игумен Марк (Лозинский)

Подвиг тайный

См. также: Воздержание. №№ 152–153; Милосердие. № 434; Пресвитер. № 902; Трудолюбие. № 1158; Тщеславие. № 1160; Целомудрие. № 1197.

734. Авва Иоанн Колов, находясь в храме, вздохнул; заметив же, что брат стоит сзади, он попросил у него прощения

Однажды авва Иоанн находился в церкви и вздохнул, не заметив, что брат стоял сзади него. Увидев его, Иоанн поклонился и сказал: “Прости меня, авва! Я еще не обучен монашеским правилам.” (Еп. Игнатий. Отечник. С. 293. № 35).

735. Вздохнув при брате, авва Тифой сказал ему: “Прости меня, я еще не монах”

Авва Тифой некогда сидел в своей келии, а брат стоял близ него. Авва, не видя его, вздохнул. Не заметил он брата близ себя потому, что был в восхищении. Но после авва поклонился брату и сказал: “Прости меня, брат! Еще не стал я монахом, потому что вздохнул при тебе.” (Достопамятные сказания. С. 275. № 5).

736. После обеда братия отдыхали, авва же Пимен бодрствовал; когда же он увидел, что авва Даниил идет к нему, то сразу же лег, – так он скрывал свой подвиг

Авва Даниил рассказывал: “Пришли мы однажды к авве Пимену и обедали с ним. После стола он сказал нам: “Пойдите, братия, отдохните немного.” Братия ушли, а я, чтобы поговорить с ним наедине, пошел в его келию. Но он, как только увидел, что я иду к нему, лег, будто бы хотел спать. Таково было правило у старца – делать все втайне.” (Достопамятные сказания. С. 217. № 138).

737. Брат, не вкушавший хлеба, получил от старца наставление не обнаруживать своего подвига либо безвыходно пребывать в келии

Брат, воздерживавшийся от пищи и не евший хлеба, пришел к некоему старцу. В это же время зашли к старцу странники, для них он сделал немного кашицы. Когда сели вкушать пищу, воздерживающийся брат поставил перед собой один моченый горох и ел его. Когда встали из-за стола, старец отвел брата в сторону и наедине сказал ему: “Брат! Если ты придешь к кому-либо, не обнаруживай перед ним своих обетов. Если же не хочешь нарушать принятых тобою обычаев, то пребывай в келии, не выходи никуда.” Брат признал справедливость слов старца, и с того дня, когда приходил к братии, уже следовал общему распорядку. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 497. № 104).

738. Инок был осужден старцами за то, что во время праздничной трапезы объявил, что он не ест вареного

Некогда во время праздника в Келиях братия вкушали трапезу в церкви. Там был брат, не евший вареной пищи. Прислужнику передали, что один из братии говорит будто не ест вареного и просит соли. Прислужник подозвал другого брата и сказал перед всем собранием: такой-то брат не ест вареного, принеси ему соли. Тогда встал один из старцев и сказал ему: “Лучше бы ты ел в своей келии мясо, нежели услышать такое перед всем собранием.” (Древний патерик. 1914. С. 23. № 1; Еп. Игнатий. Отечник. С. 497. № 103).

739. Пресвитер Евлогий с учениками посетил в пустыне авву Иосифа. Пробыв у него три дня, они не видали, чтобы пустынники совершали какие-либо подвиги; когда же они, заблудившись, пришли к авве Иосифу ночью, то застали его за бдением

Некто Евлогий, ученик Патриарха, блаженного Иоанна Милостивого, великий подвижник, саном пресвитер, постился по два дня, а иногда и по целой неделе, вкушая только хлеб и соль, и был прославлен людьми. Он пришел в Панефос к авве Иосифу, надеясь увидеть у него подвижничество еще более строгое. Старец принял его радостно и предложил на трапезе все, что было у него. Увидя это, ученики Евлогия сказали старцу: “Пресвитер ничего не вкушает, кроме хлеба и соли.” Но авва Иосиф продолжал есть молча. Евлогий провел у него три дня и не слышал, чтоб он и ученики его занимались псалмопением, не видел, чтоб они молились, потому что подвиг их был тайный. Евлогий ушел с учениками, не получив пользы. По смотрению Божию, их застиг туман. Они сбились с дороги и снова пришли к келии старца. Тут они услышали, что в келии совершается псалмопение. Постояв долго, они постучались. Авва Иосиф принял их с любовью. По причине зноя ученики аввы Евлогия налили в чашу воды и подали ему пить. Вода была из реки, но с примесью морской, какую всегда употребляли жившие с аввой Иосифом. Евлогий не мог пить такую воду и спросил старца: “Что это значит?” Старец отвечал: “Брат, несколько тронутый рассудком, прибавил по ошибке к речной воде морскую.” Евлогий пал в ноги старцу и сказал: “Авва! Ради Господа, открой мне тайну вашего подвижничества, потому что когда мы были здесь, вы не занимались псалмопением, а когда мы нечаянно возвратились к вам, то застали вас занимающимися псалмопением. И вода у вас прежде была хорошая, а теперь она оказалась соленой.” Старец отвечал: “Сын мой! Малая чаша вина и свежая вода были поставлены ради любви. А ту воду, которую ты вкусил теперь, братия употребляют постоянно. Иноку должно всегда содержать подвиг свой в тайне, не делать напоказ ничего, вплоть до мелочей.” И научил старец Евлогия рассуждению помыслов, отсекая все начинания из самолюбия и человекоугодия. Евлогий сказал старцу: “Жительство ваше – точно по Богу.” Он получил большую душевную пользу, начал с того времени вкушать предлагаемую ему пищу, а подвиг свой хранить в тайне. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 114).

740. Посетив женскую обитель, авва Даниил раскрыл подвиг монахини, притворявшейся постоянно пьяной

См. также: Монахиня.

Одна из сестер лежала посреди монастыря и спала. На ней было рубище. Старец Даниил спросил игумению, кто это лежит. Она отвечала: “Одна из сестер, преданная страсти пьянства. Что делать с ней, не знаю. Выгнать из монастыря? Боюсь греха. Оставить ли ее так? Но она смущает сестер.” Старец сказал своему ученику: “Возьми умывальницу и возлей на нее воду.” Он сделал так. Она встала, как встают упившиеся вином. При этом игумения сказала: “Владыко! Она всегда такая.” Когда все разошлись спать, старец сказал ученику: “Пойди посмотри, где будет спать та, что лежала посреди монастыря.” Тот посмотрел и сказал старцу: “Там, где сестры справляют нужду, близ отхожего места.” Старец сказал ученику: “Побдим эту ночь.” Когда все инокини уснули, старец с учеником пошли к тому месту, где лежала, якобы, пьяная. Они увидели, что она встала и воздела руки к небу, слезы ее потекли потоком, и она творила бесчисленное множество коленопреклонений. Когда же слышала, что какая-либо из сестер приходила по нужде, то повергалась на землю и притворялась спящей и храпящей. Так проводила она начало каждой ночи. И сказал старец ученику: “Позови ко мне игумению и вторую по ней, призови их тайно.” Он пошел и позвал их, и они всю ночь смотрели на подвиг мнимой пьяной. Тогда игумения начала говорить с плачем: “Сколько же зла доставляла я ей!” Когда ударили в церковное било, игумения поведала всем инокиням виденное ею, и все предались великому плачу. Сестра же, уразумев, что тайна ее открыта, пришла, никем не замеченная туда, где отведен был ночлег для старца, похитила его жезл и милоть, вслед за тем ушла из монастыря, оставив на воротах надпись: “Матери и сестры! Простите меня, согрешившую перед вами, и молитесь обо мне.” При наступлении дня начали ее искать и не нашли. Подойдя к воротам, увидели их отворенными и надпись на них. Блаженную нигде не могли сыскать и очень много плакали о ней. Старец сказал игумений: “Я ради нее пришел сюда. Бог любит таких пьяниц.” И начали все постницы исповедовать старцу, какое оскорбление каждая нанесла ей. Старец, сотворив молитвы о сестрах, немедленно вышел из монастыря и пошел в свою келию, благодаря и славословя Бога, ведущего сокровенных Своих рабов и не попускающего им долго пребывать утаенными, открывающего их подвиги в похвалу и славу святого имени Своего. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 96. № 12).


Источник: Отечник проповедника : 1221 пример из пролога и патериков / Игумен Марк (Лозинский). - Изд. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2008. - 736 с. ISBN 978-5-903102-06-8

Комментарии для сайта Cackle