Библиотеке требуются волонтёры

игумен Марк (Лозинский)

Любовь к ближним

См. также: Бесстрастие. № 26; Благодать. № 38; Ближний. №№ 44–47; Больной. № 113; Воздержание. № 154; Воля своя. № 167; Дружба. № 249; Еретик. № 264; Милосердие. №№ 428–429; Милостыня. №№ 449–455; Миролюбие. № 464; Мудрость. №№ 536–540; Мужество. № 566; Награда. № 584; Нищий. № 674; Осуждение. № 683; Падение. № 701; Самоотречение. № 966–967; Самопожертвование. №№ 968, 971, 977; Страннолюбие. № 1103; Терпение. № 1138; Трудолюбие. № 1158.

375. Авва Агафон не выпустил брата из келии, пока не убедил принять понравившийся тому нож

См. также: Самопожертвование.

Однажды братия в присутствии аввы Иосифа начали разговор о любви. Старец сказал: “Мы не знаем, что такое любовь. Вот образец любви: у аввы Агафона был ножик, необходимый ему для рукоделия. Пришел к нему брат и, увидев ножик, похвалил эту вещь. Авва Агафон немедленно начал упрашивать брата, чтоб он принял ножик в подарок, и не дал брату выйти из келии, пока ни уговорил его принять понравившуюся ему вещь” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 56. № 4).

Епископ Игнатий: “Надо принять в соображение, какого труда стоило вновь приобрести в глубокой пустыне орудие, необходимое для рукоделия, составлявшего и часть келейного подвига, и единственное средство к содержанию себя. При таком только соображении можно оценить должным образом поступок старца, строго внимательного к себе, дорожившего своим безмолвием.”

376. Авва Агафон, подобрав на улице больного странника, в продолжение четырех месяцев ухаживал за ним, пока тот не выздоровел

Поведали об авве Агафоне, что он, придя однажды в город для продажи своего рукоделия, увидел там больного странника, лежащего на улице. Никто не принял на себя попечений о нем. Старец остался при больном. На средства, полученные за свое рукоделие, нанял хижину, оставшиеся деньги употребил на нужды больного. Так провел он четыре месяца до выздоровления странника и только после этого вернулся в свою келию. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 56. № 6).

377. Авва Агафон, найдя на дороге прокаженного, исполнял все его прихотливые просьбы, после чего прокаженный произнес ему благословение и стал невидим, ибо это был Ангел, пришедший испытать его

См. также: Ангел.

В другой раз шел авва Агафон в город для продажи скромного рукоделия и на дороге увидел лежащего прокаженного. Тот спросил его: “Куда идешь?” – “Иду в город, – отвечал авва Агафон, – продать свое рукоделие.” – “Окажи любовь, снеси и меня туда.” Старец поднял его, на своих плечах отнес в город. Прокаженный сказал ему: “Положи меня там, где будешь продавать свое рукоделие.” Старец так и сделал. Когда он продал одну вещь, прокаженный спросил его: “За сколько ты это продал?” – “За столько-то,” – отвечал старец. Прокаженный попросил: “Купи мне хлеба.” Когда старец продал другую вещь, прокаженный спросил: “Это за сколько продал?” – “За столько-то,” – отвечал старец. “Купи мне еще хлеба.” Старец купил. Когда едва распродал свое рукоделие и хотел уйти, прокаженный спросил: “Ты уходишь?” – “Ухожу,” – отвечал авва. Прокаженный сказал: “Окажи любовь, отнеси меня туда, откуда принес.” Старец исполнил и это. Тогда прокаженный сказал: “Благословен ты, Агафон, от Господа на небеси и на земли.” Авва оглянулся на прокаженного – и не увидел никого. Это был Ангел Господень, пришедший испытать старца. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 57. № 7).

378. Патриарх Александр выкупил за 85 златниц своего служителя, укравшего у него несколько златниц и бежавшего в пустыню, где его пленили варвары

Был в Антиохии Патриарх, по имени Александр, особенно милостивый и сострадательный ко всем. Один из его письмоводителей украл у него несколько златниц и бежал в египетскую Фиваиду. Там в пустынном месте варвары схватили письмоводителя и завели в глубину своей страны. Блаженный Александр, узнав об этом, выкупил пленника, дав за него восемьдесят пять златниц. Когда пленник возвратился, Патриарх оказал ему столько благодеяний, что некоторые из граждан говорили: “Благость Александра не может быть побеждена никаким согрешением.” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 72. № 1).

379. Старец отдал продавцу лука чистую пшеницу вместе с его луком

См. также: Самоукорение; Старец.

Ученик аввы Феодора рассказывал: “Однажды пришел к нам продавец лука и насыпал мне целую чашу. Старец сказал: “Насыпь пшеницы и дай ему.” У нас было две меры пшеницы: одна мера – чистой, а другая – нечистой. Я насыпал ему нечистой. Старец посмотрел на меня пристально и печально. От страха я разбил чашу и пал перед старцем, прося прощения. Но старец сказал мне: “Встань, не твоя в том вина, а я согрешил, поручив тебе это дело.” Старец насыпал себе полную пазуху чистой пшеницы и отдал продавцу вместе с его луком.” (Достопамятные сказания. С. 285. № 20).

380. Побуждаемый любовью отшельник понес соседу хлеб; по дороге поранил палец и заплакал; явившийся Ангел утешил его

См. также: Ангелы; Награда; Ревность.

Был один отшельник, имевший под своим смотрением другого отшельника в келии за десять миль от него. И сказал ему однажды помысл: “Позови брата, чтобы пришел и взял хлеб.” И стал он раздумывать: “Из-за хлеба утружу я брата идти десять миль, лучше отнесу ему половину хлеба.” И, взяв, пошел в келию брата. На пути повредил палец на ноге, и когда пошла кровь, он, стеная, начал плакать от боли. И вот пришел Ангел, говоря ему: “Что ты плачешь?” Говорит ему отшельник: “Палец поранил и чувствую боль.” Сказал ему Ангел: “Надо ли из-за этого плакать? Не плачь. Ибо шаги, которые ты делаешь ради Господа, исчисляются и за великую цену считаются перед лицом Господа. И чтобы ты знал, вот перед тобой беру кровь твою и возношу к Богу.” Тогда с благодарностью завершил он путь и, отдав монаху половину хлеба, рассказал ему о человеколюбии Божием и возвратился в свою келию. Через день опять, взяв половину хлеба, пошел к другому монаху. Случилось же, что и этот, другой, возревновал сделать так же. Встретились же они друг с другом на дороге. И начинает первый, сделавший доброе дело, говорить ему: “Имел я сокровище, и ты захотел похитить его.” Говорит же ему другой: “Где написано, что тесные врата для тебя одного отверсты? Допусти и нас войти вместе с тобой.” И, когда они спорили, вдруг является Ангел Господень и говорит им: “Спор ваш, как благоухания вошел к Господу.” (Древний патерик. 1874. С. 386. № 39).

381. Старец с учеником уступили другому старцу верблюда, который был нужен им самим

См. также: Самопожертвование.

Один из старцев скита послал своего ученика в Египет за верблюдом, чтобы отвезти сделанные им корзины. Когда ученик вел верблюда, другой старец, встретившись с ним, сказал: “Если б я знал, брат, что ты едешь в Египет, то я попросил бы тебя привести и для меня верблюда.” Брат передал это своему старцу. Этот, движимый великой любовью, сказал ученику: “Пойди, сын мой, отведи верблюда к нему и скажи: мы еще не готовы, исполни свою нужду. Ты пойди с этим верблюдом в Египет и снова приведи к нам его, чтобы отвезти и наши сосуды.” Брат поступил так, как было приказано. Пошел к старцу и передал ему: “Отец мой сказал: так как мы еще не готовы, возьми верблюда и исполни твою нужду.” Старец навьючил верблюда и пошел в Египет. Там, когда он снял поклажу, брат взял верблюда, чтобы опять отвести его в скит. Отправляясь в путь, он сказал старцу: “Молись обо мне.” Старец спросил, куда он идет. “Иду в скит, – отвечал брат, – чтобы привезти сюда наши корзины.” Старец, услышав это, пришел в умиление, пожалел о случившемся и сказал со слезами: “Простите меня, сладчайшие! Любовь ваша похитила плод у меня.” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 468. № 59).

382. Старец уступил соседу веревки, в которых сам нуждался

См. также: Самопожертвование.

Один старец, когда сделал свои корзины и уже перевязал их веревками для отправки, услышал, что сосед его говорил: “Что мне делать? Торговый день приблизился, а мне нечем связать мои корзины.” Старец немедленно развязал свою поклажу, а веревки принес соседу, говоря: “Вот! Эти у меня лишние. Возьми и перевяжи свои корзины.” По великой любви он сделал так, чтоб дело брата было окончено, его же собственное дело осталось незавершенным. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 468. № 60).

383. Старец отдал соседу ручки для корзин, оставив свою работу неоконченной

См. также: Самопожертвование.

Рассказывали о некоем брате, что, когда он сделал уже корзины и приделал к ним ручки, услышал, что сосед его, монах, говорит: “Что мне делать, скоро торговый день, а у меня нет ручек для корзин?” Тогда брат отвязал ручки от своих корзин и отнес их брату, говоря: “Вот эти у меня лишние, возьми и приделай к своим корзинам.” Таким образом дал ему возможность доделать работу, а свою оставил неоконченной. (Древний патерик. 1874. С. 377. № 19).

384. Святитель Макарий предпринял путешествие в Александрию, чтобы принести больному пастилы

См. также: Самопожертвование.

Авва Петр рассказывал о святом Макарий. Пришел он некогда к одному отшельнику, нашел его больным и спросил, не хочет ли он съесть чего-либо, хотя в келии у больного ничего не было. Больной отвечал: “Хочу пастилы.” Мужественный старец не поленился сходить в Александрию, чтобы достать больному желаемое. Об этом чудном подвиге никто не знал. (Достопамятные сказания. С. 144. № 8).

385. Подвижник молился, чтобы демон оставил бесноватого и перешел в него, что и произошло; но за его любовь Бог изгнал через несколько дней демона из подвижника

См. также: Беснование; Самопожертвование.

Видя некоего бесноватого, который не мог поститься, подвижник, движимый любовью к Богу и ища не своей, а ближнего пользы, молился, чтобы демон перешел к нему, а больной освободился от него. И вот молитву его услышал Бог: вместо того демоном был обременен он. Подвижник продолжал пост, упражняясь в молитве и подвигах. За это, а преимущественно – за его любовь через несколько дней Бог изгнал из него демона. (Древний патерик. 1914. С. 52. № 4).

386. Авва Феодор отложил приготовление своих хлебов, пока не помог ближним

См. также: Самопожертвование.

Авва Феодор Еннатский рассказывал о себе: “Когда в юности я жил в пустыне, однажды пошел в хлебную приготовить себе два пшеничных хлеба и застал там брата, который тоже хотел испечь хлеб, но не имел никого, кто бы ему помог. Я оставил свое дело и пособил ему. Но только что закончил с ним, как пришел другой брат, и этому я помог испечь хлеб. После того пришел третий, и я сделал то же. Так делал я для каждого из приходящих и приготовил шесть хлебов. Наконец, когда уже больше никто не приходил, испек я и свои два хлеба.” (Достопамятные сказания. С. 288. № 1).

387. Корнилий, оставив общество дурных людей, помог женщине выкупить ее мужа, посаженного в темницу за долги, и этим угодил Богу

См. также: Милосердие.

Удалившись от мира, преподобный Феодул взошел на столп близ Эдеса и тридцать лет провел на нем в посте и молитве. Перед кончиной ему однажды пришла мысль просить Бога, чтобы Он указал ему тех, которые в этой жизни преимущественно, по сравнению с другими, угодили Ему. Молитва его дошла до Бога, и Феодул услышал голос: “Корнилий, который родом из Мимон, тот стоит на высоте духовного совершенства и Царства Небесного достоин. Найдешь же ты его близ Дамаска, в селении, именуемом Пандуро.” Феодул тотчас отправился искать этого Корнилия и нашел. Упав к его ногам, Феодул стал умолять, чтобы он открыл ему свою жизнь. “Грешник я, – отвечал Корнилий, – и никакого хорошего дела не сделал.” Старец не переставал просить. Тогда Корнилий сказал: “Воспитан я, отче, в обществе дурных людей, но теперь, благодаря Богу, дал обещание жить целомудренно и быть милостивым, насколько можно, и забочусь об этом.” – “Скажи мне и остальное о своей жизни,” – не переставал умолять Феодул. Тогда Корнилий сказал: “Не так давно, отче святый, был со мной следующий случай. Некая женщина, славная родом, богатая и целомудренная, вступила в брак с одним человеком, который оказался нестоящим ее. Он вскоре истратил не только ее имение, но и много задолжал у людей. Заимодавцы бросили его в темницу, в которой он и пробыл долгое время. Это причиняло его жене самые тяжкие страдания. Не имея денег, она вынуждена была выпрашивать милостыню для того, чтобы накормить мужа, а также день и ночь искала человека, который бы взялся выкупить его, и не находила. Женщине этой пришлось встретиться и со мной, и я, узнав о ее положении, сжалился над ней и, желая помочь, спросил: “Сколько должен твой муж?” Она отвечала: “Четыреста пенязей.” А так как у меня в то время было только двести тридцать пенязей, то я, чтобы дополнить недостающее, продал некоторые из своих вещей, вырученными деньгами дополнил недостающую сумму и передал все бедной женщине, сказав, чтобы та шла с миром, освободила своего мужа из темницы и помолилась всем сердцем обо мне, грешном, чтобы помиловал меня Господь на Суде Своем.” Слыша это, Феодул прославил Бога, возвратился на свой столп и после, недолго пожив, отошел ко Господу. (Прот. В. Гурьев. Пролог. С. 233).

388. Блудница, спасшая в юности человека от самоубийства, во время болезни покаялась и была крещена Ангелами

См. также: Ангелы; Ближний; Блудница; Крещение; Самоубийство.

В Александрии египетской после смерти родителей осталась одна девица с большим богатством. Однажды, гуляя в своем саду, она увидела человека, приготовившего петлю, чтобы удавиться. “Что ты делаешь?” – в ужасе спросила девица. Несчастный отвечал ей: “Оставь меня, я пребываю в великой скорби!” Девица сказала: “Поведай мне ее причину, и я, насколько могу, помогу тебе.” Он отвечал: “Я весь в долгах, и заимодавцы не дают мне покоя, требуя, чтобы я уплатил свой долг. Нет, лучше умереть, чем жить злой жизнью!” Дева сказала: “Иди за мной, что есть у меня, – возьми и уплати свой долг. Только умоляю, не губи себя!” Он взял деньги, уплатил долги и стал свободным. А девица со временем обеднела и, не видя ниоткуда помощи и нравственной поддержки, впала в грех. По прошествии года она сильно заболела, смирилась, пришла в себя и сказала своим соседям: “Бога ради, попекитесь о моей душе! Попросите Патриарха, чтобы он крестил меня и сделал христианкой.” Но никто не сжалился над ней, все говорили: “Недостойна помощи эта блудница!” И вот, когда она осталась одинокой, скорбела и молилась о себе, Господь явил ей Свое милосердие. Он послал ей Ангела в образе человека, которого она спасла от смерти, и тот сказал ей: “Что скорбишь, госпожа моя?” Она отвечала: “Хочу стать христианкой и креститься, но никто не хочет доложить обо мне Патриарху.” Ангел сказал ей: “Подлинно ли ты этого желаешь?” – “Да, воистину, от всего сердца желаю,” – отвечала девица. Ангел сказал ей: “Не унывай! Я приведу к тебе неких мужей, и они донесут тебя до церкви.” И тут явились еще два Ангела и донесли ее до церкви. Там девица увидала и Патриарха, и пресвитеров с диаконами и была крещена ими во имя Святой Троицы. О чудо милосердия Божия! Ведь это были Ангелы Божии. Когда дело разъяснилось и все узнали о милости Господа, епископ призвал девицу и сказал ей: “Не утаи от меня и откровенно скажи, какое доброе дело ты сотворила перед Богом?” Она ответила: “Какое же, Владыко, может быть доброе дело от блудницы? Разве только то, что однажды Господь привел мне спасти от смерти человека, которого мучили заимодавцы, и он хотел наложить на себя руки. Я отдала ему все свое имение, он им уплатил свои долги и таким образом был спасен.” И, к удивлению всех, девица после этих слов тотчас скончалась. Тогда все прославили Бога и Патриарх воскликнул: “Праведен еси, Господи, и правы суды Твои! И слава Тебе, творящему великие чудеса!” (Прот. В. Гурьев. Пролог. С. 604).

389. Старец не разрешил монаху больше одного раза напоминать о долге, чтобы не опечалить должника

См. также: Долг; Должник.

Монах спросил старца: “Если брат должен мне немного денег, то позволишь ли мне попросить у него их возвращения?” Старец ответил: “Скажи ему один раз со смирением.” – “Если я скажу ему один раз и он ничего не даст мне, что тогда мне делать?” – “Более одного раза не проси.” – “И что же мне делать, когда я не могу победить своих помышлений, понуждающих беспокоить брата о возвращении денег?” – “Предоставь помышлениям угнетать себя, но ничем не опечаль своего брата, потому что ты – монах.” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 470. № 64).

390. Любовь к ближним выше заучивания, переписывания Писания и чудотворений

Некогда три инока, не имевшие в сердцах своих любви к ближним, пришли к одному опытному в духовной жизни старцу и стали хвалиться своими делами. Первый сказал: “Я выучил наизусть Ветхий и Новый Заветы, что мне будет за это?” Старец отвечал: “Воздух ты наполнил словами, а все-таки пользы тебе от твоего труда нет.” За первым второй приступил и тоже спросил: “А я, отче, все Священное Писание переписал для себя!” Старец сказал: “И тебе нет пользы.” Тогда третий воскликнул: “А я, отче, чудеса творю!” – “И тебе нет пользы, – сказал и этому старец, – ибо и ты любовь отогнал от себя.” Потом, обратившись ко всем, сказал: “Если хотите спастись, имейте ко всем любовь и милости прилежите и тогда спасетесь.” (Прот. В. Гурьев. Пролог. С. 395).

391. Во время голода ради любви к ближним святитель Ефрем оставил пустынную келию и вышел на подвиг служения ближним

См. также: Подвиг.

Когда настал сильный голод в городе Едессе, святой Ефрем, этот божественный муж, сжалившись над поселянами, погибавшими от голода, пришел к богатым гражданам и сказал им: “Отчего вы не имеете сострадания к погибающим людям и гноите свое богатство к осуждению душ ваших?” Они, придумав будто бы благовидную отговорку, сказали святому: “У нас некому доверить раздачу хлеба голодным, потому что все занимаются торговлей.” Добродетельный Ефрем сказал им: “Отныне я буду вместе с вами попечителем о бедных.” Взяв у них серебро, он устроил дома с разными отделениями, поставил в них до трехсот кроватей, заботился о больных и кормил голодных, погребал умиравших, а у кого была еще надежда на жизнь, за теми ухаживал. Одним словом, всем, кто прибегал к нему, он каждодневно давал пристанище и продовольствие из того, что ему доставляли. По прошествии года, когда настало благоденствие, и все пошли по своим домам, этот достославный муж, не имея уже дела для себя, опять вернулся в свою келию и спустя месяц умер, наследовав блаженную землю кротких. Сверх других его подвигов Бог напоследок доставил ему и это служение для получения славнейших венцов за кротость нрава. (Лавсаик. С. 242).

392. Авва Аполлон до глубокой старости проходил подвиг служения больным

См. также: Подвиг.

Авва Аполлон в продолжение двадцатипятилетнего пребывания на Нитрийской горе подвизался таким образом: покупал в Александрии на деньги, приобретенные собственными трудами, все необходимое для врачебных и келейных потребностей. Он опекал всю братию во время болезни. Бывало, с раннего утра до девятого часа ходит он около обители и монастырей по всем кущам. Отворяет двери и смотрит, не лежит ли кто. С собой он носил изюм, гранаты, яйца, пшеничный хлеб – все, что бывает нужно больному. Такой образ жизни раб Христов вел до глубокой старости. Перед смертью он передал все свои вещи другому, подобному себе, упросив его проходить это служение. (Лавсаик. С. 40).

393. Авва Пимен любовью и смирением покорил огорченного старца

См: также: Ближний; Мудрость; Терпение.

До прихода аввы Пимена с учениками в Египет жил там один старец, который имел большую известность и был уважаем. Но люди оставили его и стали ходить к авве Пимену, когда он с братией пришел из скита. Это огорчило Пимена. Он сказал братьям: “Что нам делать с тем великим старцем? Прискорбно, что все оставили его и обратились к нам, людям ничтожным. Как бы нам утешить старца? Приготовьте снеди, – сказал Пимен, – и возьмите меру вина, пойдем к старцу и разделим вместе с ним трапезу. Может быть, через это утешим его.” Взяли пищу и отправились. Когда постучались в дверь к старцу, ученик его, услышав, спросил: “Кто вы?” Они отвечали: “Скажи авве, что Пимен желает принять благословение от него.” Когда ученик сказал об этом старцу, тот отвечал: “Уходи, мне недосуг.” Авва же Пимен и братия стояли на жаре и говорили: “Не уйдем отсюда, пока не удостоимся видеть старца.” Старец умилился их смирению и терпению и отворил им свою келию. Они вошли и вместе пообедали. Во время обеда старец сказал им: “Истинно говорю вам, много я слышал о вас, но на деле вижу в вас во сто раз более.” С того дня они подружились. (Достопамятные сказания. С. 187. № 4).

394. Старец принял на себя половину предполагаемого греха брата, и только после этого тот решился жить вместе с ним

Жили два брата. Один из них был старец, другой – молодой. Старец предложил молодому жить вместе. Тот отвечал: “Я – грешен, мы не можем жить вместе.” Старец сказал: “Можем.” И снова стал просить его о том же. Старец был самой чистой жизни и не хотел даже слышать, что монах может иметь когда-либо лукавое помышление. Молодой сказал ему: “Дай подумать в течение этой недели, потом опять поговорим.” Когда по прошествии недели старец пришел к нему, он, желая испытать старца, сказал: “Авва! На этой неделе я впал в великое искушение.” Старец спросил: “И хочешь покаяться?” Когда молодой монах выразил желание покаяться, старец сказал: “Половину этого греха я принимаю на себя.” Тогда молодой согласился: “Теперь мы можем жить вместе.” И они пребывали вместе до своего переселения в вечность. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 469. № 62).

395. Отшельник повелел изгнать из обители падшего брата; авва Пимен, узнав об этом, призвал к себе брата и был с ним очень ласков; он пригласил отшельника и притчей о мертвеце вразумил его

См. также: Осуждение.

В неком общежитии один из братий подвергся греховному искушению. Жил в тех местах отшельник, не выходивший из келии много лет. Отец общежития пришел к старцу и поведал ему о брате, подвергшемся искушению. Старец повелел изгнать его из обители. Брат, выйдя из общежития, зашел в пещеру и там предался плачу. Случилось проходить тут братиям, шедшим к отцу Пимену. Они услышали плач и, войдя в пещеру, нашли брата в великой скорби. Они упрашивали его пойти вместе с ними к отцу Пимену, но он не захотел, а сказал: “Оставьте меня, пусть уж лучше здесь умру.” Братия, придя к отцу Пимену, рассказали ему об этом. Авва упросил их сходить к брату и сказать, что авва Пимен зовет его. Брат пришел. Увидев его очень печальным, старец встал, заключил его в свои объятия, обошелся с ним очень приветливо и упросил его вкусить с ним пищи. Между тем авва Пимен послал одного из живших при нем братии к отшельнику со следующим приглашением: “С давних лет желаю видеть тебя, слышав о тебе, но, по общей лености нашей, мы доселе не виделись друг с другом. Ныне же по усмотрению воли Божией и по встретившейся нужде прийти тебе сюда приди и увидимся.” Этот старец давно не выходил из своей келии. Услышав такое приглашение, он сказал сам себе: “Если б Бог не возвестил старцу, то он не послал бы за мной.” Он встал и пришел к авве Пимену. Они радостно приветствовали друг друга и сели. Пимен сказал старцу: “В одном месте жили два человека и оба имели по мертвецу. Один из них оставил своего мертвеца и пошел плакать над мертвецом другого.” Эти слова привели старца в умиление, он вспомнил о своем поступке, а авва Пимен сказал ему: “Высокий, высокий! Ты на Небе, а я на земле.” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 338. № 71).

396. Ради молитв заболевшего брата два других сжали поле, которое они нанялись убрать втроем; по окончании работы они принудили неработавшего брата взять часть заработанного

Однажды три брата отправились на жнитво и нанялись убрать отведенное им поле. Один из них с первого дня почувствовал себя больным и вернулся в свою келию. Два остались жать. Один из них сказал другому: “Брат! Ты видишь, что третий брат наш заболел, воодушевись ревностью, – воодушевлюсь и я ею в надежде на Бога. За молитвы брата нашего вдвоем сделаем дело, за которое взялись втроем, выжнем участок.” Когда, таким образом, они выжали все поле и пришли получать плату за труд, то пригласили заболевшего брата, сказав ему: “Приди, брат, получи плату за свой труд.” Он отвечал им: “Какую плату, когда я не жал?” Они сказали на это: “Твоими молитвами совершена жатва, приди получи плату.” Из-за этого у них возник спор. Он говорил: “Не возьму денег, потому что я не работал.” Они не хотели успокаиваться, пока тот не возьмет своей части. Не договорившись, все трое пошли судиться к некоему великому старцу. Первый брат рассказал старцу: “Мы пошли втроем жать поле за плату. Когда пришли на место жатвы, я в самый первый день заболел и возвратился в келию, не в состоянии даже в течение одного дня принять участие в работе. Ныне они принуждают меня, говорят: “Брат, приди получи плату за работу, которую ты не делал.” Другие два брата пояснили: “Если б мы жали втроем, то лишь с великим трудом могли бы выжать такой участок. За молитвы же нашего брата мы вдвоем убрали поле скорее, чем могли бы убрать втроем, потому и сказали ему: “Приди получи причитающуюся тебе плату.” А он не хочет сделать этого.” Старец, услышав такой спор, удивился и сказал одному из своих монахов: “Ударь в било, чтоб братия, находящиеся по келиям, сошлись все сюда.” Когда они пришли, старец сказал им: “Придите, братия, послушайте праведный суд.” Потом он пересказал им все слышанное от братии и присудил первому брату взять причитавшуюся ему плату, употребить ее по своему усмотрению. И вышел этот брат печальным и плакал. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 521. № 147).

397. Любовью, кротостью и незлобием преподобный Авраамий обратил многих язычников ко Христу

См. также: Кротость; Незлобие; Терпение.

Преподобный Авраамий жил среди язычников, из которых одни ругали его и вынудили уйти, а другие надоедали ему постоянными просьбами о помощи. Тем, что получал от православных, Авраамий делился с ними и через это, сказано, “освобождался от ругательных мучений.” И чем же все кончилось? Язычники, пораженные человеколюбием преподобного, построили христианскую церковь и сами стали христианами. А Авраамия умолили быть у них священником. Так кротость и незлобие победили зло и ненависть и умножили стадо Христово. (Прот. В. Гурьев. Пролог. С. 486).

398. Принять гостя с любовью для старца было выше, чем исполнить полностью все дневное правило

См. также: Гостеприимство.

Брат посетил старца и, уходя от него, сказал: “Авва! Прости меня, я помешал тебе совершить твое правило.” Старец отвечал: “Мое правило – принять тебя по заповеди странноприимства и отпустить с миром.” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 506. № 119).

399. Для пользы Церкви блаженный Афраат оставил уединение и пришел в город для утверждения жителей в Православии

См. также: Ересь; Церковь.

Воспитанный в тиши и решивший жить в уединении авва Афраат, как говорится, был далеко от стрел мирской суеты. Но, увидев жестокость еретической брани (ересь Ария), пренебрег собственной безопасностью и, оставив на время уединение, сделался предводителем сонма благочестивых (православных), всегда приобретавших победы жизни словом и чудесами, но никогда не побеждаемых. Император Валент, увидев его, когда он шел к месту воинского учения, где тогда собрались почитатели Троицы (некто, увидев его идущим по берегу моря, указал на него Валенту, смотревшему в окно), спросил, куда он направляет свой путь. Тот отвечал, что идет сотворить молитву за вселенную и за царство. Валент снова спросил: “Зачем же ты, избравший уединенную жизнь, оставил уединение, без опасения идешь на площадь?” Афраат, говоря обыкновенно притчами в подражание Господу, отвечал: “Скажи мне, государь, если бы я был девой и, будучи скрыт в каком-либо потаенном тереме, увидел, что огонь объял дом моего отца, что бы ты посоветовал мне делать? Сидеть в своем тереме и спокойно смотреть, как огонь истребляет дом? Но, таким образом, и я сделался бы жертвой пожара. Если же скажешь, что я должен был бежать, носить воду, тушить огонь, то не укоряй меня, когда я именно это и делаю. Если же ты укоряешь меня за то, что я оставил уединение, то не справедливее ли было бы тебе укорить себя за то, что ты внес огонь в дом Божий (Валент всеми мерами насаждал арианство), а не меня, вынужденного тушить этот огонь? Что необходимо идти на помощь отцовскому дому, в этом ты со мной согласен, А то, что Бог есть Отец наш, что Он ближе земных родителей, ясно даже и для совершенно не сведущего в вещах божественных. Итак, собирая питомцев благочестия и доставляя им божественную пищу, мы не удаляемся от цели и не делаем ничего против прежде принятого намерения.” Когда он сказал это, Валент замолчал, признав оправдание правильным. (Блж. Феодорит. История боголюбцев. С. 100).


Источник: Отечник проповедника : 1221 пример из пролога и патериков / Игумен Марк (Лозинский). - Изд. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2008. - 736 с. ISBN 978-5-903102-06-8

Комментарии для сайта Cackle