Приглашаем Вас пройти Православный интернет-курс — проект дистанционного введения в веру и жизнь Церкви.

С.В. Шумило

Греческая революция и запустение «Черного Выра» и других обитателей Афона

По словам иеросхимонаха Сергия (Веснина), зографские проэстосы рассказывали ему в 1847 г., что малороссияне оставили свой скит «Черный Выр» около 1830 г. в связи с событиями греческой национально-освободительной борьбы137. Этот факт подтверждается у еп. Порфирия (Успенского) в его описании посещения Зографского монастыря в 1858 г.138, в «Путеводителе по Афону» за 1895 г.139, а также – в годовом отчете Свято-Ильинского скита Протату Святой Горы за 1930 г.140

Следует заметить, что в это же время опустел практически весь Афон. Греческое восстание 1821 г. турки пытались жестоко подавить. Был повешен в Константинополе Вселенский патриарх Герман, а вместе с ним казнен ктитор Русика Скарлат Каллимах. В 1822 г. в греческой Македонии салоникский паша истребил до 5 тысяч мирных жителей, были сожжены многие деревни.

В виде исключения, ради спасения жизней тысяч людей, Афон тогда приютил около 8 тысяч женщин и детей и организовал их вывоз в более безопасные области Южной Греции.

За поддержку греческого восстания турки мстили афонским монахам. Только в тюрьме города Салоники было казнено 62 святогорских инока. Кроме того, на Афонском полуострове турки разместили военный гарнизон из нескольких тысяч турецких солдат, а святогорских игуменов отправили в Стамбул в качестве заложников.

Греческая национально-освободительная борьба длилась более 10 лет. За это время Афон фактически полностью был опустошен. Новые иноки на Святую Гору не поступали, а прежние, в большинстве своем, покинули Афон на время войны. Так, братия основанного прп. Паисием Величковским Свято-Ильинского скита, оставив обитель, разбрелась по разным странам. Скитоначальник обители иеросхимонах Парфений даже вывез к казакам на Кубань (бывшим запорожцам) все скитские святыни – часть Животворящего Креста Господня, мощи, церковные сосуды, ризницу, книги. Когда в 1830 г. был заключен мир с Турцией и о. Парфений вернулся на Афон, то нашел в скиту 8 человек, вернувшихся из Молдавии, которые в годы войны скрывались преимущественно в лесах и неприступных ущельях. Запустение обители было столь велико, что отец Парфений долго не мог найти свой скит: все дороги и тропинки к нему заросли лесом и кустарниками. Разрушенные корпуса обители свидетельствовали о грабеже и нападениях турецких войск и пиратов141.

Нечто подобное произошло и со скитом «Черный Выр». По всей видимости, именно с ним тесным образом были связаны и дальнейшие события в Задунайской Сечи, куда переселились запорожцы после разгрома Запорожской Сечи в 1775 г.

Известно, что в это время особым духовным авторитетом среди задунайских казаков пользовался афонский архимандрит Филарет142. В историю он вошел потому, что, находясь в Задунайской Сечи, перед началом греческого восстания против турок призвал казаков не проливать христианской крови, воюя на стороне турецкого султана. В результате около 800 казаков отказались принимать участие в подавлении греческого восстания, возвратившись во главе с афонским архимандритом в Украину143. Не исключено, что этот о. Филарет был выходцем из «Черного Выра» или Ильинского скита, поскольку на Сечи казаки принять и послушаться могли лишь того, кто был из их среды и до этого уже имел тесные связи с казачеством в качестве пастыря. Подчеркнем, что на Афоне для казаков такими традиционно авторитетными центрами были две вышеупомянутые обители, с которыми они поддерживали тесные отношения.

Указанные события имели неоднозначные последствия в судьбе оставшегося населения Задунайской Сечи. Узнав об измене, султан послал янычаров, которые сожгли Сечь и вырезали многих из тех, кто там находился144. Даже казаков, которые остались воевать на стороне Османской империи в Силистре, султан приказал разоружить и многих из них сослал на каторжные работы. В правительстве Турции был разработан проект, по которому население Задунайской Сечи, вместе с семьями, должны были депортировать в Малую Азию и расселить там по разным районам, чтобы запорожцы больше не представляли собой организованной военной силы и не выступили в войне на стороне православных греков.

Узнав об этом, бывший кошевой атаман Задунайской Сечи Семен Мороз, который в 1818–19 гг., «подобно многим сечевикам удалился на Святую Гору, т. е. Афон, и тампостригся и даже сделался архимандритом»145, покинул Афон и принялся спасать Сечь. Восстановленный Задунайский Кош в 1823 г. избрал бывшего афонского архимандрита «наказным атаманом Войска Запорожского» и под его началом выступил на стороне султана. Приняв участие в подавлении греческого восстания, Мороз погиб в 1825 г. под г. Миссолонги в Греции. Здесь же в плен к грекам попала часть казаков, которых несколько лет продержали в заключении при греческом монастыре. Освобождены они были лишь благодаря заступничеству вышеупомянутого афонского архимандрита Филарета, который ранее вывел часть задунайских казаков в Украину146.

Эти и другие события 20-х годов XIX в., по всей видимости, привели к запустению афонского казачьего скита «Черный Выр», который после уничтожения Запорожской Сечи

продолжал сохранять тесные связи с задунайским казачеством. Вероятнее всего, упадок Задунайской Сечи в период греческой революции повлек за собой прекращение ктиторской поддержки «Черного Выра» и пополнения его новыми насельниками из среды задунайских запорожцев.

Справедливости ради необходимо отметить, что в это время на Афоне не было единодушного мнения относительно греческой национальной революции. Если одни святогорские монахи уходили добровольцами в повстанческие отряды и с оружием в руках боролись против турецкой оккупации, то другие были против вооруженной борьбы. Так старцы-колливады (исихасты), наоборот, осуждали идеи греческого национализма и не поддерживали греческое восстание против турок. Отцы-колливады считали, что подлинное возрождение греческого народа может произойти не через распространение революционных «националистических идей» и западного гуманизма, но лишь через возвращение к традиционным основам византийского наследия и истинного православия.

За такую позицию греческие революционеры считали многих выдающихся старцев-колливадов «предателями нации», и лишь впоследствии они были признаны святыми.

Свидетельства о тех событиях на Афоне описаны еп. Порфирием (Успенским) со слов афонского монаха-украинца Вениамина, бывшего их очевидцем и участником147. В частности, о. Вениамин рассказывал, как многие афонские иноки поверх подрясников носили тогда сабли, отливали в монастырях пули, сформировали повстанческий отряд в составе 700 человек и вооружили его старыми ржавыми ружьями, ножами, косами и палками, а вместо боевых знамен использовали церковные хоругви. По словам о. Вениамина, «все эти затеи куда как не нравились духовным старцам»148. Афонские старцы восставших монахов называли «скнипами» и «муравьями». И сам о. Вениамин о них отзывался: «Не умные!

Ничего путного не сделали, а только накликали беду на монастыри»149.

По всей видимости, эти разногласия затронули и бывших запорожцев-афонитов как из Ильинского скита, так и из «Черного Выра».

Как бы то ни было, но именно в период греческой национально-освободительной революции казачий скит «Черный Выр» пришел в упадок, от которого он так и не оправился до сего дня.

Известно, что в этот же период вместе с остальными святогорцами вынуждены были покинуть Афон и многие болгарские монахи Зографского монастыря. По словам еп. Порфирия, тогда ими был оставлен и отдаленный древнерусский скит «Ксилургу» (Древодел), который был приобретен болгарами около 1810 г. у «монаха Германа малороссиянина»150. Так из «Ксилургу», спасаясь от гонений, они вывезли все скитские церковные вещи на остров Псару, где и погибли вместе с Чудотворной иконой «Сладкое лобзание» под обломками храма, взорванного турками151.

Сильный ущерб Зографской обители нанес расквартировавшийся в ней турецкий военный гарнизон арнаутов (албанцев-мусульман). Обитель подверглась разграблению и разорению. Помимо отнятия драгоценной утвари и окладов с древних чудотворных икон, была разграблена ценнейшая библиотека монастыря152. После ухода турецкого гарнизона за монастырем числились большие долги, за которые он мог быть передан главному кредитору, греческой обители Ватопед, и тем самым утратить самостоятельность и статус болгарского монастыря153.

Схожие беды, по всей видимости, постигли и скит «Черный Выр», из-за чего его братия и вынуждена была покинуть свою родную обитель. Такие случаи на Афоне в период турецкого господства были довольно частыми. Так, другой знаменитый выходец из Украины, прп. Паисий Величковский, став в 1762 г. игуменом афонского монастыря Симонопетра и переведя в него из Ильинского скита свое молдавско-украинское братство, очень скоро вынужден был покинуть эту обитель из-за имевшихся у нее непомерных долгов перед турецкими кредиторами154.

Одним из последних известных нам документов, касающихся святогорской обители «Черный Выр», является дело за 1826–27 гг. о принятии в Киево-Печерскую Лавру монаха Феофана из Черновырского скита Рождества Богородицы. Из материалов этого дела мы узнаем, что монах Феофан родом из Киева, в 1815 г. уехал на Афон, где поступил в скит «Черный Выр» и принял здесь монашество. В 1825 г. он отбыл на богомолье в Киев, однако, из-за начала русско-турецкой войны, назад не смог возвратиться. Как указано в его прошении за ноябрь 1826 г. на имя Духовного Собора Киево-Печерской Лавры: «возвратиться же мне в Афонскую Гору по военным там обстоятельствам невозможно»155.

Из архивных материалов Черниговской духовной консистории известно, что в это же время в Чернигове подвизались несколько бывших монахов Афонского Зографского монастыря. Так, при Черниговском архиерейском доме служил иеромонах Мартирий, принявший постриг и рукоположение в Зографе в 1782 г., а в Черниговском Елецком монастыре – иеромонах Иларий, постриженный в Зографе в 1800 г.156

И хотя в ведомостях нет конкретной информации, при каких обстоятельствах в Зографской обители на Афоне происходили их пострижения и рукоположения, однако, вероятнее всего, было это в скиту «Черный Выр».

По словам еп. Порфирия (Успенского), в 1846 г. в обители оставалось всего два монаха157. Однако уже через год, при посещении «Черного Выра» в 1847 г., иеросхимонах Сергий (Веснин) застал здесь пять иноков, которые, по его словам, «занимают все пространство скита»158. Полузаброшенный скит произвел на него удручающее впечатление, «особенно развалинами иноческих хат»159. Соборная церковь обите-ли была еще цела, однако «стены церкви измараны слишком. Какой-то шалун над горним местом главного алтаря исчертил стену изображением флагов, а в куполе и на северной стене, над клиросным окном, нарисованы неуклюжие петухи»160. Как замечает о. Сергий, «жаль было смотреть на запустение святилища Божия на Афоне, но что мы могли сделать в отраду зографских проэстосов? На их скорбь о несчастном положении скита мы могли отвечать только скорбью»161.

По словам о. Сергия, в разрушенном состоянии пребывали и скитские каменные водопроводы, в связи с чем «скитские отшельники отдаленных келлий терпят чувствительную нужду к этой важной потребности жизни»162.

Сергий (Веснин) отмечает, что Зографский монастырь надеялся как-то возобновить этот скит, для чего и пригласил его осмотреть состояние обители. Как пишет он сам, «по всему было видно, что Зографские проэстосы с тою целию завлекали нас сюда, чтобы пленить наше воображение и взоры строгими красотами пустынной природы, и заохотить нас к пожертвованию на обновление Черного Вира; но наша мысль далека была этой чуждой для нас пустыни, потому что наш Русик незаменим для нас ни одною из пустынных обителей Афона»163.

Можем лишь предположить, что если кто и остался жив из последних иноков «Черного Выра» после более чем 10-летнего запустения Афона, то имел возможность перейти в возобновленный и более обустроенный Свято-Ильинский скит, пополнив число его «малороссийской братии».

* * *

137

Там же.

138

Порфирий (Успенский), еп. Второе путешествие по Св. горе Афонской... С. 257.

139

Путеводитель по св. Афонской Горе. М., 1895. С. 60.

140

АРПМА. Д. 3. Оп. 36. Док. А 1268 (Письма из Ильинского скита 1857–1958 гг.). Л. 1064.

141

Феннел Н., Троицкий П., Талалай М. Указ. соч. С. 24–25, 87–88.

142

Шумило С. В. Влияние Святой Горы Афон на духовную, культурную и политическую жизнь Украины XVIII в. С. 130.

143

Кондратович Ф. Задунайская Сечь // Киевская старина. 1883. No 2. С. 273; Шумило С. В. Указ. соч. С. 130.

144

Бачинська О., Середа О. Османсько-турецькі документи про задунайське козацтво напередодні та під час російсько-турецької війни 1828–1829 рр. // Чорноморська минувшина. Записки Відділу історії козацтва на Півдні України Науково-дослідного інституту козацтва Інституту історії України НАН України: Зб. наук. пр. Одеса, 2012. Вип. 7. С. 153.

145

Кондратович Ф. Указ. соч. С. 272; Шумило С. В. Указ. соч. С. 130.

146

Рябінін-Скляревський О. З життя Задунайської Січі // Невичерпні джерела пам’яті: Зб. наук. статей, матеріалів і републікацій. Одеса, 1998. Т. ІІ: Задунайська Січ. С. 307; Кондратович Ф. Указ. соч.; Бачинська О., Середа О. Указ. соч. С. 153.

147

Первое путешествие в Афонские монастыри и скиты архимандрита, ныне епископа Порфирия Успенского. К., 1877. Ч. II. С. 498–502.

148

Там же. С. 500.

149

Там же. С. 501.

150

Порфирий (Успенский), еп. Описание монастырей афонских в 1845–1846 гг. С. 121.

151

Там же. С. 121–122.

152

Муравьев А. Н. Письма с Востока в 1849–1850 годах. СПб., 1851 Ч. 1. С. 262; Леонид (Кавелин), архим. Историческое обозрение афонских славянских обителей. Одесса, 1867. С. 89–90.

153

Турилов А. А., Чешмеджиев Д., Масиел Санчес Л. К. Указ. соч. С. 301–313.

154

АМСПА. Рукопись «Кодекс А». 1800. С. 68; Tachiaos A.-E. The Revival of Byzantine Mysticism Among Slavs and Romanians in the XVIIIth Century. Texts Relating to the Life and Activity of Paisy Velichkovsky (1722–1794). Thessaloniki, 1986. P. 106; Шумило С. В. Преподобный Паисий Величковский и Запорожская Сечь... С. 74–89; Преподобный Паисий (Величковский). Житие и избранные творения. С. 223.

155

ЦГИАК Украины. Ф. 128. Киево-Печерская лавра. Оп. 1, общ. Д. 566.

156

ГАЧО. Ф. 679. Оп. 2. Д. 3677. Л. 89 об. – 91; ГАЧО. Ф. 679. Оп. 2. Д. 2707. Л. 107.

157

Порфирий (Успенский), еп. Второе путешествие по Св. горе Афонской... С. 257.

158

Сергий (Веснин), иеросхимон. Указ. соч. С. 164.

159

Там же.

160

Там же. С. 165.

161

Там же.

162

Там же.

163

Там же.


Источник: Шумило С. В. «Духовное Запорожье» на Афоне. Малоизвестный казачий скит «Черный Выр» на Святой Горе. — К. : Издательский отдел УПЦ, 2015. — 116 с.

Комментарии для сайта Cackle