя, за ближнего молиться, болеть его болезнями, мучиться его страстями, просить исцеления ему, как себе. Господи! Тебе, не мне братия мои согрешают, Ты их Судия, Господь, Творец. Что я беру на себя дело, вовсе не принадлежащее мне? Что я восхищаю права Твои?

Ты говоришь: хорошо и дома молиться в воскресение или другие праздники, нет нужды ходить в церковь, то есть ты хочешь самовольничать. Бог любит общение, ибо общение свидетельствует о любви, тогда как, напротив, разделение свидетельствует о самолюбии, необщительности, кроме уединения богомысленного в пустынях или монастырях и на всяком месте не во время богослужения. Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них [Мф. 18, 20]. Видишь, Господь Сам хочет, чтоб мы собирались вместе и собранию обещает преимущественно дар Своего соприсутствия, как собравшимся в духе общей веры, надежды и любви. Едино тело, един дух... [Еф. 4, 4].

Смотри, не внимай всезлобному дьяволу, лукаво обращающему твое внимание на грубую вещественность человека в слове, одежде, лице и пр. и подстрекающему тебя к презрению и злобе на него из-за грубой внешности и обезображивающему твою внутренность, твою душу, твое сердце. Видишь, каково его лукавство! Береги свое сердце от злобы, презорства, зависти и прочих страстей. Нет ничего дороже сердца, важнее. Больше всего хранимого храни сердце твое [Притч. 4, 23].

Кто искренно, усердно нас почитает, любит? Простой человек. Кого мы больше презираем и ненавидим? Простых людей. Помилуй нас, Господи... яко помногу исполнихомся уничижения: наипаче наполнися душа наша поношения гобзующих (внешнею мудростью, ученостью, земным имением, избранными яствами и питием пресыщенных и земным благородством, связями) и уничижения гордых [Пс. 122, 3 – 4]40.

Простые, грубые и образованные, деликатные – все едино тело есмы мнози (1Кор. 10, 17): одни немощнее, другие сильнее, по крайней мере внешне (по мнению мира), все должны жить во взаимной любви, и сильные должны сносить немощи немощных и не себе угождать [Рим. 15, 1]. Простые, не имея внешней учености, не имеют и гордости, большею частью с нею сопряженною, а имеют простоту сердца, которой должны поучиться у них образованные.

Говорят: легко священнику служить. Легко болтать, но не служить, а служить Господу Богу достойно нам, грешным, не легкое, а трудное дело, потому что очень редко служим достойно. Трудность в том состоит, что нелегко привести в гармонию уста, мысль, сердце и волю и молиться всею мыслью, всем сердцем, всею волею, и наши душевные силы во время богослужения часто бывают в разладе, как бы в парализованном состоянии. Но когда Господь даст Свою благодать молиться во благодати Духа Святого, всей душой, тогда прелегко и пресладостно молишься Богу.

Испытаяй сердца и утробы [Пс. 7, 10]. Эти слова в утренних молитвах побуждают нас жить осторожно по внутреннему человеку, ходить в кротости, незлобии, благости и чистоте сердца.

Отжени от Мене забвение41. Ах, какое забвение всегда на нас находит. Сознал грех, омерзил его, но представился случай, искушение ко греху – и забыл, что это грех, и опять делаешь грех. Так почти непрестанно. О, немощь, греховность плоти! О, злоба плоти! Злоба дьявола!

Одень человека простого, грубого в хорошую одежду, дай ему образование, научи его говорить правильною, грамотною речью – вот и он будет как один из светских (от мира сего) людей, которых уважает свет, пред коими кланяется. Но ты уважай тех, кого презирает свет, относительно кого он в великом заблуждении, как взирающий на внешность, а не на внутреннее, не на человека собственно, но на одежду его, не на содержание, на дух слова, а на самое слово, на эту скорлупу, внешность, на эту трескотню, на этот ветер, на эти стихии слова, общие с попугаем. Но хорошо и попугай говорит, да мысли, сердца, чувства не имеет: не думает о том, что говорит, не чувствует того, что говорит, – так часто и люди мира сего: говорят, а часто не сочувствуют тому, что говорят, не исполняют того, что говорят, любви к Богу и ближнему часто не имеют при всем своем красноречии. А простой человек не красно говорит, да от простого сердца в Бога верит, на Него надеется, Его любит, чтит с благоговением и ближнего искренно уважает, любит, при всяком случае готов добро сделать.

Питай пространно, ласкай свою плоть, и она больше будет бесноваться блудом, злобою, гордынею, завистью, лицезрением, любостяжанием, скупостью, леностью. О воздержании надо ревновать, о посте неотложно, не вдаваться в различие и сладость брашен и напитков. Буди!

Кто вооружает меня злобою против гостей, ко мне приходящих? Чрево, жадность к пище и питью, пристрастие к земным удовольствиям, земному богатству, к земной жизни. А во чреве гнездиться кто? – дьявол. Итак, что же? – Презирать чрево, земную жизнь, земные чувственные наслаждения.

Кто вооружает меня злобою против нищих, ходящих за мною? Страсть чревоугодия, плотоугодия, самолюбия. Что же? Разве не ходить за нами нищим по одной земле? Но разве не Господня земля и исполнение ея [Пс. 23, 1]? Разве мы одни вселиться на ней хотим? Разве блага земли не общие для всех? Разве нам так много нужно, что всё можем поглотить?

О, как немного нужно каждому из нас! И с каким избытком у Господа всё создано и даровано нам! Боже щедрот! Помилуй нас, скупых! Боже всеблагий! Помилуй нас, злых, и сотвори благими благодатью Твоею. Научи и утверди нас взаимно уважать и любить друг друга как члены единого тела под единым Главою – Тобою, Иисусе Христе Боже наш – Боже, Творче, Жизнодавче, Спасителю и Промыслителю наш. Отыми мечтания сатанинские от сердца нашего.

Какая главная добродетель в христианстве? – Смирение. Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем [Мф. 11, 29], говорит Сам Господь. На что призрел Господь в Пречистой Деве Марии? На смирение Ее: яко призре на смирение рабы Своея [Лк. 1, 48]. Не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным, говорит Апостол [Рим. 12, 16]. Человек, всё с бытием своим получив от Бога и сам по себе ничто, по научении денницы возомнил о себе как о чем-то великом, приписал себе дары Божии, возжелал быть сам богом – и пал, страшно пал, подвергшись отчуждению вместе с дьяволом. Восстание от падения, естественно, должно было идти обратным путем – чрез смирение, чрез сознание своего ничтожества и своей виновности пред Богом, чрез кротость и смирение пред подобными нам людьми, чрез сознание водруженного в каждом человеке, хотя и нищем, покрытым рубищем, образа Божия, члена Христова, чрез сознание его равноправности с нами, чрез неизменно кроткое и незлобивое обращение с ним, доброжелательство ему.

Благодарю Тебя, Господи, яко мне нынешний день (26 апреля) безгрешен даровал еси. Обедню отслужил по благодати Твоей добре, непреткновенно. Классы четвертый и шестой провел весьма хорошо; дома гостей принял и угостил хорошо, с сердечным расположением, верою в них как в членов Христовых.

Хочешь оказывать любовь ко Христу – оказывай ее Ему в лице домашних твоих – тестя, свояченицы, слуг твоих; люби, уважай их человеческое достоинство, мало того – почитай в них обоженное естество, членов Христовых. Вот и приятная Христу жертва, ежедневная жертва. Потом оказывай посильную помощь бедным, как Самому Христу, прощая обиды, как тебе простил Христос, – вот приятная, ежедневная жертва Христу.

Хочешь угодить Богу? Молись искренно, от души о всех плавающих и путешествующих, о всех грешниках, о благорастворении воздуха, о изобилии плодов земных, о всем и о всех, о чем и о ком поучает молиться Церковь, наставляемая Духом Святым.

Аще языки человеческими глаголю и ангельскими, любве же не имам... ни кая польза ми есть (1Кор. 13, 1 – 3), то есть как ни будь витиеват, красноречив человек, говори он сладко, как Ангел, но если любви он не имеет в сердце к Богу и ближнему, он ничто, он как медь звенящая или кимвал звяцаяй. Вся сила в любви. А какие плоды любви? Любовь долготерпит, милосердствует, не превозносится, не гордится, не раздражается, не мыслит зла, всё покрывает, всё терпит. С другой стороны, если человек и не красно, грубо говорит, не по грамматике, но если он кроток и смирен сердцем, если он любит Бога и ближнего – он лучше, выше всякого образованного, всякого краснослова, но гордого и напыщенного, злого и раздражительного и пр.

Согрешил ко Господу – озлобился на сестру свою за грубость ее, может быть, мнимую, относительно моей матери. Даждь мне, Господи, терпение, великодушие, кротость; прости мне, Господи, согрешение мое.

Пока есть время, надо смирять душу свою постом, надо истончать сердце свое толстеющее от лакомств и пития.

Чем слаще кушаем-пьем, тем более беснуется злобою, презорством, завистью, скупостью и другими страстями плоть наша. Потому сласти и страсти – одно и то же. Сласть – мать, страсть – чадо сласти, а бабушка – самолюбие.

Двенадцать апостолов выбраны по числу колен Израиля для показания, что Церковь Христова Новозаветная заменила собою церковь Израиля, дом Иакова, который был образом Церкви Новозаветной.

Радуйся, что домашние довольны от благости Божией и от трудов твоих.

На нищую старушку по дьявольскому наущению озлобился без всякой причины. О, нелепая злоба! За счастье, удовольствие считай, что нищие и презренные мира сего просят чрез тебя благословения Божия и целуют руку твою. Виждь в них образы Божии, члены Христовы, люби, уважай их, но презорливую, пресыщенную плоть свою презирай. Доколе эта мечта, это беснование, что человека мы ценим по одежде, по состоянию и хорошо одетого, состоятельного почитаем, а худо одетого и неимущего презираем, тогда как этот последний заслуживает особенного нашего сочувствия, уважения и любви, как терпящий нужду, бедствие, как крестоносец в этой жизни, если, разумеется, он не пьяница и не сам добровольно предается бедствию. О, как враг рода человеческого извратил нашу природу! Потому во всем надо идти против плоти! Отвергнуться, презреть, возненавидеть себя.

Расслабление, нега и лень сердца и тела часто происходят от дьявола. Этим способом он усиливается нас повергнуть в духовное усыпление. Задремали все и уснули [Мф. 25, 5]. Надо бороться и сколько можно усерднее молиться.

29 апреля 1866.

Пятница. Неделя о самаряныне. Благодарю Тя, Господи, яко сподобил мя еси причаститися в мир душевных моих сил и непреткновенно совершить Божественную литургию, и молебны, и панихиду.

Смотри, как обращаешься со всяким ближним, простым и образованным, от искреннего ли сердца?

Кто тело Христово? Ближние наши, христиане по преимуществу. Как обращаться с ближними? Как их принимать, как беседовать, с какою кротостью, уважением, любезностью, как доброхотно подавать милостыню, угощать, как сочувствовать в скорбях, бедах, болезнях, как сорадоваться в истинной радости, как отвращать от грехов, как ревновать о спасении друг друга! О грехах, как болезненных струпах ближнего, жалей, молись о исцелении их, обличай, наказывай, чтоб исправился, но где нужна строгость и крутая мера – там грешно было бы употреблять ласку и медленность во взыскании.

Благодарю Тя, Господи, яко два класса (четвертый и третий) с великим дерзновением, миром, силою слова препроводити даровал еси (в третьем классе был директор). Благодарю Тя, яко дома в вечернее время дважды и больше от злобы моей, гордыни, зависти и скупости спасл еси и умиротворил еси. Благодарю Тя, яко помалу научаеши мя взирать на домашних моих и на гостей моих как на члены тела Твоего.

Люты невидимые враги мои, Господи, но и дивно спасение Твое, Спасе мой!

Что если бы Ты, Господи Боже мой Иисусе Христе, возоблистал свет Божества Твоего от пречистых Твоих Тайн, когда они почивают на святом престоле, на дискосе во время литургии, или в дарохранительнице, или дароносице, когда иерей Твой несет их на персех своих, идя к больному или от него! От этого света поверглись бы в страх на землю все встречающиеся или воззревшие на них из домов своих. Ибо и Ангелы от страха неприступной славы Твоей покрываются! А мы, между тем, как равнодушно обращаемся с этими пренебесными Тайнами! Как равнодушно совершаем страшное священнодействие Святых Тайн!

Кого, о иерей, несешь ты на персях своих? Носящего всяческая глаголом силы Своея. Кого держишь ты при персях своих? Всю тварь Держащего лданию; Кого несешь ты, живое создание? Живота всех. Дивное и страшное ношение! О сокровище наше бесценное, Господи Иисусе Христе, слава Тебе, слава смотрению Твоему, слава снисхождению Твоему, едине Человеколюбче!

Чрево яко бога вменяше, сказано об Исаве, сыне Исаака (в Минеи под 30-м числом апреля на день апостола Иакова)42. Я, многогрешный, тоже работаю чреву сластями как богу, жадничаю, жалею сластей другим, когда надо презирать их, то есть сласти. Согреших ко Господу!

Если замечаешь, что кто-либо неискренно, холодно, притворно приветствует тебя, например из домашних, или это тебе кажется так, то вместо того чтобы тебе самому отвечать холодностью, как это часто бывает, обойдись с ним искренно, как можно искреннее, восприветствуй его от души, и ты этим маловажным, по-видимому, поступком исполнишь заповедь Божию: возлюби ближнего твоего, как самого себя [Мф. 22, 39], и: побеждай зло добром [Рим. 12, 21]. Ибо аще целуем други наша токмо, отворачиваясь от недругов и недоброжелателей наших, что лишше творим сравнительно с язычниками [Мф. 5, 47], мы, наученные Евангелием высшему, Божественному любомудрию и новому жительству духом, а не плотью, наученные любить и врагов? Презирать грехи ближнего, в мечту дьявольскую вменять и всегда торжествовать добром над злом: от добра, как от солнца лед и от огня воск растает всякое зло, ибо зло – мечта и нашими же мечтами держится, то есть страстями. Не ищи себе чести, уважения, любви от людей века сего, суетных и суетно любящих, а ищи себе чести, славы, нетления, любви от Бога, истинно любящего нас, – когда Бог возлюбит тебя, тогда возлюбят тебя и люди. Не человекоугодничай, не потворствуй страстям человеческим, не безмолвствуй при виде их, будь простодушен, откровенен, смел без дерзости, обличителен без придирчивости. Гордость и самолюбие, суетность наши бывают причиною того, что мы обижаемся, когда нас не приветствуют или холодно, небрежно приветствуют. Ибо что принесут нам эти заученные приветствия без души, без силы, по одной привычке? Ничего. О мечтательное сердце! Презираю тебя, в ничто вменяю ветхое, греховное, страстное сердце. Аз же рех во изступлении моем (во вдохновении): всяк человек ложь [Пс. 115, 2]. Несть во устех их истины, сердце их суетно, гроб отверст гортань их, язьжи своими льщаху. Суди им, Боже, да отпадут от мыслей своих: по множеству нечестия их изрини я, яко преогорчиша Тя, Господи [Пс. 5, 10 – 11]!

Кто вооружается во мне против домашних, особенно когда они пьют чай при мне, но без меня? – Чрево, бездушное, слепое, смердящее, тленное чрево. Презирать же чрево – уважать, любить ядущих и пиющих, ибо всё для них, им всё покорено под ноги от Творца. Моего нет ничего – всё общее, ибо мы Церковь, единое тело.

О, как велико, глубоко, сильно растление моего естества, моего сердца, моего ума, моей воли, как врослась в мое сердце гордыня, злоба, непослушание, своенравие, непочтение, зависть, пристрастие к земному, скупость, любостяжание, лицемерие, лицеприятие, ложь, мечтание, осуждение, блуд, жадность и невоздержность, лакомство, уныние, страх, малодушие и пр.! Как необходимо нужен для меня непрестанно Спаситель, чтоб Он спасал меня от меня самого, от моей злобы, гордости, презорства, пристрастия к земным наслаждениям, от скупости, любостяжания, лицеприятия, расслабления душевного и телесного, лености и прочих грехов и укреплял меня в противоположных добродетелях. Господи! Се от юности моея мнози борют мя страсти, но Сам мя заступи и спаси, Спасе мой!43 Господи! Даруй мне ходити в обновлении жизни. Не обнов внешних желать дай мне, а обнов внутренних, душевных, которыми увеселяется взор Твой! Суетны мы, Господи наш, гоняемся за обновами в одеждах, в костюмах, а о обновлении жизни внутренней, о обновлении сердца не печемся, как бы следовало христианам, не стремимся к этому бесценному обновлению духа, пресладкие плоды коего стали бы вкушать во всю вечность. Бедные души! Жалкие тела! Жалкие человеки! Присно заблуждающие человеки! Апреля 30 дня 1866 года. Суббота. Апостола Иакова.

Страсти мои – это псы адские, это бесы, не я. Да возненавижу их всею силою души.

Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим [Мф. 22, 37]. Это значит: возненавидь себя и грехи, страсти свои всем сердцем своим, всею силою, всею крепостью и возлюби всем сердцем, всею крепостью правду Божию, заповеди Божии, исполнение их; отвергнись себя, презри себя и будь одно с Господом, один дух, имей дух Его во всем житии своем. Не сомневайся никогда презирать себя, свое ветхое сердце, эту пучину адскую.

В постные дни рыбы на скоромном масле не есть, да и вовсе рыбы не есть; сладкого чаю не пить, коринки, изюму, черносливу и прочих сластей не употреблять, разве в малом самом количестве. Говорится это положительно, потому что от нарушения поста враг получает случай (как беззаконник) входить воровски в наше сердце, гнездиться в нем и мучить нас, равно как и от сластей тоже входит в нас. Пища плотская и питие плотское растлевают сердце, душу и повергают в расслабление тело.

Как член Христов, люби и уважай, и ласкай, питай и одевай человека, и сострадай и сорадуйся ему.

Будь доволен своим состоянием, не желай многого: человеку нужно немного, а главное – ему нужен Христос в сердце. Что ми есть на небеси? и от Тебе что восхотех на земли? Изчезе сердце (дай Бог, чтоб в Господе исчезло мое сердце) мое и плоть моя, Боже сердца моего, и часть44 моя, Боже, во век [Пс. 72, 25 – 26]. Многое богатство – многая тля сердца: чем больше тли, тем хуже. Чем больше имеем, тем большего желаем, тем больше завидуем тем, кои имеют больше нас. Всем доброжелательствуй, а главное, молись, чтобы все были со Христом, чтобы все спасение души своей выше всего на свете ставили и не думали только о обогащении да о веселостях и пышностях века сего. Не завидуй человеку в богатстве его: душа его бесконечно выше, дороже богатства, но богатство наичаще ее губит, как и Спаситель сказал, что трудно богатому войти в Царство Небесное [Мф. 19, 23]. В чужие дела, например начальника и вообще ближнего, не входи с рвением: свое дело знай.

Ах, как сильно враг привязывает сердце к сластям! Сердце мое! Тебе должно прилепляться к единому Богу. Как ты меняешь Господа Создателя на сласти, на дьявола, ибо прилепляться к сластям – значит работать дьяволу? Не испытало ли ты, сердце мое, тысячекратно, как мирно, сладостно прилеплятися ко Господу и как беспокойно, огнепалительно прилепляться к сластям, жалеть их для других? Неради об них, презирай их как грязь. Прилепляйся усердно ко Господу! О, как сладостно мне ныне было у всенощной от сердечного служения Господу! После этого я должен презирать все сласти земные! И что я говорю – после этого? Только ли после этого? Не тысячекратно ли я испытывал животворность, сладость прилепления ко Господу? О, Господи мой, Господи! Помилуй меня, изменника Твоего! Как я часто изменял Тебе!

Ни о чем земном нерадею, потому что полнота жизни моей – Бог: Он всё и для души, и для тела моего; Он источник всякого блага, всяких даров – духовных и вещественных.

Что мы прилепляемся к здешним земным благам и не стремимся к тамошним, небесным благам? 1) Здешние блага временны, не вечны, те – вечны; здешние надо, непременно надо рано или поздно оставить, потому что мы должны умереть, те – всегда будут с нами; 2) здешние ничтожны, грубы, те – бесконечно велики, духовны, пречисты.

Жалеющий слугам сластей жалеет их Самому Христу Господу, ибо они члены Его. Таковой да вспомнит Иуду, пожалевшего для Господа драгоценного мира. Не бесконечно ли дороже человек всего, что есть сладостного, дорогого, прекрасного на свете? Не всё ли для него? Не земля ли, не прах ли сласти? А тело наше?

Сердца, воспитанные в сластях, забавах, роскоши хладны к Богу и ближнему.

Замечай хитрости врага: чтоб лишить тебя любви к Богу, он наперед [усиливается] заронить в сердце твоем вражду на ближнего, зависть его благополучию и в этом случае все мелочи, все погрешности, суеты житейские или успехи ближнего обращает в повод к озлоблению на него, к зависти к нему: и взимание ближним наших сластей, до коих мы жадны, и неласковый взгляд, и неласковое слово, и неотдание поклона, и грубый вид его лица, и грубость его одежды, и частое прошение им милостыни (хотя сами непрестанно получаем, и помногу), и неловкую его услужливость нам, и пение не в голос с нами, и чтение, несколько неправильное, и самый кашель, даже один вид человека, который пользуется от нас чем-либо, или получение им хорошего места или награды и пр. Так успел враг привязать наше сердце к самолюбию, гордости, зависти и сластям земным и так отринул его от любви к Богу и ближнему чрез посредство сластей. Отсюда необходимость презирать, за сор считать все сласти, как можно меньше употреблять их и ближнему не жалеть, потому что они для потребления его и назначены. Невозможно, прилепляясь к сластям, в то же время любить Бога и ближнего; нельзя работать Богу и мамоне: или презреем сласти и тогда возлюбим Бога и ближнего, или, полюбив сласти, возненавидим Бога и ближнего. Но какой конец питания и [украшения] тела? Тот, чтобы тело наше, просуществовав некоторое время, потом само разложилось и обратилось в землю. Итак, не гробы ли повапленные тела грешные? Итак, не кукольная ли комедия играть в плоть свою, лелеять, забавлять ее? Христиане ли так ревнуют о тленном животе? Христиане ли презирают нетленный живот? Христиане ли так ревнуют о тленном теле и презирают бессмертную душу? Но сеяй в плоть, живущий в сластях, роскоши, зависти, сребролюбии, чревоугодии, скупости, от плоти пожнет истление: а сеяй в дух, презирающий сласти, хотя и не гнушающийся употреблением их, презирающий роскошь, гнушающийся зависти, сребролюбия, чревоугодия, скупости, воздержный, доброжелательный, сочувствующий во всем скорбном ближнему, щедрый, кроткий и смиренный – от духа пожнет живот вечный [Гал. 6, 8]. Господи! Душевныма очима ослеплен, к Тебе, Христе, прихожду, якоже слепый от рождения, в покаянии зову Тебе, милостив нам буди, едине Благопременителю45. О, как бы мне сеять меньше в плоть, как бы больше в дух! Как бы считать приобретение плоти потерею, а потерю ее приобретением! Как мне от льстеца избыть, грехолюбивому, плотолюбивому? Как бы всё плотское презреть – и блеск земной, и множество денег, и благородство крови (суетное благородство), и плотскую силу, и плотское величие, и плотские сласти, и красоту одежд, и великолепие, и красоту жилища и утварей его, и колесниц и коней с богатою упряжью и пр. и пр.! – ибо всё это суета! Итак, я доселе еще в плену Вавилонском! Доселе на реках Вавилонских сижу и плачу [Пс. 136, 1].

Око наше душевное помрачено страстями, и око мира – солнце помрачается и не дает света своего: постоянные облака темные на небе, как у нас темные облака страстей на мысленном небе – душе, ибо душа наша по природе небесна. Но как мы, небесные граждане, доселе не презрели земное, тленное? Как не ревнуем о нетленном?

Прочь гнилое сердце – на место его новое, Христово! Прочь гниль дьявольская! Прочь страсти! Прочь сласти!

30 апреля.

Благодарю Тя, Господи, яко ныне во время всенощной великую благодать мне даровал еси мирно, величественно, со дерзновением служить Тебе и предстоять престолу Твоему. (Неделя о слепом.)

Приятно тебе, когда ближние, знакомые, родные, друзья, товарищи сорадуются тебе в счастье или в получении какой-либо прибыли, награды или в успешном ведении или окончании дела и пр. Отчего же ты не сорадуешься счастью других, например получающих отличие, прибыль, успешно трудящихся в известном благом деле, отчего завидуешь? Не едино ли мы тело? Не уди46 ли мы друг другу [Рим. 12, 5] ? Но егда радуется [един] уд, не радуются ли с ним все (1Кор. 12, 26)? Опять: приятно тебе сочувствие, искреннее сострадание, участие других в твоем несчастии, болезни, скорби, потере, – отчего ты другим редко искренно сочувствуешь, сострадаешь, отчего не принимаешь добровольного участия, такого участия, какого хотел бы ты себе от других или по силе каждого? Надо радоваться с радующимися и плакать с плачущими [Рим. 12, 15].

* * *

10

4 апреля 1866 года император Александр II направлялся от ворот Летнего сада к своей карете, раздался выстрел. Стрелял Д. В. Каракозов. Пуля пролетела над головой императора: стрелявшего толкнул стоявший рядом крестьянин Осип Комиссаров.

11

Словесный (церк.-слав.) -духовный, разумный.

12

Наздание (церк.-слав.) – воссоздание, возобновление. Радуйся, Начальнице мысленнаго наздания [рус.: Радуйся, Виновница духовного возрождения] (акафист ко Пресвятой Богородице, икос 10-й).

13

Гиблющий (церк.-слав.) – временный, гибнущий, разрушающийся.

14

Акафист Пресвятой Богородице, кондак 9-й.

15

Простонародное именование города Ораниенбаума, ныне город Ломоносов.

16

Символ Веры.

17

Шуий (церк.-слав.) – левый; ошуюю – по левую сторону.

18

Знаменатися (церк.-слав.) – положить знак, печать; отражаться.

19

Молитва Христе, Свете Истинный, читаемая на первом часе.

20

Презорливый (церк.-слав.) – высокомерный, презрительный, непочтительный.

21

Ирмос 6-й песни воскресного канона на утрене, глас 2-й.

22

Молитва 10-я из светильничных молитв на утрене.

23

Туне (церк.-слав.) – даром.

24

Остен (церк.-слав.) – жало, бодец; игла, гвоздь.

25

Прόстый (церк.-слав.) – здесь: открытый, прямой, чистый; искренний.

26

Тропарь преподобному общий.

27

Молитва 10-я ко Пресвятой Богородице из последования утренних молитв.

28

Стужати (церк.-слав.) – докучать, теснить, беспокоить; угнетать.

29

Присносущный (церк.-слав.) – вечный, всегда существующий.

30

Буий (церк.-слав.) – глупый, безумный.

31

Вы́ходить (выхаживать) – в значении: добывать что-либо ходьбою.

32

Уды (церк.-слав.) – члены тела.

33

Точию (церк.-слав.)-только.

34

Тропари из последования утренних молитв.

35

Обаче (церк.-слав.) – однако, впрочем.

36

Елицы (церк.-слав.) – все, кто; все, сколько есть.

37

Рус.: Если бы не было Господа среди пас, то никто из нас не мог бы выдержать борьбы с врагом; ибо побеждающие возносятся отсюда (Антифон 2-й на утрене, глас 6-й).

38

Тропарь воскресный, глас 3-й.

39

Лесть (церк.-слав.) – ложь, коварство; обольщение, соблазн; притворство.

40

Помилуй нас, Господи, помилуй нас, ибо довольно мы насыщены презрением; довольно насыщена душа наша поношением от надменных и уничижением от гордых [Пс. 122, 3 – 4].

41

Молитва ко Пресвятой Богородице из последования утренних молитв.

42

Последование вечерни. Стихира на стиховне вторая «Слова самовидче, Иакове...», глас 8-й.

43

Антифон 1-й на утрене, глас 4-й.

44

Часть (церк.-слав.) – доля, надел, достояние; участь.

45

Тропарь из последования Таинства Елеосвящения, глас 4-й.

46

Уды (церк.-слав.) – члены тела.


Источник: Дневник / cв. праведный Иоанн Кронштадтский. - Москва : Булат, 2005-. - (Духовное наследие Русской православной церкви). Т. 10 : 1866-1867 / [ игум. Дамаскин (Орловский), протоиер. Максим Максимов, Геворкян Кристина Вартановна]. - 2012. - 373 с. ISBN 978-5-902112-84-6

Комментарии для сайта Cackle