Иван Кузьмич Кондратьев

История монастыря с древнейших времён по настоящее время.

I. Основание христианства на острове Валаам.

Глубокая древность покрывает неизвестностью начало Валаамской обители, и летописи не определяют времени жития преподобных Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев, коих жизнеописание даже утрачено: вероятно, по случаю частых войн Новгорода со шведами, не раз опустошавшими монастырь.

Местные же предания стараются рассеять этот мрак. Предание говорит, что в древности на Валааме было главное капище Велеса и Перуна, которым поклонялись и приносили жертвы живущие по окрестностям язычники. Этимологический разбор слова: Валамо–как называют остров финны– подтверждает вероятность этого предания. Слово Валамо состоит из двух слов: мо – по-ижорски значащего земля, и Вал – которого можно считать одного корня со словами Ваал, Волос и Велес. Таким образом, Валамо будет значить земля Велеса, то есть место, посвящённое Велесу1.

К этому языческому преданию местное христианское предание прибавляет, что святой апостол Андрей Первозванный, просветитель Скифов и Славян, прибывши из Киева в Новгород, отсюда по реке Волхову достиг Ладожского озера, а потом – до Валаама. Там благословил горы каменным крестом, истребил капище Велеса и Перуна, обратил в Христову веру и жрецов идольских и обитавших на острове язычников, положил основание на Валааме исповеданию веры Христовой, и оставил пастырями новособранного стада Христова некоторых, сопутствовавших ему, учеников.

В рукописи, именуемой Оповедь2, говорится об этом уже с убеждением, и в истинности предания автор рукописи не сомневается. Там передаётся это следующими словами: «Св. Андрей от Иерусалима прошед Голяд, Косог, Роден, Скеф, Скиф и Словен, смежных лугами (степями), достиг Смоленска, и ополчений Скоф и Славянска Великого и Ладогу оставя, в лодью сев, в бурное вращающееся озеро на Валаам пошёл, крестя повсюду и поставлял по всем местам кресты каменные. Ученики же его–Сила, Фирс, Елисей, Лукослав, Иосиф, Косма–повсюду сделали ограды и все посадники доезжали от Словенска и Смоленска, и многие жрецы окрестились и капища Перуна и Велеса разрушили и уничтожили».

О пребывании святого апостола Андрея на Валааме подтверждает сказание «Оповеди», хотя не с такой подробностью, и другой памятник древности: это именно «Вселетник» Киевского митрополита Иллариона, лета 1051.

Во „Вселетнике“ говорится о сём так: „Ноября 30-го, апостола всехвального Андрея Первозванного... и Церкви поборника всхвалим: за неё, якжо древле тому приати в Киев, Смоленск, Новград, Друзино3 и Волаамо“.

На эти предания и сказания нельзя не обратить серьезного внимания. Если признают достоверным предание о пребывании св. ап. Андрея в Киеве и пределах Новгородских, то отчего же не могло быть, чтобы св. апостол предпринял путешествие на Валаам, где надлежало сокрушить для водворения Христовой веры оплот и господство язычества в северных странах? В особенности важно в этом отношении свидетельство митрополита Иллариона. Свидетельство это явилось во дни процветания Валаамской обители, где сведение о сём могло сохраниться разными путями, и явилось из-под пера всероссийского митрополита, к которому Валаам мог иметь иерархическое отношение.

О дальнейшей судьбе христианства на Валааме, после св. ап. Андрея, „Оповедь“ кратко повест- вует слѣдующее4:

„И тако, путешествуя в древности по берегам и на Валаам, Сергий (преподобный) завернул и многия Очеслава монеты, под названием столпцы, взял и Гуруслава монеты, лепёшки златыя; и Полимслав производил строение, а Нуреб и Дористен строили бойницы... и камни с письменами... и упросил вечу5, собравшуюся на берегу рва, о военной обороне. Овай младый, силач непобедимый, явился в судилище пред седмь истцев, дабы злосчаетию сделать определение по закону XII князей, и тако закон вечевой и правление посадническое сим было управляемо, и Варсав судостроитель водяных, и Сила остроумный, a Сергий изобразитель6 любил поселенцев, иностранных, простых крестьян и рабочих людей, и жил три года только, доколе Варсав отыиде к реке Лув, и потом чрез малое время отшел в Коневец, а Сила умре. Сергий окрестил Мунга, наименовав Куартом, и в сие время Сергию было 60 лет. И когда он скончался в пещере Вага, то Куарт, схороня оное7, поставил тот каменный крест на его могиле, который оставил св. ап. Андрей на Валааме. В те же времена, Дреговичей посадник Жлотуг укрылся от Кара-Каллы, императора римского, на Валааме и в пещере св. Сергия избежал опасности и погони“.

Из приведённого драгоценного отрывка из „Оповеди“ видно, что на Валааме, после св. ап. Андрея, существовало уже правительство, во главе которого между другими лицами стояли Очеслав и Гуруслав, очевидно славяне, и, вероятно, посадники, что там существовало своё вече, по образцу новгородского, из семи избранных истцев; что обитатели Валаама под сим управлением имели свои законы XII князей; что они принимали меры для обороны от нападения врагов; что у валаамского правительства были свои монеты; что там Полимелав, Нуреб и Дористен производили строения, некто Варсав строил водяные суда, a Сергий знал и любил письмена; что о Валааме знали и в чужих землях и, в случаях личной опасности, искали себе спасения в нём; что, наконец, и каменный крест св. ап. Андрея сохранился там до времени преп. Сергия Валаамского, что указывает на существование христианства. Словом, надо допустить, что Валаам, до основания на нём монастыря, принадлежал Славянам и, вероятно, находился в гражданском союзе с Новгородом, и на Валааме не исчезали следы христианской православной веры до преп. Сергия, хотя рядом с христианством не прерывалось еще и язычество.

II. О жизни преподобных Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев.

С некоторым вероятием можно отнести житие преподобных Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев, ко временам святой княгини Ольги. В церковной истории Платона, митрополита Московского8, и в рукописном житии св. Авраамия Ростовского9 видно, что остров Валаам еще в X веке по Рождеству Христова был уже обителью и славился подвижниками. В летописи, по Софийскому списку, сказано: „лета 6671 (1163 по Рождеству Христову) обретены быша мощи и пренесены преподобных отец наших Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев, при архиепископе Новгородском Иоанне“10.

Преподобный Сергий не был туземцем Валаамских островов, а пришёл туда, как говорится в церковной службе11, от восточных стран. Одни из исследователей думают, что он был грек, друге – что он славянин и из новгородских посадников. За неимением данных, вопрос этот остаётся открытым. По указанной же выше рукописи „Оповѣдь“, видно, что преподобный был изобразитель, что жил, спасался и кончил жизнь свою в пещере некоего Вага. Святой Сергий был не простой монах, но священно-инок, как изображают его, по преданию, и на св. иконах, из коих первые были списаны с нетленных мощей преп. Сергия уже после его успения, как увидим ниже. Преподобный умер, проживши более 60 лет на земле.

По сказанию церковной службы, и преп. Герман пришёл на Валаам от восточных стран, саном же был, как изображается на св. иконах, в древности снятых с нетленных его мощей, также священно-инок.

О жизни и подвигах свв. Сергия и Германа говорится в службе: „их любовь к Богу была неразлучна, союз братолюбия истинен, молитва непрестанна, нрава кротость, слёз струи приснотекущие, пост, бдение и труды–предел естеcmвa превосходящие “ 12. Еще при жизни они имели от Бога особенные дары Св. Духа. „Тии святые – Сергий и Герман, Валаамские чудотворцы преславные,–говорится в прошении архимандрита Макария 1696 г., – еще живи быша, и тогда прорицаху настоящая и будущая». Память свв. отец Сергия и Германа для всех была священна. Преосв. Амвросий, митрополит Новгородский, в донесении св. Синоду от 25-го августа 1819 года, ходатайствуя о внесении в церковные книги памяти препод. Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев, между прочим, писал: „в списках рукописных, хранящихся в оной обители, довольно есть чудес сих преподобных» В молитве же, напечатанной при их службе, о чудесах их говорится следующее: «Вы бо в недузах явистеся целители, по морю плавающим кормчие и утопающим благонадежное избавлень, и от всякого смертоносного нашествия хранители, паче же от духов нечистых свобождение, и всяких наветом содержимых очищение и помощь»– Вопреки летописи по Софийскому списку, „Вселетник“ митрополита Иллариона даёт разуметь, что и мощи святых Сергия и Германа открыты были очень рано (т. е. ранее 1163 г.), еще в доисторический период Валаамского монастыря, и что они неоднократно переносимы были в Новгород и обратно на Валаам. Во „Вселетнике“ под 1050 годом сказано: «Се лето принесоши с Валаама в Новуград великий преподобных Сергия и Германа утретли раз (в третий раз)». Вот все, что доселе известно о жизни преподобных Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев.

III. Основание монашества на Валааме и судьба обители с 960-го по 1611-й год.

Первым основателем монашества на Валааме почитается препод. Сергий.

Из жития св. Авраамия Ростовского мы видим, что в 960 г. на Валааме было уже значительно устроенное монастырское братство, управляемое игуменом. Препод. Сергий, учреждая на Валааме иночество, в то же время распространял там и христианство.

Дело препод. Сергия по устройству иночества на Валааме продолжал, по преданиям, преемник его, св. Герман: по смерти препод. Сергия, он был настоятелем иноческой общины на Валааме. На свою долю препод. Герман так много потрудился для утверждения монашества там, что предание, наравне с препод. Сергием, ставит его основателем монашества на Севере13. В „Опыте древней и новой летописи Валаамского монастыря“ сказано, что во имя преподобных в самой глубокой древности воздвигнут был и монастырь. Из прошения архимандрита Макария, которое приведено выше, известно, что преподобные предсказали о запустении обители Валаамской, причинённом шведами в 1611 году. Сверх того, в письменных памятниках последующего времени говорится, что святые Сергий и Герман законом установили быть в основанном ими монастыре общежительству14.

По смерти Германа, многие „посадники, по словам „Оповеди“, продолжали владеть Валаамскими островами. Но кто именно, после преподобных Сергия и Германа, устроил иночество на Валааме– неизвестно.

За ними, как видно из одного рукописного памятника монастыря, мы встречаемся уже с Иоакимом, который управлял Валаамским братством в первой и в начале второй половины X века и называется Валаамскаго монастыря игуменом.

За ним Валаамским игуменом был Феогност, имя коего встречается в рукописи о житии преп. Авраамия Ростовского под 960 г. по Р. Хр.

Во дни Иоакима и особенно Феогноста, валаамское иночество имело уже правильное устройство. Там были игумен и братия. В обществе иноков существовали послушания, или степени для искуса желающих ангельского образа. Для совершения богослужения был храм во имя Пресвятой Троицы. Братия обители тщательно проводили богоугодное житие и были добрым примером для других, особенно новокрещённых. О Валаамском монастыре знали уже в Новгороде, Пскове и по другим местам.

С этого именно времени и начинается историческая судьба Валаамской обители.

К числу замечательных лиц этого времени принадлежит препод. Авраамий, постриженник Валаамской обители, впоследствии основатель Ростовскаго Богоявленскаго монастыря. Он пришёл на Валаам из Галических пределов, из Чухломы.

После 960 г., первое разорение Валаамский монастырь потерпел в XI в. Шведы, быв поражены русскими на берегах Ладожского озера, в досаде, плавая по озеру на судах, напали на беззащитных иноков валаамских. До сих пор Валаам назывался обителью Св. Троицы, как то ясно сказано в житии св. Авраамия. Между тем, во всё последующее время он становится известным, по монастырским грамотам, под именем монастыря св. Спаса Преображения.

По всей вероятности, Троицкий Валаамский монастырь, бывший деревянным, был сожжён врагами до основания. Затем, по миновании опасности, устроился новый монастырь. Церковь во имя Спаса построил игумен Мартирий, упоминаемый в старинных памятниках под 1192 годом.

В период цветущего состояния обители, в XIII и особенно в ХIV веке, на Валааме существовали уже здания каменные. Тут были церкви, трапеза, кельи и ограда. Кельи построены были удобно, каждая имела „предсенье“ и для приходящих в монастырь существовала вне монастырской ограды гостиница. На украшение монастыря делались вклады.

Но шведы не давали покоя Валаамской обители и после нового устроения. Монастырь уже со- стоял под владычеством царей русских, и в ограждение своих прав получал от нихъ жалованные грамоты. В ХVІ столетии беспокойные шведы опять завели войны с Россией, и при сём удобном случае не забыли и св. Валаамской обители. Так, в 1578 г. 20 февраля в фанатической ревности о распространении лютеранства, преследуя православных корел, они напали на Валаамский монастырь: 18 человек благочестивых старцев и 16 послушников мученически истреблены были мечом за их твердость в православной вере.

В 1581 г. на острове открылся мор, жертвою которого сделались 37 старцев и 47 послушников. Вскоре после сего несчастия, пламя войны опустошило и самую обитель: церкви, трапезу, кельи и ограду. Это разорение произошло также от шведов, с которыми потом, 18 мая 1595 г., заключён был мир. Царь и великий князь Феодор Иоаннович, узнав про разоренье Валаамского монастыря, повелел царскою казною возобновить его со всеми прежними его правами. Царь Борис Годунов подтвердил это. Монастырь был возобновлён, имел значительный капитал, и существовал в таком виде до 1611 года.

Сообразно с переменным счастьем Валаамской обители, не одинаково было в этот период времени и внутреннее её состояние. То бывали у валаамских старцев самые отрадные минуты жизни и земного блаженства, то они подвергались самым плачевным испытаниям и бедствиям. Так, в 1163 г. валаамские иноки, в ожидании набега шведов на Корельскую страну, что действительно и случилось в 1164 году, открыв св. мощи своих первоначальников Сергия и Германа, перенесли их (то было уже в 4-й раз) в Новгороде, при новгородском архиепископе Иоанне І15. Через 17 лет, при том же святителе, по миновении набега, в 1179 году или в 1180, 11 сентября, иноки принесли обратно на Валаам святые телеса своих заступников и, опасаясь, чтобы в будущем дерзкая рука не оскорбила святыни, по благословению св. архипастыря, иссекли глубочайшую могилу на острове а в ней скрыли святые мощи угодников под спудом, где с тех пор мирно почивают они и по настоящее время. В память сего-то последнего возвращения св. мощей в Валаамскую обитель и совершается теперь ежегодно церковное празднество 11-го сентября.

Внутреннее устройство монастыря, в периоды внешнего его благосостояния, доходило до значительной степени процветания и совершенства. Так было особенно в ХІV в., когда, по заключении мира в Дерпте, в 1348 г., вся Карелия возвращена России, и Валаам отдыхал от гонения иноверных шведов. В это время в обители препод. Сергия и Германа процветали все виды иноческого жития: общежитие, особенное единодушное пребываше по двое и трое (т. е. скитское житие) и отходное уединенное молчание (отшельничество). В этот же период процветания Валаамский монастырь сделался средоточием самых лучших по благочестию людей своего времени и, так сказать, всего северного края.

В XII веке прибыл на Валаам преп. Корнилий, жил здесь некоторое время, и, впоследствии удаляясь отсюда, основал на Онежском озере свою обитель в честь Божией Матери. Обитель его, по имени острова, называется Палеостровскою.

Белозерский князь Глеб Васильевич устроил при устье реки Шексны в ХIII столетии монастырь Усть-Шехонский. Для устройства монастырского порядка он просил у валаамского игумена Мартирия настоятеля. Старцы валаамские в 1251г. отправили к нему своего постриженника Геннадия.

Около 1393 г. прибыл на Валаам из Новгорода св. Арсений и здесь подвизался некоторое время. Оставив Валаам, избегая многолюдства, он основал на острове Коневец на Ладожском же озере монастырь в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

До 1429 г. жил в Валаамском монастыре препод. Савватий Соловецкий, постриженник Кирилло-Белозерского монастыря. Он принят был здесь игуменом в число братии, проходил „со всяцем смирением и многим терпением и кротостию зельною“ все монастырские послушания, и затем удалился на Соловецкий остров.

В одно время с преподобным Савватием провёл несколько лет в Валаамской обители препод. Евфросим Синоезерский, происходивший из рода князей Тепринских. Он прожил 60 лет в затворе Саввиной пустыни близ Твери. Утомленный посещениями иноков и мирян, нарушавших его безмолвие, преподобный, как пишет св. Иосиф Волоколамский, удалился на Валаам; но слава добродетелей его привлекала и сюда к нему целые семейства из окрестных селений, и это побудило его через несколько лет возвратиться снова в Саввину пустынь.

В том же столетии, под руководством преп. Савватия Соловецкаго, подвизался на Валааме инок Геннадий. Савватий был старцем, a Геннадий– учеником. Впоследствии времени, этот Геннадий был Чуковским архимандритом и в 1485 г. возведён на архиепископский престол Великого Новгорода, и вместе с препод. Иосифом Волоколамским мужественно подвизался против распространявшейся тогда в Новгороде и других местах ереси жидовствующих. За свою высокую жизнь и святую ревность он причтён православною Церковью к лику святых.

В 1474 г. явился в Валаамский монастырь св. Александр Свирский. Здесь игумен Иоаким постриг его, на 26 году от рождения, в иноческий сан. Св. Александр проходил все монастырские послушания в беспрерывных трудах, посте и молитвах. Его подвижническая жизнь удивляла строгих валаамских отшельников. Сначала он подвизался в общежитии, потом, отшёл в безмолвие на один из островов монастырских. Этот остров, в память святого отшельника, поныне называется Святым. С Валаама св. Александр удалился на берега Свири, где и основал существующей поныне Троицкий монастырь.

В то же время проводил на Валааме отшельническую жизнь в уединении препод. Афанасий, основатель Сяндемской обители, ученик св. Александра Свирского.

Во дни препод. Александра и Афанасия на Валааме несколько лет подвизался еще св. Адриан Ондрусовский. Он быль схимником. Удалившись с Валаама, препод. Адриан на восточном берегу Ладожского озера основал обитель Ондрусовскую.

Такой дивный сонм святых светил монашества, воссиявших на горах валаамских, показывает нам, в каком цветущем состоянии была подвижническая жизнь иноков Валаама в описываемый период. По степени такого процветания Валаамский монастырь в ХV, XVI и следующих столетиях сталь называться Честною и Великою Лаврою. Обилуя духовными сокровищами, обитель в это время не имела скудости и в средствах к поддержанию своей жизни. Обитель владела имениями, землями, варницами, рыбными ловлями и другими угодьями. В то же время Российские Самодержцы милостиво жаловали монастырь льготными грамотами.

Так дело шло до 1611 года. В этом году, при игумене Макарии, цветущая Валаамская Пречестная Лавра уничтожена была вполне до основания. Шведы, взяв Кексгольм (Корелу), разрушили многие места, высадились и на Валаамский остров, напали на монастырь и здесь все предали огню и мечу. Игумен Макарий, братия и служки, коих имена неизвестны, невосхотевшие расстаться со священным местом духовных подвигов, запечатлели святую любовь ко Христу и преданность к православной Церкви своею кровью, прияв смерть от рук шведов. Св. храмы, кельи, трапезу, ограду, гостиницу – шведы всё пожгли и разорили до конца. Остров опустел. На месте монастыря жестокие враги поставили себе жилища, имея в виду навсегда водворить здесь свое господство. Эти жилища долго оставались на Валааме. Только святые мощи преподобных первоначальников Сергия и Германа почивали на Валааме в глубине могилы, давно уже уготованной иноками. Над ними впоследствии были сооружены крест и часовня.

Не всё, однако же, движимое имущество монастыря погибло: многие вещи, даже довольно тяжеловесные, были спасены от разграбления и уничтожения. Иноки, как видно, ожидали нападения шведов, и на случай его заблаговременно принимали свои меры. Так, с Валаама увезены были многие св. иконы, которые долго сохранялись в разных новгородских монастырях, кресты, ризы, колокола и казна монастырская. Равным образом многие валаамские старцы, иноки и слуги также спаслись от рук шведов, перебравшись в новгородские и псковские монастыри. Наибольшая же часть из оставшихся в живых, не желая расстаться друг с другом, будучи раз соединены прочными узами иноческого братства, удалились в Старую Ладогу. Там, по царскому указу, поместились они в монастыре святителя Чудотворца Николая. В новом селении изгнанников постигло новое испытание. Шведы, разорив Ладогу, умертвили многих из них и захватили часть монастырской казны. Тогда оставшиеся в живых перешли в Тихвинскую Успенскую обитель. Испытания продолжались: поляки напали на Тихвин, и еще многое из монастырской казны отняли. С удалением врагов от Тихвина, иноки, затрудняясь в средствах к жизни, обратились к Новгородскому митрополиту Исидору с испрошением себе пристанища. Святитель назначил им Антониев Двинский монастырь; но и там они не могли найти для себя прочного приюта: там было тесно. Тогда-то валаамский строитель Сильвестр с братиею, в 1618 г., подал челобитную государю Михаилу Фёодоровичу, в которой просил у царя дозволения поместиться в Ладожском Васильевском монастыре16. Государь повелел особенною грамотою, от 11 июля 1618 г., ладожским воеводам Неплюеву и Змееву отвести Васильевский монастырь для обитания Валаамских старцев, дозволить им владеть вотчиною и рыбными ловлями того монастыря, строить монастырские здания и призывать братию. Проживая в Васильевском монастыре, валаамские иноки не считали себя его постоянными обитателями, а монастырь этот–своим. Нет, и строитель, и иноки, по-прежнему, считали Валаам своим местом, себя – иноками Валаамского монастыря, взирая на Васильевскую обитель только как на временное пристанище для своего упокоения.

Разорив Валаам, шведы погубили и плоды валаамских иноков в распространении святой православной веры на финском берегу Ладожского озера. Православные храмы сожжены, священнослужители побиты или изгнаны из своих мест. Многие из православных переселились в Новгородскую и Тверскую губернии; вот почему в этих губерниях мы встречаем селения финнов и корелов.

По Столбовскому договору, заключенному въ 1617 г., Густаву Адольфу, шведскому королю, Россией были уступлены Кексгольм, Корелия и Ингерманландия. Остров Валаам перешёл к шведам и они его заняли. Иноков не было.

IV. Возобновление монастыря в 1717 г. и дальнейшее его процветание.

В течение более чем ста лет на Валааме, на месте обители, было совершенное запустение. Но главное основание, фундамент прежнего Валаама, оставался еще там залогом возрождения монастыря: на острове почивали сокрытыми под землею св. мощи первооснователей Валаамской обители препод. Сергия и Германа. По представительству сих чудотворцев, Господь не восхотел, чтобы место, на котором положено основание православной веры св. ап. Андреем, осталось в запустении, чтобы обитель, в основании которой почивали чудотворцы Сергий и Герман, навсегда исчезла с лица земли после многовекового своего существования.

Архимандрит Кирилло-Белозерского монастыря, Иринарх, поверг Императору Петру Первому, через князя А. Д. Меншикова, доклад о восстановлении монастыря на прежнем его основании. Государю хорошо был известен Валаам, он нашёл целесообразным восстановление монастыря, и вот – в 1715 г. милостиво последовал указ Императора о полном восстановлении Валаамской обители. С благословения преосвященного Аарона, епископа Корельского и Ладожского, который даль на сей предмет грамоту, архимандрит Иринарх приступил к выполнению задуманного им святого дела.

В марте месяце 1717 года на 11-ти лошадях прислана была из Кириллова на Валаам церковная утварь, ризы крашенинные, хлебные припасы и разные хозяйственные орудия. Скоро приступили и к возобновлению монастыря. На первый раз нужно было построить церковь. Первым строителем был инок Александр Рябининский. В самом начале 1719 года церковь с приделами была уже построена. Все строения были деревянные. Новопостроенную церковь освятил сам архимандрит Иринарх.

Таким образом, было положено основание к восстановлению Валаамской обители, которая в течение векового запустения вовсе вышла было из памяти прежних своих почитателей.

Так как все постройки монастыря были деревянные, то к 1751 г. потребовались уже починки, исправления, а также и постройка некоторых необходимых зданий. На этот предмет были отпущены деньги, и обитель начали усердно обновлять, но тут ее постигло новое испытание: 3 апреля 1754 года, в день Светлого Христова Воскресения, после литургии, сделался пожар. Сгорело почти всё. Уцелела только часть монастырской стены над святыми воротами, да часовня в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Из вещей спасено несколько икон, церковные сосуды, малое число книг и три освященные антиминса. Тогда, с разрешения епископа, иноки совершали свое обычное богослужение в Благовещенской часовне, которую просили освятить в церковь, дабы в церковных потребах не последовало остановки.

Щедроты Императрицы Елизаветы Петровны и отеческая заботливость Св. Синода снова оживили погоревшую обитель. Кроме вещественных приношений, монастырю пожертвовано деньгами 8000 р.асс. В 1756 г. в обители снова построены были: деревянная теплая церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы и деревянная же соборная– во имя Преображения Господня с четырьмя приделами. Тогда же устроены были одежды на престолы и для священнослужителей. Прочие монастырские строения были также деревянные. Монастырь обнесён был деревянною же оградой и имел в окружности 250 сажень.

Все церкви, построенные в обители, были холодные, исключая храма во имя Успения Пресвятой Богородицы, зимой служить было почти невозможно, и потому к теплой Успенской церкви в 1759 г. был пристроен теплый придел во имя св. Николая Чудотворца. В этом же году случилось новое несчастье: от страшного ветра, в ночь на 7-е марта, пала новопостроенная колокольня, шатёр разбило на мелкие части и разметало кровли над кельями. В 1763 г. при трапезной построена ещё теплая церковь – во имя Рождества Господа Иисуса.

Таким образом, в короткое время, благодаря усердию настоятеля о. Ефрема, Валаамская обитель обстроилась, но – к 1781 г. монастырские строения начали ветшать, а в 1785 г. они уже представляли весьма печальную картину.

На это печальное положение Валаамского монастыря обратил внимание тогдашни митрополит Новгородский и С.-Петербургский Гавриил. Деятельный архипастырь, желая восстановить древний Валаам, вызвал в 1781 г. из Саровской пустыни, Тамбовской епархии, опытного старца Назария, который 7 марта 1782 г. и был определён строителем в Валаамский монастырь.

Старец Назарий, следуя по пути предшественников своих, Валаамский монастырь обстроил еще более. Он составил план каменного монастырского здания, существующего по настоящее время и составляющего его четырёхугольник. С помощью благотворителей, лет в восемь возведено было все монастырское зданиѳ, в окружности слишком 140 саж. Был построен каменный двухэтажный собор, колокольня, церкви Успенская и Никольская, кельи, дома для рабочих, дом для странников и каменная же пустынная келья отца Назария–место повременного духовного отдохновения старца от тяжких трудов настоятельства. Внешнему устройству монастыря, кроме других, весьма много споспешествовал митрополит Гавриил – и своими средствами и через других.

Преемник о. Назария, о. Иннокентий, усердно продолжал начатое предшественником. Он построил больницу с церковью, и его стараниями возник почти весь, по настоящее время существующий, внешней четырёхугольник монастырского корпуса. В 1811 г. все монастырские здания были уже каменные.

По смерти о. Иннокентия, около 7 лет управлял монастырём игумен Ионофан, и в это короткое время на северо-западной стороне внешнего монастырского корпуса он построил двухэтажный домик и на северо-восточной–одноэтажный флигель, где помещается в настоящее время библиотека, распространил монастырскую трапезную, переделал старую больницу и обратил ее в ризницу, оградил каменною стеною братское кладбище и во храме преподобных установил отправление ранних заупокойных литургий.

V. Внутреннее монастырское управление и жизнь.

1. Монастырский устав.

Отец Назарий, исполняя волю митрополита Гавриила, ввёл в Валаамском монастыре общежительный устав Саровской пустыни. Подлинник Саровского устава был составлен на основании древних правил иноческой жизни в 1706 г. одним из первоначальников Саровской пустыни, иеромонахом Исаакием, и утверждён для употребления в 1711 г. местоблюстителем патриаршего престола, рязанским митрополитом Стефаном Яворским, глубоким знатоком древностей церковных. Валаамский устав есть точный список с устава Саровской пустыни. Он написан славянскими буквами на 124 листах в четверть. Сущность его можно представить в следующем виде. Устав разделяется на две части, или на два отдела. В первом отделе изложены правила благочиния в 24 главах; во втором– порядок, в котором должно отправляться Богослужение, в особенности монашеское правило и всенощные бдения.

Между прочим, в первом отделе, в следующих главах заповедуется.

В 16-й главе: воспрещается настоятелю и братии иметь какую-либо самомалейшую собственность. Вновь вступающий в монастырь обязывается не оставлять ни у себя, ни у знакомых и родственников ни денег, ни вещей, как бы они велики или ничтожны ни были, но предоставлять все монастырю в распоряжение настоятеля, а предоставленное монастырю уже не считать своим.

В 17-й главе обязывается всякий брат, когда подадут ему милостыню для монастыря или собственно для него – будет ли эта милостыня состоять в деньгах, или съестных припасах, или одежде, или пище, или какой другой вещи,– все представлять в монастырь в пользу общежития, а собственно в свою пользу ничего не брать и не утаивать.

В 18-й главе воспрещается всякому брату брать какую бы то ни было монастырскую вещь, самомалейшую, без благословения настоятеля. Взявший что без благословения, считается укравшим. Если же посторонний возьмёт вещь, принадлежащую монастырю, то не смущаться, а с сохранением спокойствия уведомить о том настоятеля.

В 19-й главе заповедуется братии сохранение благочиния при общих и частных послушаниях.

В других главах: 6. Настоятель и братия, в особенности же настоятель, обязываются отнюдь не употреблять пищи вне общей трапезы. 8. Воспрещается и настоятелю и братии держать в монастыре и употреблять, даже вне монастыря, какие бы то ни было хлебные напитки. 10. Воспрещается братии принимать в кельи мирских людей, в особенности женского пола и отроков.

12. Воспрещается братии, за исключением настоятеля, без особой благословной причины, входить в разговоры с приезжающими в монастырь монахами и мирскими.

В заключение написано очень сильно пространное и душеполезное наставление, наполненное цитатами из отеческих книг, о пользе устава и правил для иноческой жизни, и о вреде, проистекающем от самоволия, самочиния и беспорядка.

Во втором отделе предписывается вообще отправлять все Богослужение единогласно, со вниманием и благоговением.

2. Характер монастырской жизни.

Главный характер жизни монастырской есть строгое соблюдете вышеприведённого общежительного устава. Этим уставом для всего братства определяются общие труды, общая молитва, общая трапеза, одинаковая для всех одежда и все прочее.

Составляя многочисленное общество и собственными руками удовлетворяя большей части своих нужд, братья заняты многоразличными трудами. Труды их называются „послушаниями“.

Первое из них–послушаниѳ отца настоятеля. Оно возлагается на него всем братством и в нём утверждается он Св. Синодом. В общежительном монастыре все малейшие предметы должны необходимо доходить до его сведения, чтобы, с одной стороны, сообщить всему внутреннему управлению характер единства, а с другой–чтобы освободить должностных от греха самовольства, отягощающего совесть послушника и производящего смущение в братстве.

Второе послушание – наместника: он главный помощник настоятеля по всем отраслям монастырского управления.

Третье послушание – казначея, который ведёт приход и расход сумм монастырских.

Четвертое–ризничего, заведывающего ризницею. За ризничим следуют духовники. Кроме духовников, никто из иеромонахов не может принимать на исповедь ни братии, ни приезжающих в монастырь богомольцев.

Все означенные лица избираются в должности настоятелем с совета братии, утверждаются же в них епархиальным архиереем.

За должностными лицами следуют, так называемые, старцы. Всякому, вступающему в монастырь для спасения души, назначается от игумена старец, т. е. инок преклонных дней и, главное, опытный в духовной жизни.

Вступивши обязывается во всю жизнь чистосердечно открывать назначенному ему старцу все свои дела, желания и помышления и следовать во всём его советам и руководству, а не движениям своего самовольного разума и воли.

Кроме трудов по должностям, настоятель и старшая братия, кои облечены саном священства, исправляют череду священнослужения наравне с иеромонахами, не имеющими особых послушаний и должностей.

Чередные иеромонахи и иеродиаконы, сверх своей череды, продолжающейся сряду три недели, проходят должности эконома, келлиарха, рухольного, библиотекаря, письмоводителя, или занимаются клиросным послушанием, или письмом по уставу, или чем-либо другим по их способностям и силам.

Прочая братия проходит послушание, смотря по способностям: клиросное, пономаря, звонаря, вырезывают крестики и образа, тачать ложки и проч.; друге занимаются мастерствами: иконописным, столярным, слесарным, малярным, кузнечным, деланием глиняной посуды, шьют различные вещи, одежду и обувь на братию; занимаются в канцелярии собора.

Еще иные из братии пекут просфоры, хлебы, возят воду, колют и возят дрова, варят квас, прислуживают при трапезе, трудятся в поварне, стирают бельё, ловят рыбу. Такие послушания называются общими.

Все иноки, начиная с наместника и до самого последнего послушника, участвуют летом в уборке сена, в саждении и уборке овощей и плодов в садах и на огороде. Освобождаются от этих трудов только престарелые иноки, не имеющие сил к телесным трудам. Но, взамен того, такие лица получают назначение читать Псалтирь, с присоединением поминовений благотворителей и братии по существующим в монастыре синодикам.

В местах, где занимаются несколько братий, непременно между ними находится старший, который на языке монастырском называется „хозяином“. Без благословения его брат не имеет права ни начать, ни окончить, ни сколько-нибудь изменить своего дела.

Трудам послушания посвящает братия время от раннего утра до вечерней трапезы. Занятые послушаниями, иноки только в праздничные дни бывают при всех церковных службах, затем в прочие дни недели приходят они к утрени и, отслушав ее до кафизм, идут на труды свои и после вечерней трапезы участвуют в общем вечернем правиле.

Неся все труды для пользы целого общества, братия получает все нужное от обители. Каждому, по приличию, из братской рухольной выдаются вещи, нужные для одежды и обуви: толстого сукна черный и серый подрясники, подрясник нанковый, овчинная шуба, шерстяная мания и низенький драдедамовый клобук составляют все вещи их недорогого одеяния. Изношенная одежда возвращается в рухольную и, взамен её, с благословения настоятеля, выдается новая. Вновь вступающему в монастырь отпускается: нижнее бельё, одежда и обувь. Валаамская обитель может снабдить во всякое время до ста человек всем необходимым.

Трапеза для вех общая, предлагаемая два раза в день. В определенные дни – рыбная с коровьим маслом, в прочие–постная из овощей и в дни строгого поста и говенья без масла и один раз в день. На трапезе для каждого брата ставится глиняная тарелка монастырского изделия и деревянная ложка и кладется кусок хлеба. Два такие прибора покрывает ручник (салфетка); между двух деревянных солонок помещается медная чаша с квасом и ковшом. Одна чаша с кушаньем служит для четверых, сидящих по два, друг против друга. Собравшееся в трапезе садятся за стол не прежде, как иноки пропоют установленные молитвы и не раньше того, как очередной иеромонах благословит кушанье. Столы по правую сторону трапезы занимают иноки по старшинству; на прочих местах размещаются послушники и богомольцы. По звонку первосидящего, выходят из-за стола новоначальные из братии за следующими кушаньями, приносят их из поварни и, ставя на стол, произносят молитву: „Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас“. „Аминь“, отвечает им старший брат, и отдаёт бывшее до того блюдо. Во все продолжение трапезы чередный брат в будни читает особым напевом жития святых. В праздничные дни священнослужителем читаются приличные поучения и преимущественно беседы св. Димитрия Ростовского. В трапезе хранится глубокое молчание. Стол валаамской братии состоит из нескольких кушаний разного рода, не больше, впрочем, четырёх блюд. Их приготовляют вкусно, но только по-монастырски, без особенных приправ; жареной рыбы на монастырской трапезе никогда не бывает. Количество же и некоторое разнообразие в пище допускается не для пресыщения, а с тою целью, чтобы каждый брат мог иметь хоть одно блюдо по своей натуре, ибо при великих трудах монастырского братства невозможно оставить его, при ограничении стола одним родом пищи, без средств к подкреплению сил и здоровья. После трапезы братия благодарить Господа, яко дал Он им брашно в веселие, и молят Его благость не лишить их и небесного царствия. Молитвы вообще поют, и благословение чередного священнослужителя завершает их. По окончании трапезы, келарь берёт от настоятеля благословение для приготовления стола на будущий день. Излишне и говорить, что посты, положенные по уставу св. православной Церкви, соблюдаются все в той силе и степени строгости, с какими они заповеданы инокам древними правилами. В большие праздники, по древнему монастырскому правилу, совершается чин „о панагии“, т. е. о Всесвятой Богородице. Шествие в трапезу совершается с особенной торжественностью.

Получая от монастыря все нужное, ни один брат не имеет права приобретать для себя ни малейшей собственности. В их кельях даже нет ни чернил, ни бумаги; денег они вовсе не видят во все время пребывания в монастыре, и если кому-либо из них они присылаются, то, по правилу монастырскому, сохраняются в монастырской казне, или вовсе, по желанию их, поступают в её пользу, но отнюдь не выдаются на руки. Часто случается, что проживающие в монастырской гостинице богомольцы, не зная правил монастыря, дают что-нибудь прислуживающему им иноку, желая возблагодарить его за труды для них. Но никогда не было, чтобы инок согласился принять это вознаграждение, вопреки своим обетам и послушанию. Ответствуя на просьбу словами: „спаси вас Господи“, инок отказывается принять деньги и предлагает опустить их в монастырскую кружку на гостиницу. И если усердствующий богомолец настаивает на своём желании, то брат, с благодарностью приняв деньги, при нём же опускает в монастырскую кружку. Если же богомольцы дают вместо денег какую-либо вещь, то гостиный брат относит ее к настоятелю, и она поступает в общее достояние обители. Но монастырь ни от кого и ничего не требует за оказываемое благочестивым поклонникам гостеприимство. Пожертвования же, если какие делаются, то делаются добровольно жертвователями, по собственной их совести.

Скитяне монастыря, само собою разумеется, подчиняются общему монастырскому уставу, исполняя требуемые послушания. В двунадесятые праздники к божественным службам собираются обитатели всех скитов в монастырь, и тогда разделяют они вместе с монастырскими братьями общую трапезу.

Что касается до тех валаамских иноков, которые, по достоверном свидетельстве о житии своём, получили от монастырского начальства благословение спасаться по пустыням,–эти строгие подвижники, вместо ежедневного богослужения, постоянно упражняются в келейных молитвах, совершают по древним уставам монашеское правило, а для поддержания жизни и сил, довольствуются самою скудною пищей, которую и приготовляют сами. В великие же праздники, пустынники, подобно скитянамъ, приходят, несмотря ни на какую погоду, в монастырь, участвуют с прочими в общем богослужении и разделяют трапезу.

3. Вступление в иночество.

Валаамская обитель с духовною радостью и любовью приемлет всякого искренно желающего подвизаться в ней для спасения души.

Желающий поступить в монастырь, прежде всего испрашивает на то благословение настоятеля, и как только будет им принят, немедленно исполняет следующие условия: отдаёт в обитель на сохранение все принесенное с собою имущество и, вместо собственного платья, надевает монастырское, самое смиренное и, так сказать, убогое. Одевшись же в монастырскую одежду, новопоступивший проходит сперва общие послушания, от которых, кроме телесной неспособности, не избавляется ни один человек, хотя бы был самого высокого происхождения. Эти для тела довольно трудные послушания оказываются весьма полезными для души: показывая подвижнику немощи, они смиряют его ум, смягчают сердце, научают любить и уважать ближних, показывая необходимость и полезность даже самого последнего из них в порядке общежительной монастырской жизни.

Время испытания (искуса) новоначального в чёрных трудах или в общих послушаниях на Валааме не всегда одинаково. Если настоятель усмотрит, что брат пришёл в монастырь совершенно Бога ради и на общих послушаниях трудится усердно, безропотно и со смирением, то его от чёрных трудов, буде нужно, освобождают даже чрез несколько месяцев; в противном же случае, он проходит их до тех пор, покуда–или укрепится в добром намерении, или, соскучившись оными, сам выйдет из монастыря.

Надо заметить, что труды на общих послушаниях хотя не слишком обременительны и часто бывают легче трудов на послушаниях особенных, но первые тяжелее для человеческого самолюбия, потому что на общих послушаниях братом руководствуют не один, a несколько хозяев.

Всякому брату, при поступлении в монастырь, назначается старец, руководством которого направляется вся жизнь подвижника в монастыре, от первого дня до самой могилы.

Если брат, поступивший в монастырь, пожелает со временем определиться в число монастырских послушников, то просит о том словесно или письменно о. игумена, который благонадёжного принимает в свое стадо. Окончательное определение в послушники зависит от епархиального преосвященного. Ходатайствуя о сем, настоятель при помянутом прошении брата представляет начальству метрическое его свидетельство и документы о беспрепятственности к поступлению в монастырь.

Точное соблюдете святых правил общежития, трудолюбивая и благочестивая жизнь, при беспрекословном послушании определённого в послушники, само собою располагают настоятеля удостоить желающего и пострижения в рясу и камилавку.

Монашеское пострижение на Валааме совершается вполне по требнику. Пострижение в мантию может быть не раньше, как через три года по приукажении брата в послушники, да и то, если он имеет не менее тридцати лет от роду.

Между прочим, по уставу монастыря, предписывается: а) Увещевать того брата, который, по отдании своего имущества в монастырь, захотел бы взять назад все, или часть; непокоряющегося увещанию, устранять от общества, б) Предписывается увещевать того монаха или послушника, который захочет выйти из монастыря, по причине какой-нибудь скорби; непокоряющегося отпускать, не дав ему мира, как мытарю и язычнику, как уподобляющемуся Иуде предателю, в) Повелевается оставившего таким образом монастырь, впоследствии возвратившегося с покаянием и общающегося до конца жизни пребывать в монастыре, принимать, но взяв наперёд с него письменное удостоверение, что впредь он будет терпелив, смирен и покорлив. г) Воспрещается принимать монахов и послушников из других монастырей без согласия их настоятелей. Если же кто пожелает переместиться из другого монастыря с согласия своего настоятеля, того не скоро принимать, но сперва объявить ему устав монастыря и вручить кому-либо из братии в научение. По испытании и по принятии от него обета во всём подчиниться уставу–принять.

Смерть кого-либо из братии монастыря, возвещается тремя ударами в большой соборный колокол. Услышав печальный звук колокола, каждый инок тотчас оставляет свое дело, за которым трудился, и совершает молитву за новопреставившегося брата. По опрятании тела, почившего обвивают в мантию, в одежду нетления и чистоты, а на главу его возлагают клобук–шлем надежды спасения. По совершении всех молитвословий, братья несут усопшего на раменах на кладбище. Печально перезванивают на колокольне, и тело опускают в могилу при трезвоне во все колокола. По преставлении брата, все сподвижники его, после каждого молитвословия, в течение шести недель, полагают по шести поклонов с молитвою о его упокоении. Имя его тогда же вносится во все синодики для вечного поминовения за упокой.

4. Настоятельство монастыря.

Настоятельство в монастыре навсегда Высочайше утверждено, согласно древним порядкам Валаама, игуменское. Монашествующих по штату положено 70, и согласно 5 пункту Высочайше утверждённых 29 мая 1832 г. правил, такое же число послушников, следовательно – всех братий 140. В наличности же с богомольцами, проживающими для приобучения к монашеской жизни, число братии постоянно бывает не менее 400.

Число это увеличивалось последовательно. В 1733 г., спустя весьма значительное время после возобновления монастыря в 1717 г., всех братии в обители было 22 человека, в том числа только два иеромонаха и ни одного иеродиакона. Увеличение братии началось собственно со времён игуменства о. Иазария, т. е. с 1782 г. При начале своего возобновления Валаамский монастырь не имел своей самостоятельности и был приписан к Кирилло-Белозерскому монастырю, по участию архимандрита сего монастыря Иринарха в обновлении Валаама. С 1720 года Валаам получил самостоятельное существование, управляясь сперва строителями, а потом игуменами. С тех пор Валаамский монастырь ненарушимо хранит сей образ иноческого правления, хотя сами Венценосцы предлагали возвести Валаамскую обитель на степень архимандрии. Так, Государь Император Александр І-й, в бытность свою на Валааме, изъявил готовность учредить в Валаамском монастыре архимандрию, но старцы, по любви к простоте, просили его утвердить здесь навсегда игуменство. Тогда, как бы взамен непринятой по глубине смирения архимандрии, Государь пожаловал в монастырь, в 1820 г., украшенный бриллиантами наперсный крест для всегдашнего ношения его настоятелями при священнослужениях17.Самый монастырь, по Высочайшему повелению 2 апреля 1822 г., возведён был в первый класс, по уважению древнего его существования и благоустройства, с тем, чтобы обитель Валаамская сохраняла принятые ею общежительные правила и настоятелями её были бы всегда игумены. Сверх того, постановлено было, чтобы игумены избираемы были из валаамских братий.

По возобновлении монастыря, настоятелями Валаамской обители были следующие лица: Архимандрит Кирилло – Белозерского монастыря Иринарх (1718), возобновитель Валаамской обители после разорения шведами в 1611 году18. Строители: иеромонах Савва (1720), иеромонах Иосиф Шаров (1723), иеромонах Тихон (1724). Игумены: Ефрем (1754–1782), Назарий (1782– 1801), Иннокентий (1801), Ионафан, Варлаам, Вениамин и Дамаскин (с 1839 по 1881 г.), Ионафан (с 1881 г.).

Замечательнейшими из них были следующе:

1. Строитель Иосиф. Происходил из купеческого рода гор. Ладоги.

2. Игумен Ефрем. Уроженец Оленецкого края, происходил из духовного звания. Ум. в Петербурге в 1782 г. Жил 70 л. Много потрудился для обители.

3. Игумен Назарий. Сын причетника села Аносова, Тамбовской губернии. Подвизался в Саровской пустыни. Вызванный оттуда на Валаам, устроил обитель заново, и со времени его игуменства обитель процветает все более и более. Скончался в Саровской пустыни 23 февр. 1809 г. 74 л. Там же и погребён.

4. Игумен Иннокентий. Сын поселянина Олонецкой губ., дер. Рижкалицы. Сделавшись настоятелем обители, хорошо вёл хозяйственную часть и неутомимо заботился об улучшении внешнего быта умножавшегося братства. Сдав монастырь новому настоятелю, жил на спокое. Умер в Петрозаводске в 1828 г., 90 лет от роду.

5. Игумен Ионафан. По происхождению простой ремесленник С.-Петербурга. Имел весьма добрый характер. Скончался в 1830 г.

6. Игумен Варлаам. Родом из московских купцов. Управлял обителью три года. Любим был за высокий ум и за строгую подвижническую жизнь.

7. Игумен Дамаскин. Избран в настоятели после отца Вениамина, уволенного на покой. Происходил из крестьян Тверской губ., Старицкого уезда. В мире–Дамиан. В юности посетил Киев, Соловки. На Валаам пришёл в 1819 г. Нёс послушание конюха и хлебопека. В 1823 г. пострижен был в рясофор, а в 1825 г.–в монашество с именем Дамаскина. Жил в скиту, затем удалился в пустыню, где занимался рукоделием, писал по уставу книги и делал деревянные ложки. 4-го декабря 1838 г., по приказанию Государя, в Петербурге, в Казанском соборе, отца Дамаскина посвятили в иеродиакона, через два дня – в иеромонаха, а 30 января 1839 г. во игумена.

Приняв жезл правления, о. игумен Дамаскин все свое старание прилагал привести в добрый порядок свою обитель, и усердно, хотя и медленно, исподволь, приводил свои предначертания в исполнение, встречая не мало препятствий и весьма серьёзных огорчений. Устроив внутреннее состояние обители, он немедленно принялся и за внешнее её благоустройство, и в скором, сравнительно, времени, с помощью благодетелей, на всех окраинах Валаама появились

благолепные скитские храмы и самый монастырь принял обновленный вид: возникли новые здания, часовни, церкви; приобретены новые острова. Им же задумана постройка и нового Преображенского собора, но построить оный судил Бог его преемнику о Ионафану, трудившемуся с ним, в должности казначея, во всех постройках. Проболев десять лет, о. Дамаскин умер 23 января 1881 г. Погребён на созданном им новом кладбище. Жил 86 лет, управлял обителью в сане игумена 42 года, на Валааме жил 62 года. Деятельность его по устройству монастыря неоценима.

Ранее Валаамский монастырь состоял вместе с другими обителями С.-Петербургской епархии, под ведением одного благочинного, которым, обыкновенно, назначался издавна архимандрит Сергиевой пустыни, что в 15 в. от Петербурга, близ Стрельны. Но с 7-го ноября 1863 г., ради большего удобства, а равно согласно с духовною и хозяйственною пользою, он отделён от этого благочиния. Настоятель Валаамского монастыря сделан и благочинным его, с подчинением его же благочинию монастыря Коневского. Настоятель монастыря, его наместник, казначей и ризничий вместе составляют старшую братию монастыря и в деле управления образуют из себя, так называемый, монастырский собор. В потребных случаях они собираются по приглашению настоятеля на совещание, постановляют определение и за общим подписанием представляют их епархиальному начальству на благорассмотрениѳ и утверждение.

5. Средства монастыря.

Положительными средствами к содержанию монастыря служат суммы, отпускаемые ему из казны: по штату І-го класса– 1,148 р. 77 к., больничных 28 р. 64 к., за монастырские рыбные ловли с угодьями и якимварский участок 4,805 р. К этому счету с 1863 г. прибавилась сумма в 1,200 р. ежегодно отпускаемая, взамен штатных монастырских служителей, на содержаниѳ 24 человек служителей вольнонаёмных, с назначением каждому по 50 р. с. в год. Всего же на монастырь отпускается ежегодно 7,182 р. 41 к.

Само собою разумеется, что эти средства далеко не соответствуют потребностям Валаамской обители–на поддержание храмов, всех зданий, содержание братии и всех многосложных частей её управления, при увеличивающихся ежегодно требованиях во всех отношениях. Этот недостаток значительно восполняется собственными трудами братии по землевозделыванию и другим хозяйственным статьям, также добровольными приношениями благотворителей.

Кроме того, монастырь имеет недвижимые имущества в гг. Сердоболе, С.-Петербурге, Новгороде и Москве.

Как недвижимое имущество, монастырю принадлежать также несколько островов, приобретённых в 1866 году. Вот эти острова:

Остров св. Германа19. Находится в 30-ти верстах от Валаама. Здесь часовня, кельи, скотный дверь и др. угодья. Братии 20 чел. Занимаются хлебопашеством, сенокосом и др. хозяйственными работами, избытки коих отсылаются в монастырь. Окружность острова около 10 в. Здесь же и каменные ломки; камень–темно-серый.

Остров св. Сергия20. В 18 в. от монастыря. Окружность его 15 вёрст. Местность превосходна и величественна. Тут горы (каменные) высотою саж. в 30. На поверхности леса, у подножия–поля и луга); есть и озерки, наполненные разною рыбою и живут во множестве утки и гагары. Кругом острова ездовая дорога. Здесь деревянная часовня во имя преп. Сергия Валаамского и величественный каменный крест в 10 арш. выш. На острове добывается серый гранит превосходной доброты. Отсюда гранит добывали для церкви, построенной в Петербурге в память Императора Александра II, а также и на Николаевский мост. Братии 8 человек.

Остров Тихвинский. От монастыря в 25 в. Окружность его 6 в. Здесь деревянная часовня с образом Тихвинской чудотворной иконы Божией Матери. Поверхность плоская, низменная, грунт местами каменистый и торфяной, поросший лесом. Ловля рыбы.

Остров Мигорка. В 18 в. от монастыря. Окружность 2 в. Кустарники и скудный сенокос. Ловля рыбы.

Остров Елай. В 5 в. от монастыря. Окружность полторы версты. Грунт–песок, камень, поросший мхом и травой. Здесь деревянная часовня во имя великомуч. Димитрия Солунского. Ловля рыбы.

VI. Географически очерк Валаама.

Валаам–одень из самых больших островов Ладожского озера, в древности называвшегося Нево (по Нестору) и Алдаген (у Ганзейских городов). О первоначальных обитателях острова никаких исторических данных не имеется. В более близкое к нам время остров населяли славяне, имевшие образ правления, господствовавший у Новгородцев. Остров Валаам, с прилегающими к нему островками, круто поднимается в северной части озера и по гражданскому управлению принадлежит к Сердобольскому уезду, Выборгской губ., от которого отстоит в 45 верстах. Со всех сторон Валаам окружён еще другими, меньшими, островами, числом около 40. Своею группою они образуют на озере небольшой архипелаг, который от запада к востоку тянется с лишком на 12 вёрст, а от севера к югу–вёрст на 7. Основные толщи Валаамских островов состоят преимущественно из огромных кряжей тёмно-серого гранита, который от влияния атмосферы рассыпается и по времени превращается в землю. Чем выше острова поднимаются над уровнем воды, тем рыхлее поверхность их и тем заметнее на них растительность. Удобных для поселения островов не более пяти. Весь архипелаг, в Совокупности с большими островами, составляет менее 30 вёрст, причём Валаам занимает почти три четверти всех монастырских владений. Глубина вод, омывающих берега монастырских островов, местами увеличивается постепенно, местами же сразу доходит от трёх до десяти и даже сорока сажен и более. Поверхность островов преимущественно гористая; берега же их частью отлогие, a частью круты. Во многих местах, выступив из воды совершенно отвесною скалою, они представляют мрачные, гигантские стены, стоящие над водою от двадцати до двадцати трёх сажен. С каждым годом острова почти на треть дюйма выступают из омывающей их воды, которая, по учёным исследованиям, убывает на Ладожском озере в течение ста лет с лишком на полтора аршина.

Все монастырские острова в сложности занимают около 3100 дес. земли. Из показанного количества земли до 20 дес. занято под монастырские строения, а также садами и огородами. Около 500 кв. саж. отведено под кладбище. Затем почвы удобной для посевов и сенокосной имеется всего до 130 дес. До 700 дес. покрыто разным лесом и кустарниками. Остальное же пространство состоит отчасти из мест болотистых, а более из каменных гор, покрытых мхом, брусничником и бесполезным кустарником. Для улучшения почвы вырываются канавы, очищается лес. Хлебопашество на Валааме незначительно. Сено же и огородные овощи родятся в изобилии. Яблони, вишни, простые и шпанские, крыжовник, калина и смородина в монастырских садах весьма плодовиты. Из ягод в лесах растёт красная малина, черная смородина, брусника, клюква, земляника, черника и другие. Грибов, кроме белых, груздей и рыжиков, насчитывается более 10 сортов.

Хищных зверей на Валаамских островах нет. В лесах водятся только зайцы, белки, лисицы и олени. Олени людей не дичатся. Из пресмыкающихся на монастырских островах встречаются небольшие змеи, ужи и ящерицы. Постоянные на Валааме птицы: ворон, ворона, дятел, синица и воробей. Из перелётных летом живут две или три пары орлов, журавли, филины, ястреба, кукушки, гагары, чайки, утки, соловьи, горлицы, дрозды, скворцы, жаворонки, чижи, щеглы, зяблики, малиновки, снегири и др. мелкие птицы.

Климат Валаама умеренный, но непостоянный. Весна начинается с половины апреля, лето–с половины июня. Самые сильные жары бывают в половине июля. Во второй половине августа на Ладожском озере начинаются бури и воздух становится похожим более на осенний, нежели на летний. Зима обыкновенно начинается в ноябре. Прочный зимний путь по озеру становится только в последних числах января, а иногда в половине февраля и даже ещё позже. Обыкновенно воды валаамские сбрасывают ледяной покров свой в начале мая месяца, сообщение же по воде между Валаамом и берегами озера открывается около половины мая. Но разбитые массы льда встречаются на озере даже в первых числах июня.

На монастырских островах растёт лес преимущественно хвойный: сосна и ель; довольно березы, ольхи, осины, рябины, черемухи, есть клены; много можжевельнику; встречается калина и жимолость. Лес растёт медленно. Искусственно разведены дубы, липы, кедры, каштаны, пихта, лиственница, лесной орех, тополь серебристый и бальзамический, вяз. Строевого леса на монастырских островах почти вовсе нет.

Рыба ловится в разное время следующих сортов: лосось, палья ямная и кряжевая, язь, харьюс, налим, щука, окунь, плотва, ёрш, корюшка, ряпушка, сиг нескольких пород, лучший– „сиг валаамка“. Тюленей много. В валаамских озёрах водятся: щука, окунь, карась, лещ, плотва, ёрш.

В монастырских парниках с успехом разводятся арбузы, тыквы и дыни. Арбузы бывают весом до 20 ф., дыни до 7, тыквы-до 2 пуд.

Из всех валаамских заливов и проливов более замечательны, как по величине и удобствам для судоплавателей, так и по живописности: Монастырский пролив и заливы–Московский, Железняковский, Баионовский, Большой и Малый Никоновские. Никоновский считается лучшею пристанью на Ладожском озере.

VII. Монастырские церкви, здания и другие сооружения.

1. Общий вид –Кельи– Трапеза–Сады.

Валаамский монастырь расположен на лавой стороне Монастырского пролива, на обширном темени огромной гранитной скалы. На площадку монастыря ведёт из-под горы от самой пристани, гранитная лестница; она каменная, о 62 ступенях, и седлана при игумене Дамаскине в 1877 г.

Поднявшись по этой лестнице налево, по верху обрывистой 15-ти саженной горы, поставлена между каменных столбов железная решётка монастырского изделия, длиною в 120 саж.; по всему протяжению горы до старого братского кладбища, направо же возвышается гостиница. Средину площадки, почти против Святых Ворот, занимает мраморно-гранитная часовня, воздвигнутая в память посещения монастыря Государем Императором Александром Николаевичем. Она воздвигнута на том именно мест, где сподобил Господь братию встретить Венценосного Богомольца. Против святых же ворот возвышается небольшой гранитный обелиск с надписями о посещении монастыря Императорами Александром І и Александром II, Великим Князем Константином Николаевичем и другими Августейшими посетителями.

Здание монастыря состоит из двух четырёхугольников, заключённых один в другом. Вход в монастырь с южной стороны открывают Святые Ворота, над которыми высится купол церкви св. ап. Петра и Павла.

Против Святых Ворот, во внутреннем четырёхугольнике, расположены другие ворота, служащие входом во внутренний широкий монастырский двор. На правой стороне этого двора – выстроенный в 1889 г. соборный храм Преображения Господня и под ним церковь преподобных Сергия и Германа Валаамских. По углам видны купола церкви Успения Пресвятой Богородицы и бывшей Никольской. Налево против собора небольшое крытое, выступившее крыльцо ведёт к кельям настоятеля. Против ворот – одноэтажный флигель занят общею монастырскою трапезою, которая примыкает к зимней каменной церкви во имя Успения Пресвятой Богородицы. Над самыми вратами – аптека. В прочих местах – ризница и кельи братии.

Во внешнем четырёхугольнике от Святых ворот на западе помещаются, во втором этаже, кельи „Царские“, получившие свое название от пребывания Высочайших Особ. Далее кельи наместника и кельи братии. Против Святых ворот, на северной стороне, в одноэтажном флигеле помещается братская больница. Среди этого флигеля, возвышающийся купол покрывает двухэтажную больничную церковь – Живоначальной Троицы и Живоносного Источника Пресвятой Девы Богородицы. В прочих местах расположены: канцелярия, монастырский архив, иконописная, фотография, просвирня, библиотека и разные мастерские. Все здания монастыря, кроме главного собора, возникли при прежних настоятелях, и в том же виде, но в улучшенном положении, сохраняются по настоящее время. Из числа воздвигнутых прежде храмов, в 1854 г. упразднён только один храм святителя Николая Чудотворца. Причиною упразднения его, с одной стороны–было то, что в станах его оказались значительные трещины, с другой – то, что с построением новой церкви во имя этого угодника Божия на Никольском острове, не было надобности поддерживать в монастыре существование соимённого обветшалого храма. По надлежащем исправлении, здание упраздненной церкви обращено для хранения церковных вещей, требовавших особого от ризницы помещения.

Архитектура всех монастырских зданий очень простая. Келья настоятеля небольшая, со сводами. Кельи братии расположены по обеим сторонам общего коридора, подобно кельям греческих монастырей. Каждая из них имеет не более полуторы сажени длины, а в вышину и того менее, со сводом, и освещается одним окном. Стол, стул или два, скамья с войлоком и подушкой – вот все принадлежности иноческого жилища. В коридоре стоит общий умывальник и вода. Аптека монастырская не велика, но устроена прекрасно и снабжена необходимыми медикаментами.

Трапеза монастырская представляет длинную комнату, освещённую с двух сторон рядом больших окон. Пол её выстлан плитою, потолок имеет своды. На передней её стене – выкрашенный деревянный иконостас. Столы в трапезе расставлены в три ряда, вдоль их тянутся длинные скамейки. Среди трапезы небольшая кафедра.

С северной стороны монастыря, примыкая к монастырю и обнесенное каменною оградою, находится старое братское кладбище. Под густою тенью вековых клёнов, здесь покоится прах двух настоятелей монастыря: игуменов Иннокентия и Ионофона, и многих братий. В 1882 г. поставили крест каменный общий над всеми почившими, вышиною 6 арш. с пьедесталом из чёрного гранита. У сего креста в праздник св. ап. Петра и Павла, во время крестного хода, совершается лития по всем здесь почивающим.

По берегу монастырского залива, при подножии огромной гранитной скалы, держащей на своих крутизнах развесистые вековые клены, разведён прекрасный сад с фруктовыми деревьями. Он образовался на луде (голом камне) под присмотром монаха Гавриила в схиме Григория, лет в двадцать, многотрудным наносом земли.

Южную подошву монастырской горы занимает издавна другой сад вместе с большим огородом. Этот сад примыкает восточною стороною к каменному мосту, устроенному в 1884 году между двух гор, для уравнения дороги. В саду издавна существует пруд. В саду яблонь до 60 сортов. Тут же разводятся и некоторые аптекарские травы.

2. Монастырские храмы.

Храмов в монастыре шесть.

Первое место между ними занимает новый соборный храм Преображения Господня, начатый строением в 1887 г. и оконченный в 1889 г. игуменом Иоанафаном с братией, на том же самом месте, где был и прежний, существовавший около ста лет и сломанный в 1887 году. Закладка нового храма сделана была в том же году в присутствии Их Императорских Высочеств Великого Князя Владимира Александровича и Великой Княгини Марии Павловны, причём закладка совершена Его Высочеством своеручно. Величина храма в длину с колокольней 30 саж., в ширину 15 саж., в вышину с куполом 20 саж.; колокольня вышиною 83 саж., многоэтажная. Здесь две церкви, обе с хорами; фундамент по окна нижнего этажа более трёх аршин, из серого валаамского гранита, а выше идёт кирпичная кладка, из своего кирпича; в окнах полированные колонны, из своего чёрного гранита. Главный престол в верхней церкви– Преображения Господня, в нижней–во имя преп. Сергия и Германа, Валаамских чудотворцев; тут же, у второй колонны, с правой стороны, почивают и нетленные их мощи под спудом, где они положены по возвращении из Новгорода в 1718 году. Над святыми мощами серебряная рака: она сооружена в 1823 г. усердием о. Иннокентия, на пожертвованную сумму. На ней выкованы: на верхней доске во весь рост изображения преподобных, на боковых сторонах изображения перенесения мощей их, на передней – надпись о сооружении раки и на задней – вид монастыря. Карнизы раки кованые с четырьмя литыми херувимами и другими украшениями. Весу в раке всего серебра 192 фунта. Постройка нового собора, вызванная теснотой старого, производилась под наблюдением о. игумена Ионафана с братией. Все материалы, как-то: плита, цоколь, кирпич, известь, доски и проч. – своего домашнего приготовления. Пять куполов храма и колокольни увенчивают вызолоченные гальванически по красной меди кресты, работы мастерской братии. Внутренность храма блещет свежестью и изящной простотой. Он настолько обширен, что достаточен не только для многочисленной братии и рабочих, но и для всех приезжающих в летнее время богомольцев. На колокольне первый колокол в честь св. ап. Андрея весит тысячу пудов.

Хотя Преображенский собор и окончен постройкой в 1889 г., но окончательная отделка его продолжалась до 1896 г. В этом году, 19 июня, в присутствии Его Императорского Высочества Великого Князя Владимира Александровича и Их Императорских Высочеств Княгини Марии Павловны, Великого Князя Кирилла Владимировича и Великой Княгини Марии Александровны Герцогини Саксен-Кобург-Готской,–было совершено торжественное освящение главного престола во имя Преображения Господня, устроенного в верхнем храме нового собора. Торжество освящения совершал высокопреосвященный Антоний, архиепископ Финляндский и Выборгский совместно с настоятелем монастыря о. Гавриилом и духовенством Валаамской обители и местных окрестных церквей. После богослужения высокопреосвященный Антоний сказал прочувствованное слово, посвященное торжественному дню. На торжество собралось много высокопоставленных лиц и богомольцев.

Второй храм– Успения Пресвятой Богородицы. Он теплый, и в течение всей зимы с 1 октября до тёплых весенних дней служить местом собрания всей братии на молитву.

Третий храм–св. ап. Петра и Павла.

Над святыми воротами четвертый – Живоначальной Троицы, и под ним пятый – Живоносного Источника.

Все эти храмы, кроме церкви Успения, небольшие. Иконостасы в них деревянные, местами позолоченные. Особенно хорош стрельчатый иконостас церкви св. ап. Петра и Павла. Иконы в них в последнее время все поновлены, с сохранением характера прежних изображений.

3. Ризница и библиотека монастыря.

Ризница монастыря занимает небольшую крытую галерею, близ церкви Успения Пресвятой Богородицы. Вход в нее существует из Успенской церкви. Ее образует небольшой коридор. Окна прорезаны по обеим сторонам и ограждены железными решётками. Священные одежды хранятся в шкафах, которые поставлены в ряд посредине ризницы и представляют глазам как бы один сплошной шкаф со многими по обеим сторонам стеклянными дверями. Священные же сосуды хранятся в особых шкафах, помещенных у стен ризницы. Монастырская ризница не изобилует многими священными облачениями, но и чувствительного недостатка в них не терпит.

В ризнице, кроме вкладов царских, по своей святыне, древности и достопамятности, особенного внимания заслуживают:

1. Хоругвь, по малиновой шелковой материи вышита золотом и серебром, с изображением Сошествия Св. Духа и внизу иконы надпись: „Раб Божий князь Димитрий Михайлович Пожарский“.

2. Портрет св. Тихона, епископа Воронежского, писанный с натуры ближайшим учеником угодника Божия, монахом Никандром.

3. Образ Пресвятой Богородицы Казанской в серебряной вызолоченной ризе, украшенной изумрудами и другими драгоценными камнями. По преданию, образ этот находился в опочивальне Императрицы Елизаветы Петровны.

4 Образ св. Ап. Петра и Павла и разных святителей, от коих частицы св. мощей находятся в серебряном, позолоченном с чернетью кресте, вставленном, в образ.

5. Два напрестольные креста: один с 25-ю, а другой с 15-ю частями св. мощей разных угодников Божьих.

6. Образ 26 лиц святых отличного иконного письма; частицы их св. мощей находятся во вставленном в образ серебряном позолоченном крестике.

7. Образ св. Афанасия, патриарха Иерусалимского, с малейшею частицею св. его мощей.

8. Образ преп. Нила Столбенского–в серебряной ризе, с двумя малыми частями ев. его мощей.

9. Евангелие напрестольное в серебряном вызолоченном окладе, весом около двух пудов.

10. Три покрова, богато шитые серебром и золотом, на раку св. Угодников.

Монастырская библиотека, по случаю неоднократных совершённых разорений монастыря, не заключает в себе многих письменных памятников относительно истории Валаама и вообще древностей. Как видно из надписей на некоторых книгах, она стала вновь составляться после восстановления Валаамской обители при Петре І. Первые настоятели монастыря были и первыми её основателями.

С жалованных монастырю царских грамот имеются только копии. Есть старопечатные книги, рукописи пергаментные и бумажные, синодики; один из синодиков прислан в 1583 г. царём Иоанном Васильевичем. Книг печатных разных годов находится в библиотеке более десяти тысяч томов; значительная часть их приобретена при настоятеле Дамаскине. Это книги разного содержания, духовного и светского. Обращают внимание на себя лексиконы на разных языках. В 1883 г. библиотека увеличена против прежнего вдвое. Сделаны каменные своды, обезопасена от огня водопроводом. При ней вдвое увеличена и переплетная. В библиотеке хранится 9 медалей серебряных и одна золотая, полученных монастырём с 1865 по 1888 г. за садоводство, огородничество и школу рисования. Книги приобретались большею частью настоятелями, но были вкладчики и из мирян: напр., некто дьяк Михаил Воинов в 1719 г. пожертвовал Пролог, печати 1685 г. при патриархе Иоакиме. В настоящее время сокровища библиотеки, по нуждам братии, увеличиваются приобретениями монастыря, на собственные его средства. Из библиотеки монастырской братии для чтения выдаются книги преимущественно подвижнического содержания и предпочтительно на славянском языке. Светские же книги, по крайней необходимости, выдаются только по особому благословению настоятеля.

4. Хозяйственные постройки монастыря.

Главное место между ними занимает прекрасное здание водопровода. Здание построено в 1864 г. и поставлено на северной стороне монастыря, на берегу крутой гранитной скалы, возвышающейся над поверхностью омывающего ее озера, на 40 саж., и состоит из трёх этажей. Вода добывается посредством паровой машины из колодезя, который сообщается с озером трубою. Машина в час доставляешь около 30 сороковых бочек воды. Та же машина, посредством приводов, в особых отделениях, пилит лес на доски, мелет муку, приводит в действие токарные станки, на которых выделываются разные металлические и деревянные вещи. Тут же устроена прачечная, баня и кузница.

Рабочий и конюшенный каменный дом. Построен в 1871 г. Тут помещается: трапеза для работников, рухольная с одеждою, конюхи, рабочие, куба для кипячения воды, кухня. Конюшня помещается на противоположной стороне сзади дома. Тут же сараи для экипажей и пожарных инструментов, колёсная и тележная мастерские. Лошадей здесь около 80-ти. Стойла для лошадей прекрасные. Каменный хлебный амбар. Выстроен в 1882 г. Хранилище это устроено наивозможно безопасным образом для всех монастырских съестных продуктов.

Смолевой завод. На северной стороне, в расстоянии одной версты, на берегу пролива. Он каменный. Тут братией выгоняется смола, скипидар и уголь. Тут же вблизи находится и печь для обжигания извести.

Кожевенный завод. Вблизи смолевого. Построен в 1885 г. Деревянный. Выделываются кожи и овчины.

Кроме того, около монастыря есть: рига, гумно с молотильной машиной, скудельный (глиняный) завод, кирпичный завод. Глина добывается светло-синего цвета и кирпич выделывается весом не менее 14 фунтов.

В шести верстах от монастыря сухим путём и в двух водяным, к западу от монастыря, находится монастырская ферма. Выстроена в 1881 г. Тут, между прочим, производится разведение рыбы из икры в осеннее и зимнее время, которая потом, в мае, выпускается в залив. На ферме устроено все прочно и практично и все трудами братии.

VIII. Скиты Валаамского монастыря.

1. Скит во имя Всех Святых.

Это один из обширнейших скитов монастыря. Он находится в двух верстах к северо-западу от обители и устроен при игумене Назарии. Настоятель игумен Дамаскин, в 1844 году, привёл его в лучшее состояние. Со всех сторон скит окружён высоким и густым хвойным лесом, и потому кругом его тишина необыкновенная. На восточной стороне скита видна небольшая каменная часовня в прославление крестных страданий Господа Иисуса. Близ часовни на востоке, в роще, виднеется могила старца иеро-схимонаха Антипы, который при жизни сподобился получить от Бога дар прозорливости.21 Здание скита Всех Святых построено четырёхугольником; восемь отдельных корпусов его соединены каменною оградой, углы которой замыкает башня с остроконечными крышами. Среди скитского двора возвышается двухэтажный храм византийской архитектуры. Колокольня восьмигранная и на ней находится 12 колоколов. В нижнем этаже–церковь во имя Всех Святых, в верхнем– во имя всех небесных Сил Бесплотных.

Нижняя церковь теплая. Иконостас в ней деревянный, раскрашенный с колоннами, местами вызолоченными. Иконы в нём хорошей работы. Невысокая, освящённая шестью окнами, эта церковь, с её скромными украшениями, трогательно говорит о смиренном шествии святых к небу, памяти которых она посвящена, и располагает к тихой, умиленной молитве. В ней совершается очередное неусыпаемое чтение Псалтири, за которым поминаются имена живых и усопших как братий, так и благотворителей, усердствующих вписать свои имена для поминовения, вечного или временного. Церковь освящена соборно 18 августа 1849 года.

Верхняя церковь имеет характер церкви торжествующей, небесной. Ярко освещена она окнами с боков и с пролётного купола. Иконостас её весь вызолочен; царские врата резные. Иконы все писаны по золотому фону золотистыми красками. Вся стенная живопись писана масляными красками монастырскими живописцами. Пол выстлан плитою. Храм торжественно освящён 19 июля 1850 г. Жизнь в скиту строгая, пища постная круглый год. Женщинам вход в этот скит дозволяется только один раз в году –в праздник Всех Святых, который бывает в первое воскресенье после Троицы. Тогда из монастыря совершается в скит крестный ход.

2. Скит святого Николая.

Скит находится на небольшом острове при въезде с озера в Монастырский залив, на левой стороне. Прежде этот остров назывался Крестовым, теперь же носит название Никольского. На вершине этого острова с давних лет стояла каменная часовня во имя Святителя Николая. На все стороны были сделаны в часовне окна, и в тёмные ночи зажигался в ней фонарь для освещения водного пути к монастырю. Но в 1853 г., иждивением купца Николая Солодовникова, на острове воздвигнут небольшой, но прекрасный храм русской архитектуры, не окрашенный. Иконостас храма искусной резьбы, вызолоченный; иконы все отличного письма золотистыми красками. За левым клиросом, в нише, обращает на себя внимание разное изображение Святителя Николая; ранее оно находилось в часовне. Храм освящён 23 июля 1853 г.–Летом в этой церкви, по четвергам, совершается литургия, и ежедневное непрестанное чтение Псалтири, за которым поминаются имена живых о здравии и усопших о упокоении, как монастырской братии, так и благотворителей, записавших имена свои и родных своих для вечного или временного поминовения.

Тут же на острове устроен еще дом для помещения священнослужителя и братии. В нём домовая церковь во имя преп. Иоанна Дамаскина. Служба в ней и неусыпное чтение Псалтири совершается и в зимнее время. Постоянно живущих братьев 8 человек.

С южной стороны острова устроена небольшая деревянная пристань. В летнее время, по прибыли из Петербурга пассажирского парохода, немедленно возят богомольцев на монастырских больших лодках в этот скит на молебен.

3. Скит преподобного Александра Свирского.

Скит носить еще название Святоостровского, потому что находится на Святом острове, отстоящем от монастыря на семь вёрст к северо- востоку. Прежде этот остров был известен под именем Старого Валаама и первым обитателем его был преподобный Александр Свирский. Как следы пребывания боголюбивого отшельника на острове там доныне видны: его пещера в расселине скалы и могила, осенённая теперь гранитным крестом, ископанная, по преданию, святыми его руками.

В память богомудрого подвижника, неподалеку от священной его могилы, в прежнее время существовала деревянная часовня. Вместо часовни, в 1855 г. на средства петербугского купца Василия Михихаиловича Никитина, построена церковь во имя преподобного Александра Свирского. Церковь необыкновенно проста. Она вся деревянная, древней русской архитектуры. В ней, кроме священной утвари, нет ничего металлического: иконостас, паникадило, лампады, подсвечники–все вырезано и выточено из кипариса. Иконы греческой иконописи.

На западной сторон острова, с вершины, по скалам, лепится деревянная лестница, ведущая к священной пещере преподобного Александра и на восточной, по отлогостям, тянется дорога к небольшой деревянной пристани. В летнее время, по воскресеньям, возят сюда из монастыря богомольцев на монастырском пароходе, который пристает с северной его стороны. Тут пассажиры выходят с парохода на пристань, и, поднявшись на гору, идут по узкой тропинке, в половине обрывистой горы, в пещеру преп. Александра, где, поклонившись святому месту, поднимаются по лестнице на самый верх горы– в церковь. Отстояв молебен, идут обратно по прямой уже дороге на пароход и отправляются в Ильинский скит.

С устроением храма, построены на острове два небольшие деревянные домика с кельями для братии, которых здесь восемь человек; третий домик с их кухней и трапезой. По уставу скита молочную пищу здесь никогда не употребляют. Служба здесь бывает только в праздничные дни, а в будни неусыпное чтение Псалтири продолжается день и ночь, с поминовением имён монастырской братии и благодетелей.

Между храмом и кельями разведён огород и фруктовый сад.

4. Скит св. Иоанна Предтечи.

Остров, на котором находится скит, назывался прежде, по-фински, Серничан, т. е. Монашеский. Теперь он носит название Предтеченского и отстоит от монастыря в 4-х верстах, выдвигаясь в озеро громадным утёсом и сплошь покрытый высоким лесом. Предполагают, что здесь, по разорении Валаама шведами в 1611 г., когда главный остров был занят финнами, поселились изгнанные монахи. Остров затем посещался рыбаками, которые проживали здесь в оставленных кем-то избушках.

В 1855 г. здесь была устроена небольшая часовня во имя св. Иоанна Предтечи, а в 1858 г. эту часовню заменила церковь. Церковь эта перевезена из Ладоги, из Васильевского погоста, где ее построили удалившиеся туда во время нашествия шведов22 Валаамские монахи. Церковь небольшая, одноглавая, с возвышенною граненою колокольней. Внутренность её проста и вместе с тем изящна: сосновый резной иконостас и стены не окрашены. Иконы древние. На колокольне старый колокол времён Бориса Годунова, тоже привезенный из Новой Ладоги. Храм освящён 20 июня 1858 г. Вблизи храма домик и высеченный в скале колодезь. Храм, домик и колодезь обнесены деревянною оградою. В средине ограды разведён фруктовый сад. На острове есть еще четыре пустыньки, и есть еще теплый храм во имя Трёх Вселенских Святителей. Он устроен в каменном фундаменте Предтеченской церкви и может быть назван пещерным. Иконы пещерного храма хорошей работы, а пол и подоконники мраморные. Освящён 30-го января 1860 г. На западной стороне острова, у крутого обрыва, возвышается большой гранитный крест. По южному склону от ограды храма спускается дорога к пристани. В скиту соблюдается строгий устав постничества. Вкушать рыбного и молочного здесь не дозволяется, не дозволяется также и пить чай. Скит для женщин совсем недоступен.

5. Скит св. пророка Илии.

Остров, на котором находится скит, назывался прежде Лембос. Остров этот небольшой23 и отстоит от монастыря, на восток, в расстоянии 10-ти вёрст. Выстроен скит в 1867 г. Церковь во имя св. пророка Илии построена на южной стороне острова, на половине горы (остров представляет гору, покрытую вековым лесом). Она деревянная с колокольнею, небольшая, но прекрасно отделанная. Иконостас внутри храма резной. Вблизи высеченный в каменной скале, колодезь, и вокруг него фруктовый сад. Летом посетителей возят в этот скит на монастырском пароходе, в неделю раз, по воскресеньям. Братии здесь живёт 7 человек.

К югу от острова св. Илии, через пролив в 200 саж., расположен остров Баионный.На нём деревянная часовая во имя св. пр. Елисея. Пролив служит превосходною гаванью для плавающих по озеру судов.

6. Скит Коневской чудотворной иконы Богоматери.

Скит выстроен в 1870 г. на западной стороне от монастыря, расстоянием: сухим путём–шесть вёрст, проливом–три версты. Местность живописная, между двумя озерками, соединенными деревянным мостом. Церковь во имя Коневской чудотворной иконы Богоматери воздвигнута на каменной скале. Она деревянная, небольшая, с колокольней. Внутренность церкви отделана прекрасно. Здесь постоянно подвизаются два старца. Посетителей возят сюда на лодках по проливу.

Скит замечателен тем, что здесь, в течете семи лет, уединенно подвизался о. Дамаскин, возведенный впоследствии в настоятели Валаамского монастыря и мудро управляющий им в течете сорока лет. Келью о. Дамаскина показывают в полуверсте от церкви. Келья разделена на несколько маленьких комнаток: в одной он занимался рукодельем, в другой–переписыванием отеческих книг, в третьей – совершал молитвенное правило и поклоны, в четвертой–поставлен деревянный дощатый гроб, работы его рук: гроб этот служил ему вместо постели. С наружной стороны кельи, у стены, стоит деревянный 4-х аршинный крест работы о. Дамаскина. Вблизи кельи растут линиями кедры, лиственницы, дубы и пихты: их посадил о. Дамаскин, будучи уже настоятелем.

7. Скит Преподобного Авраамия Ростовского.

Находится на отдельном островке, в расстоянии полуверсты от Монастырского острова и в семи верстах от самого монастыря, на юг. Церковь сооружена в 1873 г., она небольшая, красивой архитектуры, с колокольнею. Сооружена во имя препод. Авраамия Ростовского потому, что здесь, на Валааме, в 960 годах, на его горах, подвизался сей преподобный.24 Не в дальнем расстоянии от церкви жилые дома, колодезь, сад и огород. Здесь братии шесть человек.

Окрестность Авраамиевского островка весьма живописная; вокруг расположились небольшие островки, поросшие лесом. На одном из островков построен деревянный дом для рыбаков. В полуверсте от Авраамиевского островка виднеется, так называемый, остров Дивный. Он с версту в окружности и имеет вид неприступной крепости, да и в самом деле неприступен, потому что со всех сторон поднимается отвесно. На вершине его еловый лес и среди него деревянный крест.

IX. Кладбищенская церковь.

Сооружена во имя всех Преподобных Отцов, в посте просиявших, о. Дамаскиным. Находится в расстоянии одной версты от монастыря, на востоке. Церковь каменная с каменною же колокольнею, стоящею отдельно. Внутренность церкви отделана изящно, иконостас украшен резьбой и вызолочен. Это последнее из множества сооружений о. Дамаскина. Церковь освящена 12 сентября 1876 года. Здесь о. Дамаскин приготовил себе могилу и даже сам первый и обновил кладбище25. Памятник над его могилою красуется на северо-востоке близ алтаря, и воздвигнут усердием братии. Крест высотою 3 арш. чёрного гранита, полированный: под крестом два пьедестала из чёрного и красного гранита. Вокруг памятника железная решётка.

Обедни в Кладбищенской церкви бывают по субботам, и здесь же служат заказные обедни от усердствующих посетителей.

Вся окрестность Кладбищенской церкви величественна, составляя как бы венец Валаамских красот. Здесь, помимо роскошной природы, линиями рассажены разного рода деревья, которые не растут в диких Валаамских лесах: кедры, лиственницы, пихты, тополи, дубы, липы, орехи, благовонные кустарники и проч. Здесь же издавна заведён питомник разных деревьев, из коего они и рассаживаются по всему острову. За ними ухаживают братья на то определённые.

X. Часовни на Валааме.

По всему Валаамскому острову проведены широкие, гладкие дороги, окаймлённые лесом, часто бросающим на них сплошную тень. Эти аллеи рассекают остров, ведя от монастыря к разным пунктам его владений. Повсюду на них встречают путника то святой крест, то уединенная часовня.

Всех часовен на Валаамском архипелаге устроено девятнадцать.

Вот имена святых, в честь коих воздвигнуты часовни.

1. Часовня Знамения Божией Матери. Она вся мраморная с колоннами.

2. Тихвинской чудотворной иконы Божией Матери, на Тихвинском острове.

3. Во имя Соловецких чудотворцев–Зосимы и Савватия.

4. Во имя св. ан. Андрея Первозванного.

5. Смоленской чудотворной иконы Божией Матери всех угодников Божиих, спасшихся или только подвизавшихся некоторое время на Валааме.

6. Во имя препод. Сергия Валаамского чудотворца, на Сергиевском острове.

7. Во имя св. пророка Елисея, на Бионном острове.

8. Владимирской чудотворной иконы Божией Матери.

9. Во имя св. Бессребреников Космы и Дамиана.

10. Во имя Псковско – Печерской чудотворной иконы Божией Матери.

11. Во имя Казанской чудотворной иконы Божией Матери.

12. Во имя Тихвинской чудотворной иконы Божией Матери.

13. Во имя Покрова Божией Матери.

14. Во имя Божией Матери, именуемой Утешение или Отрада.

15. Благовещения Божией Матери.

16. Во имя Всех Святых.

17. Во имя препод. Германа Валаамского чудотворца, на Германовом острове.

18. Во имя св. великомуч. Димитрия Солунского, на острове Ела.

19. Во имя препод. Нила Столбенского.

Первые пять часовен обширнее прочих и благообразнее, из них первые две каменные. Иконостасы и образа во всех часовнях новые. В них имеются все священнические облачения и богослужебные книги.

XI. Кресты.

Всех крестов, каменных и деревянных, по разным местам островов Валаама насчитывается до десяти.

Прекрасный большой гранитный крест поставлен при соединении двух скитских дорог: ездовой и пешеходной. Близ Никоновой пристани, на скале и на вершине огромной скалы в Чёрном носу, под навесом, поставлены также деревянные большие кресты. Тоже и при въезде в монастырский пролив осеняет путешественников каменный крест изящной работы.

XII. Пустынные кельи.

Из прежних пустынных келий в окрестностях монастыря сохранились:

1. Каменная пустынная келья о. игумена Назария. Находится близ Кладбищенской церкви и деревянной старой часовни во имя препод. Сергия Радонежского. Келья существует более ста лет. В ней о. Назарий уединялся на время во дни своего настоятельства и жил около трёх лет по увольнении от должности, до отъезда в Саровскую пустынь. Около неё разведён рассадник дубов, кедров, лип и других деревьев, и поставлен гранитный крест в память блаженного о. Назария, восстановившего Валаамскую обитель. Крест из чёрного гранита и вышиной 3 арш. Опустясь от кельи, под горку, под сенью пихт, стоить колодезь, устье которого отделано мрамором, с надписью: „Глубиною 5 арш., сделан при игумене Дамаскине.

2. Деревянная ветхая пустынная келья схимонаха Николая. Она находится в ста саженях от Кладбищенской церкви, на востоке, на пригорке. Дорога к ней идёт через лиственную рощу. Келью эту изволил посетить в Бозе почивший Император Александр І и кушал у старца репу. Впоследствии посещали ее также: в Бозе почивший Император Александр II, а также Великие Князья и Княгини26. Со времени этого посещения, над кельей сделан деревянный навес. Вблизи кельи и могила старца Николая, на поверхности коей стоить крест и деревянная гробница.

3. Деревянная пустынная келья настоятеля о. Дамаскина. Находится, как уже сказано выше, в полуверсте от скита Коневской чудотворной иконы Богоматери. Пустынька эта далее прочих отстоит от монастыря.

4. Деревянная пустынька монаха Антония. Стоит в глухом лесу, уже ветхая и вся поросла мхом.

5. Деревянная пустынька иеросхимонаха Евфимия. После кончины этого подвижника, в ней ЗО лет жил и спасался уединенно схимонах Сергий.

6. Есть еще пустынька инока Афанасия.

7. Пустынька иеросхимонаха Антония. Находится на Скитском озере.

Пустынные кельи эти все стоят праздны и сохраняются только как память о прошедшем. В настоящее время пустыньки существуют на отдалённом Предтеченском острове. Там их четыре. Две построены в 1859 году, одна в 1860 г., четвертая в 1862 г. Все они небольшие, деревянные.

* * *

1

«Мифы Слав. Языч.» Деппинга, изд. 1849 г., стр. 133 –135.

2

Рукопись эта весьма древняя и находилась в библиотеке Валаамского монастыря. Перев. знатока древностей г. Сула-Кадзева. Еще „Вал. мои.“, изд. 1847 г.

3

Грузино.

4

По изложению г. Сулакадзева.

5

Суд из избранных мужей.

6

То есть умеющий писать, резать, выделывать буквы и другие вещи из камня и дерева.

7

To есть тело.

8

Москва, 1805, т. I, стр. 57.

9

Рукопись Валаамского монастыря, стр. 4–5. По ред. этой рукописи и преосв. Макарий приводит в своей истории житие преп. Авраамия.

10

СПБ., 1795 г., ч. I, стр. 165.

11

Изд. 1862 г., стр. 34.

12

Изд. 1862 г., стр. 11.

13

Для полноты сведений об основании Валаамской обители, приведём и еще одно мнение. Как известно, Карельский берег Ладожского озера, близ которого лежит Валаам, поступил в состав российских владений не ранее XIV в., именно в 1348 г. По свидетельству шведских историков Локцева и Далина (Локцевъ – 1676 г.. Далинъ –1805, т. IV, стр. 614) часть Карелии в этом году была уступлена России в первый раз, при заключении мира между великим князем российским и шведским королём Магнусом ІІ-м. Поэтому многие исследователи старины время жития преп. Сергия, a следовательно и время основания Валаамской обители, относят также к половине XIV в. В подтверждение своего мнения, они ссылаются на хранящуюся в Новгородской Софийской библиотеке рукописи (правила ев. апостолов и семи соборов, в 4, под .№ 39), на доске которой написано старинною рукою: „в лето 6837 (1329 по Р. Хр.) нача жити на острове на Валаамском озере Ладожском старец Сергий. По другим запискам, к этому основателю Валаамской обители в 6901 года от с. мира пришёл в сожительство преподобный Герман. Как бы там ни было, но уже самою неизвестностью подтверждается древность основания на Валааме иноческой обители и что основателем этой жизни был именно преподобный Сергий.

14

„Акты Историч.“, изд. Археографической Коммисии, т. I, стр. 235.

15

В это же время святитель Иоанн приказал снять изображения с препод. Сергия и Германа. (Софийская летопись, 1795 г., ч. I, стр. 165).

16

Васильевский монастырь находился близ г. Старой Ладоги, на правом берегу Волхова, напротив города. Назван по храму св. Василия Кессарийского. Упразднён в 1764 г.

17

Указ 1820 г., № 1312.

18

Из настоятелей до разорения известны: Игумен Феофан (992), Мартирий (1192), Порфирий (1332), Сила (1417), Иоаким II (1474), Давид, Савватий, Игнатий, Иоаким III (1507), Исайя, называемый строителем (1540), Никодим (1578), Геннадий (1585), Феодорит I, Феодорит II, Исайя II, Варлаам игумен, Фотий, Макарий, Ефрем, Матфей, Лаврентий, Давид (1598) и Макарий (1606). В Васильевском мон.: Феодорит III (1616), Сильвестр (1618), Евфимий стр. (1645), Киприан (1648), Савватий (1651) и Евфимий II стр. (1667).

19

Наз. прежде «Суска-солма»

20

Наз. прежде «Путосари»

21

Родом был молдаванин. Прибыл в Валаамскую обитель с Афона в 1865 году и прожил в скиту до самой своей кончины, 10 января 1882 года.

22

В 1611 году.

23

Окружность его две версты, вид величественный.

24

Мощи препод. почивают в Ростове. Обретены в 1107 г. при вел. кн. Всеволоде–Гаврииле. Праздн. 29 октября.

25

Старое кладбище небольшое, находится близ монастыря, но на нём уже не хоронят почившую братию.

26

Император Александр І посетил монастырь 10 августа 1819 г., Александр II с Августейшим семейством – 28 июня 1858 года.


Источник: Сост. И. К. Кондратьев. Издание И. А. Морозова. Москва. Типография Вильде, Малая Кисловка, собственный дом. 1896. От Московского Духовно — Цензурного Комитета печатать дозволяется. Москва, 26 июня 1896 года. Цензор Протоиерей Иоанн Петропавловский.

Комментарии для сайта Cackle