профессор Александр Павлович Лопухин

Толковая Библия
Толкование на книгу Екклесиаста, или Проповедника

Глава 9

1–6. Смерть – удел всех. 7–10. Правильное пользование жизнью. 11–12. Сила случая. 13–18. Сила мудрости.

Ближе всматриваясь в судьбу праведников, Екклезиаст находит новое доказательство суетности человеческой жизни и необходимости довольствоваться теми немногими радостями, которые доступны людям.

Еккл.9:1. На все это я обратил сердце мое для исследования, что праведные и мудрые и деяния их – в руке Божией, и что человек ни любви, ни не­на­висти не знает во всем том, что перед­ ним.

Праведники и мудрые находятся в полной зависимости от Бога. Даже их действия и чувства не вполне обусловливаются их свободной волей, но подчинены бывают времени и случаю. Человек не может предвидеть, где и когда зародится в нем любовь или ненависть, и не в силах любовь превратить в ненависть, ненависть в любовь. «Во всем том, что перед ним», т. е. во всем, что предстоит ему, что случится с ним.

Еккл.9:2. Всему и всем – одно: одна участь праведнику и нечестивому , доброму и [злому], чистому и нечистому, при­носящему жертву и не при­носящему жертвы; как добродетель­ному, так и грешнику; как клянущемуся, так и боящемуся клятвы.

"Всему и всем – одно«. Буквальнее с еврейского: «всё, как всем» (LXX и славянский неправильно перевели: «суета во всех»), т. е. с праведниками всё случается, как со всеми людьми. Одна участь – смерть – и для праведников и для грешников. После слова «доброму» LXX, Вульгата и сирийский перевод прибавляют «злому» (см. слав. – «Случай един праведному и нечестивому, благому и злому, и чистому и нечистому… яко кляныйся, тако и бояйся клятвы»). Возможно, что таково было первоначальное чтение и в подлиннике. «Клянущемуся». Следует разуметь не вообще произносящего клятву, так как Екклезиаст, как видно из Еккл 8.2, не считает ее грехом, но призывающего имя Божие всуе (Исх 20.7), без нужды, легкомысленно и даже ложно. Такая клятва у пророка Захарии ставится наряду с воровством (Еккл 5.3). Некоторые экзегеты под боящимися клятвы и не приносящими жертвы разумеют ессеев, отрицавших клятву и жертвы. Но о столь раннем возникновении ессейской секты мы ничего не знаем из исторических памятников.

Еккл.9:3. Это-то и худо во всем, что делает­ся под солнцем, что одна участь всем, и сердце сынов человеческих исполнено зла, и безумие в сердце их, в жизни их; а по­сле того они отходят к умершим.

Великое зло в том, что участь и праведников и грешников – одна. Те и другие одинаково умирают и отходят в шеол.

(Еккл.9:4.) Кто находит­ся между живыми, тому есть еще надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву.

(Еккл.9:5.) Живые знают, что умрут, а мертвые ничего не знают, и уже нет им воз­даяния, по­тому что и память о них пред­ана забве­нию,

(Еккл.9:6.) и любо­вь их и не­на­висть их и ревность их уже исчезли, и нет им более части во веки ни в чем, что делает­ся под солнцем.

В шеоле же все равны, все равно ничтожны, ничтожны настолько, что жизнь самого незначительного человека ценнее пребывания в шеоле великого человека, так как умершие не знают ни надежды, ни воздаяния, ни любви, ни ненависти и, вообще, не имеют части ни в чем, что делается под солнцем.

Все проявления духовной жизни человека, любовь, ненависть, знание, мудрость, размышление (ст. 10) Екклезиаст ставит в неразрывную связь с условиями земного существования как явления, возможные лишь «под солнцем», в соединении с телом. С разрушением тела прекращаются и жизненные проявления, наступает состояние глубокого сна, состояние полужизни. При таком представлении о загробной жизни, разумеется, не могло быть речи о различии в судьбе праведников и грешников, о воздаянии за гробом; утверждая, вообще, существование суда Божия, Екклезиаст нигде не распространяет его на потустороннюю жизнь. Мало того, он описывает ее в чертах, исключающих всякую мысль о воздаянии.

Еккл.9:7.  Итак иди, ешь с весельем хлеб твой, и пей в радости сердца вино твое, когда Бог благо­волит к делам тво­им.

Еккл.9:8. Да будут во всякое время одежды твои светлы, и да не оскудевает елей на голове твоей.

Еккл.9:9. Наслаждайся жизнью с женою, которую любишь, во все дни суетной жизни твоей, и которую дал тебе Бог под солнцем на все суетные дни твои; по­тому что это – доля твоя в жизни и в трудах тво­их, какими ты трудишься под солнцем.

Еккл.9:10. Все, что может рука твоя делать, по силам делай; по­тому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни раз­мышле­ния, ни знания, ни мудрости.

Свои печальные размышления Екклезиаст заключает, по обыкновению, призывом к наслаждению жизнью. Чем мрачнее будущее человека, тем более он должен ценить радости земного существования.

Еккл.9:11. И обратил­ся я, и видел под солнцем, что не про­ворным достает­ся успешный бег, не храбрым – победа, не мудрым – хлеб, и не у ра­зу­мных – богат­с­т­во­, и не искусным – бла­го­расположе­ние, но время и случай для всех их.

Еккл.9:12. Ибо человек не знает своего време­ни. Как рыбы по­падают­ся в пагубную сеть, и как птицы запутывают­ся в силках, так сыны человеческие уловляют­ся в бед­с­т­вен­ное время, когда оно неожидан­но находит на них.

Но взирая радостными глазами на жизнь, человек ни на одну минуту не должен забывать о своей зависимости от времени и случая; он должен приготовиться ко всякой случайности, так как обыкновенно случается, что внешний успех не соответствует внутреннему достоинству человека. Благодаря полной неизвестности будущего человек не в состоянии бывает предупредить печальное для него стечение обстоятельств.

Еккл.9:13. Вот еще какую мудрость видел я под солнцем, и она по­ка­за­лась мне важною:

Еккл.9:14. город небольшой, и людей в нем немного; к нему подступил великий царь и обложил его и про­извел про­тив него большие осадные работы;

Еккл.9:15. но в нем нашел­ся мудрый бедняк, и он спас своею мудростью этот город; и однако же никто не вспоминал об этом бедном человеке.

Еккл.9:16. И сказал я: мудрость лучше силы, и однако же мудрость бедняка пре­небрегает­ся, и слов его не слушают.

Еккл.9:17. Слова мудрых, выска­за­н­ные спокойно, выслушивают­ся лучше, нежели крик властелина между глупыми.

Еккл.9:18. Мудрость лучше во­инских орудий; но один по­грешив­ший по­губит много доброго.

Но даже и здесь мудрость спасает человека от многих зол и умеет, иногда, направить ход событий ко благу людей. Хотя мудрость часто бывает предметом пренебрежения, однако она сильнее крика властелина, сильнее воинских орудий. «Однако же никто не вспоминал об этом бедном человеке». Одни толкователи видят здесь указание на прежнюю неизвестность бедного человека до спасения города, другие – на скорое забвение его заслуг современниками. Контекст и грамматическое построение допускают то и другое понимание. Трудно сказать, взял ли Екклезиаст возможный случай или воспользовался определенным историческим фактом, чтобы иллюстрировать свою мысль. Некоторые толкователи видели в бедном и мудром человеке образ презренного Израиля.


Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс