Приглашаем Вас пройти Православный интернет-курс — проект дистанционного введения в веру и жизнь Церкви.

С.В. Шумило

«Малороссийский» Ильинский скит и другие обитатели на Афоне в XIX в.

Зографские проэстосы рассказывали в 1847 г. иеросхимонаху Сергию, что населявшие «Черный Выр» 30 иноков-малороссиян оставили его около 1830 г. в связи с событиями греческой национально-освободительной борьбы164. Этот факт находит подтверждение у еп. Порфирия (Успенского) в описании Зографа за 1858 г.165, в «Путеводителе по Афону» за 1895 г.166, а также – в годовом отчете Свято-Ильинского скита Протату Святой Горы за 1930 г.167

Следует заметить, что именно после 1830 г. братство восстанавливаемого Афонского Ильинского скита, основанного в свое время выходцем из семьи казачьих священников с Полтавщины прп. Паисием Величковским, существенно пополнилось украинскими монахами. Возможно, часть из них были бывшими насельниками «Черного Выра».

В 1845 г. Ильинский скит посетил Великий князь Константин Николаевич Романов, где и остановился на ночлег. Согласно свидетельству иеросхим. Сергия (Веснина), обитель поразила высокопоставленного гостя «своей малороссийской опрятностью»168. А молдавский князь Александр Дабижа, описывая в 1892 г. святогорскую «малороссийскую обитель», называет ее «живым уголком далекой Украины» на Афоне169. По его словам, после периода десятилетнего запустения во времена русско-турецкой войны, «любовь малороссиян к родной обители подняла ее из развалин, и ее обновленные стены стали опять наполняться казацкими выходцами с придунайских и черноморских берегов. Но не прекратились внутренние неурядицы в скиту»170.

Несмотря на то что «малороссиян» в скиту было большинство, в 1837 г. их изгнали из обители «великороссы». Распря на национальной почве длилась два года, пока в 1839 г. Протат не занял сторону «малороссийского большинства», окончательно передав обитель в руки украинских монахов и выселив из нее россиян во главе с настоятелем иеромонахом Павлом, выходцем из Калужской губернии171.

Подлинные причины затяжной распри в Ильинском скиту между «малороссами» и «великороссами» неизвестны. Согласно воспоминаниям очевидца и насельника обители о. Игнатия, новоприбывшие великороссийские монахи в скиту «изменили прежнюю простоту, предались роскоши, а с тем вместе и телесным слабостям», что и послужило причиной распри172. В то же время, по мнению российского исследователя П. Троицкого, причиной нестроений могло быть то, что «малороссы были казаками, а любовь последних к свободе и воле не преодолевалась малым опытом монашеской жизни»173. Иеросхим. Сергий (Веснин) полагал, что причиной нестроений было нежелание «малороссийской братии» подчиняться новому настоятелю из «великороссов»174. Несколько иначе трактует события проф. И. Огиенко. По его словам, «запорожцы принесли в Ильинский скит свою национальную идеологию, свои обычаи из Сечи Запорожской, где они точно так же жили братской жизнью и без женщин. Принесли они сюда и свои вольнолюбивые мысли и устремления... Насельники Ильинского скита были все-таки эмигрантами, которые не могли легко забыть прошлого, а это их делало мало послушными и неспокойными. Сечевые привычки были привнесены и в Святой скит... Когда на Афоне появились “мазепинцы”, они не могли примириться с чисто российским направлением»175.

Так или иначе, но, по всей видимости, бывшие монахи-запорожцы из «Черного Выра» принимали активное участие в событиях вокруг Ильинского скита в 1830-е гг.

Известно также, что в это время группа украинских монахов подвизалась на Афоне и при Ставроникитском монастыре, где у них имелась отдельная келейная обитель с параклисом (церковью) для совершения богослужений на церковно-славянском языке176. Как вспоминал об этой обители в одном из писем за 1847 г. иеросхимонах Сергий (Веснин), «малороссияне, как ни предубеждены противу москалей, но нас приняли здесь очень хорошо и в духе искреннего странноприимства»177. Не исключено, что эту келейную обитель с параклисом при Ставроникитском монастыре могли основать бывшие выходцы из «Черного Выра». Через два года, в 1849 г., обитель посетил камергер российского императорского двора, обер-секретарь при Святейшем Синоде и почетный член Императорской академии наук А. Н. Муравьев. По его словам, ктитором Ставроникитского монастыря, как и Ильинского скита, на тот момент был «малороссийский престарелый инок Игнатий». «Сам он живет у Ставро-Никиты, где устроил особый предел довольно изящный; там совершает богослужения на Славянском. При нем есть иеромонах русский Прокопий уже весьма ветхий, который находился некогда при блаженном князе Аниките Шихматове ... Оба старца жития неукоризненного»178.

Позже при Ставроникитском монастыре действовали русская келейная обитель св. Троицы (по дороге в Ильинский скит) в составе 30 человек братии и обитель Введения во храм Пресвятой Богородицы, в которой проживало 20 человек. Также при монастыре действовала русская келейная обитель Архистратига Михаила, расцвет которой пришелся на начало ХХ в., когда ее возглавил выходец из кубанских казаков, духов-ный сын святого старца Силуана Афонского архимандрит-исповедник Евгений (Жуков, †1972). К 1914 г. в ней подвизалось около 20 человек братии. По всей видимости, корнями эти келейные обители происходили от бывшего «малороссийского братства»179. По данным И. Огиенко, «две келлии этого монастыря и 42 аскетические каливы (колибы) были заняты преимущественно украинцами»180.

В целом, по словам инока Парфения (Агеева), к моменту посещения им Святой Горы в 1839 г., по всему Афону подвизалось «более пятидесяти великороссиан, и более ста малороссиан»181. При этом о. Парфений отмечает, что представители «великороссийской братии» при разговоре «жаловались на малороссиан, что весьма много от них претерпевают гонения и поношения, потому что их много, и знают многие греческий язык; а русских мало, да и мало знающих хорошо греческий... Малороссиане упрекают нас напрасно; по какой-то природной злобе поносят нас ни за что. Впрочем, они не все такие; есть и из них рабы Божии, которые весьма о нас сожалеют»182.

Следует отметить, что в это же время, с конца 30-х гг. XIX в., начинает пополняться русское братство Свято-Пантелеимонова монастыря, что постепенно привело к переходу обители от греков к русским и его возобновлению как исторического русского святогорского центра. По своему национальному составу обитель стала смешанной, объединив в своих стенах как российских, так и украинских монахов. Возрождение этой древнерусской афонской твердыни имело самое благотворное влияние на предотвращение имевшихся противоречий между монашествующими из России и Украины. Постепенно, преодолев все разногласия, и «малороссийский» Ильинский, и «великороссийский» Андреевский скиты на Афоне признали духовный авторитет Русика, к которому даже обращались за помощью в урегулировании внутренних споров.

К 1912–1914 гг. общее число братии в Пантелеимоновом монастыре составляло свыше 2000 человек183. Только от Подольской губернии в Русике подвизалось 340 человек, от Херсонской – 243, Киевской – 187, Полтавской – 148, Черниговской – 140184. Одно лишь село Таркановка Каменец-Подольской губернии дало Пантелеимонову монастырю в конце XIX – начале XX в. 51 насельника185. Кроме того, до Первой мировой войны более 400 выходцев из Украины подвизалось в «малороссийском» Ильинском скиту186. Большое количество уроженцев украинских губерний в начале XX в. подвизалось и в многочисленных русских келлиях и каливах при других монастырях, коих насчитывалось на Святой Горе 269187.

* * *

164

Там же. С. 164.

165

Порфирий (Успенский), еп. Второе путешествие по Св. горе Афонской... С. 257.

166

Путеводитель по св. Афонской Горе. М., 1895. С. 60.

167

АРПМА. Д. 3. Оп. 36. Док. А 1268 (Письма из Ильинского скита 1857–1958 гг.). Л. 1064.

168

О посещении Русика Царственными Особами и другими замечательными лицами / Русский монастырь св. великомученика и целителя Пантелеймона на святой горе Афонской. Изд. 7-е. М., 1886.

169

Дабижа А., кн. Малороссийская обитель на Афоне // Киевская Ста-рина. 1893. Т. LХ. С. 35.

170

Там же. С. 38.

171

Историческое описание русского св. славного пророка Илии скита, что на Афоне. М., 1860. С. 25; Сказание о странствии и путешествии по России, Молдавии, Турции и Святой Земле. В 2 т. М., 2008. Т. 1. С. 317, 322–323, 401–402; Феннел Н., Троицкий П., Талалай М. Указ. соч. С. 93–96; Огієнко І. Указ. соч. С. 229–231.

172

Историческое описание русского св. славного пророка Илии скита, что на Афоне. М., 1860. С. 25.

173

Феннел Н., Троицкий П., Талалай М. Указ. соч. С. 96.

174

Письма Святогорца к друзьям своим о Святой Горе Афонской. СПб, 1850. Т. II. С. 199–201.

175

Огієнко І. Указ. соч. С. 229, 230, 227.

176

Сергий (Веснин), иеросхимон. Указ.соч. С. 179; Огієнко І. Указ. соч. С. 225–226.

177

Сергий (Веснин), иеросхимон. Указ.соч. С. 180.

178

Муравьев А. Н. Письма с Востока в 1849–1850 годах. СПб., 1851. Т. 1. С. 181.

179

Путеводитель по Св. Горе Афонской / Сост. А. А. Павловский. Афон: Изд. Братства Русских обителей на Афоне, 1913. С. 126, 153–156; Троицкий П. История русских обителей Афона в XIX-XX веках. М., 2009. С. 237–238; Огієнко І. Указ. соч. С. 225–226.

180

Огієнко І. Указ. соч. С. 226.

181

Сказание о странствии и путешествии по России, Молдавии, Турции и Святой Земле. С. 317.

182

Там же. С. 322.

183

Шкаровский М. В. Русские обители Афона и Элладская Церковь в ХХ веке. С. 28.

184

Монахологий Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне. Серия: Русский Афон XIX-XX вв. Афон: РПМА, 2013. Т. 2. С. 6.

185

Там же. С. 7.

186

Шкаровский М. В. Указ. соч. С. 28.

187

Там же. С. 24.


Источник: Шумило С. В. «Духовное Запорожье» на Афоне. Малоизвестный казачий скит «Черный Выр» на Святой Горе. — К. : Издательский отдел УПЦ, 2015. — 116 с.

Комментарии для сайта Cackle